Семенова мария писатель: Мария Семёнова

Содержание

Мария Семёнова

Автобиография:

«Родилась в 1958 г. в семье учёных. В 1976 г. после окончания школы решила пойти по стопам отца, доктора технических наук, и поступила в ЛИАП, который и окончила в 1982 г. с дипломом инженера-электрика по специальности «ЭВМ». О выборе полученного образования не сожалею и по сей день.

Сочинительством занималась сколько себя помню, но подобный род занятий в семье не считался серьёзным и не одобрялся. Поэтому писание грандиозных романов происходило большей частью тайком. К тому же и вдохновлялась я не тем, что было перед моими школьно-студенческими глазами, а всяким «давно и неправда».

Так случилось, что ещё классе в восьмом мне попалась книга малоизвестного английского автора о норманнском завоевании 1066 года. Эмоциональное впечатление было столь сильным, что вылилось в серьёзный любительский интерес к этнографии северных европейских народов. Прочитав всё, что тогда можно было достать о викингах и славянах художественного (прямо скажем — очень немного), я стала искать научно-популярные, а потом и научные книги. Это дало новый толчок литературному воображению. В 1980 году я наконец сочла, что создала «товарный продукт», который может быть интересен не только мне лично, и отправилась с рукописью в издательство «Детская литература». Это была повесть, которая теперь называется «Хромой кузнец». Приняли меня в издательстве настороженно, но папку взяли, и, к моему глубокому изумлению, повесть понравилась. «Будем делать книжку», — сказали мне…

Дальше моя литературная биография развивалась в соответствии с законами того времени: застой, царивший в стране, успел-таки меня зацепить. Через два (!) года повесть добралась до редсовета и была поставлена в план на 1986 год. В 1985 г. — с треском вылетела из плана. Именно с треском: я написала для альманаха «Дружба» повесть, которая теперь называется «Два короля». Тогда у меня хватило глупости назвать её «Что такое победа» (поскольку два основных персонажа заняты выяснением, кто же из них кого победил), совершенно упустив из виду, что это был год 40-летия победы в Великой Отечественной войне. Позже мне довелось заглянуть в официальную переписку: партийные инстанции велели немедленно выкинуть из альманаха повесть с таким «кощунственным» названием, а когда издательство попробовало заступиться — приказали вообще подобрать другой авторский состав. И я, ещё не войдя в литературу, уже стала в ней персоной нон грата. Что ж! Я в истерику не впадала — ведь перо с чернилами они у меня отобрать не могли…

Однако вскоре повеяли новые ветры. Осенью 1986 года происходило Совещание молодых литераторов Северо-Запада, и там меня всей силой своего авторитета поддержали два замечательных человека — Радий Петрович Погодин, уже, к сожалению, ушедший от нас, и Валерий Михайлович Воскобойников. Вот тут меня «открыли» и начали печатать в ленинградских детских журналах, а в 1989 г. в «Детской литературе» вышла первая книга — «Лебеди улетают».

В 1992 г. уже «Лениздат» выпустил вторую книжку — «Пелко и волки». К этому времени мои домашние заподозрили, что «это» серьёзно, и без большого ужаса отнеслись к тому, что я завершила свою 10-летнюю инженерную деятельность, перейдя в издательство «Северо-Запад» литературным переводчиком. С этого момента на мою биографию стали мощно влиять законы рыночной экономики.

В «Северо-Западе» я, конечно, первым делом продемонстрировала свои исторические романы (двадцатилетний труд, измерявшийся килограммами), но интереса они не вызвали. Что ж, деньги зарабатывать надо — и я опять же килограммами переводила импортное фэнтези. Литературные достоинства большинства этих книг можно описать словом «макулатура», но бум есть бум — как их раскупали! Дошло до того, что отечественные авторы, начавшие тогда выступать в жанре фэнтези, брали себе «зарубежные» псевдонимы, да и писали всё на тот же западный лад — о драконах, эльфах и гоблинах. Тут уже во мне возмутился этнограф: хотите фэнтези — будет вам фэнтези, но почему предпочтение отдаётся уже десять раз съеденному «толкиновскому» бутерброду, а наш богатейший родной материал должен оставаться в загоне?!!

Результатом этого возмущения явился «Волкодав», выпущенный в 1995 г. издательством «Азбука». Книга, как выяснилось, заполнила определённую нишу читательского интереса. На этой волне были наконец напечатаны другие мои труды, много лет ждавшие своего часа: книги «Валькирия» (1995), «Лебединая дорога», «Два короля», «Викинги», «Поединок со Змеем» (все — 1996 г.). В 1997 г. к ним добавились «Волкодав: Право на поединок» и популярная энциклопедия «Мы — славяне!», а в 1998 г. — «Меч мёртвых» (в соавторстве с А. Константиновым).

Успех «Волкодава» имел для меня два интересных последствия… Во-первых, всё написанное мной стали «автоматом» причислять к фэнтези, хотя из перечисленного выше к этому жанру относятся лишь два «Волкодава» и — с определённой натяжкой — «Поединок со Змеем», который есть художественный пересказ скандинавских и славянских языческих мифов. Остальное — стопроцентные исторические романы, а «Мы — славяне!» и вовсе научно-популярная книга. Второе последствие вытекает из первого. Если что-то в яркой обложке, да притом ещё фэнтези — значит, низкопробная литература. Журналисты прочно навесили мне ярлычок бульварной писательницы. Знакомство со мной эти деятели телекамеры и пера начинали словами «Вашу книжку я не читал(а)…» — на что всякий раз хотелось спросить: «Которую из?..» Ну да Бог им судья.

Опять-таки цепь случайных событий вызвала у меня желание сперва «похулиганить», а потом и всерьёз поработать на современную тему. Так появились «Те же и Скунс» (1997 г., в соавторстве с Е. Милковой и В. Воскобойниковым), «Те же и Скунс — 2» и «Заказ» (1999, в соавторстве с К. Кульчицким). Их почему-то причисляют к детективам, хотя на самом деле это не так. Ну а то, что далеко не последним персонажем в них является наёмный убийца и вообще присутствует криминал, весьма успешно укрепило мою репутацию бульварного автора. Как же! «Дефектив», да ещё и про киллера — всё ясно (хотя «книжку» опять-таки не читал…)!

