Лучшие книги о войне в чечне: 5 книг о войне в Чечне — Papaha

Содержание

5 книг о войне в Чечне — Papaha

Покопались в прошлом и выбрали 5 книг о войне в Чечне — художественных и документальных. Их стоит изучить хотя бы для того, чтобы понять, какой отпечаток оставила война на общественном сознании.



Вторая чеченская / Анна Политковская

Задачей Анны Политковской как специального корреспондента Новой газеты было рассказать о жизни жителей Чечни во время второй военной кампании. Про эту книгу говорят: «Больно и страшно читать». Она о том, о чем никогда не рассказывали в российских СМИ — Политковская не боялась досконально писать об увиденном. Анну застрелили в собственном подъезде в 2006 году. Тираж распродан, но книгу можно найти в интернете.

Канун лета 2002 года, 33-й месяц второй чеченской войны. Беспросветность и непроглядность – во всем, что касается ее финала. «Зачистки» не прекращаются и похожи на массовые аутодафе. Пытки – норма. Бессудные казни – рутина. Мародерство – обыденность. Похищения людей силами федеральных военнослужащих с целью последующей рабо– (живыми) и трупо– (мертвыми) торговли – тривиальный чеченский быт.

Ритуал а 1а «37-й год» – бесследные ночные исчезновения «человеческого материала».

По утрам – раскромсанные, изуродованные тела на окраинах, подброшенные в комендантский час.

И в сотый, тысячный проклятый раз – слышу, как дети привычно обсуждают на сельских улицах, кого из односельчан и в каком виде нашли… Сегодня… Вчера… С отрезанными ушами, со снятым скальпом, с отрубленными пальцами…

– На руках нет пальцев? – буднично переспрашивает один подросток.

– Нет, у Алаудина – на ногах, – апатично отвечает другой.

 



Забытая Чечня: страницы из военных блокнотов / Юрий Щекочихин

Еще одна книга от корреспондента «Новой» и по совместительству депутата госдумы. Автор пытается разобраться, ради чего все затевалось и привлечь внимание общества к тому, что на самом деле происходило в зоне конфликта. Юрий Щекочихин был отравлен в 2003 году. «Он оставил нам ощущение счастья. И — дела, которые не успел довести до победы.» — говорят про него коллеги из Новой.

Они кричали на меня, как будто я единственный журналист во всей России: «Хватит нас оплевывать! Что, мы самые виноватые?.. Чеченцы — люди, а мы кто? Где же вы были раньше со своими правами человека, когда в Чечне был полный геноцид русского населения? Почему не возмущались, когда русских за бесценок заставляли продавать свои дома?!..»

Я им говорил о разоренном городе, а они мне: «Почему же вы не напишете, как они повесили вниз головой одиннадцать солдат на здании Совмина?» Я о том, как армейский капитан положил из автомата четырех мирных жителей, абсолютно непричастных к тому, что из его батальона в живых осталось только шестеро солдат, а они мне о том, сколько чего они нашли в чеченских домах с ограбленных поездов.

И я понимал их личную правоту — каждого в отдельности, пережившего за эти дни здесь такое, что не приснилось бы и в страшном сне. Но я знал, что где-то в другом подвале другого дома кто-нибудь из моих коллег точно так же, сидя с чеченскими боевиками, слушает рассказы о пытках, которым русские солдаты подвергают чеченцев, о молодых ребятах, которые, несмотря на ранение, остались в строю, о мужестве и подлости, которые всегда соседствуют на любой войне, и, конечно, о разрушенных домах, об унижении. И обо всем, обо всем, что и они пережили за эти дни войны.



Война | Т1ом / Аркадий Бабченко

Полуавтобиографическое художественное произведение. Аркадий Бабченко прошел две чеченские кампании и впоследствии стал военным корреспондентом. Он говорит: «Человеку не воевавшему не объяснить войну — у него просто нет необходимых органов чувств. Войну можно только пережить». Но все же автор довольно понятно объясняет нам войну.

Ненависть друг к другу взаимная. Ненавидеть есть за что. «Контрачам» офицеров — за то, что тушенку воруют, не стесняясь; продают соляру цистернами; за непрофессионализм и неумение сохранить солдатские жизни; за карьеризм на крови; за то, что грабят направо и налево, разъезжая на трофейных «Паджеро», и забивают палатки кожаной мебелью и коврами; за то, что пьяных «контрачей» избивают сапогами, а сами позволяют себе при этом напиваться в грязь; за самосуд и издевательства; за увольнения без денег; за то, что гуманитарка ни разу так до взводов и не дошла; за трусость в бою. Офицеры «контрабасов» ненавидят за то же самое, за что те ненавидят их, — за то, что напиваются и продают соляру; за то, что стреляют офицерам в спину; за то, что попадаются на базаре с патронами; за то, что мародеры все как один и все как один алкоголики и шваль подзаборная; за то, что воевать не умеют и не хотят, а умеют только по развалинам шариться и сидора барахлом набивать; за то, что автоматы бросают посреди боя; за то, что все как один хотят уволиться из этой чертовой армии от которой им, кроме денег, ничего не нужно. Ненавидят еще за свою нищету, вечную безнадегу и некормленных детей. Срочников — еще и за то, что дохнут, как мухи, и приходится писать матерям похоронки.



Муравей в стеклянной банке / Полина Жеребцова

Война и жизнь в оккупированном городе глазами ребенка. «Муравей в стеклянной банке» — сборник предельно искренних дневников, которые вела Полина Жеребцова с 1994 по 2004 год. Первая любовь, быт, домашние конфликты. Обычный дневник обычной девочки, только антураж — жестокая война. Книга переведена на многие европейские языки. После публикации Полина не смогла оставаться на территории РФ из-за поступающих угроз. 

Российские военные разгромили рынок. Нет столов. Нет заработка. И совсем нет еды. Люди плачут, рассказывают, что ограбили камеры хранения. Забрали мужчин. Вчера мы пешком шли на рынок посмотреть, есть ли доски или все сожгли? Мы немножко поторговали на ничейных коробках. Купили две буханки хлеба и рыбные консервы.

Под вечер кто-то взорвал БТР у мечети. Началась стрельба «куда попало». Пули так и свистят по рынку! Сильно где-то рядом бабахнуло! Народ бросился бежать! Мы, естественно, тоже.



Патологии / Захар Прилепин

Автор принимал участие в боевых действиях в Чечне в 1996 и 1999 годах. Основываясь на своих впечатлениях, он пишет роман о философствующем спецназовце, отправленном в Чечню. О романе положительно отзываются как критики, так и читатели. «Сначала это был роман про любовь, но постепенно (я работал года три-четыре) он превратился в роман про Чечню как про самый сильный мой жизненный опыт — как говорится, у нас что ни делай, а выходит автомат Калашникова.»

Стояли по пояс в воде, глядя на школу, кривили рты, издававшие сиплые звуки. А в школе уже убили почти всех, кто приехал сюда умереть. Мы, оставшиеся, стояли с обожженными лицами, с обледеневшими ресницами, с больным мозгом, с пьяным зрением, с изуродованными легкими, испытавшими долгий шок…

Вышли к дороге, и нас подобрали.

Горелый черный асфальт растрескался, когда мы на него ступили, как сохлый хлеб. Мимо летела ласточка и коснулась крылом моего лица.

«Мир будет».

Павел Макляровский

5 688

подборка книг ко Дню Победы

«Блокадная книга» Алеся Адамовича и Даниила Гранина – возможно, одно из самых тяжелых произведений о Великой Отечественной войне. Написанная в конце 70-ых, документальная хроника блокады Ленинграда основана на интервью писателей более чем 200 очевидцев, а также на различных документах и письмах. 

«Мы завершили свою долгую работу со странным чувством, все с тем же неотступным вопросом: зачем, ради чего оживили мы этих давно ушедших людей, их давние муки и боль? Мы много раз отвечали себе на этот вопрос и до конца все же не знали ответа, но в одном мы утвердились: это надо было сделать. Все это было, и живущие люди должны об этом знать», – так говорили о своей книге авторы.

Книга подробно рассказывает о тяготах города во время блокады и о подвигах простых ленинградцев. Многие умирали от голода – в летние месяцы люди собирали одуванчики, чтобы сварить из них суп или сделать лепешки, и сажали картошку прямо в центре города. Зимой не хватало даже хлеба, паек на человека составлял всего 125 грамм. По льду Ладожского озера была проложена знаменитая Дорога Жизни, по которой в Ленинград привозили продукты, а из города эвакуировали людей.

Люди умирали и от холода – отопление не работало, приходилось сжигать мебель. Водопровод в городе тоже не функционировал, воду ленинградцы брали ведрами прямо из Невы. Все это время немцы продолжали бомбить город и разбрасывать листовки с самолетов. Но за 872 дня блокады дух ленинградцев так и не был сломлен. Именно об этом и рассказывает «Блокадная книга» – произведение, которое должен прочитать каждый. 

«А зори здесь тихие…» – одна из самых известных книг о Великой Отечественной войне, не в последнюю очередь благодаря знаменитой советской экранизации. Это невероятная по силе и искренности повесть прославила писателя Бориса Васильева и принесла ему поистине народную любовь. 

Борис Васильев был не только участников Великой Отечественной войны, но и невероятно талантливым рассказчиком. Режиссер Юрий Кара, работавший с писателем, так отзывался о Васильеве: «У него был блестящий дар писателя. Темы знают многие, а облечь их в литературную форму, придать драматургию дано не каждому. У него был талант от Бога, он мог так рассказать историю, что в конце люди не сдерживали слез. Его герои, как правило, погибали за правое дело, но всегда это было светло и чисто».

Повесть рассказывает о Федоте Васкове – молодом коменданте небольшого военного подразделения. Под его командованием находится два отделения девушек-зенитчиц, одна из которых замечает в лесу немецких диверсантов. Васков вместе с Лизой Бричкиной, Женей Комельковой, Соней Гурвич, Галей Четвертак и Ритой Осяниной отправляются с заданием перехватить диверсантов…  

Удивительно, но события книги основаны на действительно произошедших событиях. Однако в реальной жизни диверсантов устранили не девушки-зенитчицы, а солдаты-мужчины. Борис Васильев так рассказывал о своей повести: «Я начал работать с этим сюжетом, уже написал страниц семь. И вдруг понял, что ничего не выйдет. Это просто будет частный случай на войне. Ничего принципиально нового в этом сюжете не было. Работа встала. А потом вдруг придумалось — пусть у моего героя в подчинении будут не мужики, а молоденькие девчонки. И все — повесть сразу выстроилась. Женщинам ведь труднее всего на войне. Их на фронте было 300 тысяч! А тогда никто о них не писал». 

Михаил Шолохов – один из самых выдающихся писателей русской и советской литературы, лауреат Нобелевской премии, автор романов «Тихий Дон» и «Поднятая целина». 

«Судьба человека» — возможно, наиболее пронзительное, трагичное и, вместе с тем, жизнеутверждающее произведение Шолохова. Сюжет рассказа основан на реальных событиях: свою печальную историю писателю рассказал случайный знакомый в 1946 году. Только спустя 10 лет Шолохов записал ее на бумагу.   

Главный герой «Судьбы человека» – простой шофер Андрей Соколов, на долю которого выпали необыкновенные испытания. В начале войны он уходит на фронт. Когда Великая Отечественная заканчивает, Андрей Соколов остается совсем один: его любимая жена и две дочери умерли во время бомбежки родного города, а старший сын погиб в последний день войны.  Именно тогда он встречает мальчика-сироту Ваню, который так же одинок, как и он сам. 

«Два осиротевших человека, две песчинки, заброшенные в чужие края военным ураганом невиданной силы… Что-то ждет их впереди? И хотелось бы думать, что этот русский человек, человек несгибаемой воли, выдюжит, и около отцовского плеча вырастет тот, который, повзрослев, сможет все вытерпеть, все преодолеть на своем пути, если к этому позовет его Родина», – так пишет о своих героях Михаил Шолохов.

