Захлебнись в своих фальшивых фразах картинка: захлебнись в своих фальшивых фразах , Мем офигенно

Содержание

Интернет, а сколько боли.. — Радостная новость.

Спустя несколько дней, общаясь с ним, случилась переписка, которую я запомнила на долго.
————————————————————-
-ну как с Яной?
-поругался.
-да ты что? Как? Из за чего?
-да пошла она.
запарила.
-блин, да что вы так? Померитесь.)
-нет, все, конец отношениям.
-жаль, да ладно померитесь еще)
-нет.
нет.
нет.
и нет.
————————————————————
Ну вы сами видели, как я себя веду. Не знаю, как он еще не догодался.
Короче, я на седьмом небе от счастья.
Обычно, о своих симпатиях, я рассказываю своим подругам. У меня их 3. Но в этот раз, не знаю почему, я не сразу им рассказала.
После этого, у меня как башню снесло, я ходила и сверкала. Пхаха. Не, ну только я так могу. Он всего лишь расстался с девушкой, а я уже планов на будущее настроила. Думаю, девушки, мы такие.

Вспоминая это все, наварачиваются слезы, сквозь улыбку.
Жаль, что я не могу вам рассказать прямо сейчас, что случилось. Всему свое время.
Из за этих дурацких мыслей, я даже не могу вспомнить, что же было дальше. Столько всего, связанно с ним, столько воспоминаний.
Ладно, продолжим.
У него была такая привычка, скидывать мне свои фото, в течение разговора. Даже если я не прошу.
Кстати, я не говорила. В это время, он работал,на море, и все свободное время мы переписывались, ну я так думаю.
Все это было в конце июля, и должен был он приехать в конце августа. Но я узнала, что он приехал.
Кстати, забыла сказать, в то время, как он там работал, у него сломался телефон, и мы не общались около недели, может и больше. Я часто спрашивала у Лехи, все ли с ним хорошо, когда он приедит, и всякое такое.
И вот он приехал, оказалось, приехал что б купить телефон. И еще одна радостная новость для меня, мы снова будем общаться.
В какой то день, мы общались, и он скинул свое фото, я не думая, отправила и свое. Его ответ был:
вот ты красивая)
О, бооожее, неужели, до него дошло, Аллиллуя. А я то не простая, я конечно давай выпендриваться, сделав ангельские глазки, давай чесать свои недостатки. Пхаха, девушки, на заметку:
«Назову себя страшной, что б он сделал комплимент.»
Я делала тоже самое.
Таким образом, услышала его мнение о себе. Вроде все идет мирным путем. И это радует.

Интернет, а сколько боли.. — Последнее..

Иногда мне в голову приходили, обезбашенные идеи. Я очень часто врала и Лех, и остальным, что резала вены, глатала таблетки, и прочее. На такое, я бы никогда не осмелилась. Наверное, когда нибудь, надо будет, рассказать ему правду, что этого не было.
В общем, на этот раз, мне пришла идея, и потерью памяти. Я прочитала в гугле, что есть вколоть дозу «кололы», то теряешь память. Я правда не знаю, что это такое, ну и они не знают. Поэтому я соврала.

Той ночью, я опять жаловалась Лехе, что он меня не любит, я ему не нужна, хочу его забыть. И плавно, начала переходить к теме.

-вколю себе «кололу» и буду жить спокойно.

-что вколешь?

-эмм..да так.

-слыш ты, я те ***********

-да нормально все.

-обещай, что ниче себе вкалывать не будешь.

-ладно.

Ну он поверил. Как обычно. Затем я переименовала Бислана в «бесит дебил». Ну и сказала прощальную речь ему. Он ниче не понял. Подумал, что я бухая походу.

Проснувшись, утром, сообщение от Лехи.

-доброе утро.

-привет.

-ты знаешь кто я?

-нууу, написанно Леха.

-поятно все.

Наивный братик у меня. Затем спросила у Бислана, не знает ли он, почему у меня написанно на него «бесит дебил». Он явно думает, что я больная. Ну вскоре, я рассказала Бесе, что помню моменты, что вколола себе антипамять. Он сказал, что я дура.
Долгое время, он мне не верил. Но потом, я заметила, что он поверил. Но было одно НО.
У меня есть подруга Регина.
*Регина-черненые длинные волосы, симпотичная, маленькая ростом.

И она же подруга Бесы и Лехи.
Каждый вечер они вместе сидят на улице, у себя.
И в тот день, когда я соврала, что потеряла память, я была на танцах, и виделась с Региной.

Мне приходила мысль в голову, сказать ей, что если они спросят, она подыграла. Но я забыыыла.

В этот вечер, они спросили про меня. И Регина сказала, что я была на танцах, нормальная и здоровая.
Из за чего, я потом выслушивала лекцию от Лехи.
И я поняла, что Беса тоже знает всю правду.

*в этот момент, общение с Бесой:
-Беса?

-че?

— злишься, да?

-да.

-ну я думала, что ты по другому отреагируешь.

-понимаешь, я думал ты нормальная, воспитанная девочка. Я думал, я приеду, мы встретимся, погуляем. И все у нас будет хорошо, но ты творишь с собой такое, режишь вены, колишь всякую херню.

И тут слезы. Я такая дура. Но ведь, я делала все это ради него. Пытаясь сдерживаться. Я решила ответить.

-но я ведь ради тебя.

-это уже не важно. Пока.

-пока.

Даа счастливый конец, ничего не скажешь. Я же говорю, идиотские планы, в голову лезут.

*flashback(ранее)
-ты ведь работаешь в Авроре?

-даа)

-я знаю, что там, по дороге на пляж, есть березовая роща, и на этих березах, выцарапывают имена. Я тоже когда-то писала там свое имя.

Пришло фото, с видом березы, и там начирканно мое имя, а с низу его. Вот так.
*Севиль
Бислан*

————————————————————-
Эта переписка, частенько, всплывает в моей голове. И жаль, я удалила это фото.

Иногда, я думаю, что поеду в то место, и в надежде, найду это дерево, и такие воспоминания нахлынут, волной. И до дрожи.

Если подумать, по сути, ничего и не было, у нас, с ним. Но были так близки. Как никогда раньше. И больше этого не повториться. Никогда.

Цени то, что у тебя есть сейчас, ведь ты не знаешь, когда будет последний раз.
————————————————————-

Я благодарна всем, кто читал мою историю, кто переживал вместе со мной.
Ваша divine_01.

ЧоКнУтЫй — В общем. Спустя достаточно долгого времени я…

есть очень много вещей, которые мы так и не решаемся кому-то сказать. иногда действительно трудно уложить свои чувства в несколько строк, но если сжать это до примитивных истин, то вполне решаемо.

“мне правда жаль, что у нас все так складывается. думаю, тебя далеко не все во мне устраивает, как и в наших отношениях. мне не хочется так думать, но это очевидно. я знаю, что со мной много проблем, что я много молчу и не даю тебе столько, сколько ты заслуживаешь. ты намного умнее меня, это факт. и наверняка со мной тебе бывает очень скучно. чтобы быть со мной, нужно очень много терпения и понимания, а ты не любишь тратить время. я чувствую вину каждый раз, как ты разочаровываешься во мне. а я уверена, что ты разочаровываешься. каждый раз, когда я чего-то не понимаю, не справляюсь с работой или не даю подобраться к себе ближе. я знаю, что мы оба пережили много неприятного в жизни, на ком-то это отразилось больше, на ком-то меньше. и мои детские травмы мне очень мешают. в том числе, когда я хочу сказать тебе намного больше, чем могу себе позволить. я не легкий выбор. я знаю. а еще я знаю, что ты потрясающий человек. ты очень добрый и внимательный, хоть и не хочешь никому этого показывать. и ты даешь мне все время мира, чтобы я чувствовала себя комфортно. ты смотришь на меня, не отводя взгляд. и как будто боишься сделать что-то не так, хотя никогда не ошибаешься. и я никогда не различала запахи достаточно хорошо, но как только ты появляешься в комнате, я чувствую это. и мне это нравится. мне нравится то, что у меня есть возможность относиться к тебе. и мне правда жаль, что я не умею показывать этого. я неуверенная и глупая. надеюсь, что тебе не скоро надоест моя компания. это много, но я надеюсь”.


и, естественно, это останется здесь. как и все остальные маленькие неотправленные сообщения. просто потому, что даже их не будет достаточно. никогда.

“мне правда жаль, что мы стали меньше общаться. я скучаю по тебе каждый день с тех пор, как ты улетела. мне безумно одиноко в той части моей души, которая принадлежит тебе. иногда я переслушиваю твои голосовые и пересматриваю видео, чтобы просто услышать твой смех. твой голос. я правда скучаю. в определенный момент моей жизни у меня была только ты. и только благодаря тебе я сейчас там, где я есть. я та, кто я есть. ты всегда любила меня просто за то, что я это я. и не важен был ни мой размер, ни мой характер. мои стрижки становились короче, мои глаза наполнялись слезами, а твои объятия лишь крепчали. и вот сейчас между нами вся страна и 7 часов разницы. я знаю, как много боли могла причинить тебе, и как много причинила. я знаю, что ты всегда была достойна лучшего друга, чем я. это очевидно. но ты была и останешься лучшим, что только могло со мной случиться. моя боль всегда была и твоей болью. мои стихи всегда были в твоем сердце. как и мое сердце всегда будет в какой-то степени принадлежать тебе. я любила тебя. и я говорю это со всей ответственностью. нам никогда не нужны были слова, чтобы понимать друг друга. так, не хочешь помолчать со мной еще немного?”

возможно, я плохой человек, но я никогда никому всерьез не говорила о любви. никому. по крайней мере в том смысле, в котором я понимаю любовь. люди слышали это от меня и понимали по-своему, как все понимают. но они никогда не были так же близко к пониманию этого, как я.

“ты должна начать относиться к себе, как к чуду. ты достойна большего, чем люди, вроде меня. тем более любить их. ты всегда делаешь достаточно много и хорошо. ты достаточно хороша. ты со всем справлялась до этого и сможешь снова. и я никогда не говорила тебе этого, но я безумно горжусь, что такой человек, как ты, выбрал меня себе в товарищи. я готова делить с тобой еду, деньги, одежду и жизнь. мои мысли — твои. мои чувства — твои. и ты слишком умна и милосердна, чтобы использовать мое доверие. поэтому я тебе и доверяю. и меня правда беспокоит то, в каком ты бываешь состоянии сейчас. мне хочется остановить весь этот мир и дать тебе отдышаться. потому что, когда это требуется, ты останавливаешь его для меня. мне хочется отплатить тебе тем же. ты слишком хорошо относишься ко мне. и иногда меня сбивает с толку твоя забота, но я всегда благодарна за нее. мне жаль, если иногда я бываю груба с тобой или тебе кажется, что меня будто бы постоянно не хватает на тебя. так не должно быть. ты заслуживаешь того, чтобы тебя ставили на первое место и делали все, чтобы получить 100% тебя каждый день. и мне хочется видеть тебя счастливой. потому что, дорогая, ты пережила слишком много дерьма, чтобы сейчас позволить жизни скрыть от тебя солнце. мы не допустим этого, правда? звезды должны держаться вместе”.

я правда не понимаю, чем заслужила такое количество прекрасных людей в своей жизни. может, за это придется платить? тогда в цене сойдемся. 

“тебя не было рядом никогда. и ты считал это нормальным. так почему я должна впускать тебя в свою жизнь сейчас? в ней и без тебя хватает разрушений. многим из них причина твое отсутствие, но и твоим приходом ничего не починишь. у меня не было возможности почувствовать себя нужной. и теперь я всю жизнь ничья. нравится? мне нечего добавить”.

но не всегда ведь все было хоть относительно так хорошо, как сейчас. да, сейчас все далеко от нормы и понятия хорошести, но все же. все из детства, а у меня его не было в том понимании, в котором оно должно быть. и я не оставлю письма маме здесь, просто потому что это не имеет смысла. такой семьи, в которой я нуждалась, у меня не было. а значит и здесь ей места нет.

слишком много сожалений на одну не прожитую жизнь. 

Советский писатель, 1965 (Библиотека поэта. Большая серия)

%PDF-1.5 % 1 0 obj > endobj 8 0 obj /Producer (https://imwerden.de/) /Title /Author >> endobj 2 0 obj > endobj 3 0 obj > stream

