Стальное сердце брендон сандерсон: Брендон Сандерсон «Стальное Сердце»

Содержание

Брендон Сандерсон «Стальное Сердце»

Ну что же, Сандерсон не изменяет себе и пишет новые книги вместо продолжения уже вышедших произведений. На этот раз Брендон решил поэксплуатировать снова тему диктаторства и превосходства персонажей со сверхспособностями над обычными людьми. Только теперь действие разворачивается в нашем мире в недалеком будущем. И подобно сотням других современным книгам, главным героем оказывается подросток. Не хочется ворчать, но эта модная тенденция учить детей убивать и делать из них насильно героев путем лишения их всех благ и родственников, начинает серьезно напрягать. В свое оправдание Сандерсон утверждает, что задумал книгу еще в 2007 году. И вот, поддавшись моде, в сентябре вышло «Стальное Сердце».

Не стоит полагать, будто «Стальное сердце»- это какая-то метафора или намек на нечто большее, нет, Стальное Сердце – это не более, чем очередное нелепое имя супер героя из комиксов. «Стальным сердцем» гордо наречен главный тиран, психопат и угнетатель выжившего человечества в Ньюкаго, города появившегося на месте когда-то всем известного Чикаго.

Но от былых времен в современных разрушенных штатах Америки, не осталось даже озера Мичиган. В Ньюкаго теперь всем правит сталь.

Виной всему стало появление у обычных людей супер способностей после того, как в небе появилось неизвестное небесное тело с говорящим названием «Calamity». Земля не разбилась, цунами не случилось, кислорода всем хватает. Произошло нечто более ужасное, у самых обычных людей разного возраста, пола и расы открылись уникальные супер способности. Кто-то может управлять стихиями, кто-то стал мастером иллюзий, кому – то подвластны законы физики и миро воздания. Но с силой пришло если не безумие, то желание властвовать и разрушать. Каждый, кто приобрел силу, как будто напрочь забыл про человечность, благородство и сострадание.

Люди, став суперменами, решили показать остальным свое место и стали править, как кровожадные боги из древних времен. Эти самопровозглашенные властелины, перед лицом которых пало государство, зовутся Эпики. Эпики одновременно схожи и различны, их способности поддаются классификации, но происхождение и природа их силы не подчиняются здравому смыслу. Кто-то слабее, кто-то сильнее, но всех их объединяет одно: они обладают практически полной неуязвимостью за исключением одной слабости. А тайну своей ахиллесовой пяты Эпики хранят с особой тщательностью. Ведь зная ее, можно совершить единственное преступление в беззаконном мире – простому человеку убить Эпика.

Однако желающих совершить таких подвигов мало. Сопротивление тиранам давно в прошлом. За десятилетие войны между самими Эпиками за господство над самой прибыльной территорией и войны Эпиков с остатками американской армии полностью уничтожили в людях дух сопротивления. Все выжившие в этом беспределе давно усвоили — бессмысленно вставать на пути у Эпика и его целью. Эпикам дозволенно совершать все, что угодно. Они — как разрушительное явление природы, цунами или ураган. И тебе повезло, если Эпик не задержал свое внимание на тебе. Если же кому-то удалось попасть в сферу их интересов, или просто оказаться в неправильном месте в неправильное время — никто не придет на помощь.

Люди просто пройдут мимо.

Но не всех устраивает такое положение вещей. Есть те, кто пытаются организовать сопротивление и дать отпор безнаказанности Эпиков. Восемнадцатилетний Дэвид узнает, что в Ньюкаго в скором времени совершит очередное дерзкое нападение группа сопротивления. Дэвид внимательно следит за приготовлениями Реконеров и в нужное время оказывается в правильном месте. Он вмешивается в серьезную операцию по устранению одного мерзкого Эпика средней руки, тем самым спасая ячейку сопротивления от провала.

Намерения Дэвида просты, он хочет убивать Эпиков. Цель его жизни – добраться до Стального Сердца. Вот уже десять лет, как Дэвид живет с этой идеей. Сирота, бывший работник фабрики по производству оружия, он намерен увидеть крах правления Стального Сердца. У Дэвида есть план, желание, а теперь и потенциальные союзники в лице группы сопротивления. Но не только это заставляет сердце Дэвида биться чаще и мечтать о большем. Среди команды подпольщиков есть одна персона, которая поразила Дэвида с первой встречи.

Ее зовут Меган, и она – красивая блондинка, чуть старше его, умеющая обращаться с оружием так же хорошо, как и силовики команды. Именно ее Дэвиду предстоит в первую очередь разубедить в абсурдности своего гениального плана.

На каждый аргумент Дэвида в пользу убийства Стального Сердца, у Меган находится два против. Какой смысл в замене одного тирана на другого? Что случится с Ньюкаго, если ударить по системам обеспечения города? Тысячи людей живут не смотря ни на что своей обычной жизнь. Многие стремятся в Ньюкаго за лучшей долей. Ведь в городе есть свет, вода и подобие порядка. Везде, где правят Эпики, царит монархия, но кое-где и анархия, и в руинах других некогда великих городов у людей нет ничего, кроме страха и террора, а здесь у них есть подобие прежней жизни. Так ли это правильно оставить после смерти Стального Сердца вакуум, который непременно заполнится неизвестным злом. При всех своих злодеяниях, Стальное Сердце, знает, какой минимум предоставить людям, чтобы Ньюкаго считался завидным местом для обитания.

Его империи нужны все: и простые рабочие, и клерки, и военные. Многие готовы пойти на эту сделку. Город живет и развивается. Во благо ли разрушить все это в угоду мести? Меган задает Дэвиду непростые вопросы, на которые у него нет ответов. И по правде сказать, он и не стремится их найти. Стоит ли Реконерам ввязываться в личную вендетту Дэвиду? Ведь обратно пути нет, объявив вызов Стальному Сердцу, группа рискует не только своими жизнями. На кону будущее сопротивления.

У Меган есть право на сомнение, ведь Дэвид никогда не стремился стать героем, или освободить человечество. При всей его целеустремленности и верности своей цели, он всего лишь хочет убить того, кто забрал жизнь его отца. Никто не знает, что десять лет назад восьмилетний Дэвид стал свидетелем поистине эпичного события: рождения эпохи правления Стального Сердца. Дэвид – единственный свидетель тех событий, которые произошли в тот день в одном обычном банке, когда Чикаго накрыла стальная волна, превратившая все неодушевленные предметы в пласты стали.

Когда Стальное Сердце раскрыл в полной мере свои способности, он также приоткрыл тайну своей погибели. Лишь Дэвиду известно, каким образом неуязвимый тиран получил свой единственный шрам.

И хотя история Дэвида глубоко впечатлила Реконеров, только после нескольких совместных операций и серьезных убеждений, Дэвид завоевывает доверие лидера группы и убеждает его действовать. Решение принято, Реконеры берут на себя ответственность изменить судьбы людей, живущих в Ньюкаго. Они решили, что пора показать миру, что человек не боится Эпика. И может убить его. Процесс запущен. Реконеры придерживаются нового плана действий. Но чем ближе к концу, тем больше их миссия кажется невыполнимой. Потери, ссоры, напряжение. Неумолимая гонка со временем. Близится финальная битва, и Дэвид должен, во что бы то ни стало найти в своих воспоминаниях из прошлого ответ на главный вопрос: как убить Стальное Сердце? Увлеченный стремительными событиями, он до самого конца, остается слеп к более главным вопросам.

И тем ответам, которые все это время были у него перед носом.

Читателю же будет достаточно легко разгадать основные сюжетные повороты и вычислить рояли в кустах. Не сказать, что они блещут оригинальностью или новизной, но они вполне уместны и цельно вписываются в общее повествование. А так Стальное Сердце представляет собой типичный экшен про подростков в мире после катастрофы/трагедии, навсегда изменивший будущее избалованного благами 21 века цивилизованного человека. В силу сюжетной линии и задумки книги, нет здесь сложной магии, зато есть замысловатая классификация способностей. Слабый субститут обычно сильной стороны книг Брендона. Стоит отметить, что Сандерсон так же обошелся без чернухи. Он как бы обошел острые моменты бедственного положения простых людей, сосредоточившись на вылазках и миссиях отряда. Не скажу, что книга потеряла многое, но определенно что-то реалистичное осталось за страницами. С другой стороны, делаем скидку, на книгу для подростков. Все авторы грешат в этом жанре бытовыми проблемами написанного ими мира.

Хорошо, хоть нет вечного любовника треугольника….хотя нет, он есть! Дэвид какое-то время разрывается между привязанностью к своей винтовке и новым непонятным чувствам к Меган. Новаторство то какое. Мужской персонаж, не девушка, метающаяся между двух парней.

Что касается идеи, как таковой, то наверно поколениям, воспитанным на благородных героях в трико, скрывающих свои правильные лица, накаченные торсы и благородные намерения под нелепой одеждой, придется по вкусу альтернативный взгляд на супер способности и не типичное использование супер силы. Оказывается наличие последних, не гарантирует хэппи энд и спасение мира. Ужас, какое ж это потрясение. Ну, прямо мир перевернулся. Может быть наоборот, это очень правдоподобное развитие событий? Ведь, как известно, безграничная власть портит людей с маленьким сердцем и кривой душой. А желание заработать денег на модной теме портит репутацию автора у некоторых впечатлительных читателей. Все-таки Сандерсон очень сильно рискует стать самым плодовитым писателем современности.

Столько ненаписанных идей, столько написанных книг. А вот тех, что хочется перечитать мало.

Книга Стальное Сердце читать онлайн Брендон Сандерсон

Брендон Сандерсон. Стальное Сердце

Мстители – 1

 

 

 

Это фантастика! Напряжение не ослабевает, развязка потрясает, и ты надолго остаешься под впечатлением от прочитанного.

Остается только завидовать. «Стальное Сердце» – очередная победа автора, доказывающая, что Сандерсон не только замечательный мастер, работающий в жанре эпической фэнтези, но и просто великолепный писатель. И этим все сказано.

Живые диалоги, сложные повороты сюжета, напряженное повествование и плюс к этому налет мистики и романтики. Вот формула, позволяющая пленить читателя еще на прологе, протащить через ряд увлекательнейших эпизодов… и оставить его учащенно дышащим в ожидании продолжения.

Практически непрерывный экшн, взрывная авторская фантазия, стойкое ощущение настоящей опасности сделали эту книгу идеальной для запойного чтения.

 

 

Это случилось десять лет назад, когда мне было восемь. Мы с отцом пришли в «Ферст юнион банк» на Адамс-стрит – тогда, до Захвата, в ходу еще были старые названия улиц.

Банк был огромен. Из большого зала с мозаичным полом и колоннами по кругу вглубь здания вели широкие двери. На улицу выходили две большие двери-вертушки с несколькими обычными дверями по бокам. Непрерывный поток мужчин и женщин вливался в зал и изливался из него, словно тот был сердцем какого-то гигантского зверя, в котором пульсировала кровь из людей и денег.

Я стоял на коленях задом наперед на слишком большом для меня стуле, наблюдая за людским потоком. Мне нравилось наблюдать за людьми – за их внешностью, прическами, одеждой, выражением лица; настолько захватывающим казалось мне их тогдашнее разнообразие.

– Дэвид, повернись, пожалуйста, – тихо сказал отец.

Я никогда не слышал, чтобы он повышал голос, не считая одного раза – на похоронах матери. До сих пор содрогаюсь, вспоминая, как он тогда страдал.

Я угрюмо повернулся. Мы находились в одном из кабинетов ипотечных клерков, который примыкал к главному залу. Из-за прозрачных стен кабинет не выглядел тесным, но все равно казался ненастоящим. На стенах висели маленькие семейные фотографии в деревянных рамках, на столе стояла накрытая стеклянной крышкой чашка с дешевыми конфетами, а на шкафу для документов – ваза с выцветшими пластиковыми цветами. Кабинет напоминал имитацию уютного дома, и точно так же казалась имитацией улыбка сидевшего перед нами сотрудника.

– Если бы у нас было больше сопутствующих… – сказал клерк, обнажив зубы.

– Здесь все, что у меня есть, – ответил отец, показывая на лежащие на столе бумаги.

Руки его загрубели от мозолей, кожа загорела от многих дней работы на солнце. Мать бы содрогнулась, увидев его в столь роскошном заведении в рабочих джинсах и старой футболке с героем из комикса.

По крайней мере, он причесался, хотя волосы его и начали редеть, что нисколько его не волновало, в отличие от многих мужчин. «Просто реже придется стричься, Дэйв», – смеялся он, проводя пальцами по тонким волосам. Я не пытался разубеждать его – стричься пришлось бы столько же, по крайней мере пока волосы не выпадут у него окончательно.

– Сомневаюсь, что смогу чем-то помочь, – сказал клерк. – Вам уже говорили.

– Тот, с кем я говорил, утверждал, что этого хватит, – ответил отец, сложив перед собой большие руки.

Вид у него был озабоченный, и даже очень.

Продолжая улыбаться, клерк постучал пальцем по бумагам на столе:

– Мир теперь стал намного опаснее, мистер Чарльстон. Банк решил не брать на себя лишний риск.

– Опаснее? – переспросил отец.

– Ну, вы же знаете – эпики…

– Но они вовсе не опасны, – пылко заявил отец.

Брендон Сандерсон — Стальное Сердце читать онлайн бесплатно

Информация о переводчиках

Перевод: Сергей (Inoplanetjanec) Капцан, Zhuzh, SchwammKopf, paloozer, katusik517, maryiv1205

Редактура и вычитка: SchwammKopf, Zhuzh, katusik517, Григорий (Quilstin) Лямин, Rediens

Также принимали участие: Alex_Winter, bazalmont, elanna14, Garik007, gojungle, inferno89

Главный редактор: Сергей (Inoplanetjanec) Капцан

Booktran, 2014 г.

Интересные новости о творчестве Брендона Сандерсона в нашей группе: www.vk.com/b.sanderson.

Если вы хотите отблагодарить переводчиков и поддержать проект, добро пожаловать на www.booktran.ru.

Брендон Сандерсон

«Стальное сердце»

Посвящается Дэллину Сандерсону,

который каждый день с улыбкой борется со злом.

Я видел кровь Стального Сердца.

Это было десять лет назад, тогда мне было восемь. Мы с отцом пришли в Первый Объединенный Банк на Адамс стрит. Мы пользовались старыми названия улиц, теми, что были до Присоединения.

Банк был громадным. Огромный зал с белыми колоннами и полом из мозаичной плитки, широкие двери в задней части, ведущие вглубь здания. Выходом на улицу служили две большие вращающиеся двери, по сторонам от которых было несколько обычных дверей. Бесконечный человеческий поток вливался в здание и вытекал из него, этот зал походил на сердце громадного чудища, перекачивающего вместо крови людей и деньги.

Я забрался коленями на стул, который был слишком большим для меня, и наблюдал за потоком людей. Мне нравилось наблюдать за людьми. Разные лица, прически, одежда, выражения. Все тогда казалось таким разным. Меня это притягивало.

— Дэвид, обернись, пожалуйста, — сказал мой отец. У него был мягкий голос. Я никогда не слышал, чтобы он повышал его, кроме того одного раза, на похоронах моей матери. Воспоминание об этом его страдании до сих пор вызывает у меня дрожь.

Я неохотно развернулся. Мы были в одной из расположенных вдоль стены главного зала стеклянных кабинок, где работали кредитные менеджеры. В кабинке были стеклянные стены, отчего она казалась больше. Но это только казалось. На стенах висели три фотографии в деревянных рамках — члены семьи работника банка. На столе стояла стеклянная банка с дешевыми леденцами, а на шкафу с документами — ваза с полинялыми пластиковыми цветами.

Имитация уюта. Да и на лице сидевшего перед нами мужчины была только имитация улыбки.

— Если бы у вас было больше залогового имущества… — произнес мужчина, сверкая зубами.

— Все, чем я владею — здесь, — ответил отец, указывая на бумагу, лежащую на стойке перед нами. У него были мозолистые руки и покрытая старым загаром кожа — результат многодневной работы на солнце. Мама вздрогнула бы, увидев, как он вырядился — рабочие джинсы и старая майка, с каким-то героем из комиксов.

Хорошо хоть расчесал свои редеющие волосы. Он не очень-то переживал по поводу потери волос, во всяком случае, не настолько, как многие мужчины. «По крайней мере, можно будет не так часто стричься, Дэйв», — сказал он как-то, смеясь и проводя рукой по своим жидким волосам. Я тогда не сказал, что он не прав. Ему придется стричься так же часто до тех пор, пока волосы не выпадут совсем.

— Даже не знаю, что с этим можно сделать, — произнес кредитный служащий. — Вам об этом уже говорили.

— Но другой человек сказал, что этого должно хватить, — ответил отец, сцепив перед собой свои большие руки. Видно было, что он переживает. Очень переживает.

А кредитный служащий лишь продолжал улыбаться. Он поправил стопку бумаг на столе:

— В мире сейчас столько опасностей, мистер Чарльстон. Банк решил, что не может себе позволить таких рисков.

— Опасностей? — спросил отец.

— Ну да, вы знаете, Эпики…

— Но они не опасны, — пылко ответил отец. — Эпики здесь, чтобы помочь.

«Только не начинай», — подумал я.

Улыбка служащего пропала, как будто он был ошеломлен тоном моего отца.

— Разве вы не видите? — продолжал отец, наклоняясь вперед. — Это совсем не опасное время. Это чудесное время!

Служащий поднял голову:

— А разве ваш предыдущий дом не был разрушен Эпиками?

— Там, где есть злодеи, будут и герои, — сказал отец. — Дайте только срок. Они появятся.

И я верил ему. Тогда многие люди думали так же, как он. Со времени появления в небе Напасти прошло лишь два года. И всего год, как обычные люди стали меняться. Превращаться в Эпиков — почти как супергерои из комиксов.

Тогда мы были наивными. И невежественными.

— Ладно, — сказал служащий, сцепив руки на столе прямо перед фотографией улыбающихся детей с разным цветом кожи. — К несчастью, наши оценщики не согласны с вашими взглядами. Вам придется…

Они продолжали говорить, но я перестал следить за ними и вновь забрался коленями на стул, обратив свое внимание на толпу. Мой отец был слишком поглощен спором, чтобы делать мне замечания.

Так я собственными глазами увидел, как в банк вошел Эпик. Я заметил его сразу же, хотя больше никто, кажется, даже не обратил на него внимания. Многие скажут, что нельзя распознать Эпика в обычном человеке, пока он не начнет использовать свои способности, но это не так. Эпики ведут себя иначе. Это чувство самоуверенности, даже самодовольства. У меня всегда получалось их определять.

Хоть я и был ребенком, я понял, что в этом человеке есть что-то особенное. Он был одет в чуть мешковатый деловой костюм, светло-бежевую рубашку, без галстука. Мужчина был высоким и худощавым, но, в то же время, крепким, как многие Эпики. Мускулистым и подтянутым — это заметно даже под одеждой.

Он направился к центру комнаты. Из нагрудного кармана свисали солнечные очки, надев их, мужчина улыбнулся. Затем он поднял палец и привычным движением коснулся проходящей мимо женщины.

Она превратилась в пепел, одежда рассыпалась, скелет с грохотом повалился на пол. Однако ее серьги и обручальное кольцо не сгорели. Они упали на пол со звоном, который я расслышал, несмотря на шум в помещении.

В комнате воцарилась тишина. Люди застыли в ужасе. Все разговоры смолкли, только кредитный служащий продолжал что-то втолковывать отцу.

Наконец и он закричал.

Не помню, что я почувствовал в тот момент. Странно ли это? Я помню мерцание — от таких притягательных люстр наверху, осыпающих комнату искрами отраженного света. Помню лимонный запах недавно вымытого пола. Слишком хорошо помню пронзительные крики ужаса, безумную какофонию, когда люди ринулись к дверям.

