Современные писатели 21 века и их произведения зарубежные: Главные писатели XXI века, которых нужно читать

Содержание

8 авторов, с книгами которых стоит познакомить современных детей

Бытует мнение о том, что детская литература переживает далеко сегодня не самые лучшие свои времена. Для детей писать сложно. Книга должна быть написана просто и увлекательно, пробуждая интерес юного читателя буквально с первых строк. Тем не менее, сегодня есть немало детских книг, которые не оставят равнодушными не только детей, но и их родителей. Сказки, повести или фантастические рассказы детских писателей вполне достойны того, чтобы занять почётное место на книжной полке.

Анастасия Орлова

Анастасия Орлова – довольно молодой детский автор, но в её библиографии уже немало книг, полюбившихся детям. Поначалу она писала только стихи для своих малышей, после стала собирать их в книги. Стихи её легко заучиваются детьми, а прозаическая книга «Это грузовик, а это прицеп» стала любимой сказкой для многих малышей. Рассказ может кому-то показаться примитивным, но дети воспринимают его с первого слога. При этом для малышей в книге дозированно подается обучающий материал в увлекательной форме.

Русе Лагеркранц

Шведская писательница, лауреат Августовской премии, специализируется, в основном, на детской литературе. К сожалению, на русский язык переведены всего несколько её книг, однако они и заслуживают самого пристального внимания читателя. «Моя счастливая жизнь» и «Моё сердце прыгает и смеётся» – это две истории о первокласснице Дюнне и её узнавании мира. Она ведёт тетрадку, в которую записывает все счастливые события своей жизни и с удивлением узнаёт о том, что каждый день можно прожить не только легко и радостно, но и огорчиться из-за пустяка или чего-то очень серьёзного.

Андрей Усачёв

Андрей Усачёв пишет стихи и фантастические истории для детей, а ещё – песни и сценарии к мультфильмам. Книгу «Волшебное дерево» издатели прозвали сборником засыпательных историй, а дети любят читать их на ночь. На самом деле короткие фантастические сказки не только увлекают, но и учат различать добро и зло, хорошее и плохое. А ещё малыши очень любят истории про собачку Соню, в которых правилам хорошего тона учат далеко не только собаку.

Анна Никольская

Анна Никольская давно стала любимицей юных читателей, а её творчество получило широкое признание. Её произведения сравнивают с лучшими образцами детской литературы, а книгу «Чемодановна» по слогу, увлекательности и полезности вполне можно поставить в один ряд с детской классикой от Астрид Линдгрен и Памелы Трэверс. Не зря на счету писательницы множество престижных литературных наград, в том числе победа в II Международном конкурсе имени Сергея Михалкова.

Лижиа Бужунга

Бразильская писательница завоевала мировое признание благодаря своим книгам для детей. Её вполне можно назвать современным сказочником, ведь её произведения написаны в лучших традициях литературной сказки. Не зря она является обладательницей премий Ганса Андерсена и Астрид Линдгрен. «Желтая сумка» – это стильная современная сказка о волшебстве и мечтах, детских желаниях и вере в чудеса.

Дарья Корж

Сказка «Тайна Шоколдуньи», написанная Дарьей Корж, неизменно вызывает восторг взрослых и детей. Увлекательнейшая история о феях и волшебстве, удивительных загадках магазина шоколада и его хозяйки непременно понравится детям старше 6 лет. А ещё её можно читать вслух для всей семьи, получая удовольствие от сквозящей доброты и детской непосредственности.

Наталия Соломко

Автор начала писать с детства, а после окончания школы твердо решила стать писателем, поступила в литературный институт. В библиографии Натальи Соломко есть книги для детей разного возраста, по её произведениям поставлено два телеспектакля и один короткометражный фильм, ещё в 1980-е годы. В 2016 году вышла книга страшных историй «Чёрная рука из второго подъезда» для детей от 12 лет. В ней воссоздается та самая таинственная атмосфера, когда под покровом темноты рассказываются жуткие и одновременно весёлые страшилки. Как и все произведения Натальи Соломко, в каждой истории присутствует легкий юмор и изящный психологизм.

Джоан Робинсон

В библиографии английской детской писательницы немало достойных произведений, а её первое произведение для подростков «Когда здесь была Марни» заслуживает особого внимания. Повесть написана ещё в 1967 году, но она удивительно актуальна и сегодня. Подростки смогут найти в ней ответы на многие свои вопросы, а взрослые смогут после прочтения понять причины подростковых переживаний и проблем. В книге действительно прекрасно всё: глубина образов, удивительные описания природы, стиль написания. Не зря это произведение рекомендовано режиссёром Хаяо Миядзаки к обязательному прочтению.

Одно из лучших детских произведений, сказка «Конёк-Горбунок», была написана Пётром Ершовым в 18 лет. Гениальность этой сказки не перестаёт удивлять читателей и литературоведов. А вот любители мистики и скрытых смыслов находят в «Коньке-Горбунке» немало зашифрованной информации. Они считают, что таким образом автор хотел передать потомкам некие тайные знания.

Источник: Культурология. РФ

книги современных писателей пополнили фонды городских читален / Новости города / Сайт Москвы

На полках читален столичного Департамента культуры появилось более 50 произведений современных и зарубежных авторов, номинантов и победителей национальных литературных премий 2018 года. В библиотечные фонды поступило свыше 15 тысяч экземпляров книг.

Это романы Алексея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него» (обладатель премии «Национальный бестселлер»), Дмитрия Быкова «Июнь» (номинант премии «Большая книга»), Ольги Славниковой «Прыжок в длину» (обладатель премий «Ясная Поляна», «Книга года», номинант премии «Большая книга»).

Любители научно-популярной литературы смогут познакомиться с книгой «От атомов к древу. Введение в современную науку о жизни» Сергея Ястребова (обладатель премии «Просветитель»). Раздел публицистической литературы пополнился книгой «Несовременная страна. Россия в мире XXI века» Владислава Иноземцева (номинант премии «Просветитель»).

Юным читателям стали доступны повести «Дальние берега» Юлии Симбирской (номинант премии имени Владислава Крапивина) и «Два всадника на одном коне» Михаила Федорова (победитель литературного конкурса имени Сергея Михалкова), а также двухтомник «Теория невероятностей» Виктории Ледерман (лауреат премии имени Владислава Крапивина).

Произведения современных авторов для маленьких читателей можно взять в детских библиотеках, а литературу для аудитории постарше — во взрослых и молодежных читальнях. В библиотеках семейного типа на полках горожане могут найти книги для любого возраста.

«Впервые книги — лауреаты национальных литературных премий начали появляться в столичных читальнях с 2017 года. Тогда фонды городских библиотек пополнили более восьми тысяч экземпляров, которые сразу же разобрали читатели. Видя такую популярность новинок, на следующий год мы уже закупили около 11 тысяч книг. А в этом году мы не только увеличили количество новинок, но и приняли во внимание интерес москвичей к деловой литературе, и впервые на библиотечных полках оказались книги-лауреаты жанра “деловая литература”. Так, например, в читальнях вы можете взять почитать “Анти-Титаник” автора Ярослава Глазунова — победителя премии «Деловая книга года — 2018». Сейчас в читальнях восемь из 10 самых спрашиваемых книг — это как раз произведения лауреатов и номинантов литературных премий. Мы приглашаем вас в библиотеки за новинками», — рассказала Мария Рогачева, руководитель Московской дирекции по развитию культурных центров.

Несмотря на большое количество экземпляров современной литературы, перед тем как отправиться в библиотеку за определенной книгой, читателю стоит уточнить ее наличие по телефону. Если издание временно отсутствует, можно оставить заявку. Библиотекарь сообщит, когда она будет в наличии. Контакты и все данные городских читален, а их в столице 440, можно найти на портале. Там размещена интерактивная карта  читален. 

Всего с 2017 года было закуплено 122 книги победителей и номинантов российских литературных премий, общий тираж составил более 34 тысяч экземпляров.

Пополнить свою домашнюю библиотеку произведениями Александра Пушкина, Чингиза Айтматова, Ганса Христиана Андерсена и других писателей москвичи могут, приняв участие в проекте «Списанные книги». Его четвертый этап стартовал 18 декабря прошлого года. В нем участвуют более 200 читален столицы.

В рамках проекта горожане могут забрать из библиотек столичного Департамента культуры ветхие, дефектные и не востребованные в библиотеках экземпляры. В основном это произведения отечественной и зарубежной художественной литературы, научно-популярные и научно-технические книги, а также периодические издания разных лет.

Для того чтобы забрать понравившееся издание, читателю необходимо зарегистрироваться на портале «Списанные книги», выбрать и забронировать его. В день можно бронировать не более 10 книг. Через некоторое время пользователь получит сообщение о готовности заказа по электронной почте или в личном кабинете портала.

Действие брони — три дня, продлить ее срок можно дважды. В течение этого времени читателю необходимо приехать за книгами в библиотеку.

Открытое образование — Современная русская литература

  • 10 weeks
  • from 5 to 6 hours per week
  • 2 credit points

Курс рассказывает о процессах, происходящих в русской литературе, начиная с позднесоветского времени и до наших дней.

About

В курсе выявляются истоки формирования постмодернистской литературы, ее сходство и различие с западной литературой, рассказывается о судьбе массовой литературы, о творческом пути ведущих представителей литературы 1990-х годов – Владимира Сорокина, Виктора Пелевина, Бориса Акунина, Татьяны Толстой, Михаила Шишкина и др. Курс дает представление о широком спектре тем, жанров и стилей новой русской литературы. Во второй половине курса описывается «возвращение реализма» в русскую литературу, тенденция к созданию антиутопий, интерес современных писателей к истории, мифу и фольклору, сближение «элитарной» и «массовой» литературы, возвращение к проблематике военной и лагерной литературы позднесоветского периода. В заключение курса дается обзор имен и произведений писателей, недавно дебютировавших в литературе, но уже сумевших получить признание критики и читателей. Таким образом, курс носит информативно-общеобразовательный характер и позволяет обучающимся сориентироваться в бескрайнем море современной словесности.

Format

Форма обучения заочная (дистанционная). Еженедельные занятия будут включать просмотр тематических видеолекций,  изучение дополнительных материалов и выполнение тестовых заданий с автоматизированной проверкой результатов, тестирование по пройденному материалу. Для получения сертификата необходимо выполнить все задания, тесты и написать финальный экзамен.

Requirements

Обучение на курсе не требует специальной подготовки.

Course program

Модуль 1. Предыстория современной литературы

Модуль 2. Писатели, опередившие свое время

Модуль 3. Рождение русского постмодернизма. Московский концептуализм. Творчество Владимира Сорокина

Модуль 4. Развитие постмодернистской литературы. Творчество Виктора Пелевина

Модуль 5. Между постмодернизмом, «либеральной» и массовой литературой. Творчество Бориса Акунина

Модуль 6. Между постмодернизмом и «гуманной» литературой. Творчество Татьяны Толстой и Михаила Шишкина

Модуль 7. Литературная ситуация 2000-х годов. Творчество Алексея Иванова

Модуль 8. Постмодернистские имперские (анти) утопии и возвращение соцарта

Модуль 9. «Новый реализм» 2000-х годов. Радикальный реализм: творчество Захара Прилепина

Модуль 10. Литература последнего десятилетия. Новые имена и тренды

Education results

По завершении этого курса учащиеся будут

Уметь:

1. пользоваться научной, справочной, учебно-методической и критической литературой;

2. понимать и излагать литературоведческую информацию;

3. интерпретировать художественные произведения с опорой на имеющуюся научную информацию, проводить сопоставительный анализ художественных текстов с учетом жанровых традиций, различных литературных направлений и течений.

 

Знать:

1. основные вехи литературного процесса конца XX – начала XXI века;

2. основные имена писателей и поэтов XX – начала XXI века;

3. содержание наиболее актуальных произведений современной литературы.

 

Владеть:

1. основным терминологическим аппаратом современного литературоведения;

2. терминами и понятиями, связанными с современным литературным процессом;

3. навыками понимания и анализа художественного текста.

Formed competencies

ОК-1 – способность совершенствовать и развивать свой интеллектуальный и общекультурный уровень;

ОК-2 – способность к самостоятельному обучению новым методам исследования, изменению научного и научно-производственного профиля своей профессиональной деятельности;

ОК-6 – способность порождать новые идеи (креативность), адаптироваться к новым ситуациям, оценивать накопленный опыт, анализировать свои возможности;

ПК-1 – демонстрация знаний современной научной парадигмы в области филологии и динамики ее развития, системы методологических принципов и методических приемов филологического исследования;

ПК-2 – демонстрация углубленных знаний в избранной конкретной области филологии;

ПК-3 – владение коммуникативными стратегиями и тактиками, риторическими, стилистическими и языковыми нормами и приемами, принятыми в разных сферах коммуникации, умение адекватно использовать их при решении профессиональных задач;

ПК-4 – способность к самостоятельному пополнению, критическому анализу и применению теоретических и практических знаний в сфере филологии и иных гуманитарных наук для собственных научных исследований;

ПК-5 – владение навыками самостоятельного исследования основных закономерностей функционирования фольклора и литературы в синхроническом и диахроническом аспектах; изучения устной и письменной коммуникации с изложением аргументированных выводов;

ПК-6 – владение навыками квалифицированного анализа, комментирования, реферирования и обобщения результатов научных исследований, проведенных иными специалистами, с использованием современных методик и методологий, передового отечественного и зарубежного опыта.

Зарубежные писатели 21 века и их произведения. Современные русские писатели и их произведения

Предлагаем подборку двадцати художественных произведений начала нового столетия, с которыми в обязательном порядке стоит познакомиться каждому образованному человеку.

Понять, каковы наиболее значимые книги первых десятилетий XXI века — задача сложная и, быть можем, в каком-то смысле непосильная. За границами любых рейтингов всегда останутся произведения, которые по каким-то причинам в них не попали. Формирование литературного канона той или иной эпохи — процесс сложный, требующий шлифовки временем. Наш топ-20 тоже в чем-то несовершенен. Хотя бы потому что числом «20» его не ограничить. Из года в год этот список продолжает пополняться: новые произведения корректируют его, изменяют. Мы, например, понимаем, что в представленной подборке обязательно должны быть и , о которых мы рассказывали вам раньше. Некоторых важных авторов современности и их работы мы намеренно опустили, чтобы рассказать о них в наших последующих материалах. Сегодня мы остановимся лишь на некоторых романах, сборниках рассказов и стихов, пьесах, которые позволят хотя бы легонечко обрисовать контуры актуального литературного процесса в глобальном масштабе, лишь отчасти отразить сложное и постоянно изменчивое лицо современности. Мы опирались в подборе материалов на комментарии критиков и литературоведов, шорт-листы известных премий, публикации в авторитетных литературных журналов. Составляя эту подборку, мы решили не выстраивать иерархию рейтинга, определяя какие произведения более значимы, а какие менее, а ограничиться хронологическим порядком их выхода в свет.

1. «Поправки» Джонатана Франзена (The Corrections, 2001)

Ранее мы уже рассказывали вам о Джонатане Франзене и его последнем романе «Безгрешность», однако именно «Поправки» остаются главной визитной карточкой писателя и одним из наиболее крупных литературных событий наших дней. «Поправки» не раз называли «лучшим романом начала XXI века», и на это у критиков и литературоведов есть все основания. Сегодня Франзен явно метит в статусы романиста номер один. «Поправки» -масштабное исследование процессов, происходящих с институтом семьи. В центре повествования — история семейства Ламбертов, за которым мы наблюдаем в течении нескольких десятилетий. Внутренние миры персонажей в романе настолько вывернуты наизнанку, что Франзена можно смело назвать главным знатоком психологии в современной литературе. Писатель рисует жизнь без всяких прикрас. Его книга токсична, срывает все покровы и иллюзии. Уровень литературного мастерства достигает здесь кульминации. Через исследование семьи Ламбертов ставятся диагнозы современному обществу, нащупаны и определены его болевые точки. Обязательно украсьте свои домашние библиотеки «Поправками», чтобы читать и перечитывать их. Это стоит делать, так как редко кто настолько приблизился к знанию человеческой природы и психологии, как Франзен в своей прославленной работе.

2. «Аустерлиц» Винфрида Георга Зебальда (Austerlitz, 2001)

«Аустерлиц» Зебальда тоже находится в числе самых заметных книг начала столетия. Важнейшее, быть может, явление современной немецкой литературы. Погибший в автомобильный катастрофе спустя несколько месяцев после выхода «Аустерлица», Зебальд по сей день остается один из кумиров европейских интеллектуалов. Его самый прославленный роман состоит из разговоров рассказчика с неким Жаком Аустерлицем. Постепенно из них выстраивается картина его трагического прошлого. Темы памяти и беспамятства оказываются под объективом писателя. Критики не устают сравнивать «Аустерлиц» Зебальда с прозой В.Набокова и М.Пруста. Безусловно, обязательная к прочтению вещь, хоть и непростая, а местами очень тяжеловесная. Ознакомиться с ней стоит всеми, кому интересна проблема исторической памяти и осмысления травм ХХ века. Также в ней можно найти блестящие наблюдения в области архитектуры.

3. «Искупление» Иэна Макьюэна (Atonement, 2001)

«Искупление» признано лучшим романом в творчестве британца Иэна Макьюэна, писателя, который совместно с Дж.Барнсом, К.Исигуро и М.Эмисом претендует на статус главного лица современной английской литературы. Стиль «Искупления» отточен и прозрачен, удивительно легок и выверен. Макьюэн разворачивает повествование в нескольких временах, рисуя путь искупления писательницы Брайони, которая когда-то в юности оговорила невинного человека. Это умная, с мастерством исполненная и интригующая сюжетно вещь обязательно подарит читателю ни один увлекательный вечер.

4. «Дом листьев» Марка Данилевского (House of Leaves, 2001)

Пожалуй, одна из самых замысловатых книг не только начала XXI века, но за всю историю литературы. Кто-то назовет этот роман смелым шедевром, кто-то — литературным хулиганством. «Дом листьев» — чистый эксперимент, попытка сделать шрифты и графическую организацию текста немаловажным стилистическим приемом. Например, описывая белый экран телевизора, писатель попросту вставляет разрывает текст пустой страницей. Он то заставляет буквы скакать вертикально, то ужимает их, когда следует ускорить темп движения сюжета. Некоторые фрагменты нужно даже читать при помощи зеркала. Начинается «Дом листьев» в лучших традициях классических хорроров: главный герой, фотограф и кинорежиссер Уилл Нэвидсон, переезжает в новый дом и расставляет повсюду камеры, чтобы снять документальный фильм о жизни своей семьи. Естественно, очень быстро начинает твориться нечто странное и страшное: в доме появляются новые двери, ведущие в помещения и комнаты, которых раньше не было. Оставаясь снаружи зрительно неизменяющимся, дом постоянно разрастается внутри. Наконец, в нем возникает жуткий коридор, темнота которого уводит в саму пустоту. Затем мы узнаем, что все происходящее было заснято на камеры, и теперь некий киновед Зампано пишет к пленке комментарий, его комментарий комментирует целая свора редакторов. В результате сам роман уподобляется дому Нэвидсона, который постоянно растет, расширяется, обрастает новыми сюжетами, превращающими его в подобие матрешки. Грань между читателем и героем стирается: читающий книгу также бродит в расширяющемся лабиринте сюжетов, как бродит в своем страшном доме Уилл Нэвидсон.

«Дом листьев» нужно обязательно прочесть, поскольку это без преувеличение уникальное событие в истории литературы. Ничего похожего ни по сюжету, ни по форме вы не найдете, а впечатления от прочитанного мало с чем сравнимы. Вы обязательно попадете в реальность романа Данилевского, станете его героем и будете разгадывать его загадки, то подставляя зеркало перед текстом, чтобы узнать новую тайну, то мучительно продираясь через эксперименты со шрифтами.

5. «Пасторалия» Джорджа Сондерса (Pastoralia, 2001)

«Пасторалия» Джорджа Сондерса — это добротный сборник рассказов, зарисовки жизни современного общества, насквозь пронизанные сарказмом, сатирой и язвительной иронией. Сондерс – в каком-то смысле новый Ивлин Во. Его рассказы всегда очень смешные, но при этом ловко играют на переплетении трагедийности и комедийности, расслабляют юмором, а затем внезапно причиняют читателю боль. Писатель ловко маневрирует между противоположными читательскими эмоциями, всегда точен и интересен в деталях. С Сондерсом нужно познакомиться, чтобы понять, на что способен современный рассказ и увидеть, что границ между трагическим и комическим практически не существует.

6. «Средний пол» Джеффри Евгенидиса (Middlesex, 2002)

Нашумевшая в свое время вещь, оригинально разрабатывающая каноны семейной саги. Евгенидис рассказывает в своем magnum opus о судьбе нескольких поколений семьи греческих иммигрантов, которую отслеживает на фоне исторических событий ХХ века. Откровенно и без обиняков здесь поведана история жизни главного героя, гермафродита, родившегося как с мужскими, так и с женскими с половыми признаками. Семейная сага и внутренний мир главного персонажа постоянно пересекаются. Читатель пытается отыскать причины генетического заболевания рассказчика в истории его предков. Мужская и женская ипостаси повествования постоянно чередуются, перекрещиваются. Человеческая природа исследуется отстраненно и педантично. Роман отмечен Пулитцеровской премией и включен в множество списков важнейших произведений современной литературы. Его стоит прочесть всем любителям жанра семейных саг, поскольку это одна из лучших работ в своем жанре. А «экзотичность» главного героя пусть не отпугивает потенциального читателя: от вопросов гендерной идентичности в современном искусстве никуда не убежать. В начале XXI века они отчего-то особенно мучают человечество.

7. «Маленький друг» Донны Тартт (The Little Friend, 2002)

Донна Тартт, как и Франзен, стоит у истоков Большого американского романа, но в большей степени, чем ее именитый коллега, заигрывает с литературой жанровой. Некоторых это раздражает, но Тартт читают и обсуждают, ее романы вызывают полемику и неистовый интерес. Что очень важно для рядового читателя, они легки для восприятия и обращены к его мировоззрению. Тартт пытается увести современную литературу от сложности, преодолеть разрыв профессиональной художественной словесности с массовым читателем. Зебальда, например, осилит не каждый, но Тартт будет интересна и доступна самой широкой аудитории. «Маленький друг», одна из ее важных книг, вращается вокруг околодетективного сюжета, начинается с того, что девятилетнего мальчика находят повешенным в доме его родителей. В центре фабулы оказывается его сестра, Гарриет, книжный ребенок со своими страхами и проблемами. В результате «Маленький друг» оказывается тугим клубком сюжетных линий и лейтмотивов. Тартт можно любить и не очень, ругать ее писательскую манеру, но читать ее безусловно стоит. «Маленький друг» — увлекательная книга, от которой буквально не оторваться. Все любители «Твин Пикса» оценят саспенс романа, его атмосферу маленького сонного городка, наполненного загадками.

8. «2666» Роберто Боланьо (2003)

Роман чилийского писателя Роберто Боланьо «2666» — прихотливо организованная книга, состоящая, в сущности, из пяти самостоятельных книг, переплетающих судьбы людей нескольких национальностей и живущих в разных уголках мира: чилийского профессора философии, нью-йоркского журналиста, немецкого писателя, нескольких преподавателей литературы из Франции, Испании, Италии, Великобритании. В итоге выходит книга-пазл, книга-головоломка. Еще одно экзотическое блюдо на вашем литературном пиршестве, которое рекомендовано к прочтению всем любителям необычного и нового в искусстве. Прочитать «2666» будет непросто, но попытаться обязательно стоит. Это действительно важное событие в истории литературы. На русском, к сожалению, «2666» пока не издан. Чтобы прочесть его, придется записаться на курсы испанского языка.

9. «Пора уводить коней» Пера Петтерсона (Ut og stjæle hester, 2003)

Один из самых известных норвежских романов последнего времени представляет собой рассказ главного героя о прожитой жизни: воспоминания о детстве и юности чередуются с повествованием о любви его родителей во времена Второй мировой. Медленно вырисовывается картина пасторальной, сельской жизни норвежской глубинки. Неспешное повествование, красивый, обволакивающий язык, приятное послевкусие — все это вам предложит Пер Петтерсон и его роман «Пора уводить коней», который хорош своей атмосферой и владением писателя словом.

10. «Облачный атлас» Дэвида Митчелла (Cloud Atlas, 2004)

Об «Облачном атласе» вы непременно слышали, и даже если не успели прочесть, однозначно видели экранизацию. «Облачный атлас» Митчелла — яркое событий в истории английского постмодернизма, энциклопедия форм, жанров и стилей современной литературы. Именно поэтому его стоит прочесть: здесь, пожалуй, сошлась вся история литературы, языка, человечества. Писатель воплотил в своем романе идею немецкого философа Фридриха Ницше о «вечном возвращении», создал на ее основе целое мироздание. Согласно Ницше, всякое событие повторяется в вечности бесконечное количество раз. Так, спустя множество лет новый человек переживет все то, что до него уже кем-то переживалось, ему в голову придут те же мысли, которые уже приходили в голову его предков, да и в целом он будет во всем похож на кого-то, кто уже до него существовал. Реализуя эту идею, Митчелл создал шесть историй людей, живших в разных временах, от прошлого через настоящее к будущему. Через «Облачный атлас» рисует хронику развития человеческой цивилизации, существующей по законам «вечного возвращения», повторяющей одни и те же мотивы вечно, но в разных вариациях, блуждающей от заката к рассвету и наоборот. Как и «2666» Боланьо, «Облачный атлас» — сразу несколько книг, воплощающих один и тот же мотив в канонах различных литературных жанров. Плутовской роман сменяется приключенческим, триллер комедией, антиутопия постапокалипсисом. Каждая из частей книги исполнена в новой форме: то в качестве дневника, то в виде писем, то посредством интервью. Осваивая разные стили, жанры и формы, писатель прослеживает и историю английского языка, от его устаревших форм до новейшего словообразования. В последней части он занимается конструированием уже нового языка на основе английского, на котором говорит впавшее в архаику человечество будущего. Здесь же реализуется ключевая для постмодернизма идея слияния «элитарных» и «массовых» начал культуры. Митчелл объединяет «верх» и «низ», подавая интеллектуальное произведение в занимательных жанрах беллетристики. В то же время он применяет такие новейшие техники литературного письма, как метапроза и гипертекст. Обращение к метапрозе заключается в том, что реальность романа выстроена крайне прихотливо. «Облачный атлас» — это рассказ пастуха на умирающей Земле, который смотрит голограмму с интервью легендарной личности прошлого, которая смотрит фильм о писателе-авантюристе, который читает сценарий криминального триллера о расследовании журналистки, которая читает письма незаслуженно забытого гениального композитора, который читает дневник путешествующего нотариуса… Реальность каждый раз ставится под сомнение и существует лишь в сознании воспринимающего. Использование принципов гипертекста приводит к созданию нелинейного текста, который можно читать разными способами. Можно прочесть обычным способ, «от корки до корки», с разрывом историй на две части. Можно читать начало и конец каждой истории, собирая две части в одну, а затем только переходить к следующему эпизоду. И можно произвольно выбрать какой-либо момент, а от него, по гиперссылке, перейти к историям других персонажей.

11. «Беглянка» Элис Манро (Runaway, 2004)

В 2013 году Элис Манро получила Нобелевскую премию по литературе с формулировкой «мастеру современного рассказа». И правда, сегодня никто не работает в малой форме лучше нее. Поэтому к прочтению она тоже рекомендована. Манро отличает редкое умение рассказывать вроде бы банальные сюжеты так, что за их фасадом открываются глубины, до которых прорвется лишь очень внимательный и чуткий читатель. Писатель владеет тонкой манерой обрисовки героев, строит свои рассказы сплошь на нюансах и оттенках. Никаких резких движений, только самые легкие прикосновения кисти. Отказавшись от линейного повествования, смешивая прошлое с настоящим и с будущим, писатель создает не литературу, подобную музыке. Рассказы у Манро осенние, северные, подобные климату ее родной Канады. Они захватывают читателя и несут в потоке мыслей, образов, чувств. Здесь нет напряженных интриг, это истории-настроения, исполненные виртуозно и со вкусом. Читая Манро, словно лежишь на дне лодки, которую ветер несет по водам озера, и ты уносим тоже – в сероватую, неспокойную даль. Одна-две детали в финале, и вот уже сюжет перевернут с ног на голову, а внутри свербит.

12. «Таинственное пламя царицы Лоаны» Умберто Эко (La misteriosa fiamma della regina Loana, 2004)

Этот роман великого итальянца, изменившего когда-то ход развития литературы своим «Именем Розы», — быть может, самый оригинальный из написанных им, но вместе с тем и один из наиболее сложных. «Таинственное пламя царицы Лоаны» — попытка ответить, что есть литература сегодня, где ее границы и какие новые формы она может принять. Жанр своей работы Эко опеределил как «иллюстрированный роман»: графическая его часть вспутает здесь в прямой диалог с текстовой. Иллюстрации, постепенно вторгающиеся в текст, сначала фрагментарны, но ближе к концу все настойчивее и настойчивее его дополняют. В финале целые страницы будут отданы исключитель визуальной составляющей. Действительно, литература совершенного нового толка. Сюжетно «Таинственное пламя» рассказывает о человеке, который потерял память в результате инсульта. Он совершенно забыл свою жизнь, но помнит все прочтенное и виденное. Теперь его главная задача – попытаться вернуть утраченные воспоминания.

13. «Не отпускай меня» Кадзуо Исигуро (Never Let Me Go, 2005)

Имя Кадзуо Исигуро, британского писателя японского происхождения, — в числе лучших современных прозаиков, которых всегда читать интересно, полезно для ума и души. «Не отпускай меня» — видное литературное событие, отмеченное включением во всевозможные списки книг, обязательных к прочтению. Исигуро здесь ловко играет с канвой научной фантастики, однако выстраивает в итоге скорее притчу. Ее герои – клоны, созданные и выращенные, чтобы стать донорами органов. А больше о сюжете рассказывать ничего нельзя. Принимайтесь за чтение и открывайте для себя мощь актуальной британской литературы.

14. «Половина желтого солнца» Нгози Адичи Чимаманды (Half of a Yellow Sun, 2006)

Сокровище для тех, кто хочет познакомиться с африканской литературой. Роман нигерийской писательницы Нгози Адичи Чимаманды рассказывает о гражданской войне в ее стране, прослеживает судьбы нескольких людей на фоне исторических катаклизмом: представительницы привелигированного нигерийского класса Оланны, деревенского мальчишки Угву, молодого англичанина Ричарда, приехавшего под жестокое солнце Африки писать книгу. Всем им придется пройти испытание временем, чтобы иначе взглянуть на себя и на окружающую действительность. Поразительное по силе и мощи полотно, поднявшее завесу над литературой целого континента.

15. «Короткая фантастическая жизнь Оскара Вау» Джуно Диаса (The Brief, Wondrous Life of Oscar Wao, 2007)

Тоже одно из знаковых произведений современной литературы, которое периодически мелькает в списке главных книг начала века. Часто «Короткую фантастическую жизнь» лаконично называют «лучшим романом ХХI века», отбирая пальму первенства у «Поправок». Работа Диаса получила Пулитцеровскую премию, премию Джона Сарджента, Национальнную Премию критиков, вошла в шорт-лист Дублинской премии. Написана она на замысловатой смеси английского и испанского языка, так называемом спанглише, соединяет латиноамериканскую и американскую культурные традиции. Писатель рассказывает здесь о жизни полного мальчика Оскара де Леона, который живет в гетто в Нью-Джерси и помешан на комиксах и фантастике. Он одновременно нелеп и трагичен. Мы наблюдаем за историей его семьи, узнаем о жизни в Доминиканской республике эпохи Трухильо. Прозу Диаса нередко сравнивают с «магическим реализмом» Гарсиа Маркеса. Она поражает неудержимой фантазией и оттенена юмором, но вместе с тем полна печали и боли. «Короткая фантастическая жизнь» действительно необычна, хороша и безмерно трогательна.

16. «Похождения скверной девчонки» Марио Варгас Льосы (Travesuras de la niña mala, 2006)

«Похождения скверной девчонки» перуанского писателя с мировым именем Марио Варгас Льосы — одно из лучших произведений в современной литературе, затрагивающих тему любовных отношений. Действие разворачивается на разных континентах, бросая читателя из элитного района Лимы Мирафлореса в Париж, Токио, Лондон, растягивается на несколько десятилетий, чтобы рассказать историю двоих, один из которых любит, а другой позволяет любить. Перед читателем тянется долгая-долгая жизнь с чередой расставаний, пощечин, прощений. А как итог – умирать приходят к тем, кого столько раз бросали. Но обычной любовной истории ожидать от Льосы было бы слишком банально: здесь встает другой, подтекстовый вопрос о выборе жизненного пути между пассивной безамбициозностью и активным авантюризмом. Героини книги воплощают две крайние позиции существования. Он, «пай-мальчик» – скромный переводчик, чья главная мечта – жить тихим, непримечательным образом в Париже. Она, «скверная девчонка», готова менять имена и биографии, лицемерить, переезжать из страны в страну и с континента на континент. Жизнь в четырех стенах свела бы ее с ума. А в итоге? В итоге любой путь рассыпается прахом. Жизнь утекает, сочится сквозь пальцы. Несколько сотен страниц вбирают от 50-х годов ХХ века до 90-х, рисуют самую обычную жизнь, где живут от работы к работе, радость находят в просмотрах фильмов и в прочтении книг. А любовь? Любовь – бремя мира. Спасение мира. Проблески смысла. И – рабство, болезнь, мазохизм.