Вышли также два произведения, в которых я присутствую как автор первоначальной идеи — и потому моя фамилия помещена издательством на обложку, хотя непосредственного участия в написании текста я не принимала. Это «Преступление без срока давности» Ф. Разумовского (1998) и «Вкус крови» Е. Милковой (1999). Есть разноречивые мнения об их литературных достоинствах. Но если тот или иной вид соавторства поможет «раскрутить» малоизвестного автора и вывести его на самостоятельную орбиту, я буду считать свою задачу исполненной. Мне ведь тоже, рискуя, подставили когда-то плечо…»

ОГБУК Дворец книги — Ульяновская областная научная библиотека имени В.И. Ленина — Ульяновская областная научная библиотека

Мария Семёнова – российский писатель, широко известна, как автор серии «Волкодав» (экранизирован в 2006 году), составитель единственной энциклопедии о жизни древних славян «Мы славяне», родоначальник жанра «славянское фэнтези», посетит Ульяновск в рамках Всероссийской выставки-ярмарки «Симбирская книга», которая состоится во Дворце книги.

Мария Васильевна «с удовольствием побывает в новом для себя городе».

Для почитателей творчества Семёновой организованы две творческие встречи: первая пройдёт 25 апреля в 17.00 в Торжественном зале Дворца книги и вторая

26 апреля в 17.00 в Библиотеке №1 (Ульяновск). У читателей будет возможность задать автору интересующие вопросы, взять автограф.

В рамках своей насыщенной культурной программы Мария Васильевна посетит знаковые места Ульяновска: государственный историко-мемориальный музей-заповедник «Родина В. И. Ленина», Ленинский мемориал, музей Гончарова. Также писательница согласилась посетить Ульяновскую область – рабочий посёлок Старая майна, поскольку с интересом относится к выездам за пределы города. Там ей будет представлена экскурсия по старинным купеческим домам и встреча с читателями.

Следует добавить, что встреча с автором будет интересна не только любителям фэнтези, но и исследователям истории, культуры древней Руси, а также защитникам животных, как автор книги рассказов о собаках «Родная душа», писатель участвует в благотворительных акциях. Владеет боевым искусством айкидо, ходит под парусом, увлекается верховой ездой. И, конечно же, Мария Васильевна удивительный рассказчик!

Стоит добавить, что Мария Семенова – обладательница многих престижных литературных наград и премий – Беляевской, «Аэлита», премии «Роскон» и других.

Дворец книги – Ульяновская областная научная библиотека приглашает всех желающих посетить творческую встречу Марии Семёновой 25 апреля в 17.00. Вход свободный!

 


Интервью с писателем Марией СЕМЕНОВОЙ


Слава к Марии СЕМЕНОВОЙ пришла после выхода в свет ее романа “Волкодав”. Ее назвали основателем нового жанра — славянского фэнтези, по книге сняли фильм, затем сериал. Впрочем, за славой она не гонится. Пишет стихи о русской печке, считает, что Дарья Донцова попадет в рай, носит громовое колесо, ремонтирует крышу и пытается выбраться из нищеты… Корреспондент “Солидарности” пообщалась с ней на “Фантастической ассамблее” в Санкт-Петербурге.

ВОЛКОДАВ КАК СМЕНА ПАРАДИГМЫ

Основателем жанра славянского фэнтези можно назвать сам народ и сказки. Илья Муромец с Добрыней Никитичем, Тридевятое царство, половцы и Кащей Бессмертный стали в западной литературе хоббитом Фродо, орками и Мордором. Но у России свой путь, так что неудивительно, что, начитавшись импортного фэнтези, наши авторы решили создать отечественное. Формально первый написал славянское фэнтези Юрий Никитин — его книга “Трое из леса” вышла в 1993 году (интервью с ним см. в № 2, 2011), но определенно, что после романа Марии Семеновой “Волкодав” (1995 год) этот жанр прочно поселился в сердцах читателей.

— Как пришла в голову идея написать “Волкодава”, и что он для вас? — спрашиваю у Марии Васильевны. Она отвечает:

— Это было начало 90-х, только-только хлынул вал переводного фэнтези. Я тогда зарабатывала переводами, и это, как правило, были жуткие произведения, литературный уровень которых никакому цензурному описанию не подлежит. Хотя у меня полный ящик своих исторических романов лежал, но в издательствах говорили: древние славяне? Кому они нужны? Сейчас надо про эльфов писать! И наши писатели брали “импортные” псевдонимы и выдавали свои романы за переводы. Меня зло взяло, почему надо писать про драконов и гоблинов, когда лежит наш неосвоенный этнографический материал? Я обозлилась, сказала: а вот я вам всем покажу! Хотите фэнтези? Получите! И приступила к “Волкодаву”. Книга представляет собой фэнтези-роман наизнанку. Обычно в фэнтези все начинается с того, что враги сожгли родную хату, сгубили всю семью, герой собирается с духом и с силой, кует оружие, попадает в приключения, в итоге идет торжественно мстить супостату. А у меня все начинается с того, что он пришел, отомстил, а что ему делать дальше, как жить, не знает. Отгорел тот закат, в который уходит обычно персонаж фэнтези в финале, но что делать дальше? Ночевать где-то надо, покушать, попить надо, за кусты сходить надо. То есть как герой будет жить после своего звездного часа? А мой персонаж еще и не планировал этот звездный час пережить, но так получилось. И дальше он просто живет своей жизнью, влипая в разные ситуации. Так родился этот роман. Роман, собственно, про то, как эта машина для мести учится опять быть человеком. Совершенно неожиданно для издательства книга очень хорошо пошла.

— Ее никто не пиарил?

— Нет. Обычный самотек. Ее выпустили осторожным, небольшим тиражом, но тот почему-то улетел как горячие пирожки. Видимо, вовремя подоспела. Читатель, похоже, эльфов с гоблинами к тому времени наелся, пресытился бутербродом дедушки Толкиена, съеденным по восемнадцатому разу, а тут оказалось свое, родное и близкое. Но я тогда меньше всего задумывалась, что я затеяла какой-то новый жанр. Я просто показала, что современное фэнтези может создаваться и на наших родных мотивах, на истории славян.

— Получается, что для вас родной жанр — не фэнтези, а исторический?

— Я не определяю, какой для меня родной жанр, а какой не родной. Жанр, как и все прочее, — это техническое средство, чтобы высказать то, что у меня на душе наболело. Он может быть любым. Это, знаете, все равно как артистов делить строго по амплуа: этот всегда играет бандитов, эта играет графиню со следами былой красоты и т.д. Если ты реальный артист, то должен уметь сыграть что угодно, от Гамлета и до цыпленка табака. Я отдаю должное писателям, которые все время хранят верность одному жанру, но про себя считаю, что если ты называешься писателем, то умей написать в любом жанре. Производственный роман — так производственный роман. Фантастика — так фантастика. Естественно, все имеет свою специфику. Но это же нонсенс, если хозяйка будет заявлять, что умеет только суп варить, а кашу уже не умеет. Если ты почувствовал, что именно вот это лучше всего можно сказать жанром детектива, так влезай в специфику этого жанра и пиши именно так, а не пытайся поставить книгу на привычные рельсы.