«Семнадцать мгновений весны» – книга Юлиана Семенова из цикла про легендарного советского разведчика Максима Максимовича Исаева, известного также как Макс Отто фон Штирлиц. 

Штирлиц завоевал любовь миллионов читателей и стал по-настоящему народным героем. О нем рассказывают анекдоты и продолжают спорить о его прототипах. Многие годы Юлиан Семенов получал письма от читателей с адресом на конверте: «Москва, Союз писателей, Семенову для Исаева-Штирлица». Совершенно разные люди, вспоминал Семенов, просили дать адрес Максима Максимовича Исаева, чтобы начать с ним переписку.  

Как и многие произведения о войне, сюжет романа «Семнадцать мгновений весны» основан на реальных событиях: в конце Второй мировой немцы пытались договориться с представителями западных разведок о заключении сепаратного мира. Во время работы на произведением, Юлиан Семенов даже встречался с участниками тех событий. 

Действие романа происходит в 1945 году, когда до капитуляции Германии остается совсем недолго. Штандартенфюрер Макс Отто фон Штирлиц – советский разведчик Максим Исаев – должен не только выяснить, кто из руководителей Рейха ведет переговоры о заключении сепаратного мира, но и не выдать себя.  

Произведения Александра Твардовского особенно полюбили на фронте за душевность и прекрасный юмор. Герой его поэмы – вымышленный солдат Василий Теркин – стал примером для миллионов советских людей, сражавшихся «не ради славы, ради жизни на земле». Эта книга, писавшаяся во время войны, стала особенно близка читателям, ведь образцовый воин и весельчак Теркин был как будто одним из них. 

Все дело в том, что Твардовский отправился на фронт в первый же день войны. Он работал военным корреспондентом на Юго-Западном, а потом на 3-ем Белорусском фронте. Писатель не понаслышке знал о тяготах солдатской жизни, поэтому отлично понимал, как важны в нужный момент для поддержания боевого духа хорошая история и веселая шутка. 

Иван Бунин так отзывался о поэме: «Это поистине редкая книга: какая свобода, какая чудесная удаль, какая меткость, точность во всем и какой необыкновенный народный солдатский язык — ни сучка ни задоринки, ни единого фальшивого, готового, то есть литературно-пошлого слова!».

Многие строки из поэмы ушли в народ и стали крылатыми выражениями, которые мы используем в речи каждый день, а сам «Василий Теркин» до сих пор остается одной из самых лучших и важных книг о Великой Отечественной войне.

Как и Александр Твардовский, Константин Симонов работал военным корреспондентом во время Великой Отечественной войны, побывал почти на всех фронтах и получил звание полковника. В 1942 году, когда на всю страну прозвучали его пронзительные стихи, включая знаменитое «Жди меня, и я вернусь…», к Симонову пришла общесоюзная слава и народная любовь.  

Война стала главным событием в жизни писателя, как и в жизни многих людей его поколения. Памятью о ней проникнуто все его творчество, в том числе и трилогия «Живые и мертвые», состоящая из одноименной первой части, а также романов «Солдатами не рождаются» и «Последнее лето». 

«Живые и мертвые» – одно из самых значительных произведений русской литературы на военную тему. Не будучи документальной прозой, этот роман, однако, во многом основан на личных дневниках Константина Симонова за июнь–сентябрь 1941 года и его записок разных лет, частично опубликованных в виде фронтовых очерков. У многих героев трилогии были реальные прототипы. «Живые и мертвые» рассказывает о самых значительных событиях Великой Отечественной войны  – обороне Москвы, обороне Сталинграда и операции «Багратион». 

Я был на этой войне (Чечня 95) (Миронов Вячеслав)

00:00 / 41:32

часть 1_(без муз)

46:33

часть 2_(без муз)

39:44

часть 3_(без муз)

40:15

часть 4_(без муз)

48:19

часть 5_(без муз)

42:56

часть 6_(без муз)

59:33

часть 7_(без муз)

42:19

часть 8_(без муз)

45:25

часть 9_(без муз)

35:59

часть 10_(без муз)

37:46

часть 11_(без муз)

23:39

часть 12_(без муз)

37:33

часть 13_(без муз)

31:46

часть 14_(без муз)

29:54

часть 15_(без муз)

34:19

часть 16_(без муз)

26:19

часть 17_(без муз)

41:25

часть 18_(без муз)

36:11

часть 19_(без муз)

01:15:54

часть 20_(без муз)

11:46

часть 21_(без муз)

11:08

часть 22_(без муз)

32:13

часть 23_(без муз)

22:40

часть 24_(без муз)

16:35

часть 25_(без муз)

Что читать и смотреть о Кавказской войне • Arzamas

Художественная и научная литература, а также художественные фильмы о войне на Кавказе

Составил Владимир Лапин

Исторические исследования

­­Василий Потто. «Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях» (в пяти томах). Санкт-Петербург, 1901 год
Дом антикварной книги «В Никитском»

Василия Александровича Потто (1836–1911) называют «Нестором истории Кавказа». Его пяти­томник, выдер­жавший с 1886 по 1901 год пять изданий, в совокуп­ности с десят­ками публи­каций отдельных очерков дает яркую картину того, что происхо­дило между Черным и Каспийским морем с 1722 (Персидский поход Петра Вели­кого) по 1831 год (уход Ивана Федоро­вича Паске­вича с поста главно­командую­щего). Потто много лет был началь­ником военно-истори­ческого отдела при штабе Кавказ­ского военного округа, его глубокие знания в соче­тании с блестя­щим литера­турным стилем породили труд, значение кото­рого вряд ли будет утрачено. Особую ценность этой работе придает то, что три тома посвящены мало­извест­ным страницам истории присое­динения Кавказа к России: Русско-персид­ской войне 1826–1828 годов, Русско-турец­кой войне 1828–1829 годов, а также продви­жению России в этом регионе в XVIII — начале XIX века.

Юрий Карпов. «Джигит и волк: мужские союзы в социокультурной традиции горцев Кавказа». Санкт-Петербург, 1996 год
© Издательство «МАЭ РАН»

В центре внимания автора — социально-истори­ческий феномен мужских союзов и его роль в тради­циях горцев Север­ного Кавказа, в их социально-полити­ческой и обрядово-куль­товой жизни. Ученый-этнограф рассмотрел, как мужские союзы функцио­ниро­вали в XVIII–XIX веках и какие транс­форма­ции претер­пели в дальнейшем. Чтение этой книги позво­ляет понять моти­вацию многих действий жителей Кавказа, рацио­нально подойти ко многим устояв­шимся стерео­типам восприя­тия куль­туры горцев, в том числе их склон­ности к наси­лию и рели­гиоз­ному фанатизму.

Яков Гордин. «Кавказ: земля и кровь». Санкт-Петербург, 2000 год

© Издательство журнала «Звезда»

Автор этой книги обосно­ванно утверждает, что участ­ники Кавказ­ской войны не пони­мали в полной мере ее целей, не пони­мали наме­рений и образа мыслей друг друга. Чита­телю позво­ляют посмот­реть на события из Тифлиса (рези­ден­ции царских намест­ников) и из Петер­бурга, где кавказ­ские реалии в боль­шин­стве случаев пред­став­ляли себе весьма туманно. Автор объяс­няет действия гене­рала Ермолова в кон­тексте поли­ти­ческих кол­лизий и столк­новений само­любий; пред­став­ляет роль Алек­сандра I и Николая I в разра­ботке планов военных опера­ций и планов по «умиротво­рению» Кавказа; размыш­ляет о причи­нах импер­ского расши­рения границ, о том, как на войну смотрели в конце XIX столе­тия и как смотрят сейчас. Особое внима­ние уделено литера­торам, отечест­венным «власти­телям дум», произве­дения кото­рых сыграли важней­шую роль в форми­ровании представ­лений современ­ников и потомков о «поко­рении Кавказа»: Александру Бесту­жеву (Марлин­скому), Александру Пушкину, Михаилу Лермон­тову, Льву Толстому.

«Даргинская трагедия. 1845 год. Воспоминания участников Кавказской войны XIX века». Составители Галина Лисицына и Борис Миловидов. Санкт-Петербург, 2001 год
© Издательство журнала «Звезда»

Успехи имама Шамиля на рубеже 1830–40-х годов нанесли серьезный удар по пози­циям России в Чечне и Даге­стане, жестоко уязвили импер­ское самолю­бие. В Петер­бург, привык­ший полу­чать рапорты о победах над персами, поля­ками, турками, францу­зами и шведами, приходили доне­сения о том, что горцы взяли несколько крепо­стей, что контроль над многими районами, считав­ши­мися «умиро­творен­ными» еще в 1820-е годы, был утрачен. Мемуа­ристы расска­зы­вают о крупней­шей военной операции за все время Кавказ­ской войны, когда по личному распо­ря­жению Николая I к аулу Дарго летом 1845 года отпра­вился экспе­ди­ционный отряд под командо­ванием графа Михаила Семено­вича Ворон­цова. Поход закон­чился полным прова­лом из-за того, что страте­гические схемы и такти­ческие приемы, прино­сившие успех в Европе, оказа­лись совер­шенно непригодны на Кавказе. Сборник содержит воспоми­нания десяти участ­ников Даргин­ской экспе­диции; сами воспоми­нания были напи­саны как по свежим впечат­лениям, так и по про­шествии многих лет. Авторы записок не ограни­чиваются изобра­жением событий самого похода. Чита­тель видит широкую панораму событий, знако­мится с думами и чувствами участников Кавказ­ской войны. Особую ценность сборнику придает масса деталей военного быта: пове­дение солдат в походе, на привале и в бою; взаимо­отно­шения между полками; адаптация пехоты, артил­лерии и кавалерии к специ­фическим усло­виям войны в горах.

Владимир Лапин. «Армия России в Кавказской войне XVIII–XIX веков». Санкт-Петербург, 2008 год
© Издательство «Европейский Дом» 

Столкновения между горцами Северного Кавказа и россий­скими войсками приняли постоянный характер со времен Персид­ского похода Петра I и про­должались до подав­ления послед­него крупного восста­ния в Чечне и Даге­стане в 1877–1878 годах. Русской армии на Кавказе пришлось адапти­роваться к местным условиям, поскольку здесь были непри­годными почти все состав­ляющие военного дела XVIII–XIX столе­тий: стра­тегия, тактика, вооружение, обмунди­рование, снабжение, режим и харак­тер боевых операций. Регуляр­ные войска, по выра­жению одного из вете­ранов, превра­тились в особое кавказ­ское племя, переняв от своих против­ников-горцев многие обычаи повсе­днев­ности и боевые приемы. Вместе с регуляр­ными частями в походах прини­мали участие ополчения, сформи­ро­ванные из местных жителей. В этом проявлялся имперский прин­цип «разделяй и властвуй», а также укоре­нившаяся вражда между народами этого края. В книге на ярких примерах показано, почему этот конфликт можно назвать «войной взаим­ного непо­нима­ния», какую роль в ней сыграли кубан­ские и терские казаки, какое значение имела русская колони­зация.

Людмила Гатагова. «Северный Кавказ в эпоху поздней империи: природа насилия 1860–1917 годов». Москва, 2016 год
© Издательство «Новый хронограф»

Северный Кавказ в этой научной моно­графии, написан­ной в прекрасном литера­турном стиле, предстает уже «покоренным» и вклю­ченным в состав империи, но по-преж­нему достав­ляющим властям всех уровней много беспо­койства. Главной причиной этого беспокой­ства оказа­лась неспособ­ность прави­тельства устано­вить государ­ственную монополию на насилие. Читатель в этой книге может посмотреть на коло­ритную фигуру кавказ­ского разбой­ника не глазами писателя-романтика, а глазами ученого, на протяжении многих лет изучаю­щего объек­тивные факторы и субъек­тивные обстоя­тельства, опреде­лявшие уровень напря­женности в Кабарде, Осетии, Чечне и Дагестане.