17. «Август: графство Осейдж» Трейси Леттса (August: Osage County, 2007)

«Август» Трейси Леттса, награжденный в свое время Пулитцеровской премией и блистательно экранизированный затем в Голливуде, называют первой великой пьесой из написанных в ХХI веке и лучшим театральным произведением 2000-х. Леттс наследует в своей работе лучшим традициям психологической драмы. По жанру это трагикомедия, компактно умещающая в небольшом объеме семейную сагу, один из самых популярных жанров современной литературы. Снова копание в истории одной семьи, снова отчуждение, ссоры, крики и такие разные судьбы, соединенные паутиной уз крови. Трейси Леттсу удалось в его знаменитой пьесе создать универсальное зеркало, в котором увидит собственное отражение не одно семейство.

18. «Музей невинности» Орхана Памука (Masumiyet Müzesi, 2008)

Действие романов турецкого лауреата Нобелевской премии Орхана Памука почти всегда разворачивается в Стамбуле, который одновременно предстает и великолепным миражом, вставшим из тьмы веков, и городом, соединивший в себе эхо Запада и Востока, помноживших их на многоголосие своих базаров и площадей. «Музей невинности» тоже приглашает читателя в зачарованный город на Босфоре, рассказывает пронзительную историю любви главного героя к своей дальней родственнице, о тех «музеях», которые создает человеческая память в попытках сохранить те или иные мгновения, черты внешности, интонации голоса. «Музей невинности» подарил Стамбулу не только еще один миф, но и вплел в узор его улиц настоящий музей, созданный «по мотивам» романа. Всем влюбленным в Стамбул и его атмосферу роман настоятельно рекомендован.

19. «Здесь» Виславы Шимборской (Tutaj, 2009)

Современная поэзия, к сожалению, претерпевает кризис. Она есть, но читатель от нее практически оторван и на прилавках книжных ее не найти. Попробуйте поискать издания лучших поэтов рубежа ХХ- XXI веков, будь то Дерек Уолкотт, Тумас Транстрёмер, Луиза Глюк или Вислава Шимборская. Найти их будет непросто.

Вислава Шимборская — яркий новатор, прокладывающий новые тропы в становлении современной поэзии. Ее верлибры особенные. По тематике. По богатству тем. Они непременно влюбляются в себя и, что очень важно, меняют восприятие реальности, а именно это — основной показатель настоящей поэзии как явления литературы. Эксперименты Шимборской вполне классичны, чтобы стать хрестоматийны, но вместе с тем взрывают поэзию изнутри. Одно свое стихотворение, например, автор строит по принципу метеорологического прогноза, но этот, на первый взгляд, утилитарный текст наполняет таким философским содержанием, что его первоначальные смыслы и назначения переходят в план метафизики.

Виславу Шимборскую просто необходимо читать, чтобы понять, каковы возможности современной поэзии. Поэт показывает ее во всей силе и красе.

20. «Детство Иисуса» Джона М. Кутзее (The Childhood of Jesus, 2013)

Последний роман одного из столпов современной литературы Джона М. Кутзее. Роман-аллегория, роман-загадка и роман-притча, наполненный стольким количеством символов, что читателю предстоит увлекательная и непростая работа по расшифровке предложенного ребуса. Главные персонажи книги, мужчина Симон и мальчик Давид, прибывают в вымышленный город под названием Новилла. Откуда они пришли и зачем? Где находится на карте Новилла? Как ассимилироваться эмигрантам в чужой стране? А главное, причем тут Иисус? На эти и другие вопросы читателю придется искать ответы самому. Впрочем, не обольщайтесь: разгадать этот граненый до совершенства кубик Рубика до конца практически невозможно, но тем новый роман Кутзее и прекрасен. Книга наполнена многочисленными философскими вопросами и аллюзиями к мировой культуре, претендует едва ли не стать веским словом в истории жанра литературной параболы. Рекомендована к прочтению всем мыслящим людям и попросту ценителям хорошей литературы.

Это список читательских предпочтений экспертов литературного журнала The Millions, в число которых вошли известные журналисты, критики и писатели — всего 56 человек. Они выбрали исключительно достойные внимания книги столетия.

Вконтакте

Однокласники

«Средний пол» Джеффри Евгенидис

История жизни гермафродита, искренне и откровенно рассказанная от первого лица. Роман, написанный американцем греческого происхождения Джеффри Евгенидисом в Берлине, получил Пулитцеровскую премию 2003 года. Книга представляет собой историю нескольких поколений одной семьи глазами потомка-гермафродита.

«Короткая и удивительная жизнь Оскара Уо» Жуно Диас

Полуавтобиографический роман 2007 года, написанный американцем доминиканского происхождения Жуно Диасом, повествует о судьбе толстого и глубоко несчастного ребенка, переживающего процесс взросления в Нью-Джерси и безвременно погибающего в ранней юности. Произведение было удостоено Пулитцеровской премии 2008 года.

«2666» Роберто Боланьо

Изданный посмертно роман чилийского писателя Роберто Боланьо (1953 — 2003) состоит из 5 частей, которые автор по экономическим соображениям собирался опубликовать как 5 независимых книг, чтобы таким образом обеспечить жизнь своих детей после его смерти. Тем не менее после смерти писателя наследники определили литературную ценность произведения и решили издать его как один роман.

«Облачный атлас» Дэвид Митчелл

«Облачный атлас» подобен зеркальному лабиринту, в котором перекликаются, наслаиваясь друг на друга, шесть голосов: нотариуса середины XIX века, возвращающегося в США из Австралии; молодого композитора, вынужденного торговать душой и телом в Европе между мировыми войнами; журналистки в Калифорнии 1970-х, раскрывающей корпоративный заговор; мелкого издателя — нашего современника, умудрившегося сорвать банк на бандитской автобиографии «Удар кастетом» и бегущего от кредиторов; клона-прислуги из предприятия быстрого питания в Корее — стране победившего киберпанка — и гавайского козопаса на закате цивилизации.

«Дорога» Кормак Маккарти

Книга Кормака Маккарти, чьи произведения отличаются жестким реализмом и здравым взглядом на нашу, человеческую сущность без масок, без лицемерия, без какой-либо романтики. Отец с маленьким сыном странствуют по пережившей чудовищную катастрофу стране, отчаянно пытаясь уцелеть и сохранить человеческий облик в постапокалиптическом мире.

«Искупление» Иэн Макьюэн

Это поразительная в своей искренности «хроника утраченного времени», которую ведет девочка-подросток, на свой причудливый и по-детски жестокий лад переоценивая и переосмысливая события «взрослой» жизни. Став свидетелем изнасилования, она трактует его по-своему — и приводит в действие цепочку роковых событий, которая аукнется самым неожиданным образом через много-много лет.

«Приключения Кавалера и Клея» Майкл Чабон

Два еврейских юноши во время Второй мировой войны становятся королями комикса в Америке. Своим искусством они пытаются бороться с силами зла и с теми, кто держит их близких в рабстве и хочет уничтожить.

«Поправки» Джонатан Франзен

Это ироничное и глубокое осмысление извечного конфликта отцов и детей в эпоху бравурного «конца истории», непробиваемой политкорректности и вездесущего интернета. Следя за грустными и смешными жизненными коллизиями семьи бывшего инженера-путейца Альфреда Ламберта, медленно сходящего с ума, автор выстраивает многофигурный роман о любви, бизнесе, кинематографе, «высокой кухне», головокружительной роскоши Нью-Йорка и даже о беспределе на постсоветском пространстве. Книга объявлена «первым великим романом XXI века».

«Гилеад» Мэрилин Робинсон

Действие романа происходит в 1956 году в городке Гилеад, штат Айова. Книгу составляют письма, написанные в дневниковой форме 76-летним священником и адресованные его 7-летнему сыну. Соответственно, роман представляет собой ряд непоследовательных сцен, воспоминаний, историй, нравственных советов.

«Белые зубы» Зэди Смит

Один из самых ярких и успешных дебютных романов, появившихся за последние годы в британской литературе. Блестящее комическое повествование, в котором рассказывается о дружбе, любви, войне, землетрясении, трех культурах, трех семьях на протяжении трех поколений и одной очень необычной мыши.

«Кафка на пляже» Харуки Мураками

В центре произведения — судьба подростка, убежавшего из дома от мрачного пророчества своего отца. На удивительные судьбы героев, жителей Японии второй половины XX века, влияют пророчества, посланцы потустороннего мира и кошки.

«Бегущий за ветром» Халед Хоссейни

Амира и Хасана разделяла пропасть. Один принадлежал к местной аристократии, другой — к презираемому меньшинству. У одного отец был красив и важен, у другого — хром и жалок. Один был запойным читателем, другой — неграмотным. Заячью губу Хасана видели все, уродливые же шрамы Амира были скрыты глубоко внутри. Но не найти людей ближе, чем эти два мальчика. Их история разворачивается на фоне кабульской идиллии, которая вскоре сменится грозными бурями. Мальчики словно два бумажных змея, которых подхватила эта буря и разметала в разные стороны. У каждого своя судьба, своя трагедия, но они, как и в детстве, связаны прочнейшими узами.

«Не отпускай меня» Кадзуо Исигуро

Самый поразительный английский роман 2005 года от урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня». 30-летняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы. Это роман-притча, история любви, дружбы и памяти, предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».

«Аустерлиц» В. Г. Зебальд

Жак Аустерлиц, посвятивший свою жизнь изучению устройства крепостей, дворцов и замков, вдруг осознает, что ничего не знает о своей личной истории, кроме того, что в 1941 году его, пятилетнего мальчика, вывезли в Англию. И вот спустя десятилетия он мечется по Европе, сидит в архивах и библиотеках, по крупицам возводя внутри себя собственный «музей потерянных вещей», «личную историю катастроф».

«Эмпайр-Фоллс» Ричард Руссо

Роман Ричарда Руссо, в комедийном ключе повествующий о жизни «синих воротничков» маленького городка Эмпайр-Фоллс, штат Мэн. Главный герой — Майлз Роби, управляющий гриль-баром, который считается самым популярным заведением в этом местечке уже на протяжении 20 лет.

«Беглянка» Элис Манро

Сборник рассказов известной канадской писательницы, по которому в Голливуде снимают фильмы, а в 2004 году книга получила премию Гиллера.

«Мастер» Колм Тойбин

Книга ирландского писателя Колма Тойбина «Мастер», повествующая о жизни известного романиста и критика XIX века Генри Джеймса, заслужила самую крупную в мире литературную премию за художественное произведение на английском языке.

«Половина желтого солнца» Нгози Адичи Чимаманда

Полный напряженного драматизма роман рассказывает истории нескольких людей — истории, которые сплелись самым поразительным образом. Читатели назвали роман Адичи «африканским „Бегущим за ветром“», а британские критики присудили ему престижнейшую премию «Оранж».

«Необычная Земля» Джумпа Лаири

«Необычная Земля» — книга американской писательницы индийского происхождения Джумпы Лаири. В ней автор продолжает тему индийских эмигрантов, которую начала в своей первой книги «Толкователь болезней».

«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» Сюзанна Кларк

Магическая Англия эпохи Наполеоновских войн. Англия, в которой волшебники состоят на тайной службе правительства и собственными способами защищают Британскую империю. Но, сражаясь с врагом «обычным» и используя свою силу как еще одно оружие в войне «людской», волшебники забыли о своем истинном, извечном недруге и противнике — Древнем Народе, помнящем, как он управлял некогда человеческими землями и душами. И теперь, когда магия стала слабеть и иссякать, из глубин запредельной древности возвращаются фэйри, ведомые своей новой надеждой — Королем-Вороном.

В список экспертов также вошли книги «Изведанный мир» Эдварда П. Джонса, «Пасторалия. Разруха в парке гражданской войны» Джорджа Сондерса, «Пора уводить коней» Пера Петтерсона, «Бастион одиночества» Джонатана Летема, сборник рассказов Келли Линк «Все это очень странно», а также не переведенные на русский язык книги «Hateship, Friendship, Courtship, Loveship, Marriage» Alice Munro, «Twilight of the Superheroes: Stories» Deborah Eisenberg, «Mortals» Norman Rush, «Varieties of Disturbance: Stories» Lydia Davis, «American Genius: A Comedy» Lynne Tillman.

По просьбе «Афиши» Антон Долин исследовал, из чего состоят книги автора романа «11/22/63», короля ужасов, важнейшего беллетриста и самого экранизируемого современного писателя в мире.

Фотография: SHOSHANNAH WHITE/PHOTO S.A./CORBIS

Автокатастрофа

В авариях погибло множество персонажей Стивена Кинга, а 19 июня 1999 года это чуть не случилось с ним самим: 51-летний писатель попал под колеса автомобиля во время прогулки. Кроме перелома бедренной кости и множественных переломов правой ноги он получил ранение головы и правого легкого. Почти месяц провел на аппарате искусственного дыхания, нога не была ампутирована лишь чудом, но еще год писатель не мог сидеть — и, соответственно, работать. Однако постепенно вернулся к прежней деятельности, отражая раз за разом полученный опыт в новых книгах, в частности, в «Истории Лизи» и «Дьюма-Ки», а в седьмом томе «Темной башни» появились сакральные числа 19 и 99. Одни увидели в случившемся предостережение свыше (слишком писатель заигрывал в книгах с силами тьмы), другие — знак едва ли не богоизбранности писателя, которому удалось возродиться новым человеком. Так или иначе, Кинг — тот, с кем подобные вещи происходят не просто так. Недаром так много им написано о катастрофах и автомобилях, обладающих таинственной силой, — от «Кристины» (1983) до «Почти как «бьюик» (2002).


Бахман

Ричарда Бахмана Стивен Кинг придумал в 1977 году, когда сам уже прогремел с «Кэрри». Зачем нужен был псевдоним — сейчас уже не очень понятно. То ли чтобы в начале карьеры справляться с предполагаемыми фрустрациями от провалов книг, подписанных собственным именем, то ли чтобы проверить, удастся ли выстрелить второй раз. Так или иначе, Бахман успешно просуществовал целых семь лет, пока Кинг не убил его, к тому времени мистификация уже была раскрыта, и причиной смерти в пресс-релизе значился «рак псевдонима». Если говорить о стиле, то Бахман, в отличие от умеренного оптимиста Кинга, смотрел на мир мрачно, и наказание героев за
кармические грехи интересовало его куда больше, чем изысканный
психологизм, — и вообще он был больше про состояние общества и меньше про потустороннее. Первым опубликованным под этим именем стал роман «Ярость» про взявшего в заложники свой класс вооруженного школьника — правда, критика общества там вышла боком, и позже обвиняли в каждой подобной трагедии не общество, а саму «Ярость». Лучшее же из появившегося за подписью Бахмана — антиутопия «Бегущий человек», позже превращенная в фильм с Арнольдом Шварценеггером, и жуткая готическая новелла «Худеющий». В целом же повести Бахмана заметно уступали тем, что Кинг подписывал своим именем. В 1996-м Бахман ненадолго воскрес, чтобы принять участие в необычном эксперименте: он «создал» роман «Регуляторы» с Кингом, написавшем о точно тех же вымышленных событиях другой увесистый том, «Безнадегу». «Регуляторы» были явно слабее и вторичней. Окончательное фиаско Бахмана закрепил очередной посмертный опус — «Блейз» (2007), один из самых невзрачных в карьере обоих писателей.

Бейсбол

Кинг во многих отношениях — типичный хрестоматийный американец. И поэтому он страстный бейсбольный болельщик. Команда, за которую он болеет, — «Бостон Ред Сокс», и ее упоминания рассыпаны по большинству его романов и рассказов. Самым страстным признанием в любви к бейсболу стал роман ­«Девочка, которая любила Тома Гордона» (1999), разделенный не на главы, а на иннинги: его девятилетняя героиня Триша заблудилась в лесу, в котором единственным другом и помощником для нее стал воображаемый чернокожий бейсболист. В 2007-м вышла книга «Болельщик», полностью посвященная ­одному сезону «Бостон Ред Сокс». Ее Кинг — впервые в жизни — создал в соавторстве, с писателем Стюартом О’Нэном. А между двумя этими текстами Кинг ухитрился засветиться в комедии братьев Фаррелли «Бейсбольная лихорадка» (2005) — в роли наконец-то не болельщика, а игрока.

Касл-Рок

Основанный в 1877 году городок в штате Мэн, в 79 милях от родного Кингу Бангора, вообще-то, вымышленный. Сегодня в это верится с трудом: там жили и умирали сотни героев писателя, а потом в его честь назвал свою компанию Castle Rock Entertainment режиссер Роб Райнер. Впервые Касл-Рок упоминается в рассказе «Ночная смена», к нему или его уроженцам так или иначе отсылает каждый второй текст Кинга, а подробные географию, топонимику и социальный портрет города можно извлечь из «Мертвой зоны», «Куджо» и «Темной половины». В эпохальных «Нужных вещах» в Касл-Рок приходит Сатана собственной персоной, и город уничтожается навсегда. Несравненный певец укромной «маленькой Америки», Кинг изобрел с десяток крошечных колоритных городков, большинство из которых располагается в Мэне. Самый известный после Касл-Рока — тяготеющий под гнетом древнего проклятия Дерри, где разворачиваются действия «Оно», «Бессонницы» и «11/22/63», но есть и другие: Хэвен («Томминокеры»), Честерс-Милл («Под куполом»), Чемберлен («Кэрри») или Ладлоу («Кладбище домашних животных»). Сам писатель признается, что был вдохновлен вымышленными городами Лавкрафта — Инсмутом, Данвичем, Аркхэмом и Кингспортом.

Критика и теория

Кинг знаменит не только прозой, поэзией и драматургией, но и теоретическими работами, в которых разбирает наследие классиков, анализирует кинематограф и предлагает рецепты творческого успеха. Дебютом в этой области для него стала «Пляска смерти» (1981), книга о жанре ужасов. Отчасти автобиография, она предлагает любопытную типологию кошмаров и в книгах, и в кинематографе, от «Твари из Черной Лагуны» до «Сияния». В 2000-м вышел новый труд, «Как писать книги», ставший бестселлером по всему миру: особенно востребованной была вторая его часть, «Советы начинающим авторам». В частности, он настоятельно рекомендует читать и писать от четырех до шести часов в сутки и сообщает, что для себя установил квоту — не меньше двух тысяч слов за день. Кроме того, ежегодно Кинг радует своих читателей списками — порой спорными, но всегда интересными — лучших книг и фильмов за минувший год. К примеру, в 2013-м он поставил во главу своей десятки «Сына повелителя сирот» Адама Джонсона, добавив к нему «Щегла» Донны Тартт, оба букеровских романа Хилари Мантел — «Волчий зал» и «Внесите тела», а также «Случайную вакансию» Джоан Ролинг. Она, по мнению Кинга, один из самых значительных писателей последних десятилетий: он даже писал ей специальную петицию между публикацией шестого и седьмого томов эпопеи о мальчике-волшебнике с призывом оставить в живых Гарри Поттера.


Лавкрафт

Основоположник современного американского хоррора — и пожизненная ролевая модель для Кинга, при всех расхождениях в стиле, характере и биографии. Сын спятившего коммивояжера Говард Филлипс Лавкрафт был вундеркиндом, визионером и мизантропом. Наследник Эдгара Аллана По, в своих шедевральных повестях и новеллах — «Зов Ктулху», «Хребты безумия», «Дагон» и прочих — он исследовал кошмары, скрытые за фасадом повседневной жизни беззаботных обитателей ХХ века. Почти полное отсутствие чувства юмора, психоло­гической точности и фантазии в сюжетосложении (все эти качества присущи Кингу) — Лавкрафт был мастером в непростом деле создания неведомых миров. Кинг, открывший в новеллах Лавкрафта бездну юнгианских образов, прочитал его в двенадцать лет — по словам самого писателя, в идеальном возрасте для подобной литературы.

Магия

Древнее индейское колдовство в «Кладбище домашних животных», инопланетная зараза в «Томминокерах», их причудливая комбинация в «Оно», традиционные магии вампиров в «Жребии» и вервольфов в «Цикле оборотня», магия самого времени в «Лангольерах». Как ни удивительно, во многих книгах магия все же отсутствует — включая самые волшебные («Куджо», «Мизери», «Долорес Клейборн», «Рита Хейуорт и побег из Шоушенка», «Способный ученик»). В других речь идет о явлениях, которые многие считают естественными, хоть и необъяснимыми: «Кэрри», «Мертвая зона», «Воспламеняющая взглядом». Однако в широком смысле слова Кинг — и его читатель тоже — верит в то, что окружающая вселенная пронизана волшебством, как светлым, так и темным. Умение его видеть, распознавать и, скажем так, использовать — одновременно и дар, и проклятие, от которого изрядно мучаются многие герои кинговских книг. Согласно Кингу, через каждого алкаша, решившего ударить свою несчастную жену, жестокого школьного учителя и хулигана в мире себя проявляет зло, а через каждого внимательного, беспокойного, тонкого человека — возможно, ребенка или близорукого умника из библиотеки, — наоборот, добро. Их конфликт (особенно отчетливо переданный в раннем апокалиптическом эпосе, который так и называется — «Противостояние») нескончаем. Классический пример — путешествие агента добра, стрелка Роланда, к Темной Башне, оккупированной темными же силами.

Мертвецы

Разговаривать с мертвыми — во сне или наяву — обыденное дело для героев кинговских книг; иногда, впрочем, как в новелле «Уилла», они все мертвы с самого начала. Но есть и особенные тексты, полностью посвященные взаимоотношениям с теми, кто ушел из жизни. Это рассказ «Иногда они возвращаются», заслуживший весьма выразительную экранизацию, повесть «Тело» о четырех подростках, отыскавших в лесу труп (как вспоминал сам Кинг, такая история случилась с ним на самом деле — только это был труп собаки, а не человека). В конце концов, кто знает, взялся ли бы Кинг за шариковую ручку, если бы не смерть приятеля, попавшего под поезд на глазах Стивена, когда тому было всего четыре года. С этой же темой, конечно, связано и «Кладбище домашних животных» — возможно, самый страшный и безнадежный роман писателя. Мораль, которую нетрудно вынести из книги, довольно проста: избавиться от тоски по ушедшим близким не удастся ни за что — если только не прибегнуть к помощи индейских демонов, что, возможно, не лучшая идея. Так что пусть мертвые остаются в своих могилах. Подтверждает этот тезис и более поздний роман «Мобильник» — вариация Кинга на тему зомби-апокалипсиса.

Писатели

Любимые герои Стивена Кинга. Иногда просто рассказчики, вспоминающие о детстве («Тело»), или даже непрофессионалы, ведущие дневник («Дьюма-Ки»), чаще — люди, зарабатывающие писательством на жизнь. В «Мизери» (1987) автор сентиментальных бестселлеров Пол Шелдон попадает в автокатастрофу, оказываясь в руках профессиональной медсестры, которая, являясь чокнутой фанаткой его книг, обнаруживает в портфеле кумира рукопись последнего романа ее любимой серии. В «Темной половине» (1989) Тэд Бомонт пытается отделаться от своего псевдонима Джорджа Старка — произведения необузданной фантазии, обретшего самостоятельную жизнь. В «Секретном окне, секретном саду» (1990) Мортон Рейни получает обвинение в плагиате. В «Мешке с костями» (1998) Майк Нунан теряет вдохновение и попадает в дом с привидениями. И это — только некоторые из многочисленных литераторов, графоманов или ­гениев, ­альтер эго разной степени точности, подтверждающие избитый тезис: каждый по-настоящему талантливый писатель всегда пишет о себе.

Сияние

Особенный экстрасенсорный талант, невидимый для других, но ощутимый для тех, кто обладает схожим даром. О нем в романе «Сияние» (1980), одной из основополагающих кинговских книг, пятилетнему Дэнни рассказывает чернокожий великан Дик Халлоран. В той или иной степени «сияют» персонажи большинства романов писателя, от двигающей предметы Кэрри до воспламеняющей взглядом Чарли, от читающего мысли и предвидящего будущее Джонни Смита из «Мертвой зоны» до семерых тинейджеров-изгоев из «Оно», способных видеть скрытое под землей зло и бросающих ему вызов. Как правило, «сияющий» хрупок и уязвим, а потому симпатии автора вместе с читателем — на его стороне. Однако, как показывает «Доктор Сон», дар «сияющих» может быть использован и иначе, например — как пища для энергетических вампиров. Своеобразный абсолют «сияния» — Джон Коффи из «Зеленой мили».


Табита

Жена Стивена Кинга, которой посвящены многие его книги (а специальная благодарность ей есть практически в каждой). Они познакомились в университете в 1966-м и поженились пять лет спустя, сегодня у них трое детей и четверо внуков. Именно она нашла в мусорной корзине рукопись «Кэрри», выброшенную туда Кингом, и настояла, чтобы муж дописал роман и отправил в издательство. С тех пор Табита — первая читательница всех текстов Кинга. Кроме того, с начала 1980-х она пишет сама. Ни один из восьми романов не стал бестселлером, но почти все получили прекрасные рецензии.

Ужас

Традиция предлагает считать Стивена Кинга королем ужаса: фамилия располагает, а сам писатель не возражает. Но будучи непревзойденным виртуозом страшной литературы, даже в отличие от самых благородных представителей жанра — от По до Лавкрафта, — Кинг никогда не старается напугать своих читателей. Более того, его книги часто имеют психотерапевтический эффект, объясняя и анализируя природу распространенных фобий и помогая от них избавляться. Как настоящий американец, Кинг не может жить без катарсиса и финальной победы над злом, которой ознаменовано абсолютное большинство его романов. Из этого правила, правда, есть знаменательные исключения (и большинство подписаны фамилией Бахман).

Темная Башня

Magnum opus Стивена Кинга на сегодняшний день состоит из восьми романов, написанных в промежутке с 1982-го по 2012-й (также в цикл входит многотомная эпопея в комиксах и несколько рассказов). Источники для вдохновения — поэмы Томаса Элиота «Бесплодная земля» и Роберта Браунинга «Чайльд-Роланд дошел до Темной Башни», а также экранный образ Клинта Иствуда в спагетти-вестернах Серджо Леоне и «Волшебник страны Оз» Фрэнка Баума. Стрелок ­Роланд Дискейн, странствующий рыцарь из постапокалиптического будущего, в компании нескольких спутников — наших современников, обитателей Америки ХХ века, — идет по Пустошам к средоточию миров, захваченной силами Тьмы Темной Башне. Цикл Кинга смешивает в свободной пропорции фэнтези, научную фантастику, вестерн, хоррор и сказку. Одни считают «Темную Башню» его шедевром, другие —
самой монументальной неудачей. Так или иначе, сложно организованная
мифология цикла прямо и косвенно повлияла на все, что Кинг писал начиная с середины 1980-х и до сих пор. Например, дети из «Оно» прибегают к помощи хранителя луча — Черепахи, в «Бессоннице» фигурирует демонический Алый Король, а в «Сердцах в Атлантиде» центральный герой пытается спрятаться от его слуг. Да и ретроспективно это правило работает не хуже: в пятую книгу «Темной Башни» вписан отец Каллахан из «Жребия», в четвертой герои попадают в мир, описанный в «Противостоянии». Проще говоря, Темная Башня — центр всей вселенной Стивена Кинга.

Экранизации

По произведениям Кинга поставлено больше ста фильмов — он один из самых экранизируемых писателей в мире, во многом благодаря предпринятому еще в самом начале карьеры шагу: любой выпускник киношколы может снять фильм по любому из его рассказов (но не повести) за символический один доллар. Усмотреть за историей его экранизаций единую тенденцию невозможно. Зато выделить из общего ряда, пожалуй, стоит выразительную «Кэрри» Брайана Де Пальмы (дебютный роман и экранизирован был первым), ненавидимое автором, но великое «Сияние» Стэнли Кубрика, своеобразную «Мертвую зону» Дэвида Кроненберга и леденящего «Способного ученика» Брайана Сингера — фильм, упорно не желающий терять актуальность. При этом лучшими экранизаторами текстов Кинга законно признаются два других режиссера — Роб Райнер («Останься со мной», «Мизери») и Фрэнк Дарабонт («Побег из Шоушенка», «Зеленая миля», «Мгла» и несколько короткометражек): аккуратные и старательные авторы, они умудряются донести до зрителя драйв первоисточников, не расплескав. Существуют в ряду фильмов, поставленных по Кингу, и те, к которым он сам писал сценарий сразу, не по мотивам какой-либо книги. Среди таких — созданный совместно с Ларсом фон Триером сериал «Королевский госпиталь», мистический «Особняк «Красная роза» и страшная сказка «Буря столетия» — вероятно, лучшая из трех.


Современная российская литература динамично развивается с 1991 года — года развала Советского Союза. Четыре поколения писателей разных жанров наполняют ее внутреннюю суть, создавая лучшие российские книги.

Российская литература получила новый виток развития в годы перестройки. Писатели и книги, которые украсили тот период:

  • Людмила Улицкая «Медея и ее дети» ;
  • Татьяна Толстая «Круг»;
  • Ольга Славникова «Вальс с чудовищем».

Эти книги освещают социальные и политические проблемы.

Современная российская проза 21 века тоже не стоит на месте. Образовалась целая творческая плеяда писателей, среди который такие известные имена как Дарья Донцова, Борис Акунин, Александра Маринина, Сергей Лукьяненко, Татьяна Устинова, Полина Дашкова, Евгений Гришковец. Эти авторы могут гордиться максимальными тиражами.

Современная литература создается писателями в различных жанрах. Как правило, это произведения в рамках таких направлений как постмодернизм и реализм. Из самых популярных жанров можно отметить антиутопию, блогерскую литературу, а также массовую литературу (сюда входят ужасы, фэнтези, драмы, боевики, детективы).

Развитие современной русской литературы в стиле постмодернизма идет параллельно с развитием общества. Для этого стиля характерно противопоставление реальности и отношения к ней. Писатели тонко проводят грань между существующей действительностью и в ироничной форме передают свое видение смены социального строя, перемен в обществе и преобладания беспорядка над покоем и упорядоченностью.

Определиться какая книга является шедевром сложно, ведь у каждого из нас свои представления об истине. И потому благодаря плодотворному творчеству поэтов, драматургов, фантастов, прозаиков, публицистов великая и могучая русская литература продолжает развиваться и совершенствоваться. Только время может поставить последнюю точку в истории произведения, потому как истинное и подлинное искусство не подвластно времени.

Самые лучшие российские детективы и книги про приключения

Увлекательные и захватывающие воображение истории в детективном жанре требуют от авторов логики и смекалки. Нужно продумать все тонкости и аспекты, чтобы интрига держала читателей в напряжении до последней страницы.

Современная российская проза: лучшие книги для благодарных читателей

В топ-10 самых интересных книг российской прозы вошли следующие произведения.

Вчера, 23 апреля, был Всемирный день книг, предлагаем ознакомиться со списком читательских предпочтений 56 экспертов. Предлагаем ознакомиться со списком читательских предпочтений экспертов литературного журнала The Millions, в число которых вошли известные журналисты, критики и писатели. Они выбрали самые достойные внимания книги столетия. Рейтинг подготовлен 56 экспертами издания и был представлен и составлен читателями журнала, которые голосовали в специальной группе в Facebook. Наверняка, любой читающий человек сможет назвать свой рейтинг лучших книг, но это исследование The Millions стоит взять на заметку.

«Средний пол» Джеффри Евгенидис

«Middlesex» Jeffrey Eugenides История жизни гермафродита, искренне и откровенно рассказанная от первого лица. Роман, написанный американцем греческого происхождения Джеффри Евгенидисом в Берлине, получил Пулитцеровскую премию 2003 года. Роман представляет собой историю нескольких поколений одной семьи глазами потомка-гермафродита.

«Короткая и удивительная жизнь Оскара Уо» Жуно Диас

(«The Brief Wondrous Life of Oscar Wao» Junot Díaz) Полуавтобиографический роман 2007 года, написанный американцем доминиканского происхождения Жуно Диасом, повествует о судьбе толстого и глубоко несчастного ребенка,переживающего процесс взросления в Нью-Джерси и безвременно погибающего в ранней юности. Произведение было удостоено Пулитцеровской премии 2008 года. Примечательной особенностью книги можно счесть смешение литературного английского, «спанглиша» (смеси английского и испанского) и уличного сленга латиноамериканцев, обосновавшихся в Америке.