— Очень много книг у вас вышло в соавторстве, причем часто соавторы меняются. Почему соавторство?

— У меня множество якобы соавторов по сериалу “Те же и скунс”, но это самостоятельные книги самостоятельных авторов, и я там оказалась на обложке исключительно из соображений коммерческой политики издательства. Я там решительно ни при чем, только разрешила использовать героев, а что меня прилепили на обложку — так это сделало издательство “Азбука” из своих коммерческих интересов, без моего ведома. Постоянных соавторов у меня двое: мой добрый друг Феликс Разумовский и Дмитрий Тедеев. Мне интересно сотрудничать с людьми, которые, во-первых, симпатичны мне как личности, во-вторых, не бездарные писатели сами по себе и, в-третьих, знают что-то такое, чего не знаю я. Например, Феликс Разумовский великолепно владеет всякой армейской и милицейской спецификой, плюс к тому очень увлечен древней мистикой, в частности ее исследованиями в Третьем рейхе. Я тоже могу в это влезть, но это отнимет время, которое я могла бы посвятить чему-то другому. Мне это само по себе не так интересно, как в свое время было интересно заниматься изучением древних славян.

— Как у вас рабочий день построен?

— Рабочий день у меня никак не построен. У меня есть множество хозяйственных дел, повседневных и сиюминутных. За харчами съездить, о собаках позаботиться, за собой поухаживать… Для меня уход за собой — это какие-то физические нагрузки. Да и дом надо в порядке поддерживать. Я же, можно сказать, живу в затворе, под елкой. Но если уж идея пришла, я буду окурками на туалетной бумаге писать. То есть мне особых условий для творчества никогда не было надо.

РОДНОЙ ДОМ

Мария Васильевна уже больше двух лет практически безвылазно обитает в деревне, в собственном доме с печкой, погребом, колодцем, двумя огромными собаками и кошкой.

— Почему вы решили жить в деревне?

— Как-то я обнаружила, что именно там живу жизнью, которая мне нравится. Это не городская квартира, где, если потекло с потолка, ноги по колено стопчешь, пока кто-нибудь придет и наведет порядок. Тут — стремянку поставил, залез на крышу, гвозди в зубы, молоток за пояс, сам все сделал. Все от меня зависит. Вообще, что хочу, то и ворочу. В прошлом году я весь ноябрь провисела на крыше, наращивая ее.

— Своими руками?

— Да. Мне здорово повезло на родителей. Они были учеными: мама — кандидат наук биологических, отец — доктор наук технических, профессор. Он никогда от меня шкафчик с инструментами не запирал, никогда не говорил, что ты девочка, тебе это не надо будет. Я о себе две вещи не помню: как начала что-то сочинять и как впервые взяла в руки паяльник. Я под стол ходила пешком, когда мне отец вручил электропаяльник, этот огнедышащий, плавящий олово, от которого деточка волдыри себе может насажать. Естественно, я их сажала по первости, но получилось, что я никаких инструментов и никакой работы не боюсь. Когда понадобилась бензопила, я приволокла бензопилу. Страшно, конечно, но работаю ею по мере необходимости. Мне это нравится, меня это забавляет. Взбрендило мне погреб выкопать — взяла лопату и выкопала. Вздумалось печку построить — я поискала проекты, выбрала себе то, что хочу, купила кирпичи, научилась их класть, соорудила печку. Слава богу, мой отец в последний год своей жизни поел правильную еду из правильной печки и вспомнил все довоенные вкусы.

— А какой-нибудь рецепт расскажете?

— Кто хочет действительно настоящую русскую кухню сделать, тот пускай построит настоящую печку. На худой конец, в городских условиях можно взять медленноварку — это, пожалуй, единственное, что в современных условиях воссоздает температурный режим русской печки. Я в печи делаю всевозможные блюда, какую угодно выпечку. У меня в моей печке безе первый раз получилось! Потому что она много часов держит температуру 80 — 100 градусов, ни в какой газовой плите такого не будет. То есть русская печка, в принципе, может делать любые блюда любой кухни. Когда я в ней приготовила шашлык, отец сказал, что он такой последний раз ел до войны. Там же со всех сторон инфракрасное излучение, даже поворачивать ничего не надо. В общем, я могу про печку говорить только стихами.

— Вы создавали ее по каким-то чертежам?

— Затевать полноценную русскую печку я просто побоялась, поэтому искала что-нибудь такое, что у меня есть надежда своими руками сдюжить. В итоге вышла такая печь для пиццы. Когда я увидела эскиз, то поняла, что это уже где-то видела. И потом до меня дошло: батюшки, это же древнерусская хлебная печь, которая стояла под навесом посреди деревни еще до появления русской печки! Я немножко ее переделала и сейчас готовлю, когда ко мне гости приезжают. Сама я около года придерживаюсь сыроедения. Но для дорогих гостей с превеликим удовольствием готовлю любые пироги, запекаю гуся и делаю все, что только душенька пожелает.

— Вам доставляет удовольствие такое житье в деревне?

— В общем, да. С одной стороны, у меня нет возможности строителей нанимать — без штанов останешься, да и сделают не совсем то, что тебе хочется. Они же всегда лучше знают, как надо! А тут сам, своими ручками, и винить некого, если что-то не так. И потом, я от этого страшный кайф ловлю. Например, я пристройку делала или крышу. Когда влезаешь на то, что ты сделал сам, и чувствуешь, что под тобой прочная конструкция, с нее не свалишься, и при этом ты сам все сделал — страшно доволен.

У Марии Васильевны живут дома две собаки и кошка, но первой ее собаки, Чейза, уже нет на свете. На руке, на внутренней стороне предплечья, у нее татуировка: две собачьи морды и два цветка.

— Это не “прикольная татушка”, это поминальная татуировка, в память о моих ушедших питомцах и родителях. Розочка — в честь мамы, и еще один цветочек — в честь отца. Поэтому на внутренней стороне и черно-белая. Так мне мастер посоветовал. Когда я эту татуировку сделала, было, может быть, дурацкое, но очень большое чувство облегчения, что они буквально вошли в мою плоть и всегда будут со мной. Сверху — это мой первый пес Чейз. Человек (это не оговорка) ко мне попал почти в пять лет, не зная ни единой команды. И в итоге он стал одной из самых лучших защитных собак в Питере. Он был со всеми очень доброжелательный, но при попытках нападения на меня защищал блестяще. Просто не дал бы никому ко мне подойти. А в случае если все-таки граждане не вняли бы недвусмысленным предупреждениям, то реанимация им была бы гарантирована, потому что у него челюсти были чудовищные, и если на меня кто-то покушался, чувство юмора у Чейза пропадало мгновенно. Про него у меня много стихов.