Читать дальше

Стальное Сердце» — читать онлайн бесплатно, автор Брендон Сандерсон

Информация о переводчиках


Перевод: Сергей (Inoplanetjanec) Капцан, Zhuzh, SchwammKopf, paloozer, katusik517, maryiv1205

Редактура и вычитка: SchwammKopf, Zhuzh, katusik517, Григорий (Quilstin) Лямин, Rediens

Также принимали участие: Alex_Winter, bazalmont, elanna14, Garik007, gojungle, inferno89

Главный редактор: Сергей (Inoplanetjanec) Капцан

Booktran, 2014 г.

Интересные новости о творчестве Брендона Сандерсона в нашей группе: www. vk.com/b.sanderson.

Если вы хотите отблагодарить переводчиков и поддержать проект, добро пожаловать на www.booktran.ru.

Брендон Сандерсон


«Стальное сердце»

Посвящается Дэллину Сандерсону,

который каждый день с улыбкой борется со злом.

Пролог


Я видел кровь Стального Сердца.

Это было десять лет назад, тогда мне было восемь. Мы с отцом пришли в Первый Объединенный Банк на Адамс стрит. Мы пользовались старыми названия улиц, теми, что были до Присоединения.

Банк был громадным. Огромный зал с белыми колоннами и полом из мозаичной плитки, широкие двери в задней части, ведущие вглубь здания. Выходом на улицу служили две большие вращающиеся двери, по сторонам от которых было несколько обычных дверей. Бесконечный человеческий поток вливался в здание и вытекал из него, этот зал походил на сердце громадного чудища, перекачивающего вместо крови людей и деньги.

Я забрался коленями на стул, который был слишком большим для меня, и наблюдал за потоком людей. Мне нравилось наблюдать за людьми. Разные лица, прически, одежда, выражения. Все тогда казалось таким разным. Меня это притягивало.

— Дэвид, обернись, пожалуйста, — сказал мой отец. У него был мягкий голос. Я никогда не слышал, чтобы он повышал его, кроме того одного раза, на похоронах моей матери. Воспоминание об этом его страдании до сих пор вызывает у меня дрожь.

Я неохотно развернулся. Мы были в одной из расположенных вдоль стены главного зала стеклянных кабинок, где работали кредитные менеджеры. В кабинке были стеклянные стены, отчего она казалась больше. Но это только казалось. На стенах висели три фотографии в деревянных рамках — члены семьи работника банка. На столе стояла стеклянная банка с дешевыми леденцами, а на шкафу с документами — ваза с полинялыми пластиковыми цветами.

Имитация уюта. Да и на лице сидевшего перед нами мужчины была только имитация улыбки.

— Если бы у вас было больше залогового имущества… — произнес мужчина, сверкая зубами.

— Все, чем я владею — здесь, — ответил отец, указывая на бумагу, лежащую на стойке перед нами. У него были мозолистые руки и покрытая старым загаром кожа — результат многодневной работы на солнце. Мама вздрогнула бы, увидев, как он вырядился — рабочие джинсы и старая майка, с каким-то героем из комиксов.

Хорошо хоть расчесал свои редеющие волосы. Он не очень-то переживал по поводу потери волос, во всяком случае, не настолько, как многие мужчины. «По крайней мере, можно будет не так часто стричься, Дэйв», — сказал он как-то, смеясь и проводя рукой по своим жидким волосам. Я тогда не сказал, что он не прав. Ему придется стричься так же часто до тех пор, пока волосы не выпадут совсем.

— Даже не знаю, что с этим можно сделать, — произнес кредитный служащий. — Вам об этом уже говорили.

— Но другой человек сказал, что этого должно хватить, — ответил отец, сцепив перед собой свои большие руки. Видно было, что он переживает. Очень переживает.

А кредитный служащий лишь продолжал улыбаться. Он поправил стопку бумаг на столе:

— В мире сейчас столько опасностей, мистер Чарльстон. Банк решил, что не может себе позволить таких рисков.

— Опасностей? — спросил отец.

— Ну да, вы знаете, Эпики…

— Но они не опасны, — пылко ответил отец. — Эпики здесь, чтобы помочь.

«Только не начинай», — подумал я.

Улыбка служащего пропала, как будто он был ошеломлен тоном моего отца.

— Разве вы не видите? — продолжал отец, наклоняясь вперед. — Это совсем не опасное время. Это чудесное время!

Служащий поднял голову:

— А разве ваш предыдущий дом не был разрушен Эпиками?

— Там, где есть злодеи, будут и герои, — сказал отец. — Дайте только срок. Они появятся.

И я верил ему. Тогда многие люди думали так же, как он. Со времени появления в небе Напасти прошло лишь два года. И всего год, как обычные люди стали меняться. Превращаться в Эпиков — почти как супергерои из комиксов.

Тогда мы были наивными. И невежественными.

— Ладно, — сказал служащий, сцепив руки на столе прямо перед фотографией улыбающихся детей с разным цветом кожи.  — К несчастью, наши оценщики не согласны с вашими взглядами. Вам придется…

Они продолжали говорить, но я перестал следить за ними и вновь забрался коленями на стул, обратив свое внимание на толпу. Мой отец был слишком поглощен спором, чтобы делать мне замечания.

Так я собственными глазами увидел, как в банк вошел Эпик. Я заметил его сразу же, хотя больше никто, кажется, даже не обратил на него внимания. Многие скажут, что нельзя распознать Эпика в обычном человеке, пока он не начнет использовать свои способности, но это не так. Эпики ведут себя иначе. Это чувство самоуверенности, даже самодовольства. У меня всегда получалось их определять.

Хоть я и был ребенком, я понял, что в этом человеке есть что-то особенное. Он был одет в чуть мешковатый деловой костюм, светло-бежевую рубашку, без галстука. Мужчина был высоким и худощавым, но, в то же время, крепким, как многие Эпики. Мускулистым и подтянутым — это заметно даже под одеждой.

Он направился к центру комнаты. Из нагрудного кармана свисали солнечные очки, надев их, мужчина улыбнулся. Затем он поднял палец и привычным движением коснулся проходящей мимо женщины.

Она превратилась в пепел, одежда рассыпалась, скелет с грохотом повалился на пол. Однако ее серьги и обручальное кольцо не сгорели. Они упали на пол со звоном, который я расслышал, несмотря на шум в помещении.

В комнате воцарилась тишина. Люди застыли в ужасе. Все разговоры смолкли, только кредитный служащий продолжал что-то втолковывать отцу.

Наконец и он закричал.

Не помню, что я почувствовал в тот момент. Странно ли это? Я помню мерцание — от таких притягательных люстр наверху, осыпающих комнату искрами отраженного света. Помню лимонный запах недавно вымытого пола. Слишком хорошо помню пронзительные крики ужаса, безумную какофонию, когда люди ринулись к дверям.

Лучше всего я запомнил, как Эпик широко улыбался — почти кровожадно, когда указывал на проходящих людей, превращая их в прах и кости простым движением руки.

Я застыл на месте. Может, от потрясения. Я вцепился в спинку стула, наблюдая за этой бойней с широко раскрытыми глазами.

Люди выбегали из дверей. Каждый, кто оказывался слишком близко к Эпику, погибал. Несколько сотрудников и посетителей рухнули на пол или спрятались под столами. Странно, но в зале становилось тише. Эпик стоял, как будто был один, в воздухе летали клочки бумаги, вокруг него валялись кости и черный пепел.

— Я называю себя Смертоносным, — сказал он. — Согласен, это не самое остроумное из имен. Но мне оно показалось запоминающимся.

Его голос звучал пугающе, будто он болтал с друзьями за выпивкой.

Мужчина начал прохаживаться по залу.

— Думаю, это произошло со мной сегодня утром, — продолжал он. Зал был достаточно большим, и его голос отдавался эхом. — Я принимал душ, и тут меня осенило. Я спросил себя… Смертоносный, почему бы тебе сегодня не ограбить банк?

Он лениво махнул рукой в сторону пары охранников, прижавшихся к стене рядом с кредитными кабинками. Охранники превратились в пыль, их значки, пряжки от ремней, пистолеты и кости рассыпались по полу. Я слышал, как они громыхали друг о друга осыпаясь на пол. Оказывается, в человеческом теле гораздо больше костей, чем я предполагал, и рассыпаясь они образуют приличную кучу. Такое вот странное наблюдение я сделал при виде столь ужасной картины. Но я помню все в точности.

Я обхватил себя за плечи. Мой отец упал возле стула и пытался стянуть на пол и меня, чтобы я не попался на глаза Эпику. Но я не двигался, а отец не мог меня стащить, не поднимая шума.

— Видите ли, я планировал это неделями, — вещал Эпик. — Но мысль клюнула меня только сегодня утром. Зачем? Зачем грабить банк? Я и так могу взять все, что захочу! Это ведь смешно!

Он перепрыгнул через стойку, прятавшаяся там кассирша вскрикнула. Я едва заметил ее, свернувшуюся на полу.

— Деньги совершенно ничего для меня не значат, — продолжал Эпик. — Абсолютно ничего.

Он снова махнул рукой. Женщина обратилась в пепел и кости.

Эпик водил пальцем, указывая в разные места зала, убивая людей, пытавшихся скрыться. В конце концов, он указал прямо на меня.

Наконец-то я что-то ощутил. Вспышка ужаса.

Позади нас о стол ударился череп, отскочил и, разбрасывая пепел, покатился по полу. Эпик указал не на меня, а на кредитного служащего, прятавшегося позади стола. Может, он пытался сбежать?

Эпик обернулся к кассирам за стойкой. Рука отца все еще напряженно сжимала мое плечо. Я чувствовал, как через его руку мне передается его беспокойство.

Было страшно. Это истинный, парализующий страх. Я свернулся на стуле, тихонько хныча и дрожа, пытаясь прогнать из головы те ужасные сцены, свидетелем которых только что стал.

Отец убрал руку.

— Не двигайся, — вымолвил он одними губами.

Я испуганно кивнул. Отец выглянул из-за стула. Смертоносный разговаривал с одним из кассиров. Я не видел их, только услышал, как осыпались кости. Он казнил их всех одновременно.

Лицо отца помрачнело. Потом он глянул по направлению к стене. Бежать?

Нет. Его взгляд был устремлен туда, где валялись кости охранников. Сквозь стекло кабинки я увидел лежавший на куче костей пистолет. Отец смотрел туда. Когда он был помоложе, то служил в Национальной Гвардии.

«Не делай этого! — подумал я в панике. — Папа, нет!»

Конечно, я не мог произнести это вслух. Когда я попытался заговорить, меня сковал холод, подбородок затрясся, зубы застучали. А что, если меня услышит Эпик?

Я не мог позволить отцу сделать такую глупость! Он — все, что у меня есть. Ни дома, ни семьи, ни матери. Как только он двинулся, я переборол страх и схватил его за руку. Я покачал головой, пытаясь придумать, как остановить его.

— Пожалуйста, — удалось мне прошептать. — Герои. Ты сказал, они придут. Пусть они остановят его!

— Иногда, сынок, — сказал отец, освобождаясь от моих пальцев, — приходится помогать героям.

Он бросил взгляд на Смертоносного и пополз в соседнюю кабинку. Я задержал дыхание, осторожно выглядывая из-за стула. Мне нужно было знать. Даже съежившись и дрожа, я должен был видеть.

Смертоносный перепрыгнул через стойку и оказался с другой стороны — с нашей.

— Итак, это не имеет значения, — продолжал он рассуждать сам с собой, слоняясь по залу. — Ограбление принесет мне деньги, но мне не нужно покупать вещи.

Он поднял убийственный палец:

— Вот задачка. К счастью, моясь в душе я понял кое-что еще: убивать людей всякий раз, когда захочешь — ужасно неудобно. Мне нужно просто запугать всех и каждого — показать свою силу. Тогда в будущем никто не станет возражать, чтобы я брал то, что мне захочется.

Он обогнул колонну с другой стороны, напугав женщину с ребенком.

— Да, — продолжал он, — грабить банк из-за денег было бы глупо, но показать, что я могу… вот это важно. Итак, я продолжу.

Он указал на ребенка, объятая ужасом женщина застыла над горсткой костей и пепла.

— Разве ты не рада?

Краем глаза я заметил, как убитая горем женщина пыталась удержать полотняное одеяло, из которого высыпались детские косточки. В этот момент все для меня стало очень настоящим. Чудовищно настоящим. Меня затошнило.

Смертоносный повернулся к нам спиной.

Мой отец выполз из кабинки и подобрал упавший пистолет. Двое, спрятавшиеся за ближайшей колонной, бросились к двери и в спешке чуть не сбили его.

Смертоносный обернулся. Отец стоял на коленях, пытаясь поднять пистолет, пальцы скользили по металлу, покрытому пеплом.

Эпик поднял руку.

— Что ты здесь делаешь? — прогремел голос.

Эпик крутанулся на месте. И я тоже. Думаю, каждый бы повернулся на этот глубокий, мощный голос.

В дверях, ведущих на улицу, возвышалась фигура человека. Его силуэт казался больше, потому что сзади был освещен ярким солнечным светом улицы. Величественный, как Геркулес, повергающий в трепет.

Вы, наверное, видели фотографии Стального Сердца, но, позвольте вас заверить, они не идут ни в какое сравнение с оригиналом. Ни фото, ни видео, ни художники не в состоянии изобразить этого человека. Он был одет в черное. Рубаха плотно облегала нечеловечески огромный и сильный торс. Брюки, свободные, но не мешковатые. Хотя на нем и не было маски — их раньше носили некоторые из Эпиков — за его спиной развевался великолепный серебристый плащ с капюшоном.

Ему не нужна была маска. У этого человека не было причин прятаться. Он взмахнул руками в стороны — в двери ворвался ветер. Разбросанные по полу бумага и пепел взметнулись вверх. Стальное Сердце поднялся в воздух на несколько дюймов, его плащ затрепетал. Он вплыл внутрь зала. Руки — как стальные балки, ноги — как горы, шея — как ствол дерева. Однако, он не казался громоздким или неуклюжим. Это был настоящий великан, с черными, как смоль волосами, волевым квадратным подбородком, ростом около семи футов.

И глаза. Глубокий, властный, бескомпромиссный взгляд.

Когда Стальное Сердце изящно влетел в зал, Смертоносный молниеносно поднял палец и указал на него. Рубашка на Стальном Сердце чуть задымилась в одном месте, как будто ее прожгли сигаретой. Он проплыл над лестницей и мягко приземлился на пол невдалеке от Смертоносного, его громадный плащ обвивал тело.

Смертоносный в бешенстве снова указал на него. Еще одна крошечная дырочка. Стальное Сердце подошел к Эпику, возвышаясь над ним, как башня.

В тот момент я понял, что именно этого ждал мой отец. Это был герой, которого все ждали, тот, кто сможет противостоять злу остальных Эпиков. Этот человек пришел, чтобы спасти нас.

Стальное Сердце схватил Смертоносного за шиворот, как будто хотел отшлепать его. Смертоносный рванулся назад, его солнечные очки упали на пол, он зашипел от боли.

— Я задал тебе вопрос, — голос грохотал, как раскаты грома. Он развернул Смертоносного так, чтобы взглянуть ему в глаза. — Что ты здесь делаешь?

Смертоносный дернулся еще раз. Он испугался.

— Я…

— Я… — Стальное Сердце поднял вторую руку. — Я заявляю права на этот город, маленький Эпик. Он мой. — Тут он сделал паузу. — И только я могу повелевать его людьми, не ты.

Смертоносный задрал голову вверх.

«Что?» — подумал я.

— Тебе кажется, у тебя есть сила, маленький Эпик, — проговорил Стальное Сердце, бросив взгляд на кости, разбросанные по залу. — Пожалуй, я возьму тебя в слуги. Подчинись мне или умри.

Я не мог поверить словам Стального Сердца. Они потрясли меня так же сильно, как и убийства, совершенные Смертоносным.

Этот принцип — служи мне или умри — станет основой его правления. Он оглядел зал и заговорил грохочущим голосом.

— Теперь я правитель этого города. Вы будете повиноваться мне. Мне принадлежит эта земля. Мне принадлежат эти здания. Налоги, которые вы платите, попадают ко мне. Если не будете повиноваться — умрете.

«Этого не может быть, — подумал я. — И он тоже».

Я не мог согласиться с тем, что это невероятное существо — такое же, как и все остальные. И не только я один так думал.

— Так дело не пойдет, — сказал отец.

Стальное Сердце обернулся, вероятно, удивленный тем, что кто-то из этого жалкого стада подал голос.

Мой отец выступил вперед, опустив пистолет.

— Нет, — сказал он. — Ты не похож на других. Я это вижу. Ты лучше, чем они. — Он прошел вперед и остановился всего в нескольких футах от обоих Эпиков. — Ты здесь, чтобы спасти нас.

Тишину в зале нарушали лишь всхлипывания женщины, сжимавшей все, что осталось от ее мертвого ребенка. Обезумев от горя, она тщетно пыталась собрать все косточки, все до последнего позвонка. Ее платье было осыпано пеплом.

Прежде чем Эпик успел ответить, боковые двери распахнулись. Люди в черных доспехах со штурмовыми винтовками ворвались в банк и открыли огонь.

Похоже, правительство не собиралось сдаваться. Они все еще пытались сражаться с Эпиками, чтобы заставить их подчиняться действующим законам. Хотя с самого начала было ясно, что когда дело доходит до Эпиков, то не сомневаешься и не идешь на переговоры. Ты приходишь с пушкой наперевес и надеешься, что сможешь убить его обычными пулями.

Мой отец рванулся вперед, старые боевые инстинкты побудили его прислониться спиной к ближайшей колонне. Стальное Сердце повернулся, ошеломленный взгляд появился на его лице, когда ударила волна пуль. Они отскакивали от его кожи, разрывая одежду, но сам он оставался невредим.

Эпики, подобные ему, заставили Соединенные Штаты подписать Акт о Капитуляции, по которому они получали полный иммунитет перед законом. Пули не причиняют вреда Стальному Сердцу — ракеты, танки, самое совершенное оружие не оставляют на нем ни царапины. Даже если его удастся захватить, в тюрьме удержать не получится.

В итоге правительство объявило, что такие люди, как Стальное Сердце — стихийные бедствия, как ураганы или землетрясения. Пытаться убедить Стальное Сердце, что он не может получить того, чего желает, настолько же бесполезно, как издавать закон, запрещающий ветру дуть.

В тот день в банке я собственными глазами видел, почему подавляющее большинство решило больше не сопротивляться. Стальное Сердце поднял руку, энергия вокруг нее засветилась холодным желтоватым светом. Смертоносный прятался за ним, укрываясь от пуль. В отличие от Стального Сердца, он боялся, что его застрелят. Только самые сильные Эпики неуязвимы для огнестрельного оружия.

Стальное Сердце выпустил из руки вспышку желто-белой энергии, и группа солдат превратилась в пар. Воцарился хаос. Солдаты пригнулись, укрываясь кто где может, воздух наполнился дымом и мраморной крошкой. Стальное Сердце продолжал жечь противников энергией. Кто-то из солдат выпустил в него что-то вроде ракеты, но снаряд прошел мимо, угодив в дальний угол зала и проделав дыру в банковском хранилище.

Оттуда полетели горящие купюры. Из пролома брызнули монеты и посыпались на пол.

Крики. Рыдания. Безумие.

Солдаты погибали один за другим. Я по-прежнему сидел, съежившись на стуле, зажав уши ладонями. Было очень шумно.