«2666» Роберто Боланьо

«2666» Roberto Bolano Изданный посмертно роман чилийского писателя Роберто Боланьо (1953–2003). Роман состоит из пяти частей, которые автор по экономическим соображениям собирался опубликовать как пять независимых книг, чтобы таким образом обеспечить жизнь своих детей после его смерти. Тем не менее после его смерти, наследники оценили литературную ценность произведения и решили издать его как один роман.

«Облачный атлас» Дэвид Митчелл

«Cloud Atlas» David Mitchell «Облачный атлас» подобен зеркальному лабиринту, в котором перекликаются, наслаиваясь друг на друга, шесть голосов: нотариуса середины девятнадцатого века, возвращающегося в США из Австралии; молодого композитора, вынужденного торговать душой и телом в Европе между мировыми войнами; журналистки в Калифорнии 1970-х, раскрывающей корпоративный заговор; мелкого издателя — нашего современника, умудрившегося сорвать банк на бандитской автобиографии «Удар кастетом» и бегущего от кредиторов; клона-прислуги из предприятия быстрого питания в Корее — стране победившего киберпанка; и гавайского козопаса на закате цивилизации.

«Дорога» Кормак Маккарти

«The Road» Cormac McCarthy Книга Комрака Маккарти, чьи произведения отличаются жёстким реализмом и здравым взором на нашу, человеческую сущность, без масок, без лицемерия, без какой-либо романтики. Отец с маленьким сыном странствуют по пережившей чудовищную катастрофу стране, отчаянно пытаясь уцелеть и сохранить человеческий облик в постапокалиптическом мире.

«Искупление» Иэн Макьюэн

«Atonement» Ian McEwan «Искупление» — это поразительная в своей искренности «хроника утраченного времени», которую ведет девочка-подросток, на свой причудливый и по-детски жестокий лад переоценивая и переосмысливая события «взрослой» жизни. Став свидетелем изнасилования, она трактует его по-своему — и приводит в действие цепочку роковых событий, которая аукнется самым неожиданным образом через много-много лет.

«Приключения Кавалера и Клея» Майкл Чабон

«The Amazing Adventures of Kavalier & Clay» Michael Chabon Два еврейских юноши во время Второй мировой войны становятся королями комикса в Америке. Своим искусством они пытаются бороться с силами зла и с теми, кто держит их близких в рабстве и хочет уничтожить.

«Поправки» Джонатан Франзен

«The Corrections» Jonathan Franzen Это ироничное и глубокое осмысление извечного конфликта отцов и детей в эпоху бравурного «конца истории», непробиваемой политкорректности и вездесущего Интернета. Следя за грустными и смешными жизненными коллизиями семьи бывшего инженера-путейца Альфреда Ламберта, медленно сходящего с ума, автор выстраивает многофигурный роман о любви, бизнесе, кинематографе, «высокой кухне», головокружительной роскоши Нью-Йорка и даже о беспределе на постсоветском пространстве. Книга объявлена «первым великим романом XXI века».

«Gilead» Marilynne Robinson

Действие романа происходит в 1956-м году в городке Гилеад, штат Айова. Книгу составляют письма, написанные в дневниковой форме 76-летним священником и адресованные его 7-летнему сыну. Соответственно, роман представляет собой ряд непоследовательных сцен, воспоминаний, историй, нравственных советов.

«Белые зубы» Зэди Смит

«White Teeth» Zadie Smith Один из самых ярких и успешных дебютных романов, появившихся за последние годы в британской литературе. Блестящее комическое повествование, в котором рассказывается о дружбе, любви, войне, землятресении, трех культурах, трех семьях на протяжении трех поколений и одной очень необычной мыши.

«Кафка на пляже» Харуки Мураками

«Kafka on the Shore» Haruki Murakami В центре произведения — судьба подростка, убежавшего из дома от мрачного пророчества своего отца. На удивительные судьбы героев, жителей Японии второй половины XX века, влияют пророчества, посланцы потустороннего мира и кошки.

«Бегущий за ветром» Халед Хоссейни

«The Kite Runner» Khaled Hosseini Амира и Хасана разделяла пропасть. Один принадлежал к местной аристократии, другой — к презираемому меньшинству. У одного отец был красив и важен, у другого — хром и жалок. Один был запойным читателем, другой — неграмотным. Заячью губу Хасана видели все, уродливые же шрамы Амира были скрыты глубоко внутри. Но не найти людей ближе, чем эти два мальчика. Их история разворачивается на фоне кабульской идиллии, которая вскоре сменится грозными бурями. Мальчики — словно два бумажных змея, которые подхватила эта буря и разметала в разные стороны. У каждого своя судьба, своя трагедия, но они, как и в детстве, связаны прочнейшими узами.

«Не отпускай меня» Кадзуо Исигуро

«Never Let Me Go» Kazuo Ishiguro От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня» — самый поразительный английский роман 2005 года. Тридцатилетняя Кэти вспоминает свое детство в привилегированной школе Хейлшем, полное странных недомолвок, половинчатых откровений и подспудной угрозы. Это роман-притча, это история любви, дружбы и памяти, это предельное овеществление метафоры «служить всей жизнью».

«Аустерлиц» В. Г. Зебальд

«Austerlitz» W.G. Sebald Жак Аустерлиц, посвятивший свою жизнь изучению устройства крепостей, дворцов и замков, вдруг осознает, что ничего не знает о своей личной истории, кроме того, что в 1941 году его, пятилетнего мальчика, вывезли в Англию. И вот, спустя десятилетия, он мечется по Европе, сидит в архивах и библиотеках, по крупицам возводя внутри себя собственный «музей потерянных вещей», «личную историю катастроф».

«Empire Falls» Richard Russo

Роман Ричарда Руссо, в комедийном ключе повествующий о жизни «синих воротничков» маленького городка Эмпайр-Фоллс, штат Мэн. Главный герой — Майлз Роби, управляющий гриль-баром, который считается самым популярным заведением в этом местечке уже на протяжении 20 лет.

«Runaway» Alice Munro

Сборник рассказов известной канадской писательницы, по которому в Голливуде уже снимают фильмы, а в 2004 году книга получила премию Гиллера.

«The Master» Colm Toibin

Книга ирландского писателя Колма Тобина (Colm Tóibín) «Мастер», повествующая о жизни известного романиста и критика XIX века Генри Джеймса заслужила самую крупную в мире литературную премию за художественное произведение на английском языке.

«Половина желтого солнца» Нгози Адичи Чимаманда

«Half a Yellow Sun» Chimamanda Ngozi Adichie Полный напряженного драматизма роман рассказывает истории нескольких людей, — истории, которые сплелись самым поразительным образом. Читатели назвали роман Адичи «африканским „Бегущим за ветром“», а британские критики присудили ему престижнейшую премию «Оранж».

«Необычная Земля» Джумпа Лаири

«Unaccustomed Earth: Stories» Jhumpa Lahiri «Необычная Земля» — книга американской писательницы индийского происхождения — Джумпы Лаири. В ней непосредственно она продолжает тему индийских эмигрантов, которую начала также в своей первой книги «Толкователь болезней».

«Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» Сюзанна Кларк

«Jonathan Strange & Mr. Norrell» Susanna Clarke Магическая Англия эпохи Наполеоновских войн. Англия, в которой волшебники состоят на тайной службе правительства и собственными способами защищают Британскую империю. Но, сражаясь с врагом «обычным» и используя свою Силу как еще одно оружие в войне «людской», волшебники забыли о своем истинном, извечном недруге и противнике — Древнем Народе, помнящем, как он управлял некогда человеческими землями и душами. И теперь, когда магия стала слабеть и иссякать, из глубин запредельной древности возвращаются фэйри, ведомые своей Новой надеждой — подменышем Королем-Вороном. В список экспертов также вошли книги «Изведанный мир» Эдварда П. Джонса, «Пасторалия. Разруха в парке гражданской войны» Джорджа Сондерса, «Пора уводить коней» Пера Петтерсона, «Бастион одиночества» Джонатана Летема, сборник рассказов Келли Линк «Все это очень странно», а также не переведенные на русский язык книги «Hateship, Friendship, Courtship, Loveship, Marriage» Alice Munro, «Twilight of the Superheroes: Stories» Deborah Eisenberg, «Mortals» Norman Rush, «Varieties of Disturbance: Stories» Lydia Davis, «American Genius: A Comedy» Lynne Tillman.

12 лучших книг для подростков

(рейтинг обновлен: январь 2021)

Ребенок в переходном возрасте – не подарок. Хотите, чтобы ваш тинэйджер был менее «ветреным» и не проводил 90% свободного от школы время в «виртуале»? Смартфоны, YouTube, соцсети, Instagram – это понятно. А знают ли ваши дети, какие фантасты за последние 5 лет чаще всех получали премию «Локус»? Или кто стал призером «Небьюлы» — самой престижной литературной награды современной фантастики?

Не так уж важно разбираться в подобных «библиотечных» тонкостях, но не интересоваться современным литературным процессом – значит упускать колоссальный источник знаний и впечатлений. Тем более преступно для тинэйджера читать менее 2-3 книг в год, когда купить интересные книги для подростков так легко на GRENKA.ua. Цена каждого рассмотренного в обзоре издания указана внизу страницы.

Список самых вдохновляющих подростковых книг послужит беспроигрышным ориентиром для родителей, а подростковые книги зарубежных авторов вернут юноше или девушке утраченную любовь к чтению, обогатят их интеллектуальную жизнь. Далее — наш список «Лучшие книги 21 века для подростков«!

Современные зарубежные книги для подростков: ТОП 2021 (обновлен)

Автор:Олли Вингет (псевдоним Ольги Птицевой)
Оригинальное название:После Огня
Первая публикация, г:2017
Кол-во страниц:512
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Данная книга — идеальный образец литературы, читая которую девчонки-гуманитарии примеряют на себя роль главной героини. Здесь её зовут Алиса и она имеет некую силу, которая отличает её от остальных. Но остальные это обстоятельство не ценят, а способности Алисы — презирают.

Дело в том, что, по сюжету, человечество на грани голодной смерти из-за экологической катастрофы (вырубка лесов подорвала баланс в магическом мире), а Алиса — единственная, кто не утратил связь с природой.

Ну, не то чтобы единственная… Есть и другие. Но у них свои тайны, и вообще, социальное напряжение разделило людей как в настоящей антиутопии. Да «После Огня» Олли Вингет и есть антиутопия! Плюс постапокалиптика, немного фэнтези и романтики. Топ среди девушек в возрасте «скоро 16».

Автор:Гарри Гаррисон
Оригинальное название:The Stainless Steel Rat Series
Первая публикация, г:1961
Кол-во страниц:896
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

В книгу вошли 6 первых романов канонического цикла авантютрно-плутовской научной фантастики про Джима Ди Гриза — «крысу из нержавеющей стали». Гаррисон — один из самых издаваемых на русском языке фантастов старой школы. С популярностью «Крысы…» за рубежом могут сравниться только такие гиганты как «Дюна» Ф. Герберта, или, если проводить аналогии с кино, «Звездные войны» Лукаса.

Автор:Кристина Старк
Оригинальное название:Стигмалион (язык написания: русский)
Первая публикация, г:2018
Кол-во страниц:480
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Книги для подростков про любовь обычно изобилуют штампами. Кристина Старк сумела обойтись без них. В её романе есть все составляющие великолепной молодежной прозы: динамичность сюжета, исключительность главной героини (она страдает редчайшей болезнью – аллергией на прикосновения), романтической линией, хэппи-эндом. Неглупая книга понравится девушкам-старшеклассницам.

Автор:Роберт Джордан
Оригинальное название:Wheel of Time
Первая публикация, г:1990
Кол-во страниц:864 + 736 + 768
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Мир Роберта Джордана вдохновил множество музыкантов, геймдизайнеров и, разумеется, других писателей, дал жизнь альбомам в самых разных стилях, настольным и видеоиграм, романам и комиксам. «Колесо времени» знаменито чуть менее, чем «Властелин колец», но именно потому остается более оригинальным подарком, чем «Властелин…» А еще потому, что сага Джордана еще не была экранизирована. Но и это не за горами. Классика приключенческого фэнтези для парней.

Автор:Уильям Риттер
Оригинальное название:Ghostly Echoes
Первая публикация, г:2016
Кол-во страниц:352
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Прочитайте аннотацию: викторианская Новая Англия, частный детектив, городское фэнтези, фантастические существа, упоминание о Гарри Поттере. Первое впечатление о романе сложилось? Оно на 100% верное! Традиционный антураж фантастической книги для подростков поможет увлечь юного читателя и не отпустит его, пока не будет перевернута последняя страница.

Роман – как раз для школьного возраста. Легкая детективная история с исчезновением, розысками, обретением друзей и первой взрослой влюбленности. Однако жизнь главной героини усложняется не только обычными подростковыми проблемами. Ада – интроверт, которого еще поискать! Стеснительной и любящей одиночество девушке предстоит узнать, какая она может быть на самом деле!

Автор:Джонатан Страуд
Оригинальное название:Lockwood & CO. The screaming staircase
Первая публикация, г:2013
Кол-во страниц:384
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Начало увлекательных приключений веселой команды друзей от мастера Джонатана Страуда. Ах, как же это приятно, когда легкий холодок бежит по спине, а мурашки – по рукам. Волосы уже зашевелились?

Призраки, странности, старый покинутый дом, полный тайн, проклятия и испытания. В лучших традициях подобных историй, следователи, или лучше сказать – исследователи агентства «Локвуд», спешат помочь.

Альтернативная история современной, ну почти современной, Британии, со всей ее вычурностью и высокомерием. Любовь и предательство, таинственные фантомы, красивая одежда, особый британский юмор, и куда же без дуэли на рапирах – здесь есть все, чтобы с головой нырнуть в мрачные приключения в лучших традициях приключенческого романа.

Автор:Джонатан Страуд
Оригинальное название:Artemis Fowl
Первая публикация, г:2001
Кол-во страниц:352
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Главному герою едва исполнилось 12 — самый подходящий возраст, чтобы перенять от родителей их склонность устраивать всемирные заговоры, плести интриги и строить грандиозные планы по учреждению нового мирового порядка. Для исполнения этих (и прочих) замыслов мальчику потребуется… золото. Много золота. И добыть его придется у волшебного народца. Ах да! Мы забыли упомянуть, что это немного фэнтези, немного приключения и очень много захватывающих поворотов сюжета.

Автор:Грегори Манчесс
Оригинальное название:Above the Timberline
Первая публикация, г:2017
Кол-во страниц:240
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Прекрасный морозный мир пост-апокалипсиса, с его дирижаблями, битвами, забывшими прогрессивное будущее жителями, и необычными опасными животными. Молодой парень отправляется в трудное путешествие – на поиски пропавшего в ледяной пустоши отца. И все бы хорошо, да мир давно покрыт льдами и снегом – ледниковый период поглотил все вокруг. Единственное свидетельство прошлой жизни – покинутый забытый город, поискам которого и посвятил свою жизнь отец Уэса.

Читать книгу становится все увлекательнее по мере того, как вы погружаетесь в рисунки происходящего, которые изобилуют на каждом развороте. Они завораживают и подкрепляют впечатление об опасных приключениях 17-летнего парня в мире вечного льда.
Вероятно, лучшая подарочная книга из всего нашего списка. Самая красивая — точно.

Автор:Ли Виксен
Оригинальное название:Имя для Лис (язык написания: русский)
Первая публикация, г:2018
Кол-во страниц:384
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Заключительный роман «young adult»-трилогии. Ли Виксен создала литературный мир, который втягивает читателя с первых строчек. Если хотите, чтобы подросток прочитал больше одной книги, «подсадите» его на цикл «Меня зовут Лис» — и 3 книги будут прочитаны. Минимум! Для справки: жанр – фэнтези.

Автор:Меган ДеВос
Оригинальное название:Loyalty
Первая публикация, г:2019
Кол-во страниц:448
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Книга с возрастным ограничением «18+». Это значит, что если родители не подарят на 16-летие, то подросток прочитает её втайне от «предков». Полуразрушенный мир доживает последние дни. Война уничтожила нашу цивилизацию, а те, кто выжил обречены разыскивать под обломками городов еще не пришедшие в негодность ресурсы: консервы, боеприпасы, снаряжение. На руинах Лондона встречаются Хейден и Грейс. Между их лагерями вот-вот разразится конфликт за обладание теми крохами, которые уже невозможно делить на два. Но они попробуют.

Автор:Сара Маас
Оригинальное название:Throne of Glass
Первая публикация, г:2012
Кол-во страниц:512
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Сирота Селена после смерти родителей попала в безвыходное положение и стала… наемным убийцей. Что ж, могло быть и хуже. Наверное. Как бы там ни было, а киллер из Селены получился отменный. Красивая и убийственная — это про неё повзрослевшую. События происходят в фэнтезийном мире, поэтому читателей ждут мечи, магия, рыцари, предательства, дружба и чувства, чистота которых могла возникнуть только в закаленных сердцах условно средневековой эпохи…

Книги-фавориты прошлых лет (кликните, чтобы развернуть)

Тери Терри, «Стиратели Судеб»


Популярность саги о «стёртой» английской писательницы Тери Терри сравнима с популярностью «Голодных игр». Антиутопия о ближайшем будущем, в котором преступникам стирают память, лишая их прошлого, стала открытием последних 6 лет. Трилогия переведена на русский в этом году. Ходят слухи об экранизации.
 

Эрин Уатт, «Бумажная принцесса»


Главный герой романа – красавчик-старшеклассник, у которого есть все, чего только можно пожелать в его возрасте: популярность, деньги, толпы поклонниц и друзей-завистников. Но Рид – нетипичный герой «девичьего романа». Свою любимую он отвергает – по своим соображениям. Почему? Как так случилось и что он будет с этим делать – узнаете из бестселлера Эрин Уатт.
 

Лора Себастьян, «Принцесса пепла»


Эталон книги для подростков 16-ти лет. Ни одна книга школьной программы не заденет школьников сильнее, чем история принцессы пепла, рассказанная на страницах этой книги. В сюжете нашлось место для геройства, женской силы и слабости, магических конфликтах и противостояний.
Первый роман из цикла. Продолжение еще пишется.
 

Мишель Фалькофф, «Плейлист смерти»

Пожалуй, самая «взрослая» книга из представленных в нашем топе. Друг главного героя покончил с собой. Сэм не понимает, что могло подтолкнуть товарища на этот шаг. А ведь должен был бы понимать, ведь они во всем похожи: засматривались на одних и тех же девчонок, играли в одинаковые игры, слушали одинаковую музыку. Стоп! А это что такое? Сэм находит флешку с плейлистом самоубийцы, а затем знакомится с Афиной – девушкой, которой кое-что известно…

Мелинда Солсбери, «Дочь Пожирательницы Грехов»

Романтичное название, красивая обложка – книга явно для старшеклассниц! Хотя, став бестселлером в 13 странах, роман пользуется популярностью в равной степени как у тех, кому за 20, так и у более юных читательниц. Главная героиня должна стать женой принца, а затем – королевой. Какой бы сильной магией не обладала ее кровь, в душе Твилла осталась испуганной девчушкой – и горе тому юноше, который сумеет разглядеть ее в этой ипостаси…
 

Автор:Холли Блэк
Оригинальное название:The Cruel Prince
Первая публикация, г:2018
Кол-во страниц:480
Рейтинг:★★★★★
Читать отзывы о книге

Крутое фэнтези с интригами и жестокостью — почти как у Джорджа Мартина. «Почти» в том смысле, что все-таки, крови меньше. Героиня Джуд — сирота и, по счастливому стечению обстоятельств, воспитанница магических существ. Воспитывалась она в строгости, поэтому получилась девушкой с крутым нравом. Красивой девушкой. Красота и нетерпеливый характер — типичные черты для особы королевских кровей. Но только ей повезло не во всем: власть придется завоевать, а не получить по наследству. Для чего ей это нужно? А это уже другой вопрос…

 

 

Книги в нашем обзоре стали бестселлерами 2021 года. Некоторые были таковыми и в прошлом и в позапрошлом году. Объединяет их и еще одно качество: хотя все входят в категорию «подростковая литература», каждая из них собирает в интернете сотни и тысячи отзывов от взрослых людей. Убедитесь сами: если книга хороша, ее интересно читать в любом возрасте!

Другие статьи похожей тематики:

…или…

Не Донна Тартт и на Ханья Янагихара: 10 недооцененных современных американских писателей

Джон Барт, 88 лет

Bettmann / Getty Images

Кто такой: один из крупнейших американских писателей второй половины XX века, равно отметившийся в крупных и малых жанрах, автор постмодернистского манифеста «Литература истощения», лауреат Национальной книжной премии (1973).

Как пишет: советские энциклопедии называли Джона Барта основоположником «школы черного юмора» — под таким камуфляжем американисты могли протащить в печать упоминания о послевоенных прозаиках, которым жали реалистические колодки. Барт — а также Джозеф Хеллер, Томас Пинчон и Дон Делилло — продолжали модернистские (читай: фолкнеровские) эксперименты с повествованием: это они приручили читателя к тому, что чтение может быть захватывающей работой, тестом на внимательность, игрой по мудреным правилам. Дивный бартовский стиль — не утративший, как мы теперь знаем, своего блеска за шестьдесят лет литературной карьеры — отметил его старший современник Набоков, который в эссе «О вдохновении» процитировал рассказ «Заблудившись в комнате смеха» с таким вот восторженным примечанием: «Мне пришлось постараться, чтобы выискать нужное среди обаятельных, пестрых, стремительных образов».

Что читать: «Плавучая опера» (пер. А. Зверева), «Заблудившись в комнате смеха» (пер. В. Михайлина), «Химера» (пер. В. Лапицкого), «Всяко Третье Размышленье» (пер. С. Ильина).


Элиф Батуман, 41 год Legion Media

Кто такая: журналистка, которая сотрудничала с n+1, Harper’s Magazine и The New Yorker, специалистка по русской литературе, финалистка Пулитцеровской премии (2018). Жила в Турции и учила узбекский в Самарканде.

Как пишет: «Бесы» Элиф Батуман должны были стать в России хитом: здесь очень любят игривые филологические мемуары и ценят ракурс иностранца — всем ведь страшно приятно, когда франзеновская Патти Берглунд читает «Войну и мир», а в «Щегле» мелькает набоковское «Отчаяние». Как бы не так: нулевая практически пресса и сдержанный — насколько можно судить по соцсетям — читательский интерес; книгу не то что не раскусили — даже не стали снимать с полки. И это, конечно, трагедия: Батуман беспощадно пишет о себе и с нежностью — о русских классиках; она находит удивительно ненатужные параллели между своей жизнью и сюжетными развилками отечественной прозы. Совершенно понятно, отчего Vulture включили «Бесов» в свой топ-100 лучших книг XXI века — на правах идеального сборника эссе.

Что читать: «Бесы. Приключения русской литературы и людей, которые ее читают» (пер. Г. Григорьева).


Джеффри Евгенидис, 59 лет Basso Cannarsa / Opale / Leemage / East News

Кто это: автор трех романов (по «Девственницам-самоубийцам» поставила свой полнометражный дебютный фильм София Коппола) и полутора десятка рассказов, лауреат Пулитцеровской премии (2003), преподаватель литературного мастерства в Принстоне.

Как пишет: на Западе у Евгенидиса репутация мастера романной формы: он с равным успехом сочиняет панорамы («Средний пол») и разворачивает более интимные сюжеты («Девственницы-самоубийцы») — совсем как Франзен минус токсичные интервью. Вместе с тем это очень сильный новеллист — наследник традиции Раймонда Карвера или, если взять современников, ученик Элис Манро; писатель, для которого точно выбранная деталь дороже эффектного сравнения. Чтобы составить представление о его экономной манере, рекомендуем обратиться к свежему сборнику «Найти виноватого»: некоторые вошедшие туда рассказы как бы существуют в одной вселенной с романами Евгенидиса, но это скорее бонус для фанатов — все без исключения тексты безупречно самодостаточны и (воспользуемся формулой самого автора) «порою очень грустны».

Что читать: «Девственницы-самоубийцы» (пер. А. Ковжуна), «Средний пол» (пер. М. Ланиной), «А порою очень грустны» (пер. А. Асланян), «Найти виноватого» (пер. Д. Горяниной).

Дженнифер Иган, 56 лет

Legion Media

Кто такая: журналистка, опубликовавшая резонансные репортажи о бездомных детях и биполярном расстройстве, лауреатка Пулитцеровской премии (2011), президент американского ПЕН-центра.

Как пишет: если попросту — с пренебрежением к жанровым конвенциям и актуальной повестке. Прославившая ее на всю Америку «Цитадель» — смурная неоготика с психоаналитическим поворотом: сейчас таким никого не удивишь, но в 2006 году это выглядело вызывающе. «Время смеется последним» (про руководителя музыкального лейбла и окружающих его людей) даже трудно назвать романом: это 13 пунктирно связанных друг с другом историй-треков, которые разбиты на стороны «А» и «B» — прямо как настоящий музыкальный альбом. Писательница отсылает исследователей к семитомному циклу Марселя Пруста и «Клану Сопрано», но еще больше эта книга похожа на «Оливию Киттеридж» Элизабет Страут и «Краткую историю семи убийств» Марлона Джеймса — увенчанных, соответственно, Пулитцером и Букером.

Что читать: «Цитадель» (пер. Н. Калошиной), «Время смеется последним» (пер. Н. Калошиной).

Джозеф Макэлрой, 88 лет

twitter.com / watrwake

Кто такой: видный романист и эссеист, автор самого длинного (и одного из самых сложных) американского романа «Женщины и мужчины».

Как пишет: Джозеф Макэлрой — еще одна важная фигура в истории (в настоящем, впрочем, тоже) американского постмодернизма; из той категории писателей, про которых говорят «энциклопедический ум». На русском совсем скоро выйдет его «Плюс» — амбициозный по структуре и стилю роман о свободном от тела разуме и саморазвивающемся языке. Синопсис обещает идеальную книгу эпохи нейросетей — написанную при этом на излете космической программы «Аполлон». Чтобы как-то предвосхитить ожидания, вспомним «Любовницу Витгенштейна» Дэвида Марксона, тоже совсем недавно добравшуюся до российского читателя: будьте готовы читать эту прозу как стихи — понемногу и вдумчиво. Другой важный для местного контекста момент: без Макэлроя — с его интересом к научной фантастике и чуткой манипуляцией технической лексикой — не было бы Дэвида Фостера Уоллеса. Так что если чувствуете, что безнадежно завязли в «Бесконечной шутке», пересядьте на время в «Плюс»: потом станет проще.

Что читать: «Плюс» (пер. М. Нестелеева и А. Мирошниченко).

Пол Остер, 72 года

David Levenson / Getty Images

Кто такой: лауреат Дублинской литературной премии (2001) и финалист Букера (2017), режиссер, сценарист, переводчик с французского.

Как пишет: автора «Нью-Йоркской трилогии» в России издают достаточно давно, но есть отчего-то подозрение, что до прошлого года книги Остера томились на складах — а все потому, что им до сих пор не придумали нишу. Попробуем исправить это прямо сейчас: остеровская проза — это гуманистичная версия постмодернизма; пиротехника, поставленная на службу высоким — традиционным даже — идеалам. В этом смысле никого не должны удивлять бойкие продажи романа «4321″, которому пытаются навесить довольно бессмысленный эпитет «диккенсовский» — только на основании того, что это длинная вещь с выдержанным сюжетом (даже четырьмя). Просто напоминаем: осенью должны вручить две Нобелевские премии по литературе — не удивляйтесь потом, если одна из фамилий покажется очень знакомой.

Что читать: «Нью-Йоркская трилогия» (пер. А. Ливерганта и С. Таска), «Измышление одиночества» (пер. М. Немцова), «Музыка случая» (пер. Т. Чернышевой), «Левиафан» (пер. С. Таска), «Тимбукту» (пер. И. Кормильцева), «4321″ (пер. М. Немцова).

Энн Пэтчетт, 55 лет

Jesse Dittmar for The Washington Post / Getty Images

Кто такая: автор семи книг прозы, соосновательница независимого книжного магазина Parnassus. В 2012 году журнал Time назвал ее одной из 100 самых влиятельных людей в мире.

Как пишет: как и многие значительные американские прозаики, Пэтчетт вышла из журналистики — точнее будет сказать, из опыта сочинения автобиографических эссе. Неразмолотые личные впечатления питают и ее лучшие книги — например, пронзительный роман «Свои — чужие», основанный на детских воспоминаниях о жизни на две семьи. Другая сторона таланта Пэтчетт — особенная писательская щедрость, когда даже несимпатичные вроде герои (вроде террористов в «Бельканто») вдруг обретают индивидуальные лица и сердца — и борются за любовь зрителей наравне с персонажами-жертвами. Не лишним здесь будет сказать и о своего рода активизме Пэтчетт: в 2011 году она открыла в Нэшвилле книжный магазин под совершенно непродающим названием — лишь бы не дать Amazon монополизировать торговлю в городе. Судя по тому, что Parnassus еще держится, в этой борьбе Пэтчетт не одинока.

Что читать: «Бельканто» (пер. М. Карасевой), «На пороге чудес» (пер. И. Гиляровой), «Свои — чужие» (пер. А. Богдановского).

Энн Тайлер, 77 лет

David Levenson / Getty Images

Кто такая: автор 22 романов, лауреатка Пулитцеровской премии (1989), финалистка Букера (2015), критик. Несколько десятилетий кряду — до 2012 года — не давала устных интервью. Шесть книг Тайлер были экранизированы.

Как пишет: Тайлер не назвать вовсе неизвестной в России писательницей: усилиями издательства «Фантом Пресс» на русском вышли несколько ее главных книг — но можно ли сравнить горячечные обсуждения «Маленькой жизни» и одобрительно-сдержанную реакцию на «Уроки дыхания» (топ-100 лучших романов на английском языке по версии The Guardian). Тайлер всю жизнь занимает брак и то, что происходит с ним со временем: этим она напоминает Ричарда Йейтса — еще одного недооцененного здесь американского классика, с неуютной трезвостью фиксировавшего динамику семейных отношений («Дорога перемен»). Наверное, таких прозаиков можно назвать мономанами, но ни про Йейтса, ни про Тайлер не скажешь, что они всю жизнь тянут одну ноту: эти авторы работают с мелодиями, которые им поставляет жизнь, а у нее все повторения — ритмические.

Что читать: «Уроки дыхания» (пер. С. Ильина), «Катушка синих ниток» (пер. Н. Лебедева), «Случайный турист» (пер. А. Сафронова).

Александр Хемон, 54 года

David Levenson / Getty Images

Кто такой: уроженец Сараева, колумнист The New York Times и боснийского издания BH Dani, преподаватель литературного мастерства в Принстоне. Финалист Национальной книжной премии (2008).

Как пишет: билингвальность Хемона вынуждает поставить его в один ряд с Конрадом и Набоковым — логика очевидная, но в данном случае не слишком продуктивная. Самую известную книгу Хемона «Проект «Лазарь»» — про еврея Лазаря Авербаха, сбежавшего из Кишинева в Чикаго (и там в 1908 году застреленного), — стоит сопоставлять с HHhH Лорана Бине, где у реальной, хорошо задокументированной истории есть очень выпуклый рассказчик, который по ходу повествования забирает на себя все больше читательского внимания. Также Хемона можно сравнить с другим иммигрантом, Гари Штейнгартом, культивирующим свою сложную этническую идентичность, — хотя тот, пожалуй, скорее сатирик, чем трагик.

Что читать: «Проект «Лазарь»» (пер. Ю. Степаненко), «Слепой Йозеф Пронек» (пер. А. Ильинского).

Майкл Шейбон, 55 лет

Awakening / Getty Images

Кто такой: один из самых разносторонних писателей своего поколения: автор восьми романов, двух сборников рассказов и четырех сборников эссе; писал также книги для детей и подростков, помогал со сценариями «Человека-паука 2″ и «Джона Картера» и сочинил комикс про Казанову. Лауреат Пулитцеровской премии (2001) и «Хьюго» (2008).

Как пишет: прежде чем превратиться в орфоэпически корректного Шейбона, этот писатель десять лет прожил в России под именем Чабона — не привлекая при этом особенного внимания. Это чудовищно несправедливо: Шейбону, не укладывающемуся в классические писательские амплуа, полагается нил-геймановского размера паства. Главная его заслуга — в спасительной поп-культурной инъекции, которую Шейбон сделал американскому роману: так, всенародно любимая гик-феерия Джуно Диаса «Короткая фантастическая жизнь Оскара Вау» многим обязана «Потрясающим приключениям Кавалера & Клея» — истории про двух кузенов, которые придумали супергероя Эскаписта прямо по ходу Второй мировой.