Его выкинули из дома, и он некоторое время бомжевал, какая-то “добрая душа” вызвала милиционеров, чтобы его застрелили, но тем очень не хотелось его стрелять, и в этот момент мимо проезжала девушка на машине. Она попросила отдать ей его. Эта девушка была хозяйкой конюшни, где я тогда верховой ездой занималась.

— Эта история у вас в одной из книг описана.

— Да, в двухтомнике “Кудеяр”. Я считаю, что Кудеяр там, собственно, третьестепенный персонаж, а главный — Чейз. Там он описан со всеми своими ужимками и прыжками, и все один в один как в жизни, только по книге его от расстрела будущая хозяйка спасает, а в жизни не мне это довелось сделать. Он умер, когда я была в командировке. Мне сказали, что он уже очень плох, я бросилась билеты менять, но все равно не успела. Домашние животные в доме — единственные, кто меня там сейчас ждет.

ВОЛКОДАВ НА ЭКРАНЕ

В 2000 году кинокомпания “НТВ-Профит” заявила о желании работать над съемками первого в истории отечественной киноиндустрии фэнтези-фильма “Волкодав”. В рамках масштабного проекта “Волкодав” планировалось создание художественного фильма, телесериала и, возможно, мультипликационного фильма. Съемки должны были начаться в 2001 году, но у компании что-то не заладилось, и дальше приготовлений дело не пошло.

В 2003 году кинокомпания “Централ Партнершип” купила у издательства “Азбука” права на экранизацию книг о Волкодаве. Фильм вышел в 2006 году, а в 2007-м вышел сериал “Молодой Волкодав”.

— Фильм вам понравился? — спрашиваю у Марии Васильевны.

— Хорошо еще вы не сказали “экранизация”! Потому что назвать экранизацией я его ни в коей мере не могу. Режиссер рассказал абсолютно другую историю про абсолютно других людей. Меня на пушечный выстрел не подпускали к съемкам. Я сначала думала, что как-то меня забыли, а потом оказалось, что у “Централ Партнершип” была последовательная политика недопущения меня на съемочную площадку. Права в 1995 году были проданы вместе с романом издательству “Азбука”: тогда разговоры про экранизацию были как разговоры о полетах на Марс. Поэтому я подписала договор и успокоилась. Лебедев (режиссер. — Ю.Р.) сделал фильм и сам за него отвечает и перед зрителями, и перед высшим судом. Я тут решительно ни при чем.

Сериал “Молодой Волкодав” я целиком так и не посмотрела. Начинала смотреть какую-то серию, мне становилось физически плохо, и я выключала. Это ужас! Лучше бы они мою книжку взяли, повесили в туалете и листочки от нее отрывали по мере необходимости.

ТВОРЧЕСТВО

— Год назад вы рассказывали, что должна выйти ваша книжка о молодом Волкодаве…

— Она до сих пор должна выйти. Но она у меня еще в работе. Помимо прочего передо мной стоит задача как-то из нищеты выбраться, а выбираюсь я с помощью переводов. Поэтому личное творчество происходит короткими перебежками. Но я напишу, все будет.

— Неужели в книжном бизнесе сейчас все так плохо, что книгами нельзя заработать нормальные деньги?

— У меня довольно давно свежих книжек не выходило. Не подогревался читательский интерес, и у издательства не было стимула мои вещи перепечатывать. Уход родителей был для меня очень болезненным: в 2005 году не стало мамы, в 2010 году — отца. Больше года я из этого вылезала, мне вообще ничего не надо было. Кроме того, я очень медленно пишу. Вот госпожа Донцова, по-моему, раз в два месяца книжку на-гора выдает. Это для меня совершенно непостижимый результат. С другой стороны, я к Дарье Донцовой трепетно отношусь, и вот почему.

Был у меня такой случай: я пришла к отцу в больницу, а мне сказали, что его надо искать у окулиста. Там какой-то очень серьезный кабинет, светящиеся надписи “Войдите” или “Занято”, и в коридоре сидит девушка. Она с таким затравленным видом смотрела на это “Войдите”, что вот сейчас надпись загорится, и она пойдет себе или кому-то из близких узнавать приговор. Потом она уткнулась в Донцову — и через несколько секунд уже хохотала. Уже за это Донцову возьмут в рай. А кроме того, она не так давно выступила с книжкой “Я очень хочу жить”, где рассказывает о том, как она победила в свое время рак. Так вот, делайте со мной что хотите, но все ее детективы вдруг показались мне огромным постаментом, на котором стоит эта книжка, потому что они устроили так, что люди уже из интереса к Донцовой прочтут вот эту книгу о ее борьбе с раком, и чьи-то жизни будут спасены.

Я желаю госпоже Донцовой написать еще столько же, заработать 100 миллионов долларов и кататься как сыр в масле. Пусть у нее все будет хорошо. Вот именно за это.

— А вы сколько времени книгу пишете?

— Обычно меньше года не пишу. “Волкодава” я три года писала. С другой стороны, никто меня не подгонял, никаких издательских намерений на него не было, захотелось — я его написала.

— Как-то реагируете на критику в свой адрес?

— В силу железобетонной психики я никогда не была склонна придавать какое-то значение тому, кто там и что про меня говорит. Я сама себе высший суд, и если меня действительно чем-то свыше наградили, так это способностью отстраненно смотреть на свой текст как на чужой. То есть я не нахожусь под гипнозом того, что “ах, я написала!”. Поначалу у меня была дурацкая мечта, что вот однажды умный критик про мое произведение напишет вдумчивую статью, меня интересовал взгляд умного стороннего человека. Но такого было, к сожалению, очень мало. Когда посыпались первые отклики и полились какие-то гадости, я просто перестала в Интернете про себя читать. Мне просто неинтересно читать, что в Интернете написали люди, которые двух слов никогда не опубликовали, которые никак не подтвердили свое право говорить то, что они говорят.

МЫ — СЛАВЯНЕ

— Вы обмолвились, что вы не христианка. Вообще не верите в Бога?