Смертоносный все еще стоял за спиной Стального Сердца. Я видел, как он улыбнулся и протянул руку к его шее. Не знаю, что он замыслил. Похоже, он обладал еще какой-то силой. Обычно такие Эпики, как он, обладают несколькими способностями.

Возможно, ее хватило бы, чтобы убить Стальное Сердце. Сомневаюсь, но наверняка никогда нельзя сказать.

Раздался еще один хлопок. Взрыв был таким громким, что я едва расслышал выстрел. Когда дым рассеялся, я увидел отца. Он стоял прислонившись спиной к колонне недалеко от Стального Сердца. На его лице была холодная решимость, пистолет в руке был направлен на Стальное Сердце.

Нет. Не на Стальное Сердце. На Смертоносного, который по-прежнему находился сзади него.

Смертоносный свалился с раной во лбу. Мертв. Стальное Сердце резко обернулся, глядя на меньшего Эпика. Потом повернулся к отцу и поднял к лицу руку. На его щеке, прямо под глазом, показалась струйка крови. Сначала я подумал, что это кровь Смертоносного, но когда он ее вытер, кровь выступила снова.

Пуля, сразившая Смертоносного, зацепила Стальное Сердце. Эта пуля ранила его, тогда как пули солдат отскакивали, словно горох от стенки.

— Сожалею, — встревоженно сказал отец. — Он подбирался к тебе сзади. Я…

Глаза Стального Сердца расширились, когда он поднял руку, глядя на собственную кровь. Он был поражен. Взглянул на хранилище позади себя, потом на отца. Так, в клубах дыма и пыли стояли друг напротив друга две фигуры — громадный величественный Эпик и маленький бездомный человек в дурацкой футболке и старых джинсах.

Стальное Сердце молнией метнулся вперед и нанес в грудь отца чудовищный удар, пригвоздивший его к колонне. У него затрещали кости, изо рта пошла кровь.

— Нет! — закричал я. Как странно услышать свой голос, будто звучащий сквозь толщу воды. Я хотел подбежать к нему, но меня парализовал страх. До сих пор презираю себя за ту трусость.

Стальное Сердце подошел к стене и подобрал оброненный отцом пистолет. С бешено горящими глазами он приставил пистолет к груди отца и в упор выстрелил в уже заваливающегося от смертельного удара человека.

Он обычно так делает. Ему доставляет удовольствие убивать противников их же оружием. Это стало одной из его фишек. При том что он обладал невероятной физической силой и мог метать губительные сгустки энергии из рук, когда дело доходило до расправы с кем-то, заслуживающим, по его мнению, особого внимания, он предпочитал использовать оружие противника.

Стальное Сердце оставил скрюченное тело отца лежать у колонны, а пистолет бросил ему в ноги. Потом принялся палить вспышками энергии во все стороны, сжигая стулья, стены, стойки. Один из взрывов прогремел совсем рядом, и меня сбросило со стула на пол.

Помещение ходило ходуном, воздух наполнился осколками стекла и дерева. Всего за несколько ударов сердца он разнес столько, что на этом фоне даже бойня Смертоносного смотрелась весьма скромно. Стальное Сердце опустошал зал, рушил колонны, уничтожал любого, кто попадался на глаза. Не знаю, как мне удалось уцелеть, ползая между осколками стекла и обломками мебели, а вокруг дождем осыпалась пыль.

Стальное Сердце издал крик, полный ярости и негодования. Я едва мог его расслышать, но ощутил, как от него разлетались остатки стекла, дрожали стены. Вдруг от Стального Сердца разнеслась какая-то волна, волна энергии. Пол вокруг стал менять цвет, превращаясь в металл.

Это превращение распространялось по всему залу с невероятной скоростью. Пол подо мной, стена позади меня, осколки стекла на полу — все превратилось в сталь. Теперь-то мы знаем, что в ярости Стальное Сердце превращал неживые предметы вокруг себя в сталь, не трогая, впрочем, живых существ и вещей вблизи них.

Тем временем, когда его крик затух, почти весь интерьер банка полностью превратился в сталь, лишь большая часть потолка да одной из стен все еще оставались из дерева и штукатурки. Внезапно Стальное Сердце взмыл в воздух и, пробив потолок и несколько этажей, взлетел в небо.

Я, спотыкаясь, поспешил к отцу, в надежде, что он сделает что-нибудь, чтобы прекратить это безумие. Добравшись до него, я увидел, что тело сотрясали спазмы, кровь залила лицо и сочилась из раны на груди. В панике, я вцепился в его руку.

Невероятно, но ему удалось заговорить, правда, я не расслышал, что он сказал, потому что в тот момент полностью оглох. Отец протянул руку и дотронулся до моей щеки. Он сказал что-то еще, но я не слышал его.

Я вытер глаза рукавом, а потом попытался потянуть его за руку, чтобы поднять и увести с собой. Все здание дрожало.

Весь в слезах, я не мог оторваться от него. Он взял меня за плечо и сказал одно-единственное слово — его я разобрал по движению губ.

— Уходи.

Я понял. Случилось что-то ужасное, что-то, что уязвило Стальное Сердце, напугало его. Он был новым Эпиком, не очень известным в городе, но я про него слышал. Он считался неуязвимым.

То, что его удалось ранить из пистолета, видели все, кто был рядом. Это выдало его уязвимость. Он ни за что не оставил бы нас в живых — ему нужно было сохранить свою тайну.

Слезы лились по моим щекам, я чувствовал себя полнейшим трусом, бросившим отца, но повернулся и побежал. Здание продолжало сотрясаться от взрывов, стены рушились, обваливались куски штукатурки. Стальное Сердце пытался сравнять его с землей.

Некоторые люди выбегали через переднюю дверь, но Стальное Сердце тут же убивал их. Другие выбегали в боковые двери, но они вели вглубь банка. Их завалило, когда обрушился большой кусок здания.

Я спрятался в хранилище.

Похоже, я удачно выбрал это убежище, но оказался запертым там. Я смутно помню, как забрался в темный угол, свернулся калачиком и заплакал.

Поскольку ярость Стального Сердца превратила в металл большую часть основного зала, а хранилище и без того было металлическим, то его не засыпало, когда обрушилось здание.

Часом позже меня извлекли из завала спасатели. Когда меня вытащили на свободу, я был потрясен и едва сознавал, что со мной происходит. Свет слепил глаза. Комната, в которой я оказался, частично была завалена, но странным образом уцелела. Стены и большая часть потолка теперь были из стали. От здания остались одни обломки.

Спасательница что-то прошептала мне на ухо:

— Притворись мертвым.

Потом она вынесла меня из развалин и завернула в одеяло. Она догадалась, что Стальное Сердце сделает с теми, кто остался жив.

Когда она ушла искать других выживших, меня охватил ужас, я выполз из-под одеяла. Снаружи было темно, хотя еще стоял день. Над нами был мрак, царствование Стального Сердца началось.

Я выбрался и захромал к аллее. Это во второй раз спасло мне жизнь. Через мгновение после того, как я сбежал, Стальное Сердце вернулся, проскользнув мимо огней от установок спасателей, и приземлился за руинами. Он кого-то нес с собой — стройную женщину, с волосами, убранными в пучок. Позже я узнал, что она была Эпиком по имени Бездна, которая обладала силой двигать землю. Когда-то она сопротивлялась Стальному Сердцу, но теперь служила ему.

Она взмахнула рукой, и земля задрожала.

Я бежал в ужасе. Позади меня земля разверзлась и поглотила остатки банка — вместе с трупами, горсткой выживших, которым пытались оказать первую помощь, и вместе с самими спасателями. Стальное Сердце не хотел оставлять свидетелей. Он заставил Бездну похоронить их всех под сотнями футов земли, убить любого, кто каким-либо образом мог рассказать о том, что случилось в банке.

Кроме меня.

Позже, ночью, он устроил Великую Трансформацию — ужасающую демонстрацию силы, под действием которой большинство банков, машин, улиц превратилось в сталь. Она охватила и большую часть озера Мичиган, которое покрылось стекловидной коркой черного металла. Здесь он построил свой дворец.

Теперь я понимал лучше кого бы то ни было, что никакой герой не придет, чтобы нас спасти. Хороших Эпиков не бывает. Никто из них не защитит нас. Власть развращает, абсолютная власть развращает абсолютно.

И мы живем с ними. Мы пытаемся существовать вопреки им. С тех пор, как был подписан Акт о Капитуляции, большинство людей прекратило сопротивление. В некоторых землях, которые мы называем Разъединенные Штаты, старые власти все еще пытаются как-то управлять. Эпики официально творят, что хотят, а разваленное общество продолжает как-то функционировать. А в большинстве регионов творится анархия и полное беззаконие.

В некоторых местах, как например Ньюкаго, один богоподобный Эпик правит как тиран. Здесь у Стального Сердца нет конкурентов. Все знают, что он неуязвим. Ничто его не берет: ни пули, ни взрывы, ни электричество. Несколько лет назад другие Эпики, такие как Бездна, пытались свергнуть его и захватить трон.

Все они мертвы. Теперь уж мало кто пытается бросить вызов.

Но мы знаем одно: у каждого Эпика есть уязвимое место. Что-то, что сводит на нет всю их силу, что-то, что превращает их обратно в обычных людей, пусть даже на секунду. Стальное Сердце — не исключение, события в банке доказали это.

В моей голове хранится ключ к тому, как можно убить Стальное Сердце. Что-то, связанное с банком, ситуацией, пистолетом или моим отцом, пробило брешь в его неуязвимости. Многим из вас, скорее всего, известно о шраме на щеке Стального Сердца. Что же, насколько я могу судить, я единственный, кто знает, как он его получил.

Я видел кровь Стального Сердца.

И я снова увижу его кровь.

Часть 1


1


Я скользнул вниз по лестничному пролету, и под ногами захрустела стальная крошка. Втягивая воздух, я мчался через одну из темных подземных улиц Ньюкаго. С момента гибели моего отца прошло десять лет. Тот роковой день стал известен большинству жителей как Присоединение.

На мне была свободная кожаная куртка и джинсы, через плечо перекинута винтовка. Улица оставалась темной, несмотря на то, что была неглубоко под землей и имела обращенные к небу зарешеченные отверстия.

В Ньюкаго всегда темно. Мрак был первым из Эпиков, присягнувших на верность Стальному Сердцу, и является членом его ближайшего окружения. Мрак лишил город восхода солнца, не говоря уже о луне, осталась только непроглядная темнота в небе. Все время, каждый день. Единственное, что можно увидеть — это Напасть, которая выглядит как ярко-красная звезда или комета. Напасть появилась на небосклоне за год до того, как люди стали превращаться в Эпиков. Никто не знает, почему или как она продолжает сиять сквозь темноту. И конечно же, никто не знает, почему стали появляться Эпики, и что связывает каждого из них с Напастью.

Продолжая бежать, я клял себя за то, что не вышел раньше. Вдоль потолка подземных улиц, в тонированных голубых плафонах мерцали огни. Улица была полна типичными неудачниками: наркоманы в углах, дилеры — или того хуже — в переулках. Были и неприметные группы рабочих, идущих на работу или возвращающихся с нее. Плотные куртки с поднятыми, чтобы скрыть лица, воротниками. Они шли сгорбившись, глядя в землю.

В последние десять лет большую часть времени я провел среди таких людей, работая в заведении, которое мы просто называли Фабрикой. Частично детский дом, частично школа, главным образом — легальный способ эксплуатации детского труда. По крайней мере, Фабрика обеспечивала меня комнатой и пропитанием большую часть этих десяти лет. Что было лучше, чем жить на улице, и в то время я был непротив работать за еду. Законы о детском труде были пережитками тех времен, когда людей еще волновали такие вещи.

По пути я протолкался сквозь группу рабочих. Один обругал меня на языке, который отдаленно напоминал испанский. Я поднял глаза, чтобы сориентироваться, где нахожусь. На блестящих металлических стенах большинства перекрестков были нанесены названия улиц.

Когда Великая Трансформация превратила большую часть Старого Города в твердую сталь, она затронула и грунт, и скальные породы на десятки, может быть сотни, футов под землей. В первые годы своего правления Стальное Сердце пытался быть справедливым, хотя и жестоким диктатором. Его Диггеры прорыли несколько уровней подземных улиц, оборудовав их жилыми помещениями, и люди потекли в Ньюкаго в поисках работы.

Жизнь здесь и без того была трудной, а то что Эпики сражались друг с другом за территории, и различные полуправительственные или государственные военные группировки пытались заявить свои права на землю — еще добавляло повсюду хаоса. Ньюкаго был особенным. Здесь тоже можно было попасть под горячую руку Эпика и быть убитым лишь потому, что ему не понравилось, как ты на него взглянул, но, по крайней мере, здесь было электричество, вода и еда. Люди приспосабливаются. Это заложено в человеческой природе.

Но были и такие, кто не стал с этим мириться.

«Ну же, — подумал я, проверяя время по мобильному телефону, который носил в кармане на предплечье куртки. — Проклятые перебои на железной дороге». Выбрав другой путь покороче, я несся переулком. Было темно, но после десяти лет проживания в бесконечном мраке к этому привыкаешь.

Я промчался мимо спавших сбившись в кучу попрошаек, перескочил через одного из них, развалившегося посреди переулка, и выскочил на Сигель стрит — большую центральную улицу, самую освещенную в городе. Здесь — одним уровнем ниже поверхности — Диггеры проделали вдоль стен ниши, используемые сейчас под магазины. В настоящий момент они были закрыты, хотя в некоторых кто-то находился, вооруженный и зорко следивший за происходящим. Теоретически полиция Стального Сердца должна была патрулировать подземные улицы, но она редко приходила на помощь, за исключением особо опасных случаев.

Изначальным замыслом Стального Сердца было создание громадного подземного города, который бы простирался на дюжины уровней в глубину. Это было еще до того, как Диггеров охватило безумие, еще в те дни, когда Стальное Сердце сохранял хоть какую-то видимость заботы о жителях подземного города. Как бы там ни было, эти верхние уровни были более-менее безопасны. Здесь, по крайней мере, оставалось ощущение обустроенности. Да и в многочисленных вырытых норах можно было сносно жить.

Желтые плафоны на тусклых потолочных светильниках перемежались зелеными. Если знать световое решение разных улиц, то ориентироваться в подземном городе было достаточно просто. По крайней мере, на верхних его уровнях. А на нижние, называемые стальными катакомбами, не решались соваться даже старожилы — слишком легко там можно было заблудиться.

«Два квартала до Шустер стрит», — прикинул я, глянув сквозь пролом в потолке, туда, где виднелись сияющие небоскребы. Пробежав пару кварталов трусцой, я свернул в лестничный колодец, ведущий наверх. Подошвы скользили по стальным ступеням, отражавшим матовый свет приглушенных фонарей.

Я выскочил на металлическую улицу, затем тут же нырнул в переулок. Многие считали, что улицы под открытым небом безопасней, чем подземные, но я никогда на них не чувствовал себя в безопасности. По правде сказать, я нигде себя не ощущал в безопасности, даже на Фабрике, где работал с другими детьми. Но здесь, наверху… здесь были Эпики.

На подземных уровнях ношение оружия было обычным делом. Но наверху винтовка могла привлечь внимание солдат Стального Сердца или самих Эпиков. Поэтому лучше было укрыться. В проулке я присел за какими-то коробками и перевел дыхание. Открыл на экране мобильного общую карту района, затем перевел взгляд наверх.

Прямо передо мной было здание с красной неоновой вывеской «Плейхаус Рива». Увидев, что оттуда как раз повалила толпа, я облегченно вздохнул. Мне удалось успеть к самом концу представления.

Все выходившие, в темных пиджаках или ярких платьях, были жителями наземного города. Были среди них и Эпики, но большинство — обычные люди, те, кто смог как-то пробиться в этой жизни. Возможно, они были чем-то полезны Стальному Сердцу, возможно, им просто повезло родиться в богатых семьях. Стальное Сердце конечно мог безнаказанно отобрать все, что ему вздумается, но ему нужны были люди, чтобы управлять империей: бюрократы-чиновники, военные офицеры, бухгалтеры, торговые дельцы, дипломаты. Так же, как и элита при классических диктатурах, эти люди жили объедками со стола самого Стального Сердца.

А значит, они были почти так же виновны в угнетенном положении остальных жителей. Но я на них не держал большого зла. Время было такое — каждый делал что мог, лишь бы выжить.

Наряды их были в стиле ретро — последнее течение моды. Мужчины носили шляпы, а женщины платья, подобные тем, что я когда-то видел на фотографиях времен сухого закона. Это очень контрастировало с современными металлическими зданиями и отдаленным гулом приближающегося полицейского вертолета.

Вдруг эта блистательная публика расступилась, пропуская мужчину в ярко-красном костюме в тонкую полоску, красной же фетровой шляпе и темно-красном плаще с черным отливом.

Я пригнулся пониже. Это был Везунчик. Эпик, обладающий силой предвидения. Он легко мог угадать, как лягут игральные кости, например, или предсказать погоду. Но что в действительности делало его высшим Эпиком, так это способность ощущать опасность. Такого, как он не удастся убить простым выстрелом из винтовки. Он будет знать о нем еще до того, как ты нажмешь на спусковой крючок, и смоется. Его способность была настолько отточенной, что он мог увернуться даже от автоматной очереди. Он также мог чувствовать, если отравлена еда или заминировано здание.

Высшие Эпики. Этих гадов так просто не возьмешь.

Везунчик занимал достаточно высокое положение в структуре правительства Стального Сердца. Он, правда, не входил в самый близкий круг, как, например, Мрак, Пламя или Энергетик, но находился достаточно высоко, чтобы вызвать страх у Эпиков рангом ниже. У него было вытянутое лицо и ястребиный нос. Он вальяжно вышел на пешеходную зону перед зданием и закурил, вслед за ним показались остальные завсегдатаи заведения. Под ручку с ним были две дамы в обтягивающих платьях.

Я еле сдержал жгучее желание снять винтовку и выстрелить в него. В этого монстра-садиста. Так, он утверждал, что его дар работает лучше всего, когда для предсказания он использует технику экстипиции — гадания по внутренностям умерщвленных существ. Для этого Везунчик предпочитал использовать человеческие внутренности, особенно любил свежие.

Я сдержался. Стоило мне принять решение выстрелить, как его способности тут же сработали бы. Поэтому Везунчик не опасался снайперов-одиночек. Он, наверное, думал, что ему вообще нечего бояться. И, если у меня была правильная информация, ближайший час покажет, насколько он заблуждается на этот счет.

«Ну, давайте, — думал я. — Сейчас самое время нанести по нему удар. Я это точно знаю. На все сто».

Затягиваясь сигаретой. Везунчик кивнул нескольким прохожим. У него не было телохранителей. А зачем они ему? На его пальцах поблескивали дорогие кольца, хотя богатство само по себе не имело для него никакого значения. Даже без распоряжения Стального Сердца, которое давало Везунчику право получить все, что ему потребуется, он мог с легкостью выиграть огромную сумму в любом казино, стоило ему только захотеть.

Ничего не происходило. Неужели я просчитался? А ведь я был абсолютно уверен. Информация Билко обычно была точна и актуальна. В подземном городе поговаривали, что Реконеры вернулись в Ньюкаго. И своей жертвой они избрали Везунчика. Я знал это. У меня уже вошло в привычку, может быть даже переходящую в навязчивую идею — изучать все, что касается Реконеров. Я…

Мимо Везунчика прошла девушка. Высокая стройная блондинка где-то двадцати лет в легком красном платьице с глубоким вырезом. Везунчик на нее засмотрелся, невзирая на присутствие двух красоток, льнувших к нему. Она нерешительно оглянулась, улыбнулась и подошла к нему, покачивая бедрами.