Что читать: «Потрясающие приключения Кавалера & Клея» (пер. А. Грызуновой), «Союз еврейских полисменов» (пер. Е. Калявиной), «Лунный свет» (пер. Е. Доброхотовой-Майковой).

Современные писатели 21 века список. Топ лучших современных российских писателей

Современные писатели тоже пишут книги, которые критики признают если и не шедеврами литературы, то очень хорошими и интересными произведениями, достойными своей популярности. Поговорим о некоторых из таких авторов.

Современные зарубежные писатели

Современные писатели и их произведения — это не только Януш Вишневский или сага «Сумерки». Мы выбрали ТОП-5 признанных во всем мире зарубежных авторов, чья популярность действительно соответствует содержанию их творчества.

Харуки Мураками — один из известнейших писателей современности, а также японский переводчик. Книги Мураками часто описывают современную трагедию всего человечества — одиночество. Темы любви и смерти, времени и памяти, природы зла, путешествий к неизведанному и изменений в традиционном японском обществе также затронуты в произведениях.

Особенностью творчества Мураками является интересное смешение стилей в произведениях, где он использует то элементы детектива, то антиутопии, а то и научной фантастики.

Начать свое знакомство с творчеством Харуки Мураками можно с романа «Страна Чудес без Тормозов и Конец Света». В ней присутствуют сразу две сюжетные линии, связь между которыми обнаруживается далеко не сразу. Это книга о бессмертии, о сознании и подсознании, пожалуй, наиболее загадочная и таинственная среди книг писателя, которую, тем не менее, можно прочесть на одном дыхании.

Лучшие современные писатели не обойдутся без этого имени в своем списке, ведь Стивен Кинг в области литературы — фигура поистине примечательная. Именно Стивена окрестили Королем ужасов, ведь в своем жанре он считается действительно лучшим из лучших. Имя Кинга известно по всему миру, его книги всегда успешно продаются, а фильмы по его произведениям выбирают среди лучших и пользователи Рунета, и зарубежные («Побег из Шоушенка», «Зеленая миля» и другие).

Писать в этом жанре он начал еще в подростковом возрасте. Персонажи произведений — это обычные люди, с которыми, однако, начинают происходить из ряда вон выходящие и леденящие душу истории. Хотя не все знают, что пишет Стивен Кинг не только в стиле ужасов — из-под пера автора выходят и вестерны, и историческая фантастика.

Выбрать лучшую книгу у Кинга, пожалуй, невозможно, но одной из самых известных (в частности, благодаря популярной экранизации с Джеком Николсоном, которой сам Кинг оказался не очень доволен) можно назвать «Сияние».

Роман повествует о писателе, который устроился работать сторожем на зиму в далекий горный отель «Оверлук» и приехал туда вместе со своей семьей — женой и маленьким сыном. Экстрасенсорные способности мальчика помогают ему понять, что отель населен призраками, и в нем творятся ужасающие вещи, но еще страшнее то, как он влияет на своих обитателей и в какого монстра способен превратить даже любящего отца.

Еще около десяти лет назад никто даже не слышал о таком писателе как Дэн Браун, зато теперь это имя гремит на весь мир. Выпустив книгу «Код да Винчи», писатель вряд ли предполагал, что его будет ждать такой оглушительный успех.

Дэн Браун родился в семье профессора математики и музыканта, и уже с детства любил разгадывать загадки, решать головоломки и собирать пазлы. Годы спустя эта склонность, а также интерес к религии и философии позволили ему начать писательскую карьеру, а впоследствии и создать одну из самых издаваемых и популярных книг в мире .

На самом деле главный герой «Кода да Винчи», Роберт Лэнгдон, уже появлялся в романе «Ангелы и демоны», написанном Брауном в 2000 году, однако тираж был недостаточно велик и не обратил общественное внимание на персону писателя.

Обилие тайных посланий, мистических шифров и знаков мгновенно привлекло читателей всего мира, даже несмотря на то, что Церковь стала протестовать против этого романа, да и критики стали подмечать неточности. Ажиотаж после выхода в свет «Кода да Винчи» можно было сравнить, пожалуй, только с выходом книг Джоан Роулинг о Гарри Поттере.

После выхода «Кода да Винчи» даже стали говорить о появлении нового жанра — интеллектуальный детектив. Последняя вышедшая на данный момент книга Брауна «Инферно» логически продолжает историю, начатую в предыдущих романах автора.

Совсем недавно засиял среди современных писателей молодой американский автор в жанре Young-adult fiction (книги для молодежи) Джон Грин.

В 2006 году он выиграл литературную премию под названием The Michael L. Printz Award за свой первый роман «В поисках Аляски», а самая последняя книга Грина «Виноваты звезды» стала бестселлером номер один в США. Этот роман и другой, «Бумажные города», экранизировали в Голливуде, а Грин выступил приглашенным сценаристом обоих фильмов.

Роман-бестселлер «Виноваты звезды» рассказывает историю о Хейзел, девушке шестнадцати лет, у которой давно диагностировали рак щитовидной железы. Она посещает группу поддержки с такими же болеющими ребятами, и на одном из сеансов знакомится с новеньким по имени Огастус. Они влюбляются друг в друга, но что их ожидает дальше? Прочтите эту книгу, если хотите узнать, почему ее выбирают подростки для чтения , чем она зацепила тысячи читателей и принесла Джону Грину такую славу.

Обладатель премии Сомерсета Моэма за собрание кратких рассказов «Первая любовь, последнее помазание» и шестикратный номинант на Букеровскую премию, один из лучших писателей своего поколения, и при этом один из самых противоречивых.

Известный преимущественно как новелист и автор коротких рассказов, Макьюэн также написал три телевизионных пьесы, опубликованных под названием «Имитация», детскую книгу, либретто «Или нам умереть?», сценарий к фильму «Обед пахаря» и успешную киноадаптацию новеллы Тимоти Мо «Кисло-сладкий».

Творчество Макьюэна сконцентрировано на теме человеческого непонимания, неспособности человека к сочувствию, эмпатии, нежеланию ставить себя на чужое место и чувствовать себя ответственным за страдания другого.

Самая известная книга Макьюэна — «Искупление», написанная в 2001 году, которая расскажет о том, как малейшее недопонимание может привести к трагическим последствиям. Популяризации романа способствовала довольно точная экранизация 2007 года с Кирой Найтли и Джеймсом МакЭвоем в главных ролях.

Современные русские писатели

Стоит упомянуть об отечественной литературе — есть и современные русские писатели, чьи работы должны порадовать любителей почитать. Вот несколько из них.

Виктор Пелевин

Современные писатели в России сейчас множатся, как грибы после дождя, но на протяжении уже многих лет на вершине почета стоит Виктор Пелевин. За время своей творческой деятельности он награждался многочисленными премиями, а журнал French Magazine признал Пелевина одним из тысячи наиболее влиятельных культурных деятелей мира.

Популярность творчества Пелевина велика даже за рубежом, и почти все его произведения переведены на основные языки мира.

Сочетая в своих произведениях реальность, ирреальность и глубокую философию, увлекающийся восточным мистицизмом Пелевин сумел заинтересовать своим фантасмагоричным творчеством широкую публику, в особенности молодежь. Часто использует он в своих книгах и сюжеты из мифологии.

Начать знакомство с Пелевиным можно с одной из самых известных его работ — «Generation «П»». Мало кому удавалось так хорошо изобразить современное общество потребителей, силу рекламы и культ предметов, когда первое и самое главное, чем люди стремятся себя окружить, — это вещи.

Борис Акунин

Настоящее имя этого писателя, литературоведа и япониста — Григорий Чхартишвили. И хотя произведения автора нередко подвергались критике искусствоведов и филологов, популярность Бориса Акунина на отечественной литературной арене очень велика.

Работы Акунина переведены на 35 других языков, а часть из них даже экранизирована, причем некоторые в итоге можно назвать одними из самых лучших современных российских фильмов .

Самыми известными книгами этого писателя являются книги из цикла «Приключения Эраста Фандорина», написанные в стиле исторического детектива. Уже с самого начала будет сложно не очароваться решительным, смелым и умным главным героем, не говоря уже о приключениях, ожидающих его дальше.

Под этим ярким псевдонимом скрывается художница и филолог Светлана Мартынчик (а поначалу это был тандем Светланы как автора текстов с художником Игорем Степиным, который является автором многих идей). Первый цикл книг писательницы вышел еще в 1996 году, но личность автора держалась в секрете аж до 2001 года.

Изначально читателей нередко привлекал именно псевдоним и загадочная личность писателя, а впоследствии неизменно захватывало и само содержание. Оригинальные сюжеты книг, удивительная реалистичность фантастических миров, любопытная авторская философия и особенный стиль написания Макса Фрая прибавляет в армию преданных почитателей писателя с каждым годом все больше людей.

Первым и до сих пор самым крупным успехом для Макса Фрая стал цикл из одиннадцати книг, объединенный общим названием «Лабиринты Exo», который рассказывает о приключениях альтер-эго автора — Сэра Макса — в параллельном мире. Эти книжки были переведены на английский, немецкий, испанский, чешский, литовский и шведский языки.

Если вы хотите развеяться, поднять себе настроение и окунуться в совершенно новый волшебный мир, то попробуйте взяться за эти книги — и легкое, приятное чтение вам обеспечено.

А какие современные детские писатели понравятся детям и подросткам — узнайте из следующего видео:

Рассказываем о самых популярных российских книгах, начиная с классики и заканчивая современной литературой.

От п ерестройки до 21 века

Современная российская литература динамично развивается с 1991 года — года развала Советского Союза. Четыре поколения писателей разных жанров наполняют ее внутреннюю суть, создавая лучшие российские книги.

Российская литература получила новый виток развития в годы перестройки. Писатели и книги, которые украсили тот период:

  • Людмила Улицкая «Медея и ее дети» ;
  • Татьяна Толстая «Круг»;
  • Ольга Славникова «Вальс с чудовищем».

Эти книги освещают социальные и политические проблемы.

Современная российская проза 21 века тоже не стоит на месте. Образовалась целая творческая плеяда писателей, среди который такие известные имена как Дарья Донцова, Борис Акунин, Александра Маринина, Сергей Лукьяненко, Татьяна Устинова, Полина Дашкова, Евгений Гришковец. Эти авторы могут гордиться максимальными тиражами.

Современная литература создается писателями в различных жанрах. Как правило, это произведения в рамках таких направлений как постмодернизм и реализм. Из самых популярных жанров можно отметить антиутопию, блогерскую литературу, а также массовую литературу (сюда входят ужасы, фэнтези, драмы, боевики, детективы).

Развитие современной русской литературы в стиле постмодернизма идет параллельно с развитием общества. Для этого стиля характерно противопоставление реальности и отношения к ней. Писатели тонко проводят грань между существующей действительностью и в ироничной форме передают свое видение смены социального строя, перемен в обществе и преобладания беспорядка над покоем и упорядоченностью.

Определиться какая книга является шедевром сложно, ведь у каждого из нас свои представления об истине. И потому благодаря плодотворному творчеству поэтов, драматургов, фантастов, прозаиков, публицистов великая и могучая русская литература продолжает развиваться и совершенствоваться. Только время может поставить последнюю точку в истории произведения, потому как истинное и подлинное искусство не подвластно времени.

Самые лучшие российские детективы и книги про приключения

Увлекательные и захватывающие воображение истории в детективном жанре требуют от авторов логики и смекалки. Нужно продумать все тонкости и аспекты, чтобы интрига держала читателей в напряжении до последней страницы.

Современная российская проза: лучшие книги для благодарных читателей

В топ-10 самых интересных книг российской прозы вошли следующие произведения.

» Джонатана Франзена, автора «Поправок» и «Свободы» — семейных саг, ставших событиями в мировой литературе. По этому случаю книжный критик Лиза Биргер составила краткий ликбез по главным прозаикам последних лет — от Тартт и Франзена до Уэльбека и Эггерса, — написавшим самые важные книги XXI века и заслуживающим права называться новыми классиками.

лиза биргер

Донна Тартт

Один роман в десять лет — такова производительность американской романистки Донны Тартт. Так что ее три романа — «Тайная история» в 1992-м, «Маленький друг» в 2002-м и «Щегол» в 2013-м — это целая библиография, к ней от силы добавится десяток статей в газетах и журналах. И это важно: Тартт — не просто один из главных авторов с тех пор, как роман «Щегол» получил Пулицеровскую премию и снес все верхние строчки всех в мире бестселлер-листов. Она еще и романист, хранящий исключительную верность классической форме.

Начиная со своего первого романа «Тайная история» о группе студентов-античников, чрезмерно увлекшихся литературными играми, Тартт вытаскивает неповоротливый жанр большого романа на свет современности. Но настоящее здесь отражается не в деталях, а в представлениях — нам, сегодняшним людям, уже не так важно знать имя убийцы или даже вознаградить невинных и наказать виновных. Мы просто хотим, открыв рот и замерев от удивления, следить за тем, как вращаются шестеренки.

Что читать в первую очередь

После успеха «Щегла» его героическая переводчица Анастасия Завозова заново перевела на русский и второй роман Донны Тартт «Маленький друг». Новый перевод, избавленный от ошибок прошлого, отдает наконец должное этому завораживающему роману, главная героиня которого заходит слишком далеко, расследуя убийство своего маленького брата, — это одновременно страшная сказка о тайнах Юга и предвестник будущего бума жанра young adult.

Донна Тарт «Маленький друг»,
Купить

Кто близок по духу

Донну Тартт часто ставят в один ряд с другим спасителем большого американского романа, Джонатаном Франзеном . При всей их очевидной разнице Франзен превращает свои тексты в настойчивый комментарий к состоянию современного общества, а Тартт именно к современности вполне себе равнодушна — оба они ощущают себя продолжателями классического большого романа, чувствуют связь веков и выстраивают ее для читателя.

Зэди Смит

Английская романистка, о которой в англоязычном мире шумят намного больше, чем в русскоязычном. В начале нового тысячелетия именно она считалась главной надеждой английской литературы. Как очень многие современные британские писатели, Смит принадлежит сразу двум культурам: ее мать с Ямайки, отец — англичанин, и именно поиск идентичности стал главной темой ее первого романа «Белые зубы» о трех поколениях трех британских смешанных семей. «Белые зубы» примечательны прежде всего способностью Смит отказаться от оценок, не видеть трагедию в неизбежном столкновении непримиримых культур и одновременно умением сочувствовать этой другой культуре, не презирать ее — хотя само это противостояние становится неиссякаемым источником ее едкого остроумия.

Точно так же непримиримо оказалось в ее втором романе «О красоте» столкновение двух профессоров: один либерал, другой консерватор, и оба изучают Рембрандта. Наверное, именно убежденность в том, что есть что-то, объединяющее нас всех, несмотря на различия, будь то любимые картины или земля, по которой мы ходим, и отличает романы Зэди Смит от сотен таких же искателей идентичности.

Что читать в первую очередь

К сожалению, последний роман Смит «Северо-Запад» («NW») так и не был переведен на русский язык, и неизвестно, что будет с новой книгой «Время свинга», которая выйдет на английском в ноябре. А между тем «Северо-Запад» — это, пожалуй, самая удачная и, может, даже самая понятная нам книга о столкновениях и различиях. В центре — история четырех друзей, выросших вместе в одном районе. Но кому-то удалось добиться денег и успеха, а кому-то -нет. И чем дальше, тем большим препятствием для их дружбы становятся социокультурные различия.

Зэди Смит «NW»

Кто близок по духу

Кто близок по духу

Рядом со Стоппардом так и тянет поставить какую-нибудь большую фигуру прошлого века вроде Томаса Бернхарда. В конце концов, его драматургия, конечно, очень сильно связана с ХХ веком и поисками ответов на сложные вопросы, поставленные его драматической историей. На самом деле самый близкий родственник Стоппарда в литературе — и не менее нам дорогой — это Джулиан Барнс , у которого точно так же через связи времен выстраивается жизнь вневременного духа. Тем не менее растерянная скороговорка стоппардовских персонажей, его любовь к абсурдизму и внимание к событиям и героям прошлого нашли свое отражение в современной драме, искать которую следует в пьесах Максима Курочкина, Михаила Угарова, Павла Пряжко.

Том Вулф

Легенда американской журналистики — его «Конфетнораскрашенная апельсиннолепестковая обтекаемая малютка», вышедшая в 1965 году, считается началом жанра «новой журналистики». В своих первых статьях Вулф торжественно провозгласил, что право наблюдать за обществом и ставить ему диагноз отныне принадлежит журналистам, а не романистам. Через 20 лет он сам написал свой первый роман «Костры амбиций» — и сегодня 85-летний Вулф все еще бодр и с той же яростью кидается на американское общество, чтобы разодрать его в клочья. Впрочем, в 60-х он как раз этого не делал, тогда его еще завораживали чудаки, идущие против системы, — от Кена Кизи с его наркотическими экспериментами до парниши, придумавшего для себя и своего мотоцикла костюм гигантской ящерицы. Теперь сам Вулф превратился в этого антисистемного героя: джентльмен с Юга в белом костюме и с палочкой, презирающий всех и вся, нарочито игнорирующий интернет и голосующий за Буша. Его магистральная идея — все кругом настолько безумно и криво, что невозможно уже выбирать сторону и серьезно относиться к этой кривизне, — должна многим оказаться близкой.

Трудно пропустить «Костры амбиций» — большой роман о Нью-Йорке 80-х и столкновении черного и белого миров, самый приличный перевод Вулфа на русский (работа Инны Берштейн и Владимира Бошняка). Но простым чтением его не назовешь. Совсем не знакомому с Томом Вулфом читателю стоит прочитать «Битву за космос», рассказ о советско-американской космической гонке с ее драмами и человеческими жертвами, и последний роман «Голос крови» (2012) о жизни современного Майами. Когда-то книги Вулфа продавались миллионными экземплярами, но его последние романы такого успеха не имели. И все же на читателя, не отягощенного воспоминаниями о Вулфе лучших времен, эта критика всего должна производить ошеломляющее впечатление.

Кто близок по духу

«Новая журналистика», к сожалению, родила мышь — на поле, где когда-то неистовствовали Том Вулф, Трумен Капоте, Норман Мейлер и многие другие, остались только Джоан Дидион да журнал «Нью-Йоркер», все так же предпочитающий эмоциональные рассказы в настоящем времени от первого лица. Но настоящими продолжателями жанра стали комиксисты. Джо Сакко и его графические репортажи (на русский переведена пока только «Палестина ») — лучшее из того, чем литература сумела заменить вольный журналистский треп.

Леонид Юзефович

В сознании массового читателя Леонид Юзефович остается человеком, придумавшим жанр исторических детективов, так утешавший нас в последние десятилетия, — его книги о сыщике Путилине вышли еще раньше акунинских рассказов о Фандорине. Примечательно, впрочем, не то, что Юзефович был первым, а то, что, как и в других его романах, героем детективов становится реальный человек, первый глава сыскной полиции Петербурга сыщик Иван Путилин, рассказы о знаменитых делах которого (возможно, им самим и написанные) публиковались еще в начале XX века. Такая точность и внимательность к реальным персонажам — отличительная черта книг Юзефовича. Его исторические фантазии не терпят лжи, да и выдумку не ценят. Здесь всегда, начиная с первого успеха Юзефовича, романа «Самодержец пустыни» о бароне Унгерне, вышедшего в 1993 году, будет реальный герой в реальных обстоятельствах, домысленных только там, где в документах остались слепые пятна.

Впрочем, в Леониде Юзефовиче для нас важна не столько его верность истории, сколько представление о том, как эта история абсолютно всех нас перемалывает: белых, красных, вчерашних и позавчерашних, царей и самозванцев, всех. Чем дальше в наше время, тем отчетливее исторический ход России ощущается как неизбежность и тем популярнее и значительнее фигура Юзефовича, который вот уже лет 30 об этом твердит.

Что читать в первую очередь

Прежде всего — последний роман «Зимняя дорога» о противостоянии в Якутии начала 20-х годов белого генерала Анатолия Пепеляева и красного анархиста Ивана Строда. Столкновение армий не означает столкновение персонажей: их объединяет общее мужество, героизм, даже гуманизм, и в конечном счете -общая судьба. И вот Юзефович оказался первым, кто смог написать историю Гражданской войны, не занимая сторон.

Леонид Юзефович «Зимняя дорога»

Кто близок по духу

Исторический роман нашел сегодня в России благодатную почву, и на ней за последние лет десять выросло много хорошего — от Алексея Иванова до Евгения Чижова. И пусть Юзефович оказался вершиной, которую не взять, у него есть замечательные последователи: например, Сухбат Афлатуни (под этим псевдонимом скрывается писатель Евгений Абдуллаев). Его роман «Поклонение волхвов» о нескольких поколениях семейства Триярских — это и про сложные связи эпох российской истории, и про странную мистику, все эти эпохи объединяющую.

Майкл Чабон

Американский писатель, имя которого мы никогда уже не научимся произносить правильно (Шибон? Шейбон?), поэтому будем придерживаться ошибок первого перевода. Выросший в еврейской семье, Чабон с детства слышал идиш и наряду с тем, чем обычно напитываются нормальные мальчишки (комиксы, супергерои, приключения, нужное добавить), напитался печалью и обреченностью еврейской культуры. В итоге его романы — это взрывная смесь из всего, что мы любим. Тут есть и обаяние идиша, и историческая тяжесть еврейской культуры, но все это сочетается с развлечениями самого верного толка: от детективов в жанре нуар до эскапистских комиксов. Это сочетание оказалось вполне революционно для американской культуры, четко пилящей аудиторию на умных и дураков. В 2001 году автор получил Пулицеровскую премию за свой самый известный роман «Приключения Кавалера и Клея»,в 2008-м — премию Хьюго за «Союз еврейских полисменов» и с тех пор как-то затих, что обидно: кажется, главного слова Чабон в литературе еще не сказал. Его следующая книга «Лунное сияние» выйдет на английском уже в ноябре, но это не столько роман, сколько попытка задокументировать биографию всего века через историю деда писателя, рассказанную внуку на смертном одре.

Самый заслуженно известный текст Чабона — «Приключения Кавалера и Клея» о двух кузенах-евреях, придумавших в 40-х годах прошлого века супергероя Эскаписта. Эскапист — это такой Гудини наоборот, спасающий не себя, а других. Но чудесное спасение может существовать только на бумаге.

Другой известный текст Чабона, «Союз еврейских полисменов», заходит еще дальше в жанр альтернативной истории — здесь евреи разговаривают на идише, живут на Аляске и мечтают вернуться в Землю обетованную, которая так и не стала государством Израиль. Когда-то по этому роману мечтали снять фильм Коэны, но для них в нем, наверное, слишком мало иронии — а для нас в самый раз.

Майкл Чабон «Приключения Кавалера и Клея»

Кто близок по духу

Возможно, именно Чабона и его сложные поиски правильной интонации для разговора об эскапизме, корнях и собственной идентичности стоит благодарить за появление двух блестящих американских романистов. Это Джонатан Сафран Фоер с его романами «Полная иллюминация» и «Жутко громко и запредельно близко» — о путешествии в Россию по следам еврейского дедушки и о девятилетнем мальчике, который ищет погибшего 11 сентября отца. И Джуно Диас с упоительным текстом «Короткая фантастическая жизнь Оскара Вао» о нежном толстяке, мечтающем стать новым супергероем или хотя бы доминиканским Толкином. Ему не удастся это сделать из-за семейного проклятия, диктатора Трухильо и кровавой истории Доминиканской Республики. И Фоер, и Диас, кстати, в отличие от бедного Чабона, прекрасно переведены на русский язык — но, как и он, они исследуют мечты об эскапизме и поиски идентичности уже не второго, но, скажем, третьего поколения эмигрантов.

Мишель Уэльбек

Если не главный (французы бы поспорили), то самый известный французский писатель. Мы вроде как все про него знаем: ненавидит ислам, не боится сексуальных сцен и постоянно утверждает конец Европы. На самом деле способность Уэльбека конструировать антиутопии шлифуется от романа к роману. Было бы нечестно по отношению к автору видеть в его книгах только сиюминутную критику ислама или политики или даже Европы — общество, по Уэльбеку, обречено издавна, и причины кризиса гораздо страшнее любой внешней угрозы: это потеря личности и превращение человека из мыслящего тростника в набор желаний и функций.

Что читать в первую очередь

Если предположить, что читающий эти строки никогда не открывал Уэльбека, то начать стоит даже не со знаменитых антиутопий вроде «Платформы» или «Покорности», а с романа «Карта и территория», получившего в 2010 году Гонкуровскую премию, — идеального комментария к современной жизни, от ее потребительства до ее искусства.

Мишель Уэльбек «Карта и территория»

Кто близок по духу

В жанре антиутопии у Уэльбека есть замечательные соратники в среде, что называется, живых классиков — англичанин Мартин Эмис (также неоднократно выступавший против ислама, требующего от человека тотальной потери личности) и канадская писательница Маргарет Этвуд , мешающая жанры для убедительности своих антиутопий.

Замечательную рифму к Уэльбеку можно найти в романах Дэйва Эггерса , возглавившего новую волну американской прозы. Эггерс начал с огромных размеров и амбиций романом взросления и манифестом новой прозы «Душераздирающее творение ошеломляющего гения», основал несколько литературных школ и журналов, а в последнее время радует читателей хлесткими антиутопиями, такими как «Сфера » — роман об одной интернет-корпорации, захватившей мир до такой степени, что сами ее служащие ужаснулись содеянному.

Джонатан Коу

Британский писатель, блестяще продолжающий традиции английской сатиры, — никто лучше него не умеет точечными ударами разносить в клочья современность. Его первым большим успехом стал роман «Какое надувательство» (1994) о грязных секретах одного английского семейства времен Маргарет Тэтчер. С еще большим чувством мучительного узнавания мы читали дилогию «Клуб ракалий» и «Круг замкнулся» о трех десятилетиях британской истории, с 70-х по 90-е, и о том, как современное общество стало таким, каким оно стало.

Русский перевод романа «Номер 11», сиквела романа «Какое надувательство», действие которого происходит уже в наше время, выйдет в начале следующего года, но и пока нам есть что читать: романов у Коу много, на русский переведены почти все. Их объединяет крепкий сюжет, безупречный стиль и все, что принято называть писательским мастерством, что на читательском языке означает: возьмешься за первую страницу — и не отпустит до последней.

Что читать в первую очередь
. Если Коу сравнивают с Лоренсом Стерном, то Коу рядом с ним будет Джонатаном Свифтом, даже с его лилипутами. Среди самых известных книг Сэлфа — «Как живут мертвецы» о старушке, которая померла и попала в параллельный Лондон, и никогда не выходивший на русском языке роман «The Book of Dave », в котором дневник лондонского таксиста становится Библией для племен, населивших Земли спустя 500 лет после экологической катастрофы.

Антония Байетт

Филологическая гранд-дама, получившая за свои романы орден Британской империи, — казалось, Антония Байетт существовала всегда. На самом деле роман «Обладать» вышел всего лишь в 1990 году, а сегодня его изучают в университетах. Главное умение Байетт — это способность говорить со всеми обо всем. Все сюжеты, все темы, все эпохи связаны, роман может быть одновременно романтическим, любовным, детективным, рыцарским и филологическим, и по Байетт действительно можно изучать состояние умов вообще — в ее романах так или иначе отразилась всякая тема, интересовавшая человечество в последние пару сотен столетий.

В 2009 году «Детская книга» Антонии Байетт уступила Букеровскую премию «Волчьему залу» Хилари Мэнтел, но это тот самый случай, когда история запомнит не победителей. В некотором роде «Детская книга» — это ответ на бум детской литературы в XIX и ХХ веках. Байетт обратила внимание, что все дети, для которых писались эти книги, либо плохо кончили, либо прожили несчастливую жизнь, как Криcтофер Милн, который до конца своих дней слышать не мог про Винни Пуха. Она придумала историю про детей, живущих себе в викторианском поместье и окруженных сказками, которые придумывает им писательница-мать, а потом бац — и наступает Первая мировая война. Но если бы ее книги описывались так просто, то Байетт не была бы собой — здесь тысяча персонажей, сотня микросюжетов, а сказочные мотивы переплетаются с главными идеями века.

Сары Уотерс . Уотерс начала с эротических викторианских романов с лесбийским уклоном, но в итоге пришла к историческим книгам о любви вообще — нет, не к любовным романам, но к попытке разгадать тайну человеческих отношений. Ее лучшая книга на сегодня, «Ночной дозор», показывала людей, нашедших себя под лондонскими бомбежками Второй мировой войны и сразу после потерявших. Иначе любимую Байетт тему связи человека и времени исследует Кейт Аткинсон — автор отличных детективов, чьи романы «Жизнь после жизни» и «Боги среди людей» пытаются разом объять весь британский ХХ век.

Обложка: Beowulf Sheehan/Roulette

Современные русские писатели продолжают создавать свои превосходные произведения в нынешнем столетии. Они работают в различных жанрах, каждому из них присущ индивидуальный и неповторимый стиль. Некоторые знакомы многим преданным читателям по своим сочинениям. Некоторые фамилии у всех на слуху, так как чрезвычайно популярны и раскручены. Однако есть и такие современные русские писатели, о которых вы узнаете впервые. Но это совсем не означает, что их творения хуже. Дело в том, что для того, чтобы выделить истинные шедевры, должно пройти определенное количество времени.

Современные русские писатели 21 века. Список

Поэты, драматурги, прозаики, фантасты, публицисты и т. д. продолжают плодотворно работать в нынешнем столетии и пополнять произведения великой русской литературы. Это:

  • Александр Бушков.
  • Александр Жолковский.
  • Александра Маринина.
  • Александр Ольшанский.
  • Алекс Орлов.
  • Александр Розенбаум.
  • Александр Рудазов.
  • Алексей Калугин.
  • Алина Витухновская.
  • Анна и Сергей Литвиновы.
  • Анатолий Салуцкий.
  • Андрей Дашков.
  • Андрей Кивинов.
  • Андрей Плеханов.
  • Борис Акунин.
  • Борис Карлов.
  • Борис Стругацкий.
  • Валерий Ганичев.
  • Василина Орлова.
  • Вера Воронцова.
  • Вера Иванова.
  • Виктор Пелевин.
  • Владимир Вишневский.
  • Владимир Войнович.
  • Владимир Гандельсман.
  • Владимир Карпов.
  • Владислав Крапивин.
  • Вячеслав Рыбаков.
  • Владимир Сорокин.
  • Дарья Донцова.
  • Дина Рубина.
  • Дмитрий Емец.
  • Дмитрий Суслин.
  • Игорь Волгин.
  • Игорь Губерман.
  • Игорь Лапин.
  • Леонид Каганов.
  • Леонид Костомаров.
  • Любовь Захарченко.
  • Мария Арбатова.
  • Мария Семенова.
  • Михаил Веллер.
  • Михаил Жванецкий.
  • Михаил Задорнов.
  • Михаил Кукулевич.
  • Михаил Маковецкий.
  • Ник Перумов.
  • Николай Романецкий.
  • Николай Романов.
  • Оксана Робски.
  • Олег Митяев.
  • Олег Павлов.
  • Ольга Степнова.
  • Сергей Магомет.
  • Татьяна Степанова.
  • Татьяна Устинова.
  • Эдуард Радзинский.
  • Эдуард Успенский.
  • Юрий Минералов.
  • Юнна Мориц.
  • Юлия Шилова.

Писатели Москвы

Современные писатели (русские) не перестают удивлять своими интересными произведениями. Отдельно следует выделить писателей Москвы и Московской области, которые входят в различные союзы.

Их сочинения превосходны. Только должно пройти определенное время, для того чтобы выделить настоящие шедевры. Ведь время — это самый строгий критик, который невозможно ничем подкупить.

Выделим наиболее популярных.

Поэты: Авелина Абарели, Петр Акаемов, Евгений Антошкин, Владимир Бояринов, Евгения Браганцева, Анатолий Ветров, Андрей Вознесенский, Александр Жуков, Ольга Журавлева, Игорь Иртеньев, Римма Казакова, Елена Канунова, Константин Коледин, Евгений Медведев, Михаил Михалков, Григорий Осипов и многие другие.

Драматурги: Мария Арбатова, Елена Исаева и др.

Прозаики: Эдуард Алексеев, Игорь Блудилин, Евгений Бузни, Генрих Гацура, Андрей Дубовой, Егор Иванов, Эдуард Клыгуль, Юрий Коноплянников, Владимир Крупин, Ирина Лобко-Лобановская и другие.

Сатирики: Задорнов.

Современные русские писатели Москвы и Московской области создали: замечательные произведения для детей, большое количество стихов, прозу, басни, детективы, фантастику, юмористические рассказы и многое другое.

Первые среди лучших

Татьяна Устинова, Дарья Донцова, Юлия Шилова — это современные писатели (русские), чьи произведения любят и читают с огромным удовольствием.