Несмотря на то что на терри­тории Кавказ­ского региона действо­вало имперское законо­дательство, решение конфликтов (между аулами, родами или их отдель­ными представителями) зачастую осуществ­лялось вне его рамок и нередко сопро­вож­далось крово­пролитием. Статистика и характер насиль­ствен­ных преступ­лений заметно отличали ситуацию на Северном Кавказе от осталь­ной империи. Людмила Гатагова дает этому факту объяснение с позиций совре­менной социальной науки.

Амиран Урушадзе. «Кавказская война. Семь историй». Москва, 2018 год
© Издательский дом «Новое литературное обозрение»

Кавказская война в этой книге представ­лена в виде семи отдель­ных историй, героями которых стали некото­рые ключе­вые участ­ники этого противо­стояния. Глубо­кие знания автора и концентра­ция внимания на дискус­сионных вопросах позво­лили совместить науч­ность и занима­тель­ность. Читатель начи­нает пони­мать, почему горцы разде­лились на неприми­римых и принявших сторону русских, какие глу­бокие преобра­зования претер­пели войска на Кавказе, какую роль сыграло Кубан­ское и Терское казачье войско, какого масштаба была фигура имама Шамиля, почему при главно­коман­дующем Михаиле Семено­виче Ворон­цове произошел коренной перелом в ходе войны. Наконец, в этой книге пока­зано место императора Николая I, который пришел к власти, когда за Кубанью и Тереком гремели пушки, и скон­чался, когда они еще не замолчали.

Эти семь историй позво­ляют посмотреть на происхо­дившее с разных точек зрения, понять слож­нейшее перепле­тение интересов государ­ственных, нацио­нальных, групповых и личных. Особое доверие читателя вызывает то, что в книге показаны не безликие политические силы, а живые люди, способные ошибаться.

О войне с кавказской стороны

Шапи Казиев. «Имам Шамиль». Серия «Жизнь замечательных людей». Москва, 2010 год 
© Издательство «Молодая гвардия»

Книга дагестанского писателя, драма­турга и исто­рика Шапи Магоме­довича Казиева посвящена человеку, имя кото­рого неотде­лимо от истории Кавказ­ской войны, — третьему имаму Чечни и Даге­стана Шамилю (1797–1871). Этот уроже­нец аварского аула Гимры получил хорошее бого­слов­ское образо­вание под руковод­ством шейха Джама­луд­дина Казику­мухского. Он был одним из сподвиж­ников первого имама Гази-Мухам­меда (Кази-Муллы), вместе с ним сражался с русскими, был тяжело ранен. В 1840 году народ­ное собра­ние избрало его имамом. Будучи талант­ливым админи­стра­тором, пылким и красно­речивым пропо­вед­ником, храбрым воином, Шамиль сумел создать теокра­ти­ческое государ­ство (имамат) и руко­водил им почти три десяти­летия. Ему удалось объеди­нить ранее разроз­ненные горские общества на основе учения о священ­ной войне с невер­ными, умело адап­тируя ислам к местным условиям. Если ранее боевые акции чеченцев и даге­станцев являлись в основ­ном реакцией на действия царских войск, то при нем дви­жения отрядов горцев руково­дились из одного центра. Учреж­дение казны, в которую посту­пали налоги и доля военной добычи, позво­лило органи­зовать снаб­жение отрядов. Это изменило рисунок войны, так как до того горцы часто преры­вали боевые действия из-за необхо­димости попол­нить припасы или заняться хозяй­ством, поскольку не могли рассчи­тывать на компен­сацию за отрыв от хозяйства. В 1840-е годы Шамиль достиг больших успехов, его имя стало знакомо каждому россия­нину. Во время Крымской войны 1853–1856 годов он укло­нился от сотруд­ничества с англо-франко-турецкой коали­цией, хотя и совершил поход на Восточную Грузию. К 1859 году русское командо­вание, сосредо­точив на Кавказе огромные силы, прину­дило насе­ление большей части Чечни и Даге­стана прекра­тить сопротив­ление. 26 августа (7 сентября) 1859 года Шамиль, окру­женный в ауле Гуниб, капиту­лировал на почетных условиях. Это событие считается окон­чанием Кавказ­ской войны на Восточном Кавказе. Имам по распоря­жению прави­тельства поселился в Калуге со своей семьей и несколь­кими прибли­женными людьми. В 1869 году Шамиль уехал на покло­нение мусуль­манским святы­ням и скон­чался в феврале 1871 года в Медине, где и был похоронен.

Шамиль вместе с гене­ралом Ермоловым стал лицом Кавказ­ской войны. Масштаб этой истори­ческой фигуры позволяет назвать самый острый период имперско-горского противо­стояния эпохой имама Шамиля. Этот поистине великий человек пользо­вался огромным автори­тетом не только у своих соратников, но и у своих против­ников. 

Мухаммед Тахир ал-Карахи. «Хроника Мухаммеда Тахира ал-Карахи о дагестанских войнах в период Шамиля». Москва, Ленинград, 1941 год
Издательство Академии наук СССР

Эта книга в опреде­ленной степени воспол­няет основной недостаток историо­графии Кавказ­ской войны — взгляд на события, связанные с включением Чечни и Даге­стана в состав Россий­ской империи, в основном через русскую призму. Это проис­ходит оттого, что основной корпус истори­ческих источ­ников состав­ляют рапорты и мемуары русских воена­чальников. Админи­стра­тивная прак­тика имамата Шамиля не предусмат­ривала ведение обширной документа­ции, подчи­ненные ему отряды не имели штабов в европей­ском понимании этого слова и потому не сопро­вождали боевые действия состав­лением множе­ства бумаг, ведо­мостей и отчетов. Это сочи­нение позво­ляет взглянуть на Кавказ­скую войну глазами горцев.

Мухаммед Тахир выполнял функции личного секре­таря Шамиля и записывал по-арабски устные рассказы самого имама и рассказы его соратников. Основ­ная работа была проде­лана в 1851–1860 годы, но допол­нения автор вносил вплоть до своей смерти в 1882 году. Рукопись перешла по наслед­ству к его сыну Хабибул­лаху, который вносил в нее допол­нения на основе преданий и легенд, связан­ных с именем вели­кого горского вождя и его борьбой за незави­симость Чечни и Даге­стана. Труд ходил по Кавказу в руко­писных копиях, служил важным средством форми­ро­вания представ­лений после­дующих поко­лений горцев о времени Шамиля. Все попытки опубли­ко­вать его в дорево­лю­цион­ной России оказа­лись неудач­ными в значи­тельной степени потому, что история присое­динения края к империи Романовых в труде Мухаммеда Тахира расхо­дилась с историей, изло­женной в официа­льной литера­туре.

Джон Баддели. «Завоевание Кавказа русскими. 1720–1860». Москва, 2010 год
© Издательство «Центрполиграф»

Книга «The Russian Conquest of the Caucasus» Джона Фреде­рика Баддели впервые была опубли­кована в Лондоне в 1908 году и до сих пор остается одним из самых востребо­ванных и цити­руемых иссле­дований, посвя­щенных Кавказ­ской войне. Автор — хороший знаток Кавказа и скрупу­лезный соби­ратель инфор­мации — начинает повество­вание с боевых действий рубежа XVII–XVIII веков и доводит его до пленения имама Шамиля. Но наибольший интерес его сочи­нение представ­ляет как образец не слишком изменив­шегося евро­пей­ского взгляда на присое­динение Кавказа к России. В XIX сто­ле­тии Британия была полити­ческим соперником и против­ником России на мировой арене, в силу чего образ империи Романовых в англо­язычной литера­туре был в основ­ном малопри­влека­тельным. Баддели уклоняется от прямых иска­жений или некор­ректных умол­чаний, но его оценка событий, происхо­дивших на этой окраине Российской империи, заметно отличается от трактовок отечественных историков.

Художественная литература

Александр Бестужев (Марлинский). «Аммалат-бек». 1832 год
© Дагкнигоиздат

Александр Александрович Бестужев, нака­занный за участие в восстании декабристов ссылкой в Якутск, был пере­веден в 1829 году на Кавказ. До своей гибели 7 июля 1837 года в бою с горцами он успел хорошо ознако­миться с этим краем и написать несколько романти­ческих произведений, которые до сих пор играют важную роль в форми­ровании представ­лений о нравах и обычаях горцев. В основе сюжетной линии — реаль­ная исто­рия Умалат-бека Буйнак­ского, предста­вителя даге­станской знати, который сначала воевал против русских, потом перешел к ним на службу, но затем вновь вернулся в ряды повстанцев, убив своего покро­вителя полков­ника Евстафия Верхов­ского.

В этой повести хорошо показана важная особен­ность Кавказ­ской войны, которую иногда называют «привати­зацией», — огромное влияние личных позиций на приня­тие реше­ний: генерал Ермолов амнисти­ро­вал Аммалат-бека за его муже­ствен­ное пове­дение перед казнью, сам герой книги изменил рус­ским не по рели­гиозным или полити­ческим мотивам, а в связи с интри­гами сопле­мен­ников и под воздей­ствием эмоций.

Лев Толстой. «Хаджи-Мурат». 1896–1904 годы
Детское государственное издательство

Повесть написана на основе реальных событий и расска­зывает о судьбе одного из видных сподвиж­ников имама Шамиля. Хаджи-Мурат Хунзах­ский пользо­вался большим автори­тетом у сопле­менников-аварцев и поначалу уклонялся от активного участия в боевых действиях против царских войск. Но его семья находилась у имама на положении заложников, а надежды на помощь русских в их освобож­дении не оправды­вались. Более того, сам Хаджи-Мурат оказался у наместника Михаила Семе­новича Воронцова на положении почетного пленника, командо­вание ему не доверяло. Попытка бежать закон­чилась траги­чески. Повесть показывает сложную картину войны на Восточном Кавказе, в которой пере­пле­лись цивили­зационные, межнацио­нальные, религиозные, социальные и личные конфликты.

Лев Толстой. «Рубка леса. Рассказ юнкера». 1853­–1855 годы
Военное издательство Министерства вооруженных сил СССР

Рассказ о Кавказ­ской войне в лесных районах Чечни. Небольшой отряд отправ­ляется для прокладки просеки, по которой впослед­ствии войска смогут двигаться в нужном направ­лении, не опасаясь обстрелов или внезапных атак. Это уничто­жение лесных массивов привело к необра­тимым изме­не­ниям мест­ных ланд­шафтов и позво­лило регу­ляр­ной армии более успешно бороться с повстанцами.

Писатель исполь­зовал особый литера­турный прием — показал характер полутора­вековой борьбы с горцами на примере того, как прошел один обычный день одной рядовой воин­ской части, закончив­шийся пере­стрел­кой и гибелью одного из солдат.

Художественные фильмы

«Блокпост». Режиссер Александр Рогожкин, 1998 год
Кадр из фильма «Блокпост» © Кинокомпания CTB

Во время Первой чечен­ской войны в сере­дине 1990-х годов на мине подры­вается ребенок. Его мать, считая россий­ских солдат винов­никами трагедии, открывает огонь из автомата и сама получает тяжелое ранение. Причастных к проис­шествию солдат отправ­ляют до окон­чания следствия на дальний блокпост, где мест­ные жители укло­няются от ведения боевых действий. Тем не менее в районе блокпоста действует чечен­ский снайпер, который убивает одного из героев. Солдата, выдан­ного местным властям для дознания, возвра­щают разре­занным на куски. Его боевые товарищи покупают у чеченцев мари­хуану, продают им патроны и минируют тропы, на которых подры­ваются овцы и пастухи.