Я не слышал, о чем они говорили, но, в конце концов, Везунчик сменил своих спутниц на незнакомку. Она увлекла его вниз по дороге, что-то нашептывая ему и смеясь. Девушки, что были с ним, безропотно остались ждать, скрестив руки на груди. Везунчик не терпел возражений от своих женщин.

Вот оно! Я хотел их опередить, но открыто показаться на улице не мог, поэтому побежал закоулками. Я превосходно знал данный район местности вокруг театра — изучил его по картам, из-за чего, кстати, чуть не опоздал.

Стараясь держаться в тени, я быстро обогнул здание с другой стороны и достиг небольшого проулка. Отсюда можно было наблюдать за той же улицей, но уже под другим углом. Везунчик вальяжно шагал по стальному тротуару.

Пространство освещалось светильниками, свисающими с уличных фонарей, которые во время Великой Трансформации были обращены в сталь вместе с лампочками и всей электрической начинкой. Фонари, конечно, не работали, но зато на них удобно было повесить светильники.

Они оставляли на тротуаре лишь пятна света, в которых парочка то появлялась, то исчезала. Я пристально наблюдал задержав дыхание. Можно было не сомневаться, что Везунчик вооружен. Крой костюма скрывал пространство под рукавами, но разглядеть кобуру мне удалось.

Везунчик не обладал какими-либо непосредственно боевыми способностями, но это ничего не значило. Ведь его умение предугадывать также означало, что он никогда не промахивался, с какой бы неудобной позиции ни пришлось стрелять. Если ему взбрело в голову вас убить, то у вас остается всего пара секунд, чтобы отреагировать, или вы труп.

Мне показалось, что девушка не вооружена, хотя я не был уверен. Платье было сильно облегающим. Но ведь пистолет мог быть закреплен на бедре? Когда она вошла в очередной круг света, я попытался присмотреться внимательней, но поймал себя на мысли, что просто любуюсь ею вместо того, чтобы определить, есть ли у нее оружие. Она была великолепна. Лучистые глаза, ярко-красные губы, золотые волосы. И этот вырез…

«Идиот! — встрепенулся я. — У меня здесь конкретная миссия. Женщины и миссии — вещи несовместимые».

Но на нее засмотрелся бы даже девяностолетний слепец-священник. Если бы, конечно, он не был слепым. «Дурацкая метафора, — подумал я. — Мне вообще бы следовало поработать над этим». Метафоры — мое слабое место.

Внимание. Я поднял винтовку, не снимая с предохранителя, и использовал прицел в качестве бинокля. Где же они нанесут удар? Улица здесь, до пересечения с Бенли стрит, пересекала несколько кварталов в полной темноте, лишь местами нарушаемой одинокими светильниками. На перекрестке находился большой ночной клуб. Скорее всего, девушка пригласила Везунчика провести время там, а самый короткий путь пролегал как раз по этой темной и немноголюдной улочке.

Пустая улица — хороший знак. Реконеры редко нападали на Эпиков в слишком оживленных местах. Они пытались избегать ненужных жертв. Я приподнял винтовку и через оптику осмотрел окна близлежащих зданий. Кое-где стальные окна были вырезаны и вновь заменены стеклянными. Интересно, наблюдает ли оттуда кто-нибудь?

Я выслеживал Реконеров уже многие годы. Это единственная организация, которая еще вела борьбу с Эпиками. Тайное общество, они выслеживали сильных Эпиков, заманивали их в западню и там безжалостно уничтожали. Реконеры — настоящие герои. Не такие, как представлялось моему отцу — без сверхъестественных способностей, без броских костюмов. Они не придерживались высшей справедливости, американских идеалов и прочей ерунды.

Они просто убивали. Одного Эпика за другим. Их целью было уничтожить любого Эпика, возомнившего себя выше закона. А поскольку таковыми себя считали, наверное, все Эпики, работы у Реконеров был непочатый край.

Я продолжал осматривать окна. Интересно, как они задумали убрать Везунчика? Вариантов не так много. Возможно, они попытаются загнать его в безвыходную ситуацию. Конечно, его предвидение постоянно будет вести его наиболее безопасным для самосохранения путем, но если устроить все так, что любой путь приведет к гибели — его можно будет убить.

Такую ситуацию называют матовой, но подготовить ее очень тяжело. Более вероятно, что Реконеры знают какое-то слабое место Везунчика. У каждого Эпика есть, как минимум, одна слабость — какой-нибудь предмет, образ мыслей, какое-то особое действие, позволяющее блокировать его способности.

«Вот», — подумал я. Сердце затрепетало, когда через прицел я заметил темный силуэт, притаившийся в окне третьего этажа здания напротив. Я не мог разобрать деталей, но, скорее всего, он тоже следил за Везунчиком через оптику своей винтовки.

Это был он. Я улыбнулся. Я действительно нашел их. После всех моих трудов и поисков, я нашел их.

Я жадно вглядывался в происходящее. Снайпер — только одно звено в общей картине совершаемого покушения. Ладони вспотели. Кого-то возбуждают спортивные мероприятия, кого-то боевики, но у меня нет времени на искусственные страшилки. Это ведь… иметь возможность наблюдать Реконеров в действии, собственными глазами видеть, как захлопывается их ловушка… Словом, это было буквально воплощение самой смелой моей мечты, даже несмотря на то, что это был только первый шаг моего плана. Я пришел сюда не для того, чтобы просто понаблюдать за убийством. Этой ночью я намеревался найти возможность присоединиться к Реконерам.

— Везунчик! — закричал голос поблизости.

Я тут же опустил винтовку и отшатнулся назад в проулок. Прямо передо мной, буквально тут же, кто-то пробежал. Плотный мужчина в домашнем жакете и брюках.

— Везунчик! — крикнул он опять. — Подожди!

Я снова поднял винтовку, чтобы через прицел осмотреть новоприбывшего. Было ли это частью плана Реконеров?

Нет. Прибежавший был Донни «Рикошет» Харрисон, мелкий Эпик с единственной способностью — он мог бесконечно долго стрелять из ручного оружия, у него никогда не заканчивались патроны. В структурах Стального Сердца Донни был телохранителем и наемным убийцей. Он никак не мог быть частью замыслов Реконеров — они не работали с Эпиками. Никогда. Реконеры ненавидели Эпиков. Да, они уничтожали только особо жестоких из них, но к себе бы не подпустили ни одного.

Я мысленно выругался наблюдая, как Рикошет подбежал к Везунчику и его спутнице. Она выглядела встревоженной, полные губы сжались, выразительные глаза сузились. Да, она была взволнована. Она точно одна из Реконеров.

Рикошет заговорил, что-то объясняя, и Везунчик нахмурился. Что происходит?

Я перевел внимание на девушку. «Что-то есть в ней такое…», — подумал я, задерживая внимание. Она выглядела моложе, чем мне сразу показалось, лет где-то восемнадцать-девятнадцать, но в глазах было что-то, заставлявшее ее казаться намного старше.

Тревога в ее взгляде длилась всего момент, быстро сменившись напускным, как мне показалось, безразличием. Она повернулась к Везунчику и жестом поманила его вперед. Не знаю, в чем заключалась ловушка, но, очевидно, было нужно, чтобы Везунчик прошел дальше по улице. Логично, ведь заманить того, кто предвидит опасность — дело очень трудное. Если он почувствует хоть намек на ловушку — смоется моментально. Она, должно быть, знала его слабое место, но, скорее всего, не хотела рисковать, пока они не окажутся наедине.

И даже тогда не факт, что все сработает. Везунчик все же был вооружен. К тому же, воспользоваться слабым местом Эпиков не такая простая задача.

Я наблюдал. Кажется, проблема Рикошета не имела к девушке никакого отношения. Он продолжал жестикулировать, указывая на здание театра. Если ему удастся убедить Везунчика вернуться…

Ловушка не захлопнется. Реконеры исчезнут, растворятся, изберут новую жертву. Мне понадобятся годы, чтобы заново их выследить и получить такой шанс, как этот.

Я не мог этого допустить. Глубоко вздохнув, я опустил винтовку и закинул ее на плечо. Затем вышел из переулка и направился к Везунчику.

Пришло время отправить Реконерам свое резюме.

2


По стальному тротуару я заспешил вниз по улице, то появляясь в освещенных участках, то вновь исчезая в темноте.

Возможно, моя идея была совершенно дурацкой. Настолько же дурацкой, как, например, съесть мясо, купленное у какой-нибудь мутной личности в туннелях нижнего города. А может быть и еще безумнее. Реконеры всегда планировали свои операции с особой тщательностью. У меня не было намерения вмешиваться, только понаблюдать. А затем попытаться каким-то образом попасть в их ряды. Выйдя из того переулка, я изменил ход событий. Вклинился в их планы, какие бы они ни были. Вполне вероятно, что все шло, как и предполагалось, и появление Рикошета было тоже учтено.

А может быть и нет. Идеальных планов не бывает. И даже Реконеры, случалось, проваливали свои операции. Иногда им приходилось давать отбой и уходить, оставив свою цель в живых. Лучше вовремя отступить, чем быть схваченным.

Я не знал, что за ситуация тут была, но должен был хотя бы попытаться помочь. Если я упущу эту возможность, то буду корить себя всю оставшуюся жизнь.

Все трое — Везунчик, Рикошет и красотка, — когда я подбежал, повернулись с опасливыми выражениями на лицах.

— Донни! — сказал я. — Вы нужны нам в «Риве»

Рикошет нахмурился, глядя на мою винтовку. Он сунул руку за отворот жакета, где держал пистолет, но пока не вытаскивал его. Везунчик, в своем красном костюме и темно-красном плаще, поднял бровь. Если бы я представлял опасность, его способности тут же сработали бы. В ближайшие несколько минут я не собирался ничего предпринимать, поэтому тревоги не последовало.

— Ты кто такой? — требовательно спросил Рикошет.

Я остановился.

— Кто я? Искры, Донни! Я работаю у Шпритцера уже три года. Неужели так трудно хотя бы иногда запоминать пару имен?

Мое сердце тяжело билось, но я старался этого не показывать. Шпритцер — это парень, управляющий «Плейхаусом Рива». Он не был Эпиком, но получал дотации от Стального Сердца — как и почти каждый, обладавший каким бы то ни было влиянием в городе.

Рикошет рассматривал меня с подозрением, но я знал, что он не обращает особого внимания на шестерок вокруг. В действительности он был бы потрясен тем, сколько я знаю о нем и о большинстве Эпиков в Ньюкаго.

— Ну? — спросил я. — Ты идешь?

— Ты, малой, не забывайся. Ты кто вообще, охранник на дверях?

— Я прошлым летом вместе со всеми ходил на Идолина, — ответил я, скрестив руки на груди. — Я ждать не буду, Донни.

— Для тебя я сэр, идиот, — отрезал Рикошет, вытаскивая руку из-за пазухи жакета. — Что значит ты «не будешь ждать»? Если ты мальчик на побегушках, то это твоя работа — ждать. Что это еще за бред, почему я должен возвращаться? Он сам же сказал, что ему нужен Везунчик, чтобы что-то там проверить.

Я пожал плечами.

— Он не сказал, зачем. Просто сказал, чтобы я сбегал за тобой. Сказал, что он что-то напутал, и лучше Везунчика не беспокоить. — Я посмотрел на Везунчика. — Не думаю, что Шпритц знает о ваших… ммм… планах на вечер, сэр. — Я кивнул в сторону девушки.

В воздухе повисла долгая напряженная пауза. Я был так возбужден, что если бы к моему кулаку поднесли лотерейный билет, то своей тряской я бы соскреб краску на номере. Наконец Везунчик усмехнулся.

— Можешь передать Шпритцу, что на этот раз я его прощаю. И еще, пусть запомнит, что я ему не личный калькулятор. — Он отвернулся, и, уходя, выставил локоть.

Он, конечно же, ожидал, что девушка тут же кинется взять его под ручку.

Прежде чем повернуться вслед за ним, она взглянула на меня своими синими глазами из-под длинных затрепетавших ресниц. Я понял, что улыбаюсь.

И тут до меня дошло осознание того, что если мне удалось одурачить Везунчика, то, значит, удалось и ее. Что, в свою очередь, означало — теперь и она, и, вообще, Реконеры будут думать, что я на услужении у Стального Сердца. Они, конечно, делали все возможное, чтобы во время своих операций снизить число жертв среди рядовых граждан, но не имели совсем ничего против того, чтобы забрать парочку жизней каких-нибудь разбойников и хулиганов.

«О, искры! Нужно было ей подмигнуть. Что ж я ей не подмигнул?»

Это, наверное, выглядело бы глупо? Я как-то никогда не отрабатывал свое подмигивание. Интересно, а можно ли подмигнуть неправильно? Ведь это так просто.

— Что у тебя там с глазом? — спросил Рикошет.

— Эээ… ресница попала, — ответил я. — Извините, сэр. Ну, пойдем обратно, что ли.

Меня резко пробрал холодный пот, ведь если Реконеры захлопнут свою ловушку, чтобы убрать Рикошета, то уберут и меня — заодно.

Я заторопился по тротуару, с плеском шлепая по лужам. Испарение воды в темноте проходило не так быстро, а после дождя ей некуда было деваться с металлической поверхности. Диггеры пытались сделать кой-какую дренажную систему и даже систему вентиляции подземного города, но овладевшее ими безумие не дало закончить начатое.

Рикошет шел за мной не очень торопясь. Пришлось немного замедлить шаг, чтобы с ним поравняться. Меня тревожило, что ему вдруг взбредет в голову вернуться обратно за Везунчиком.

— Куда ты так спешишь, малой? — прорычал он.

В отдалении девушка и Везунчик замерли под уличным фонарем, где они уже соприкоснулись губами в длинном поцелуе.

— Что пялишься, — сказал Рикошет проходя мимо. — Он нас прям тут может завалить, не глядя, и никому не будет никакого дела.

Что правда, то правда. Везунчик, действительно, был сильным Эпиком, и поэтому — покуда он не мешал Стальному Сердцу — мог делать все, что его душе угодно. У Рикошета, например, таких прав не было. Поэтому ему приходилось осторожничать. Стальное Сердце не будет ничего предпринимать, если такой товарищ, как Рикошет, получит нож в спину.

Я оторвал взгляд и догнал Рикошета. Он на ходу зажег сигарету, осветив темноту резкой вспышкой, после чего перед ним возник красный огонек.

— Искры, Шпритц мог бы сразу послать за Везунчиком одного из вас, лакеев. — Произнес он. — Ненавижу, когда выгляжу как слонце.

— Ты же знаешь Шпритца, — сказал я рассеянно. — Он думает, что уважит Везунчика, раз отправит за ним Эпика, то есть тебя.

— Наверное, так и есть, — Рикошет затянулся. — Ты под кем ходишь?

— Эдди Макано, — сказал я, называя какую-то мелкую сошку в рядах Шпритца. Я посмотрел через плечо. Эти двое все еще целовались. — Он меня, кстати, и послал за тобой. Сам бежать не захотел. Все хотел одну из девочек Везунчика подцепить. Ну и слонце, да?

— Эдди Макано? — сказал Рикошет, оборачиваясь ко мне. Огонек сигареты осветил красноватым цветом его озадаченное лицо. — Его ж замочили второго дня в перепалке с теми уродами. Я сам лично видел…

Я застыл. Упс.

Рикошет потянулся к пистолету.

3


Пистолеты имеют одно неоспоримое преимущество перед винтовками — они не требуют подготовки для выстрела. Я даже не пытался с ним соперничать, просто нырнул в сторону и со всех ног помчался к переулку.

Поблизости кто-то закричал. Я подумал, что это Везунчик. «Видел ли он, что я бегу? Но я не оставался на свету, а он не следил с самого начала. Это что-то другое. Должно быть, ловушка».

Рикошет открыл по мне огонь.

Дело в том, что стреляя из пистолета чертовски трудно прицелиться. Даже тренированные профессионалы мажут чаще, чем попадают. И если вы будете держать пистолет боком на вытянутой руке — как в каком-нибудь дурацком боевике, — то будете попадать еще реже.

Именно так и стрелял Рикошет. Вспышки его выстрелов вспороли темноту. Одна пуля ударилась рядом со мной и срикошетила от стального тротуара, выбив фонтан искр. Я проскользнул в переулок и вжался в стену — прочь с его линии огня.

Пули продолжали сыпаться в стену напротив. Я не осмеливался выглянуть, но мне было слышно, как кричал и чертыхался Рикошет. Я был так напуган, что и не думал считать выстрелы. Но такой магазин как у него не мог вмещать больше дюжины, или около того, патронов.

«Ах да. Способности Эпика». Он может палить бесконечно, и у него никогда не закончатся патроны. В конце концов он обогнет угол и пристрелит меня в упор.

Осталась единственная возможность. Я сделал глубокий вдох. Винтовка соскользнула с плеча прямо в руку. Зная, что рискую, я опустился на одно колено у входа в переулок и поднял винтовку. Горящая сигарета обозначила лицо Рикошета.

Пуля попала в стену надо мной. Я приготовился нажать на спуск.

— Прекрати, слонце! — прозвучал голос, обрывая Рикошета. В тусклом свете между нами возникла фигура человека как раз в тот момент, когда я выстрелил. Мимо. Это был Везунчик.

Я опустил винтовку, и вдруг еще один выстрел прозвучал откуда-то сверху. Снайпер. Пуля ударилась в землю, почти задев Везунчика, но он резко ушел в сторону как раз в нужный момент. Сработало его предчувствие опасности.

Везунчик бежал неуклюже. И когда он приблизился к фонарю, я понял, в чем дело. Он был в наручниках. И все же он убегал. В чем бы ни заключался план Реконеров, похоже, он трещал по швам.

Рикошет и я взглянули друг на друга, затем он сделал несколько шальных выстрелов в мою сторону и припустил вслед за Везунчиком. Наличие бесконечных патронов не сделало его хорошим стрелком — все пули ушли в молоко.

Я поднялся на ноги и посмотрел в сторону девушки. Все ли с ней в порядке?

Громкий треск разорвал воздух, и Рикошет закричал, падая на землю. Я улыбнулся, но второй выстрел выбил сноп искр из стены возле меня. Выругавшись, я нырнул обратно в переулок. Мгновение спустя там возникла девушка в облегающем красном платье с маленьким дамским пистолетом, направленным прямо мне в лицо.

Люди промахиваются из пистолета, стреляя с расстояния в среднем более десяти шагов. Но я бы не особо доверял статистике, когда пистолет находится в пятнадцати дюймах от лица. Особенно, когда выступаешь в роли мишени.

— Подожди! — сказал я, поднимая руки. Винтовка повисла на плече. — Я пытаюсь помочь! Ты разве не видела, как Рикошет стрелял в меня?

— На кого ты работаешь? — строго спросила она.

— Фабрика Хейвендарк, — ответил я. — Я работал водителем, хотя я…

— Слонце, — сказала она. Продолжая держать меня на мушке, она поднесла руку к голове и дотронулась пальцем до уха. Я смог разглядеть серьгу, которая, вероятно, соединялась с мобильником. — Тиа, это Меган. Пора заканчивать.

Неподалеку прозвучал взрыв, и я подпрыгнул.

— Что это было?

— «Плейхаус Рива».

— Вы взорвали «Плейхаус»? — спросил я. — Я думал, Реконеры не причиняют вреда простым жителям!

Она застыла, но пистолет по-прежнему смотрел мне в лицо.

— Откуда ты знаешь, кто мы?

— Вы охотитесь на Эпиков. Кем вы еще можете быть?

— Но… — она осеклась. Тихо выругавшись, она снова подняла палец. — Нет времени. Абрахам, где сигнал?

Я не мог расслышать ответа, но, по-видимому, он ее удовлетворил. Вдалеке прогремели еще несколько взрывов.