Т. Устинова родилась 21 апреля 1968 года. С юмором относится к своему высокому росту. Она рассказала, что в детском саду ее дразнили «Геркулесина». В школе и институте были в связи с этим определенные трудности. Мама очень много читала в детстве, чем привила любовь Татьяне к литературе. В институте ей было очень сложно, так как физика давалась очень трудно. Но доучиться удалось, помог будущий муж. На телевидении попала совершенно случайно. Устроилась секретарем. Но спустя семь месяцев пошла вверх по карьерной лестнице. Татьяна Устинова была переводчиком, работала в администрации президента Российской Федерации. После смены власти вернулась на телевидение. Однако с этой работы тоже уволили. После этого она написала свой первый роман «Персональный ангел», который сразу опубликовали. На работу вернули. Дела пошли вверх. Родила двух сыновей.

Выдающиеся сатирики

Всем очень известны Михаил Жванецкий и Михаил Задорнов — современные русские писатели, мастера юмористического жанра. Их произведения очень интересные и смешные. Выступления юмористов всегда ожидаемы, билеты на их концерты раскупают сразу. У каждого из них свой имидж. Остроумный Михаил Жванецкий всегда выходит на сцену с портфелем. Его очень любит публика. Его шутки часто цитируют, так как они безумно смешные. В театре Аркадия Райкина со Жванецкого начался большой успех. Все говорили: «как сказал Райкин». Но их союз со временем распался. У исполнителя и автора, артиста и писателя были разные дорожки. Жванецкий принес с собой в общество новый литературный жанр, который сперва приняли за древний. Некоторые удивлены, почему «человек без голоса и актерской подачи выходит на эстраду»? Однако не все понимают, что таким образом писатель публикует свои произведения, а не просто исполняет свои миниатюры. И в этом смысле эстрада как жанр тут ни причем. Жванецкий, несмотря на непонимание со стороны некоторых людей, остается большим писателем своей эпохи.

Бестселлеры

Ниже представлены русских писателей. Три интереснейшие историко-приключенческие повести входят в книгу Бориса Акунина «История Российского государства. Огненный перст». Это удивительная книга, которая понравится каждому читателю. Захватывающий сюжет, яркие герои, невероятные приключения. Все это воспринимается на одном дыхании. «Любовь к трем цукербринам» Виктора Пелевина заставляет поразмыслить о мире и жизни человека. Во главу угла он ставит вопросы, которые волнуют многих людей, умеющих и жаждущих мыслить и думать. Его трактовка бытия отвечает духу современности. Здесь тесно переплетается миф и уловки креативщиков, реальность и виртуальность. Книга Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом» была номинирована на Букеровскую премию. Она произвела настоящий фурор на книжном рынке. Великолепное издание занимает почетное место в современной русской литературе. Это истинный шедевр современной прозы. Читается легко и интересно. Некоторые главы насыщены юмором, другие же трогают до слез.

Лучшие романы

Современные романы русских писателей увлекают новым и удивительным сюжетом, заставляют сопереживать главным героям. В историческом романе «Обитель» Захара Прилепина затрагивается важная и одновременно больная тема Соловецких лагерей особого назначения. В книге писателя глубоко прочувствована та сложная и тяжелая атмосфера. Кого она не убивала, того делала сильнее. Автор создал свой роман на основе архивной документации. Он умело вставляет чудовищные исторические факты в художественную канву сочинения. Многие произведения современных русских писателей являются достойными образцами, превосходными творениями. Таков роман «Ложится мгла на старые ступени» Александра Чудакова. Он признан лучшим русским романом по решению членов жюри конкурса «Русский Букер». Многие читатели решили, что это сочинение является автобиографическим. Настолько достоверны мысли и чувства героев. Однако это образ подлинной России в сложный период времени. В книге сочетается юмор и невероятная печаль, эпизоды лирические плавно перетекают в эпические.

Заключение

Современные русские писатели 21 века — это еще одна страничка в истории отечественной литературы.

Дарья Донцова, Татьяна Устинова, Юлия Шилова, Борис Акунин, Виктор Пелевин, Павел Санаев, Александр Чудаков и многие другие покорили своими произведениями сердца читателей всей страны. Их романы и повести уже успели стать настоящими бестселлерами.

Русские классики хорошо знакомы зарубежным читателям. А каким современным авторам удалось завоевать сердца иностранной аудитории? Либс составил список самых известных на Западе российских писателей-современников и их самых популярных книг.

16. Николай Лилин , Siberian Education : Growing Up in a Criminal Underworld

Открывает наш рейтинг нажористая клюква . Строго говоря, «Сибирское воспитание» — роман не российского автора, а русскоязычного, но это не самая серьезная к нему претензия. В 2013 году эту книгу экранизировал итальянский режиссер Габриэле Сальваторес, главную роль в фильме сыграл сам Джон Малкович. И благодаря плохому фильму с хорошим актером книга перебравшегося в Италию фантазера-татуировщика из Бендер Николая Лилина не почила в бозе, а вошла-таки в анналы истории.

Есть среди читающих сибиряки? Приготовьте ладошки для фейспалмов! «Сибирское воспитание» рассказывает об урках: древнем клане людей суровых, но благородных и благочестивых, сосланных Сталиным из Сибири в Приднестровье, но не сломленных. У урок собственные законы и странные поверья. Например, нельзя в одной комнате хранить оружие благородное (для охоты) и грешное (для дела), иначе благородное оружие окажется «зараженным». Зараженное использовать нельзя, чтобы не навлечь на семью несчастье. Зараженное оружие надлежит завернуть в простыню, на которой лежал новорожденный младенец, и закопать, а сверху посадить дерево. Урки всегда приходят на помощь обездоленным и слабым, сами живут скромно, на награбленные деньги покупают иконы.

Николай Лилин был представлен читателям как «потомственный сибирский урка», что как бы намекает на автобиографичность нетленки. Несколько литературных критиков и сам Ирвин Уэлш расхвалили роман: «Трудно не восторгаться людьми, которые противостояли царю, Советам, западным материалистическим ценностям. Если ценности урок были общими для всех, мир не столкнулся бы с порожденным жадностью экономическим кризисом». Ух!

Но обмануть всех читателей не получилось. Какое-то время клюнувшие на экзотику иностранцы покупали роман, однако обнаружив, что описанные в нем факты сфабрикованы, потеряли к книге интерес. Вот один из отзывов на книжном сайте: «После первой же главы я был разочарован, поняв, что это ненадежный источник информации о восточноевропейском преступном мире. На самом деле «урка» – это русский термин для «бандита», а не определение этнической группы. И это лишь начало серии невнятных, бессмысленных измышлений. Я бы не возражал против вымысла, будь рассказ хорошим, но даже не знаю, что меня раздражает в книге больше: плоскость и мэри-сьюшность рассказчика или его дилетантский стиль».

15. Сергей Кузнецов ,

Психологический триллер Кузнецова » » был преподнесен на Западе, как «ответ России на » «». Коктейль из смерти, журналистики, хайпа и БДСМ некоторые книжные блогеры поспешили включить, ни много ни мало, в десятку лучших романов всех времен о серийных убийцах! Читатели также отмечали, что через эту книгу познакомились с московской жизнью, хотя не всегда были понятны разговоры героев о политических партиях, о тех или иных событиях: «Культурные различия сразу же выделяют эту книгу и делают ее в определенной степени освежающей».

А критиковали роман за то, что сцены насилия поданы через рассказы убийцы об уже свершившемся: «Вы не с жертвой, не надеетесь на побег, и это снижает напряжение. Ваше сердце не трепещет, вы не задаетесь вопросом, что же произойдет дальше». «Сильный старт для изобретательного хоррора, но хитроумный рассказ становится скучным».

14. ,

При всей книгоиздательной активности Евгения Николаевича / Захара Прилепина на родине, он, похоже, мало озабочен переводом своих книг на другие языки. » «, » » – вот, пожалуй, и все, что можно прямо сейчас найти в книжных магазинах Запада. «Санькя», кстати, с предисловием Алексея Навального. Творчество Прилепина привлекает внимание иностранной публики, но отзывы неоднозначные: «Книга хорошо написана и увлекательна, но страдает от общей постсоветской неуверенности писателя в том, что он пытается сказать. Замешательство в отношении будущего, путанные взгляды на прошлое и распространенное отсутствие понимания происходящего в сегодняшней жизни являются типичными проблемами. Стоит читать, но не ожидайте извлечь из книги слишком много».

13. , (The Sublime Electricity Book #1)

Недавно челябинский писатель опубликовал на личном сайте приятную новость: в Польше переизданы его книги » » и » «. А на Amazon наибольшей популярностью пользуется нуарный цикл «Всеблагое электричество». Среди отзывов о романе » «: «Великолепный писатель и великолепная книга в стиле магического стимпанка «, «Хорошая, быстро развивающаяся история с большим числом сюжетных поворотов». «Оригинальное сочетание паровых технологий и магии. Но самое главное достоинство истории – это, безусловно, ее рассказчик Леопольд Орсо, интроверт с множеством скелетов в шкафу. Чувствительный, но безжалостный, он способен контролировать чужие страхи, но с трудом – свои собственные. Его сторонники – суккуб, зомби и лепрекон, и последний весьма забавен».

12. , (Masha Karavai Detective Series)

9. , (Erast Fandorin Mysteries #1)

Нет, не спешите искать на книжных полках детектив Акунина «Снежная королева». Под этим названием на английском языке вышел первый роман из цикла об Эрасте Фандорине, то есть » «. Представляя его читателям, один из критиков заявил, дескать, если бы Лео Толстой решил написать детектив, он сочинил бы «Азазель». То есть The Winter Queen. Подобное утверждение обеспечило интерес к роману, но в итоге отзывы читателей разнились. Одних роман восхитил, не могли оторваться, пока не дочитали; другие сдержанно отозвались о «мелодраматическом сюжете и языке новелл и пьес 1890-х годов».

8. , (Watch #1)

«Дозоры» хорошо знакомы западным читателям. Антона Городецкого кто-то даже назвал русской версией Гарри Поттера: «Если бы Гарри был взрослым и жил в постсоветской Москве». При чтении » » — привычная суета вокруг русских имен: «Мне нравится эта книга, но я не могу понять, почему Антон всегда произносит полное имя своего босса – «Борис Игнатьевич»? Кто-нибудь догадался? Я пока прочитала только половину, так может, дальше в книге найдется ответ?» В последние время Лукьяненко не радовал иностранцев новинками, поэтому сегодня он только на 8-м месте рейтинга.

7. ,

Прочитавшие роман » » медиевиста Водолазкина на русском, не смогут не восхититься титаническим трудом переводчицы Лизы Хейден. Автор признавался, что до встречи с Хейден был уверен: перевод на иные языки его искусной стилизации под древнерусский язык невозможен! Тем приятнее, что все труды оправдались. Критики и рядовые читатели встретили неисторический роман очень тепло: «Причудливая, амбициозная книга», «Уникально щедрая, многослойная работа», «Одна из самых трогательных и загадочных книг, которые вы прочтете».

6. ,

Возможно, для поклонников Пелевина будет неожиданностью, что культовый на родине писателя роман » » за рубежом потеснен ранним сочинением » «. Эту компактную сатирическую книгу западные читателя ставят в один ряд с » » Хаксли: «Настоятельно рекомендую прочесть!», «Это телескоп Хаббл, обращенный к Земле».

«В свои 20 Пелевин стал свидетелем гласности и появления надежды на национальную культуру, основанную на принципах открытости и справедливости. В 30 лет Пелевин увидел распад России и объединение худших элементов дикого капитализма и гангстеризма как формы правления. Наука и буддизм стали Пелевину опорой для поисков чистоты и истины. Но в сочетании с уходящей империей СССР и грубым материализмом новой России это привело к сдвигу тектонических плат, духовному и творческому потрясению, подобно землетрясению в 9 баллов, что отразилось в «Омон Ра». Хотя Пелевин увлечен абсурдностью жизни, он все еще ищет ответы. Гертруда Стайн однажды сказала: «Нет ответа. Не будет никакого ответа. Ответа никогда не было. Это и есть ответ». Я подозреваю, что если Пелевин согласится со Стайн, его тектонические платы замрут, погаснет ударная волна творчества. Мы, читатели, пострадали бы из-за этого».

«Пелевин никогда не позволяет читателю обрести равновесие. Первая страница интригует. Последний абзац «Омон Ра» может быть самым точным литературным выражением экзистенциализма, когда-либо написанным».

5. , (The Dark Herbalist Book #2)

Далее сразу несколько представителей Russian LitRPG . Судя по отзывам, уроженец Грозного, автор серии » Темный травник » Михаил Атаманов знает толк в гоблинах и игровой литературе: «Настоятельно рекомендую дать этому действительно необычному герою шанс произвести на вас впечатление!», » книга была отличной, еще лучше». Но пока не силен в английском языке: «Отличный образец LitRPG, мне понравилось. Как уже комментировали другие, финал тороплив, и неточен перевод арго и разговорной речи с русского на английский. Не знаю, то ли автор устал от серии, то ли уволил переводчика и последние 5% книги полагался на Google Translate. Не слишком понравился конец в стиле Deus ex machina. Но все равно 5 звезд за большое бу. Надеюсь, автор продолжит серию с 40-го уровня до 250-го! Я куплю».

4. , он же G. Akella, Steel Wolves of Craedia (Realm of Arkon #3)

Раскрыли книгу » «? Добро пожаловать в онлайн-игру «Мир Аркона»! «Мне нравится, когда автор растет и совершенствуется, и книга, сериал становятся все более сложными и детализированными. После завершения этой книги я сразу же начал ее перечитывать – возможно, самый лучший комплимент, который я мог сделать автору».

«Очень-преочень рекомендую к прочтению и делаю комплимент переводчику (несмотря на загадочного Элвена Пресли!). Перевод – это не просто замена слов, и тут перевод содержания с русского на английский выполнен в высшей степени хорошо».

3. , (The Way of the Shaman Book #1)

» » Василия Маханенко собрал массу положительных отзывов: «Превосходный роман, один из самых моих любимых! Порадуйте себя и прочитайте эту серию!!», «Я очень впечатлен книгой. История и прогрессия персонажа хорошо прописаны. Не могу дождаться, когда на английском выйдет следующая книга», «Я прочитал все и хочу продолжение серии!», «Это было отличное чтение. Встречались грамматические ошибки, обычно пропущенное слово или не совсем точная формулировка, но их было мало, и они были незначительными».

2. , (Play to Live #1)

У цикла «Играть, чтобы жить» в основе потрясающая коллизия, которая мало кого оставит равнодушным: смертельно больной парень Макс (в русской версии книги » » — Глеб) уходит в виртуальную реальность, чтобы в Другом мире вновь ощутить пульс жизни, обрести друзей, врагов и пережить невероятные приключения.

Иногда читатели ворчат: «Макс до нелепости сверходарен. Например, он достигает 50-го уровня за 2 недели. Он единственный, кто создает необходимый предмет в мире с 48 миллионами опытных геймеров. Но я могу все это простить: кто захочет читать книгу о геймере, который застрял на 3-м уровне, убивая кроликов? Эта книга – попкорн для чтения, чисто вредная еда, и я наслаждаюсь ею. С Женского Ракурса я бы поставила книге 3 балла из 5: Повседневное Женоненавистничество. Макс делает несколько уничижительных, якобы забавных, замечаний о женщинах, а единственный женский персонаж то плачет, то занимается с Максом сексом. Но в целом, я бы рекомендовала эту книгу геймерая. Она – чистое удовольствие».

«Я не читал биографию автора, но, судя по книге и ссылкам, я уверен, что он русский. Я работал со многими из них и всегда наслаждался их компанией. Они никогда не впадают в депрессию. Вот что, по-моему, делает эту книгу потрясающей. Главному герою говорят, что у него неоперабельная опухоль мозга. Тем не менее, он не слишком подавлен, не жалуется, просто оценивает варианты и живет в VR. Очень хорошая история. Она темная, но в ней нет зла».

1. , (Metro 2033 #1)

Если вам знакомы современные российские фантасты, догадаться, кто окажется на вершине нашего рейтинга, несложно: перевод книг на 40 языков, продажа 2 миллионов экземпляров – да, это Дмитрий Глуховский! Одиссея в декорациях московской подземки. » » не классическое LitRPG, однако роман был создан для симбиоза с компьютерным шутером. И если некогда книга продвигала игру, то теперь игра продвигает книгу. Переводы, профессиональные аудиокниги, веб-сайт с виртуальным туром по станциям – и закономерный итог: «население» созданного Глуховским мира прирастает с каждым годом.

«Это увлекательное путешествие. Персонажи настоящие. Идеологии различных «государств» правдоподобны. Неизвестное в темных туннелях, напряжение доходит до предела. К концу книги я был глубоко впечатлен созданным автором миром и тем, как сильно я переживал о персонажах». «Русские умеют сочинять апокалиптические, кошмарные истории. Вам достаточно прочесть «Пикник на обочине» братьев Стругацких, «День гнева» Гансовского или увидеть изумительные «Письма мёртвого человека» Лопушанского, чтобы ощутить: они хорошо понимают, что значит жить на краю пропасти. Клаустрофобия и опасные, пугающие тупики; «Метро 2033″ – это мир неопределенности и страха, находящийся на грани между выживанием и смертью».

Почему так много современных американских авторов отправляют своих персонажей за границу?

Сиддхартха Деб родился на северо-востоке Индии. Он является автором двух романов и «Прекрасные и проклятые», научно-популярного произведения, ставшего финалистом премии Оруэлла и победителем премии PEN Open. Он является получателем грантов и стипендий от Общества авторов Великобритании, Национального института, Института перспективных исследований Рэдклиффа при Гарвардском университете и Фонда Говарда при Университете Брауна.Его журналистские работы, эссе и обзоры публиковались во многих публикациях, включая The Guardian, The New York Times, The New Republic, The Baffler, The Nation, n + 1 и The Times Literary Supplement.

◆ ◆ ◆

Charles McGrath

Возможно, есть ощущение, что наша родная земля не слишком тонкая, а слишком изношенная.

Чарльз МакГрат Кредит … Иллюстрация Р. Кикуо Джонсона

Романисты отправляют своих персонажей за границу по той же причине, по которой мы отправляем себя: чтобы сменить темп, выбраться из колеи, стряхнуть ржавчину.Генри Джеймс построил целую карьеру на изучении темы путешествий американцев за границу и трансформации опыта. Можно возразить, что сам Джеймс покинул Америку преждевременно, прежде чем дал ей шанс. Он пришел к выводу, не имея большого количества свидетельств, что этой стране не хватало истории и сложности, чтобы вырастить серьезного романиста. Но его книги также являются убедительным аргументом в пользу эротики путешествий или романов, во всяком случае, путешествий — идеи о том, что американцы вдали от дома могут оказаться в культурном недоумении, но также и сексуально, и географически раскрепощенными.Его открытие оказалось чрезвычайно надежным. Его следы можно увидеть, например, в умных, забавных и очаровательных романах Дайан Джонсон об американских женщинах, пытающихся пробиться во Френхесте Франции. Совсем недавно появились романы, такие как «Необходимые ошибки» Калеба Крейна и «Черная Германия» Дэррила Пинкни, в которых есть гей-вариации на эту тему, предполагающие, что это должно быть в Европе (в случае Крейна, в начале 90-х в Праге). в Берлине 80-х у Пинкни) если не легче, чем быть в Америке, то по крайней мере совсем другое.

Но, возможно, из-за того, что формула Джеймса настолько надежна, что кажется практически надежной, два лучших американских романа последних лет — получивший Пулитцеровскую премию Энтони Дорра «Весь свет, который мы не можем видеть» и замечательный дебют Энтони Марры «Созвездие» жизненных явлений »- отказаться от него в пользу чего-то гораздо более радикального. Это не романы об американцах за границей, а, скорее, романы о европейцах, требующие полного погружения в другое место и другую культуру. Действие книги Дёрра происходит во время Второй мировой войны и повествует о слепой французской девушке и молодом немецком радиотехнике, пути которых в конечном итоге пересекаются.«Марра» — о чеченцах во время антисоветского восстания, в основном с 1994 по 2004 год. В нем нет американских персонажей, нет американских тем, нет особенно американской чувствительности. В них нет ничего американского, если только это не проза. По сути, это европейские романы, которые не читаются так, как будто они переведены.

«Весь свет, который мы не можем видеть» был вдохновлен визитом Дёрра в Сен-Мало, старый портовый город в Бретани, и отчасти его успех может быть связан с тем, насколько красиво он вызывает этот пейзаж.Теперь есть даже путеводители для увлеченных читателей, которые хотят посетить места, описанные в его романе. Но Марра, который все еще учился в писательской школе, когда было опубликовано «Созвездие жизненных явлений», никогда не был в Чечне до тех пор, пока не закончил черновик, а страна, которую он описывает, где неразорвавшиеся снаряды покрыты старыми унитазами, не будет быть в списке желаний большинства людей. За обеими книгами стоит не туристический импульс, даже не в литературном смысле, а нечто более глубокое.Они свидетельствуют или приносят информацию о чем-то новом, чего уже не делают американские романы, потому что романы больше не то место, где мы ищем новости о себе. Мы все чаще читаем их, чтобы напомнить о том, что мы уже знаем.

Здесь рано говорить, являются ли эти две книги просто счастливым совпадением — два очень хороших американских романа, появившихся, казалось бы, ниоткуда, о других людях и других местах — или указанием на что-то еще: романистическая усталость от Америки и американцев, ощущение, что наша родина не слишком тонка, как сказал бы Генри Джеймс, но слишком изношена.Парадокс в том, что та же почва может показаться неисчерпаемо плодородной для писателей из других стран. Один из лучших романов об Америке за последние годы — «Американа» Чимаманды Нгози Адичи, в котором формула Джеймса разворачивается в обратном порядке. Речь идет о молодой нигерийской женщине, которая приезжает в эту страну в поисках обычного — любви, счастья, приключений — и находит их таким образом, чтобы читатель увидел нашу страну (и ее межрасовые отношения в частности) в совершенно новом и неожиданном свет.

Чарльз МакГрат был редактором Book Review с 1995 по 2004 год, а теперь пишет статьи для The Times.Ранее он был заместителем редактора и руководителем художественного отдела The New Yorker. Помимо The Times, он писал для The New Yorker, The Atlantic, The New Republic и Outside. Он является редактором двух книг по гольфу — «The Ultimate Golf Book» и «Golf Stories» — и в настоящее время работает над изданием рассказов Джона О’Хара для Библиотеки Америки.

10 важных современных авторов

Johner Images / Getty Images

Невозможно ранжировать важнейших авторов современной литературы и литературы конца ХХ века.Все эти 10 авторов оставили свой след за последние 50 лет, и каждый из них считается значимым и заслуживающим изучения. От пригорода Апдайка после Второй мировой войны до постколониального рассказа Смита о лондонских иммигрантах, размах произведений этих писателей отражает огромные изменения, произошедшие на рубеже 21-го века.

Изабель Альенде

Куим Лленас / Обложка / Getty Images

Американская писательница чилийского происхождения Изабель Альенде написала свой дебютный роман «Дом духов», получивший признание в 1982 году.Роман начался как письмо ее умирающему деду и представляет собой произведение магического реализма, описывающее историю Чили. Альенде начала писать «Дом духов» 8 января и впоследствии начала писать все свои книги в этот день. Большинство ее работ обычно содержат элементы магического реализма и ярких женских персонажей. «Город зверей» (2002) имел еще один крупный коммерческий успех.

Маргарет Этвуд

Майкл Тран / Getty Images

Канадская писательница Маргарет Этвуд имеет множество романов, получивших признание критиков.Среди ее бестселлеров — «Орикс и Крейк» (2003), «Рассказ служанки» (1986) и «Слепой убийца» (2000). Она наиболее известна своими феминистскими и антиутопическими политическими темами, а ее плодотворные работы охватывают несколько жанров, включая поэзию, рассказы и эссе. Она отличает свою «спекулятивную фантастику» от научной фантастики, потому что «в научной фантастике есть монстры и космические корабли; спекулятивная фантастика действительно возможна».

Джонатан Францен

Дэвид Левенсон / Getty Images

Лауреат Национальной книжной премии за свой роман 2001 года «Исправления» и частый автор эссе для The New Yorker , работы Джонатана Франзена включают книгу эссе 2002 года под названием «Как быть в одиночестве», мемуары 2006 года, «Зона дискомфорта» и нашумевшая «Свобода» (2010).Его работы часто затрагивают социальную критику и семейные проблемы.

Иэн МакЭван

Тим П. Уитби / Getty Images

Британский писатель Иэн МакЭван начал завоевывать литературные награды со своей первой книги, сборника рассказов «Первая любовь, последние обряды» (1976) и никогда не останавливался. Семейная драма «Искупление» (2001 г.), посвященная покаянию, получила несколько наград и была снята по фильму режиссера Джо Райта (2007 г.). «Суббота» (2005) выиграла Мемориальный приз Джеймса Тейта Блэка.Его работа часто сосредотачивается на тщательно наблюдаемой личной жизни в политически напряженном мире. Он владеет кистью.

Дэвид Митчелл

Английский писатель Дэвид Митчелл известен тем, что часто использует замысловатую и сложную экспериментальную структуру в своем творчестве. В своем первом романе «Призрачный текст» (1999) он использует девять рассказчиков, чтобы рассказать историю, а «Облачный атлас» 2004 года — это роман, состоящий из шести взаимосвязанных историй. Митчелл получил приз Джона Ллевеллина Риса за «Призрачный текст», был включен в шорт-лист Букеровской премии за «number9dream» (2001) и был в лонг-листе Букера за «Костяные часы» (2014).

Тони Моррисон

Крис Коннор / Getty Images

«Любимый» Тони Моррисон (1987) был назван лучшим романом за последние 25 лет в обзоре New York Times за 2006 год. Обжигающе болезненный роман предлагает очень личное окно в ужасы порабощения людей и его последствий. Роман получил Пулитцеровскую премию в 1988 году, а Тони Моррисон, светило афроамериканской литературы, получила Нобелевскую премию по литературе в 1993 году.

Харуки Мураками

Тос Робинсон / Getty Images

Сын буддийского священника, японский писатель Харуки Мураками впервые нашел отклик в 1982 году, написав «Погоня за дикой овцой», роман, проникнутый жанром магического реализма, который он сделает своим в ближайшие десятилетия.Работы Мураками меланхоличны, иногда фантастичны, а часто и от первого лица. Он сказал, что «его ранние книги … зародились в индивидуальной тьме, в то время как его более поздние работы затрагивают тьму, существующую в обществе и истории». Его самая популярная книга среди жителей Запада — «Хроники заводных птиц», а английский перевод книги «Кафка на берегу» в 2005 году также имел большой успех на Западе. Английская версия хорошо принятого романа Мураками «1Q84» была выпущена в 2011 году.

Филип Рот

Филип Рот (1933–2018), похоже, получил больше книжных наград, чем любой другой американский писатель конца ХХ века.Он получил премию Sidewise за альтернативную историю за заговор против Америки (2005) и премию PEN / Nabokov за пожизненные достижения в 2006 году. Его работы в основном на еврейскую тематику обычно исследуют сложные и противоречивые отношения с еврейской традицией. В «Everyman» (2006), 27-м романе Рота, он придерживался одной из своих более поздних знакомых тем: каково это — стареть евреем в Америке.

Зади Смит

Брэд Баркет / Getty Images

Литературный критик Джеймс Вуд ввел термин «истерический реализм» в 2000 году для описания чрезвычайно успешного дебютного романа Зэди Смита «Белые зубы», который, по мнению Смита, был «мучительно точным термином для раздуваемой, маниакальной прозы, которую можно найти в таких романах, как мои собственные «Белые зубы».Третий роман британской писательницы и публициста «О красоте» вошел в шорт-лист Букеровской премии и получил премию Orange за художественную литературу в 2006 году. Ее роман «NW» в 2012 году вошел в шорт-лист на премию Ондатже и Женский приз за художественную литературу. Работы часто касаются расы и постколониального опыта иммигранта.

Джон Апдайк

Майкл Бреннан / Getty Images

За свою долгую карьеру, охватившую десятилетия и перешедшую в 21 век, Джон Апдайк (1932–2009) был одним из трех писателей, неоднократно удостоенных Пулитцеровской премии в области художественной литературы.Некоторые из самых известных романов Апдайка включают его романы «Кролик Ангстрем», «С фермы» (1965) и «Истории Олингера: Подборка» (1964). Его четыре романа «Кролик Ангстрем» были названы в 2006 году одними из лучших романов за последние 25 лет в обзоре New York Times Book Review. Он описал свой предмет как «маленький американский городок, протестантский средний класс».

Читатель филиппино-американской художественной литературы 21-го века: Читатель Книжного списка

Первоначально опубликованная в 1943 году книга Карлоса Булосана Америка в сердце является краеугольным камнем классической азиатско-американской литературы.Основываясь на филиппинском детстве Булосана, его иммиграции в США и проблемах, с которыми он столкнулся как американец азиатского происхождения в первом поколении, он остается заметным источником вдохновения, что совсем недавно было подчеркнуто в одноименном видеоролике Смитсоновского Азиатско-Тихоокеанского Американского центра, ориентированном на иммиграцию.

Известные американские филиппинские писатели продолжают вместе с Булосаном занимать литературную основу выдающейся, отмеченной наградами, самой продаваемой американской литературы. Возможно, самой известной среди филиппино-американского сообщества является финалистка Национальной книжной премии 1990 года Джессика Хагедорн, пионер литературы, чей роман « Dogeaters, » является широко признанной современной классикой.Текущий урожай филиппино-американских литераторов включает Сабину Мюррей, которая выиграла престижную премию PEN / Faulkner в 2003 году за свой сборник рассказов The Caprices ; юная писательница Мелисса де ла Крус, вечнозеленая фигура в списках бестселлеров; и Эрин Энтрада Келли, которая попала в заголовки газет в начале этого года, когда выиграла премию Newbery в 2018 году за свой роман для среднего уровня Hello, Universe .

Чтобы узнать больше о филиппино-американском опыте в современной художественной литературе 21 st века, ознакомьтесь с некоторыми из этих изданий со ссылками на их обзоры Booklist , если таковые имеются.

Извинения, Джон Пинеда

Стремительное, незрелое, мгновенное решение одного мальчика наносит непоправимый урон молодой девушке, навсегда изменяя как их жизни, так и жизни их семей. Дядя мальчика принимает на себя вину за аварию, позволяя мальчику прожить остаток своей жизни ценой свободы его дяди. Лауреат Национальной художественной премии Milkweed, первый роман Пинеды представляет собой великолепную, хотя и мучительную мысль о намерениях, результате, ошибках и ценности человеческой жизни.Продолжение, , давайте никому не обидеться, — еще одно выдающееся достижение. (Щелкните здесь, чтобы прочитать мое интервью с Пинедой.)

Лишенные наследства, Хан Онг

Роджер Карачера — черная овца в своей известной филиппинско-испанской семье, самый младший ребенок, которому не хватает амбиций и накопленного статуса, как у его двух старших братьев и сестер. Потрясенный тем, что его отчужденный отец оставил ему полмиллиона долларов, 44-летний бездельник решает остаться на Филиппинах после похорон отца, чтобы отдать то, что, по его мнению, является богатством, нажитым нечестным путем.В своем стремлении очистить свое наследство он узнает, что так называемая благотворительность иногда бывает только в глазах смотрящего. Макартур «Гений» Хан Онг — также отмеченный наградами драматург.

В стране: Истории, Миа Алвар

Немногие писатели, даже самые опытные, могут создать сборники одинаково превосходных рассказов, но Альвар победила с первой попытки. Ее девять историй отражают ее собственное перипатетическое происхождение (родилась в Маниле, выросла в Бахрейне / Нью-Йорке, получила образование в Гарварде / Колумбии), рассказывая об иммигрантах, эмигрантах, путешественниках, беглецах и репатриантах, оказавшихся в постоянном движении — географически, социально-экономически, политически, эмоционально — поскольку они ищут передышки в поисках неуловимого «дома».”

Leaving Yesler, Питер Бачо

Бобби Висенте через пять месяцев исполнилось 18 лет. Его семья сократилась вдвое, его мать умерла от рака, а его старший брат перебрался во Вьетнам. Его отец, Антонио, старый филиппинско-американский иммигрант, у которого когда-то было славное боксерское прошлое, убежден, что его единственная семья не только избежит войны, но и каким-то образом выберется из жилищного проекта Yesler в Сиэтле. То, что произойдет в ту быстро перемотанную вперед неделю перед тем, как Бобби получит GED — влюбится, поговорит со своим мертвым братом, встретит мученическую святую, станет свидетелем убийства — определит всю его оставшуюся жизнь.