— Я придерживаюсь религии наших предков, славян. В свое время я создала себе картину язычества, вот ее и придерживаюсь. Она изложена в моей книге “Мы — славяне”. Это одна из трех книг, которую положат на весы, когда я попаду на высший суд. Еще там будут лежать “Поединок со змеем” и “Родная душа”. А все остальное, что я написала, — уже во-вторых. “Мы — славяне” — это научно-популярная энциклопедия по древним славянам, и она отличается от тех, что были напечатаны до нее. Меня поразило, что последняя книга о славянах — “История культуры Древней Руси”, два громадных тома — была выпущена в 1947 году. Жрать было нечего, а такую книгу напечатали, чтобы мы не забывали, что живем в стране с великой историей и культурой. Но там о язычестве крохотная главка, и основной ее смысл в том, что о верованиях древних славян почти ничего не известно. Я предприняла изыскания в публичной библиотеке, я не ученый, не историк, не археолог, моя заслуга только в том, что я человеческим языком пересказала выверенные научные данные. Из двенадцати разделов три о язычестве, то есть четверть книги, потому что я считаю, что именно религиозные воззрения в большой мере определяли всю жизнь древнего человека. Политико-экономические закономерности и материальная культура скорее из этого вытекали. Например, невозможно понять устройство славянской избы, если не знать, сквозь какую призму предки смотрели на мир.

Я считаю, что у человека есть место на планете, среди этой экосистемы, среди временных закономерностей, годовой цикличности природы, ритмов солнца и звезд. И надо себя в этом осознавать, а не бить пяткой в грудь, что ты венец Вселенной. Я ношу громовое колесо, и когда начинается гроза, я ее приветствую, потому что считаю, что это мой бог себя проявляет. Я прекрасно знаю, что там атмосферное электричество, разряды, эльфы (электроатмосферное явление, а не мифические существа), я все понимаю, высшее техническое образование никуда не делось, но для меня это еще и вот так. Такова моя личная религиозность.

Юлия РЫЖЕНКОВА

“А”-СПРАВКА

Биография Марии Семеновой

Родилась в 1958 году в семье ученых. В 1976 году после окончания школы решила пойти по стопам отца, доктора технических наук, и поступила в Ленинградский институт авиационного приборостроения, который и окончила в 1982 году с дипломом инженера-электрика по специальности “ЭВМ”.

В восьмом классе ей в руки попала книга о нормандском завоевании 1066 года, с тех пор возник серьезный любительский интерес к этнографии северных европейских народов.

В 1980 году написала первое произведение — “Хромой кузнец”, которое было опубликовано в издательстве “Детская литература”. В 1992 году “Лениздат” выпустил вторую книжку — “Пелко и волки”, тогда же Мария Семенова завершила свою 10-летнюю инженерную деятельность, перейдя в издательство “Северо-Запад” литературным переводчиком.

В 1995 году издательство “Азбука” выпустило роман о славянах в жанре фэнтези “Волкодав”, ставший очень популярным. На этой волне были напечатаны и другие труды, по большей части исторические романы: “Валькирия” (1995), “Лебединая дорога”, “Два короля”, “Викинги”, “Поединок со Змеем” (все — 1996). В 1997 году к ним добавились “Волкодав: Право на поединок” и популярная энциклопедия “Мы — славяне!”.

Цикл “Волкодав” состоит из пяти книг. Семенова работает над шестой книгой — о молодости Волкодава.

Мария Семёнова: «Мир хоть тот же, а эпоха совсем другая»

Интервью: Наталия Небаева

Фото: издательская группа «Азбука-Аттикус»

В минувшие выходные Мария Семёнова представляла московским читателям второй роман из ее нового цикла «Братья». В «Царском витязе» продолжается история порядком изменившегося Сквары, повзрослевшего Светела, разворачиваются судьбы их товарищей.

Мария Васильевна рассказала читателям о новом романе, о процессе работы и о том, как и из чего создается фантастический роман и много ли в нем на поверку фантастики. С ней поговорил корреспондент «Года Литературы».

Вот вы закончили «Волкодава», прошло сколько-то лет… и вы решили вернуться к тому же миру. Почему?

Мария Семёнова: Вообще роман о временах мировой катастрофы был мной задуман очень давно, еще в юности, и тогда же отложен. В нем нужно было много писать о музыке, смехе, театре, а у меня еще не отболело после музыкальной школы и часов за фортепиано. Я люблю классическую музыку, но тогда мне нужно было от нее отдохнуть. Так сюжет лежал и ждал своего часа.

Второй зацепкой послужил роман «Там, где лес не растет» и эпизод, всплывший из генетической памяти симурана, момент мировой катастрофы. Мне все казалось, что я что-то недосказала, какую-то судьбу недоразвернула, и вот попалась на глаза и развернулась судьба этого спасенного симуранами мальчика, и я решила написать про нее.

Да, мир хоть и тот же, а вот эпоха совсем другая. Для современников Волкодава это период доисторический, много веков назад, может быть, даже, тысячелетий, от этих дней сохранились только смутные легенды, никто уже не помнит, что была какая-то Андархайна, какие-то ее цари…

А какая-то хронология, хотя бы порядок? Века, тысячелетия, десятки тысяч лет?

Мария Семёнова: Про десятки не скажу, но думаю, не меньше тысячи.

Но предки веннов в тексте ведь появляются? Население Конового Вена — это и есть они?

Мария Семёнова: Да, предки веннов в тексте еще появятся, и даже объяснение будет. В финале, после большой битвы наших с ненашими и победы, герои решат жить вместе, народом братьев, и один задаст вопрос: а как по-вашему будет «братья»? Ему ответят — «венны». Так и назовутся народом веннов.

Но, кстати говоря, сам Коновой Вен к названию народа отношения не имеет. Это название попросту означает высокий берег реки.

Вы говорите «в финале» — а когда он выйдет, тот финал? И книга, которая выходит в июне — которая это часть всей истории?

Мария Семёнова: Честно говоря, от всей истории это примерно половина. Сначала книга вообще задумывалась как история младшего брата, Светела, а второй брат изначально возник как вспомогательный персонаж, причина для младшего вообще слезть с печи и куда-то отправиться… а потом у него появился характер, появилась история, он превратился в одного из центральных персонажей, и в итоге первая из уже опубликованных книг посвящена ему почти полностью.

Вопрос, который вам, наверное, уже задавали: вот два брата, один воин, второй целитель, песня о боге грозы и боге огня… параллели напрашиваются сами собой. Это и есть те братья, которых потом в «Волкодаве» будут знать как богов и одного из которых Волкодав с товарищами похоронят?

Мария Семёнова: Ни разу нет. Светел и Сквара с Братьями никак не связаны, боги-братья — это совершенно самостоятельная история, и ее я писать не хочу, потому что история эта кончается плохо — один погиб, второго замучили…


Я и как читатель не стала бы читать пятьсот страниц про героя, которого на пятьсот первой странице грохнут, и сама так со своими читателями поступать не стану.