Она пристально наблюдала за мной. Но я по-прежнему стоял с поднятыми руками, и она должна была видеть, как в меня стрелял Рикошет. Очевидно решив, что я не представляю угрозы, она опустила пистолет и торопливо нагнулась, отломав шпильки туфелек. Затем она потянула за край своего платья и сорвала его.

У меня отвисла челюсть.

Я считаю себя довольно спокойным и уравновешенным человеком, но все-таки не каждый день перед тобой в темном переулке сногсшибательная красотка снимает платье. Под платьем на ней были майка с глубоким вырезом и байкерские шорты. Я с удовольствием отметил, что на правом бедре у нее действительно прикреплена кобура от пистолета. Мобильный был подвешен на платье.

Она отбросила платье, которое было специально скроено так, чтобы легко срывалось. Ее руки были худыми и крепкими, а казавшиеся ранее наивными широко открытые глаза полностью изменились, приняв резкое, решительное выражение.

Стоило мне сделать шаг, как ее пистолет уже снова был направлен в мой лоб. Я замер.

— Выходи из переулка, — сказала она, подкрепляя требование жестом.

Нервничая, я выполнил ее требование и вышел на улицу.

— На колени, руки за голову.

— Я действительно не…

— На колени!

Чувствуя себя идиотом, я опустился на колени и поднял руки за голову.

— Хардман, — произнесла она, прижимая палец к уху. — Если Колено хоть дернется, пусти ему пулю в затылок.

— Но… — начал я.

Она сорвалась и побежала вниз по улице. Теперь, без каблуков и платья, она бежала уже гораздо быстрее. А я остался один. Стоя здесь на коленях, я чувствовал себя полным идиотом. При мысли, что я нахожусь под снайперским прицелом, волосы на затылке встали дыбом.

Интересно, сколько Реконеров участвуют в операции? Думаю, не менее пары дюжин, учитывая сложность операции. Земля содрогнулась от очередного взрыва. К чему эти разрушения? Они же этим только активизируют Силовиков — солдат Стального Сердца. Как будто бандюг и отморозков недостаточно. Силовики же были вооружены продвинутыми пушками, а при некоторых отрядах имелся и бронированный агрегат — мощный бронекостюм-робот двенадцати футов высотой.

Следующий взрыв прогремел ближе, в соседнем районе. Должно быть, ситуация разворачивается не так, как было задумано изначально, либо же Везунчику удалось уйти от девушки в красном. Меган? Кажется, так она назвалась?

Наверное, это уже работал запасной вариант. Но чего они хотят добиться?

Из соседнего переулка вдруг резко выскочил человек, я чуть не подпрыгнул от неожиданности. Проклиная снайпера, я по-прежнему стоял не двигаясь, но слегка повернул голову взглянуть на происходящее. Бежавший был в красном и все еще оставался в наручниках. Везунчик.

«Взрывы, — понял я. — Они погнали его обратно в эту сторону».

Он пересек улицу, затем развернулся и побежал в мою сторону. Меган — если, конечно, это ее настоящее имя — выскочила из того же переулка и тоже повернула в мою сторону, пытаясь его догнать. Но на некотором расстоянии позади нее из другой улицы высыпала еще одна группа.

То были четверо головорезов Шпритца в пиджаках и с автоматами. Они целились в Меган.

Я наблюдал с другой стороны улицы, как Меган и Везунчик промчались мимо. Бандиты приближались с правой от меня стороны, Меган и Везунчик находились слева, все на одной темной улице.

«Ну же! — мысленно кричал я снайперу наверху. — Она же их не видит. Сейчас они ее достанут. Убери их!»

Ничего не происходило. Головорезы подняли пушки. Я чувствовал, как по шее стекает струйка пота. Сжав зубы, я перекатился в сторону, вскидывая винтовку и намереваясь угостить их свинцом.

Я сделал глубокий вдох, сконцентрировался и нажал на спуск в полной уверенности, что сейчас откуда-то сверху мне в голову прилетит пуля.

4


Пистолет, как фейерверк, — непредсказуем. Зажги фейерверк, брось его и никогда не скажешь, куда он полетит или какой ущерб нанесет. То же самое происходит, когда стреляешь из пистолета.

Узи еще хуже — он как связка петард. Вероятность нанесения урона возрастает, но все равно — он неуправляем, и стрелять очень неудобно.

Винтовка — это элегантность. Продолжение вашей воли — прицелился, нажал на спусковой крючок и получи желаемый результат. В руках эксперта с холодным рассудком нет ничего более гибельного, чем хорошая винтовка.

Первый бандит упал. Я чуть повел ствол в сторону и снова нажал. Упал второй. Двое других опустили пушки, собираясь смыться.

Прицелился. Нажал на спуск. Уже трое на земле. Последний рванул со всех ног и успел юркнуть за угол как раз в тот момент, когда я взял его на мушку. Я помедлил, позвоночник зудел в ожидании снайперской пули в спину. А ее все не было. Хардман, кажется, понял, что я хороший парень.

Я нерешительно поднялся на ноги. К сожалению, это не первый раз, когда мне приходилось кого-то убивать. Не часто, но раз или два мне довелось защищаться на подземных улицах. Здесь было другое, но у меня не оставалось времени размышлять на эту тему.

Я отбросил эмоции и не зная, что еще предпринять, повернул налево и бросился вслед за Везунчиком и девушкой-Реконером. Эпик выругался и свернул в боковую улицу. Вокруг было пусто. Взрывы и стрельба любого заставят свалить подальше. В Ньюкаго это не было редкостью.

Меган гналась за Везунчиком. Мне удалось срезать путь и поравняться с ней. Она разгневанно глянула на меня, когда мы плечо к плечу мчались за Эпиком к перекрестку.

— Я велела тебе не двигаться, Колено! — крикнула она.

— Хорошо, что я не послушался! Я только что спас тебе жизнь.

— Только поэтому я тебя еще не убила. Убирайся отсюда.

Я проигнорировал ее слова, вскинул на бегу винтовку и выстрелил в Эпика. Мимо. Это очень сложно — бежать и стрелять одновременно. «А он резвый», — раздраженно подумал я.

— Это бесполезно, — крикнула девушка. — Ты в него не попадешь.

— Но я могу его замедлить, — заявил я, опуская винтовку. Мы миновали бар с запертыми дверями и выключенным внутри светом. Несколько перепуганных клиентов смотрели на нас из окна. — Начнет уклоняться — потеряет равновесие.

— Ненадолго.

— Нам надо стрелять одновременно, — сказал я. — Мы можем загнать его между двумя пулями. Уклонится от одной — получит другую. Шах и мат.

— Ты ненормальный? — спросила она, продолжая бежать. — Это практически невозможно.

Она была права.

— Ну, тогда давай бить в его слабое место. Думаю, ты знаешь, где оно — иначе не смогла бы надеть на него наручники.

— Это не поможет, — сказала она, огибая фонарный столб.

— У тебя же сработало. Скажи мне. Я тоже попробую.

— Слонце, — выругалась она на меня. — Его чувство опасности ослабляется, когда ты ему нравишься. Так что, если он не решит, что ты намного привлекательнее меня, то ничего не выйдет.

«Да уж», — подумал я. Это проблема.

— Нам надо… — начала Меган, но тут же прервалась, на бегу поднося палец к уху. — Нет! Я сделаю это! Мне плевать, что они близко!

Я понял, что они пытаются ее вытащить. Должно быть, уже скоро прибудут Силовики.

Какой-то бедолага водитель, скорее всего направлявшийся в местный клуб, свернул перед нами за угол. Машина с визгом остановилась, когда перед ней возник Везунчик, бегущий прямиком к следующему переулку, который вывел бы его к более оживленным улицам.

У меня возникла идея.

— Держи, — сказал я, бросая винтовку Меган. Затем выхватил запасную обойму и также бросил ей. — Стреляй в него и постарайся притормозить.

— Чего? — спросила Меган. — Ты кто такой, чтобы командовать…

— Давай! — сказал я, тормозя юзом возле автомобиля и распахивая пассажирскую дверь. — Вылазь! — крикнул я женщине за рулем.

Невольный свидетель, она выбралась из машины и поспешила прочь, оставив ключи в замке зажигания. В мире, полном Эпиков, имеющих законное право воспользоваться любым транспортным средством, каким заблагорассудится, мало кто задает вопросы. Но с обычными ворами — не Эпиками — Стальное Сердце не церемонится, поэтому немногие бы решились на то, что сделал я.

Меган выругалась, ловко подняла винтовку и выстрелила. Она хорошо прицелилась, и Везунчик, лишь немного прошедший по переулку, дернулся вправо — чувство опасности заставило его уклониться в сторону. Как я и надеялся, он значительно притормозил.

Я завел двигатель. Это был симпатичный спортивный купе, который выглядел почти новым. Даже жалко.

Я рванул по улице. Сказав Меган, что был шофером, я ее не обманывал. Это правда — была такая попытка несколько месяцев назад, сразу после выпуска из Фабрики. Я не упомянул, однако, что проработал всего день, оказавшись абсолютно непригодным к этой профессии.

«Никогда не узнаешь, что тебе понравится, пока не испытаешь». Это было одним из любимых выражений моего отца. Компания перевозок, в которой я работал, не ожидала, что я «испытаю» для начала одну из их машин. Но как еще парню вроде меня попасть за руль? Я был сиротой и большую часть своей жизни с потрохами принадлежал Фабрике. Такие люди, как я, уж точно не заработают себе на машину, и в подземных улицах, в любом случае, негде ее ставить.

Несмотря на это, процесс вождения оказался лишь чуть труднее, чем мне представлялось. С визгом я повернул за угол темной улицы, вдавив педаль газа в пол и с трудом сохраняя управление. Я сбил знак стоп и еще какой-то дорожный знак, все это произошло за несколько ударов сердца, в течение которых автомобиль достиг конца квартала и, визжа шинами, обогнул следующий угол. Перескочив через бордюр, я снес несколько мусорных баков, но сумел не потерять управление, повернуть и остановить машину носом к югу.

Я направил ее строго по переулку. Везунчик по-прежнему бежал в мою сторону, спотыкаясь о мусор и коробки, когда Меган вынуждала его притормозить.

Прозвучал хлопок, Везунчик увернулся, и лобовое стекло автомобиля внезапно покрылось трещинами — пуля пробила его, пролетев всего в дюйме от моей головы. Сердце подпрыгнуло. Меган продолжала стрелять.

«Знаешь, Дэвид, — подумал я про себя, — тебе действительно стоит обдумывать свои планы чуть более тщательно».

Я резко надавил педаль газа, с ревом врываясь в переулок. Его ширины едва хватало, чтобы пропустить машину. С левой стороны посыпались искры, стоило мне лишь на волосок отклониться в том направлении — боковое зеркало срезало напрочь.

Фары высветили фигуру в красном свободном костюме, руки в наручниках, позади развевается плащ. Шляпу он потерял на бегу. Глаза широко раскрыты. Ему больше некуда было бежать.

Шах и мат.

Или это только я так думал. Когда машина приблизилась, Везунчик подпрыгнул в воздух и с нечеловеческой ловкостью ударил каблуками в лобовое стекло.

Я был потрясен. Предполагалось, что Везунчик не имеет никаких выдающихся физических способностей. Конечно, для такого человека, как он — который легко избегает любых опасностей, — не представляется возможности продемонстрировать что-либо еще. В любом случае, его каблуки ударили в лобовое стекло с такой ловкостью, на которую способен только обладающий сверхреакцией. Он оттолкнулся и используя импульс машины прыгнул назад, сделав обратный кувырок — лобовое стекло разлетелось вдребезги.

Я ударил по тормозам и закрыл глаза, защищаясь от полетевших в лицо осколков стекла. Машина со скрипом остановилась в снопе искр. Везунчик приземлился, удержав равновесие.

Я ошеломленно потряс головой. «Да! Суперреакция, — подумал я, приходя в себя. — Я должен был догадаться. Прекрасное дополнение к умению предсказывать будущее». Везунчик благоразумно берег свою тайну. Многие сильные Эпики понимали, что скрыв одну или две свои способности, получат преимущество, когда другой Эпик постарается их убить.

Везунчик рванул вперед. Я видел, как он уставился на меня, скривив свои губы в ухмылке. Это был монстр — я зафиксировал более сотни убийств, связанных с ним. И судя по его глазам, он собирался добавить в этот список мое имя.

Он подпрыгнул в воздух по направлению к капоту машины.

Хрясь! Хрясь!

Грудь Везунчика взорвалась.

5


Мертвый Везунчик рухнул на капот. Позади него стояла Меган, в одной руке она держала мою винтовку, уперев ее в бедро, в другой — пистолет. Она стояла, купаясь в свете фар.

— Искры! — выругалась девушка. — Не могу поверить, что это сработало.

«Она стреляла из двух стволов одновременно, — догадался я. — Поставив ему мат в два выстрела в воздухе». Сработало это, возможно, только потому, что он в это время был в прыжке и не имел возможности увернуться, изменив направление полета. Но все же, такой выстрел — это невероятно! По стволу в каждой руке, при чем один из них — винтовка?

«Искры», — подумал я, вторя ей. Все-таки мы победили.

Меган стащила тело Везунчика с капота и проверила у него пульс.

— Мертв, — сказала она, затем сделала еще два выстрела в голову. — И дважды мертв, на всякий случай.

В этот момент около дюжины головорезов Шпритца, вооруженных автоматами Узи, появились в дальнем конце переулка.

Я чертыхаясь полез на заднее сиденье автомобиля. Меган вскочила на капот и через разбитое лобовое стекло скользнула на пассажирское сиденье. В это время град пуль обрушился на автомобиль.

Я попытался открыть заднюю дверь, но проулок был слишком узким. Под автоматным огнем заднее стекло разлетелось вдребезги, и всю обивку сидений изрешетили пули.

— Напасть! — произнес я. — Хорошо, что это не моя машина.

Меган закатила глаза, затем что-то вынула из своего лифа. Маленький цилиндрик, похожий на губную помаду. Она покрутила нижнюю часть, и, выждав момент, когда утихнет свист пуль, бросила его в переднее окно.

— Что это было? — заорал я стараясь перекричать выстрелы.

Ответом был взрыв, потрясший машину и выдувший обрывки мусора из переулка прямо через нас. Стрельба на мгновение прекратилась, и я услышал, как кто-то закричал от боли. Меган, все еще с моей винтовкой, перепрыгнула через разорванные сиденья, изящно выскользнула через разбитое заднее стекло и помчалась со всех ног.

— Эй! — сказал я, вылезая вслед за ней, кусочки небьющегося стекла скатывались с моей одежды. Я спрыгнул на землю и помчался в конец переулка, срезая угол, когда уцелевшие после взрыва снова начали палить.

«Она классно стреляет, и у нее под майкой маленькие бомбочки, — отметила испорченная часть моего сознания. — Кажется, я влюбился».

Сквозь звуки стрельбы я услышал низкое громыхание, из-за угла появился бронированный грузовик и с ревом направился в сторону Меган. Он был громадный, зеленый, внушительный, с огромными фарами. И выглядел намного ужаснее, чем…

— Мусоровоз? — спросил я подбегая, чтобы присоединиться к Меган.

На пассажирском сиденье находился крепкого вида чернокожий мужчина. Он открыл дверь для Меган.

— А это кто? — спросил он, кивая в мою сторону. У него был легкий французский акцент.

— Слонце, — сказала она, кидая мне винтовку. — Но полезный и знает, кто мы. Не думаю, что он для нас опасен.

Не самая яркая рекомендация, но вполне достойная. Я улыбнулся, видя, как она забралась в кабину, протолкнув чернокожего, и села на среднее сиденье.

— Оставим его тут? — спросил человек с французским акцентом.

— Нет, — сказал водитель. Я не мог его разглядеть, он казался лишь тенью, но голос был твердым и звучным. — Он поедет с нами.

Улыбнувшись, я с готовностью влез в кабину. Интересно — за рулем это Хардман, снайпер? Он должен был заметить, как здорово я помог. Остальные неохотно освободили для меня место. Меган проскользнула на заднее сиденье, где расположился жилистый мужчина в кожаной камуфлированной куртке с очень симпатичной снайперской винтовкой в руках. Наверное, это и был Хардман. Рядом с ним сидела средних лет женщина с рыжими волосами до плеч. Она была в деловом костюме и очках.

Мусоровоз тронулся и поехал, причем гораздо быстрее, чем можно было предположить. В это время из проулка выскочили головорезы и открыли по грузовику огонь. Никаких результатов это не принесло, хотя мы еще не были в полной безопасности. Сверху доносился характерный гул вертолетов Силовиков. Наверное, за нами уже отправилась и пара-тройка высших Эпиков.

— Как там Везунчик? — спросил сидевший за рулем. Это был пожилой, лет пятидесяти, мужчина в черном, длинном, тонком плаще. Странно, но из нагрудного кармана плаща торчали защитные очки.

— Мертв, — ответила Меган сзади.

— Что пошло не так? — спросил водитель.

— Скрытая сила, — сказала она. — Суперрефлексы. Я надела на него наручники, но он сбежал.

— И еще вот этот тип, — произнес мужчина в камуфляже — по всей видимости, Хардман, — появился посреди всего этого и слегка добавил нам проблем. — У него был характерный южный акцент.

— Мы поговорим о нем позже, — ответил водитель, поворачивая за угол на высокой скорости.

Мое сердце забилось быстрее, я выглянул в окно, пытаясь отыскать вертолеты. Наверное, уже скоро Силовикам доложат, кого нужно искать. Впрочем, грузовик и без того был достаточно заметен.

— Нужно было сразу пристрелить Везунчика, — сказал человек с французским акцентом. — Из деррингера прямо в грудь.

— Не сработало бы, Абрахам, — ответил водитель. — Его способности были слишком сильны — даже очарование не очень помогло. Сперва надо было предпринять что-нибудь несмертельное — заманить в ловушку, а затем пристрелить. Предсказатели — крепкие ребята.

Наверное, в этом он был прав. Везунчик обладал очень сильным чувством опасности. Вероятно, план заключался в том, чтобы Меган надела на него наручники и, возможно, пристегнула к фонарному столбу. А когда его движения были бы частично ограничены, уперла бы пистолет в его грудь и выстрелила. Если бы она начала с последнего, его способности предупредили бы его. Это зависело от того, насколько ей удалось его очаровать.

— Не ожидала, что он окажется настолько сильным, — огорченно ответила Меган, натягивая коричневую кожаную куртку и штаны грузчика. — Прости, Проф. Я не должна была позволить ему сбежать.

Проф. Что-то в этом имени поразило меня.

— Дело сделано, — сказал водитель Проф, резко останавливая мусоровоз. — Избавимся от машины. Она засветилась.

Проф открыл дверь, и мы гурьбой вывалились наружу.

— Я… — начал было я, желая представиться. Однако старший, которого они называли Профом, послал мне угрожающий взгляд через капот мусоровоза. Я прикусил язык, слова застряли в горле. Стоя в тени, в своем длинном плаще, с серым лицом и седеющими волосами, этот человек выглядел опасным.

Из задней части мусоровоза Реконеры вытащили несколько рюкзаков со снаряжением, в том числе массивный пулемет, который теперь тащил Абрахам. Они повели меня вниз, через множество лестниц к подземным улицам. Оттуда группа двинулась через множество изгибов и поворотов. Мне стоило больших трудов отследить, куда мы направляемся, пока они не привели меня к длинному лестничному пролету, уходящему на несколько уровней в глубину, в стальные катакомбы.

Умные люди держались подальше от катакомб. Диггеры рехнулись прежде, чем закончили туннели. Только лишь малая часть светильников осталась в рабочем состоянии. Прямоугольной формы туннели, ведущие через стальной массив, меняли свои размеры по мере того, как мы продвигались по ним.