Мэр роз: Истории, Марианна Вильянуэва

Великолепный сборник слабо переплетенных рассказов от автора получившего признание критиков книги «Женьшень и другие сказки из Манилы». Эта коллекция рассказывает об иммигрантской жизни, прожитой на обочине — не совсем как дома в старой стране и мучительно неудобно в новой. От решительного заглавного рассказа о мэре, которого судят за подстрекательство к групповому изнасилованию местной королевы красоты, до портрета брошенной жены в Кремниевой долине, до жизней троих детей после смерти их матери-филиппинки, Roses представляет собой поразительное сочетание печали и надежды, разочарования и исследования, потерь и обязательств.

Монстресс: Истории, Лисли Тенорио

Из восьми историй, составляющих замечательный дебют Тенорио, одноименная «Монстрица» объединяет зарубежные культовые фильмы ужасов, бывшие (или два) и голливудские подражатели — и из этого хаоса возникает искренняя любовная история потери. и (почти) искупление. Среди других выдающихся моментов — «Братья», в которой старший брат начинает понимать своего нетрадиционно мятежного младшего брата после его смерти; «Феликс Старро», который болезненно следует за представлениями молодого человека о «верном» бизнесе своего деда; «Вид из Кулиона» о двух американцах, находящихся под присмотром в колонии прокаженных; и «Спасите I-Hotel», в котором двое старожилов вспоминают свои десятилетия, проведенные вместе накануне насильственного закрытия легендарного I-Hotel в бывшем Манилатауне Сан-Франциско.Несмотря на монстра / монстра во всех нас, даже самые тонкие связи с любовниками, родителями, братьями и сестрами, друзьями и незнакомцами в конечном итоге (надеюсь) возвращают нас к нашей человечности.

Люди странные: Истории, Эрик Гамалинда

Последняя коллекция Гамалинды дополняет коллекцию Monstress Тенорио; оба предлагают восемь современных рассказов, основанных на общем филиппинском наследии авторов и их гибридной идентичности как писателей иностранного происхождения, живущих и творящих на другом конце света.Странные люди Гамалинды — приемный «сын» Маркоса, мертвый мужчина, отправляющий электронные письма своей бывшей жене, Элвису из Манилы, вымышленный Эрик Гамалинда, который может менять цвет кожи по желанию, убийца мух — все это подвиги воображения изобретение, хотя и с разной степенью любопытного поведения, характеристик и выбора. Их странность в конечном итоге делает их более уникальными людьми, каждый из которых ищет связи в разрозненном, разрозненном мире. Многогранный писатель, драматург, кинорежиссер и фотограф, Гамалинда вошел в шорт-лист мужской азиатской литературной премии 2009 года за свой роман The Descartes Highlands .

Токсикология, Джессика Хагедорн

Населенные со своим обычными броском непредсказуемых персонажей, последний романом из Хагедорна-бесспорного дуайена филиппинского-американской литературы открывает с эффектной смертью любимого молодого актера. Среди растущей толпы потрясенных провожающих возле квартиры актера — режиссер Мими Смит и ее 14-летняя дочь, проживающая отдельно друг от друга. На другом берегу Ист-Ривер старший брат Мими, Мело, пытается оставаться трезвым, а дальше по коридору эксцентричная восьмидесятилетняя соседка-наркоманка Элеонора Делакруа фактически закрылась, оплакивая смерть своего давнего любовника.Объединенные одиночеством — не говоря уже о продолжающейся выпивке и наркотиках — разрозненные жизни Мими и Элеонор переплетаются друг с другом, поскольку обе находят странное утешение в своих едких разговорах и отчаянных запоях.

Лучшие книги женщин 21 века

SINÉAD GLEESON
Вам не нужно, чтобы я говорил вам читать все до и после 2000 года величайшей ирландской писательницы Энн Энрайт (которая просто случайно оказалась женщиной) — но вам действительно стоит.Или почитать наших поэтов: Ивана Боланда, Риту Энн Хиггинс, Элейн Фини, Шинеад Моррисси, Линн О’Салливан. Вы уже знаете все об успехе Мэриан Киз и Таны Френч, и скоро вы узнаете больше о возможностях будущего с Мелату Уче Окори, Лорен Фоли, Чиамакой Эни-Амади и Кара Максвелл.

В художественной литературе ирландские женщины, безусловно, преуспели, но прямо сейчас есть научные разговоры, которые начинают ощущаться как повествовательные стенты, разблокированная стенка желудочка.Истории, противостоящие роману; истории, которые нельзя рассказать в короткометражном художественном произведении. В Ирландии мы догоняем наших американских современников, когда дело доходит до эссе, но постепенно эти истории появляются, от Эмили Пайн до Розиты Боланд и Дойренн Ни Гриофа. Истории, основанные на личном, но крайне политическом характере. Можно сказать, что одна из книг, положивших начало этому движению, — это необычная книга Лии Милл In Your Face. В нем Миллс подробно описывает свой опыт рака лица и последующую операцию, направленную на спасение ее жизни и челюсти.Он имеет очень глубокое сердце и содержит некоторые из лучших произведений о боли и болезнях («боль в моей щеке пульсирует и набухает, как музыкальная нота; когда волна поднимается и опускается, в падении есть печальная нота, где какая-то часть хора испытывает сочувствие к организму, к его хрупкости ». Миллс удается быть одновременно лиричным и комичным, раскрывая свой опыт с большой человечностью. Это книга о гораздо большем, чем просто болезнь, о выживании и множестве жизней, и ее следует читать больше.

Есть писатели, которые, когда мы их открываем, сродни открытию двери.Обнаружение Мэгги Нельсон как читателя и писателя заставило меня переоценить многие аспекты того, на что способно писать. Она — хамелеон на странице: страстный поэт (Фингал), гибрид искусства (Блюетс), литературный криминальный писатель (Красные части), но «Аргонавты» — ее шедевр, написанный в том, что сама Нельсон называет «само-теорией». . В нем рассказывается о смерти, отцовстве, политике и транс-опыте, фильтруемом через призму других писателей, от Роланда Барта до Д.У. Винникотта и от Юлы Блисс до Эйлин Майлз, с строгостью и бесстрашием, которых я раньше не видел.В обзоре на этих страницах я описал книгу как «отчасти философский манифест, гендерный трактат, фрагментарный роман, мемуары, любовное письмо и художественную критику». Нельсон — , что неклассифицируемо — не только по форме, но и потому, что мало современников приближались к ней.
Сборник эссе Синеада Глисона Constellations: Reflections from Life будет опубликован Picador 4 апреля -го

BELINDA McKEON
Нас просили рассказать о романах, опубликованных с 2000 года, и нам прямо не говорили, что следует придерживаться писателей, которые являются женщинами, но, учитывая, что это Международный женский день, я предполагаю, что это идея.Я немного схитрю и выберу … мужчину! Шутка. Я собираюсь выбрать два романа, а не один, потому что оба они, как я считаю, были сильно недооценены, когда они вышли, и которые, как следствие, могли быть упущены читателями, которым они понравились.

Первый — это «Дьявол, которого я знаю » Клэр Килрой (Faber, 2012), который, насколько мне известно, представляет собой роман о пузыре собственности кельтского тигра, его гротескности и его жадности, что делает его обязательным для чтения. все сначала, если подумать.Это сатира, это басня, это аллегория, это лихорадочная мечта о возможности повествования, о воображении и мастерстве — и это также история, огромная, блестяще задуманная история о человеке — о человеке , собственно, бери из этого, что хочешь. (Но, ммм, кто вызвал экономический крах? Хорошо, тогда .) Попытаться обобщить сюжет этой книги означало бы уменьшить его, поэтому, пожалуйста, просто поверьте мне на слово, найдите его и поразитесь этому писательский дар.

Второй роман — дебют 2013 года: книга Эльске Рахилл 2013 B между собакой и волком (лилипутия), кампусный роман, который на самом деле представляет собой роман о личности, о том, как быть человеком и о том, как головокружительно и катастрофично. хреново, что может быть.Рахилл пишет о сексе и теле с синяками; в различиях, очевидных и невидимых, которые делает пол, она бесстрашна и превосходна. С тех пор она написала другие книги: сборник «Белыми чернилами» и роман «Воля Молли»; их тоже найди.

Второй роман Чимаманды Нгози Адичи, Половина желтого солнца (Четвертое сословие, 2006), был выдающейся книгой, когда он появился, и, во всяком случае, кажется еще более экстраординарным сегодня.Адичи еще не была суперзвездой, которой она является сейчас, но, прочитав эту историю о войне в Биафране, написанную с изысканными нюансами и поразительной яркостью, в великолепно уверенной прозе, было бы уже в трепете перед ее талантом. Это военный роман, который стоит в одном ряду с «Регенерацией» и «Вещи, которые они несли». Это интуитивно. Это мастер-класс по написанию эмоций и опустошения (не то чтобы многие из нас хотели бы или могли бы написать такое разрушение, которое изображает Адичи). Это незабываемо.
Последний роман Белинды МакКеон — Tender

ДЖОН СЕЛФ
Возможно, это показывает мою предвзятость, но в последние годы немногие книги доставили мне столько удовольствия, как сборник рассказов Люси Колдуэлл «Множество».Да, мы уже взрослые, да, здесь есть несколько мест на востоке Белфаста, которые я прохожу каждый день, но это еще не все. Ее понимание того, как мы растем, ее сочетание остроты и сочувствия, а также диапазон подходов в якобы узком сеттинге — все это демонстрирует лучшие качества коллекции историй: разнообразие.

С международной точки зрения, «Громоотводы» Хелен ДеВитт — это комедия, которая осмеливается идти туда, куда другие не могут — в возмутительную невозмутимую сатиру на сексуальную политику и власть, гендерный разрыв на рабочем месте и, прежде всего, на язык, который мы используем, чтобы скрыть вещи от себя.Он был опубликован всего семь лет назад, но уже заслуживает того, чтобы его заново открыли и на этот раз отметили должным образом.
Джон Селф — критик, регулярно публикующий обзоры для The Irish Times и Guardian

АНН ГРИФФИН
В 2016 году мне посчастливилось услышать, как Э.М. Рипи читала из ее будущего романа «Красная грязь». Интенсивность языка поразила меня. Меня увлекла эта нераскрытая история современного ирландского иммигранта в Австралии — работы на фруктовых фермах, истощения и борьбы со своими демонами из дома.Эта книга, состоящая из трех частей, превзошла меня в быстром и настойчивом темпе.

Технически Кит де Ваал подходил к обеим категориям. Здесь она представляет международного автора, чей «Уловка со временем» занял место одного из моих любимых писателей. Эта книга затрагивает самую суть того, что значит любить кого-то — терпение и жертвы, необходимые для того, чтобы никогда не отпускать. Сочинение Де Ваала прекрасно тонко, убаюкивает читателя и заставляет влюбиться в главную героиню Мону.Сочинение нежное, почти шепотное, в этом рассказе о том, кто такая Мона, и обо всем, за что она держалась на протяжении стольких лет, не пропадает ни одна минута.
Энн Гриффин — автор книги «Когда все сказано»

EMILIE PINE
Иногда хорошие книги появляются в самый подходящий момент. Я впервые прочитал «Аутентичность» Дейдры Мэдден, когда начинал свою докторскую диссертацию, и был очарован тем, как Мэдден ставит искусство (делая его, размышляя о нем, оценивая его) в центр подлинной жизни.Конечно, роман — это гораздо больше, чем просто «послание»: Мэдден строит повествование, которое одновременно и сдержанно, и обжигает, углубляясь в одиночество и интимные отношения любовников, братьев и сестер. Я оплакивал это, когда он закончился. А потом я вернулся к первой странице и снова начал читать.

Лиза Коэн дала мне книгу Эулы Бисс «Об иммунитете», чтобы показать мне, что можно сделать с различными формами документальной литературы, и, когда она передала это мне, я думаю, она сказала что-то вроде «Ты думаешь, что не хочешь читать книга о вакцинах, но вы действительно делаете это ».И она была права. Бисс использует решение о вакцинации своего ребенка как способ рассказать историю иммунизации, одновременно глубоко личную и широко социальную, голосом совершенно несентиментальным. Это коротко. Это идеально.
Эмили Пайн, адъюнкт-профессор современной драмы, UCD, и автор Notes to Self (Tramp Press), ирландской книги года 2018

ДАНИЭЛЬ МАКЛАФЛИН
Первой книгой Елены Ферранте, которую я прочитал, была «Потерянная дочь», переведенная с итальянского Энн Гольдштейн.Это очень короткий роман, около 140 страниц, и его яркость примечательна. Ферранте настолько глубоко втягивает читателя во внутренний мир рассказчика, что эффект одновременно тревожит и завораживает. В первой главе романа рассказчик говорит: «Вначале был мой жест, который не имел смысла, и именно потому, что он был бессмысленным, я немедленно решил ни с кем не говорить. Сложнее всего говорить о том, о чем мы сами не можем понять ».

При чтении книги я чувствовал себя так, словно смотрел на что-то, чего я не должен был видеть, но все еще не мог отвести взгляд.Есть ощущение, что нет ничего запретного, когда речь идет о беспорядочной и часто мрачной психике главного героя, а также о ее прошлом и ее отношениях с другими людьми, в частности с дочерьми. «Как глупо думать, что ты можешь рассказать своим детям о себе до того, как им исполнится пятьдесят», — говорит рассказчик. Кукла, вокруг которой происходит большая часть действия, великолепно написана Ферранте до тревожного эффекта: «Кукла, бесстрастная, продолжала рвать. Вы слили всю свою слизь в раковину, умница.Я приоткрыл ее губы, одним пальцем приоткрыл ее рот, налил в нее немного воды, а затем сильно встряхнул, чтобы смыть мутную полость ее хобота … »Ферранте удается наполнить ее материал чувством сырости, сохраняя при этом написание все время уверенное и непритязательное.

Еще один роман, которым я восхищаюсь за то, насколько ловко он погружает нас глубоко в голову главного героя, — это «Мартин Джон» Анаканы Шофилд. Структура романа с его припевами, петлями и контурами умело отражает работу разума главного героя.Читатель оказывается рядом с главным героем в его навязчивых и навязчивых мыслях и поступках. Например, газеты имеют влияние на Мартина Джона. К их выбору применяются особые правила: «Он никогда не покупает газету, если замечает, что в заголовке есть бензин. Или извращенец. Ему не нравятся слова на букву «П».

Он также склонен к странному анализу прочитанного: «Он каждый день подсчитывает количество слов, начинающихся с выбранной буквы, и записывает их в строку.«Необходимость покупать газету» не дает ему покоя. Удерживает его от ситуаций. Мама сказала, что этого можно достичь только структурированной повседневной жизнью. Он стремится избегать подобных ситуаций … »Шофилд пишет о Мартине Джоне так, что вызывает сочувствие, что немалый подвиг, учитывая, что он сексуальный преступник.

Шофилд также великолепно использует язык в этом романе и заставил меня много смеяться, пока я читал. Эта книга блестяще забавно освещает сложные темы.Я слышал, как автор недавно читал Мартина Джона на «Дулинских писательских выходных», и мне снова напомнили, насколько это хорошо. Не могу дождаться, когда в конце этого года выйдет следующий роман Шофилда, «Бина».
Даниэль Маклафлин — автор книги «Динозавры на других планетах»

Эймер Макбрайд. Фотография: Эрик Люк.

ФИНТАН О’ТУЛ
«Девушка — наполовину сформировавшаяся вещь» Эймера Макбрайда — один из самых смелых романов века.Он мрачно убедителен не только своим мучительным исследованием эмоционального ущерба, но и своим великолепно уверенным переделыванием ирландского модернизма. Она не боится Вирджинии Вульф, но, что более важно, не боится взять на себя — в смысле унаследовать и сделать полностью свое — наследие Джойса и Беккета.

Вполне возможно, что самая важная книга о политике, экономике, культуре и обществе в этом столетии — это «Эпоха слежки за капитализмом: борьба за будущее человечества на новых рубежах власти».Она объясняет с гораздо большей силой, чем кто-либо до появления совершенно новой формы капитализма, основанной на экспроприации личных данных, которые мы бесплатно передаем огромным корпорациям. Это Das Kapital нашего времени.
Финтан О’Тул — помощник редактора The Irish Times. Его последняя книга — «Героическая неудача: Брексит и политика боли»

. Анна Бернс, обладательница мужской Букеровской премии в области художественной литературы за роман «Молочник».Фотография: EPA / Факундо Аррисабалага.

ЛИЗА МАКИНЕРНИ
Примерно на трети пути через «Молочник Анны Бернс» мне пришлось отложить книгу на некоторое время в теневой ящик, а затем отправить ее редактору по электронной почте свои пылкие поздравления. Нет вреда в том, чтобы быть на высоте; это та книга, на которую стоит обратить внимание. К Молочнику нельзя приучать. Это беззаконный роман, его повествовательный голос одновременно интимный и отстраненный, его персонажи скользкие, веселые в одну минуту, злобные в следующую. С тех пор я не переставал говорить об этом, и когда он выиграл Букер 2018, я взревел от такой радости, что вы подумали, что я выиграл эту чертову штуку.Не обращайте внимания на всех, кто говорит вам, что этот роман «трудный», и погрузитесь в подробности. Да, вы будете немного потрясены, но великая литература сделает это с вами.

И когда вы достаточно окрепнете, вам следует прочитать «Действия человека», роман Хан Канга о резне в Кванджу 1980 года. В каждой главе рассказывается история отдельного пострадавшего человека, неразрывно связанного со следующей: демонстранты-подростки, убитые солдатами, заключенные в тюрьмы организаторы, родители, потерявшие близких.Он элегантный, смелый и необычайно трогательный. Human Acts выполняет высшую цель романа: найти красивую, жестокую правду даже в самых уродливых аспектах человечества.
Последний роман Лизы Макинерни — «Кровавые чудеса»

KIT DE WAAL
Созвездия Синеада Глисона, сборник мемуаров, эссе и стихов, читается как роман, как разговор с другом, как признание.Красивое и важное, подтверждение, как будто оно нам нужно, способности женщины (и этой женщины в частности) преодолевать самые сложные личные обстоятельства.

«Первый плохой человек» Миранды Джули действительно не похож ни на что другое, что я читала. Почти слишком пристальный взгляд на одинокую внутреннюю жизнь одной женщины. Она фантазирует о любовном романе с начальником, воображает, что ее любят и значат. Затем появляется дочь босса, избалованная расточительница, которая живет с ней на несколько недель.И мы отправляемся в сексуальную, странную, интимную и веселую поездку. Абсолютно одноразовая жемчужина.
Последний роман Кита де Ваала — «Уловка со временем». Простые люди: антология писателей из рабочего класса, которую она отредактировала, выходит 1 мая

ДЖОН БОЙН
Самым впечатляющим произведением ирландского письма, которое я читал за многие годы, являются «Записки для себя» Эмили Пайн. В шести ярких эссе Пайн раскрывает трудности взросления с отцом-алкоголиком, боль тоски по ребенку и часто тревожные переживания подросткового возраста.Книги редко заставляют меня плакать, но большую часть этого я плакал, как ребенок. Это невероятно смелое произведение.

Мой любимый ирландский роман 21 века — «Нежность» Белинды МакКеон, прекрасно написанный рассказ о разрушительной дружбе между застенчивой гетеросексуальной женщиной и экстравертом-геем. Это книга, которую я чаще всего дарю друзьям.

А еще есть «Дорога домой» Роуз Тремейн, рассказ об иммигранте из Восточной Европы в Британию и о том, как он пытается выжить в неприветливой стране.Тремейн — один из величайших романистов мира, и, хотя этой книге 12 лет, она кажется еще более актуальной сегодня, когда мы приходим к пониманию предрассудков и расизма, которые способствовали провалу Брексита.
Последняя книга Джона Бойна — «Моего брата зовут Джессика»

АДРИАН МАККИНТИ
На презентации пятого сборника стихов Шинеада Моррисси, Parallax, 150 человек пришли в Ольстерский музей на юге Белфаста, и я оказался вовлеченным в продажу книг толпе, которая все еще гудела после завораживающего чтения Моррисси.Современная поэзия явно в очень хорошей форме, и Моррисси принадлежит к новому поколению женщин-поэтов, чей гений — единственное, что их объединяет.

Темы, исследуемые в «Параллаксе» (2013), включают детство Моррисси, выросшее в Ко-Арма во время Неприятностей, и поэзию, размышляющую о цензуре, насилии и семейной жизни. Изюминкой коллекции (и той ночи в Белфасте) является потрясающая работа Моррисси «Дело жизни и смерти», автобиографическое повествование о рождении ее первенца.У Моррисси начались схватки, когда она, опираясь на диван, смотрела классический фильм Дэвида Нивена 1945 года, когда «Свет наклонен и наполнен бегущим золотом». Размышления о материнстве и матерях, о новой жизни в присутствии смерти — это настоящий шедевр. Параллакс стал лауреатом премии Т.С. Элиота.

«Спасение костей» Джесмина Уорда (2011) — это блестящий отчет о попытках бедной семьи чернокожих из Миссисипи выжить после урагана «Катрина».Сама Уорд пережила ураган, и белая семья на возвышенности отказала ей в убежище, прежде чем ее приютила другая белая семья. Напоминает чернокожий комикс Уильяма Фолкнера «Как я лежу, умирающий» Уорд поражает своим тоном и темпом. Мы находимся в прибрежном городке Буа Соваж как раз перед поражением Катрины, с нашим 15-летним героем, беременным Эш, и тремя ее братьями, сидящими на корточках без каких-либо ресурсов и выхода.

Катрина не наносит прямого попадания в Миссисипи, но неизбежно прибывает штормовой нагон и вода начинает подниматься.Наполовину триллер, наполовину семейная драма, «Спасение костей» выиграла Национальную книжную премию всего через два года после того, как неоднократные литературные отказы вынудили Уорда отказаться от писательства и решиться пойти в школу медсестер. Нам повезло, что она нашла издателя для своей первой книги и этого своего шедевра. Сравнения Зоры Нил Херстон в наши дни ходят слишком небрежно, но в случае Уорда они оправданы. Лирический, забавный, трогательный Salvage The Bones — это современная классика.
Следующий роман Адриана МакКинти, «Цепочка», выйдет в июле

ED O’LOUGHLIN
Что вы получите, если лишите рассказ о жизни и смерти собственных имен, географических названий и исторического контекста? Ответ: сказка, притча, реальная метафизика.В «Молочнике» Анны Бернс раздираемый войной город — мы знаем, что это Белфаст в начале 1970-х, но это не имеет особого значения — становится лесом с привидениями, через который развратный волк с гипнотическими способностями Молочник преследует девушку-подростка, пока она мечтает о побеге. Это триллер о выживании, в котором главными призами являются автономия и невинность, а не сама жизнь. Прибитый шедевр.

В 2011 году проживающая в Торонто журналистка Таня Талага поехала в Тандер-Бей, на крайнем северо-западе Онтарио, чтобы расследовать смерть семи детей из отдаленных общин коренных народов, которых поселили там для учебы в государственной средней школе.«Семь упавших перьев», ее холодно-страстный рассказ об официальном пренебрежении, безразличии полиции и пограничных жизнях коренных подростков имеет значение не только для Канады, которую она ошеломила, но и для любого общества с социальными или этническими маргиналами, о которых она предпочитает забыть. Сдержанный, неторопливый, но точный рассказ Талаги делает его одновременно глубоко трогательным и легко читаемым, мастерским произведением научно-популярной литературы.
Последний роман Эда О’Лафлина — «Мысли зимы»

JULIA KELLY
Я медленно читаю и люблю подчеркивать интересные фразы и идеи по ходу; по этой причине мне больше всего нравятся небольшие книги.«Фостер» Клэр Киган — прекрасная маленькая книга. Ее поэтические, ритмичные описания сельской Ирландии настолько восхитительны, что вы можете почувствовать запах влажного навоза и пожаров на газоне, услышать стук колес по решеткам для скота, грубый равнодушный лай фермерских собак. Рассказанная глазами наблюдательного ребенка в новом окружении, который сначала осторожен, а затем восприимчив к неожиданной доброте и вниманию, которые она получает от своих временных опекунов, Фостер — это красивая и чрезвычайно трогательная история детской невинности и взрослой выносливости.Я прочитал его трижды, и заключительная сцена до сих пор заставляет меня плакать.

В позапрошлом году я нарушил правило маленькой книжки и приступил к работе «Маленькая жизнь» Хани Янагихара. Это удивительно мощное и грамотно написанное исследование о дружбе, любви и невообразимых страданиях. Захватывающая с самого начала, это книга, которая заставит вас отказаться от социальных сетей и не даст уснуть всю ночь. Мой экземпляр «Маленькой жизни» сейчас почти нечитаем с его свежими, пересушенными страницами, оставшимися после блаженных часов, которые я провел с ним в ванне, полностью поглощенный его блеском.
Последняя книга Джулии Келли — Matchstick Man

EMER McLYSAGHT
Мейв Хиггинс: «Мы хорошо проводим время, не так ли? занимает особое место в моем сердце, потому что я полностью убежден, что он спас меня от похмелья во время шумной поездки на Ибицу несколько лет назад. Упакованная «для полета» и брошенная в пользу освежения или 12, книга нашла свое истинное предназначение в суровом свете дня, когда мы с друзьями по очереди читали сборник эссе комика Кобха, занавес, задернутый против осуждающих суждений. Балеарское солнце.Мы так смеялись, что я удивлен, что полицию не вызвали для расследования. Самоуничижительные, сосредоточенные на женщине эссе Хиггинса столь же продуманы, сколь и забавны, и это книга, к которой я возвращаюсь снова и снова.

Сложно говорить о картине Карен Джой Фаулер «Мы все совершенно вне себя», не выдавая при этом поворот. Когда в 2014 году была опубликована книга — захватывающий, забавный и душераздирающий взгляд на семью, идентичность и молодую девушку, растущую «по-другому», во многих обзорах содержались предупреждения о спойлерах, потому что было почти невозможно не выдать ее.Если вы читали это, вы понимаете, о чем я. Если нет, поищите книгу и потеряйтесь в ней. Я помню, как задыхался, когда это было открыто, в начале примерно на отметке в восемьдесят страниц, и удивлялся тому, как Фаулер ввел меня в заблуждение в этом необычном рассказе о двух сестрах, выросших вместе, но друг от друга.
Эмер МакЛисагт — соавтор с Сарой Брин книги «Как важно быть Эйслингом»

Джесмин Уорд. Фото: Толга Акмен / AFP / Getty Images

EOIN McNAMEE
В длинных дельта-перспективах романа Джесмин Уорд 2017 года «Sing, Unburied, Sing» есть что-то мерцающее и галлюцинаторное.Молодая женщина приводит своих детей в поездку на ферму Парчман, чтобы забрать своего условно-досрочно освобожденного любовника, и призраки черной Америки собираются вокруг них, шепча и настойчиво шепча.

Похоже, молочник Анны Бернс — это контекст для всего, и мы все попадаем в ловушку этого странного радара, северные раны вспыхивают в темноте, сходства, которых мы никогда раньше не видели, внезапно вспыхивают. Хорошее время. Сладкая космополитическая музыка звучит со всех концов страны, в последнее время из Маллингара, с крутой фантомной прозой Николь Лестери в Show Them A Good Time и потрясающим новичком Караем Максвеллом.
Последний роман Эоина МакНами — Vogue

.

ЭЛЕЙН Фини
«Ушиб Бога» Риты Энн Хиггинс («Поэзия лосося») резкая и притягательная. Хиггинс — ее лучшая язвительная песня в этом сборнике, и, хотя она хорошо известна своими стихами, эта «Партия эссе, часть рифмы» — ее первое погружение в прозу. Оно едкое и великолепное. Я люблю эту книгу. Он бросает вызов многому в ирландской жизни, наблюдает за мелкими событиями и дает голос тем, у кого нет голоса.Это действительно оригинально. Сборник столкнулся с некоторыми спорами и разложением книг при первом издании, что нелегко для любого писателя.

«Пруд Клэр Луизы Беннетт» («Жалящая муха») — восхитительно красивый сборник рассказов, и, как и Хиггинс, Беннетт — невероятно наблюдательный писатель. Я помню, когда и где впервые прочитал «Пруд». Острые размышления Беннета о жизни и абсолютная простота повседневных дел просто ошеломляют.С тех пор я его много раз перечитывал. Такая изысканная красота в том, как она пишет обыденность повседневности, сочетается с тревогой ума. Написание замечательное.

И Беннет, и Хиггинс продвигаются так далеко в одном предложении, от первого высказывания до того места, где заканчивается читатель. Они резкие, уникальные и смешные, но при этом сохраняют глубину. Я бы с радостью впервые запустил и то, и другое.

(Могу ли я также нахально порекомендовать два других фаворита: Room Little Darker Джун Колдуэлл и The Glorious Heresies Лизы Макинерни?)
Последняя коллекция Элейн Фини — Rise

ДЖОН КОННЕЛЛ
На протяжении многих лет Эдна О’Брайен по праву получила широкое признание, особенно благодаря трилогии «Деревенские девушки», названной Дублинской книгой «Один город — один».Я пришел к творчеству Эдны через ее рассказы, и именно ее сборник «Святые и грешники» покорил меня ее голосом и стилем. Ее рассказ «Короли лопаты» в сборнике о воспоминаниях ирландского военно-морского флота, работающего в Лондоне, оказался фундаментом, на котором я написал свою первую книгу. «Святые и грешники» — это гораздо больше, чем просто сборник рассказов, это еще одна отметка в счетной карточке гения.

«Белые зубы» Зэди Смита открыли мне другую сторону Великобритании, богатое мультикультурное наследие и пересеченность нашего ближайшего соседа.«Белые зубы» — это не только удивительная книга; с этого началась моя давняя интеллектуальная влюбленность в Зэди и все, что она делает.
Джон Коннелл — автор книги «Корова»

КЭТЛИН МАКМАХОН
Нам всегда будут нужны романы, в которых исследуется сложность жизни женщин. Красивое — и красиво короткое — название «Звезды» Дженнифер Джонстон прослеживает дружбу между работодателем и ее домработницей, которые до конца своей жизни живут вместе в бывшем великолепном старом доме.Улица Академии Мэри Костелло — это не больше и не меньше, чем история жизни одной женщины, но рассказанная так мастерски, что кажется, будто вы прожили ее и вдохнули. В новом романе Кристин Дуайер Хикки «Узкая земля» в качестве сюжета рассматривается Джо, жена американского художника Эдварда Хоппера, несчастная и часто неприятная женщина, с воинственным сердцем которой Дуайер Хикки обращается с величайшей нежностью.

«Узкая земля» еще раз показывает, какая прекрасная писательница Кристин Дуайер Хики, и мой выбор из ирландского романа века (пока) — это ее предыдущий роман «Холодное око неба».История жизни одного дублинского мужчины, рассказанная задом наперед, — это чудо литературной инженерии, и, несмотря на всю шумиху вокруг писателей-мужчин, которым удается создать заслуживающих доверия женских персонажей, вот писательница, которая создала великолепного мужского персонажа — я обожала это. Что касается романа века, написанного международным автором, я номинирую Элизабет Строут «Олив Киттеридж». Школьная учительница из маленького городка в штате Мэн, жена и мать, Оливия — такой же человечный персонаж, какой вы найдете вне своей семьи, и ее невозможно не любить.Сиквел «Олив Киттеридж» выйдет в конце этого года, и его с нетерпением ждет легион ее поклонников, включая меня.
Последний роман Кэтлин МакМахон — «Долгое жаркое лето»

ROB DOYLE
Жестокий дебютный роман Эльске Рахилл сделал Тринити-колледж и его окрестности одним из самых узких кругов ада. «Между собакой и волком» изображает запустение и тьму юности так же ярко, как любой роман, который я читал.Трое студентов колледжа отчаянно ищут путь через психический подземный мир, причиняя вред себе и друг другу безрассудными решениями и грязным сексом. Я говорю, что это звучит довольно неприятно, и это так, но оно также чертовски читаемо, проницательно и прекрасно написано.

Самый панк из современных французских писателей, Вирджиния Деспентес эволюционировала из преступного нигилизма своей юности и создала в свои сорокалетние объемный, бессвязный роман о богемной жизни современного Парижа, который очень интересно читать.Одноименный герой Vernon Subutex 1, переведенного Фрэнком Винном, — бывший владелец магазина звукозаписи, погибший из-за распространения музыки с цифровым доступом, вынужденный разбиваться на диванах друзей и пить пиво, пытаясь разобраться в своей жизни. Роман представляет собой портрет экономического упадка и общественного беспорядка, но в результате он заставляет рецессию казаться не без серебряной подкладки, поскольку буржуазная фиксация на статусе отпадает и возникает чувство общности. Ближе к концу все становится неаккуратно, но когда я прочитаю две оставшиеся части трилогии Vernon Subutex, отдельные нити должны сойтись.
Последняя художественная литература Роба Дойла — «Это ритуал». Он также отредактировал «Другая ирландская традиция: антология ирландской художественной литературы»

.