Если убрать совре­менную технику и воору­жение, а солдат пере­одеть в уни­форму 1840-х годов, этот фильм станет рассказом о Чечне сере­дины позапрош­лого столетия. То же состояние «не мир и не война», те же сложные отно­шения армии и местного насе­ления, те же военные, живу­щие не по уста­вам, а по скла­ды­ваю­щейся обста­новке. Полтора века назад имела место такая же продажа боепри­пасов против­нику, такое же взаимное недо­верие и при этом такие же челове­ческие отно­шения между людьми, не утра­тившими представ­ление о том, что они люди.

«Кавказский пленник». Режиссер Георгий Калатозишвили, 1975 год

«Кавказский пленник». Режиссер Сергей Бодров — старший, 1996 год Кадр из фильма «Кавказский пленник», режиссер Сергей Бодров — старший © АО «Караван», «БГ Продакшн»

Большую важность теме плена придавал особый характер Кавказской войны. Для обеих воюющих сторон пленники были не источ­никами инфор­мации, а ценными залож­никами, позво­лявшими оказывать давле­ние на противника и/или получать выкуп. Горцы вынуж­дали русских совершать обмен на своих соплемен­ников или платить немалые суммы. Русские держали за решет­кой винов­ных и неви­новных горцев, чтобы их родствен­ники или отказы­вались от участия в анти­правитель­ственных выступ­лениях, или способ­ствовали возвра­щению пленен­ных солдат и офицеров. Оба фильма сняты по мотивам однои­менного рассказа Льва Нико­лае­вича Толстого 1872 года. В первом случае речь идет о Чечне времен имама Шамиля, во втором — о Чечне времен Аслана Масхадова.

Сценарий первой картины приближен к содержанию рассказа Толстого: два русских офицера оказались в плену у горцев, которые были готовы отпустить их за крупный выкуп. Жилин не мог рассчитывать, что его родствен­ники смогут собрать нужную сумму, и пытался бежать, подру­жившись с девоч­кой, оказавшей ему помощь. Первая попытка оказалась неудачной, но неслом­ленный офицер сумел вырваться на свободу.

В фильме Сергея Бодрова — старшего действие происходит во время Первой чечен­ской войны, но в нескольких сюжетных ходах видны отсылки к Кавказ­ской войне и к рас­сказу Толстого. Даже главный герой имеет ту же фами­лию — Жилин. Житель горного аула Абдул-Мурат пытается обменять своего сына, находя­щегося в российском плену, на этих двух неволь­ников. Ситуа­цию ослож­няет то обстоя­тельство, что Жилин стано­вится небез­разли­чен Дине, дочери Абдул-Мурата. Фильм показы­вает, что «кавказ­скими пленни­ками», пленниками этой войны, стали и местные жители, и военно­слу­жащие — вне зависи­мости от их взглядов и убеж­дений.  

Роман о насилии в Чечне попал в шортлист литературной премии Германии | Культура и стиль жизни в Германии и Европе | DW

Во Франкфурте-на-Майне назвали шесть финалистов премии Deutscher Buchpreis — немецкого аналога «Букера». Этот приз вручается за лучший роман года на немецком языке. В шорт-лист 2018 года попала и книга Нино Харатишвили «Кошка и Генерал».

Нино Харатишвили, драматург, режиссер и прозаик, лауреат множества литературных и театральных премий, родилась в Тбилиси. В 12-летнем возрасте уехала вместе с матерью в Германию, через несколько лет вернулась в Грузию, позже руководила там театральной группой, которая ставила спектакли на двух языках — грузинском и немецком. Училась в Тбилисском государственном институте театра и кино. Сейчас живет в Германии. Ее пьесы, многие из которых она ставила сама, идут не только в немецких и грузинских театрах, но также, например, в Москве («Игра на клавишах души» в Центральном академическом театре Российской армии).

Что война делает с людьми

«Кошка и Генерал» — уже не первый роман Нино Харатишвили. В нем, как и в предыдущем («Восьмая жизнь»), исторической и психологической подоплекой происходящего становится развал Советского Союза, конфликты, войны и исковерканные судьбы на фоне этого развала. Но роман «Кошка и генерал» — не просто постсоветская хроника или даже постсоветская трагедия. «Нино Харатишвили хотела показать, что война делает с людьми», — написал один из немецких критиков.

Главный герой романа — «Генерал». Именно так, с большой буквы и в кавычках. Потому что это не звание, а прозвище. Александр Орлов (так зовут на самом деле этого человека) — российский олигарх, сколотивший себе состояние на торговле недвижимостью. За двадцать лет до этого у него было другое прозвище: «Малыш». Совершенно невоенный подросток, он поступил в военное училище под давлением матери, мечтавшей о том, чтобы сын продолжил традицию: отец Орлова был героем Второй мировой.

А «Малыш» стал участником войны чеченской. Его дочь не верит, что он совершал там преступления. А Орлова гнетет воспоминание о том, как он и еще трое солдат пытали и насиловали 17-летнюю чеченку Нуру. Она погибла. Нура не выходит у него из головы. Генерала мучает совесть, он мечтает о раскаянии, прощении, которое возможно, по его убеждению, только в том случае, если он и остальные участники преступления понесут наказание за содеянное.

Раздвоение личностей

Фабула романа, который разворачивается как психологический триллер, принимает неожиданный оборот, когда Орлов знакомится с «Кошкой» — юной грузинской актрисой, бежавшей в Германию из охваченной войной Грузии. «Кошкой» ее прозвали еще в детстве за то, что она ловко взбиралась по стене. А еще за то, что после каждого удара судьбы, падая, снова вставала, как кошка, приземляющаяся при падении на все четыре лапы.

Обложка романа

«Кошка» — двойник Нуры. Она как бы воплощает амбивалентность, раздвоенность судьб самых разных персонажей романа. Орловых ведь тоже двое: «Малыш» и «Генерал». И лишь один из героев ведет повествование от первого лица — журналист-разоблачитель Онно Бендер.

Несмотря на основательный объем (более 700 страниц), «Кошка и Генерал» держит в напряжении до самого конца. Это подтверждают и радиослушатели. Дело в том, что канал ARD Radiofestival уже с середины июля начал транслировать радиоспектакль по роману Харатишвили. 39 передач в общей сложности!

Что касается немецкой книжной премии Deutscher Buchpreis, то победителя этого года по традиции объявят в день открытия Франкфуртской международной книжной ярмарки. И случится это 10 октября. Автор лучшего романа года получит 25 тысяч евро, остальные финалисты — по 2500 евро.

Смотрите также:

  • Архитектурные символы новой Грузии

    То ли здания, то ли скульптуры

    Юрген Майер и его коллеги построили в Грузии более десятка ярких, необычных объектов. Самые интересные из них — в галерее DW.

  • Архитектурные символы новой Грузии

    Контрольно-пропускной пункт

    Когда видишь контрольно-пропускной пункт в Сарпи на границе с Турцией, не верится, что его основное предназначение — осуществлять таможенный контроль. На первый план выходят разноуровневые открытые террасы и обустроенная в башне КПП обзорная площадка, откуда можно любоваться заходом солнца над Черным морем.

  • Архитектурные символы новой Грузии

    Больше чем автостоянки

    На автостоянках вдоль нового шоссе, которое соединит Турцию и Азербайджан, можно не только перекусить и заправить машину. Они являются своеобразными центрами местной жизни, где есть возможность даже познакомиться с творчеством современных художников. Сами бетонные постройки напоминают очертания окружающих гор и буквы грузинского алфавита.

  • Архитектурные символы новой Грузии

    Аэропорт имени царицы Тамары

    Построенный за три месяца аэропорт имени царицы Тамары находится рядом со средневековым селом Местиа, внесенным в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Раньше туристы приезжали сюда полюбоваться старинными церквями и башнями. Затем здесь открыли горнолыжный курорт, а благодаря новому аэропорту, площадь которого всего 250 квадратных метров, добраться в село теперь можно и по воздуху.

  • Архитектурные символы новой Грузии

    Отделение полиции

    Впрочем, Местиа сейчас может похвастаться не только новым аэропортом. Здание полицейского участка, расположенного в самом центре горного села, формой напоминает средневековые каменные башни, характерные для этого региона. А застекленные участки фасада — символ прозрачности работы местной полиции.

  • Архитектурные символы новой Грузии

    Дом правосудия

    В 2012 году к ансамблю современных административных зданий в центре Местии добавился Дом правосудия. Из ассиметричных окон двухэтажного бетонного сооружения открывается прекрасный вид на вершины Кавказских гор.

  • Архитектурные символы новой Грузии

    Скульптура на берегу Черного моря

    31-метровая скульптура на берегу Черного моря — символ заложенного Саакашвили портового города Лазика, который должен был стать новым экономическим и торговым центром Грузии. Стоя у необычной конструкции из 8-миллиметровых стальных пластин на расстоянии 150 метров от берега, можно насладиться видами будущего мегаполиса. Правда, пока в нем построены только бульвар, мэрия и отель.

    Автор: Екатерина Крыжановская


Фильмы про Чечню — Что посмотреть

1. «Блокпост»

Военная драма Александра Рогожкина, рассказывающая о событиях на Северном Кавказе. 1996 год, во время военных действий случайно погибает мальчик, за смерть которого, по правилам гор, российских военных ожидает кровная месть. Чтобы предупредить нападение, взвод солдат перебрасывают на полузаброшенный блокпост, где из развлечений есть только алкоголь, конопля да глухонемая проститутка, с которой ребята расплачиваются патронами. Солдаты коротают дни, забывая о возможной угрозе и даже не подозревая, что здесь в горах за ними уже наблюдает снайпер в винтовке которого находятся те самые патроны.

кадр: Кинокомпания CTB 2. «Война»

В фильме Алексея Балабанова действие происходит уже во время второй чеченской кампании. Свою историю рассказывает Иван Ермаков, которому довелось побывать в плену у чеченцев. Закончив до армии компьютерную школу, Иван оказывается полезен командиру по технической части Аслану Гугаеву. Позже в плен попадают англичане Джон Бойл и его возлюбленная Маргарет. Чеченский командир отправляет Ивана и Джона пытаться собрать деньги на выкуп Маргарет, но ни правительство Англии, ни Россия не намерены помогать своим гражданам.

кадр: Кинокомпания CTB 3. «Грозовые ворота»

Многосерийный фильм снятый по роману Александра Тамоникова «Рота уходит в небо». По сюжету роту лейтенанта Доронина отправляют в Чечню, где им предстоит оборонять перевал «Грозовые ворота». Там Доронин знакомится с бывшим боевиком, чья семья погибла от рук террористов. Выясняется, что в скором времени по перевалу будет нанесен удар боевиков, после которого, возможно, мало кто останется в живых.

Как сообщает автор романа, все совпадения сюжета с ходом реального боя на высоте 776 в 2000 году — случайны, так как большую часть романа он написал еще до того, как состоялся бой. Изначально фильм хотели назвать «6 рота», но так как в это же время Федор Бондарчук снимал «9 роту», название фильма пришлось сменить.

кадр: Вертикаль 4. «Личный номер»

После обстрела на границе с Грузией находят выжившего, рядом с которым лежит видеокассета. Он оказывается майором Смолиным, а на кассете — запись его признания в том, что он по заданию ФСБ участвовал в нескольких террористических актах в России. Тем временем крупная террористическая организация хочет взорвать бомбу в Риме, и Смолина собираются подставить и в этом теракте тоже.

За основу фильма была взята реальная история офицера ГРУ Алексея Галкина, которую нельзя было разглашать. Из-за этого между киностудией и ГРУ разразился скандал, по результатам которого студия должна была убрать из титров сообщение о подлинности событий. Киностудия своего обещания не выполнила.