Команда продолжала молча спускаться проходами, переключив свои мобильные телефоны в режим фонариков. Большинство закрепило их спереди на куртках. Я бы удивился, узнав, что Реконеры пользуются мобильниками, но тот факт, что они их используют, заставил меня лучше относиться к своему. Я имею в виду — все знали, что мобильный оператор Найтхок Фаундри был нейтральным, а мобильная связь — полностью безопасной. И то, что Реконеры используют сеть, было просто еще одним признаком надежности Найтхок Фаундри.

Мы шли уже некоторое время, Реконеры двигались тихо и осторожно. Несколько раз Хардман уходил вперед на разведку, Абрахам прикрывал тыл со своим зловещего вида пулеметом. Было тяжело сохранять выдержку — внизу, в стальных катакомбах возникало ощущение, что система туннелей где-то на середине превратилась в крысиный лабиринт.

Здесь были узкие участки, туннели, которые никуда не вели, и неестественные повороты. В некоторых местах из стен торчали электрические провода, подобные ужасным артериям, которые можно найти в середине куриной тушки. В других местах были не твердые стальные стены, а разодранные участки панелей, вырванных людьми, ищущими чего бы продать. Металлолом, однако, ничего не стоит в Ньюкаго. Вокруг его валялось более чем достаточно.

Мы миновали группу подростков, которые с мрачными выражениями лиц стояли у груды горящего хлама. Они казались раздосадованными тем, что их спокойствие нарушено, но никто нам не воспрепятствовал. Возможно, благодаря громадной пушке Абрахама, снизу которой синим огоньком светился гравитон, вмонтированный, чтобы ее легче было носить в руках.

Наше путешествие через эти туннели длилось уже более часа. Иногда нам встречались вентиляционные отверстия, через которые нагнетался воздух. Некоторые, оставленные Диггерами здесь внизу вещи были рабочими, но от большинства из них не было никакого толку. Тем не менее, здесь был свежий воздух. Иногда.

Проф в своем длинном черном плаще шел первым. Когда мы в очередной раз повернули за угол, я сообразил, что это ла

Стальное Сердце — Брендон Сандерсон » 📚 Книгомир — Бесплатная Онлайн Библиотека

Ознакомительный фрагмент

Подобная ситуация называется патовой, но создать ее крайне трудно. Вероятнее всего, мстители знали слабое место Счастливчика. У каждого эпика есть своя слабость – некий предмет, настроение, действие, которые лишают их могущества.

«Есть», – подумал я, и у меня чаще забилось сердце.

В прицел я заметил темный силуэт в окне третьего этажа здания на другой стороне улицы. Вероятно, он точно так же выслеживал Счастливчика с винтовкой с оптическим прицелом.

«Наконец-то».

Я улыбнулся. Я действительно их нашел. После стольких усилий и поисков. Я их нашел.

Я не отрываясь наблюдал за происходящим. Снайпер наверняка являлся лишь частью заговора. У меня вспотели ладони. Кого-то возбуждают спортивные соревнования или фильмы-боевики, но у меня на подобную ерунду просто не было времени. И вот сейчас… когда у меня появился шанс увидеть мстителей в деле, собственными глазами увидеть одну из их ловушек… Воистину, исполнилась моя величайшая мечта, пусть это и было лишь первым шагом в осуществлении моих планов. Я пришел сюда не просто затем, чтобы стать свидетелем убийства эпика. До рассвета я намеревался найти способ убедить мстителей взять меня в свою команду.

– Счастливчик! – крикнул вдруг кто-то.

Я быстро опустил винтовку, отступив в переулок. Мгновение спустя мимо пробежал полный мужчина в вельветовой куртке и штанах.

– Счастливчик! – снова крикнул он. – Подожди!

Я снова поднял винтовку, разглядывая новоприбывшего в прицел. Может, это тоже часть ловушки мстителей?

Нет. Это был Донни Харрисон по прозвищу Ловкач, мелкий эпик с единственной способностью – стрелять из пистолета, никогда не испытывая недостатка в патронах, телохранитель и наемный убийца в организации Стального Сердца. Частью плана мстителей он быть никак не мог – они не работали с эпиками. Никогда. Мстители ненавидели эпиков. Они убивали лишь самых худших, но никогда не приняли бы кого-то из них в свою команду.

Ругаясь себе под нос, я смотрел, как Ловкач останавливается перед Счастливчиком и женщиной. Она озабоченно надула губы, прищурив прекрасные глаза. Да, она явно встревожилась. Наверняка она одна из мстителей.

Ловкач заговорил, что-то объясняя, и Счастливчик нахмурился. Что происходит?

Я вновь переключил внимание на женщину.

«И все-таки в ней что-то есть…» – подумал я, пожирая ее глазами.

Она была моложе, чем я думал вначале, лет восемнадцати-девятнадцати, но в ее взгляде чувствовалось нечто такое, отчего она казалась намного старше.

Озабоченное выражение тут же исчезло с ее лица, сменившись напускным безразличием. Повернувшись к Счастливчику, она показала куда-то вперед. В чем бы ни заключалась ловушка, им требовалось, чтобы он оказался подальше от этого места. Разумно – поймать предсказателя не так-то просто. Если его чувство опасности намекнет ему даже на малейшую возможность ловушки, он сбежит. Женщина наверняка знала его слабое место, но, вероятно, не хотела его использовать, пока они не окажутся вдали от посторонних глаз.

И даже тогда ловушка могла не сработать. Счастливчик был вооружен, а многие слабости эпиков использовать крайне непросто.

Я продолжал наблюдать. В чем бы ни заключалась проблема Ловкача, она, похоже, не имела никакого отношения к женщине. Он отчаянно жестикулировал, показывая назад в сторону театра. Если он убедит Счастливчика вернуться…

Ловушка так и не захлопнется. Мстители отступят, исчезнут, выберут новую цель. Могли уйти годы, прежде чем мне бы представился второй шанс.

Этого я допустить не мог. Глубоко вздохнув, я опустил винтовку и повесил ее на плечо, затем вышел из переулка на улицу и направился к Счастливчику.

Пришло время предоставить мстителям мое резюме.

2

Я быстро шагал по стальному тротуару, то входя в круги света, то выходя из них.

То, что я собирался сделать, было очень глупо. Примерно так же глупо, как есть мясо, купленное у торговцев на нижних улицах, а может, еще глупее. Мстители крайне тщательно планировали свои убийства. Я не собирался вмешиваться – лишь понаблюдать, а потом попытаться убедить их взять меня к себе. Выйдя на улицу, я вмешался в их планы, в чем бы те ни заключались. Возможно, конечно, что все шло именно так, как предполагалось, и появление Ловкача предусматривалось заранее.

А может, и нет. Ни один план не совершенен, и даже мстители порой терпели неудачу. Иногда они отступали, оставив жертву в живых. Лучше уйти, чем быть схваченным.

Я не знал, что именно происходит сейчас, но должен был хотя бы попытаться помочь. Упустив такую возможность, я бы проклинал себя всю оставшуюся жизнь.

Все трое – Счастливчик, Ловкач и красотка – повернулись ко мне.

– Донни! – крикнул я. – Ты нужен нам в «Риве»!

Ловкач нахмурился, разглядывая мою винтовку, затем полез под куртку за пистолетом, но доставать его не стал. Счастливчик удивленно поднял брови. Если бы я чем-то ему угрожал, он сразу бы это почувствовал, но в ближайшие несколько минут я ничего ему делать не собирался, и никакого предупреждения он не получил.

– Ты кто вообще такой? – спросил Ловкач.

Я остановился.

– Кто я такой? Треск, Донни! Я уже три года работаю у Шприца. Что, так сложно запомнить?

Сердце мое отчаянно колотилось, но я старался не подавать виду. Шприц заведовал театром «Рив». Он не был эпиком, но ему платил Стальное Сердце – как практически любому, имевшему в городе хоть какое-то влияние.

Ловкач подозрительно покосился на меня, но я знал, что всякие мелкие сошки его волнуют мало. Его наверняка бы удивило, знай он, как много мне известно о нем и о большинстве эпиков в Ньюкаго.

– Ну? – спросил я. – Идешь?

– Нечего мне указывать, пацан. Ты вообще кто? Охранник, что ли?

– Прошлым летом я участвовал в облаве на Идолин, – сказал я, скрестив руки на груди. – Продвигаюсь по службе, Донни.

– Обращайся ко мне «сэр», идиот, – бросил Ловкач, убирая руку из-под куртки. – Если продвигаешься по службе, то не бегал бы на посылках. Что ты там за чушь несешь насчет того, чтобы вернуться? Шприц сказал, что ему нужен Счастливчик, чтобы тот для него кое-что подсчитал.

Я пожал плечами:

– Он не говорил мне зачем, просто просил вас привести. Сказал, что был неправ и вам незачем беспокоить Счастливчика.

Я посмотрел на Счастливчика.

– Вряд ли Шприц знал, что у вас… э… есть свои планы, сэр. – Я кивнул в сторону женщины.

Последовала долгая неловкая пауза. Я так нервничал, что о костяшки моих пальцев можно было содрать защитный слой с лотерейного билета. Наконец Счастливчик презрительно фыркнул:

– Скажи Шприцу, что на этот раз я его прощаю. Ему стоило бы быть поумнее – я ему не персональный калькулятор.

Книга: Стальное сердце — Брендон Сандерсон

  • Просмотров: 20974

    1917. Разгадка «русской» революции

    Николай Стариков

    Гибель Российской империи в 1917 году не была случайностью, как не случайно рассыпался и…

  • Просмотров: 3919

    Остров живых

    Николай Берг

    «Обычный зомби медлителен, туповат и опасен только для безоружного и растерявшегося…

  • Просмотров: 2476

    Дракона возбуждать не рекомендуется

    Александра Черчень

    «Дракона возбуждать не рекомендуется» – фантастический роман Александры Черчень, жанр…

  • Просмотров: 2412

    Вершители. Часть 2. Тайна Каменных людей

    Лиза Клейпас

    Вторая часть тетралогии «Вершители». Аякчаане, семикласснице из далекого эвенкийского…

  • Просмотров: 1984

    Погадай на жениха, ведьма!

    Александра Черчень

    «Погадай на жениха», – говорили они! «Найди свою судьбу», – вещали подружки после литра…

  • Просмотров: 1585

    После тяжелой продолжительной болезни.…

    Борис Акунин

    Этой эпохе посвящено больше литературы, чем всей остальной отечественной истории вместе…

  • Просмотров: 1506

    Наследник черного престола

    Оксана Алексеева

    Жил себе и жил, никому не мешал: любил девчонок, часто врал, нередко пользовался…

  • Просмотров: 1488

    Бессердечно влюбленный

    Маргарита Ардо

    На каждого тигра есть свой укротитель, на каждого тирана – свой революционер. Так…

  • Просмотров: 988

    Община Святого Георгия. 1 серия

    Татьяна Соломатина

    Российская империя, 1905 год. Александр Белозерский, наследник крупнейшей…

  • Просмотров: 904

    Благие знамения. Подарочное издание с…

    Терри Пратчетт

    Говорят, мир закончится в субботу. А именно – в следующую субботу. Незадолго до ужина. К…

  • Просмотров: 896

    Сводный ад

    Дана Стар

    – Ты что сделал?! – плотнее кутаюсь в полотенце. – Сфоткал тебя в душе, – равнодушно…

  • Просмотров: 784

    Влюбиться в демона. Неприятности в…

    Наталья Мамлеева

    В обход древнего уговора с правителем Сумеречных долин мачеха подсунула «недостойному»…

  • Просмотров: 631

    Крылатый пленник

    Роберт Штильмарк

    Автор знаменитого «Наследника из Калькутты» Роберт Штильмарк даже в произведении,…

  • Просмотров: 631

    Исполняющая желания

    Альбина Уральская

    Она – Богиня из другого мира, случайно призванная на Землю. Юная девушка мгновенно…

  • Просмотров: 630

    Пушкин

    Марлен Хуциев

    Марлен Хуциев (1925–2019) – знаменитый режиссер всем хорошо известных и любимых фильмов…

  • Просмотров: 626

    Непоправимый брак

    Евгения Горская

    В детстве Лера, Инна и Анфиса дружили, но потом их пути разошлись. Инна отбила у Анфисы…

  • Просмотров: 614

    Община Святого Георгия. Второй сезон

    Татьяна Соломатина

    Клиника Святого Георгия открылась после реконструкции. Жизнь Российской империи…

  • Просмотров: 582

    Фитнес в постели принца

    Альбина Уральская

    Купив годовой абонемент в фитнес-центр я никак не могла предположить, что вместе с ним…

  • Просмотров: 477

    Костик из Солнечного переулка. Истории…

    Елизавета Арзамасова

    «Костик из Солнечного переулка. Истории о самом важном для маленьких-взрослых и огромных…

  • Просмотров: 457

    Как вывести ресторан из жесткого кризиса

    Сергей Миронов

    Внезапно обрушившийся кризис диктует свои правила, и сегодня рестораторам приходится…

  • Просмотров: 407

    Мальчик, который залез в Луну

    Дэвид Алмонд

    Почему, собственно, Луна не может оказаться дыркой в небе? Иллюстрации Полли Данбар плюс…

  • Просмотров: 386

    Эмоциональный интеллект. Как…

    Патрик Кинг

    В этой книге вы найдете всесторонний и глубокий анализ человеческого поведения с точки…

  • Просмотров: 381

    Порочный отчим

    Дана Стар

    – Руки убери! Ты спятил! – щедро треснула его по наглым ручищам. – Воу! Полегче, малая!…

  • Просмотров: 358

    Весёлые рассказы о школьниках

    Виктор Драгунский

    Большая часть жизни детей проходит в школе. Школьники там не только получают знания, но и…

  • «Стальное сердце» Брендона Сандерсона — Котонавты

    Прочитал за пару дней книгу «Стальное сердце» Брендона Сандерсона, ожидал стандартный фантастический боевик с кучей бравады и ура-патриотизма, получил немного другое. Но обо всем по порядку.

     

    В мире «Стального сердца» в результате Напасти некоторые люди (их позже назвали Эпиками) начали получать сверхъестественные способности (стрелять огнем из рук, создавать иллюзии, биться с помощью теней и так далее), при этом способности развращали их и превращали в эгоистических личностей, полных злобы к окружающим. Понятное дело, настоящих героев никто так и не дождался, в итоге весь мир погрузился в пучину хаоса.

    Иногда даже героям нужна помощь.

    Вместо Соединенных Штатов — Разъединенные Штаты, где каждый район контролируется определенной группой Эпиков. Ньюкаго, бывший ранее Чикаго, находится во власти одного из самых могущественных и неуязвимых Эпиков в мире по имени Стальное сердце, который умеет летать, стреляет зарядами из рук, и его не берет ни одно известное оружие. Неудивительно, что именно его смерти желает наш главный герой, восемнадцатилетний Дэвид, которого ведет жажда мести. Понятное дело, самому ему не справиться, но тут в Ньюкаго появляется группа Реконеров, людей, которые посвятили свою жизнь убийству Эпиков. И понеслось.

    Нас довольно быстро вводят в курс дела, рассказывают о мотивации героя, знакомят с Реконерами, и начинается охота на Эпиков, а точнее, проверка их слабых сторон. Дело в том, что у каждого Эпика есть некая слабость, которая сводит на нет все его суперспособности. В итоге всё это планирование, спецоперации, тихое проникновение (Реконеры дико засекречены, стараются не лезть на рожон и действуют втихаря, хотя иногда получается не очень) завлекает. Появляются ассоциации с фильмом «Миссия: невыполнима». Вообще вся книга легко бы превратилась в фильм: здесь гораздо больше действия, чем разговоров, при этом автор успевает рассказать о предыстории героев и поведать о некоторых крутых Эпиках.

    Она классно стреляет, и у нее под майкой маленькие бомбочки, — отметила испорченная часть моего сознания, — Кажется, я влюбился.

    К тому же Сандерсон походя сметает им же использованные стереотипы. Героя ведет вперед месть, и он ни о чем больше не думает? Ну что ж, чуть позже он увидит другую сторону медали под названием «освобождение Ньюкаго». Реконеры — очередная команда уничтожителей всего и вся? В принципе, да, но у каждого прописана интересная история и цепляющий характер, герои чувствуются живыми, пусть и вспомогательными элементами Дэвида, у которых есть свои скелеты в шкафу. Слишком много бравады? В итоге тех, кто пыжился, несколько раз опустят лицом в грязь. Все закономерно.

    Единственное, что не понравилось, так это попытки автора написать драму. Как-то не получается, слишком большой темп задан в сюжете, и даже сами герои не слишком верят в свои слезы. Как можно сочувствовать персонажу, если он уже через страницу после «драматического момента» начинает подтрунивать над соратниками и отпускать всяческие шутки? Если бы книга была чуть побольше, может быть, драма пошла бы лучше, но тут она слишком быстро стирается и уходит. Хотя роялей в кустах хватает, но это уже другое.

    Книга «Стальное сердце» Брендона Сандерсона мне понравилась, добротный боевик. Книга завлекает довольно быстро и, если не слишком вдаваться в детали, пойдет на несколько вечеров. К тому же, это лишь первая часть цикла «Мстители», в которой вышли еще вторая и небольшой рассказ. Ведь еще столько Эпиков осталось в мире.


    Мы обитаем в Яндекс.Дзене, попробуй. Есть канал в Telegram. Подпишись, нам будет приятно, а тебе удобно 👍 Meow!


    Steelheart (The Reckoners, #1) Брэндона Сандерсона

    Я видел, как Стальное Сердце истекало кровью.

    Мне всегда нравится, когда книга начинается с твердого первого предложения. И этот роман был хорошим тому примером.

    ПЕРЕЙТИ НА СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ ЭВОЛЮЦИИ

    Это моя первая книга Брэндона Сандерсона, и теперь я понимаю, почему он так популярен и высоко оценен многими читателями и рецензентами. Наверняка у него отличный стиль и развлекательный стиль, благодаря которому вам никогда не надоест происходящее.Я знаю, что этот роман из нового для него жанра, так как это «супергерой»

    Я видел, как Стальное Сердце истекало кровью.

    Мне всегда нравится, когда книга начинается с твердого первого предложения. И этот роман был хорошим тому примером.

    ПЕРЕЙТИ НА СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ ЭВОЛЮЦИИ

    Это моя первая книга Брэндона Сандерсона, и теперь я понимаю, почему он так популярен и высоко оценен многими читателями и рецензентами. Наверняка у него отличный стиль и развлекательный стиль, благодаря которому вам никогда не надоест происходящее.Я знаю, что этот роман из нового для него жанра, так как это «супергеройская» книга, в то время как он писал больше в жанрах эпического фэнтези. Тем не менее, я хотел попробовать этого автора в этом конкретном романе, так как я большой поклонник супергероев, и поскольку это был прозаический роман в этом жанре, я подумал, что это хороший способ узнать, понравится ли мне это. автор. Что ж, тест прошел успешно, книга мне очень понравилась, и я уже являюсь его поклонником.

    Где злодеи, там и герои.

    Довольно удивительный сеттинг этой серии книг, где астрономическое явление, известное как «Бедствие», появилось на орбите планеты Земля и по необъяснимым причинам несколько человек наугад получили сверхспособности, и все они стали злыми! !! Они известны как «Эпосы», и теперь они правят миром железной рукой, контролируя города и сея хаос.

    Иногда… приходится помогать героям.

    Ребенок теряет своего отца в жестоких руках эпика, и он решает посвятить свою жизнь поиску способа убить этого эпика, и теперь он молодой взрослый, его планы должны быть связаны с подпольной секретной группой, известной как «Расчетники», созданные нормальными людьми, рискующими своими жизнями, чтобы убить как можно больше эпиков, чтобы освободить человечество от этой злодейской угрозы.