CLAIRE HENNESSY
Несмотря на то, что на рубеже тысячелетий я много колеблюсь по поводу любимого названия ирландской писательницы, мой выбор — «Этот очаровательный человек» Мэриан Киз (2008) — очевидный выбор для всех, кто меня знает, потому что это книгу, которую я настоял на том, чтобы они ее обязательно прочли.Это и превосходный пример самого лучшего, на что способна «курица с подсветкой» — истории, ориентированные на женщин, которые исследуют карьеру и отношения, а также проблемы, которые могут возникнуть, с оптимистичным (хотя и не сладким) концом, — и великолепная работа социальных и политическая сатира.

Девятый роман Киза приглашает нас в мир нескольких женщин, связанных с харизматичным и недавно помолвленным политиком Пэдди де Курси. По мере того как его звезда растет, мы узнаем больше о психологическом и физическом насилии, которое он нанес этим женщинам, каждая из которых находится в кризисе еще до того, как узнала о своей новой любви.Убитая горем Лола уезжает в приморскую деревню (известную тем, что привлекает убитых горем женщин, которые часто берутся за ремесло) и натыкается на любопытную сделку со своим местным офицером по выплате пособий, а также сближается с жителями «Уголка Алко», которые поднимают свои напитки де Валера каждый день в 4.30. Крутой как гвоздь (она все равно пытается) журналист Грейс приставает к Лоле, чтобы она рассказала правду о Падди, а также имеет дело с непростыми отношениями с ее партнером и хрупкой сестрой-близнецом. Сказанная сестра, Марни, явно в плохом состоянии, просыпается от синяков и хмурого мужа, и ее все еще преследует ее юношеский роман с Пэдди.Наряду с этим появляются тревожные фрагменты насилия в отношении неназванных женщин, и мы постепенно соединяем их — и многие другие темы — воедино.

Многие затронутые «тяжелые» темы — помимо домашнего насилия, горя, депрессии, наркомании и рака — тщательно уравновешиваются более нелепыми элементами — черта всей работы Киза, но здесь особенно очевидна. Есть юмор, сочувствие и проницательность; в работе также присутствует чрезвычайно искусное повествование.

Одним из величайших счастий в моей жизни было то, что я вырос в то время, когда художественная литература о квир-женщинах была не просто доступна, но — ах! — Основной поток. В подростковом возрасте я прочитал не только беллетристику для молодых взрослых о лесбиянках и бисексуальных девушках (факт признания бисексуальности все еще относительно необычен), но и познакомился с работами Эммы Донохью (в то время я даже не знал, что мы были ирландские лесбиянки, кроме той монахини из «Большого брата») и Сары Уотерс.Эндрю Дэвис только что адаптировал «Tipping the Velvet» для мини-сериала BBC, и я купил DVD в качестве подарка себе на свой 17-й день рождения. (Ничто так не говорит «с днем ​​рождения», как переодевание в викторианскую одежду.)

Как бы я ни любил мюзик-холл «Бархат» и жуткую тюремную атмосферу «Аффинити», Фингерсмит (2002) — лучший из трех ее романов викторианской эпохи. Сирота Сью, выросшая среди воров, и изолированная Мод, послушная служанка своего дяди, — это архетипы, которые мы можем найти у Диккенса и в других местах, но по мере развития их маловероятной дружбы — изначально задуманной как часть подлого заговора — Уотерс вдыхает в них новую жизнь. символы.не с вкусной изюминкой (Унесенная Девочка, есть свое сердце), не-считает запрещенным счет темных аспектов эпохи (в том числе лишения свободы и порнографии), и умной, яркой письменной формы, это устанавливает стандарт для исторической беллетристики о женщинах влюблена.
Последний роман Клэр Хеннесси — «Как другие девушки». Она рецензирует художественную литературу YA для The Irish Times

.

ДЭННИ ДЕНТОН
Когда я впервые прочитал Transmissions, дебютный сборник Элейн Косгроув, мое восприятие мира обновилось и полностью улучшилось.Это были стихи, или проблески (или размышления), которые расшифровывали мои невысказанные или наполовину сформированные мысли. Они казались специфическими и для моего собственного опыта: ловить свое отражение в окне автобуса; похмелье; слушая радио; посещение; торчать; слушать музыку; текстовые сообщения… Это книга, чьи великолепные стихи полны внезапных левых поворотов, двойных откровений и разоблачительных размышлений [«Что делает связь, когда она пропадает?»]. Это формально игровая книга, в которой исследуются функции и смысл.В различных поэтических формах и стилях Косгроув показывает нам макрокосм в микрокосме момента: чудо повседневности. Мое восприятие мира лучше, если я его прочитал и перечитал (снова и снова).

Автобиография Рэда Энн Карсон начинается с переводов основных фрагментов древнегреческого, всего, что осталось от рассказа Стесихороса о Герионе (краснокрылом чудовище из греческих мифов). Карсон переводит, постулирует, повторно переводит и отталкивается оттуда; можно сказать, что вы следуете за ходом истории Гериона в последовательности удивительных, продуманных эпизодов.Я не могу переоценить, насколько красиво, странно и потрясающе читать это произведение. События в жизни Гериона, кажется, происходят как в мифологическое время (возможно, в Древнюю Грецию), так и в Америке 20-го века. Искажение времени Карсона удивительно и почему-то кажется правдой. Герион с помощью фотографии, скульптуры, памяти и письма превращает свое существование в незавершенную «автобиографию». В этом «романе в стихах» язык распадается и реформируется; раздроблен и воссоздан заново: «Каждое слово подул к нему и разлетелось ветром… Кусочки слов пронеслись мимо мозга Гериона, как пепел.”

В неземных осколках текста — как конкретных, так и абстрактных, с заново расщепленными и сформированными атомами языка и значения — Карсон превосходит представления о форме. Предложения и образы цветут, источают чувство. Это все, что имеет значение.
Дебютный роман Дэнни Дентона — «Эрли Кинг и ребенок в желтом». Он является приглашенным редактором летнего выпуска The Stinging Fly

.

ЛЮСИ МАКДИАРМИД
Я хотел бы познакомить двух моих писателей друг с другом, Нуала Ни Домнайл и Гарриетт Маллен, потому что я не думаю, что они когда-либо встречались на странице или вне ее.Они достаточно похожи и достаточно разные, чтобы прекрасно ладить: они почти одного возраста, а афроамериканец Маллен также немного ирландско-американец: за пределами нескольких поколений освобожденных рабов смешанной расы еще в восемнадцатом веке, Белый рабовладельческий патриарх семьи Джеймс Маллинс, как говорят, был выходцем из Ирландии. Выбранные мной поэтические сборники также имеют семейное сходство: «Пятьдесят минутная русалка» Ни Домнайла (Gallery Books, 2007), переведенная на английский язык Полом Малдуном, первоначально опубликованная как Na Murúcha a Thriomaigh в Cead Aighnis (1998), и Mullen’s Sleeping со словарем (University of California Press, 2002; финалист Национальной книжной премии).В разных смыслах обе книги — это остроумные вопросы наследия, наследия русалок и рабов, а также критика злоупотребления властью.

В книге Ни Домнайла изобилуют тирании, малые и большие. Мерфолки в «Пятьдесят минутной русалке» моют волосы только при дневном свете из-за давнего похищения фей: «Úsáidtear an scéal seo, fiú sa lá atá inniu ann / chun scanradh an diabhail bhuí / a chur ar na maighdeanacha mara óga» («Эту историю до сих пор рассказывают / чтобы напугать живых дневных светов / до молодых самок этого вида»).Мать-русалка неадекватно и неадекватно реагирует на рассказ своей дочери о сексуальном насилии со стороны священнослужителей: «An sagart bocht, nach fear / é siúd chomh maith le duine» («О, бедный священник, разве он не мужчина? Тем не менее, несмотря на критику, лежащую в основе книги, Ни Домнайл получает удовольствие от псевдоантропологического комментария к меркультуре, такого как список книг, которые мерфолки не писали: An Chistin Fhomhuireach, / An tOileán a bhí Faoi Dhraíocht, / Seanscéalta ón dTír-fó-Thoinn (Подводная кухня, / Зачарованный остров, / Легенды из земли под морем).

Критика Маллена принимает форму лингвистической игры. Порождающим импульсом ее книги является эротическая встреча со словарем: «В бессоннице темной ночи книга действует как успокаивающее средство… поиски в темноте манящего слова… — это ночная миссия поэта». Алфавит определяет порядок стихотворений, а в стихотворении «D», «Клевета», каждое слово со слогом «ниг», за исключением пресловутого «n-word», используется для разоблачения оскорблений расизма: «Удивили ли мы наших учителей, которые придирались? сомнения в глупых мозгах маленьких чернокожих детей… ?…Если я не согласен с твоими убеждениями, ты списываешь это на мою ничтожную способность различать …? » Стихотворение «W» изменяет язык авиакомпаний, демонстрируя безразличие к человеческим ценностям: «Мы не несем ответственности за ваших потерянных или украденных родственников … Перед взлетом, пожалуйста, погасите все тлеющие обиды …» В другом стихотворении, обращающем вспять цвета американского расизма, перефразируется картина. История Златовласки: «… светловолосый малолетний подросток вломился в деревенский загородный коттедж нуклеарной семьи антропоморфных негодяев.”

Мне нравятся все эти провокационные, подрывные стихи и их дикие фантазии, и я благодарен их авторам, бунтовщикам, умникам и родственникам.
Последняя работа Люси МакДиармид — «Яркий дом: ирландское письмо и домашнее пространство» (под редакцией с Роной Ричман Кеннелли)

Элизабет Строут с обложкой своей книги «Меня зовут Люси Бартон». Фотография: PA

CATHERINE DUNNE
С 2000 года в книгах, написанных женщинами, как в международной, так и в ирландской литературе можно найти множество богатств.Вот два, которые выпрыгнули из моих полок мне в руки, когда я думал о том, что выбрать:

«Томми Гуптил когда-то владел молочной фермой, которую он унаследовал от своего отца и которая находилась примерно в двух милях от города Амгаш, штат Иллинойс».

Так открывается «Все возможно» Элизабет Строут: сборник из девяти взаимосвязанных историй, отображающих внутренние вселенные обычных горожан, населяющих город Амгаш, где проживает также главный герой более раннего романа Страут «Меня зовут Люси Бартон».

Тон тихий и интимный; город ярко вызван. Персонажи, которые там живут, озарены поразительной ясностью: их маленькие радости, их разочарования и предательства. Они вращаются друг вокруг друга, планеты вокруг Солнца Амгаша.

Никого не щадят. В контролируемой прозрачной прозе Страут исследует одиночество, неудачу в любви, невидимость старых жизней.У каждого есть секрет: какое-то скрытое желание, которое пульсирует за обычной скромной внешностью.

И бедность повсюду: и экономическая, и духовная.

Все возможно — ироничное название — красиво написано. Его персонажи, в том числе тихо разваливающийся сельский городок, незабываемы.

Не менее незабываемым, хотя и по разным причинам, является недавний обладатель Букеровской премии Молочник Анны Бернс.«В тот день, когда кто-то McSomebody приставил пистолет к моей груди, — начинается он, — назвал меня кошкой и пригрозил застрелить меня, был в тот же день, когда умер молочник».

Роман не делает уступок поверхностному читателю. Одна из многих его радостей — помимо его оригинальности, его изобретательности, его моментов смеха вслух-неудобного черного юмора — Молочник наполнен длинными, отвлеченными предложениями, которые требуют полного внимания читателя.И такая настойчивость снова и снова окупается.

Молочник вызывает все угнетения сообществ в конфликте: конфликт, в котором все сводится к черному и белому — или оранжевому и зеленому. Здесь нет места для нюансов, нет тихого места, где может начаться расцвет понимания «другого», нет места для роста компромисса.

Неназванный рассказчик — молодая женщина, которая предпочитает читать романы XIX века — даже во время прогулки — жизни настоящим.Ее отличие от окружающих делает ее объектом подозрений, насмешек. Ее выживание зависит от ее способности преодолевать угнетение собственного сообщества и общества в целом.

По очереди зловещий, задумчивый и, да, забавный, Молочник — это радость в своем уникальном и требовательном отношении.
Последний роман Кэтрин Данн — «Годы, которые последовали»

САРА ГИЛМАРТИН
В честь Международного женского дня я пользуюсь своим правом выбрать более одного автора для этой статьи.Вот четыре замечательные книги ирландских писательниц, опубликованные за последнее десятилетие: «Фостер» Клэр Киган (2010 г.), «Динозавры на других планетах» Даниэль Маклафлин (2015 г.), «Зеленая дорога» Энн Энрайт (2015 г.) и «Двенадцать тысяч дней» Эйлис Ни Дуибне (2018 г.) . Фостер — это прекрасно подмеченная история о молодой девушке, которую отправили жить с родственниками, в то время как ее мать родила еще одного ребенка. «Динозавры» Маклафлина — это истории с полей, каждая из которых передает одинокий голос рассказа.Грин-Роуд — это современная ирландская семья, наделенная фирменным остроумием и интеллектом Энрайта, а в центре всего этого — не очень современная ирландская мамаша. Недавние мемуары Ни Дуибхе о жизни и смерти ее мужа, шведского академика Бо Альмквиста, суровы, трогательны и представляют собой мастер-класс по своей структуре. На международном фронте я буду послушной маленькой женщиной и выберу только одну книгу — Проблемы Джейд Шармы (опубликованные Tramp Press в 2018 году), зверски забавную демонстрацию силы, повествующую о 20-летнем потребителе героина из Нью-Йорка, чья жизнь разваливается.
Сара Гилмартин — журналист, занимающийся искусством. Она рецензирует дебютную фантастику для The Irish Times

.

РЕБЕККА О’КОННОР
«Один в моей пещере, / я ищу, зажигая спички / иду», — пишет Дороти Моллой в своем дебютном сборнике стихов «Заяц-суп» (2004), и это сенсация, когда вы проходите через него. быть заключенным в кокон в темноте, но затем поразить эти светящиеся образы. Коллекция пропитана сексом и религиозной иконографией, а временами обладает восхитительно китчевым качеством Pierre et Gilles с ее «пылающими сердцами» и «красными щеками», ее кружевом, плюшем и бархатом: «наши сердца происходят прямо из крюк мясника », — пишет она в« Семейном собрании ».Влажное тепло воображения Моллоя исследует эротику тела, но также и тело, подвергшееся насилию. Язык гипнотизирует ярмарочную площадь, и ее едкий юмор находит отклик повсюду. Это странное сочетание ловкого лиризма и мрачной комедии делает его неотразимым — жизнь как своего рода карнавал, в котором все бурлящие цвета, пугающие маски и потаенные уголки. Наши скрытые страхи и желания обнажены, как в туннеле ужаса в Чарли и на шоколадной фабрике. К сожалению, Моллой умер в возрасте 62 лет, всего за несколько недель до публикации книги, но эта книга знаменует «волнение / среди звезд / космический сдвиг; / уступая дорогу.”

Три стихотворения Ханны Салливан (2018) переносит нас от ее юности до рождения сына и смерти отца в этом сборнике из трех длинных стихотворений. В первой из трех она попала в Нью-Йорк в юности, желая потерять свою невиновность, но обнаруживает, что «кажется, что ничего не происходит» снова и снова: «CTRL + N застрял в электронной таблице вашего разума» . Пруфрок Элиота скрывается повсюду, в его ритмах и озабоченностях временем и энтропией.«Каждый день просыпаться — это абсурд», — пишет она, «шарить по кнопке отсрочки». «Кофе для приготовления», как в случае с жизнью Пруфрока, измеренной кофейными ложками. Чувство отчуждения прекрасно проявляется в ее встрече с бывшим: «Это все одно и то же: / Он меняет позы, умело перестраивая старую рутину». «Лицо в туалетном зеркале, — пишет она во втором стихотворении, — могло быть кем угодно». Лед и снег повторяются повсюду, пока Салливан холодно и решительно смотрит на природу существования.В ее проницательных наблюдениях за жизненными событиями, не банальными, а обыденными, кесарево сечение «похоже на смерть в парикмахерской», и «все остальные смущены: / Кстати, умирающий наконец-то получает от этого удовольствие», — она с откровенной и захватывающей дух честностью противостоит реальности того, кто мы есть и что от нас останется в живых.
Дебютный роман Ребекки О’Коннор — «Он мой, и у меня нет другого». Она ведет журнал The Moth

SEÁN HEWITT
«Четверть часа» Линн О’Салливан (Bloodaxe, 2018) — это сборник любовных стихов, размышление о языке, а также деликатное и актуальное свидетельство мира природы и места в нем тела.Работа О’Салливан, описывающая болезнь и выздоровление своего мужа, ясна и потусторонна: «Я закрыла глаза, и он проснулся внутри меня». Эти стихи настолько запоминаются своим мифотворчеством и так ловко обрабатывают интимные переживания, что остаются в памяти надолго после прочтения. Эти стихи, смелые не только из-за глубины своих поисков, но и из-за их искренней и беззастенчивой радости, заслуживают широкого читательского интереса.

Еще дальше, Jos Charles’s Feeld (Milkweed Editions, 2018) — увлекательная работа, переосмысляющая новый язык где-то между среднеанглийским и цифровым миром 21 века.При этом Чарльз руководит исследованием языка и транс * идентичности: «Быть ​​трансом — это уникальное родство вне органа / я говорю материальное / я говорю про наследственность». Я также хотел бы упомянуть дебют Лейли Лонга Солдата WHEREAS (Graywolf, 2016), который до сих пор поражает меня своим блеском, сложностью и формальным интеллектом. Это книги, которые занимают свое место и радикальны в своей новизне.
Фонарь Seán Hewitt был опубликован в прошлом месяце

ROSITA BOLAND
Более двух десятилетий назад писательница Барбара Эренрайх взяла серию самых низкооплачиваемых должностей в Америке, чтобы исследовать, как рабочие выживают при такой маленькой заработной плате.Она работала под прикрытием с горничными, официантками и уборщицами, многие из которых были иммигрантами. Она обнаружила, что те, кто больше всего работает, выполняя самые длинные часы и выполняя самые физические задачи, едва выживают; всю свою жизнь в зависимости от следующей неопределенной зарплаты. Великолепная книга Эренриха «Никель и Димед: о (не) проживании в Америке» (2001) всегда была важна, но в 2019 году при американском президенте, желающем построить стену, чтобы не пускать этих рабочих-иммигрантов, она актуальна как никогда. .

Short может быть настолько же мощным, насколько и длинным. «Заметки для себя» (2018), эти шесть эссе Эмили Пайн, едва насчитывают 45000 слов, что составляет половину «стандартного» объема книги, но то, что она говорит в них, стоит вдвое больше, чем у большинства других книг. Она пишет с прохладной интуицией о попытках и неудачах с рождением ребенка; о том, что он решил ухаживать за своим отцом-алкоголиком на его жалкой греческой больничной койке, несмотря на то, что он несколько раз предал ее и ее сестру как отца; о том, чтобы быть академиком в академическом мире, который требует все больше и больше тех, кто работает в нем.Это красивые, захватывающие и трудные сочинения.
В другом месте: Одна женщина, один рюкзак, одна жизнь путешествия Розиты Боланд опубликовано в мае

САРА ДЭВИС-ГОФФ
Я не уверена, что что-то потрясло меня так, как «Девушка — наполовину сформированная вещь» Эймера Макбрайда (Galley Beggar Press, 2013). Он дико креативный, такой свежий, формально сложный, но кажется честным и не изобретательным. Книги не часто заставляют меня рыдать, но я был в тупике во время этого (и снова более публично, когда я пошел смотреть сценическую адаптацию с Аойф Даффин).

Макбрайд — гений, и если по какой-либо причине вы еще не успели прочитать это, пожалуйста, прочтите — это одна из самых важных книг, когда-либо созданных ирландским писателем, которая действительно о чем-то говорит.

Я мог бы целый день выбирать книги Tramp Press, но, честно говоря, не уверен, любил ли я какую-нибудь книгу за многие годы больше, чем «Проблемы» Джейд Шарма. Шарма — писатель, живущий и работающий в Нью-Йорке, и «Проблемы» проникнуты характером города.Ее главный герой, Майя, болезненно откровенен о своей жизни, как внешней, так и внутренней, и ее голос такой великолепный, резкий и забавный. Это навязчиво читаемый текст, настоящий образец силы. Я думаю, что всем, кто берет в руки эту книгу, она нравится, но она может особенно подойти вам, если вам понравился «Мой год отдыха и релаксации» Оттессы Мошфег.
Сара Дэвис-Гофф является соучредителем Tramp Press. Только что вышел ее дебютный роман «Последние оставшиеся в живых».

ДЭВИД ПАРК
Кажется, нет более подходящей книги для поддержки в Международный женский день, чем «Правда и действие» Мартины Девлин, которая содержит одиннадцать рассказов о женщинах, которые благодаря своей независимой личности и приверженности социальным изменениям проложили пути для других следить.В этом произведении и в других своих исторических романах Девлин обладает способностью очеловечивать историю и находить промежутки между фактами, где может работать богатое воображение. Вступительный рассказ о Мэри Энн Маккракен особенно силен и является долгожданным напоминанием о том, что когда-то Белфаст был городом, синонимом радикальной политики.

Любой, кто посещает литературные мероприятия, знает, что аудитория будет в основном женского пола и состоит, как правило, из женщин старшего возраста.Однако эта гендерная и возрастная демография недостаточно представлена ​​в современной художественной литературе, так что да, позвольте нам поблагодарить за работу Аниты Брукнер. Репутация Брукнер часто подвергалась критике — она ​​якобы безразлична к духу времени, ее палитра слишком однообразна по цвету и тону. Но она элегантный писатель с точной психологической проницательностью и талантливый летописец не прожитой жизни. Свой первый роман она опубликовала в возрасте 53 лет, а затем выпустила еще более двадцати.Лучшие, вероятно, принадлежат прошлому веку, но «Незнакомцы» в 2008 году вошли в шорт-лист на премию Мемориала Джеймса Тейта. Она также отвечает за одну из самых прекрасных литературных цитат, когда говорит о своих книгах: «Я не очень популярна, потому что они мрачные, печальные и все такое, и я получаю критические отзывы. Но я пишу только беллетристику. Я не занимаюсь производством боеприпасов, поэтому считаю, что это приемлемо ».
Последний роман Дэвида Пака «Путешествие в чужую страну»

Éilís Ní Dhuibhne в Шанкилле, Дублин.Фотография: Эрик Люк / The Irish Times.

NUALA O’CONNOR
Одна из лучших последних книг ирландской писательницы — мемуары «Двенадцать тысяч дней» автора и фольклориста Эйлиса Ни Дуибхне. Я прочитал много научной литературы, и эта книга выделялась среди недавних мемуаров как незаменимая. Двенадцать тысяч дней — это история брака между поколениями, общего интеллекта и страсти к языку и фольклору, а также недостатков нашей системы здравоохранения. Это трогательная, честная, красиво написанная и достойная книга, и Ни Дуибне удается сплести романский рассказ вокруг своей необыкновенной истории любви, счастливого брака и, как следствие, мучительной смерти ее любимого мужа.

Мой международный выбор писательницы — Sweetbitter Стефани Данлер, роман о чувствительной Тесс, которая работает официантом в одном из лучших ресторанов Манхэттена. Любой, кто знаком с ресторанной сценой, узнает описанные сложные иерархические иерархии и пристрастия, племена внутри племен, маловероятные дружеские отношения и связи, а также обреченные увлечения. Тесс — сладко наивная, в отличие от цинизма ее коллег — быстро получает образование в этом параллельном мире квалифицированных неудачников, когда она влюбляется в загадочного сломленного Джейка, и ее наставляет культурная чудак Симона.Данлер страстно пишет о еде и вине и хорошо разбирается в чувственности, перевернутом характере ресторанной жизни, жестоких выходках некоторых сотрудников и преобладании наркотиков и алкоголя как инструментов выживания. Впечатляющий дебют.
Последний роман Нуалы О’Коннор — «Становление красавицей»

RICK O’SHEA
Некоторые книги отодвигают занавес и показывают человека, который управляет рычагами позади — в 2000 году Наоми Кляйн изменила мир без логотипа.В то время мне было 27 лет, и я, возможно, должен был знать немного больше о том, что на самом деле движет миром. Она показала мне, что я этого не делал. Это ее шедевр об агрессивных капиталистических брендах, о том, почему они возникли и как они эксплуатировали рабочих от потогонных цехов в Азии до закусочных в Америке, уничтожая своих конкурентов. Он стал средством доступа к десяткам книг, которые я с тех пор прочитал.

Мой ирландский выбор был намного, намного сложнее, поскольку эти несколько лет действительно изменили правила игры для ирландских писательниц.Тем не менее, я остановился на великолепном дебюте Сары Бом «Spill», «Simmer», «Falter», «Wither»; история 57-летнего затворника безымянного рассказчика в сельском ирландском городке, который после смерти своего отца, с которым он прожил в одиночестве всю свою жизнь, получил от фунта одноглазую собаку. Он полностью ослепил меня, и весь год я давал его людям в руки. Он был написан для чтения и перечитывания вслух, и я это сделал.
Рик О’Ши руководит Книжным клубом Рика О’Ши, является одним из организаторов Книжного клуба Eason и был судьей Costa Book Awards

Энн Энрайт принимает участие в церемонии вручения премии Orange Prize For Fiction в Королевском фестивальном зале в Лондоне.Фотография: Rune Hellestad / Corbis через Getty Images)

ХЕЛЕН КУЛЛЕН
С 2000 года Энн Энрайт издала нечестивую троицу литературных произведений с такой силой, что выбрать между ними невозможно. Это необычная вещь — испытывать писательство, которое так приятно рассказывать, но никогда не заискивать перед читателем; Я не сомневаюсь, что каждое слово в этих трех романах было намеренно выбрано так, чтобы иметь максимальное воздействие, но при этом казалось легким.«Сбор» (2007 г.), «Забытый вальс» (2011 г.) и «Зеленая дорога» (2015 г.) — это произведения благодати, в которых величественный дизайн каждой книги выполнен так тщательно, что не остается ни грамма жира, который можно было бы срезать. Это исключительно ирландские истории, но в то же время они говорят об универсальных человеческих истинах, пронизывающих до глубины души. Финал «Забытого вальса» настолько совершенен, что он снова и снова приходит мне в голову даже сейчас, спустя годы после прочтения.

Когда я вспоминаю женщин-писательниц из разных стран, чья работа после тысячелетия много для меня значила, на ум сразу приходят два тонких романа: «Меня зовут Люси Бартон» Элизабет Строут (2016) и «Железный человек» Сары Винман (2018). .Страут раскрывает сложность отношений между матерью и дочерью в обманчиво простом посещении больницы Люси Бартон ее матерью, которое отнимает много времени. В «Железном человеке» Уинман предлагает тонкую и нежную историю дружбы, любви всей нашей жизни и горя, изысканную и в то же время совершенно несентиментальную. Обе эти книги я прочитал за один присест. Оба заставили меня пошатнуться. И редко в жизни я рекомендовал книги большему количеству людей, чем эти две невероятные работы.
Дебютный роман Хелен Каллен — «Утраченные письма Уильяма Вульфа»

YIYUN LI
Международный женский день для человека, выросшего в коммунистическую эпоху, приносит другие воспоминания, поэтому я думаю, что было бы уместно выбрать ирландского финского писателя Арья Каджермо «Железный век».Действие романа происходит в послевоенной Финляндии, омраченной могуществом Советского Союза. Роман исследует борьбу семьи за светлое будущее глазами молодой девушки и представляет историю как самую мрачную сказку.
Последняя книга Юнь Ли «Где кончаются причины»

Клэр Киган в Ко Слайго. Фотография: Алан Бетсон.

RNÁN HESSION
Есть что-то рискованное в том, как Клэр Киган в «Прогулке по голубым полям» помещает свои истории в личные моменты ирландской сельской жизни, в обстановке знакомой и типичной мрачности.Это места, которые вы видите из окон поездов и удивляетесь, что тревожная пустота полей говорит о счастье, которое можно найти там. Это страна большой свадьбы, деревенского сержанта, печального священника, собаки во дворе, где природа — это рабочая нагрузка и где люди оставляют позади тех, кто чувствует себя обделенным. Но это не стандартные детали. Истории тревожные и психологически проницательные; диалогу нельзя доверять; а важные решения, которые принимают персонажи, принимаются неправильно, что приводит к последствиям на всю жизнь.Незавершенное дело, которым она так ловко занимается, — это свидетельствовать и «приоткрывать крышку молчания» о семейных несправедливостях, порождаемых повсюду женщинами, которые подвергаются жестокому обращению и лишены любви и возможностей, которых они заслуживают.

Наджла Джрайссати Хури провела время во время гражданской войны в Ливане, гастролируя со своей театральной труппой в лагерях беженцев, бомбоубежищах и отдаленных деревнях, посещая самые окраины разрушенного общества, находящегося под угрозой.Там она поговорила с рассказчиками, женщинами, сохранившими многовековую устную традицию дописьменной эпохи. Она спросила их об их любимых народных сказках из детства и сделала полевые записи на магнитную ленту, из которых 30 сказок из книги «Жемчуг на ветке», переведенной с арабского Инией Бушнак, дословно собраны в английском переводе 2014 года.

Это истории, которые женщины рассказывают женщинам и в основном о женщинах.Это вневременные сказки о морали в духе Эзопа или братьев Гримм, в которых женщины часто выходят за рамки своего скромного прошлого, используя свой остроумие и интеллект, чтобы победить враждебные силы, как магические, так и мирские. Несмотря на то, что отличительными чертами арабской традиции повествования являются повторяющиеся призывы к воле Бога и скромные, сомневающиеся в себе рассказчики, эти истории включают универсальные темы, узнаваемые из традиций по всему миру. Сбор и перевод этих рассказов — уникальное достижение, заслуживающее признания более широкой западной читательской аудитории.
Дебютный роман Ронана Хессиона — Леонард и голодный Пол

РИЧАРД ПАЙН
Полет Уны Фроули (Tramp Press, 2014) — один из самых освежающих, вызывающих и стимулирующих новых голосов в ирландской (женской) художественной литературе. Сандрин — зимбабвийская женщина из Ирландии, перед которой стоит забота о пожилой ирландской паре. Фроули с сочувствием говорит о взаимном отчуждении троицы, проблемах идентичности, принадлежности и родства в непредвзятом, но убедительном и настойчивом стиле, который одновременно тревожит и просвещает.Она должна написать для нас больше.

Книга Эрси Сотиропулоса «Что осталось от ночи» была опубликована на греческом языке в 2015 году и в переводе Карен Эммерих в 2018 году (New Vessel Press). В 1897 году молодой греко-александрийский поэт Константин Кавафи и его брат проезжают по фантасмагорическому Парижу. Сотиропулос, один из самых выдающихся романистов Греции, нежно демонстрирует свое сочувствие гомосексуализму поэта и его тревогу за его литературную репутацию на фоне упадка и претенциозности конца века.Увлекательное чтение для всех, кто интересуется умом и характером загадочного и замкнутого Кавафиса.
Последняя книга Ричарда Пайна — второстепенные мифологии

Десять важных современных и современных писателей из Южной Кореи

Современная история Южной Кореи отмечена бурными изменениями, которые сформировали ее национальную психику. От японской оккупации до Корейской войны, раздиравшей нацию, и демократических восстаний 1980-х годов, эти национальные события сформировали поколение писателей.Мы рассмотрим десять самых важных современных корейских писателей и поэтов, чьи произведения отражают бурные события в Корее 20-го века.

Рожденная в 1931 году, Пак Ван Су на собственном опыте пережила ужасы Корейской войны, которая перевернула ее мир с ног на голову, поскольку ее университетское образование было прервано, а ее семья разлучена. Только в 1970-х Пак всерьез занялся литературной карьерой. Ее первая работа Namok ( The Naked Tree ) была опубликована в 1970 году. Многие из работ Пак, включая The Naked Tree и Who Ate Up All the Shinga , посвящены травмам войны, особенно ее трагическим последствиям для семьи. связи.Эти исторические события очищены через женский взгляд Пак, чтобы показать разрушительную природу войны не только для мертвых, но и для живых, особенно женщин, которые пережили неопределенность и экстремальные трудности. В более поздних работах Пак погрузилась в тяжелое положение женщин в послевоенной Корее, которая остается строго патриархальной.