5. «Русский треугольник»

В Москве происходит громкая серия убийств, которую берется расследовать молодой выпускник юридического факультета Николай Воронцов. В ходе расследования выясняется, что каждая жертва — это месть чеченского учителя, чьи жена и дети погибли в ходе войны (учитель при этом оказывается русским по национальности). В это же время происходят убийства кавказцев — «слепой» киллер убивает их ударом трости в затылок, так он мстит за брата, который мстит за ослепшего на войне брата.

Фильм снимал грузинский режиссер Алеко Цабадзе и съемки проходили в Киеве и Грузии, хотя по сюжету действие фильма происходит в России и Чечне. Объясняется это просто — грузинская съемочная группа не смогла получить российскую визу.

кадр: Film Studio Remka 6. «Живой»

Кир возвращается со службы инвалидом. Он служил по контракту для того, чтобы заработать на свадьбу, но по возвращении понимает, что с ампутированной ногой уже не сможет жить по-прежнему. Невеста не принимает его таким, каким он стал, чиновник вымогает процент с пособия по инвалидности, а мать не понимает родного сына. Единственные, с кем герой чувствует себя спокойно — это призраки его убитых товарищей, которые следуют за ним, советуя, как ему лучше поступить в этой сложной ситуации.

кадр: KVID Film Company 7. «Кавказский пленник»

Фильм Сергея Бодрова (старшего) был снят по мотивам одноименной повести Льва Толстого, правда события картины перенесены в девяностые годы, во время Первой чеченской войны. Двое русских военнослужащих попадают в плен к Абдул-Мурату и он хочет обменять их на своего сына, который находится в плену у русских.

Главных героев сыграли Сергей Бодров (младший) и Олег Меньшиков. В 1997 году фильм был номинирован на премию «Оскар».

кадр: Караван

Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Книги о войне в Чечне: список, авторы, отзывы

Книги о войне в Чечне — одни из самых пронзительных, правдивых и современных рассказов о доблести, мужестве и чести. В наше время подвиги солдат и офицеров Великой Отечественной войны уходят в прошлое. В то время как события в Чечне близки и знакомы каждому. Даже молодежь еще сама помнит, как каждый вечер тревожные сводки передавали в вечерних новостях. Именно поэтому эти произведения сегодня так популярны.

Черная книга

Книги о войне в Чечне — это часто не художественные произведения, таких как раз меньшинство, а свидетельства людей, которые лично присутствовали при описываемых событиях. Такой является и книга Андрея Савельева. Документальное повествование о событиях на юге России называется «Черная книга чеченской войны».

Она готовилась в 2000 году, как отчет, предназначенный для депутатов европарламента. Ее главная цель была в том, чтобы переубедить европейских политиков, которые зачастую свое мнение об этой войне основывали на предвзятых источниках.

Автор старается сухими фактами доказать, что война против сепаратистов восстанавливает мир в республике, а не в коем случае не нарушает права человека. В этой документальной книге конкретные описания преступлений, которые совершали чеченские бандформирования, нарушения прав русского населения, а также приведен подробный и беспристрастный анализ действия российских властей на разных этапах противостояния.

Однако книга так и не была издана в Европе, она увидела свет только в России, где и сегодня остается актуальной.

В капкане

Еще один заслуживающий внимания автор — Игорь Прокопенко. В своей документальной повести «Чеченский капкан» он приводит ранее неизвестные широкой общественности факты. С их помощью взглянуть на события тех лет удается под новым углом.

Прокопенко ищет ответы на вопросы, мучающие до сих пор многих россиян. Почему произошла эта страшная трагедия? Почему государство и правительство допустило столько непростительных ошибок? Почему это беспрецедентная война по масштабам глупости, цинизма и предательства?

Главные герои повествования — обычные солдаты и офицеры. По мнению автора, который сам не раз побывал в горячей точке, главные виновники этой трагедии — представители Кремля, которые неоднократно предавали собственную армию и народ. А иногда действовали просто трусливо и безграмотно.

Ответы на все вышеперечисленные вопросы автор пытается дать на страницах своей рукописи.

Генеральские рассказы

Книги о войне в Чечне писали не только военные журналисты, но и непосредственные участники событий.

Так большую популярность получили мемуары генерала Геннадия Трошева «Моя война. Чеченский дневник окопного генерала», вышедшие в свет в 2001 году. В ней один из руководителей российской армии подробно описывает события как Первой, так и Второй чеченской кампании.

По признанию автора, сесть за писательский стол его побудило большое количество лжи и неправды, опубликованное об этой войне. Генерал рассказывает о событиях, о которых ему доподлинно известно, а также высказывает свое мнение и отношение ко многим популярным политикам и военачальникам с обеих сторон.

Правдивая история

Одно из самых искренних произведений — «Дневник Жеребцовой Полины», опубликованный в 2011 году. Рассказы о чеченской войне здесь представлены от лица самой писательницы, родившейся в Грозном в 1985 году.

В дневниках описываются события 1999-2002 годов, когда автору было 14-17 лет. Книга переведена на многие языки в Европе и за ее пределами. Она вышла без сокращений, все опубликовано так, как было в оригинале, то есть в самих дневниках.

Большой интерес вызвал рассказ о войне от лица подростка, искреннее повествование о межэтнических отношениях между русскими и чеченцами, судьбе мирных жителей в ходе Второй чеченской кампании. Поначалу многие посчитали ее художественными вымыслом, однако появились свидетели, среди которых председатель комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина, которые подтвердили, что лично видели эти дневники.

Отзывы о дневниках

Книги о чеченской войне всегда вызывают большое количество отзывов и мнений. Особенно много высказывались о «Дневниках Жеребцовой Полины». Критик Елена Макеенко высказала мнение, что это настоящий документ эпохи. Это рассказы о чеченской войне, которые обязательно нужно прочесть.

Литературовед Игорь Кириенков сравнивает эту книгу с воспоминаниями Анны Франк. Он убежден, что именно по таким документам в будущем будут определять, как жили и о чем думали русские писатели на рубеже веков. Отмахнуться от такого произведения просто нельзя, оно обязательно к прочтению.

В большинстве отзывов читатели сходятся во мнении, что если вы хотите узнать истинную правду, то нужно внимательно выслушать ребенка, посмотреть его глазами на события мира и войны, почувствовать, что он ощущает и чего боится.

Взгляд со стороны

Большой интерес также вызывают книги о войне в Чечне, написанные иностранными журналистами. Одна из самых популярных — публицистика американского репортера Пола Хлебникова «Разговор с варваром».

В ее основе интервью, записанное Хлебниковым с одним из лидеров чеченских сепаратистов Хож-Ахмедом Нухаевым. Издание увидело свет в 2003 году. Спустя год Хлебников был убит. Он был застрелен на выходе из российского отделения журнала «Форбс», редактором которого работал.

Еще живого Хлебникова доставили в 20-ю московскую больницу, по дороге в машине скорой помощи он успел сообщить, что не знаком со стрелявшими и не знает причин нападения. Журналист скончался по пути в реанимацию в застрявшем лифте.

По официальной версии генеральной прокуратуры, к убийству причастен герой книги «Разговор с варваром». Нечасто книги о чеченской войне приводили к смерти их авторов.

В повествовании Нухаев рассказывает о себе, боевых действиях против российской армии, о том, как чеченская мафия зарекомендовала себя в столице России. А также об их основных занятиях — торговля оружием, наркотиками, женщинами, убийства и рэкет.

Герой резко критикует американцев и европейцев, их взгляды и религии. Прославляя только собственную версию ислама, которая значительно отличается от классической. Хлебников называет ее экстремистской.

Лучшие книги о Чечне

Вы выбрали Толстого первым.

Да. Это история войны 19-го века между колониальной Россией и жесткими, отчаянно независимыми горными племенами, которых они должны были контролировать, чтобы иметь легкий доступ к своей новой территории Грузии, на южной стороне Кавказских гор.В те времена горцы объединились против России под предводительством имама Шамиля. Война Шамиля длилась полжизни. Многие русские писатели того времени участвовали в войне, особенно Пушкин и Лермонтов, и писали об этом; поэтому его помнят по сей день как литературу, а не историю. Книга Толстого о лейтенанте Шамиля Хаджи-Мурате, который переходит на сторону русских, а затем пытается вернуться. Что мне нравится в нем, так это то, что он показывает войну как глубоко неблагородное явление — как ужасное сочетание личных обстоятельств, которые заканчиваются катастрофой для всех.Оказывается, политика племен вынудила Хаджи-Мурата присоединиться к Шамилю и стать его звездным борцом; он обращается к русским, потому что его вынуждает более кровавая племенная политика. Он опасается за свою семью и пытается вернуться, что приводит к катастрофическим последствиям, потому что соперничество между российскими генералами означает, что он не получит от них обещанной честной сделки. Толстой бесстрашно показывает всех на театре войны, пойманных в ловушку между двумя тираниями, русскую тиранию — ужасающей силой, но требования горных армий не менее тиранически.В книге также есть мощное и часто цитируемое описание того, что чувствуют жители чеченских деревень, когда их дома сожжены дотла российскими войсками. «Никто не говорил о ненависти к русским. Чувство, которое испытывали все чеченцы, от младшего до самого старшего, было сильнее ненависти. Это не была ненависть, потому что они не считали этих русских собак людьми … желание истребить их — как желание истребить крыс, ядовитых пауков или волков — было таким же естественным инстинктом, как и инстинкт самосохранения.”

Мари Беннигсен Броксап (ред.)

Читать

Мрачный

.

Это так. Следующая статья представляет собой сборник авторитетных очерков о том, как русские и горские народы Кавказа (среди других мусульман в бывшем советском мире) взаимодействовали с конца войн 19 века до начала современного российско-чеченского конфликта. война 1994 года.Есть сведения о различных преследованиях со стороны России на протяжении всего ХХ века, и о том, как они только задушили, но так и не искоренили полностью дух горских народов. Российская политика была направлена ​​на объединение всех советских народов в русскоязычное, пострелигиозное сообщество, свободно вступающее в брак. Это не соответствовало тому, чего хотели горцы. Имеются сведения о жестоком подавлении Россией беспорядков на Кавказе в начале 20 века, а также о массовой депортации чеченцев и других горцев в степи Средней Азии во время Второй мировой войны после того, как Сталин неправдоподобно обвинил чеченцев в сотрудничестве с нацисты.Выжившим чеченцам (многие десятки тысяч погибли) разрешили вернуться после смерти Сталина; но обида, конечно, сохраняется. В этой книге также много говорится о том, как советские мусульмане научились скрывать свою веру, чтобы противостоять русификации; сохранение религиозной веры посредством чего угодно, от тайных собраний до, позднее, кассетных записей проповедей, продаваемых на неряшливых уличных рынках прямо на носу у советских властей. И есть увлекательные описания народной суфийской формы ислама со святыми, святынями, колодцами желаний и традиционной молитвой в форме хоровода, зикром, который, по крайней мере, до современной войны, был тем, что чеченцы предпочитали. поклоняться.

Томас де Ваал и Карлотта Галл

Читать

А потом первая война?