    В наши дни мир был таким, что вы делали все, что должны были, чтобы выжить.

    Федеральное правительство Соединенных Штатов рухнуло из-за нападений Эпосов, и теперь эти земли известны как «Расколотые штаты», где еще очень мало функционирующих городов, и одним из них является Чикаго, который позже стал эпическим, известным как «Стальное сердце». » получил контроль над городом, теперь он известен как Ньюкаго (что, честно говоря, когда эта книга будет переведена на испанский, я не знаю, насколько разумно было бы сохранить это название, поскольку «каго» по-испански означает «дерьмо» что-то вроде того, что в Чикаго, я полагал, что к названию привыкли, и ассоциации не возникло, но в Ньюкаго, что ж, всякий раз, когда я читаю название города, я не могу не улыбнуться.

    СИЛА ПОВРЕЖДАЕТ…

    Иногда я задаюсь вопросом, не появились ли они потому, что мы думали, что сможем все объяснить.

    Эти эпики обладают удивительными способностями, которые бросают вызов физике, например, один эпик может стрелять из пистолета и у него никогда не заканчиваются пули. Итак, все возможно. Однако ключевым моментом здесь является то, что у каждого эпика есть слабость. Таким образом, обнаружение его/ее слабости является ключом к тому, чтобы победить их и убить. Однако точно так же, как силы не ограничиваются сферой физики, слабости могут быть любыми, и во многих случаях их обнаружение может быть почти невыполнимой задачей.

    У вас есть страсть убивать, но вам нужно найти страсть, чтобы жить.

    Идея злых сверхлюдей не нова, так как в процессе создания «Супермена», первого супергероя в литературе, он задумывался сначала как суперзлодей, но поскольку его создатели получили проблемы с тем, чтобы заставить кого-то опубликовать свою работу, во время борьбы с продолжающимися поисками издательства они придумали поворот, сделав «Супермена» героем … супергероем!

    Что значит быть королем, если за тобой никто не следует?

    Молодого человека, который хочет убить Стального Сердца, зовут Дэвид, Дэвид Чарльстон, и я думаю, что это была отличная идея назвать его так, поскольку он «Давид», пытающийся убить «Голиафов» с помощью сверхспособностей.А Стальное Сердце — одно из самых могущественных из когда-либо существовавших, обладающее сверхсилой, полетом, энергетическими болтами, полями преобразования стали, неуязвимостью и отсутствием уважения к любому человеку. Наряду с его фантастической коллекцией способностей, его поддерживает избранная команда эпиков, а также армия солдат, правящих городом Ньюкаго.

    Добавление нового члена команды всегда переворачивает динамику.

    Дэвид присоединится к The Reckoners со смелым планом…убить Стальное Сердце. Дэвид однажды видел, как Стальное Сердце истекало кровью, так что он знает, что убить Стальное Сердце можно, но знать концепцию и выяснить, в чем, черт возьми, настоящая слабость Стального Сердца — это совсем другое. Дэвид — новый член The Reckoners, и он меняет динамику команды, однако, это хорошо, пока рано говорить об этом.

    Не действуй, потому что ты можешь, действуй, потому что это правильно.

    Даже будет много сомнений, убивать Стальное Сердце или нет.Однако он уверен в том, что Ньюкаго — один из очень немногих городов, способных вместить людей с основными потребностями, такими как электричество, вода, еда, работа. Не заблуждайтесь, Стальное Сердце требует слепого повиновения от любого жителя Ньюкаго, но это определенно лучше, чем ситуация в других городах, где другие эпики только что разрушили города. Так что, даже если бы они были в состоянии убить Стального Сердца… будет ли это мудрым шагом в этой очень рискованной шахматной игре, в которой человечество сейчас в ловушке. Как далеко могут зайти Реконеры, не превратившись в террористов, а не в борцов за свободу?

    Какой террорист не считал себя хорошим парнем?

    Стальное сердце — это только первый роман, и я не сомневаюсь, что эта серия книг будет становиться все лучше и лучше!

    Стальное Сердце — Медный Разум — 17-й осколок

    Эта статья о романе.Чтобы узнать об одноименной эпопее, см. Steelheart.

    Стальное сердце — роман для подростков, написанный Брэндоном Сандерсоном. Это первый роман из серии «Счетчики», не относящийся к космиру. Он был выпущен 24 сентября 2013 года. Он был выбран киностудией.

    Резюме[править]

    Сводку по главам см. в разделе /Summary.

    История рассказывается с точки зрения Дэвида Чарлстона, подростка-сироты, живущего в Ньюкаго (ранее известном как Чикаго).Ньюкаго управляется чрезвычайно могущественным эпиком по имени Стальное Сердце, который создал общество, управляемое могущественными эпиками, в котором нормальные люди живут на обычных работах. Стальное Сердце неуязвимо, может летать, стрелять энергетическими зарядами и превращать неодушевленную материю в сталь; он превратил весь Чикаго в сталь на километры вокруг и в землю. По сравнению с другими местами на территории Соединенных Штатов, Ньюкаго хорошо управляется, и нормальные люди, как правило, имеют доступ к еде, воде, электричеству, работе и т. д.

    Отец Дэвида был убит Стальным Сердцем примерно во время обрушения. В результате Дэвид посвятил свою жизнь изучению сил Эпосов, чтобы отомстить Стальному Сердцу. Ближе к началу книги Дэвид вступает в контакт с группой Reckoners, обществом нормальных людей, посвятивших себя убийству эпиков. Реконеры владеют передовыми технологиями, которые, по их словам, были научно получены из эпических сил, в первую очередь из способности прокладывать туннели через неодушевленную материю с помощью «тензоров».Дэвид убеждает Реконеров попытаться убить Стальное Сердце.

    Ответчики разрабатывают план по выманиванию Стального Сердца; план состоит в том, чтобы объявить, что есть новый могущественный эпик по имени Лаймлайт, который бросает вызов Стальному Сердцу на бой. Чтобы заставить Стальное Сердце серьезно отнестись к вызову, они проводят две атаки. Сначала они взрывают электростанцию. Затем они пытаются атаковать могущественного эпика по имени Конфлюкс, который, как известно, является дарителем, который может передавать свою силу не-эпикам. Нападение идет не по плану, и Меган погибает, но им удается похитить Конфлюкс.Выяснилось, что Конфлюкс был пленником Стального Сердца, содержался в плену и использовался для питания города и оружия сил Стального Сердца. С захватом Слияния Стальное Сердце принимает вызов Карателя.

    Когда они встречают Стального Сердца, они безуспешно пробуют множество способов сломать неуязвимость Стального Сердца. Профессор использует Тензор, чтобы напрямую сразиться со Стальным Сердцем, чтобы остановить его. Могущественные Epics Nightwielder и Firefight идут за Дэвидом. Дэвид может убить Владыку Ночи, но Файерфайт оказывается Меган, эпическим иллюзионистом со способностью к реинкарнации, которая проникла в карателей.Из-за любви Дэвида к Firefight и из-за того, что Firefight стала менее злой, потому что она не использовала свои силы регулярно, Firefight отпускает Дэвида. Дэвид присоединяется к профессору в борьбе против Стального Сердца, но профессора убивают, и Стальное Сердце берет пистолет Дэвида, чтобы убить Дэвида. Но Дэвид догадался, что уязвимость Стального Сердца заключается в том, что его может убить только тот, кто его не боится, и настроил пистолет так, чтобы привести в действие взрывчатку, которая убивает Стального Сердца (поскольку Стальное Сердце не боится себя, он может убить себя).

    Дэвид узнает, что Профессор — это Эпос, который избежал обращения ко злу, подарив свои способности под видом технологии. Одна из этих способностей — способность быстро исцелять, и, используя ее на себе, он вовремя оживает, чтобы не дать взрывному взрыву убить Дэвида. Как только сотрудники Стального Сердца видят, что профессор выздоравливает, они уходят, так как считают, что нормальные люди не могут сражаться с эпиком.

    Выдержка[править]

    » Стальное Сердце обладает силой десяти человек и может управлять стихиями.Говорят, что никакая пуля не может повредить ему, никакой меч не может расколоть его кожу, никакой взрыв не может сжечь его. Никто не сопротивляется… никто, кроме карателей.
    Призрачная группа обычных людей, Реконеры проводят свою жизнь, изучая эпиков, находя их слабости, а затем устраняя их. В связи со смертью своего отца Дэвид хочет войти. В течение многих лет, как и Реконеры, Дэвид изучал и планировал, и у него есть кое-что, в чем они нуждаются. Не объект, а опыт. Он видел, как Стальное Сердце истекало кровью.

    Магическая система[править]

    У эпиков есть то, что классически известно как сверхспособности.Некоторые технологии были изобретены благодаря изучению этих сверхмощных людей, и поэтому многие устройства кажутся им мистическими. Эпические силы могут сильно различаться между людьми. У некоторых есть только одна сила, хотя у большинства, особенно у самых могущественных, их несколько. (Стоит отметить, что в книге подразумевается, что чем сильнее одна сила, тем больше вероятность того, что эпик будет иметь дополнительные силы). В то время как многие эпосы обладают сходными по своей природе способностями (например, способностью становиться невидимыми и создавать иллюзии) или разными, но дополняющими друг друга (например, пророческое предвидение и сверхчеловеческие рефлексы), некоторые эпики, а именно самые могущественные, похоже, обладают способностями, которые не имеют отношения друг к другу.Ярким примером последней ситуации является Стальное Сердце с его сверхсилой, непобедимостью и способностью летать и стрелять энергетическими зарядами из рук.

    У каждого эпика есть слабость. Подобно распределению сил, это часто может происходить в форме, связанной с силами (например, дым, нарушающий невидимость), или может быть случайным (видение определенного символа, близость к определенному предмету, наличие определенной мысли). Эти слабости либо разрушают, либо ослабляют силу, либо полностью отключают ее.

    Использование эпической силы, по-видимому, приводит к психологическим изменениям Эпоса, лишая людей морального компаса (в книге отмечается, сколько эпиков считают жестокую смерть достойным возмездием даже за малейшее неуважение к ним) . Однако это не делает их убийцами. Единственным исключением являются «Дары», сленговый термин для тех, кто может передать другим часть своей силы. При использовании силы они сами подвергаются воздействию, как и любой другой эпик, передача и использование силы другим не влияет на Дарителя.Одаренные не могут передать другим эпикам свои силы. Неизвестно, несет ли такое же наказание технология, разработанная для имитации или воспроизведения эпических сил.

    Кажется, магия связана с Бедствием. Хотя многие в книгах предполагают, что Эпосы начали появляться после прихода Бедствия, он воспринимается как сильное доказательство. Кроме того, сила Владыки Ночи блокирует весь свет, проходящий через его барьер, но Бедствие все еще можно увидеть.

    Галерея обложек[править]

    Галерею обложек Steelheart см. в разделе /Covers.

    Стальное Сердце — Медный Разум — 17-й осколок

    Эта статья о романе. Чтобы узнать об одноименной эпопее, см. Steelheart.

    Стальное сердце — роман для подростков, написанный Брэндоном Сандерсоном. Это первый роман из серии «Счетчики», который не является частью космира. Он был выпущен 24 сентября 2013 года. Он был выбран киностудией.

    Резюме[править]

    Сводку по главам см. в разделе /Summary.

    История рассказывается с точки зрения Дэвида Чарлстона, подростка-сироты, живущего в Ньюкаго (ранее известном как Чикаго).Ньюкаго управляется чрезвычайно могущественным эпиком по имени Стальное Сердце, который создал общество, управляемое могущественными эпиками, в котором нормальные люди живут на обычных работах. Стальное Сердце неуязвимо, может летать, стрелять энергетическими зарядами и превращать неодушевленную материю в сталь; он превратил весь Чикаго в сталь на километры вокруг и в землю. По сравнению с другими местами на территории Соединенных Штатов, Ньюкаго хорошо управляется, и нормальные люди, как правило, имеют доступ к еде, воде, электричеству, работе и т. д.

    Отец Дэвида был убит Стальным Сердцем примерно во время обрушения. В результате Дэвид посвятил свою жизнь изучению сил Эпосов, чтобы отомстить Стальному Сердцу. Ближе к началу книги Дэвид вступает в контакт с группой Reckoners, обществом нормальных людей, посвятивших себя убийству эпиков. Реконеры владеют передовыми технологиями, которые, по их словам, были научно получены из эпических сил, в первую очередь из способности прокладывать туннели через неодушевленную материю с помощью «тензоров».Дэвид убеждает Реконеров попытаться убить Стальное Сердце.

    Ответчики разрабатывают план по выманиванию Стального Сердца; план состоит в том, чтобы объявить, что есть новый могущественный эпик по имени Лаймлайт, который бросает вызов Стальному Сердцу на бой. Чтобы заставить Стальное Сердце серьезно отнестись к вызову, они проводят две атаки. Сначала они взрывают электростанцию. Затем они пытаются атаковать могущественного эпика по имени Конфлюкс, который, как известно, является дарителем, который может передавать свою силу не-эпикам. Нападение идет не по плану, и Меган погибает, но им удается похитить Конфлюкс.Выяснилось, что Конфлюкс был пленником Стального Сердца, содержался в плену и использовался для питания города и оружия сил Стального Сердца. С захватом Слияния Стальное Сердце принимает вызов Карателя.

    Когда они встречают Стального Сердца, они безуспешно пробуют множество способов сломать неуязвимость Стального Сердца. Профессор использует Тензор, чтобы напрямую сразиться со Стальным Сердцем, чтобы остановить его. Могущественные Epics Nightwielder и Firefight идут за Дэвидом. Дэвид может убить Владыку Ночи, но Файерфайт оказывается Меган, эпическим иллюзионистом со способностью к реинкарнации, которая проникла в карателей.Из-за любви Дэвида к Firefight и из-за того, что Firefight стала менее злой, потому что она не использовала свои силы регулярно, Firefight отпускает Дэвида. Дэвид присоединяется к профессору в борьбе против Стального Сердца, но профессора убивают, и Стальное Сердце берет пистолет Дэвида, чтобы убить Дэвида. Но Дэвид догадался, что уязвимость Стального Сердца заключается в том, что его может убить только тот, кто его не боится, и настроил пистолет так, чтобы привести в действие взрывчатку, которая убивает Стального Сердца (поскольку Стальное Сердце не боится себя, он может убить себя).

    Дэвид узнает, что Профессор — это Эпос, который избежал обращения ко злу, подарив свои способности под видом технологии. Одна из этих способностей — способность быстро исцелять, и, используя ее на себе, он вовремя оживает, чтобы не дать взрывному взрыву убить Дэвида. Как только сотрудники Стального Сердца видят, что профессор выздоравливает, они уходят, так как считают, что нормальные люди не могут сражаться с эпиком.

    Выдержка[править]

    » Стальное Сердце обладает силой десяти человек и может управлять стихиями.Говорят, что никакая пуля не может повредить ему, никакой меч не может расколоть его кожу, никакой взрыв не может сжечь его. Никто не сопротивляется… никто, кроме карателей.
    Призрачная группа обычных людей, Реконеры проводят свою жизнь, изучая эпиков, находя их слабости, а затем устраняя их. В связи со смертью своего отца Дэвид хочет войти. В течение многих лет, как и Реконеры, Дэвид изучал и планировал, и у него есть кое-что, в чем они нуждаются. Не объект, а опыт. Он видел, как Стальное Сердце истекало кровью.

    Магическая система[править]

    У эпиков есть то, что классически известно как сверхспособности.Некоторые технологии были изобретены благодаря изучению этих сверхмощных людей, и поэтому многие устройства кажутся им мистическими. Эпические силы могут сильно различаться между людьми. У некоторых есть только одна сила, хотя у большинства, особенно у самых могущественных, их несколько. (Стоит отметить, что в книге подразумевается, что чем сильнее одна сила, тем больше вероятность того, что эпик будет иметь дополнительные силы). В то время как многие эпосы обладают сходными по своей природе способностями (например, способностью становиться невидимыми и создавать иллюзии) или разными, но дополняющими друг друга (например, пророческое предвидение и сверхчеловеческие рефлексы), некоторые эпики, а именно самые могущественные, похоже, обладают способностями, которые не имеют отношения друг к другу.Ярким примером последней ситуации является Стальное Сердце с его сверхсилой, непобедимостью и способностью летать и стрелять энергетическими зарядами из рук.

    У каждого эпика есть слабость. Подобно распределению сил, это часто может происходить в форме, связанной с силами (например, дым, нарушающий невидимость), или может быть случайным (видение определенного символа, близость к определенному предмету, наличие определенной мысли). Эти слабости либо разрушают, либо ослабляют силу, либо полностью отключают ее.

    Использование эпической силы, по-видимому, вызывает психологическое изменение Эпоса, лишая людей морального компаса (в книге отмечается, сколько эпиков считают жестокую смерть достойным возмездием даже за малейшее пренебрежение к ним) . Однако это не делает их убийцами. Единственным исключением являются «Дары», сленговый термин для тех, кто может передать другим часть своей силы. При использовании силы они сами подвергаются воздействию, как и любой другой эпик, передача и использование силы другим не влияет на Дарителя.Одаренные не могут передать другим эпикам свои силы. Неизвестно, несет ли такое же наказание технология, разработанная для имитации или воспроизведения эпических сил.

    Кажется, магия связана с Бедствием. Хотя многие в книгах предполагают, что Эпосы начали появляться после прихода Бедствия, он воспринимается как сильное доказательство. Кроме того, сила Владыки Ночи блокирует весь свет, проходящий через его барьер, но Бедствие все еще можно увидеть.

    Галерея обложек[править]

    Галерею обложек Steelheart см. в разделе /Covers.

    Стальное Сердце — Медный Разум — 17-й осколок

    Эта статья о романе. Чтобы узнать об одноименной эпопее, см. Steelheart.

    Стальное сердце — роман для подростков, написанный Брэндоном Сандерсоном. Это первый роман из серии «Счетчики», не относящийся к космиру. Он был выпущен 24 сентября 2013 года. Он был выбран киностудией.

    Резюме[править]

    Сводку по главам см. в разделе /Summary.

    История рассказывается с точки зрения Дэвида Чарлстона, подростка-сироты, живущего в Ньюкаго (ранее известном как Чикаго).Ньюкаго управляется чрезвычайно могущественным эпиком по имени Стальное Сердце, который создал общество, управляемое могущественными эпиками, в котором нормальные люди живут на обычных работах. Стальное Сердце неуязвимо, может летать, стрелять энергетическими зарядами и превращать неодушевленную материю в сталь; он превратил весь Чикаго в сталь на километры вокруг и в землю. По сравнению с другими местами на территории Соединенных Штатов, Ньюкаго хорошо управляется, и нормальные люди, как правило, имеют доступ к еде, воде, электричеству, работе и т. д.

    Отец Дэвида был убит Стальным Сердцем примерно во время обрушения. В результате Дэвид посвятил свою жизнь изучению сил Эпосов, чтобы отомстить Стальному Сердцу. Ближе к началу книги Дэвид вступает в контакт с группой Reckoners, обществом нормальных людей, посвятивших себя убийству эпиков. Реконеры владеют передовыми технологиями, которые, по их словам, были научно получены из эпических сил, в первую очередь из способности прокладывать туннели через неодушевленную материю с помощью «тензоров».Дэвид убеждает Реконеров попытаться убить Стальное Сердце.