  • Стихотворения и поэмы. — М.—Л. : Советский писатель, 1965 (Библиотека поэта. Большая серия)
  • https://imwerden.de/
  • text
  • ru-RU
  • Пастернак, Борис Леонидович
  • endstream endobj 4 0 obj > endobj 5 0 obj > endobj 6 0 obj > endobj 7 0 obj > endobj 9 0 obj 1255 endobj 10 0 obj >> endobj 11 0 obj >> endobj 12 0 obj > endobj 13 0 obj > endobj 14 0 obj > endobj 15 0 obj > endobj 16 0 obj > endobj 17 0 obj > endobj 18 0 obj > endobj 19 0 obj > endobj 20 0 obj > endobj 21 0 obj > endobj 22 0 obj > endobj 23 0 obj > endobj 24 0 obj > endobj 25 0 obj > endobj 26 0 obj > endobj 27 0 obj > endobj 28 0 obj > endobj 29 0 obj > /Type /Page >> endobj 30 0 obj > endobj 31 0 obj > /Font > /XObject > >> /StructParents 2 /Type /Page >> endobj 32 0 obj > /Font > /XObject > >> /StructParents 3 /Type /Page >> endobj 33 0 obj > endobj 34 0 obj > endobj 35 0 obj > /Type /Page >> endobj 36 0 obj > endobj 37 0 obj > endobj 38 0 obj > endobj 39 0 obj > endobj 40 0 obj > endobj 41 0 obj > endobj 42 0 obj > endobj 43 0 obj > endobj 44 0 obj > endobj 45 0 obj > endobj 46 0 obj > endobj 47 0 obj > endobj 48 0 obj > endobj 49 0 obj > endobj 50 0 obj > endobj 51 0 obj > endobj 52 0 obj > endobj 53 0 obj > endobj 54 0 obj > endobj 55 0 obj > endobj 56 0 obj > endobj 57 0 obj > endobj 58 0 obj > endobj 59 0 obj > endobj 60 0 obj > endobj 61 0 obj > endobj 62 0 obj > endobj 63 0 obj > endobj 64 0 obj > endobj 65 0 obj > endobj 66 0 obj > endobj 67 0 obj > endobj 68 0 obj > endobj 69 0 obj > endobj 70 0 obj > endobj 71 0 obj > endobj 72 0 obj > endobj 73 0 obj > endobj 74 0 obj > endobj 75 0 obj > endobj 76 0 obj > endobj 77 0 obj > endobj 78 0 obj > endobj 79 0 obj > endobj 80 0 obj > endobj 81 0 obj > endobj 82 0 obj > endobj 83 0 obj > endobj 84 0 obj > endobj 85 0 obj > endobj 86 0 obj > endobj 87 0 obj > endobj 88 0 obj > endobj 89 0 obj > endobj 90 0 obj > endobj 91 0 obj > endobj 92 0 obj > endobj 93 0 obj > endobj 94 0 obj > endobj 95 0 obj > endobj 96 0 obj > endobj 97 0 obj > endobj 98 0 obj > endobj 99 0 obj > /Font > /XObject > >> /StructParents 69 /Type /Page >> endobj 100 0 obj > endobj 101 0 obj > endobj 102 0 obj > endobj 103 0 obj > endobj 104 0 obj > endobj 105 0 obj > endobj 106 0 obj > endobj 107 0 obj > endobj 108 0 obj > endobj 109 0 obj > endobj 110 0 obj > endobj 111 0 obj > endobj 112 0 obj > endobj 113 0 obj > endobj 114 0 obj > endobj 115 0 obj > endobj 116 0 obj > endobj 117 0 obj > endobj 118 0 obj > endobj 119 0 obj > endobj 120 0 obj > endobj 121 0 obj > endobj 122 0 obj > endobj 123 0 obj > endobj 124 0 obj > endobj 125 0 obj > endobj 126 0 obj > endobj 127 0 obj > endobj 128 0 obj > endobj 129 0 obj > endobj 130 0 obj > endobj 131 0 obj > endobj 132 0 obj > endobj 133 0 obj > endobj 134 0 obj > endobj 135 0 obj > endobj 136 0 obj > endobj 137 0 obj > endobj 138 0 obj > endobj 139 0 obj > endobj 140 0 obj > endobj 141 0 obj > endobj 142 0 obj > endobj 143 0 obj > endobj 144 0 obj > endobj 145 0 obj > endobj 146 0 obj > endobj 147 0 obj > endobj 148 0 obj > endobj 149 0 obj > endobj 150 0 obj > endobj 151 0 obj > endobj 152 0 obj > endobj 153 0 obj > endobj 154 0 obj > endobj 155 0 obj > endobj 156 0 obj > endobj 157 0 obj > endobj 158 0 obj > endobj 159 0 obj > endobj 160 0 obj > endobj 161 0 obj > endobj 162 0 obj > endobj 163 0 obj > endobj 164 0 obj > endobj 165 0 obj > endobj 166 0 obj > endobj 167 0 obj > endobj 168 0 obj > endobj 169 0 obj > endobj 170 0 obj > endobj 171 0 obj > endobj 172 0 obj > endobj 173 0 obj > endobj 174 0 obj > endobj 175 0 obj > endobj 176 0 obj > endobj 177 0 obj > endobj 178 0 obj > endobj 179 0 obj > /Type /Page >> endobj 180 0 obj > endobj 181 0 obj > endobj 182 0 obj > endobj 183 0 obj > endobj 184 0 obj > endobj 185 0 obj > endobj 186 0 obj > endobj 187 0 obj > endobj 188 0 obj > endobj 189 0 obj > endobj 190 0 obj > endobj 191 0 obj > endobj 192 0 obj > endobj 193 0 obj > endobj 194 0 obj > endobj 195 0 obj > endobj 196 0 obj > endobj 197 0 obj > endobj 198 0 obj > endobj 199 0 obj > endobj 200 0 obj > endobj 201 0 obj > endobj 202 0 obj > endobj 203 0 obj > endobj 204 0 obj > endobj 205 0 obj > endobj 206 0 obj > endobj 207 0 obj > endobj 208 0 obj > endobj 209 0 obj > endobj 210 0 obj > endobj 211 0 obj > endobj 212 0 obj > endobj 213 0 obj > endobj 214 0 obj > endobj 215 0 obj > endobj 216 0 obj > endobj 217 0 obj > endobj 218 0 obj > endobj 219 0 obj > endobj 220 0 obj > endobj 221 0 obj > endobj 222 0 obj > endobj 223 0 obj > endobj 224 0 obj > endobj 225 0 obj > endobj 226 0 obj > endobj 227 0 obj > endobj 228 0 obj > endobj 229 0 obj > endobj 230 0 obj > endobj 231 0 obj > endobj 232 0 obj > endobj 233 0 obj > endobj 234 0 obj > endobj 235 0 obj > endobj 236 0 obj > endobj 237 0 obj > endobj 238 0 obj > endobj 239 0 obj > endobj 240 0 obj > endobj 241 0 obj > endobj 242 0 obj > endobj 243 0 obj > endobj 244 0 obj > endobj 245 0 obj > endobj 246 0 obj > endobj 247 0 obj > endobj 248 0 obj > endobj 249 0 obj > endobj 250 0 obj > endobj 251 0 obj > endobj 252 0 obj > endobj 253 0 obj > endobj 254 0 obj > endobj 255 0 obj > endobj 256 0 obj > endobj 257 0 obj > endobj 258 0 obj > endobj 259 0 obj > endobj 260 0 obj > endobj 261 0 obj > endobj 262 0 obj > endobj 263 0 obj > endobj 264 0 obj > endobj 265 0 obj > endobj 266 0 obj > endobj 267 0 obj > endobj 268 0 obj > endobj 269 0 obj > endobj 270 0 obj > endobj 271 0 obj > endobj 272 0 obj > endobj 273 0 obj > endobj 274 0 obj > endobj 275 0 obj > endobj 276 0 obj > endobj 277 0 obj > endobj 278 0 obj > endobj 279 0 obj > endobj 280 0 obj > endobj 281 0 obj > endobj 282 0 obj > endobj 283 0 obj > endobj 284 0 obj > endobj 285 0 obj > endobj 286 0 obj > endobj 287 0 obj > endobj 288 0 obj > endobj 289 0 obj > endobj 290 0 obj > endobj 291 0 obj > endobj 292 0 obj > endobj 293 0 obj > endobj 294 0 obj > endobj 295 0 obj > endobj 296 0 obj > endobj 297 0 obj > endobj 298 0 obj > endobj 299 0 obj > endobj 300 0 obj > endobj 301 0 obj > endobj 302 0 obj > endobj 303 0 obj > endobj 304 0 obj > endobj 305 0 obj > endobj 306 0 obj > endobj 307 0 obj > endobj 308 0 obj > endobj 309 0 obj > endobj 310 0 obj > endobj 311 0 obj > endobj 312 0 obj > endobj 313 0 obj > endobj 314 0 obj > endobj 315 0 obj > endobj 316 0 obj > endobj 317 0 obj > endobj 318 0 obj > endobj 319 0 obj > endobj 320 0 obj > endobj 321 0 obj > endobj 322 0 obj > endobj 323 0 obj > endobj 324 0 obj > endobj 325 0 obj > endobj 326 0 obj > endobj 327 0 obj > endobj 328 0 obj > endobj 329 0 obj > endobj 330 0 obj > endobj 331 0 obj > endobj 332 0 obj > endobj 333 0 obj > endobj 334 0 obj > endobj 335 0 obj > endobj 336 0 obj > endobj 337 0 obj > endobj 338 0 obj > endobj 339 0 obj > endobj 340 0 obj > endobj 341 0 obj > endobj 342 0 obj > endobj 343 0 obj > endobj 344 0 obj > endobj 345 0 obj > endobj 346 0 obj > endobj 347 0 obj > endobj 348 0 obj > endobj 349 0 obj > endobj 350 0 obj > endobj 351 0 obj > endobj 352 0 obj > endobj 353 0 obj > endobj 354 0 obj > endobj 355 0 obj > endobj 356 0 obj > endobj 357 0 obj > endobj 358 0 obj > endobj 359 0 obj > endobj 360 0 obj > endobj 361 0 obj > endobj 362 0 obj > endobj 363 0 obj > endobj 364 0 obj > endobj 365 0 obj > endobj 366 0 obj > endobj 367 0 obj > endobj 368 0 obj > endobj 369 0 obj > endobj 370 0 obj > endobj 371 0 obj > endobj 372 0 obj > endobj 373 0 obj > endobj 374 0 obj > endobj 375 0 obj > endobj 376 0 obj > endobj 377 0 obj > endobj 378 0 obj > endobj 379 0 obj > endobj 380 0 obj > endobj 381 0 obj > endobj 382 0 obj > endobj 383 0 obj > endobj 384 0 obj > endobj 385 0 obj > endobj 386 0 obj > endobj 387 0 obj > endobj 388 0 obj > endobj 389 0 obj > endobj 390 0 obj > endobj 391 0 obj > endobj 392 0 obj > endobj 393 0 obj > endobj 394 0 obj > endobj 395 0 obj > endobj 396 0 obj > endobj 397 0 obj > endobj 398 0 obj > endobj 399 0 obj > endobj 400 0 obj > endobj 401 0 obj > endobj 402 0 obj > endobj 403 0 obj > endobj 404 0 obj > endobj 405 0 obj > endobj 406 0 obj > endobj 407 0 obj > endobj 408 0 obj > endobj 409 0 obj > endobj 410 0 obj > endobj 411 0 obj > endobj 412 0 obj > endobj 413 0 obj > endobj 414 0 obj > endobj 415 0 obj > endobj 416 0 obj > endobj 417 0 obj > endobj 418 0 obj > endobj 419 0 obj > endobj 420 0 obj > endobj 421 0 obj > endobj 422 0 obj > endobj 423 0 obj > endobj 424 0 obj > endobj 425 0 obj > endobj 426 0 obj > endobj 427 0 obj > endobj 428 0 obj > endobj 429 0 obj > endobj 430 0 obj > endobj 431 0 obj > endobj 432 0 obj > endobj 433 0 obj > endobj 434 0 obj > endobj 435 0 obj > endobj 436 0 obj > endobj 437 0 obj > /Type /Page >> endobj 438 0 obj > endobj 439 0 obj > endobj 440 0 obj > endobj 441 0 obj > endobj 442 0 obj > endobj 443 0 obj > endobj 444 0 obj > endobj 445 0 obj > endobj 446 0 obj > endobj 447 0 obj > endobj 448 0 obj > endobj 449 0 obj > endobj 450 0 obj > endobj 451 0 obj > endobj 452 0 obj > endobj 453 0 obj > endobj 454 0 obj > endobj 455 0 obj > endobj 456 0 obj > endobj 457 0 obj > endobj 458 0 obj > endobj 459 0 obj > endobj 460 0 obj > endobj 461 0 obj > endobj 462 0 obj > endobj 463 0 obj > endobj 464 0 obj > endobj 465 0 obj > endobj 466 0 obj > endobj 467 0 obj > endobj 468 0 obj > endobj 469 0 obj > endobj 470 0 obj > endobj 471 0 obj > /Type /Page >> endobj 472 0 obj > endobj 473 0 obj > endobj 474 0 obj > endobj 475 0 obj > endobj 476 0 obj > endobj 477 0 obj > endobj 478 0 obj > endobj 479 0 obj > endobj 480 0 obj > endobj 481 0 obj > endobj 482 0 obj > endobj 483 0 obj > endobj 484 0 obj > endobj 485 0 obj > endobj 486 0 obj > endobj 487 0 obj > endobj 488 0 obj > endobj 489 0 obj > endobj 490 0 obj > endobj 491 0 obj > endobj 492 0 obj > endobj 493 0 obj > endobj 494 0 obj > endobj 495 0 obj > endobj 496 0 obj > endobj 497 0 obj > endobj 498 0 obj > endobj 499 0 obj > endobj 500 0 obj > endobj 501 0 obj > endobj 502 0 obj > endobj 503 0 obj > endobj 504 0 obj > endobj 505 0 obj > /Type /Page >> endobj 506 0 obj > endobj 507 0 obj > endobj 508 0 obj > endobj 509 0 obj > endobj 510 0 obj > endobj 511 0 obj > endobj 512 0 obj > endobj 513 0 obj > endobj 514 0 obj > endobj 515 0 obj > endobj 516 0 obj > endobj 517 0 obj > endobj 518 0 obj > endobj 519 0 obj > endobj 520 0 obj > endobj 521 0 obj > endobj 522 0 obj > endobj 523 0 obj > endobj 524 0 obj > endobj 525 0 obj > endobj 526 0 obj > endobj 527 0 obj > endobj 528 0 obj > endobj 529 0 obj > endobj 530 0 obj > endobj 531 0 obj > endobj 532 0 obj > /Font > /XObject > >> /StructParents 498 /Type /Page >> endobj 533 0 obj > endobj 534 0 obj > endobj 535 0 obj > endobj 536 0 obj > endobj 537 0 obj > endobj 538 0 obj > endobj 539 0 obj > /Type /Page >> endobj 540 0 obj > endobj 541 0 obj > endobj 542 0 obj > endobj 543 0 obj > endobj 544 0 obj > endobj 545 0 obj > endobj 546 0 obj > endobj 547 0 obj > endobj 548 0 obj > endobj 549 0 obj > endobj 550 0 obj > endobj 551 0 obj > endobj 552 0 obj > endobj 553 0 obj > endobj 554 0 obj > endobj 555 0 obj > endobj 556 0 obj > endobj 557 0 obj > endobj 558 0 obj > endobj 559 0 obj > endobj 560 0 obj > endobj 561 0 obj > endobj 562 0 obj > endobj 563 0 obj > endobj 564 0 obj > endobj 565 0 obj > endobj 566 0 obj > endobj 567 0 obj > endobj 568 0 obj > endobj 569 0 obj > endobj 570 0 obj > endobj 571 0 obj > endobj 572 0 obj > endobj 573 0 obj > endobj 574 0 obj > endobj 575 0 obj > endobj 576 0 obj > endobj 577 0 obj > endobj 578 0 obj > endobj 579 0 obj > endobj 580 0 obj > endobj 581 0 obj > endobj 582 0 obj > endobj 583 0 obj > endobj 584 0 obj > endobj 585 0 obj > endobj 586 0 obj > endobj 587 0 obj > endobj 588 0 obj > endobj 589 0 obj > endobj 590 0 obj > endobj 591 0 obj > endobj 592 0 obj > endobj 593 0 obj > endobj 594 0 obj > endobj 595 0 obj > endobj 596 0 obj > endobj 597 0 obj > endobj 598 0 obj > endobj 599 0 obj > endobj 600 0 obj > endobj 601 0 obj > endobj 602 0 obj > endobj 603 0 obj > endobj 604 0 obj > endobj 605 0 obj > endobj 606 0 obj > endobj 607 0 obj > endobj 608 0 obj > endobj 609 0 obj > endobj 610 0 obj > endobj 611 0 obj > endobj 612 0 obj > endobj 613 0 obj > endobj 614 0 obj > endobj 615 0 obj > endobj 616 0 obj > endobj 617 0 obj > endobj 618 0 obj > endobj 619 0 obj > endobj 620 0 obj > endobj 621 0 obj > endobj 622 0 obj > endobj 623 0 obj > endobj 624 0 obj > endobj 625 0 obj > endobj 626 0 obj > endobj 627 0 obj > endobj 628 0 obj > endobj 629 0 obj > endobj 630 0 obj > endobj 631 0 obj > endobj 632 0 obj > endobj 633 0 obj > endobj 634 0 obj > endobj 635 0 obj > endobj 636 0 obj > endobj 637 0 obj > endobj 638 0 obj > endobj 639 0 obj > endobj 640 0 obj > endobj 641 0 obj > endobj 642 0 obj > endobj 643 0 obj > endobj 644 0 obj > endobj 645 0 obj > endobj 646 0 obj > endobj 647 0 obj > endobj 648 0 obj > endobj 649 0 obj > endobj 650 0 obj > endobj 651 0 obj > endobj 652 0 obj > endobj 653 0 obj > endobj 654 0 obj > endobj 655 0 obj > endobj 656 0 obj > endobj 657 0 obj > endobj 658 0 obj > endobj 659 0 obj > endobj 660 0 obj > endobj 661 0 obj > endobj 662 0 obj > endobj 663 0 obj > endobj 664 0 obj > endobj 665 0 obj > endobj 666 0 obj > endobj 667 0 obj > endobj 668 0 obj > endobj 669 0 obj > endobj 670 0 obj > endobj 671 0 obj > endobj 672 0 obj > endobj 673 0 obj > endobj 674 0 obj > endobj 675 0 obj > endobj 676 0 obj > endobj 677 0 obj > endobj 678 0 obj > endobj 679 0 obj > endobj 680 0 obj > endobj 681 0 obj > endobj 682 0 obj > endobj 683 0 obj > endobj 684 0 obj > endobj 685 0 obj > endobj 686 0 obj > endobj 687 0 obj > endobj 688 0 obj > endobj 689 0 obj > endobj 690 0 obj > endobj 691 0 obj > endobj 692 0 obj > endobj 693 0 obj > endobj 694 0 obj > endobj 695 0 obj > endobj 696 0 obj > endobj 697 0 obj > endobj 698 0 obj > endobj 699 0 obj > endobj 700 0 obj > endobj 701 0 obj > endobj 702 0 obj > endobj 703 0 obj > endobj 704 0 obj > endobj 705 0 obj > endobj 706 0 obj > endobj 707 0 obj > endobj 708 0 obj > endobj 709 0 obj > endobj 710 0 obj > endobj 711 0 obj > endobj 712 0 obj > endobj 713 0 obj > endobj 714 0 obj > endobj 715 0 obj > endobj 716 0 obj > endobj 717 0 obj > endobj 718 0 obj > endobj 719 0 obj > endobj 720 0 obj > endobj 721 0 obj > endobj 722 0 obj > endobj 723 0 obj > endobj 724 0 obj > endobj 725 0 obj > endobj 726 0 obj > endobj 727 0 obj > endobj 728 0 obj > endobj 729 0 obj > endobj 730 0 obj > endobj 731 0 obj > endobj 732 0 obj > endobj 733 0 obj > endobj 734 0 obj > endobj 735 0 obj > endobj 736 0 obj > endobj 737 0 obj > endobj 738 0 obj > endobj 739 0 obj > endobj 740 0 obj > endobj 741 0 obj > endobj 742 0 obj > endobj 743 0 obj > endobj 744 0 obj > endobj 745 0 obj > endobj 746 0 obj > endobj 747 0 obj > endobj 748 0 obj > endobj 749 0 obj > endobj 750 0 obj > endobj 751 0 obj > endobj 752 0 obj > endobj 753 0 obj > endobj 754 0 obj > endobj 755 0 obj > endobj 756 0 obj > endobj 757 0 obj > endobj 758 0 obj > /Type /Page >> endobj 759 0 obj > /Type /Page >> endobj 760 0 obj > endobj 761 0 obj > endobj 762 0 obj > endobj 763 0 obj > /Type /Page >> endobj 764 0 obj > /Type /Page >> endobj 765 0 obj > endobj 766 0 obj > endobj 767 0 obj > endobj 768 0 obj > endobj 769 0 obj > endobj 770 0 obj > endobj 771 0 obj > endobj 772 0 obj > endobj 773 0 obj > endobj 774 0 obj > endobj 775 0 obj > endobj 776 0 obj > /Type /Page >> endobj 777 0 obj > endobj 778 0 obj > endobj 779 0 obj > endobj 780 0 obj >> endobj 781 0 obj >> endobj 782 0 obj >> endobj 783 0 obj > stream x+wKWpWT