Первые два. «Маленькая победоносная война» — это очень подробное практическое руководство по первой из двух постсоветских войн в Чечне. Авторы опросили всех, кто связан с войной, кроме, может быть, Бориса Ельцина.В их книге рассказывается о том, как и почему недавно обретшая независимость Россия в 1991 году сначала предоставила различным этническим меньшинствам то, что президент назвал «настолько большой независимостью, которую вы можете проглотить», а затем, пару лет спустя, снова обуздала их — и как Чечня отказалась сдаваться, что привело к войне. С момента обретения независимости Чечней управлял Джохар Дудаев, чей энтузиазм по поводу независимости был, вероятно, искренним, но чьи заявления о том, что его можно легко профинансировать, поскольку в Чечне было достаточно нефти, чтобы сделать ее такой же богатой, как Кувейт, не соответствовали реальности, когда Россия ввела экономическая блокада.Когда президент Ельцин был окружен все более неприятной группой сторонников жесткой линии во главе с его телохранителем Александром Коржаковым, российские генералы почувствовали, что они могут последовать примеру Америки в Гаити и повысить популярность своей администрации с помощью быстрой войны, чтобы свергнуть то, что они считали неприятный маленький режим на их южной границе. Они считали без учета двух столетий накопившейся ненависти чеченцев к своим русским захватчикам; а затем они все испортили и оказались погрязшими в затяжном, кровавом, хаотичном и непопулярном повторении 19 века.

Ваша следующая книга?

«Клятва Баева», вероятно, наименее известная из моих книг, но все же в некотором смысле лучшая. Это свидетельство очевидца обычного чеченского врача, который отправился домой, чтобы зашить раны, и служил в различных импровизированных больницах вокруг Грозного во время обеих современных войн — как ельцинской, так и войны, которая началась при следующем президенте Владимире Путине в 2000 году. Что необычного. Дело не только в том, как он доводит факты обеих войн до ужасающей жизни, но и в том, что Баев решил отбросить обычную сдержанность чеченцев в отношении семьи и личной жизни и пустил в свою жизнь много храбрых, тихо смелых людей, и их прошлое и воспоминания в книгу.Большинство книг о Чечне так или иначе занимают чью-то сторону. Но Баев непоколебимо объективен. Он описывает жгучую российскую несправедливость и жестокость. Но он также показывает, как война дает соседским чеченским хулиганам, таким как семья Бараевых, шанс превратиться в монстров (говорят, что Бараевы принимали участие во многих самых громких убийствах войны, включая обезглавливание четырех британских телекомов. инженеры в 1998 г.). Настаивая на том, чтобы обращаться как с чеченцами, так и с русскими, как того требует Клятва Гиппократа, Баев поссорился с обоими лагерями и имел много проблемных побегов от смерти.В конце концов, ему пришлось бежать в Америку, где он больше не может практиковать врачом. Больше всего на свете мне напомнил невозмутимый стоический тон этой книги, который напомнил мне о пребывании среди чеченцев во время первой войны.

А вот и Анна Политковская.

Нет слишком превосходной степени для Анны Политковской, которая после трех книг и бесчисленных поездок в Чечню с журналистскими расследованиями была убита в стиле казни возле своей московской квартиры в 2007 году.Политковскую, репортера по социальным вопросам, в 2000 году послал в Чечню редактор ее либеральной газеты для освещения второй, путинской войны, войны не потому, что она знала о войнах, а потому, что она была «просто гражданским лицом». Она оказалась лучшим московским интеллектуалом — бесстрашной правдой. Она возражала против чванливых, мачо и кровожадных промосковских лидеров сегодняшней Чечни при премьер-министре Рамзане Кадырове (она выступала против того, чтобы человек Путина в Чечне был назначен руководителем региона, опрашивая людей, которых он допрашивал, и публиковал сообщает, что он был садистом-мучителем, которому нравилось снимать кожу со спины своих жертв).Но и у Политковской не было романтических симпатий к борцам за свободу. В число ее целей также входили дерзкие, мачо, кровожадные антимосковские сепаратисты во главе с уже мертвым Шамилем Басаевым, чей экстремизм вверг Чечню во вторую войну против сил Путина в 1999 году и принес бедствия сотням тысяч простых чеченских мирных жителей. Она испытывала значительную симпатию к прежним умеренным сепаратистам при Аслане Масхадове, которые пытались найти компромисс с Москвой, а также больше свободы для своего народа.Но если Политковская и была на чьей-то стороне, так это на стороне простых граждан. Мирные жители Чечни, разрываемые между двумя соперничающими тиранами, которые не могли услышать свои собственные истории в мире — люди, которых разбудили солдаты, уводящие их дочь-подростка для изнасилования, или те, кто теряет ноги, наступая на мины, или чьи соседям перерезают горло или отрезают пальцы — о чьем затруднительном положении она трогательно рассказывала. И, конечно же, она была на стороне простых россиян — людей, которые все больше стеснялись узкой прессой и не знали более серьезных реалий мира.То, что побудило Политковскую и впредь противостоять опасности Чечни, спустя много времени после того, как Путин дал понять, что журналисты не приветствуются на его войне, было больше, чем сострадание. Это было убеждение, что русские должны знать, что делается от их имени на секретном юге, в тылу армии. «Я уверена, что это необходимо сделать по одной простой причине», — живо написала она в «Маленьком уголке ада: депеши из Чечни». «Как современники этой войны, мы будем нести за нее ответственность. Классическая советская отговорка — не быть там и лично ни в чем не участвовать — не сработает.Итак, я хочу, чтобы вы знали правду. Тогда ты будешь свободен от цинизма ».

Захватывающий дух ужас и цинизм, которые она обнаружила, дали ей такую ​​важную миссию, что она рассталась с мужем и проигнорировала просьбы сына прекратить ее новую работу. Ее открытия подробно описаны в этой необыкновенной книге, прекрасно написанной, но настолько полной трагедии, что волосы на затылке встают дыбом. Она обнаружила, что коррумпированные российские солдаты работают рука об руку с теневыми чеченскими преступниками и политическими экстремистами.Ее рассказы подтверждают широко распространенное мнение о том, что Чечня — это война для получения прибыли. Российская армия, которой грозит сокращение из-за отсутствия советского блока, который нужно защищать, нашла в Чечне предлог, чтобы увековечить себя и разбогатеть. Экономика ужасная: гражданское лицо, которого российские солдаты держат живым в яме, стоит выкупа своих родственников; цена трупа намного выше. «Каждый нашел свою нишу», — написала она. «Наемники на блок-постах круглосуточно получают взятки от десяти до 20 рублей.Генералы в Москве и Чечне используют свой военный бюджет в личных целях. Офицеры среднего звена собирают выкуп за временных заложников и трупы. Младшие офицеры становятся мародерцами во время чисток ». Отсюда официальная политика, основанная, в лучшем случае, на возмутительном искажении правды и картина, лишенная героев или победителей.

Открытия Политковской придали ее жизни странный новый облик. Она вела переговоры с чеченскими захватчиками, захватившими в октябре 2002 года московский театр на Дубровке (среди заключенных был друг ее сына).Силовики Чечни подвергли ее инсценировке казни. Отец Кадырова, бывший пророссийский президент Чечни, «публично угрожал убить меня. Он фактически сказал на заседании своего правительства, что Политковская — осужденная женщина ». В 2004 году во время осады чеченскими сепаратистами школы в Беслане на юге России чеченцы попросили ее присоединиться к переговорам. Она летела на юг, надеясь одновременно сообщить о кризисе и выступить в качестве посредника и помочь вывести сотни детей-заключенных из заминированного спортзала.Но ей подсыпали в самолете «Микки Финн» [напиток с наркотиками]. Следующее, что она узнала, она попала в больницу, и это было несколько дней спустя — слишком поздно для детей, которые к тому времени были убиты сотнями. Из этого опыта она вспомнила трех мужчин, которых она заметила в самолете, смотрящих на нее «глазами врагов». Она обвинила в отравлении российские спецслужбы.

Имя убийцы Политковской так и не было названо. И убийца другого российского разоблачителя, Саши Литвиненко, которому месяц спустя подсыпали дозу радиоактивного полония на Пикадилли, или множество других антивоенных активистов, которые столкнулись со странным, преждевременным концом во время президентства Владимира Путина в России.Некоторым утешением является то, что, хотя книги Политковской все еще печатаются, ее голос не был заглушен.

Five Books стремится обновлять свои рекомендации по книгам и интервью. Если вы участвуете в интервью и хотите обновить свой выбор книг (или даже то, что вы о них говорите), напишите нам по адресу [email protected]

Интервью Five Books стоит дорого.Если вам понравилось это интервью, поддержите нас, пожертвовав небольшую сумму.

Террор в Чечне | Издательство Принстонского университета

Террор в Чечне — это исчерпывающий отчет о военных преступлениях России в Чечне. Эмма Гиллиган представляет исчерпывающую историю второго чеченского конфликта 1999–2005 годов, раскрывая одну из самых ужасных катастроф в области прав человека в современную эпоху — катастрофу, которую международное сообщество еще не осознало.Опираясь на показания очевидцев и интервью с беженцами и ключевыми политическими и гуманитарными деятелями, Гиллиган впервые рассказывает полную историю систематического применения российскими военными пыток, исчезновений, казней и других карательных методов против чеченского населения.

В книге Terror in Chechnya , Гиллиган оспаривает заявления России о том, что жертвы среди гражданского населения в Чечне были неизбежным следствием гражданской войны. Она утверждает, что расизм и национализм были существенными факторами во второй войне России против чеченцев и вызванном ею кризисе беженцев.Она не игнорирует военные преступления, совершенные чеченскими сепаратистами и промосковскими силами. Гиллиган прослеживает радикализацию чеченских боевиков и проливает свет на кризисы с заложниками на Дубровке и Беслане, демонстрируя, как они подорвали сепаратистское движение и, в свою очередь, способствовали расовой ненависти к чеченцам в Москве.

Зловещее свидетельство современных преступлений против человечности, Террор в Чечне также рассматривает международный ответ на конфликт, уделяя особое внимание гуманитарным усилиям Европы и правам человека в Чечне.

Награды и признание
  • Лауреат Лемкинской премии 2011 г., Институт изучения геноцида

Эмма Гиллиган — доцент кафедры истории России и прав человека в Университете Коннектикута. Она является автором книги Защита прав человека в России: Сергей Ковалев, диссидент и уполномоченный по правам человека, 1969-2003 гг. .

»Книга Эммы Гиллиган описывает жестокую реакцию Москвы на требование республики о свободе, натиск, который разрушил чеченское общество, спровоцировал вооруженное сопротивление на Кавказе и породил новое поколение воинствующих экстремистов.Она сосредотачивается на второй чеченской войне, начатой ​​Борисом Ельциным осенью 1999 года и продолженной Владимиром Путиным, когда он ушел с поста премьер-министра в Кремль в 2000 году. . . Ее тщательное исследование оживлено свидетельствами чеченских жертв российских войск и их местных приспешников ». Irish Times

«Гиллиган представляет исчерпывающую историю российской политики в отношении Чечни в период с 1999 года по настоящее время. Используя интервью от первого лица и документы российских, американских и международных неправительственных организаций, она рассказывает о событиях Первой и Второй чеченских войн. рост чеченского терроризма и события в Беслане в более широком контексте прав человека, что позволяет сравнивать их с другими ситуациями ХХ века, в том числе в Боснии.. . . Она создала историю, на удивление свободную от технического жаргона и специальной лексики, которая должна послужить хорошим введением в предмет и регион для студентов и ученых, изучающих историю, политологию и международное право ». Выбор

« Террор в Чечне — это, пожалуй, самая важная книга о чеченской войне, доступная сегодня на английском языке». —Анна Бродская, Российское обозрение

«Книга [Гиллиган] — важный вклад в литературу.Ее многослойный подход, ее способность подчеркивать конкурирующие точки зрения и ее понимание того, как в будущем могут проводиться расследования нарушений прав человека, делают ее работу ценным вкладом в изучение прав человека ». — Мария Ракель Фрейре, Perspectives on Politics

«[Чеченский конфликт как предмет исследования должен чаще рассматриваться с различных точек зрения. Книга Гиллигана — солидная новаторская работа в этом направлении.» — Кирил Кашян, Central European Journal of International and Security Studies