    Ответчики разрабатывают план по выманиванию Стального Сердца; план состоит в том, чтобы объявить, что есть новый могущественный эпик по имени Лаймлайт, который бросает вызов Стальному Сердцу на бой. Чтобы заставить Стальное Сердце серьезно отнестись к вызову, они проводят две атаки. Сначала они взрывают электростанцию. Затем они пытаются атаковать могущественного эпика по имени Конфлюкс, который, как известно, является дарителем, который может передавать свою силу не-эпикам. Нападение идет не по плану, и Меган погибает, но им удается похитить Конфлюкс.Выяснилось, что Конфлюкс был пленником Стального Сердца, содержался в плену и использовался для питания города и оружия сил Стального Сердца. С захватом Слияния Стальное Сердце принимает вызов Карателя.

    Когда они встречают Стального Сердца, они безуспешно пробуют множество способов сломать неуязвимость Стального Сердца. Профессор использует Тензор, чтобы напрямую сразиться со Стальным Сердцем, чтобы остановить его. Могущественные Epics Nightwielder и Firefight идут за Дэвидом. Дэвид может убить Владыку Ночи, но Файерфайт оказывается Меган, эпическим иллюзионистом со способностью к реинкарнации, которая проникла в карателей.Из-за любви Дэвида к Firefight и из-за того, что Firefight стала менее злой, потому что она не использовала свои силы регулярно, Firefight отпускает Дэвида. Дэвид присоединяется к профессору в борьбе против Стального Сердца, но профессора убивают, и Стальное Сердце берет пистолет Дэвида, чтобы убить Дэвида. Но Дэвид догадался, что уязвимость Стального Сердца заключается в том, что его может убить только тот, кто его не боится, и настроил пистолет так, чтобы привести в действие взрывчатку, которая убивает Стального Сердца (поскольку Стальное Сердце не боится себя, он может убить себя).

    Дэвид узнает, что Профессор — это Эпос, который избежал обращения ко злу, подарив свои способности под видом технологии. Одна из этих способностей — способность быстро исцелять, и, используя ее на себе, он вовремя оживает, чтобы не дать взрывному взрыву убить Дэвида. Как только сотрудники Стального Сердца видят, что профессор выздоравливает, они уходят, так как считают, что нормальные люди не могут сражаться с эпиком.

    Выдержка[править]

    » Стальное Сердце обладает силой десяти человек и может управлять стихиями.Говорят, что никакая пуля не может повредить ему, никакой меч не может расколоть его кожу, никакой взрыв не может сжечь его. Никто не сопротивляется… никто, кроме карателей.
    Призрачная группа обычных людей, Реконеры проводят свою жизнь, изучая эпиков, находя их слабости, а затем устраняя их. В связи со смертью своего отца Дэвид хочет войти. В течение многих лет, как и Реконеры, Дэвид изучал и планировал, и у него есть кое-что, в чем они нуждаются. Не объект, а опыт. Он видел, как Стальное Сердце истекало кровью.

    Магическая система[править]

    У эпиков есть то, что классически известно как сверхспособности.Некоторые технологии были изобретены благодаря изучению этих сверхмощных людей, и поэтому многие устройства кажутся им мистическими. Эпические силы могут сильно различаться между людьми. У некоторых есть только одна сила, хотя у большинства, особенно у самых могущественных, их несколько. (Стоит отметить, что в книге подразумевается, что чем сильнее одна сила, тем больше вероятность того, что эпик будет иметь дополнительные силы). В то время как многие эпосы обладают сходными по своей природе способностями (например, способностью становиться невидимыми и создавать иллюзии) или разными, но дополняющими друг друга (например, пророческое предвидение и сверхчеловеческие рефлексы), некоторые эпики, а именно самые могущественные, похоже, обладают способностями, которые не имеют отношения друг к другу.Ярким примером последней ситуации является Стальное Сердце с его сверхсилой, непобедимостью и способностью летать и стрелять энергетическими зарядами из рук.

    У каждого эпика есть слабость. Подобно распределению сил, это часто может происходить в форме, связанной с силами (например, дым, нарушающий невидимость), или может быть случайным (видение определенного символа, близость к определенному предмету, наличие определенной мысли). Эти слабости либо разрушают, либо ослабляют силу, либо полностью отключают ее.

    Использование эпической силы, по-видимому, приводит к психологическим изменениям Эпоса, лишая людей морального компаса (в книге отмечается, сколько эпиков считают жестокую смерть достойным возмездием даже за малейшее неуважение к ним) . Однако это не делает их убийцами. Единственным исключением являются «Дары», сленговый термин для тех, кто может передать другим часть своей силы. При использовании силы они сами подвергаются воздействию, как и любой другой эпик, передача и использование силы другим не влияет на Дарителя.Одаренные не могут передать другим эпикам свои силы. Неизвестно, несет ли такое же наказание технология, разработанная для имитации или воспроизведения эпических сил.

    Кажется, магия связана с Бедствием. Хотя многие в книгах предполагают, что Эпосы начали появляться после прихода Бедствия, он воспринимается как сильное доказательство. Кроме того, сила Владыки Ночи блокирует весь свет, проходящий через его барьер, но Бедствие все еще можно увидеть.

    Галерея обложек[править]

    Галерею обложек Steelheart см. в разделе /Covers.

    Стальное Сердце — Медный Разум — 17-й осколок

    Эта статья о романе. Чтобы узнать об одноименной эпопее, см. Steelheart.

    Стальное сердце — роман для подростков, написанный Брэндоном Сандерсоном. Это первый роман из серии «Счетчики», не относящийся к космиру. Он был выпущен 24 сентября 2013 года. Он был выбран киностудией.

    Резюме[править]

    Сводку по главам см. в разделе /Summary.

    История рассказывается с точки зрения Дэвида Чарлстона, подростка-сироты, живущего в Ньюкаго (ранее известном как Чикаго).Ньюкаго управляется чрезвычайно могущественным эпиком по имени Стальное Сердце, который создал общество, управляемое могущественными эпиками, в котором нормальные люди живут на обычных работах. Стальное Сердце неуязвимо, может летать, стрелять энергетическими зарядами и превращать неодушевленную материю в сталь; он превратил весь Чикаго в сталь на километры вокруг и в землю. По сравнению с другими местами на территории Соединенных Штатов, Ньюкаго хорошо управляется, и нормальные люди, как правило, имеют доступ к еде, воде, электричеству, работе и т. д.

    Отец Дэвида был убит Стальным Сердцем примерно во время обрушения. В результате Дэвид посвятил свою жизнь изучению сил Эпосов, чтобы отомстить Стальному Сердцу. Ближе к началу книги Дэвид вступает в контакт с группой Reckoners, обществом нормальных людей, посвятивших себя убийству эпиков. Реконеры владеют передовыми технологиями, которые, по их словам, были научно получены из эпических сил, в первую очередь из способности прокладывать туннели через неодушевленную материю с помощью «тензоров».Дэвид убеждает Реконеров попытаться убить Стальное Сердце.

    Ответчики разрабатывают план по выманиванию Стального Сердца; план состоит в том, чтобы объявить, что есть новый могущественный эпик по имени Лаймлайт, который бросает вызов Стальному Сердцу на бой. Чтобы заставить Стальное Сердце серьезно отнестись к вызову, они проводят две атаки. Сначала они взрывают электростанцию. Затем они пытаются атаковать могущественного эпика по имени Конфлюкс, который, как известно, является дарителем, который может передавать свою силу не-эпикам. Нападение идет не по плану, и Меган погибает, но им удается похитить Конфлюкс.Выяснилось, что Конфлюкс был пленником Стального Сердца, содержался в плену и использовался для питания города и оружия сил Стального Сердца. С захватом Слияния Стальное Сердце принимает вызов Карателя.

    Когда они встречают Стального Сердца, они безуспешно пробуют множество способов сломать неуязвимость Стального Сердца. Профессор использует Тензор, чтобы напрямую сразиться со Стальным Сердцем, чтобы остановить его. Могущественные Epics Nightwielder и Firefight идут за Дэвидом. Дэвид может убить Владыку Ночи, но Файерфайт оказывается Меган, эпическим иллюзионистом со способностью к реинкарнации, которая проникла в карателей.Из-за любви Дэвида к Firefight и из-за того, что Firefight стала менее злой, потому что она не использовала свои силы регулярно, Firefight отпускает Дэвида. Дэвид присоединяется к профессору в борьбе против Стального Сердца, но профессора убивают, и Стальное Сердце берет пистолет Дэвида, чтобы убить Дэвида. Но Дэвид догадался, что уязвимость Стального Сердца заключается в том, что его может убить только тот, кто его не боится, и настроил пистолет так, чтобы привести в действие взрывчатку, которая убивает Стального Сердца (поскольку Стальное Сердце не боится себя, он может убить себя).

    Дэвид узнает, что Профессор — это Эпос, который избежал обращения ко злу, подарив свои способности под видом технологии. Одна из этих способностей — способность быстро исцелять, и, используя ее на себе, он вовремя оживает, чтобы не дать взрывному взрыву убить Дэвида. Как только сотрудники Стального Сердца видят, что профессор выздоравливает, они уходят, так как считают, что нормальные люди не могут сражаться с эпиком.

    Выдержка[править]

    » Стальное Сердце обладает силой десяти человек и может управлять стихиями.Говорят, что никакая пуля не может повредить ему, никакой меч не может расколоть его кожу, никакой взрыв не может сжечь его. Никто не сопротивляется… никто, кроме карателей.
    Призрачная группа обычных людей, Реконеры проводят свою жизнь, изучая эпиков, находя их слабости, а затем устраняя их. В связи со смертью своего отца Дэвид хочет войти. В течение многих лет, как и Реконеры, Дэвид изучал и планировал, и у него есть кое-что, в чем они нуждаются. Не объект, а опыт. Он видел, как Стальное Сердце истекало кровью.

    Магическая система[править]

    У эпиков есть то, что классически известно как сверхспособности.Некоторые технологии были изобретены благодаря изучению этих сверхмощных людей, и поэтому многие устройства кажутся им мистическими. Эпические силы могут сильно различаться между людьми. У некоторых есть только одна сила, хотя у большинства, особенно у самых могущественных, их несколько. (Стоит отметить, что в книге подразумевается, что чем сильнее одна сила, тем больше вероятность того, что эпик будет иметь дополнительные силы). В то время как многие эпосы обладают сходными по своей природе способностями (например, способностью становиться невидимыми и создавать иллюзии) или разными, но дополняющими друг друга (например, пророческое предвидение и сверхчеловеческие рефлексы), некоторые эпики, а именно самые могущественные, похоже, обладают способностями, которые не имеют отношения друг к другу.Ярким примером последней ситуации является Стальное Сердце с его сверхсилой, непобедимостью и способностью летать и стрелять энергетическими зарядами из рук.

    У каждого эпика есть слабость. Подобно распределению сил, это часто может происходить в форме, связанной с силами (например, дым, нарушающий невидимость), или может быть случайным (видение определенного символа, близость к определенному предмету, наличие определенной мысли). Эти слабости либо разрушают, либо ослабляют силу, либо полностью отключают ее.

    Использование эпической силы, по-видимому, приводит к психологическим изменениям Эпоса, лишая людей морального компаса (в книге отмечается, сколько эпиков считают жестокую смерть достойным возмездием даже за малейшее неуважение к ним) . Однако это не делает их убийцами. Единственным исключением являются «Дары», сленговый термин для тех, кто может передать другим часть своей силы. При использовании силы они сами подвергаются воздействию, как и любой другой эпик, передача и использование силы другим не влияет на Дарителя.Одаренные не могут передать другим эпикам свои силы. Неизвестно, несет ли такое же наказание технология, разработанная для имитации или воспроизведения эпических сил.

    Кажется, магия связана с Бедствием. Хотя многие в книгах предполагают, что Эпосы начали появляться после прихода Бедствия, он воспринимается как сильное доказательство. Кроме того, сила Владыки Ночи блокирует весь свет, проходящий через его барьер, но Бедствие все еще можно увидеть.

    Галерея обложек[править]

    Галерею обложек Steelheart см. в разделе /Covers.

    Аудиокнига недоступна | Audible.com

    • Эвви Дрейк начинает больше

    • Роман
    • К: Линда Холмс
    • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
    • Продолжительность: 9 часов 6 минут
    • Полный

    В сонном приморском городке в штате Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом спустя почти год после гибели ее мужа в автокатастрофе.Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее взаперти, и Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих самых страшных кошмарах, называют «криком»: он больше не может бросать прямо и, что еще хуже, он не может понять почему.

    • 3 из 5 звезд
    • Что-то заставило меня продолжать слушать….

    • К Каролина Девушка на 10-12-19
    Рецензии на книгу «

    Steelheart» Брэндона Сандерсона «

    ».

    Это птица? Это самолет? Это рок-группа 1990-х? Нет, это тиранический сверхчеловеческий диктатор, одержимый сокрушением воли масс! Нелепое имя и все такое.

    Лучший способ, которым я могу описать мир, который Сандерсон рисует для нас, — это ублюдочная смесь Хранителей и Вселенной DC Супермена. Это не хорошо и не плохо, но должно рассматриваться по существу. У нас есть фантастические группы злодеев, хотя однажды людям был дарован рог изобилия ошеломляющих способностей, и вместо того, чтобы приносить пользу человеческому роду, они решили управлять им.

    В целом подход работает, но из-за причудливых и ярких псевдонимов, которые они берут для себя, мне было немного трудно воспринимать их всерьез, даже когда за ними следуют смерть и разрушение.Что за старая поговорка: «Абсолютная власть развращает абсолютно». Ближе к концу книги есть намеки, указывающие на причины этого изменения психики обычных людей в сумасшедших мужчин и женщин, но я не думаю, что это будет до следующей книги, когда мы получим какие-то ответы.

    Прошло много времени с тех пор, как вступительная глава захватывала меня так, как Стальное Сердце. Это было отличное знакомство с человечностью и обликом эпиков. Холодный, безжалостный и неудержимый, мир, в котором обычные люди не имеют никакой ценности, кроме развлечения и ценности эпоса.Темы нуара доминируют в мире Сандерсона. Город в вечной тьме, облаченный в сталь, холодный, жесткий и стойкий. Самореализующаяся эпитафия правлению Стального Сердца и людям, которые живут под его началом.

    Сандерсон предоставляет читателю возможность принять участие (по крайней мере, мысленно) в истории, пытаясь разобраться в некоторых аспектах Эпосов. Вы придумываете дикие теории вокруг слабостей, их истории. Мои собственные эпические теории включают в себя (без спойлеров):

    Стальное Сердце — фальшивка
    Дэвид — эпик
    Дэвид подобен криптониту для эпиков
    Отец Дэвида был криптонитом для эпиков
    Все расплаты — эпики
    Бедствие, комета — это секретный правительственный спутник
    Нет, я не думаю, что в этом замешаны инопланетяне.

    В отличие от тяжелой темы порабощения человека и мирового господства, в персонажах и истории все еще есть легкость, которая меня удивила. Объединение людей, изо всех сил пытающихся изменить мир, перевернутый с ног на голову, и постоянные попытки Дэвида провести ужасные аналогии — отличный источник юмора.

    Внимание к деталям и резкость в боевых сценах, как малых, так и больших, хорошо спланированы и исполнены. Финальное столкновение держит вас приклеенным к странице, и трудно попытаться не забежать вперед слишком быстро или пропустить что-либо, чтобы узнать, что произойдет дальше.

    Были некоторые элементы, которые мне не нравились или не сочетались друг с другом, самым важным из которых была концепция о том, что многие способности эпиков нарушают законы физики, которую мне было немного трудно принять. Если мы говорим об истории, в которой задействован определенный уровень магии, я мог бы с этим согласиться, но это не та точка зрения, которую использует Сандерсон. Законы физики надо нарушать, а не нарушать. Это также приводит к включению технологии на основе Epic. Если люди не могли понять, как работают эпические силы, как вы можете воспроизвести то же самое в технологии? Законы физики кажутся гибкими, когда дело доходит до эпосов, но законы разума, похоже, тоже игнорируются.У каждого эпика есть слабость, которая сводит на нет их силу. Некоторые из них обыденные, некоторые совершенно нелепые: стоя в тени праведника во вторник в бикини из леопардовой шкуры и прыгая на одной ноге. Это может быть немного преувеличением, но в списке есть несколько странных. Не уверен, какой угол используется, но я надеюсь, что будет больше объяснений, поскольку пока это не имеет никакого смысла.

    Сила, скорость и бессмертие — вот лишь некоторые из способностей Эпиков, но смехотворно глупые имена злых злодеев, такие как Conflux, Deathpointer, Pink Pinkness: я не уверен, смеяться мне или плакать.Я говорю смеяться, потому что это должна быть какая-то странная дань уважения Стэну Ли. Скажу честно, я брался за эту книгу, не ожидая, что она мне понравится, а вышел приятно удивлен. Не зацикливайтесь слишком долго на некоторых глупостях комиксов, и вы будете довольны.
    Fergus McCartan 7.5/10

    В художественном жанре фэнтези новая книга Брэндона Сандерсона подобна новому альбому U2, выходящему на музыкальную сцену, или новому фильму Джосса Уидона, появляющемуся в кинотеатрах: это большие новости, вместе с волнами, прокатившимися по всей отрасли, когда читатели, рецензенты, профессионалы отрасли и другие авторы принимают участие.

    При этом мне будет очень интересно узнать, как читатели и профессионалы воспринимают «Стальное сердце».

    Я не привыкла читать книги Брэндона Сандерсона и не восхищаться каждым пунктом. Это странное ощущение, и я надеюсь, что не привыкну к нему в ближайшее время. И хотя к тому времени, когда я закончил книгу, то, что сделал Сандерсон, произвел на меня должное впечатление, разочарование от того, что я снова не был удивлен, было горьким во рту.

    Если оставить в стороне абсурдное клише, которое проходит через всю книгу — что наш главный герой, Дэвид, не может подобрать разумную метафору, чтобы спасти себя — которое неоднократно вытаскивало меня из книги, Стальному Сердцу просто не хватает блеска других его книг.То, что книга упоминается на Amazon как предназначенная для детей от 12 лет и старше, а также от 7 классов и старше, выражается в отсутствии глубины ни у одного из отображаемых персонажей, а также в отсутствии усилий, приложенных к взаимодействию персонажей и решению проблем. из которых сосредоточены на развлечениях, а не на совершенстве.

    Что весьма разочаровывает, учитывая, что мир и сюжет имеют все признаки эпоса о Брэндоне Сандерсоне (простите за каламбур, который вы не поймете, если не читали книгу, что делает ее менее интересной). каламбур).Мир, в который мы попали, сразу же и сильно завораживает, давая нам альтернативную Землю впервые (по крайней мере, для тех из нас, кто не тратит все свое свободное время на Медный разум), где что-то произошло, чтобы создать существа со всеми сверхспособностями, которые мы когда-либо видели в комиксах.

    Проблема в том, что все они оказываются злыми.

    Это захватывающий сюжет, воплощенный в яркой резкости, без приукрашивания, которого можно ожидать от комиксов о Супермене или Мстителях.Персонажи интересные (хотя, как уже упоминалось, неглубокие), а повороты и повороты оставляют вас в догадках до самого конца (даже у меня были некоторые подозрения, и хотя они были близки, они не были достаточно близки, чтобы испортить многие сюрпризы).

    И к концу книги я поймал себя на том, что отчаянно хочу узнать больше истории, больше персонажей и больше всего. Я надеюсь, что Сандерсон потратит немного больше времени и усилий на полировку следующей книги (называемой «Перестрелка», если верить раскрытию последней страницы), чтобы в ней было немного больше глубины и чувства.

    Так что, хотя это может быть и не вершина его писательских способностей, Стальное Сердце определенно рекомендуется.
    Joshua S Hill, 7/10

    7/10 Steelheart определенно рекомендуется.

    .

    Post A Comment

    Ваш адрес email не будет опубликован.