Ко Ун | © Matěj Baťha / WikiCommons

Буддийский монах, активист демократии и поэт, Ко Ун надел много шляп за свою долгую карьеру. Пожалуй, величайший из ныне живущих писателей Кореи, Ко Ун родился в 1933 году и, таким образом, лично испытал ужасы Корейской войны, опустошившей страну, вызвав беспорядки и приведшую к оккупации и, в конечном итоге, к расколу.Наблюдая жестокость войны в течение десяти лет, с 1952 года в разгар гражданской войны до 1962 года, Ко отрекся от мира и поступил в буддийский монастырь. За это время Ко опубликовал свой первый сборник стихов. Четыре года спустя он снова вошел в мир. Как активный участник демократических движений 1970-х годов Ко провел несколько лет в тюрьме за свою политическую оппозицию. В течение всего этого периода Ко продолжал писать и публиковать свои стихи, многие из которых теперь переведены на английский язык.Поэзия Ко, основанная на модернистских традициях, отличается жизненной силой и динамизмом. В таких работах, как Ten Thousand Lives , Ко озвучивает многих людей, прошедших через его жизнь. Популярная речь и традиционные поэтические формы сливаются, воплощая в жизнь этих персонажей. Другие тома Ко включают «Звук моих волн: избранные стихи 1960–1990», «Постоянные места, Северная и Южная Корея» и «Песни на завтра: сборник стихов 1961–2001 гг. ».

Тень оружия, автор Хван Сок-Ён | © Seven Stories Press

Диссидент и правозащитник Хван Сок Ён родился в 1943 году на оккупированном японцами севере Китая, который тогда был известен как Маньчжоу-Го.Важный опыт для Хвана пришелся на 1966 год, когда его отправили во Вьетнам, чтобы принять участие в войне США. В это время Хван стал свидетелем ужасов войны, которые легли в основу его первой опубликованной работы The Pagoda в 1970 году, а также The Shadow of Arms в 1985 году. На протяжении 1970-х и 1980-х годов Хван публиковал сборники работ, которые параллельно с его политической деятельностью. Активист против диктатуры Пак Чон Хи, Хван принял участие в демократическом восстании в Кванджу.Будучи заключенным в тюрьму в 1993 году за «нарушение национальной безопасности» после пребывания в Северной Корее на встрече с северокорейскими писателями, Хван был освобожден в 1998 году и продолжил свою литературную работу с изданием The Old Garden , посвященным потрясениям 80-х годов в Корее. и «Гость» о глубокой травме и коллективной амнезии в результате разделения Кореи.

Родившаяся в Сеуле в 1947 году, О выиграла литературные премии «Йи Санг» и «Донг-ин» и находится на переднем крае успеха женщин-писателей в Корее.Мир, который изображает О, темный и мрачный, где мрачный ландшафт жизни открывается, чтобы не показать проблеска надежды или искупления. Смерть, вместо того чтобы принести долгожданное облегчение, только продолжает ужас. Некоторые работы О были переведены на английский язык, в том числе River of Fire , который представляет собой сборник рассказов, объединенных общей нитью мира, увиденного с точки зрения отчужденных, изолированных женщин-главных героев. Сборник рассказов включает первую опубликованную работу О, The Toy Shop Woman. Еще одно переведенное собрание произведений О — Чайнатаун ​​.

Чоэ Юн, родившийся в 1953 году, является одним из самых известных корейских писателей, в произведениях которого рассматриваются исторические и политические события, которые сформировали курс современной Кореи. Резня в Кванджу 1980 года, во время которой вооруженные силы жестоко подавили народное восстание при авторитарном режиме Чун Ду Хвана, фигурирует в работах Юна, как и диссидентские движения 1980-х годов, когда Корея переходила от диктатуры к демократическому правлению.Среди произведений Юна « Там тихо падает лепесток», «Серый снеговик» и «Последний из Ханако» исследуются гендерные роли и предубеждения в патриархальном обществе Южной Кореи.

© W&N Publishers

Син Кён Сук стала первой корейской писательницей, получившей в 2012 году Азиатскую литературную премию Man Asian за роман «Пожалуйста, позаботьтесь о матери ». В Корее Шин является одним из самых уважаемых современных писателей, и она выиграла крупные литературные премии, включая литературную премию Манхэ, литературную премию Донг-ин и литературную премию И Санга.Ее проза особенно ценится за то, что она направлена ​​на исследование психологических глубин человеческого разума. Пожалуйста, позаботьтесь о матери — первая работа Шина на английском языке. Сюжет романа движется пустотой, отсутствием, которое глубоко беспокоит периферийных фигур, когда они противостоят собственному эгоизму и жестокосердию. В основе романа лежит вина самых близких к «Матери», святой жертвенной старухе, пропавшей без вести в центре Сеула. В романе чередуются ракурсы от первого ко второму и от третьего лица, от почти обвинительного до рефлексивного и исследуются темы семьи в разгар быстрой урбанизации и модернизации Южной Кореи последнего десятилетия.

Твоя республика зовет тебя Ким Ён-ха | © Mariner Books

Будь то нуарские детективы (Убийство в фотоателье ) или художественная история, Ким Ён-ха пленяет читателя своим восхитительным остроумием и невозмутимым стилем. Экзистенциальные работы Кима, которых часто сравнивают с Францем Кафкой, подрывают нормальность повседневной жизни, обращая наше внимание на абсурдность повседневных реалий. Например, в рассказе Что случилось с парнем, застрявшим в лифте? абсурдно хуже.К концу дня, благополучно вернувшись в свою квартиру, пережив застрявшего в лифте человека, аварию автобуса, обвинения в домогательствах, сам застрявший в лифте и неудачную презентацию, несчастный главный герой обнаруживает, что горячей воды нет. и он не может перестать думать о человеке, застрявшем в лифте. Ким получил признание за свои работы. В 2004 году он получил все три основные литературные награды Кореи: литературную премию Донг-Ина за «Черный цветок», литературную премию И Санга за «Брат черный» и литературную премию Хван Сун за «Корабль сокровищ».Среди произведений Ким, переведенных на английский язык, — Photo Shop Murder, Your Republic is Calling You, и я имею право уничтожить себя.

Считается частью нового поколения корейских писателей, родившихся в 1960-х годах, годы становления которых совпадали с переходом Южной Кореи к демократии. Постоянной темой в произведениях Ким Ин Сук является ее внимание к опыту корейцев, живущих за границей. На сегодняшний день ее единственная работа, опубликованная на английском языке, — это The Long Road , в которой исследуется диаспоральный опыт корейских эмигрантов, проживающих в Австралии.Персонажи размышляют о своей прежней жизни в Корее, причинах своего отъезда и своем существовании в принятой ими стране, изолированной, отчужденной и брошенной на произвол судьбы. В 2003 году Ким Ин Сук выиграл литературную премию Йи Санга за картины Ocean и Butterfly , одну из самых престижных в стране.

Дрейфующий дом от Krys Lee | © Viking / Penguin U.S.

Крыс Ли, родившаяся в Сеуле, выросла в США, а сейчас живет в Сеуле. В ее дебютном сборнике рассказов Drifting House ее персонажи физически и эмоционально пересекают национальные границы, но при этом оказываются дрейфующими в никуда и из ничего.Одиночество пронизывает жизнь персонажей. Ли раскрывает истинные глубины человечества, не привязанного и не имеющего направления, борющегося за выживание в мрачном и сломанном мире. Вместо того, чтобы предлагать защиту от мира, семьи, расколотые из-за политических потрясений в Корее, обращаются внутрь, чтобы разлучить друг друга в своем несчастье с трагическими последствиями. Жестокий мир, который Ли изображает в Drifting House , слишком реален и узнаваем. Она бьет читателя по лицу своей несентиментальной честностью, разрушая любые остатки иллюзорного оптимизма в отношении мира, в котором мы живем.

Юн Ко Ын родился в 1980 году и принадлежит к молодому поколению писателей, чье детство совпало с переходом Южной Кореи к полной демократии и чьи произведения отражают ландшафт современной Кореи. В работах Юн Ко-Ына реальное и нереальное сливаются воедино, когда странное и абсурдное вторгается в повседневную жизнь совершенно обычных людей, выталкивая их из привычных привычек. С чувством Мураками мир Юна нестабилен, нормальное и ненормальное сидят бок о бок и иногда сталкиваются.Через своих главных героев, оказавшихся в ловушке как слегка тревожных, так и все более сбивающих с толку ситуаций, Юн раскрывает различные идиосинкразии современного общества. Среди опубликованных работ Юня — The Zero G Syndrome и Table For One .

10 лучших книг об американцах за рубежом | Книги

Мой второй роман, «Праздники», рассказывает молодая американка, чей муж переезжает из Нью-Йорка в Сан-Паулу. «Мы были американцами за границей», — говорит она.Роман об американцах вдали от дома имеет долгую историю и, возможно, отличается от своего кузена, романа британцев за границей. Вдали от родной земли у обоих возникает изрядное беспокойство, но американцы, как правило, рассматриваются как более невинные — граждане страны, которая когда-то была колонией, но даже сейчас не может воспринимать себя как империю. Это разделение лучше всего отражено в измученном Фаулере и проницательном Пайле из «Тихого американца» Грэма Грина. Урок из этой книги ясен: можно быть невиновным и все равно доставить много неприятностей.

«Невинность» в классическом романе об американцах за границей, как правило, принимает форму большого количества выпивки и большого количества наблюдений за испанцами, которых на ринге бьют быки. Но вам не нужно, чтобы я говорил вам читать «И восходит солнце». То же самое касается «Укрывающего неба», «Имена», «Покидая станцию ​​Аточа», «Спорт и времяпрепровождение и тропик рака».

Есть и другие, длинный список книг, написанных американскими белыми мужчинами об американских белых мужчинах, делающих американские вещи для белых в зарубежных странах.Многие из них великолепны. Но в 21-м веке в эту тему входит так много других голосов, других историй: опыт американских женщин; опыт американцев, родившихся в другом месте, вернувшихся в страну своих родителей, бабушек и дедушек или впервые путешествующих как американцы; опыт ЛГБТ-американцев, перемещающихся по новой и неопределенной местности.

Это 10 моих любимых книг, которые одновременно раскрывают и усложняют почтенную тему.

1. Вопросы о путешествиях Элизабет Бишоп
В лучшем сборнике стихов Бишопа, который она написала, когда она жила в Бразилии после получения Пулитцеровской премии за свой предыдущий сборник, представлен портрет необычного американца за границей.Никогда не было писателя, лучше подготовленного к тому, чтобы относиться к экспатриантам с богатством, иронией, самоуничижением и сухим остроумием, которых он заслуживает. «О, турист, / это то, как страна собирается ответить тебе / и твоим нескромным требованиям к другому миру?»

2. Бег от Кары Хоффман
Молодые, оборванные эмигранты, суетливые и потеющие в Афинах 1980-х, разрушенный любовный треугольник, ветхие отели вдали от Акрополя, романтика и ужас жизни бок о бок. рот далеко от дома.Сочинение импрессионистично и задушевно, персонажи травмированы и трогательны.

3. Демократия Джоан Дидион
К тому времени, когда Дидион опубликовала свой четвертый роман, США уже были полноценной империей и уже допустили ошибки империи с вторжением во Вьетнам и ее вмешательством в Центральную Америку. В каком-то смысле Дидион обновляет и переосмысливает «Тихий американец» Грэма Грина, исследуя непредвиденные последствия попыток ее страны поиграть мускулами в отдаленных местах, которые ее лидеры понимают, в лучшем случае, не полностью.

4. Неохотный фундаменталист Мохсина Хамида
В этом переосмыслении «Падения» Альбера Камю Хамид изображает па-де-де в течение вечера в Лахоре. Рассказчик, пакистанец, который провел период становления в Нью-Йорке, работая в сфере финансов до 11 сентября, обращается к своему собеседнику, неопознанному американцу, который может быть офицером разведки, но никогда не понимает ни слова, поэтому говорить. Острая и чистая, как лезвие ножа, эта история, как и история Дидиона, рассказывает о ненадежной империи, которую построили США, а также о боли и разрушениях, которые эта неопределенность причиняет отдельным жизням.

Моральное мужество… Джеймс Болдуин дома в Сен-Поль-де-Ванс на юге Франции в 1979 году. Фотография: Ральф Гатти / AFP / Getty Images

5. Комната Джованни Джеймса Болдуина
Окончательный послевоенный роман американских эмигрантов. Пышная, меланхолическая история вожделения во Франции Болдуина по-прежнему кажется новой и смелой, даже спустя долгое время после того, как многие из нарушенных ею табу отпали. Болдуин проявил моральное мужество, рассказав историю о молодом американце, обрученном и влюбленном в переменчивого, одноименного итальянца с таким титулом.Но роман также вызывает в воображении залитые дождем булыжники парижской улицы после долгой ночи выпивки, а также все, что есть в «Подвижном празднике» Хемингуэя.

6. Асимметрия Лизы Халлидей
Во второй половине диптиха, включающего изобретательный и захватывающий роман Халлидея, американец иракского происхождения Амар оказывается в ловушке унылого абсурдного кошмара иммиграционного контроля в аэропорту Хитроу. Хотя у него синий американский паспорт, указанное в нем место рождения указывает на то, что он не заслуживает беспрепятственного перехода.Роман Халлидея — это смелый отрывок из истории XXI века об американце XXI века.

7. Что тебе принадлежит, Гарт Гринвелл
Этот стильный мрачный роман рассказывает о молодом американце, который бежит со своей семьей в глубь страны, чтобы преподавать в Софии, Болгария, где он влюбляется в травмированного и опасного человека. Проза завораживает. Гринвелл представляет одно из выдающихся романов последних лет, точно отражающее особое одиночество и тоску эмигранта, а также то, как опыт целой страны может быть сконцентрирован на нескольких людях или даже на одном.

8. Возвращение Хишама Матара
В книге Матара рассказывается о его возвращении в Ливию после падения Каддафи — в поисках, среди прочего, правды о своем отце, политическом диссиденте, заключенном в тюрьму и предположительно убитом во время правления диктатора. Родившийся в США Матар создает портрет страны, находящейся в переходном периоде, свободной от одного жестокого человека и теперь сталкивающейся с бесчисленным множеством непредсказуемых опасностей, подталкиваемых западными странами, которые запоздало пытались прийти ей на помощь, наталкиваемые на возвращение экспатриантов и иностранные интересы, уже растрескивание от внутреннего конфликта.Обычно книги о текущих событиях пишут журналисты или политики, но это шедевр художника, сочетающий в себе элементы репортажа, мемуаров и истории. Он яркий, детальный, сложный и разрушительный.

9. Спаривание, Норман Раш
Мне еще больше нравится его второй роман «Смертные», но именно эта книга впервые дала миру полный набросок оригинального литературного голоса Раша. Однажды он признал, что, написав свою безымянную женщину-рассказчицу, американского антрополога-бестолку в Ботсване 1980-х, он хотел создать «наиболее полно реализованный женский персонаж на английском языке».Что за нелепые и непростительные слова, что-то вроде сверхчеловеческого объяснения — иначе было бы непростительно, если бы совокупление не было одним из самых незабываемых литературных событий последних 50 лет.

10. Посмотрите Солмаз Шариф
В 2018 году нельзя думать об американцах за границей и не идти на войну. Сборник стихов Шарифа — это чудо лингвистического изобретения и реконфигурации, и каждая страница наполнена интеллектом. Шариф использовала Словарь военных и смежных терминов Министерства обороны США в качестве исходного материала, и она изображает беспокойный и убитый горем ум американца иностранного происхождения, который странствует по всему миру, как это сделали США, по землям неразорвавшихся боеприпасов и семьи, разлученные на части, в спальни влюбленных в то время, когда даже занятия любовью нельзя отделить от политики, и через недавно неуправляемые пространства, где невинные люди живут, работают и стремятся, несмотря на все это, продолжать жить.

Лучшие книги по внешней политике 21 века

Вы назвали ХХ век «миром бильярдных шаров» в статье для Foreign Affairs . Что вы имели в виду и чем, по вашему мнению, будет отличаться мир 21 века?

Я имел в виду, что в сфере международных отношений в 20 веке государства в основном взаимодействовали как бильярдные шары — они были непрозрачными и унитарными.Итак, это была Франция против Соединенных Штатов против Советского Союза. Основная цель заключалась в том, чтобы избежать открытого конфликта друг с другом.

В 21 веке государства по-прежнему очень важны, но они взаимодействуют через свои составные части — правительственное агентство к правительственному агентству, от законодателя к законодателю, от муниципального правительства к муниципальному правительству. Государства можно разделить, объединить и воссоединить с множеством социальных субъектов, таких как неправительственные организации, корпорации, фонды или университеты.Мы переехали из мира, в котором международная система имеет ограниченное количество игроков, в мир сетей, в котором существует бесконечное количество комбинаций.

В ваших статьях и в выбранных вами книгах я с оптимизмом смотрю на плюсы глобализации и технологий в 21 веке. Но как насчет обратных сторон, таких как распространение оружейных технологий и распространение терроризма?

В 1990-е годы в отношении глобализации возник вихрь оптимизма. Первое десятилетие XXI века, начиная с 11 сентября, было посвящено негативным сторонам глобализации — террористическим сетям и глобальным преступным сетям в более широком смысле, связанным с наркоторговлей, торговлей оружием и торговлей людьми.Мы даже видели возвращение пиратства. Мы увидели все недостатки глобализированных криминальных сетей. А с финансовым кризисом 2008 года мы увидели недостатки глобальной взаимосвязанности, когда банкротство банков в одной стране приводит к падению всей системы. Я думаю, что мы видели множество негативных сторон глобализации. Я сосредотачиваюсь на том, как вы можете иметь как положительные, так и отрицательные сети — я буду смотреть на положительные стороны взаимозависимости.

Ваш первый выбор — это большая книга Роберта Райта, которую широко читали в Вашингтоне на заре 21 века.Расскажите, пожалуйста, о Nonzero: The Logic of Human Destiny .

Nonzero — это книга, которую должен прочитать каждый. Это большая книга — не для быстрого чтения. Логика человеческой судьбы — это довольно обширная тема. По сути, он рассказывает историю постоянно растущей сложности, все более сложных человеческих взаимодействий, от пещерных сообществ до нынешнего Шанхая. Райт рассматривает человеческие взаимодействия как сумму , отличную от нуля, . В то время как примитивные системы могли основываться на взаимодействиях «собака ест собаку» или «глаза за глаз с нулевой суммой», где «я выигрываю» означает, что вы проигрываете, история человеческого общества — это история людей, которые собираются вместе и обнаруживают, что это не так. Сумма не обязательно должна быть нулевой.Человеческое взаимодействие может быть положительной суммой. Мы можем сотрудничать таким образом, чтобы все выиграли. Райт прослеживает эту логику в истории человечества, и эта логика чрезвычайно важна для понимания сложных систем, в которых мы живем.

Президент Билл Клинтон призвал других читать Nonzero . Можем ли мы увидеть влияние аргумента Райта в том, как Хиллари Клинтон руководила Госдепартаментом США в качестве государственного секретаря, например, в отношении свободы Интернета?

Совершенно верно.Госсекретарь Клинтон далеко впереди всех. Она использовала дипломатию между правительством и обществом и дипломатию от общества к обществу, что в основном означает связь правительства с людьми и людей с людьми. Это гораздо более сложная задача, потому что есть миллиарды людей.

Когда вы начинаете сосредотачиваться на людях, а не на государствах, вы начинаете сосредотачиваться на всех сложностях их взаимодействия, вы думаете о том, как строить сети, и вы думаете о том, как взаимодействовать с различными сегментами общества, такими как женщины и молодежь, предприниматели и ученые. .Это действительно другое видение дипломатии.

Что эта книга говорит нам о будущем внешней политики?

Nonzero — это, по сути, основополагающий текст для других четырех книг, которые я цитировал, и для размышлений о внешней политике и, проще говоря, о жизни 21-го века. Он не касается конкретно внешней политики, но Nonzero передает идею о том, что сотрудничество с положительной суммой действительно является направлением истории.

Альберта-Лазло Барабаши,

Читать

Автор следующей книги, которую вы процитировали, Linked , является физиком, наиболее известным своими работами в области сетевой науки.Пожалуйста, познакомьте нас с Альбертом-Ласло Барабаши, его книгой и сетевой наукой.

Linked рассказывает о том, как понять мир с точки зрения сетей. Чтобы понять сетевую науку, первое, что нужно сделать, — это визуализировать мир так, как вы визуализируете Интернет или даже Вселенную — центры бесконечно пересекающихся сетей. Как говорит автор, все сводится к ссылкам и узлам. Эта книга — очень доступное введение в науку о сетях и о том, как думать обо всем: от муравейников до пробок на дорогах и сложных конфликтов с точки зрения сетевой науки.

Как лица, определяющие внешнюю политику, могут использовать сетевую науку?

Он предлагает некоторые инструменты для того, чтобы думать о том, что вы бы назвали во внешней политике «альянсами с участием многих заинтересованных сторон», что является большой неуклюжей фразой для таких вещей, как ГАВИ, Глобальный альянс по вакцинам и иммунизации или Международная кампания. запретить противопехотные мины или бесчисленное множество других более мелких государственно-частных партнерств. Все это способы объединения множества различных участников — правительств, НПО, корпораций, фондов и университетов — в большие альянсы, кампании или сети для решения проблем

По словам Дэвида Брукса, «США имеют хорошие возможности для того, чтобы стать центром глобальных сетей и создать нужные типы сетей. . «Он прав?

Дэвид Брукс в этой статье цитирует статью, которую я написал в 2009 году, в которой говорилось, что мир — это набор пересекающихся сетей, сила исходит от того, что вы находитесь как можно ближе к центру этих сетей, а Соединенные Штаты — в наибольшей степени. связанная нация на земле благодаря нашему народу, нашей географии и нашим технологиям. Соединенные Штаты должны думать о том, как сохранить центральное положение, которое мы занимаем, и как укрепить сети, частью которых мы являемся.

Пингвин и Левиафан профессора Гарвардской школы права Йохая Бенклера — ваш следующий выбор.Расскажите, пожалуйста, о книге, начиная с загадочного названия.

Левиафан, все должны знать, это кит и название знаменитой истории Гоббса о том, зачем вам нужно государство, которую многие помнят из политической теории 101. По сути, в ней говорится, что без государства человеческое состояние — это война всех против все и поэтому вам нужен левиафан, огромное мощное центральное тело, чтобы обеспечивать порядок и не позволять людям убивать друг друга. Пингвин — это эмблема Linux, открытой программной системы, не имеющей общих правил.У него нет защиты интеллектуальной собственности и нет традиционной корпоративной структуры — он открытый и бесплатный.

В этой книге Йохай Бенклер рассказывает нам, как люди могут сотрудничать. Он смотрит на исследования во многих различных дисциплинах — нейробиологии, биологии, социологии и информатике — чтобы показать, как мы можем поощрять самоорганизованное кооперативное поведение.

Итак, Бенклер утверждает, что мы организовали государство на основе нелестных предположений о человеческой природе. Он прав? Вы работали в первые два года правления Обамы.Была ли внешняя политика построена на гоббсовском взгляде на человеческую природу? И если да, то как вы пытались это изменить как директор по планированию политики Госдепартамента?

Первое, что нужно сказать — вам нужны и левиафан, и пингвин. Никто из тех, кто занимался внешней политикой или, откровенно говоря, человеческим обществом, никогда не должен думать, что нам не нужно государство. Нет, я не верю в счастливую человеческую гармонию Руссо. Есть много плохих людей — вам действительно нужно государство, наделенное полномочиями применять силу и задерживать тех, кто не желает играть по правилам.В международной системе есть Северная Корея; у Ирана есть ядерная программа, которая может быть очень опасной, и до недавнего времени у вас была Бирма. Кроме того, есть государства, которые не обязательно находятся за пределами системы, как эти три, но даже с торговыми партнерами и союзниками, такими как Китай и Россия, вам все равно иногда нужно думать об отношениях с этими странами с точки зрения силы, мощи, давления и очень строгие правила игры. Итак, первое, что нужно сказать, это то, что левиафан все еще очень с нами, и наша внешняя политика исходит из необходимости принуждения.

«Левиафан все еще очень с нами, и наша внешняя политика предполагает необходимость принуждения».

Но такое состояние, как левиафан, основано на взгляде только на часть человеческой природы — есть целая другая часть. Мы социальные животные, и мы счастливее, когда сотрудничаем с другими и связаны с другими. Эту часть человеческой натуры можно поощрять и использовать для достижения положительных изменений. Я бы привел примеры общественно-политических движений на Ближнем Востоке, где вы видите, как молодые люди собираются вместе довольно спонтанно, говоря: мы хотим другой образ жизни, мы хотим наших прав, мы хотим демократии, мы будем работать вместе во имя изменять.Это совместное поведение. Этот пример не означает, что им не понадобится государство и левиафан, когда они добьются успеха. Я предлагаю это показать другую сторону человеческой натуры, которую внешняя политика может поощрять и поддерживать.

Это идеальный переход к следующему предложению. А вот и все: сила организации без организаций от нового медиа-гуру Клэя Ширки — ваш предпоследний выбор.О чем он и почему вы его выбрали?

Это еще одна книга, которую необходимо прочитать. Это действительно отличная книга для всех, кто хочет понять революцию в социальных сетях. Бенклер говорит о кооперативной системе. Ширки говорит о самоорганизации, о том, как цифровая революция и революция в социальных сетях полностью изменили экономику организации. Раньше людям было намного труднее организоваться. Это было дорого. Но с помощью социальных сетей вы можете мгновенно организовать группу своих друзей.Так внезапно возникли всевозможные явления, которые когда-то было бы слишком дорого создавать. Людям внезапно становится просто объединяться просто потому, что их объединяет общая страсть — это может быть политическая идеология, может быть любовь к серфингу.

Социальные сети создают всевозможные новые возможности для экономического и социального предпринимательства, для общественной активности и для преследования очень специфических страстей. Подумайте, например, о Meet-Up. Вы хотите, чтобы люди организовывались вокруг чего угодно, от скейтбординга до политической активности? Сделать это очень просто.

Как краудсорсинг и другое онлайн-сотрудничество повлияет на международные отношения 21 века? И если люди смогут делать что-то вместе, что станет с традиционными организационными структурами для разработки внешней политики?

Это передовая внешняя политика. Есть возможности создавать шаблоны вещей, которые могут самовоспроизводиться. Приведу очень конкретный пример. Анонимные алкоголики — это образец того, как вы собираете вместе несколько людей и побуждаете их поддерживать друг друга в преодолении их зависимости от алкоголя.После создания этого шаблона любая группа может создать свой собственный. Вы получаете Анонимные Наркоманы и Анонимные Обеды. Это похоже на Meet-Up: вы создаете шаблон для того, как созвать собрание, а затем любая группа может вызвать это собрание. Или что-то столь же простое, как выступления на TEDx — вы создаете шаблон того, как вы собираетесь проводить конференцию TEDx, и внезапно тысячи групп хотят это сделать.

Итак, представьте, можем ли мы сделать это в отношении таких вещей, как снабжение вашей деревни чистой водой, повышение безопасности в вашем районе или вакцинация детей в вашем районе.Если бы мы могли придумать, как создать условия, при которых люди будут самоорганизовываться вокруг такой позитивной деятельности, мы откроем всевозможные возможности для взаимодействия с обществом в целом. Это не то, чем мы систематически занимались во внешней политике раньше. Я думаю, это предел.

Что приводит нас к Вступление в клуб , ваш окончательный выбор. В нем американский журналист Тина Розенберг утверждает, что давление со стороны сверстников, которое традиционно имеет негативный оттенок, может изменить мир к лучшему.Расскажите, пожалуйста, о ее книге .

Эти книги связаны между собой, без каламбура. Тина Розенберг вела колонку для The New York Times под названием «Решение», где она рассказывала, как решить социальные проблемы. Один из ее ответов заключается в том, что вы в основном используете давление сверстников навсегда. Она также использовала бы пример Анонимных Алкоголиков. Если вы хотите избавиться от зависимости, вы окружаете себя другими людьми, которые хотят делать то же самое, и они поддержат вас. Весонаблюдатели — еще один хороший пример.

В этой книге Розенберг показывает, что эта модель может работать для всего, от помощи детям в изучении математических расчетов до свержения диктатора. Она объехала весь мир и изучила, как «социальное лечение», под которым она подразумевает эффективное создание положительного давления со стороны сверстников через небольшие группы, на самом деле использовалось для решения всех этих проблем. Политический пример, который она приводит, — это группа, которая помогла сербскому обществу избавиться от Слободана Милошевича. С тех пор эта группа проводила семинары для групп во многих-многих разных странах.Это особая самоорганизация, объединяющая сверстников, которые могут поддерживать других в очень позитивном поведении.

Не могли бы вы дать нам немного больше понимания механики? Как можно оказывать давление со стороны сверстников во внешней политике?

Вы должны прочитать книгу. В некотором смысле это интуитивно понятно. Только подумайте об отрицательном давлении со стороны сверстников. Какое объяснение мы даем, когда дети принимают наркотики? Мы говорим, что они более отзывчивы к тому, что думают их сверстники, чем к тому, что говорят их родители.В целом это верно для людей, занимающихся любым количеством занятий. Мы социальные животные; мы очень восприимчивы к тому, что думают самые близкие нам люди, а также к тому, что они делают.

Есть всевозможные социальные лекарства. Если ваши друзья курят или курят друзья ваших друзей, вы с большей вероятностью закурите, и то же самое можно сказать о здоровом образе жизни. Социальное лечение состоит в том, чтобы собрать вместе сверстников, которые поддерживают, скажем, изучение математического анализа в атмосфере, где можно задать вопрос, поэтому вместо давления со стороны сверстников вы чувствуете себя глупо из-за того, что вы задали вопрос, это заставляет вас чувствовать, что вы должны спрашивать вопросов.Вы изучаете поведение с помощью различных социальных ключей.

Можете ли вы указать, каким образом политики в настоящее время используют давление сверстников для геополитических целей? Есть ли такая программа, которую вы запускаете в Госдепартаменте?

Не конкретно, но в некотором смысле да. Подумайте о микрофинансировании и о том, как это работает. Кружки женщин поддерживают друг друга в погашении ссуд. Или подумайте об одном из вещей, которые Государственный департамент сделал много: поощрение предпринимательства путем подключения молодых предпринимателей друг к другу, а затем к более крупной предпринимательской экосистеме, включая инвесторов и наставников.

Мы пытаемся создать группы людей, которые будут очень поддерживать молодого человека, у которого есть экономическая идея и который хочет превратить ее в бизнес. Государственный департамент создает молодежные советы при различных посольствах, отчасти для того, чтобы предлагать послу хорошие вещи для посольства США, но эти молодежные советы также создают позитивную среду, в которой для молодых людей в антиамериканских обществах приемлемо участвовать. с США. Скорее всего, люди сделают это в группе сверстников, чем в одиночку.

В чем вы видите переход к политике Государственного департамента 21 века?

Давайте посмотрим на ситуацию, в которой мы ведем переговоры с другими правительствами. Госсекретарь Клинтон едет в Китай для экономического диалога. Это то, что мы всегда делали — межгосударственное взаимодействие. Но она взяла с собой чиновников здравоохранения, образования, охраны окружающей среды и пограничников. Проблемы, которыми занимаются эти чиновники, когда-то были чисто внутренними делами, но теперь мы связаны с Китаем и многими другими странами в том, как мы боремся с болезнями, защищаем окружающую среду, защищаемся от терроризма и содействуем энергосбережению.Это одна часть.

Вторая часть — это посмотреть, что происходит, когда она уходит. Китайский диссидент, связанный с другими правозащитниками по всему миру, внезапно создает серьезный кризис в Китае. Мы решаем проблемы, связанные с вирусом h2N1 и птичьим гриппом, которые возникают в результате нашей взаимосвязанности, не путем заключения договоров с правительствами. Мы решаем проблемы без границ, активно взаимодействуя как с правительствами, так и с их обществами. Посмотрите на нашу работу с женщинами во время «арабской весны», на наши усилия по привлечению финансирования на Ближнем Востоке, посмотрите на бесчисленные партнерства государственного и частного секторов, которые мы развиваем для решения проблем со здоровьем и нехватки ресурсов.Все это внешняя политика в сетевом мире. Я бы сказал, что это половина того, что делает Госдепартамент, и продолжает расти.

«Теория взаимозависимости имеет репутацию бесполезной доктрины для наивных левшей», — написал Роберт Райт в эссе 2001 года. Что является лучшим доказательством того, что в теории взаимозависимости правильно и неправильно?

Лучшее свидетельство того, что в этом мире живут все моложе 35 лет. Мир 21 века полностью взаимосвязан.Передовые предприятия мировой экономики — Google, Amazon, Facebook, Apple и многие другие — являются воплощениями глубокой сетевой взаимозависимости. Поскольку Роберт Райт написал, что глобальный экономический кризис потряс мир, но мы знаем, что если мы попытаемся отрезать себя от остальной части земного шара, мы упустим весь динамизм и силу возможности общаться с другими. Так что нет никаких сомнений в том, что взаимозависимость реальна. Настоящий вопрос состоит в том, как избавиться от плохой взаимозависимости и больше от хорошей взаимозависимости.Мир движется к большей взаимозависимости. Вы можете назвать это мягким и игнорировать, но тогда вы останетесь позади.

Five Books стремится обновлять свои рекомендации по книгам и интервью.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.