У вас вообще обычно просматриваются прототипы народов — венны и сольвенны от славян, арранты от греков, сегваны от норманнов… а с андархами непонятно. Можно усмотреть и римские или византийские черты, и восточные. У них был какой-то конкретный прототип или они придуманы «из головы» или еще как-то?

Мария Семёнова: Скорее уж собраны из черт разных народов. Имена вот, например, кельтские, тот же Аодх — существующее и даже сейчас вполне употребимое имя; от кельтов же взята светлая масть и огненные глаза. На обложке нового тома, который только пойдет в печать, царевич нарисован именно с такими, прямо полыхающими.

Потом сюда же — некоторые черты Саудовской Аравии, идея народа как семьи, устройство самой царской семьи и порядка наследования. Вообще хотелось уйти от придворного паучатника, хотелось создать царский двор действительно скорее как семью.

От Рима совсем немного, по большей части это происхождение и завоевательные амбиции. Андархи ведь исходно далеко не такой благородный народ, как они о себе сами полагают. Ветер кое-что из этого пытается Скваре разъяснить, и в следующих книгах тоже будет о той истории андархов, которую они сами о себе предпочитают не помнить.

Плюс сюда же — Османская империя, котел вообще во многом срисован с янычар. Об этом мало кто помнит, но их ведь османы набирали из детей на покоренных землях, и кто-то был против, а кто-то жалобы писал, мол, почему у нас не берут. Янычары вообще были способом подняться с дна достаточно высоко, как, собственно, и мораничи в романе. Для тех же незаконнорожденных, вроде Ветра — вообще один из самых доступных способов добиться власти и достигнуть своих целей.

Но в цикле о Волкодаве мораничи уже полностью превратились в такую страшненькую секту, в группу убийц-фанатиков… как это вообще произошло и будет ли в «Братьях» что-то об этом рассказано?

Мария Семёнова: Будет. Начать надо с того, что изначально культ Мораны — нормальный культ богини жизни и смерти, Морана — властная и грозная мать, несколько более грозная, чем милостивая, но в целом такое, скорее благое божество. Страшный культ возникает, когда изначальная вера лишается чувства юмора, перестает над собой смеяться. И Морана тогда становится богиней смерти в чистом виде, потому что


смех утверждает жизнь, а когда смех изгоняют — остается только смерть.

Расскажите про песни в «Братьях». Мне мелодии современных песен там померещились или они действительно есть?

Мария Семёнова: Действительно есть. Я себе позволила немножко похулиганить как автор, и там действительно у многих песен вполне современные «исходники». «А молодого воеводу несет дружина на щитах» — в общем, очевидно…

А еще — «Belle», «Выйду ночью в поле с конем»…

Мария Семёнова: И они тоже. Еще есть песня довольно старая, «Марракеш», есть в конце второй книги «Издалека гуси-лебеди летят», есть «Ничто на земле не проходит бесследно», «Лихо в Торожихе» — «Во деревне то было в Ольховке», только у нас песня грустная, а в тексте веселая версия, вот тут я решилась прямо в книгу перенести рассуждения про то, как текст песни меняется. Тексты, написанные просто на мелодии, без слов, тоже есть, и тоже на вполне современные. «Гусли, звените» — на тему из бибисишного «Шерлока», на открывающую. Одна из песен Сквары — на тему самого Шерлока оттуда же.

Кстати, а как вы относитесь к песням на ваши стихи? К тому, что сочиняют аккорды, поют?

Мария Семёнова: Глубоко положительно. Вообще это такая очень большая доля признания, в которую мне до сих пор поверить трудно, с трудом привыкаю, что меня принимают настолько всерьез. Мне тут рассказали как-то, что «Налейте наемникам полные чаши» поют в «Альфе». Вот это очень дорогого стоит.


Чего не приемлю — так это переделки текста под нужды исполнителя. Поешь — пой, но не переделывай.

Фото: Сергей Новиков

А к творчеству по мотивам? К песням, к стихам?

Мария Семёнова: Вообще — хорошо. Главное, чтобы в этих текстах был смысл и не было халтуры.

Автор вообще не должен халтурить, вне зависимости от того, по мотивам чего-то он пишет или самостоятельно. Должен разбираться в том, что он делает. Да, и автор фэнтези тоже. Если пишешь, что герой машет мечом — попробуй им сам хотя бы немного помахать. Если лапти плетет — умей хотя бы кочедыки заложить. В крайнем случае посоветуйся с тем, кто знает и умеет. Мне с текстом помогали самые разные люди — собачники, каюры, психологи, доктора, спецназовцы, люди со сложными биографиями, советовались друг с другом, иногда совершенно противоположные мнения приносили, спорили, вот два знакомых медика передавали один мой вопрос друг другу по цепочке от Крыма до Камчатки. Когда мне нужно было, чтобы в тексте главный герой сделал гусли — пришлось садиться и делать. В итоге когда я художнику для обложки нового тома пересылала материалы, как вообще должны гусли выглядеть, как они устроены и вот это все, приложила и свою фотографию с самодельными гуслями на всякий случай. Художник выбрал положение рук рисовать с нее, руки, конечно, нарисовал мужские, а вот криво вставшие шпенечки на обложке так и остались, и получилось правильно. Все-таки первые у парня гусли, должно быть в них что-то небезупречно.


Я вообще сторонник того, чтобы автор хорошо разбирался в том, о чем пишет, чтобы в тексте все было достоверно,

если герой помирает от раны — он должен помирать в медицински выверенных корчах, с научно обоснованными стонами и достоверно посинев. И выздоравливать соответственно, а не по одному взмаху волшебной палочки. Право автора фэнтези вообще не в том, чтобы нагородить три огорода просто потому, что ему так захотелось. Право автора фэнтези — менять мир, местность и геополитику так, чтобы они соответствовали его сюжету и замыслу. Право автора фэнтези — дать кугиклы, женский инструмент, парню и позволить ему развить эти кугиклы до многоствольной флейты. А если бы это был исторический роман — то и этого права бы не было, нужно было бы писать, как есть.

Про язык вы тоже говорите, что ничего не придумывали, причем прямо в самой книге…

Мария Семёнова: Не придумывала. Искала, подбирала, иногда заимствовала у соседей — вот появляется у меня в тексте, скажем, волынка, — но не могу я назвать ее волынкой, слово не подходит, не встает. Назвалось в итоге шуварой, от марийского шувара. Вообще первая книга стала для меня в своем роде исследованием языковых вопросов. Написала я, скажем, что сани ехали по колее, и сама не могу понять — что меня царапает? Потом дошло — колея от колеса, а у саней что? У саней колес нет. Лыжня — лыж… крутила, вертела, и наконец догадалась поискать от слова «полоз». Так нашлась и вошла в текст полозовица. Или перебирала разные приветствия — это ведь тоже была целая наука, к девушке одно обращение, к замужней женщине — другое… и вот помимо прочего нашлось прекрасное обращение к трезвому человеку — «детинушка-бесхмелинушка». Из него целая картинка получилась — вот отбывает пьяница трудовую повинность, похмельный, работа тяжелая, а ему встречные и говорят: «Здрав будь, детинушка-бесхмелинушка»…

Я уже знаю, что многим эти опыты с языком не понравились. У нас читатели привыкли к уже готовому литературному продукту, когда ничто не мешает следить за сюжетом — пошел туда, победил того, полюбил эту… а тут язык сложный, слова непонятные, и вообще оказывается, что надо думать. Оказывается, да. Надо.