»Книга Эммы Гиллиган — бесценный справочник по трагическим последствиям для Чечни — и России — двойной динамики, которая доминировала в постсоветской российской политике: использование насилия для сохранения территориальных размеров государства и устойчивость авторитарных властей. политика.» — Саймон Косгроув, Исследования Европы и Азии

«Эта книга представляет собой большой шаг вперед в изучении военных преступлений и нарушений прав человека во время второй русско-чеченской войны.По мнению Гиллигана, главной целью российского руководства было подчинение и наказание чеченского населения. Ее книга беспрецедентна по размеру. Впредь те, кто интересуется этой темой, будут в первую очередь обращаться к этому сборнику как к сокровищнице информации ». — Джон Б. Данлоп, автор книги Россия противостоит Чечне

«Это важное исследование катастрофы в области прав человека, постигшей народ Чечни в результате возобновления войны между российскими вооруженными силами и сепаратистской республикой в ​​1999 году. Террор в Чечне, — ценный вклад в наше понимание давно забытой трагедии прав человека », — Мэтью Евангелиста, автор книги The Chechen Wars

Книг для понимания: Чечня


История Чечни

Горький выбор: верность и предательство в российском завоевании Северного Кавказа
Михаил Ходарковский
ISBN-13: 9780801449727 (ткань)
ISBN-13: 9780801479526 (бумага)
Cornell University Press, 2011 901

Волки ислама: Россия и лица чеченского террора
Пол Мерфи
ISBN-13: 9781574888307 (ткань)
Электронная книга ISBN: 9781612345482
University of Nebraska Press / Potomac Books, 2004
G

В поисках Бога и свободы: суфийские ответы на наступление России на Северном Кавказе
Анна Зелькина
ISBN-13: 9780814796955 (ткань)
New York University Press, 2000
S

Вернуться к началу

Чеченские войны

Восстановление идентичности: политика идентичности в России и Украине
Доминик Арель, Блэр А.Рубль, редакторы
ISBN-13: 9780801885624 (ткань)
Johns Hopkins University Press и Woodrow Wilson Center Press, 2006
S

Россия противостоит Чечне: корни сепаратистского конфликта
Джон Б. Данлоп
ISBN-13: 9780521631846 (ткань)
ISBN-13: 9780521636193 (бумага)
ISBN eBook: 9780511825231 03 Cambridge University Press, 1998

Чеченские войны: пойдет ли Россия по пути Советского Союза?
Мэтью Евангелиста
ISBN-10: 0815724985 (ткань)
ISBN-13: 9780815724988 (ткань)
ISBN-13: 9780815724995 (бумага)
Brookings Institution Press, 2002
S

Чечня: Бедствие на Кавказе
Карлотта Галл, Томас де Ваал
ISBN-13: 9780814729632 (ткань)
ISBN-13: 9780814731321 (бумага)
New York University Press, 1998
G

Террор в Чечне: Россия и трагедия мирных жителей в войне
Эмма Гиллиган
ISBN-13: 9780691130798 (ткань)
Princeton University Press, 2009
S

Россия и глобализация: идентичность, безопасность и общество в эпоху перемен
Дуглас У.Хилл, редактор
ISBN-13: 9780801888427 (ткань)
Woodrow Wilson Center Press, 2008
S

Чечня: от национализма к джихаду
Джеймс Хьюз
ISBN-13: 9780812220308 (бумага)
Электронная книга ISBN: 9780812202311
University of Pennsylvania Press, 2008

Хрупкая империя: как Россия влюбилась и разлюбила Владимира Путина
Бен Джуда
ISBN-13: 9780300181210 (ткань)
Yale University Press, 2013
G

Война в Чечне
Стасис Кнезис, Романас Седлицкас
ISBN-13: 9780890968567 (ткань)
Texas A&M University Press, 1999
G

Международное распространение этнических конфликтов: страх, распространение и эскалация
Дэвид А.Lake, Donald Rothchild
ISBN-10: 0691016909 (бумага)
ISBN-13: 9780691016900 (бумага)
Princeton University Press, 1998

Беспокойный рубеж России: фактор Чечни в постсоветской России
Алексей Малашенко, Дмитрий Тренин
ISBN-13: 9780870032035 (бумага)
Brookings Institution Press, 2004

Глобализация мученичества: Аль-Каида, салафитский джихад и распространение террористических атак
Ассаф Могхадам
ISBN-13: 9780801890550 (ткань)
ISBN-13: 9781421400587 (бумага)
Johns Hopkins20 University Press, 2008 г.

Современное насилие: постмодернистская война в Косово и Чечне
Cerwyn Moore
ISBN-13: 9780719075995 (ткань)
Manchester University Press, 2010

Россия чеченские войны 1994-2000: Уроки городских боев
Ольга Оликер
ISBN-10: 0833029983 (бумага)
RAND Corporation, 2001
G / S

Патриотизм отчаяния: нация, война и потери в России
Сергей Алекс.Ушакин
ISBN-13: 9780801475573 (бумага)
Cornell University Press, 2009
S

Разрезая предохранитель: взрыв глобального самоубийственного терроризма и как его остановить
Роберт А. Пейп, Джеймс К. Фельдман
ISBN-13: 9780226645605 (ткань)
ISBN-13: 9780226645650 (бумага)
ISBN eBook: 9780226645643
Издательство Чикагского университета, 2010 г.

Маленький уголок ада: депеши из Чечни
Анна Политковская
ISBN-13: 9780226674322 (ткань)
ISBN-13: 9780226674339 (бумага)
University of Chicago Press, 2007
G

Режимы и репертуары
Чарльз Тилли
ISBN-13: 9780226803500 (ткань)
University of Chicago Press, 2006
S

Чечня: жизнь в раздираемом войной обществе
Валерий Тишков, предисловие Михаила С.Горбачев
ISBN-13: 9780520238886 (бумага)
ISBN eBook: 9780520930209
University of California Press, 2004

География этнического насилия: идентичность, интересы и неделимость территории
Моника Даффи Тофт
ISBN-13: 9780691123837 (бумага)
Princeton University Press, 2005
S

Постсоветские войны: восстание, этнические конфликты и государственность на Кавказе
Кристоф Цурчер
ISBN-13: 9780814797099 (ткань)
ISBN-13: 9780814797242 (бумага)
New York University Press, 2007
S

Вернуться к началу

Кавказ

Мусульманский национал-коммунизм в Советском Союзе: революционная стратегия для колониального мира
Александр А.Беннигсен, С. Эндерс Вимбуш
ISBN-13: 9780226042367 (бумага)
University of Chicago Press, 1980
S

Изучение Кавказа в 21 веке: очерки культуры, истории и политики в динамическом контексте
Франуаза Компаньен, Лсл Марц и Лия Верстех, редакторы
ISBN-13: 9789089641830 (статья)
Amsterdam University Press, 2011

The Caucuses: An Introduction
Thomas de Waal
ISBN-13: 9780195399769 (ткань)
ISBN-13: 9780195399776 (бумага)
Oxford University Press, 2010

Тайный поклонник Бурдье на Кавказе: миросистемная биография
Георгий М.Derluguian
ISBN-13: 9780226142821 (ткань)
ISBN-13: 9780226142838 (бумага)
University of Chicago Press, 2005
S

От Персидского залива до Центральной Азии: участники новой большой игры
Анушираван Эхтешами, редактор
ISBN-13: 9780859894517 (бумага)
University of Chicago Press, распространено для University of Exeter Press, 1995
S

Пленник и дар: культурные истории суверенитета в России и на Кавказе
Брюс Грант
ISBN-13: 9780801443046 (ткань)
ISBN-13: 9780801475412 (бумага)
Cornell University Press, 2009
G

Кавказ: путешествие в страну между христианством и исламом
Николас Гриффин
ISBN-13: 9780226308593 (бумага)
University of Chicago Press, 2004
G

Нефть, ислам и конфликты: Центральная Азия с 1945 года
Роб Джонсон
ISBN-13: 9781861893390 (бумага)
Электронная книга ISBN: 9781861894564
University of Chicago Press, распространяется для Reaktion Books, 2007
G

Призрак свободы: история Кавказа
Чарльз Кинг
ISBN-13: 9780195177756 (ткань)
ISBN-13: 9780195392395 (бумага)
Oxford University Press, 2008

Русское евразийство
Марлн Ларуэль
ISBN-13: 9780801890734 (ткань)
Johns Hopkins University Press, 2008
S

Войны на Кавказе, 1990–1995 гг.
Эдгар Овалланс
ISBN-13: 9780814761922 (ткань)
New York University Press, 1997
S

Разломы конфликта в Центральной Азии и на Южном Кавказе: последствия для США.S. Army
Ольга Оликер
ISBN-10: 0833032607 (бумага)
ISBN-13: 9780833032607 (бумага)
RAND Corporation, 2003
G / S

Атлас этнополитической истории Кавказа
Артур Цуциев в переводе Норы Селигман Фаворов
ISBN-13: 9780300153088 (ткань)
Yale University Press, 2014

Вернуться в начало

На чеченском фронте нет покоя | Книги биографии

Аркадий Бабченко писал не о боевых действиях в Чечне, чтобы прославиться как автор, а также о политической атаке на правителей России.Писал, чтобы поправиться.

Сидя в шикарном лондонском клубном клубе, он кажется совершенно непринужденным и комфортным в разговоре, как и следовало ожидать от успешного журналиста печатных и тележурналистов. Он выскакивает за сигаретой, но нет тревожной цепочки, и он выпивает только одну маленькую кружку пива, пока мы разговариваем. Его ногти не грызены. Но его уравновешенная манера поведения — это явно то, за что ему пришлось бороться после того, как он оставил военную службу.

«Писать было единственное, что помогло», — говорит он о месяцах, прошедших после его демонстрации.«Если бы я не начал писать, я мог бы потерять себя, чтобы выпить. Это было единственное настоящее лекарство. Когда человек возвращается с войны, из тюрьмы, из любой экстремальной ситуации, он должен вытащить это изнутри самого себя. Весь ужасающий опыт — ему нужно выпустить его.

«В Москве люди не хотели знать. И я начал писать ».

То, что вылилось из него — ночью, на работе, в метро, ​​- это неизменно немачо-рекорд. Никаких утешительных героев или злодеев, никакой знакомой арки почти поражения и триумфа-против. -шансы.Вместо этого Бабченко представляет нам беспощадный рассказ о страхе, скуке, замешательстве, грязи, холода, болезнях, голоде, жажде и нескончаемом страхе — мире, который кажется далеким от тисненых золотом бестселлеров британских или американских бывших с квадратной челюстью. солдаты.

«Никогда не думал, что это будет опубликовано», — признается он. «Это все примечания, черновой набросок. Я не думал, как сделать это красивым для чтения. Я не думал о том, как я пишу. Я просто писал так, как я хотел писать».

Эти записи стали его мемуарами «Война одного солдата в Чечне» о чеченском конфликте, которые были опубликованы в Великобритании в начале этого месяца издательством «Портобелло Букс» (перевод Ник Аллен).Как книга, она не только согласуется с растущим беспокойством Запада по поводу жизни в России, но также заслужила критические сравнения Бабченко с «Уловкой-22» Джозефа Хеллера и ранними рассказами Толстого о кавказских войнах XIX века в России.

Происхождение Бабченко — московская «рабочая интеллигенция»: единственный ребенок, мать учительница, отец инженер. Они были бедны, но почти все были бедны, особенно люди, которые полагались на распадающееся государство для получения своих зарплат. Он был обычным подростком (если такой есть), которому нравились нормальные подростковые вещи.Но он также любил книги: его любимым предметом была война, а его любимой книгой была книга Эриха Пауля Ремарка «Все тихо на западном фронте».

В 1990-е годы каждому молодому человеку в России грозила двухлетняя военная служба (после сокращения до одного). Бабченко достигла призывного возраста, когда Россия-матушка под видом Бориса Ельцина отправляла своих сыновей на юг, чтобы попытаться предотвратить отделение Чечни. Ему не нужно было ехать: он учился в университете, что позволяет выиграть время; а если времени не хватает, обычно можно получить освобождение за взятку.