    В Мордовии школьницам вновь запрещают платки

    В республике Мордовия началась новая волна запрета платков. На минувшей неделе в общеобразовательной школе села Алтары Ромодановского района девочки-мусульманки подверглись дискриминации из-за скромного внешнего вида. Об этом Ансар.Ru сообщил правозащитник Марат Ашимов, ссылаясь на жалобы родителей учащихся.

    По их словам, администрация учебного заведения заявила, что девочки больше не могут появляться в государственном учреждении в платках, в противном случае им грозит постановка на учёт в комиссию по делам несовершеннолетних или вовсе исключение из школы.

    Более того, под удар попали также преподаватели-мусульманки, сообщил Марат Ашимов. За ношение платка их запугивают увольнением. Одна из них — супруга председателя местной религиозной организации мусульман Рустама Кузяева, который ранее являлся одним из истцов в деле защиты религиозных прав учащихся.

    В понедельник 3 октября родители школьниц-мусульманок намерены встретиться с главой района Анатолием Гурьяновым и обсудить с ним возникшую проблему с целью дальнейшего принятия мер в отношении преподавателей, ограничивающих детей в получении образования.

    Напомним, мусульмане некоторых регионов России столкнулись с законодательным препятствием на ношение платка в образовательных учреждениях несколько лет назад. Тогда верующие активно отстаивали права своих детей в республиканских судах и в Верховном суде РФ, однако обоснованные требования мусульман удовлетворены не были.

    Кроме того, правозащитники и активисты, отстаивавшие права мусульманок во многих случаях подвергались преследованиям: на них заводились уголовные дела, проводились обыски в домах верующих, а некоторые из них даже были зверски убиты. Один из таких случаев произошел несколько дней назад в Ставропольском крае, где был застрелен заместитель имама Нефтекумского района Равиль Кайбалиев. Ряд политиков, общественных и религиозный деятелей связали его убийство именно с делом о защите прав мусульманок на ношение платка.

    14:33 30 сентября 2016


    28 комментариев

    Информация доступна только зарегистрированным пользователям.

     

     

     

    фигурально и буквально: выбери слова

    Образно означает метафорически, а буквально описывает то, что произошло на самом деле. Если вы говорите, что гитарное соло буквально снесло вам голову, ваша голова не должна быть прикреплена к телу.

    Большинство из нас учили, что фигурально означает нечто иное, чем буквальное, и что буквально означает «фактически» или «точно». Где-то по ходу дела буквально стали употребляться как, ну, фигурально , вот так:

    Но они также собираются создать буквально приливную волну данных.( Вашингтон Пост )

    Настоящей приливной волны не было, просто много данных. Вот несколько примеров, которые заставят любителей слов буквально улыбнуться:

    Сегодня протестующие 90 003 буквально 90 004 занимают Уолл-стрит, разбив лагерь в парке Зуккотти в самом сердце финансового района Нью-Йорка. ( Вашингтон Пост )

    Они действительно есть.

    Люди могут буквально утонуть в жидкостях собственного тела.( Scientific American )

    «У нас буквально по парковке текла рыбья кровь», — говорит он. ( Форбс )

    Эээ, но правда.

    Образно говоря, более образно, оно используется, когда вы имеете в виду, что чего-то на самом деле не было. Это метафорично, как в этих примерах с лодками и перьями:

    Кроме того, , образно говоря, , они все еще в одной лодке.( Мейн Рид )

    Так что у Джоша — как он образно выразился — не было ни пера, чтобы летать. ( Берфорд Деланноу )

    Хотя в буквальном смысле слова вторгается на территорию , образно говоря, , на самом деле это не одно и то же, на самом деле эти два слова часто идут вместе, чтобы завершить картину:

    Наблюдение за водопадом заглушает — в прямом и переносном смысле — повседневные заботы.( Сиэтл Таймс )

    «Урок игры на фортепиано» рассказывает более захватывающую историю, как в прямом, так и в переносном смысле. ( Нью-Йорк Таймс)

    Поймут ли вас люди, если вы используете буквально , когда вы имеете в виду фигурально ? Конечно. Большинство людей признают, что когда вы говорите: «Гитарное соло , буквально снесло мне голову», это было потрясающее соло, но на самом деле ваша голова все еще на вашей шее.

    Действительно ли индейка утонет, если поднимет голову во время ливня?

    Индейки являются главным украшением Дня Благодарения в США. Может быть, из-за их неуклюжей походки, шатающихся красных бородок под шеей или странных звуков, которые они издают, но индейки заслужили репутацию глупых существ. Некоторые люди даже используют слово «индейка» для обозначения неумелого или глупого.

    Возможно, репутация «тупой птицы» является причиной сказки о том, что во время ливня индюки смотрят в небо с открытым клювом, завороженные, пока не утонут.Хотя индюки иногда действительно поднимают голову к небу и остаются там на несколько мгновений, ученые говорят, что идея о том, что индюки тонут таким образом, — просто миф.

    У индеек монокулярное зрение . Их глаза расположены по обеим сторонам головы, поэтому они могут смотреть на два предмета одновременно, но оба глаза не могут одновременно фокусироваться на одном и том же изображении, как человеческие глаза. (У людей есть бинокулярное зрение .) Хотя эта особенность помогает индейкам избегать потенциальных хищников, она не дает им большой глубины зрения.Индейки склонны наклонять голову набок, чтобы лучше рассмотреть что-либо. Если бы индейка наклонила голову назад, чтобы посмотреть на дождь, у нее, вероятно, возникли бы проблемы с фокусировкой на каплях дождя.

    Так почему индейки иногда смотрят в небо? Том Сэвидж, бывший профессор зоотехники Орегонского государственного университета, сказал, что корень такого поведения — не глупость, а гены. В начале 1990-х он обнаружил у индеек наследственное заболевание, названное тетаническими кривошеями .Это состояние может привести к тому, что индюки будут демонстрировать ненормальное поведение, например смотреть на небо в течение 30 секунд или более за раз.

    Индейки на самом деле не такие тупые, как могут показаться. Они общаются друг с другом, и если рядом есть люди, они подходят, чтобы поприветствовать их.

    Вот несколько реальных фактов об индейках:

    • Домашние индюки не умеют летать; они теряют свои аэродинамические свойства из-за того, что их разводят для производства тяжелого мяса, хотя иногда они пытаются прыгать.Однако дикие индюки могут летать короткими очередями. Они удивительно быстры как на земле, так и в воздухе, достигая скорости 25 миль в час (40 км/ч) на земле и 60 миль в час (97 км/ч) в воздухе, сообщает Scientific American.
    • Индеек пугают громкие звуки, и когда они это делают, они часто собираются вместе у забора.
    • Бенджамин Франклин был поклонником индейки, называя ее «птицей мужества» и выгодно сравнивая ее с белоголовым орланом, который, по его словам, был птицей с «плохими моральными качествами», по данным Института Франклина.

    Первоначально опубликовано: 24 сентября 2007 г.

    Погруженный | Темные картинки вики

    Plunged — семнадцатая глава Man of Medan и девятая глава второго акта. Игровыми персонажами являются Джулия (Театральная версия) и Алекс (Кураторская версия).

    Алекс и Джулия осторожно идут по поврежденному мосту над затопленным грузовым отсеком. Олсон подкрадывается к ним сзади и бьет по мосту кувалдой, в результате чего он рушится, и пара падает в воду и теряет сознание.

    Театральная версия

    Затем Джулия плавает в разбитом самолете, который они искали ранее. Она плавает и находит тот же труп, что и раньше, но лицо Алекса. Джулия отталкивается, но замечает что-то в его руке.

    • Если Джулия примет предложение Алекса, она увидит обручальное кольцо.
    • Если Юля откажется от предложения Алекса, она увидит медальон мертвого солдата, но на фото она сама с перечеркнутыми глазами.
    • Если Алекс не сделал предложение, а Джулия позже нашла коробку с кольцом, то это будет коробка, но без кольца.
    • Если Алекс не делал предложения, а Джулия так и не нашла шкатулку, то это будет просто медальон, который ранее был у погибшего солдата.

    Как только Джулия поднимет его и положит обратно, труп Алекса внезапно проснется, и Джулия тоже вернется к реальности. В качестве альтернативы, если Джулия слишком долго будет ждать под водой, не взаимодействуя с трупом Алекса, он подкрадется к ней сзади и схватит за плечи, прежде чем она вернется в реальность. Она плывет в воде и видит рядом с собой Алекса с другим человеком, похожим на Алекса.Предполагаемый настоящий Алекс начинает тонуть фальшивого Алекса.

    Вырез куратора

    Алекс топит Дэнни

    Когда Алекс падает в воду, его внезапно вытаскивают, и его спасителем оказывается утонувший, раздувшийся Дэнни, который кричит на него. Алекс может преуспеть в QTE, чтобы атаковать его.

    • Если у Алекса остался кухонный нож, то он упал поблизости.

    В любом случае Дэнни прыгнет в воду, чтобы спасти Джулию, а Алекс пойдет за ним.Дэнни первым достигает Джулии и поднимает ее голову над водой, после чего она возвращается к реальности. Затем Алекс нападает на Дэнни, пытаясь его утопить.

    Оба разреза

    Алекс помогает Джулии

    Пока Алекс топит Дэнни, Джулия может призвать его продолжать или сказать ему остановиться, в то время как сам Алекс может продолжать тонуть, выполнив QTE или остановившись.

    • Если Джулия скажет Алексу остановиться или Алекс провалит QTE, он отпустит Дэнни.
    • Если Джулия подбодрит Алекса или Алекс выполнит QTE, он утопит Дэнни, пока тот не потеряет сознание.

    Отпустив Дэнни, Алекс и Джулия начинают плыть к берегу и выбираться из воды. Джулия в шоке, но потом благодарит Алекса за его спасение.

    • Если Алекс сделала то, что сказала Джулия, она скажет, что они должны уйти (если Дэнни пощадили) или это нужно сделать (если Дэнни утонул).
    • Если Алекс не сделал того, что сказала Джулия, она спросит, почему он отпустил/утопил Дэнни.

    Затем Дэнни выходит из воды, то ли задыхаясь, то ли без сознания.Вскоре после этого из воды выходит другой Алекс или раздутый Олсон и смотрит на них.

    • Если у Алекс остался кухонный нож, Олсон его подберет.

    Олсон начинает приближаться к парочке, но Алекс успевает открыть дверь и вместе с Джулией начинает убегать.

    Мелочи

    • Если Алекс не нападет на Дэнни, когда вытащит его из воды, Дэнни будет смотреть на тонущую Джулию с очень встревоженным выражением лица. Это, в сочетании с тем фактом, что он вытащил Алекса, означает, что он действительно пытался спасти их обоих от утопления.То, что он кричал на Алекса, могло быть просто галлюцинацией Алекса, и, вероятно, на самом деле он говорил слова беспокойства о своем здоровье. Олсон, возможно, видел это, и это могло быть причиной, по которой он связал Дэнни и допросил его позже.
    • Если Алекс попытается утопить Дэнни, будет казаться, что его попытка удалась, так как Дэнни будет казаться мертвым до конца игры. Однако после финальных титров выясняется, что он просто был без сознания.