Мария Семёнова: Я приоткрыла дверь в этот мир, и воскликнула

Николай Рерих. Строят ладьи. 1903. ГМ Востока, Москва

Классик отечественного фэнтези о мифах и легендах третьей планеты от Солнца, о полозновице и о школе лагерей

31 мая 2014 Игорь Зотов

Матерь «Волкодава» и мастер русского фэнтези Мария Семёнова написала титульную книгу популярной саги почти 20 лет назад — в 1995 году. В 2003-м цикл, казалось бы, свернулся, а нынешней весной вдруг появился роман «Волкодав. Мир по дороге». Его действие хронологически предваряет события первой книги. Питерская писательница рассказывает о чтении классиков и о влиянии мифа на современную жизнь, о том, для чего спустя 11 лет она вернулась к праистокам саги, и кто идёт на смену Волкодаву.

 

 

В.Васнецов. Песнь о вещем Олеге. Колонтитул. 1899

 

Помню, как несколько лет назад в «Школе злословия» вы достойно отражали «удары» Авдотьи Смирновой и Татьяны Толстой…

— Спасибо. После съёмок вышла смешная история. Если помните, в каком прикиде я там была (я запомнил черную майку — И.З.), – то для телевидения это совершенно нормально. Но потом я пошла на встречу в пафосный ресторан, и меня не впустили, сказали: «У нас тут место приличное!» Пришлось идти в пирожковую.

Ваша последняя по хронологии книга «Волкодав. Самоцветные горы» произвела впечатление финальной. Почему вы пошли вспять и написали книгу о молодом Волкодаве?

— Это произошло не вдруг. «Волкодав» — про то, как человек собирался совершить месть и погибнуть, потому что никакого будущего для себя не видел. Но помереть ему не дали, пришлось жить дальше. И тут он обнаружил, что на свете масса всего интересного — девушки, книги, которые можно научиться читать и много полезного вычитать. Он не просто забубённо идет к цели, за которой стенка и больше ничего. «Истовик-камень» и «Мир по дороге»  — о том, каким Волкодав пришёл в замок Людоеда в первой книге, и почему он был таким.

Продолжения не будет?

— Может быть, в каком-нибудь рассказе Волкодав и появится. Я на эту дверь замок с арбуз не вешаю, но и открывать пока не планирую. Меня распирает другой замысел. Захотелось изобрести персонаж того же калибра. Сейчас я собираю необходимые сведения, разрабатываю персонажей.

В каком мире это происходит?

— В том же, только на тысячу-другую лет раньше. После межпланетного столкновения. Там ещё вечная ночь, но она понемногу рассеивается. Царит зима, с ума сойти можно, но летом уже кое-какие оттепели. Народ большей частью сосредоточен по оазисам, рядом с горячими ключами — к ним сползлись и звери, и люди.

А что там с мифологией? Это будут первые люди на планете?

— Нет, далеко не первые, за ними уже тысячелетия. Там есть огромная империя, о которой ко времени Волкодава уже практически забыли. Катастрофа «вынесла» всю её сердцевину. Остались лишь выселки и земли, заселённые вольными варварами. В этом пограничье всё действие и разворачивается. А мифология — та же, по индоевропейскому образцу. В этом мире происходит то, о чём хранят память и современные мифологии — вселенская катастрофа. Жили боги. У Бога Грозы некто змееобразный утащил то ли невесту, то ли жену, тот рассердился и пошел её отбивать. А мир в связи с этими событиями стал развиваться динамичнее.

У мифа про змея и деву есть и другие – мирные толкования. Например, психоаналитическое: молодой воин отбивает у старого жену… И никакой вселенской катастрофы.

— Любую сказку можно истолковать и по Фрейду, и по Проппу, и по другим теориям. Но отголоски вселенской катастрофы ясно прочитываются в самых разных мифологиях.

Как в истории ковчега?

— Да, у древних греков людей и животных от потопа спасал сын Прометея.

Вы часто критикуете современное фэнтези. Говорите, что герои ведут себя не мифологически…

— Я отношусь критически не к жанру фэнтези в целом, а к тем его образчикам, что плохо написаны. Когда в книге обычные персонажи по воле автора начинают вести себя как герои мифа, получается маразм. В мифологических сказаниях описываются герои, запредельные для обыденной жизни, они не просто действуют за пределами морали и этики, они совершают жуткие поступки. И в «Волкодаве», и в моей новой работе меня интересуют люди: как они живут, как решают свои проблемы, как борются за добро и правду в их понимании. И лишь потом нечаянным образом выясняется, что их поступки влияют на все круги мироздания. Персонажи приводят в порядок свой маленький мир, а вскоре оказывается, что это здорово повлияло на порядок вещей всего мироздания. Они, по сути, оказываются помощниками богов, в которых верят. В новой книге тоже будет перекличка событий. Там и богам придётся круто, но они успеют позаботиться о своих смертных чадах. Ведь тот же Волкодав, он живёт своей жизнью. К нему не приходил мудрец с седой бородой, не вещал: «На тебе сошлись звёзды, иди, спасай мир!» Нет, он просто живёт, но живёт так, что постепенно привлекает к себе внимание свыше. И в итоге оказывается, что именно он — смертный помощник высших сил — стирает язву с лица мира.

На ваш взгляд, какими мифами живут наши современники?

— Каждый своим. Я уверена, что мои мифы, например, совершенно не пересекаются с вашими. Каждый из нас считает, что в мире есть какие-то закономерности. Для меня — одни, для вас — другие… Где-то они пересекаются, но далеко не во всём.

Но ведь в своей основе наши мифы ещё с тех времен, и точки пересечения у них как раз в древних мифологиях.

— В какой-то степени это так. Корни любой мифологической системы залегают на границе одушевлённого и неодушевлённого миров. Возьмите китайца и шведа, и покажите им красный цвет — их организмы слегка напрягутся. Покажите зеленый — слегка расслабятся. Но каждый народ делает из этого свои выводы, сообразные тому месту и антуражу, в котором он живёт. Да, самые глубокие корни у всех мифологий одни. Но затем начинаются расхождения.