«Но я не хотел откладывать», — говорит он. «Не могу вспомнить, почему … юный romantika , может быть. А может, я прочитал слишком много Remark. Конечно, я бы с таким же удовольствием не служил. Но, в конце концов, унизительно выходить. этого. »

Русская армия — опасное место даже в мирное время, даже в милях от врага. «Война одного солдата», вероятно, наиболее тревожна — и наиболее сильна — когда Бабченко описывает молодых солдат, съежившихся от страха перед старшими.Пьяные, на вид невменяемые хулиганы вытаскивают их из постели, наполовину убивают, угрожают изнасиловать, а затем снова избивают за то, что они посмели иметь черные глаза.

Но почти столь же шокирует неспособность России обеспечить даже самое необходимое для своих солдат. Бабченко описывает солдат, которые паслись ягодами «как лоси» или пили воду, испорченную гниющей человеческой плотью. Он считает, что у солдата больше шансов выжить, когда ему уже нет дела до того, выживет он или умрет. «Если ты думаешь, что« через год после войны я стану писателем », то судьба тебя достанет — убьет.Судьба — очень тонкая, очень чувствительная система. Вам нужно быть максимально незаметным. Тогда, может быть, это не коснется вас ».

Самый неприятный вопрос — почему, ускользнув от судьбы во время первой войны, Бабченко вернулся — добровольно — для второй.

В 1996 году Москва подписала перемирие с повстанцами, которое было отложено. окончательное решение о статусе Чечни и оставление ее для продолжения превращения в квазинезависимое бандитское государство. Однако три года спустя новоназначенный премьер-министр Владимир Путин приказал вернуть войска, заявив, что ему необходимо остановить распространение исламского терроризма. за пределами Чечни.Бабченко считает, что его настоящей целью было закрепиться у власти.

«Началась вторая чеченская война. То, как она вернула меня назад, было невыносимо. Только мое тело вернулось с первой войны. Мой разум остался там. Мое тело ходило и смотрело на этот мир, не понимая его. мир не принял мое тело, он вернулся туда, где был мой разум », — объясняет он. «Не было вопроса, ехать или не ехать».

Он снова выжил. Но, похоже, его величайшей удачей во второй раз было найти способ вернуться домой полностью — душой и телом.По словам Бабченко, он, как и любой наркоман, должен найти способ избавиться от «адреналиновой зависимости».

«Нет ничего лучше плотности жизни в военное время. За час вы переживаете столько событий, столько жизненно важных событий. Есть только жизнь или смерть. Выживание — это единственное, что перед вами. любой смысл … жизнь теряет свой вкус, становится скучной. И нужно как-то снова вытащить себя обратно. Многие люди пьют, принимают наркотики … люди могут жить только на грани.«

У Бабченко было два важных пути назад: его семья и его работа журналиста.« Мне повезло, что я сдержался от жизни, — говорит он. — И теперь мне есть, ради чего жить ».

Но даже если он может быть оптимистом в отношении самого себя, он пессимистично относится к России. Здесь критики могут оценить его книгу, но он категорически не говорит о своих шансах на то, что она повлияет на людей в стране.

«В России книга уже вышла два года назад. Нет эффекта. Нет ответа. Общество в России сейчас крайне безразлично, абсолютно безразлично ко всему.«

Даже Анна Политковская, хорошо известная на Западе как журналистка, ведущая кампанию до ее ужасного убийства в прошлом году, очень мало значит для россиян.

» Она писала много лет, раскрывая преступления, которые в любой нормальной стране заставили бы правительство уйти в отставку — и посадить их в суд. Но они у нас все еще есть. Она писала и писала. А что изменилось? Ничего такого. Ничего не изменилось ».

Тем не менее, Бабченко как журналист и автор продолжит говорить:« Вот что я хотел сказать: «Я существую.Я был на этой войне. И это то, что я увидел ».

· Купите« Солдатскую войну »в книжном магазине Guardian за 16,99 фунтов стерлингов, включая почту и упаковку.

The Inside Story. От независимости до войны

1 Чечня: История изнутри. От независимости к войне представляет собой уникальное путешествие в (не) становление Чеченской Республики Ичкерия и ее (не) функционирующее стремление к независимости и выживанию. Благодаря жизненным историям и этнографическим повествованиям Маирбека Ватчагаева читатель открывает для себя уникальную перспективу российско-чеченских войн и их сложности.От военного успеха Первой чеченской войны до провала государственного строительства в межвоенный период читатели узнают о скрытом лице сложной борьбы за власть внутри чеченского общества и его государственного аппарата. Вместо того, чтобы подходить к этой теме через традиционный военный или политологический подход, Вачагаев дает человеческий, эмоциональный и личный взгляд на этот жестокий военный конфликт.

2 В качестве генерального представителя Чеченской Республики Ичкерия в Москве, а также пресс-секретаря и первого советника президента Чечни Аслана Масхадова Вачагаев принимал участие практически во всех крупных событиях эфемерного стремления Чечни к независимости.Основываясь на этом уникальном личном видении войны и ее участников, автор дает исторически точный и академически точный отчет об основных событиях Первой чеченской войны. Автор бросает вызов распространенным мифам об историографии чеченской войны, затрагивая многие противоречивые темы, такие как роль и значение салафитов в Чечне, нападение на Буденновск в 1996 году или даже вторжение в Дагестан в 1999 году. Кроме того, Вачагаев подробно описывает преобладающую роль суфийских орденов во всех аспектах социальной и политической жизни Чечни, включая мобилизацию во время войны, выборы 1997 года и путь ко Второй чеченской войне.Кроме того, книга представляет собой уникальный источник эмпирической информации, особенно когда Вачагаев дает подробный отчет о своих отношениях с Асланом Масхадовым и расширяет процесс принятия решений в чеченской администрации во время крупных политических событий, таких как Операция Джихад в 1996 году, Операция Джихад 1997 года. выборы и политическая напряженность в межвоенный период. В конце книги, кажется, не хватает одной темы в этом захватывающем путешествии в новейшую историю Чечни; Хотя в книге кратко упоминается Ахмад Кадыров, он остается в основном за пределами повествования Вачагаева.Читатель часто задумывается о роли Ахмада Кадырова в межвоенный период, о том, как ему удалось прийти к власти в хаосе конца 1990-х годов и каковы были его отношения с Асланом Масхадовым или самим Вачагаевым. Судя по самой книге, ответить на эти вопросы по-прежнему сложно.

3 Освежающий подход Ватчагаева к чеченской политике поможет читателям лучше понять его борьбу за сохранение традиционного чеченского образа жизни, его обычаев и традиций, а также внесет свой вклад в создание Чеченской Республики Ичкерия.Читатель может следовать его шаблонам решений, основанным на соблюдении чеченских социальных обычаев и этикета. Читатель узнает, как постсоветский и послевоенный период радикально изменил чеченское культурное наследие, разделив традиционалистов, таких как Вачагаев, на оппортунистических политических деятелей, стремящихся извлечь выгоду из самой войны и политики в целом. Для многих книга Ватчагаева станет первым знакомством с чеченскими обычаями и традициями, такими как важность семьи и клана, социальный долг, этика и честь в чеченской культуре, а также роль гордости горцев, гостеприимство и благотворительные обязанности во время война.

  • 1 Ильяс Ахмадов, Мириам Ланской, Чеченская борьба: завоевание и потеря независимости , Палгрейв Макмиллан (…)

4 В заключение, то, что отличает эту книгу от существующей литературы по этой теме и отличает ее от других, так это то, как читатель погружается в академическую и личную траекторию авторов во время катастрофы Первой чеченской войны. Наряду с книгой Ильяса Ахмадова, опубликованной в 2010 году1, эта книга станет классикой для всех, кто хочет лучше понять тонкости борьбы за независимость в Чечне, проблемы, связанные с государственным строительством в постконфликтном контексте, и социально-политическую напряженность. что привело ко Второй чеченской войне.В конце книги читатель жаждет еще большего от уникального таланта Вачагаева рассказывать истории и ищет дальнейшие подробности его ареста и его переживания в Бутырской тюрьме, а также его отъезда из России. Остается только ждать продолжения этой фантастической книги.

ВОЙНА В ЧЕЧНЕ | Kirkus Обзоры

НАУШНЫЕ БРАТЬЯ, ДОК ХОЛЛИДЕЙ И ВЕНДЕТТА ПОЕЗДКА ИЗ АДА

по Том Клавин ‧ ДАТА ВЫПУСКА: 21 апреля 2020 г.

Rootin’-tootin ’- история хищников, лопаток и откровенных убийц, населявших самый дикий город Дикого Запада в конце 19 века.

Рассказы Уятта Эрпа и компании о перестрелке в O.K. Corral, Geronimo и Apache Wars хорошо известны. Клавин, который написал книги о Додж-Сити и Диком Билле Хикоке, предлагает прочное повествование, которое полезно связывает важные события — создание союзников из белых врагов, например, в борьбе с угрозой апачей, шорохом из Мексики и других этнически заряженных обстоятельствах. Автор, в современной моде, слегка ревизионист, отмечая, что эрпы и клэнтоны не были такими кровожадными, как их представляет популярная культура.Например, Вятт и Бэт Мастерсон «восприняли« мирный »офицер мира буквально и знали, что способ укротить пресловутый город — это не перебить плохих парней, а запугать их, иногда с помощью дула пистолета в череп. . » В самом деле, в то время как некоторые из клантонов и некоторые из эрпов умерли насильственно, большинство — Вятт, Бэт, Док Холлидей — умерли от рака и других болезней, если только некоторые из них были в преклонном возрасте. Клавин усложняет историю, напоминая читателям, что Earps на самом деле не были законом в Tombstone и иногда попадали на другую сторону линии, и что обычные жители Tombstone и других знаменитых западных мест ценили порядок и мир и не были особенно заинтересованы на стрелков и их шалостей.Тем не менее, обновляя старое представление о том, что миф об Эрпе — это американская Илиада , автор делает все возможное, когда описывает эти чреватые спазмами насилия. «Для законопослушных граждан никогда не бывает хорошим знаком, — пишет он в один из высших моментов, — видеть, как Джонни Ринго врывается в город, и он сам, и его лошадь в пене». В самом деле, нет, даже если Ринго покончил с собой, а законопослушный Надгробный камень растворился в безвестности, когда закончилось серебро.

Поклонникам Старого Запада понравятся тщательные исследования Клавина и его яркий текст.

Дата публикации: 21 апреля 2020 г.

ISBN: 978-1-250-21458-4

Количество страниц: 400

Издательство: СПб.Мартина

Обзор Опубликовано онлайн: 20 января 2020 г.

Обзоры Киркуса Выпуск: 15 февраля 2020 г.

Поделитесь своим мнением об этой книге

Вам понравилась эта книга?

% PDF-1.3 1 0 объект > эндобдж 2 0 obj > эндобдж 3 0 obj > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 4 0 obj > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 5 0 obj > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 6 0 obj > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 7 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 8 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 9 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 10 0 obj > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 11 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 12 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 13 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 14 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 15 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 16 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 17 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 18 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 19 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 20 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 21 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 22 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 23 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 24 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 25 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 26 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 27 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 28 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 29 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 30 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 31 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 32 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 33 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 34 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 35 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 36 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 37 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 38 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 39 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 40 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 41 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 42 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 43 0 объект > / Повернуть 0 / MediaBox [0 0 612 792] >> эндобдж 44 0 объект > эндобдж 45 0 объект > ручей xX [o5% pR-m7% / tx | {EZQ) H-_bgw = NIAAG: eԙ7 / C͸ ܽ {y! 0.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.