    Эми | Темные картинки вики

    Эми

    Модель лица

    Рэйчел Добелл (человек)

    Национальность

    Северный английский

    Экипировка

    Черное платье, белая шляпка и фартук
    Белое платье (В процессе исполнения)

    » Говорят, что я в союзе с Дьяволом, что я виновен в колдовстве!

    — Эми

    Эми Ламберт (ок.1644) — второстепенный персонаж и антагонист во второй части The Dark Pictures Anthology , Little Hope . Она пуританка из 1692 года и жена Джозефа. Ее озвучила и запечатлела движение Луиза Аткинс.

    Внешний вид

    Лицо Эми напоминало лицо Анжелы — белая морщинистая кожа, голубые глаза и короткие ореховые волосы. Единственное отличие состоит в том, что кожа Эми менее морщинистая, а волосы заплетены во французские косы.

    На ней была традиционная одежда пуританских женщин — черное платье, белая шляпка и фартук.Во время своего первого появления Эми была одета в черный плащ с капюшоном, из-за чего ее лицо было невозможно увидеть. Во время казни Эми была одета только в белое платье.

    Личность 

    Эми довольно религиозный человек — она ​​воспринимала игры Мэри как черные ритуалы, и при первых встречах с главными героями в панике пыталась уйти, думая, что это демоны. Она также могла быть строгой, так как ругала Мэри, а также агрессивна при встрече с Джоном и Анжелой, говоря, что они не могли ее обмануть, или когда она говорила, что предполагаемые улики против нее (горький холод) — просто злобные фантазии.

    Когда Мэри обвинила ее в колдовстве, Эми очень испугалась. Сначала она в панике, потому что не знала, кто ее обвиняет, а потом, когда из-за ложного припадка Марии все посчитали ее ведьмой. Несмотря на страх, перед казнью Эми твердо верила, что Мэри несет ответственность за зло в Маленькой Надежде, и пыталась предупредить об этом жителей городка.

    1692

    Эми появляется как человек в воспоминаниях. Она подходит к Марии, танцующей у костра, и ругает ее, считая это ритуалами ведьм.Когда Эндрю и Анжела поднимаются с земли, Эми замечает их и в панике уходит. Мэри следует за ней и упоминает ее имя.

    В следующий раз Эми снова встретит Джона и, возможно, Анжелу. Она снова пытается уйти от них, но Джон останавливает ее. Капюшон Эми спадает, обнажая ее лицо, что шокирует главных героев, так как она очень похожа на Анжелу. Эми, считая их частью колдовских чар, говорит, что они не могут обмануть ее, приняв вид ее и ее мужа, и уходит.

    Узнав от Мэри, что Эми ведьма, преподобный Карвер и маршал Айзек отправляются в дом Ламбертов. В этот момент Эми и ее муж Джозеф сталкиваются с Дэниелом, в диалоге с которым они понимают, что Мэри обвиняет Эми в том, что она воспитывает ее. Несмотря на мольбы жены, Джозеф открывает дверь, пытаясь уладить конфликт, но Эми все равно арестовывают.

    На суде Эми пытается защищаться, говоря, что она праведна и невиновна, но Карвер отвечает, что это ее попытки их обмануть.Внезапно Мэри впадает в припадок, и Карвер винит в этом Эми, говоря, что она связала невинного ребенка с самим дьяволом. Он приказывает ей прикоснуться к Марии, так как только тот, кто наложил заклинание, может его снять. Как только Эми прикасается к Мэри, припадок исчезает, и ее осуждают как ведьму и приговаривают к смертной казни через утопление.

    В последний раз Эми появляется у реки, где ее собираются казнить. Она просит помощи у Эндрю и Джона, но ради Карвера обращается к пустоте.Думая, что она просит помощи у дьявола, он приказывает Исааку связать Эми покрепче. Она пытается предупредить, что Маленькая Надежда отравлена ​​Мэри изнутри и что пока она дышит, город не спасти. Исаак бросает Эми в реку, где она через некоторое время тонет.

    Впоследствии, после казни, Иосиф вытащил тело жены из водной могилы и достойно похоронил.

    2020

    Основная статья: Демоны

    Эми возвращается спустя 328 лет, но уже как Утонувший Демон и преследует свою реинкарнацию Анджелу, пытаясь ее убить.

    В конце игры выясняется, что Эми — галлюцинация Энтони.

    Внешний вид главы

    убитых жертв

    Жертва (как демон)
    Глава Персонаж Механизм убийства Состояние
    Перекресток Анжела Утонул в черной слизи Андрей дважды ничего не делал.
    Эндрю решил помочь Анджеле; Анджела ничего не говорит, когда Эндрю предлагает помощь.
    Анжела проваливает QTE, чтобы взобраться по склону.
    Потерян Анжела проваливает QTE, чтобы спастись от утонувшего демона в канализации.
    Анджела возвращается в канализацию; Анжела проваливает QTE, чтобы увернуться от цепи.
    Анжела провалила QTE, чтобы открыть канализационную дверь.
    Джон не смог схватить Анжелу в QTE (только в Curator’s Cut).
    Тяжелое бремя Анжела проваливает QTE, чтобы спастись от утонувшего демона.
    Джон решает оставить Анжелу.
    Полный круг Анжела не смогла сломать заблокированные черты ИЛИ Мэри казнили.

    Отношения

    Мэри

    Эми часто ругала Мэри за игры, которые она принимала за колдовство. В свою очередь, Мэри не любила Эми за то, что она родила ее. Мэри воспользовалась тем, что увидела, как Эми разговаривает с кем-то в лесу, и обвинила ее в колдовстве, а затем инсценировала припадок, чтобы Эми считалась ведьмой.Перед смертью Эми отчаянно хотела убедить людей, что Мэри — ведьма и пока она жива, Маленькую Хоуп не спасти.

    Джозеф

    Джозеф — муж Эми. Она любила его и надеялась на его помощь, когда ее обвиняли в колдовстве. Иосиф несколько раз пытался убедить жену в своей невиновности, а также пытался остановить казнь, но несмотря ни на что. После смерти Эми Джозеф поверил ее словам и попытался доказать всем, что Мэри — ведьма.

    Главные герои

    На первых двух встречах с главными героями Эми их боится, особенно Анджелу, считая их демонами и частью заклинания.Однако позже, когда ее обвиняют в том, что она ведьма, она не испытывает враждебности к группе и, наоборот, просит их о помощи.

    Общая информация 

    Картины
    • Эми в образе демона появляется на 2 картинках Как камень и Мерси .

    Секреты
    • Тайны, связанные с Эми:

    Факты
    • Эми вместе с Анжелой из 2020 года — воссоздание Энн Кларк, созданное Энтони.
    • Перед казнью Эми говорит, что дьявол прячется под « Плащаницей невинности» , принимая облик Мэри.

    Смерти
    • Эми — первая казненная.
    • Эми — единственный персонаж, который всегда умирает от утопления.
      • Она также может разделить эту причину смерти с Анжелой, Флисс и Брэдом.
      • Эми и Анджела погибли в результате утопления. Это потому, что Энтони не знает, как умерла Энн, поскольку ее смерть — единственная, которую он не видел.Возможно, он решил, что она утонула, потому что она в ванной и собирается принять ванну. Однако Анна умерла от удушья дымом или «утонула» в дыму. И удушье от дыма, и утопление связаны с наполнением легких веществом (дымом, водой и черной слизью), которое делает невозможным дыхание, поэтому, возможно, поэтому смерть Эми и Анжелы связана с утоплением.
    • Способ убийства Эми заключается в том, что она связывает свою жертву цепями, а затем извергает черную слизь в рот жертвы, которая фактически топит их.

    Прочее
    • Эми занимает второе место по количеству появлений в воспоминаниях среди всех двойников главных героев в 1692 году — пять.
    • Эми и Табита появляются чаще всех демонов, их пять.
    • Эми Ламберт может быть основана на реальной жертве Салемского суда над ведьмами, Марте Кори , которая также судима и обвинена в колдовстве вместе со своим мужем и также казнена.
      • Однако Эми отличается от Марты тем, что ее утопили, а не повесили.

    Трофеи
    • Эми как демон связана с трофеем «Мы из воды» .

    Цитаты

    Навигация

    Услышать «Новую» песню Nirvana, написанную искусственным интеллектом

    После смерти Курта Кобейна в 1994 году фанаты «Нирваны» выдвигали гипотезы о музыке, которую он написал бы, если бы жил. Но, кроме «You Know You’re Right», скабрезной, душераздирающей медитации о замешательстве, которую «Нирвана» записала за несколько месяцев до его самоубийства, и нескольких комментариев, которые он рассказал доверенным лицам о потенциальном сотрудничестве с Р.Майкл Стайп из E.M. или полностью соло, он в основном оставил после себя вопросительные знаки.

    Теперь организация создала «новую» песню Nirvana, используя программное обеспечение искусственного интеллекта, чтобы приблизить написание песен певца-гитариста. Гитарные риффы варьируются от тихих, щипковых в стиле «Come as You Are» до яростных, Bleach ярости а-ля «Scoff». И такие слова, как «Солнце светит на тебя, но я не знаю, как», и удивительно гимновой припев «Мне все равно / я чувствую себя единым целым, утонувшим в солнце», несут вызывающие воспоминания качества Кобейна. .

    Но кроме вокала — работы фронтмена трибьют-группы Nirvana Эрика Хогана — создатели песни говорят, что почти все в ней, от фразовых оборотов до безрассудной игры на гитаре, — это работа компьютеров. Их намерение — привлечь внимание к трагедии самоубийства Кобейна и к тому, как живые музыканты могут получить помощь при депрессии.

    Мелодия под названием «Drown in the Sun» является частью Lost Tapes of the 27 Club, проекта, в котором представлены песни, написанные и в основном исполняемые машинами в стиле других музыкантов, умерших в возрасте 27 лет: Джими Хендрикса, Джима Моррисона и Эми Уайнхаус.Каждый трек является результатом того, что программы ИИ анализируют до 30 песен каждого исполнителя и детально изучают вокальные мелодии треков, изменения аккордов, гитарные риффы и соло, партии ударных и тексты песен, чтобы угадать, как будут звучать их «новые» композиции. Проект является работой организации Over the Bridge из Торонто, которая помогает представителям музыкальной индустрии бороться с психическими заболеваниями.

    «Утонувшие в солнце» (в стиле Нирваны)

    https://youtu.be/L9yTuO7d1rk

    «Что, если бы всем этим музыкантам, которых мы любим, оказывали психологическую поддержку?» — говорит Шон О’Коннор, член совета директоров Over the Bridge, а также креативный директор рекламного агентства Rethink.«Каким-то образом в музыкальной индустрии [депрессия] нормализуется и романтизируется… Их музыка воспринимается как подлинное страдание».

    Для создания песен О’Коннор и его сотрудники привлекли программу искусственного интеллекта Google Magenta, которая учится сочинять в стиле заданных исполнителей, анализируя их работы. Ранее Sony использовала программное обеспечение для создания «новой» песни Beatles, а электропоп-группа Yacht использовала его для записи своего альбома 2019 года Chain Tripping .

    Для проекта Lost Tapes Magenta проанализировала песни артистов как MIDI-файлы, которые работают аналогично прокрутке проигрывателя-пианино, переводя высоту тона и ритм в цифровой код, который можно передать через синтезатор для воссоздания песни.Изучив выбор нот, ритмические причуды и предпочтения каждого исполнителя в MIDI-файле, компьютер создает новую музыку, которую персонал может тщательно изучить, чтобы выбрать лучшие моменты.

    «Чем больше MIDI-файлов вы введете, тем лучше, — говорит О’Коннор. «Поэтому мы взяли от 20 до 30 песен каждого из наших исполнителей в виде MIDI-файлов, разбили их на хук, соло, вокальную мелодию или ритм-гитару и включили их по одной за раз. Если вы включаете целые песни, [программа] начинает сильно путаться в том, как [она] должна звучать.Но если у вас просто куча риффов, он выдаст около пяти минут новых риффов, написанных искусственным интеллектом, 90 процентов из которых действительно плохи и не слушаются. Так что вы начинаете слушать и просто находить интересные моменты».

    О’Коннор и его команда использовали аналогичный процесс для текстов песен, используя универсальную программу искусственного интеллекта, называемую искусственной нейронной сетью. Они могли ввести текст песни исполнителя и начать с нескольких слов, а программа угадывала ритм и тон поэзии, чтобы завершить ее.«Это было много проб и ошибок», — говорит О’Коннор, добавляя, что команда исследовала «страницы и страницы» текстов на предмет оборотов фраз, которые по слогам соответствуют вокальным мелодиям, созданным Magenta.

    «Чувак, я знаю» (в стиле Эми Уайнхаус)

    https://youtu.be/jh4dNJIYO2M

    После того, как композиции были готовы, звукозал аранжировал все различные части так, чтобы пробудить в памяти музыканта. «Многие инструменты были MIDI с добавленными к ним различными эффектами», — говорит О’Коннор о готовых записях.Потом стали набирать певцов. «Все, кого мы пригласили, по большей части были исполнителями трибьюта для этих групп, поэтому они могли как бы сделать интонации и сделать так, чтобы это звучало максимально реалистично», — говорит О’Коннор.

    Эрик Хоган возглавлял Nevermind Atlanta: The Ultimate Tribute to Nirvana в течение последних шести лет. Группа начинала как разовая забава на Хэллоуин; предлог для Хогана и его друзей исполнить трибьют-сеты Foo Fighters, Stone Temple Pilots и Nirvana.Но когда они увидели бурную реакцию, которую вызвал их сет Nirvana, они стали полностью гранжевыми. Когда команда Over the Bridge попросила его спеть на «Drowned in the Sun», он подумал, что проект звучит одновременно невероятно (в прямом смысле этого слова) и круто. «После разговора я все еще не думал, что это реально», — говорит он. «А потом они прислали мне файлы и деньги».

    Когда он впервые услышал музыку, он был ошеломлен. «Я подумал: «Я не знаю, как [петь] это», — вспоминает он.«Мне нужно было, чтобы парень, который придумал трек AI, бормотал и напевал [мелодию]. Я бы чувствовал себя странно, пытаясь предположить, что [Кобейн] сделал бы. Они должны были дать мне небольшую дорожную карту, а потом все было в порядке».

    О’Коннор и его сотрудники потратили около года на исследования и разработку песен и еще шесть месяцев на завершение записи. Во время работы они разыскивали суперфанатов артистов, чтобы те помогали контролировать себя на предмет возможного плагиата. Они беспокоились, что песня «The Roads Are Alive» в стиле Doors может звучать слишком похоже на «Peace Frog» этой группы, но в конце концов решили, что это не так.«Аудиоинженер взял «Peace Frog» и сыграл ее для нас, — говорит О’Коннор. «Он такой: «Вот что делает «Peace Frog»; вот что это делает». Это другое. Хорошо, теперь мы довольны этим».

    «Живые дороги» (в стиле Doors)

    https://youtu.be/xW6_QAcujr8

    «Нирвана» оказалась одним из самых трудных исполнителей для машин. В то время как такие исполнители, как Хендрикс, часто сочиняли такие песни, как «Purple Haze» и «Fire», с легко определяемыми риффами, Кобейн часто играл короткие панковские последовательности аккордов, которые сбивали с толку компьютеры.«Вы, как правило, получали стену звука», — говорит О’Коннор о вдохновленной «Нирваной» музыке, которую продюсировала Маджента. «Во всех их песнях меньше идентифицируемой общей нити, чтобы дать вам этот большой кусок каталога, из которого машина могла бы просто учиться и создавать что-то новое».

    «[„Drowned in the Sun“] достаточно точен, чтобы дать вам атмосферу [Nirvana], но не настолько точен, когда кто-то получит письмо о прекращении противоправных действий», — утверждает Хоган. «Если вы посмотрите на последний релиз Nirvana в кавычках, а именно: «You Know You’re Right», то у него тот же самый настрой.Курт просто писал все, что, черт возьми, ему хотелось писать. И если она ему нравилась, то это была песня Nirvana. Я слышу определенные вещи в аранжировке [‘Drowned in the Sun’], например: «Хорошо, это что-то вроде In Utero прямо здесь или Nevermind прямо здесь». … Я действительно понял его ИИ».

    Хоган говорит, что ему особенно понравились тексты песен, состряпанные компьютером. По его мнению, слова Кобейна всегда были «своего рода мешаниной», но он считает, что эти тексты более прямолинейны, не упуская из виду типичные сообщения Кобейна.«Это было похоже на законченную мысль», — говорит он.

    «В песне говорится: «Я чудак, но мне это нравится», — говорит он. «Это настоящий Курт Кобейн. Настроение именно то, что он сказал бы. «Солнце светит на тебя, но я не знаю как» — это здорово . По сути, то, что я получаю от песни, это: «Я облажался, и ты облажался». Разница в том, что меня это устраивает, а тебя нет». (Когда Хоган услышал музыку, он предложил сам сыграть на гитаре, но продюсеры отказались, выбрав машину.)

    Значит, «Утонувшие на солнце» — это какое-то творение Франкенштейна, существующее вопреки Богу и вселенной? «Я не знаю, лучший ли я человек для разговора об этике», — смеется Хоган. «Я имею в виду, что я путешествую по стране, притворяясь кем-то.

    «Ты меня убъешь» (в стиле Джими Хендрикса)

    https://www.youtube.com/watch?v=oIoCVX6F30E

     

    «Я думаю, что у вас будет много людей, которые будут очернять это и смотреть на это так: «О, это смерть настоящей музыки», — продолжает он.«Но меня это полностью устраивает. В качестве инструмента, я думаю, это довольно круто. Я не знаю, что произойдет с законом в будущем. Как только вы начинаете двигаться по пути, где это начинает звучать действительно хорошо, может быть, тогда у вас начинаются проблемы с этим».

    Цель

    Over the Bridge — просто повысить осведомленность о ресурсах в области психического здоровья; организация ведет страницу в Facebook, которая предлагает поддержку, а также сеансы и семинары в Zoom, чтобы обучать художников и помогать им чувствовать себя менее одинокими.(У них нет планов продавать треки.) «Иногда просто признания одного человека, говорящего: «Я чувствую то же, что и вы», достаточно, чтобы люди, по крайней мере, почувствовали, что у них есть какое-то поддержки», — говорит Майкл Скривен, представитель Lemmon Entertainment, чей генеральный директор входит в совет директоров Over the Bridge.

    Скривен надеется, что проект также повысит осведомленность о том, сколько труда уходит на создание музыки с использованием ИИ. «В начале, середине и конце задействовано огромное количество человеческих рук, чтобы создать что-то подобное», — говорит он.«Многие могут подумать, что [ИИ] в какой-то момент заменит музыкантов, но на данный момент количество людей, которые требуются только для того, чтобы песня стала пригодной для прослушивания, на самом деле довольно значительно». Каждая песня требовала работы от О’Коннора, техника Magenta, музыкального продюсера, звукорежиссера и вокалистов. «Мы не собираемся нажимать кнопку и заменять этих артистов», — говорит О’Коннор.

    «Я надеюсь, что [люди Over the Bridge] углубятся в ИИ, — говорит Хоган. «В этой категории есть еще много всего, что вы можете сделать.

    Если вы боретесь с мыслями о причинении себе вреда, звоните в Национальную линию помощи по предотвращению самоубийств: 1-800-273-8255. Вы также можете связаться с Crisis Text Line, отправив текстовое сообщение РАЗГОВОР на номер 741741.

     

    Сколько ваших воспоминаний подделка?

    Однажды февральским днем ​​2011 года семь исследователей из Калифорнийского университета в Ирвине сидели за длинным столом напротив Фрэнка Хили, яркоглазого 50-летнего гостя из Южного Джерси, и по очереди задавали ему вопросы о его экстраординарной памяти.

    Наблюдая за кругом, я записал на магнитофон разговор, в то время как один из исследователей случайно назвал дату: 17 декабря 1999 года.

    «Хорошо, — ответил Хили. , Гровер Вашингтон-младший умер во время выступления на концерте».

    «Что вы ели утром на завтрак?»

    «Особый К на завтрак. Ливерная колбаса и сыр на обед. И я помню, как песня «You’ve Got Personality» играла по радио, когда я подъезжал на работу», — сказал Хили, один из 50 подтвержденных людей в Соединенных Штатах с очень превосходной автобиографической памятью, сверхъестественной способностью запоминать даты и Мероприятия.«Я помню, как шел на работу, и один из клиентов пел пародию на Jingle Bells: «О, как весело ездить на потрепанном Шевроле». маловероятно, что кто-то застрахован».

    Это виды специфических деталей, которых жаждут авторы мемуаров, историков и журналистов, прочесывая воспоминания, чтобы рассказать правдивые истории. Но такая работа всегда сопровождалась оговоркой, что человеческая память подвержена ошибкам. Теперь у ученых есть представление о том, насколько ненадежным он может быть на самом деле.Новое исследование, опубликованное на этой неделе, показало, что даже люди с феноменальной памятью подвержены «ложным воспоминаниям», предполагая, что «искажения памяти являются базовыми и широко распространенными среди людей, и маловероятно, чтобы кто-то был застрахован», по мнению авторов исследования. исследование опубликовано в Proceedings of the National Academy of Sciences (PNAS).

    Центр нейробиологии обучения Калифорнийского университета в Ирвине, где профессор Джеймс Макго обнаружил первого человека, у которого доказана превосходная автобиографическая память, находится всего в нескольких минутах ходьбы от здания, где я преподаю в рамках программы литературной журналистики, где студенты читают некоторые из самых известных научно-популярных работ нашего времени, в том числе « Хиросима», «Хладнокровно», «» и « Сухарь », все из которых основаны на исчерпывающей документации и исследовании воспоминаний.

    В другом офисе неподалеку на территории кампуса вы можете найти профессора Элизабет Лофтус, которая провела десятилетия, исследуя, как воспоминания могут загрязняться, когда люди помнят — иногда довольно живо и уверенно — события, которых никогда не было. Лофтус обнаружил, что воспоминания могут быть посеяны в чьем-то сознании, если он подвергается дезинформации после события или если ему задают наводящие вопросы о прошлом. Одним из известных случаев был случай с Гэри Рамоной, который подал в суд на терапевта своей дочери за то, что тот якобы внушил ей ложные воспоминания о том, что Гэри ее изнасиловал.

    Исследование Лофтуса уже потрясло нашу систему правосудия, которая так сильно полагается на показания очевидцев. Теперь результаты, показывающие, что даже кажущиеся безупречными воспоминания также подвержены манипуляциям, могут иметь «важные последствия в областях юридической и клинической психологии, где загрязнение памяти имело особенно важные последствия», пишут авторы исследования PNAS.

    Нас, тех, кто пишет и читает документальную литературу, все это тоже может нервировать. По мере того, как наши воспоминания становятся более проницательными, насколько мы можем доверять историям о нашей жизни, в которые мы верим, хотя и определенно? Список научно-популярной литературы из бестселлеров New York Times перегружен рассказами, такими как « Unbroken » Лауры Хилленбранд и мемуарами, такими как « Двенадцать лет рабства » Соломона Нортапа, «Моя история » Элизабет Смарт и « Orange is the New Black» Пайпер Керман. .Что становится с правдой, скрывающейся за рассказами о детских трудностях, которые побуждали некоторых упорствовать? В чем заслуга значимых моментов, которые привели к поворотам в жизни? Эмоциональные переживания, сформировавшие личности и системы убеждений?

    Вся память, как объяснил Макго, окрашена кусочками жизненного опыта. Когда люди вспоминают, «они реконструируют», сказал он. «Это не значит, что это абсолютно неверно. Это означает, что они рассказывают историю о себе и объединяют то, что действительно помнят в деталях, с тем, что в целом является правдой.

    Исследование PNAS, проведенное Лоуренсом Патихисом, является первым, в котором люди с высокоразвитой автобиографической памятью были протестированы на наличие ложных воспоминаний. Такие люди могут вспомнить детали того, что происходило каждый день их жизни с детства, и когда эти детали подтверждаются журналами, видео или другими документами, они верны в 97% случаев.

    Двадцати людям с такой памятью были показаны слайд-шоу, в которых мужчина крадет бумажник у женщины, делая вид, что помогает ей, а затем мужчина вламывается в машину с кредитной картой и крадет купюры в один доллар и ожерелья.Позже они прочитали два рассказа об этих слайд-шоу, содержащих дезинформацию. Когда позже их спросили о событиях, испытуемые с превосходной памятью указывали на ошибочные факты как на истину примерно с той же скоростью, что и люди с нормальной памятью.

    В другом тесте испытуемым сказали, что есть кадры новостей об авиакатастрофе United 93 в Пенсильвании 11 сентября 2001 года, хотя реальных кадров не существует. Когда их спросили, помнят ли они, что видели отснятый материал раньше, 20 процентов испытуемых с очень превосходной автобиографической памятью ответили, что да, по сравнению с 29 процентами людей с обычной памятью.

    «Несмотря на то, что это исследование посвящено людям с превосходной памятью, оно действительно должно заставить людей остановиться и подумать о собственной памяти», — сказал Патихис. «Прошли те времена, когда люди думали, что [только] 20, 30 или 40 процентов людей подвержены искажениям памяти».

    Лофтус, которому удалось успешно убедить обычных людей в том, что в детстве они потерялись в торговом центре, отметил, что ложные воспоминания случаются и у высокопоставленных лиц.Хиллари Клинтон однажды заявила, что попала под снайперский огонь во время поездки в Боснию в 1996 году. «Значит, я совершила ошибку», — позже сказала Клинтон о ложных воспоминаниях. «Что происходит. Это доказывает, что я человек, что, знаете ли, для некоторых людей является откровением».

    «Это так мощно, когда кто-то рассказывает вам что-то, и у него есть много деталей», — сказал Лофтус. «Особенно когда они выражают эмоции. Просто сказать: «Боже мой, это должно быть правдой». Но все эти характеристики справедливы и для ложных воспоминаний, особенно для тщательно отрепетированных, над которыми вы размышляете.Они могут быть очень подробными. Вы можете быть уверены. Вы можете быть эмоциональны. Поэтому вам нужно независимое подтверждение».

    *  *  *

    Когда в этом месяце я взял у Фрэнка Хили интервью о том, что он помнит о своем посещении Калифорнийского университета в Ирвине двумя годами и девятью месяцами ранее, он многое понял правильно, но не все.

    Он вспомнил, что среда, 9 февраля 2011 года, была для него важным днем. Он был взволнован тем, что стал объектом исследования превосходной памяти в кампусе Калифорнийского университета в Ирвине. С детства он был очарован телевизионными программами, расписанием поездов и автобусов, погодой и новостями.Он делал мысленные пометки, которые вспоминал десятилетия спустя, например: «Сегодня 16 марта, солнечно и необычно тепло для марта, а папа играет альбом Clancy Brothers, потому что завтра День Святого Патрика». Но он не всегда знал, как использовать свою память для чего-то стоящего.

    Иногда его память была скорее неприятностью, чем подарком. Его разум будет заполнен таким количеством деталей одновременно, что он будет пропускать уроки в классе, или его родители будут злиться, что он их не слушает.Хили не раскрывал свои уникальные способности своим сверстникам до 8-го класса, когда он решил продемонстрировать свою память на шоу талантов. 6 июня 1974 года, в четверг, как вспоминал Хили, дети целый день подходили к нему и спрашивали о днях рождения и других датах. Учитель обществознания даже вышел из класса, чтобы рассказать директору о поразительном воспоминании Хили.

    Воспоминания, которые остаются с нами, окрашены эмоциями.

    Когда Хили стал старше, он понял, что болезненные события, произошедшие 20 или 30 лет назад, вернутся к нему с такой же эмоциональной интенсивностью, как если бы он снова переживал эти моменты, как когда он пообещал братство в колледже, но не получил потому что он был грузным и застенчивым.Или когда его уволили с первой работы из колледжа всего через два месяца. Но он научился жить с негативными воспоминаниями и придавать им позитивный оттенок. Он продолжал работать консультантом, помогая другим делать то же самое, и даже писал книги о своем опыте жизни с феноменальной памятью.

    Когда он увидел серию 20/20 9 мая 2008 года об исследованиях Макгоу. Хили отправил исследователям Калифорнийского университета в Ирвине свои мемуары и начал отвечать на вопросы викторины, проведенной аспирантами по телефону, что привело к возможному визиту в Калифорнийский университет в Ирвине.Вспоминая тот день, Хили сказал мне, что снова может представить себе Макгоу, чье левое стекло было мутным. Он описал длинный стол, невзрачную комнату и увидел, что я сижу слева от него.

    «Первое, что они попросили меня сделать, — это написать ряд букв и цифр, — сказал Хили. Он помнил, как вошел в комнату, и тут же его попросили подойти к доске, которую он увидел настолько ясно, что описал ее мне как зеленую, а не черную. Он сказал, что писал мелом. Затем ему сказали повернуться спиной к доске и вспомнить, что он написал.

    — У меня не очень хорошо получалось с буквами, — сказал Хили. Но он все еще помнил числа, такие как 1, 9, 6 и 4. После демонстрации доски он вспомнил, как ответил на длинную серию дополнительных вопросов.

    Часть того, что он написал на доске в тот день, действительно была 1, 9, 6 и 4, именно в таком порядке, согласно моему магнитофону и заметкам. Но зеленая доска на самом деле была белой доской. И он использовал цветные маркеры, а не мел.

    Кроме того, Хили попросили написать на доске через 46 минут после того, как он ответил на ряд вопросов на запоминание — не в первую очередь.И я сидел справа от него, снаружи круга, а не слева от него за столом. В моем отчете было указано, что в комнате находились семь человек, плюс я сам, а Хили назвал цифру «15 или около того».

    Кажется «непонятным, почему люди (высококачественная автобиографическая память) помнят некоторые тривиальные детали, например, что они ели на обед 10 лет назад, но не помнят других, таких как слова в списке слов или фотографии в слайд-шоу», Патихис и коллеги отметили в исследовании PNAS. «Ответ на это может заключаться в том, что они могут извлекать какое-то личное значение только из некоторых тривиальных деталей и вплетать их в повествование о данном дне.

    Для всех нас, чем сильнее эмоция, связанная с моментом, тем больше вероятность того, что активируются те части нашего мозга, которые отвечают за память. Как сказал мне Макгоу, вы не запомните каждую поездку на работу каждый день. Но если на одном из них вы стали свидетелем смертельной аварии, вы, вероятно, помните это. Воспоминания, которые остаются с нами, окрашены эмоциями.

    «Почему эволюция так поступила?» — сказал Макго. — Потому что это было необходимо для нашего выживания. Животное идет к ручью и его кусает тигр, но выживает, животное знает, что лучше больше не ходить к этому ручью.”

    Теперь мы знаем, что животные, вероятно, тоже подвержены искажениям памяти, поскольку недавно исследователи Массачусетского технологического института смогли успешно внедрить ложные воспоминания у мышей.

    Исследование PNAS не противоречит тому, что люди с превосходной памятью обладают «обильной и точной памятью», как отметили авторы. Действительно, Хили вспомнил много других дискуссий в тот день, которые я бы никогда не завел без диктофона. Он вспомнил, как его спросили о 26 марта 1990 года, и как он ответил, что помнит, что это была ночь вручения премии Оскар, и он работал в психиатрической клинике, когда пациент сказал ему, что он плохо себя вел, потому что единственное внимание, которое он получал взросление было отрицательным.

    Он также вспомнил, как его спросили о 8 октября 2007 года, на что он ответил, что это был 30-градусный день, и он вспомнил, как утром ходил купаться в океане, и он болтал с человеком, который сказал: «Здесь как в июле ».

    В конце теста на память Макго спросил Хили: «Что ты хочешь у нас спросить?»

    Хили хотел знать, как будут использоваться результаты исследования.

    «В мире очень мало людей, обладающих такой способностью, — сказал ему Макгоу. «Мы хотим знать, что происходит в вашем мозгу, что позволяет вам это делать.

    «Я действительно взволнован идеей, что это может быть использовано для дальнейшего образования и психологии», — сказал Хили группе. «Мне годами не давало покоя то, что у тебя есть эта особая способность, но ты никогда не мог применить ее в своей карьере».

    Хили несколько раз говорил мне и другим, что надеется, что это будет использовано на благо мира. В прошлом году исследователи опубликовали отчет, основанный на интервью с Хили и другими людьми с превосходной памятью, показывающий, что у всех было более прочное белое вещество, связывающее среднюю и переднюю части их мозга, по сравнению с людьми с обычной памятью.

    Когда я недавно разговаривал с Хили и рассказал ему об ошибочных воспоминаниях, доказанных у людей с превосходной памятью, исследовании, в котором он не участвовал, он выглядел разочарованным, узнав, что его память на самом деле может быть такой же податливой, как память обычного человека. .

    Он вспомнил, как он себя чувствовал после того, как тесты на память были завершены: «Смешанное удовлетворение от того, что я смог продолжить исследования и использовать свой дар, данный Богом… во благо».

    Из всех своих воспоминаний Хили вычеркнул личное повествование о том дне, которое вписывалось в запутанную историю его жизни и заканчивалось на искупительной ноте.

    «У всех нас есть нарративы», — сказал Макгоу, объясняя, что люди формируют убеждения и ценности, а затем развивают в своих воспоминаниях объяснения этих убеждений и ценностей. «Мы все создаем истории. В этом смысле наша жизнь — это история».

    Все эти дискуссии заставили меня задуматься о журналистике, которую я практикую и преподаю. Рассказы репортеров часто считались первыми набросками истории. Как написала Кэролин Китч из Университета Темпл в академическом журнале «Исследования памяти» , возможно, «журналистика не находится на вершине иерархической стопки правды, как полагают многие ученые-журналисты.Журналистика внутри памяти; это в его сердце».

    На протяжении многих лет я брал интервью у свидетелей терактов 11 сентября и спешил на место происшествия, чтобы получить анекдоты от свидетелей катастрофического крушения поезда или расстрела в Технологическом институте Вирджинии. Вполне логично, что люди, с которыми я разговаривал, хорошо помнили такие шокирующие, эмоционально заряженные события. Некоторые называют это «памятью-вспышкой».

    Даже они могут быть ненадежными. В 1977 году журнал Flying взял интервью у 60 очевидцев авиакатастрофы, в результате которой погибли девять человек.Но у них были разные воспоминания. Один из свидетелей объяснил, что самолет «шел прямо к земле — прямо вниз». Тем не менее фотографии показали, что самолет ударился плашмя и под достаточно низким углом, чтобы его пронесло почти на тысячу футов.

    Реальная история всегда фильтруется через то, как ее рассказывает рассказчик.

    Для журналистов «неисправная память — это, безусловно, проблема. Так как же защититься от этого?» сказал Ричард Э. Мейер, двукратный финалист Пулитцеровской премии в области писательского мастерства. Для одной из этих статей о женщине, застрявшей внутри своего тела после инсульта, Мейер взял у нее интервью, используя доску для писем, потому что она не могла говорить.Большая часть ее повествования была из жизни ее разума, когда никто не знал, что она жива внутри. Многие детали невозможно было проверить иначе, например, когда она пыталась утопиться, направляя струю душа в трахеостомическое отверстие на шее. «Я должен был положиться на ее память, — сказал он. «Я знал, что это происходит». Но чтобы проверить свою уверенность в ее воспоминаниях после инсульта, он сначала поговорил с ее мужем, сестрой, дочерью и медсестрами и сверил воспоминания о ее жизни до инсульта с их воспоминаниями. Они проверили.

    Директор Программы литературной журналистики Калифорнийского университета в Ирвине получил поучительный опыт, когда рассказал о Смерть в озере Белого Медведя . Чтобы воссоздать сцену, он взял интервью у людей, присутствовавших на похоронах. В одном из таких интервью один человек вспомнил кое-что странное: маленький мальчик, о котором рассказывалось, был в красных пластиковых очках. «В контексте истории я знал значение», — сказал Барри Сигел. «У него был синяк под глазом». Когда Сигел осматривал место происшествия с 10 другими участниками похорон, он старался не задавать им вопросов.Никто не упомянул солнцезащитные очки. Затем он взял интервью у 12-го. И вот, сказал Сигел, этот человек тоже помнил мальчика в красных пластиковых солнцезащитных очках.

    Нет абсолютной гарантии, что все в документальном повествовании является абсолютной правдой, «но вы, как писатель, обязаны максимально приблизиться к истине, — сказал Мейер, — и единственный способ сделать это то есть сообщить о том, что из этого выйдет ад».

    Он призвал всех, кто хочет написать свои собственные мемуары, рассказать об этом и посмотреть, как часто они ошибаются в своих воспоминаниях.Некоторые журналисты сделали именно это, в том числе Дэвид Карр из The New York Times и Уолт Харрингтон, бывший репортер Washington Post Magazine .

    Харрингтон, ныне профессор литературной журналистики в Иллинойском университете, однажды сказал: «Истина — это документальная, физическая реальность, а также то значение, которое мы придаем этой реальности, наше восприятие ее».

    Правдивая история всегда проходит через то, как ее рассказывает рассказчик.

    Разум и его память не только фиксируют и извлекают информацию и опыт, но также делают выводы, заполняют пробелы и конструируют, писал Брайан Бойд в «О происхождении историй» .«Неспособность эпизодической памяти обеспечить точные копии переживаний, по-видимому, является не ограничением памяти, а адаптивным дизайном».

    Повествование, как объясняет Сигел, формирует смысл и порядок из существования, которое в противном случае представляет собой лишь тревогу и хаос. Это один вывод, который энтузиасты документальной литературы могут принять во внимание, когда думают о пересечениях между историями и памятью. В обоих есть гармония.

    Ошибочность памяти в судебных процессах: уроки прошлого и их современные последствия двадцатый век.Однако эти вопросы стали особенно важными, по крайней мере, в США, в 1980-х и 1990-х годах, когда число детей, вовлеченных в судебные разбирательства по поводу сексуального насилия, резко возросло (см. Ceci & Bruck,

    1993 , 1995 ). Это стало результатом значительного сдвига в осознании и чувствительности общества к проблемам жестокого обращения с детьми. Это привело к важным изменениям в судопроизводстве не только в США, но и в ряде стран западного мира, которые позволили детям давать неподтвержденные показания в случаях насилия и жестокого обращения.На самом деле сводки статистических данных Национального центра жестокого обращения с детьми и безнадзорности в Америке (Poole & Lamb, 1998 ) показали, что количество расследований сексуального насилия над детьми увеличилось в четыре раза с конца 1970-х по 1990-е годы. Действительно, Сеси и Брук ( 1993 ) подсчитали, что в начале 1990-х более 13 000 детей ежегодно давали показания по делам о сексуальном насилии.

    С такими утверждениями часто мало доказательств судебной экспертизы. Сексуальная виктимизация детей обычно происходит наедине и обычно в ней участвуют только два человека: жертва и преступник.Конечно, в зависимости от характера сексуального насилия могут быть и физические признаки насилия. Однако чаще таких признаков нет (McGough, 1993 ). Как отметили Брейнерд и Рейна (, 2005, , стр. 294):

    Из-за частого отсутствия вещественных доказательств судебно-медицинские эксперты полагаются на отчеты о памяти детей из допросов (полицейских, социальных работников) в качестве доказательств в таких случаях. Хотя исследователи в этой области поддерживают утверждение о том, что большинство дел, которые попадают в судебную систему, связаны с истинными заявлениями о сексуальном насилии, ряд сенсационных дел о «детских садах» 1980-х и 1990-х годов вызвал фундаментальные опасения относительно надежности показаний детей. а также методы и стратегии допроса, используемые для получения информации от детей в судебно-медицинских ситуациях.Как мы увидим ниже, фантастические утверждения о ритуальном насилии, порнографии, культах и ​​длительном насилии над несколькими жертвами поступали в тех случаях, когда было мало медицинских доказательств и когда не было подтверждений со стороны взрослых очевидцев. Тем не менее, таким заявлениям поверили медицинские работники, полиция, прокуратура, а также семьи и друзья причастных к делу. В то время прокуратура утверждала, что дети не будут лгать о сексуальном насилии, в то время как защита утверждала, что утверждения и сообщения о насилии были результатом неоднократных допросов не только полицией, но и родителями детей. социальные работники и терапевты, контактировавшие с детьми.Хотя теперь у нас есть научные доказательства, подтверждающие это утверждение, в то время было мало прямых доказательств того, что это может иметь место. Как заявили Сеси и Брук ( 1995 ), из-за отсутствия доказательств и распространенного мнения о том, что дети не смогут придумывать истории о сексуальном насилии, многие из этих дел закончились обвинительными приговорами.

    Сегодня мы, конечно, знаем, что получение таких свидетельств от детей может быть спорным и что надежность этих свидетельств памяти зависит не только от стиля допроса, но и от типов вопросов, которые задают детям.Из-за этих опасений исследователи развития памяти проявили особый интерес к методам опроса, используемым для получения отчетов о памяти детей, и, в конечном счете, к тому, как детские отчеты могут быть сформированы с помощью внушений, внушенных взрослыми интервьюерами (обзор см. в Ceci & Bruck, , 1995). ). Экспериментальное исследование этих методов привело к важным выводам о внушаемости детей и методах криминалистического допроса детей (Ceci & Bruck, 1993 , 1995 ; Poole & Lamb, 1998 ).Кульминация этого исследования привела к значительному пересмотру того, что представляет собой надлежащий допрос детей-свидетелей (Ceci & Friedman, 2000 ). Сегодня предпочтительной стратегией проведения интервью с детьми является стратегия, разработанная Национальным институтом детского здоровья и развития человека (NICHD; см. Lamb, Orbach, Hershkowitz, Esplin, & Horowitz, 2007 ). Здесь есть не только определенная структура времени и последовательности проведения опроса ребенка, но и рекомендации, что делать, а не .

    Чтобы понять, как мы пришли к этому протоколу допроса детей, мы обратимся к двум ключевым судебным делам, которые показывают, насколько дети могут быть восприимчивы к внушающему давлению во время интервью. Затем мы обсудим последующее исследование, задокументировавшее внушающие и принудительные процедуры, которые, как мы теперь знаем, могут существенно увеличить риск восприимчивости детей к ложным обвинениям.

    Дело детского сада Wee Care

    В 1988 году Келли Майклс ( State v.Michaels ) был обвинен в сексуальном насилии над 20 детьми дошкольного возраста в детском саду Wee Care в Мейплвуде, штат Нью-Джерси. Это началось, когда у бывшего 4-летнего ученика Майклза в кабинете педиатра измерили температуру, и он заметил: «Вот что мой учитель делает со мной в школе» (Маншел, 1990 , стр. 126). Педиатр посоветовал матери сообщить об этом в государственное агентство по защите детей, которое через два дня провело беседу с ребенком. Во время интервью ребенок ввел палец в прямую кишку анатомической куклы.Ребенок сообщил, что с двумя другими мальчиками случилось то же самое. На допросе мальчики отрицали, что это произошло, но один мальчик сказал, что Майклз прикасался к его пенису. После этих первоначальных обвинений детский сад Wee Care разослал родителям письмо, информирующее их о расследовании серьезных обвинений. Затем последовала встреча с социальным работником, где родителям рассказали о часто встречающемся сексуальном насилии над детьми. Она призвала родителей осматривать детей на предмет любых признаков жестокого обращения, включая болезненность половых органов, ночные кошмары, ночное недержание мочи и заметные изменения в поведении.Вскоре возникло еще много обвинений (Ceci & Bruck, 1993 ).

    Майклз был обвинен в изнасиловании и жестоком обращении с этими детьми в течение семи месяцев во время школьных занятий. Среди множества обвинений против Майклс ее обвинили в том, что она слизывала арахисовое масло с половых органов детей, играла на пианино в обнаженном виде и насиловала их ножами, вилками, ложками и кубиками Lego (Ceci & Bruck, 1993 ). Ни одно из этих предполагаемых действий не было замечено другими сотрудниками школы, и никто из родителей не заметил никаких физических признаков.Присяжные в Верховном суде Нью-Джерси признали Майклза виновным по 115 пунктам обвинения в нападении при отягчающих обстоятельствах, сексуальном насилии, угрозе благополучию детей и террористических угрозах. В 1993 году Апелляционная палата отменила обвинительные приговоры, частично основанные на записке amicus (письменная записка «друга» суда, лица, не являющегося стороной в деле, но предоставляющего информацию, относящуюся к делу, такую ​​как юридическое заключение, заключение эксперта или научный трактат) комитетом заинтересованных ученых, который поставил под сомнение надежность методов допроса, использованных в отношении 20 детей-заявителей.Суд постановил, что «суды должны предоставить средство правовой защиты, если протокол показывает, что показания обвинителя основаны на недостоверных представлениях или воспоминаниях, вызванных ненадлежащими следственными процедурами, если это приводит к безвозвратной утрате права обвиняемого на справедливое судебное разбирательство» [см. Государство против Майклза , 264 NJSuper. 579, 631-32, 625 A.2d 489 (App. Div.1993)]. Верховный суд штата Нью-Джерси подтвердил отмену обвинительного приговора [см. State v. Michaels , 136 N.J. 299, 642 A.2d 1372 (1994)], а 1 декабря 1994 г. прокуратура округа Эссекс сняла все обвинения с Майклза.

    Дела McMartin и Wee Care Nursery наиболее широко задокументированы в научном сообществе, касающемся показаний детей-очевидцев. Неоднократные допросы, наводящий на размышления и принудительный характер допросов и продолжительность допросов относятся к числу факторов в этих случаях, которые в конечном итоге привели к многочисленным ложным обвинениям. Действительно, стенограммы интервью из этих случаев показывают, как динамика разговора или интервью может быть настолько мощной, что побуждает детей создавать графические и правдоподобные описания событий, которых с ними никогда не происходило.В отчете amicus, представленном в Верховный суд штата Нью-Джерси, Брук и Сеси ( 1995 ) продемонстрировали, что эти проблемы широко распространены в детских интервью и связаны с детской внушаемостью. Кроме того, они привели конкретные примеры в интервью по делу Майклза, когда методы опроса считались настолько ошибочными, что они существенно повлияли на достоверность показаний детей, что привело к сообщениям, которые были восприняты как простое отражение предложений интервьюеров.Хотя полную оценку этих расшифровок можно найти в перепечатанной версии отчета amicus (Bruck & Ceci, 1995 ), мы кратко выделим некоторые ключевые примеры, демонстрирующие те факторы, которые влияют на восприимчивость детей к внушению из расшифровок интервью как дела Келли Майклс, так и дела МакМартина (Schreiber et al., 2006 ).

    Начнем с того, что из предыдущих исследований мы получили важные доказательства того, что представления интервьюеров о событии могут влиять на их стиль допроса и, в свою очередь, на точность показаний ребенка.Например, Уайт, Лейхтман и Сеси ( 1997 ) предоставили интервьюерам отчеты о запланированном событии, которое было разыграно с детьми дошкольного возраста. Событие включало физическое прикосновение, выполнение необычных действий и действия или наблюдение за действиями другого ребенка. Интервьюеры не знали, что некоторые события, описанные в отчете, были неверными. Все дети были опрошены дважды, один раз через месяц и еще раз по прошествии двух месяцев. Интервьюера попросили провести интервью, чтобы получить от детей наиболее фактически точный отчет.Результаты показали, что опрос интервьюера был предвзят к деталям, представленным в отчете о событии. Кроме того, дети младшего возраста чаще, чем дети старшего возраста, соглашались на вопросы, основанные на неверной информации. Дети с большей готовностью соглашались с необычными (например, дети положили шарики в ухо исследователям) неправильными событиями, а отчеты детей младшего возраста со временем становились более неточными из-за вводящей в заблуждение информации. Многие также делали неточные уточнения даже после того, как изначально правильно отклоняли запросы о событиях, которых не было.Например, на вопрос: «Вы целовались с исследователем?» ребенок может правильно ответить «Нет», но затем прокомментировать «но исследователь поцеловал меня».

    Эффект предвзятости интервьюера и неспособность проверить альтернативные объяснения поведения и ответов детей можно увидеть в интервью с детьми в деле Майклза (Bruck & Ceci, 1995 ). Есть много случаев, когда интервьюер настаивал на определенной линии расспросов (используя повторяющиеся наводящие вопросы, взятки и угрозы) даже после того, как ребенок отрицает, что событие произошло, или после того, как ребенок делает странное или непоследовательное заявление, которое следует проверить.Поскольку интервьюеры придерживались предубеждений и полагали, что главная цель состояла в том, чтобы заставить детей признать, что они подверглись сексуальному насилию, интервьюеры не считали, что такие заявления могут показать, что дети были сбиты с толку. Более того, интервьюеры не пытались понять смысл того, что говорили дети; то есть, притворялись ли дети, рассказывали анекдот или повторяли что-то, что им было сказано ранее. Свидетельства такого странного диалога мы видим ниже в интервью с одним из детей Майклза:

    Опрашивающий: Вы думаете, что Келли была нехорошей, когда причиняла всем вам боль?

    Ребенок: Не делал мне больно.Она мне нравится

    Опрашивающий: Я вас не слышу, вы должны смотреть на меня, когда разговариваете со мной. Теперь, когда Келли беспокоила детей в музыкальной комнате

    Ребенок: Я сняла носки

    Опрашивающий: Она заставляла кого-нибудь еще раздеваться в музыкальной комнате?

    Ребенок: Нет

    Интервьюер: Да

    Ребенок: Нет

    (Michaels Interview, Bruck & Ceci, 1995 , p.276)

    В стенограммах дел МакМартина и Майклза был выявлен ряд наводящих на размышления техник. Эта категория может охватывать широкий спектр суггестивных влияний. Шрайбер и др. ( 2006 ) выделить пять видов техник: (1) подкрепление, (2) повторение вопросов, (3) информация со свидетелями (давление со стороны сверстников), (4) побуждение к размышлениям и (5) введение новой информации . Подкрепление может принимать положительную или отрицательную форму.Положительное подкрепление включает в себя похвалу ребенка за что-то, что он сказал или что-то, что он мог бы сказать, что порадует интервьюера:

    Интервьюер: Держу пари, если вы, ребята, наденете свои мыслительные колпаки, вы поможете запомнить это. Теперь давайте проверим ваш мозг и посмотрим, насколько хороши ваши воспоминания.

    (Интервью МакМартина № 107, стр. 32–33, 38)

    Отрицательное подкрепление или последствие возникает, когда ответ ребенка подвергается критике или с ним не соглашаются.Это указывает ребенку на неадекватность и сомнительность утверждения. Повторение вопросов также можно рассматривать как форму отрицательной обратной связи, так как ребенок видит, что предыдущий ответ был неприемлем. Обычно это связано с вопросами выбора, и исследования показали снижение точности детских отчетов с использованием повторения (Poole & White, 1991 , 1995 ). Интервьюеры McMartin и Michaels часто использовали повторяющиеся вопросы, когда ребенок отрицал жестокое обращение или когда ответ ребенка не соответствовал тому, во что верили интервьюеры.Во многих случаях дети сначала последовательно отвергали наводящие вопросы, но при повторении ребенок менял свои ответы:

    Опрашивающий: Когда Келли тебя целовала, она когда-нибудь засовывала свой язык тебе в рот?

    Ребенок: Нет

    Опрашивающий: Она когда-нибудь заставляла вас засовывать язык ей в рот?

    Ребенок: Нет

    Опрашивающий: Вам когда-нибудь приходилось целовать ее влагалище?

    Ребенок: Нет

    Опрашивающий: Кто из детей должен был целовать ее влагалище?

    Ребенок: Что это?

    Опрашивающий: Нет, это моя игрушка, мой радиоприемник.Какие дети должны были целовать ее влагалище?

    Ребенок: Я

    (Michaels Interview, Bruck & Ceci, 1995 , стр. 280)

    Из предыдущих исследований мы знаем, что подкрепление (как положительное, так и отрицательное) может оказывать сильное влияние на поведение детей и оказывает значительное влияние при использовании в беседах с детьми. В контролируемом лабораторном исследовании Гарвен, Вуд и Малпасс ( 2000 ) предоставили доказательства этого эффекта. Здесь детей (от 5 до 7 лет) посетил в их классе молодой человек, известный как Пако Перес.Неделю спустя дети были опрошены о визите с помощью наводящих вопросов, которые были либо обыденными («Пако сломал игрушку, когда был в гостях?»), либо фантастическими («Пако возил вас куда-то на вертолете?»). Половина детей была дополнительно подкреплена похвалой за ответы, которые включали ложные обвинения в отношении Пако, и умеренно негативные отзывы за ответы, которые не касались Пако. Подкрепляемые дети (35%) выдвинули больше ложных обвинений против Пако, чем дети без подкрепления (12%).Интересно, что для фантастических вопросов уровень ложных обвинений составил 52% для подкрепляемых детей по сравнению с 5% для детей без подкрепления. Кроме того, при опросе через неделю без подкрепления или наводящих вопросов дети, подкрепленные в предыдущем интервью, продолжали выдвигать обвинения примерно с той же частотой, что и раньше.

    Исследования показали, что информация о со-свидетелях является формой «социального доказательства», которая приводит к давлению со стороны конформистов, чтобы они соглашались с другими детьми-свидетелями (Leichtman & Ceci, 1995 ), и ее можно увидеть во всех стенограммах из дневного ухода. случаи:

    Опрашивающий: Вы видите всех детей на этой фотографии? Каждый ребенок на этой фотографии пришел сюда и поговорил с нами.Разве это не удивительно? … Эти дети пришли к нам в гости, и мы узнали, что они знают много гадких старых секретов из той старой школы. И все они пришли и рассказали нам секреты. И они помогают нам разобраться во всей этой загадке того, что раньше происходило в этом месте.

    (Интервью МакМартина № 107, стр. 16–17)

    Опрашивающий: Все остальные друзья, с которыми я разговаривал, рассказали мне все, что произошло. 29С сказал мне. 32С сказал мне… А теперь твоя очередь рассказать. Ты же не хочешь остаться в стороне, не так ли?

    (Интервью Майкла, Bruck & Ceci, 1995 , с.283)

    Родители также сказали своим детям, что другие дети назвали их жертвами. Брук и Сеси ссылаются на Ребенка 1С, который в конце концов рассказал о своем «насилии» своей матери, но только после того, как она сказала ему, что другие упоминали его как участника.

    Аналогичным образом, детей Майклз и МакМартин постоянно просили предположить, могло ли произойти то или иное событие, или действительно просили притвориться, что событие произошло. Исследования показали, что такие приемы приводят к ошибкам в детских воспоминаниях из-за сбоев в мониторинге источников.Побуждение к размышлениям может оказать сильное влияние на точность последующих воспоминаний, потому что это форма самогенерируемой дезинформации. Исследования показывают, что, когда детей просят «представить себе в голове» конкретное событие, ложное согласие не только возникает, но и усиливается в течение нескольких сеансов и продолжается даже тогда, когда детям сообщают, что интервьюер просил их представить события, которых на самом деле не было. (например, Ceci, Loftus, Leichtman, & Bruck, 1994 ). Свидетельства вызывающих домыслов часто появлялись в ходе интервью в детских садах, когда детей часто просили представить, как определенные инструменты могут быть использованы для жестокого обращения с детьми, и просили детей показать на анатомических куклах, где их учитель мог прикасаться к ним и другим детям в их класс:

    Опрашивающий: Почему бы вам не показать мне, как, по вашему мнению, маленькая девочка может пострадать от вилки?

    (Интервью Майкла, Bruck & Ceci, 1995 , с.292)

    Хотя с возрастом дети становятся менее восприимчивыми к дезинформации, введение новой информации может увеличить количество ложных обвинений в любом возрасте. Шрайбер и др. ( 2006 ) провел количественный анализ случаев появления новой информации в делах МакМартина и Майклза, а также ряд интервью Службы защиты детей (CPS). Это были 100 интервью CPS о сексуальном насилии, которые считались «нормальными» интервью, которые создали группу сравнения. Вопрос или утверждение интервьюера получали оценку за введение информации только в том случае, если они (1) представляли новый материал сексуального, насильственного или негативного содержания, (2) противоречили или существенно не соответствовали предыдущим заявлениям ребенка или (3) относились к необычным и очень специфические события или идеи (например,г., улетая из школы на вертолете), ранее не упомянутое ребенком. Например:

    Опрашивающий: Как насчет голой кинозвезды? Ребята, вы помните ту игру?

    Ребенок:

    Интервьюер: Эту игру запомнили все. Посмотрим, сможем ли мы разобраться.

    (Интервью МакМартина 107, стр. 32)

    В то время как чуть менее 20% утверждений и вопросов из интервью МакМартина и Майклза содержали новую информацию, только 3% утверждений в интервью CPS содержали новую информацию или информацию, не согласующуюся с утверждениями ребенка.

    Несмотря на то, что в ходе значительных исследований в области дезинформации изучалось влияние единичных случаев внедренной дезинформации, если детям неоднократно дают дезинформацию в ходе серии интервью, это может иметь серьезные последствия для точности их более поздних отчетов (Andrews & Lamb, ). 2014 ; Bruck & Ceci, 1995 ). Дезинформация не только включается в последующие отчеты детей, но также имеет тенденцию к увеличению количества фабрикаций, которые не всегда прямо отражают содержание вводящей в заблуждение информации.Например, Bruck, Ceci, Francoeur и Renick ( 1995 ) расспрашивали детей о событии, которое произошло примерно годом ранее. Дети посетили кабинет педиатра, где врач-педиатр провел каждому ребенку медицинский осмотр, пероральную вакцину против полиомиелита и прививку. Во время этого визита ассистент женского пола также поговорила с ребенком о плакате, прочитала ему сказку и угостила его лакомством. Они были повторно допрошены четыре раза в течение одного месяца. Некоторым детям задавали вводящие в заблуждение вопросы, которые предполагали, что роли поменялись местами, и что научный сотрудник завершил обследование и дал им прививку и вакцину.Другие дети выступали в качестве контрольной группы и не получали вводящих в заблуждение вопросов относительно научного сотрудника и педиатра. В финальном интервью детей просили свободно вспомнить, что произошло во время визита к педиатру. Дети из контрольной группы предоставили очень точную информацию, в то время как более половины детей из группы, введенной в заблуждение, сообщили, что их медицинский осмотр проводила женщина-лаборантка. Интересно, что из этих детей 45% также включили непредполагаемые, но неточные детали (например,г., сообщил, что ассистент проверил их уши и нос). Хотя нет четких данных о том, сколько раз детям в детских садах задавали повторяющиеся (неверные) наводящие вопросы, детей допрашивали их родители, терапевты, сотрудники прокуратуры в преддверии суда и стороны обвинения и защиты в судебном заседании. Когда внушения внедряются, они не только могут быть включены в отчет, но и используются очень продуктивным образом для искажения реальности, что, весьма вероятно, имело место в случаях дневного ухода, обсуждаемых здесь.

    Мы упомянули о значительном количестве наводящих на размышления методов опроса, которые, как было показано, оказывают значительное влияние на точность отчетов детей. Однако есть несколько других сопутствующих факторов, которые в конечном итоге привели Брука и Сеси ( 1995 ) к выводу, что условия, в которых были опрошены дети, были «небезопасными». Например, маленькие дети чувствительны к статусу и власти интервьюеров. Если у маленького ребенка берет интервью кто-то, кого он считает авторитетным, этот ребенок вряд ли будет оспаривать то, что было сказано этим человеком.Bruck и Ceci (, 1995, ) утверждают, что эта разница в силе является одним из наиболее важных факторов восприимчивости детей к внушению. Исследования показали, что этот факт соответствует действительности (см. Ceci & Bruck, 1993 ), и в интервью Майклза неоднократно упоминается статус и благонадежность интервьюера, ссылаясь на его связь с правоохранительными органами:

    Я полицейский, если бы ты была плохой девочкой, я бы тебя наказал, не так ли? Полиция может наказывать плохих людей

    Я познакомлю вас с одним из мужчин, которые арестовали Келли и посадили ее в тюрьму.

    (Интервью Майкла, Bruck & Ceci, 1995 , стр. 286)

    Брук и Сеси ( 1995 ) также подчеркивают (неправильное) использование анатомически детализированных кукол во время интервью Майклза. Куклы часто используются профессионалами, работающими с детьми, чтобы помочь вспомнить, преодолеть языковые проблемы и предоставить способ общения, если они застенчивы или смущены. Считается, что чрезмерная озабоченность гениталиями или стресс, проявляющийся, когда они раздеты, свидетельствуют о жестоком обращении (Mason, 1991 ).Однако исследования показали, что куклы наводят на размышления и могут способствовать сексуализированным играм, даже если ребенок не подвергался насилию (например, Gardner, 1989 ; Terr, 1988 ). Ceci и Bruck ( 1993 ) обнаружили, что после обычного осмотра у педиатра (некоторые из которых включали осмотр половых органов) трехлетние дети неточно сообщали, как и где к ним прикасались. Дети, которых не трогали, демонстрировали с помощью кукол, что к ним прикасались, тогда как некоторые из детей, к которым прикасались, ложно показывали, что проникновение имело место.Дети также продемонстрировали ряд других странных поступков. Когда его спросили, что врач делал со стетоскопом, некоторые дети предположили, что он использовал его на своих половых органах. Когда его спросили: «Как он может использовать ложку?» небольшое количество детей вставляли его в генитальное или анальное отверстие куклы.

    Использование анатомических кукол кажется существенным в интервью Майклза. Брук и Сеси ( 1995 ) сообщили, что анатомические куклы показывались детям в 24 из 39 интервью до того, как ребенок сообщил о сексуальном насилии.Многие наводящие на размышления аспекты интервью включали вопросы сексуального характера в контексте демонстраций с куклами. Например, детей попросили порассуждать о том, как можно было использовать столовое серебро:

    Опрашивающий: Почему бы вам не показать мне, как, по вашему мнению, маленькая девочка может пострадать от вилки?

    И

    Опрашивающий: Почему бы вам не показать мне, что Келли сделала с большой деревянной ложкой.

    Часто, как показано выше, дети сопротивлялись этим предложениям, но иногда после многократного повторения дети реагировали, тыча столовым серебром в гениталии или ягодицы куклы:

    Опрашивающий: Можете ли вы придумать, как кто-то мог использовать это, чтобы причинить вред маленьким девочкам?

    Ребенок: (показывает на животик)

    Опрашивающий: Как вы думаете, где еще маленькая девочка могла пораниться деревянной ложкой?

    Ребенок: Пупок.

    Опрашивающий: Как вы думаете, где еще маленькая девочка может получить удар деревянной ложкой? Как вы думаете, как Келли использовала эту вилку, чтобы причинить боль маленьким девочкам?

    Ребенок: Пупок.

    Опрашивающий: Где еще?

    (наконец-то после множества настойчивых вопросов)

    Ребенок: Внизу.

    (Интервью Майкла, Bruck & Ceci, 1995 , стр. 292–293)

    Обратите внимание на сходство с исследованием педиатра, когда детей спрашивали, что врач может делать с ложкой.В настоящее время специалисты с осторожностью относятся к использованию анатомических кукол с маленькими детьми, поскольку их использование способствует сексуализированному поведению и ложным сообщениям о детях, не подвергшихся насилию.

    Другие факторы, такие как продолжительность допроса и типы допроса, также были связаны с проблемами достоверности при судебно-медицинском допросе детей и развитием ложных воспоминаний (см. ). Продолжительность интервью касается не только меры временной продолжительности интервью, но и количества высказываний за интервью.Продолжительность интервью становится проблемой, если маленькие дети проявляют признаки усталости или рассеянного внимания (например, Министерство внутренних дел, 2002 ). В опубликованных рекомендациях по допросу детей в судебно-медицинской экспертизе также подчеркивается важность предоставления детям возможности подробно рассказывать и описывать своими словами рассматриваемый опыт (Home Office, 2002 ; Poole & Lamb, 1998 ). Однако часто можно увидеть, что интервьюер говорит значительно больше, чем ребенок. На самом деле, отношение слов интервьюера к детским словам использовалось как грубый показатель наводящего на размышления и неумелого интервьюирования (Underwager & Wakefield, 1990 ).При количественном анализе длины интервью и соотношения высказываний Schreiber et al. ( 2006 ) обнаружили, что интервью МакМартина длились примерно 1 час 14 минут, тогда как интервью Майклза длились примерно 23 минуты. В обоих случаях было значительно больше интервьюеров по сравнению с детскими словами (соотношение = 4,60 и 4,67 соответственно). Руководство по опросу детей обычно рекомендует, чтобы интервьюер использовал открытые вопросы («Расскажите мне, что случилось») или вопросы со свободным повествованием, где это возможно (Американское профессиональное общество по вопросам жестокого обращения с детьми, 2002 ; Министерство внутренних дел, 2002 ; Poole & Баранина, 1998 ).Они с большей вероятностью приведут к точному описанию события и уменьшат возможность для предложений. Тем не менее, маленькие дети не всегда способны дать подробный рассказ, поэтому в руководствах также указывается, что за открытыми вопросами могут следовать вопросы «да/нет» («Это происходило более одного раза?»), вопросы с выбором («Было ли это ночью? или дневное время?») или сфокусированные/конкретные вопросы («Где это произошло?»). Однако такие вопросы следует использовать с осторожностью и не должны носить наводящий характер.К сожалению, в судебных допросах детей такими вопросами часто злоупотребляют и используют в наводящей на размышления манере. Шрайбер и др. ( 2006 ) сообщил, что большинство вопросов в интервью МакМартина и Майклза были в форме «да/нет», за которыми следовали сфокусированные/конкретные, и только около 10% вопросов касались свободного припоминания/открытого повествования.

    Мы представили ряд особенностей, присутствие которых в интервью или взаимодействии с маленькими детьми может значительно снизить точность их отчетов.Многие из этих особенностей, а также другие, были выдвинуты на первый план после широко разрекламированных случаев дневного ухода, и потребность в систематических изменениях была вызвана, когда дело дошло до допроса детей. Это систематическое изменение произошло в форме протоколов опроса и процедур, которые следует использовать при опросе детей. Теперь мы более подробно рассмотрим разработку этих протоколов.

    Профессиональные группы экспертов предложили рекомендации относительно наиболее эффективных способов проведения судебных или следственных допросов детей (напр.g., Американское профессиональное общество по борьбе с жестоким обращением с детьми, 1990 , 1997 ; Министерство внутренних дел, 1992 , 2002 ; Джонс, 2003 ; Баранина, 1994 ; Орбах, Гершковитц, Лэмб, Штернберг, Эсплин и Горовиц, 2000 ; Пул и Лэмб, 1998 ). Все такие рекомендации гласят, что интервью должно быть проведено как можно скорее после предполагаемого события интервьюерами, которые предоставляют как можно меньше информации, одновременно поощряя как можно больше информации от ребенка, используя открытые вопросы для получения повествований о событии.Прежде чем обсуждать существенные детали события, интервьюер должен объяснить свою роль, цель интервью и установить «основные правила» (описывать только события, которые «действительно произошли», использовать «не знаю», поправлять интервьюера, если они ошибаются и просят разъяснений, если они не понимают вопроса). Интервьюерам настоятельно рекомендуется использовать открытые вопросы как норму, использовать только подсказки опознания или ответы «да/нет» и вопросы с принудительным выбором позже в ходе интервью и только тогда, когда это необходимо для получения нераскрытой криминалистически значимой информации (Lamb et al., 2007 ). Исследования показали, что открытые вопросы с гораздо большей вероятностью помогут получить точную информацию, чем вопросы, полученные с помощью более сфокусированных ответов узнавания (Lamb & Fauchier, , 2001, ; Orbach & Lamb, , 1999, , , , , 2001, ). Вероятно, это связано с тем, что открытые вопросы заставляют ребенка вспоминать информацию по памяти, в то время как более целенаправленные подсказки, предоставляемые интервьюером, часто требуют от ребенка только распознавания информации.Интервьюерам рекомендуется не использовать вопросы «да/нет» или вопросы с принудительным выбором, потому что мы видели, насколько они могут наводить на размышления.

    Однако, несмотря на это исследование и одобренные экспертами рекомендации, такие методы интервьюера применялись редко. Лэмб и др. ( 2007 ) сообщил, что описательные исследования судебных допросов в США, Великобритании, Канаде, Швеции, Финляндии и Израиле последовательно показали малое использование открытых подсказок и что интервьюеры, даже если они были обучены надлежащим процедурам, часто отклонялись от этих рекомендаций, обычно не подозревая об этом.

    Поскольку судебно-медицинские интервьюеры часто испытывают трудности с соблюдением рекомендуемых методов проведения интервью в полевых условиях, Майкл Лэмб и его коллеги из NICHD разработали структурированный протокол интервью, предназначенный для преобразования профессиональных рекомендаций в оперативные руководства (Lamb et al., 2007 ; Orbach et al. ., 2000 ). Структурированный протокол NICHD содержит четкие инструкции, которые помогут интервьюерам пройти через все этапы следственного интервью, от начального вводного этапа, этапа установления взаимопонимания, который приучает детей к открытому стилю интервью при построении отношений с интервьюером, до основного. фаза, которая идентифицирует серию открытых подсказок для идентификации цели, и, наконец, к фазе директивного опроса, чтобы охватить важные детали, которые все еще отсутствуют (см. Разбивку этих фаз).

    ТАБЛИЦА 1

    Этапы протокола NICHD адаптированы из Lamb et al. ( 2007 )
    Этап I: Знакомство Интервьюер представляет себя, разъясняет задачу ребенка (необходимость подробного описания событий и правдивости), объясняет основные правила и ожидания ( то есть, что ребенок может и должен сказать «я не помню», «я не знаю», «я не понимаю» или поправить интервьюера, когда это уместно). Приведены примеры, чтобы убедиться, что ребенок понимает эти правила.
    ‘И если я скажу что-то неправильное, ты должен сказать мне. Хорошо?»
      «Если бы я сказал, что вы 2-летняя девочка [во время интервью с 5-летним мальчиком и т. д.], что бы вы сказали?»
    Этап II: Установление контакта Интервьюер стремится создать непринужденную, благоприятную среду для детей и установить взаимопонимание между детьми и интервьюером. Интервьюер задает ряд вопросов, чтобы лучше узнать ребенка.
      ‘ Расскажите мне о том , что вам нравится делать .
    Фаза III: Тренировка эпизодической памяти Детям предлагается подробно описать недавно пережитое нейтральное событие. Это «обучение» предназначено для ознакомления детей с неограниченными следственными стратегиями и приемами, используемыми на основном этапе, а также для демонстрации определенного уровня детализации, ожидаемого от них. вечеринка/первый день в школе/другое мероприятие]. Расскажи мне обо всем, что произошло [твой день рождения, Пасха и т.].’
    А что потом случилось ?
      ‘ Ранее вы упомянули [деятельность, упомянутая ребенком]. Расскажите мне все об этом .’
    Этап IV: Интервью по существу Этот этап состоит из ряда подэтапов, которые включают переход к основным вопросам:
      ‘ Теперь, когда я знаю вас немного лучше, Я хочу поговорить о том, почему [вы здесь] сегодня .’
     Затем последовали открытые вопросы, связанные с обвинениями
      ‘ Расскажите мне все об этом .’
      ‘ Тогда что случилось ?’ или ‘ Расскажите мне больше об этом .’
     После того, как ребенок изложил обвинения, используя открытые подсказки, интервьюер может перейти к получению информации, которая не была упомянута. ребенком. Например:
      ‘ Когда вы рассказывали мне о времени в подвале, вы упомянули, что он снял штаны. Что-то случилось с вашей одеждой ?’ [Дождитесь ответа.] [После того, как ребенок ответит, скажите:]
      ‘ Расскажи мне все об этом .’
      ‘ Я вижу [Я слышал] что у тебя [следы/синяки] на твоем [––––––––––]. Расскажите мне все об этом .’
     Интервью завершается после того, как ребенку задают вопросы. Интервьюер заканчивает, задавая нейтральный вопрос, например, куда они пойдут после того, как уйдут сегодня.

    Результаты независимых полевых исследований в четырех разных странах (например, Cyr, Lamb, Pelletier, Leduc, & Perron, 2006 ; Lamb, Orbach, Warren, Esplin, & Hershkowitz, 2006 ; Orbach и другие., 2000 ) демонстрируют эффективность протокола NICHD. Когда судебные следователи используют структурированный протокол NICHD, они повышают точность и качество информации, полученной от предполагаемых жертв всех возрастов. Исследования показали, что при использовании протокола используется по крайней мере в три раза больше открытых вопросов, а количество основанных на вариантах и ​​наводящих подсказок снижается примерно на 50% по сравнению с аналогичными интервью без использования протокола. Протокол также эффективен в отношении маленьких детей: около половины информативных и криминалистически значимых подробностей и более 80% первоначальных сообщений о сексуальном насилии предоставляются дошкольниками в ответ на бесплатные подсказки припоминания.Эти результаты показывают, что интервьюеры должны вводить информацию только в том случае, если существенная информация все еще отсутствует после того, как свободное припоминание и директивные подсказки были исчерпаны, потому что эти альтернативы с большей вероятностью выявят неточную информацию, а их введение может исказить любую предоставленную дополнительную информацию.

    Протокол NICHD основывается на текущих исследованиях судебно-медицинского допроса детей и остается «незавершенным» (Hershkowitz, Lamb, & Katz, 2014 ; Pipe, Orbach, Lamb, Abbott, & Stewart, 2013 ). ; последний всеобъемлющий обзор см. в Lamb, Malloy, Hershkowitz, & La Rooy, , в печати ).Тем не менее, структура протокола предоставляет обученным интервьюерам более универсальный и полезный набор руководящих принципов, которых можно легко придерживаться.

    Post A Comment

    Ваш адрес email не будет опубликован.