Как вы думаете, отчего у вашего цикла нет в России стольких поклонников, как у толкиенского, по сути — чужого?

— Толкиен — как первый мужчина, первая любовь, первая собака у собачника! Были потом и лучше, но первый всегда запоминается… Толкиен появился, когда многие вообще не знали что такое фэнтези. Я, например, прочитала его книги, когда никаких переводов и в проекте не было. Случайно купила старую книгу с «Хоббитом» и «Властелином колец». Тогда мне понадобилось немалое внутреннее усилие понять, что книга может быть и такой… Я же выросла в соцреализме, а там, кроме легких отступлений вроде повестей Виталия Губарева, очень мало чего было… Когда я прочла первую книгу, поняла, что немедленно помру, если не узнаю, что дальше. Вечерами сидела в Публичной библиотеке и читала. Это была одна из двух художественных книг, которые я читала в Публичке. До тех пор я там изучала только специальную литературу. Я понимаю, какое впечатление Толкиен произвел на читателя. Не было ничего и вдруг… Он ведь и на Западе такое же впечатление произвел: народ бегал с плакатами «Фродо в президенты!»

Славянским фэнтези сегодня занимаетесь лишь вы и несколько ваших коллег. Способен ли этот жанр обрести популярность, сравнимую с толкиеновской?

— Я спокойно к этому отношусь, думаю, хватит уже нашей стране того, чтобы все и стройными рядами… Есть я, есть мои сподвижники реконструкторы, которых еще 20 лет назад не было. Что-то уже развилось и будет развиваться, появятся авторы, которые проведут свои исследования, влезут в вопрос, напишут хорошие книги.

Как православная церковь относится к тому, что вы и ваши сподвижники «рекламируете» языческую мифологию?

— Мне глубоко безразлично, как к этому отнесется любая общественная организация, будь то церковь, кришнаиты, или организация лесбиянок… А вдруг завтра придут к власти фашисты, и всё прихлопнут?  Пока этого не произошло, буду писать. Любая религия, когда читаешь про неё в книге, кажется в своих теоретических посылках прекрасным, благородным и светлым учением. Беги и вступай! А начинаешь изучать, что последователи этого учения вытворяли в реальной жизни… Что есть в мире более светлого, чем христианское учение? А вот, пожалуйста, — и европейская инквизиция, и русский раскол…

Не думаете ли вы, что разрушительное действие на мировые религии оказывают древние мифологии, от которых люди не в силах отказаться?

— На свете существуют не только дедушка Фрейд и дедушка Пропп, но и, например, Конрад Лоренц, нобелевский лауреат, основоположник этологии — науки о поведении животных. У него кроме популярных «Кольца Соломона» и «Человек находит друга», есть еще и замечательная книга под названием «Агрессия». Она завершается рассуждением об агрессии биологического вида homo sapiens. Примерно так: если однажды на земле появится некое запредельно прекрасное учение, и случится так, что все люди воспримут его, и оно распространится на весь мир, то неизбежно настанет момент, когда оно разделится на основную часть и на еретическую. И тогда начнётся непримиримая борьба, дойдёт до костров. Это к тому, что существует внутривидовая агрессивность самого человека, и если бы её не было, мы были бы стаей кефали.

Но ведь всякая агрессия на чём-то основывается. Я хочу сказать, что, вероятно мировые религии, какими бы светлыми и сильными они ни были, разрушаются под воздействием древнейших мифологий, таких, как, например, мифология рода…

— От богов природных стихий, от богов, персонифицирующих человеческие качества, никуда не денешься. Это те круги мироздания, в которые ты обязан вписаться. Языческая мифология и посвящена тому, как вписаться в эти круги и ритмы. Естественно, для того, чтобы плодится и размножаться. Мне кажется, если что и разрушает религии, то как раз почва, на которой растут корни мифологий, то есть внутреннее устройство самого человека. Агрессивность произрастает не из мифологий, она присуща нам, как биологическим существам. Это склонность решать проблемы, делая шаг вперёд. Приближение мужчины к женщине, которая ему понравилась — это тоже разновидность агрессии. Если бы мужчина не испытывал такого рода агрессии, она бы не побуждала его сделать шаг к женщине, и детей бы не было.

То есть цель, в конечном итоге, одна — размножение?

— Да. А если рядом появляется еще и противник, которому надо бы морду набить… Тут нет ничего печального: да, мы такие. Просто нужно осознавать свою природу…

Возможно ли ее изжить?

— Зачем? Вы что хотите самокастрироваться? Запретить себе думать, заковать свои руки в наручники?

Но ведь христианство в каком-то смысле к этому и призывает?

— Думаю, христианство тут совершенно ни при чём. Вот кто-то умный в противовес войне изобрел спортивные состязания. Там тоже морды бьют, и травмы получают, но это уже не война. Нам не избыть нашу человеческую природу, этак мы либо в медуз превратимся, либо в роботов. Боже упаси что-то избывать! Это нужно сознавать, применяться к своей природе и использовать её в мирных целях. Всё можно использовать и во зло, и во благо.

Известны ли вам примеры, когда люди осознавали это и старались избежать агрессии?

— Это есть в исторических хрониках. Сходятся две армии, но вопрос решают поединком своих богатырей. Потом кто-то предложил: зачем богатыри, у вас, мы слышали, есть превосходный певец, и у нас тоже. Пусть они и соревнуются, кто кого перепоёт. Или перепляшет. Люди во все времена понимали, что можно решать по-разному. В какой-то момент самые умные переходили к практическим действиям, и человечество добралось туда, куда оно добралось. Это не значит, что мы умнее наших предков. У нас и сегодня на государственном уровне принимаются решения, как в песочнице, когда трёхлетние дети письками меряются.

В вашем детстве какие книги вы особенно любили?

— Жюля Верна, Майн Рида, первые две про Тома Сойера. Сейчас же для меня писатель номер один на все времена — Джеймс Хэрриот. Настоящая книга — та, закрывая которую, ты понимаешь, что стала чуточку лучше, чем когда ее открыла. Книги Хэрриота — это многотомный заряд деятельного добра. Он пишет про животных не «ой, ты, мусипусечка!..». А так: ему звонят ему среди ночи, и он едет за 40 километров к больной собаке.

Книгу про лошадей «Полжизни за коня» вы писали под его влиянием?

— Нет, под влиянием лошадей! И ещё тех уникальных специалистов, с которыми я познакомилась, когда решила научиться ездить верхом. Так же и «Родная душа» написана: я занялась дрессировкой попавшей ко мне собаки — породы нет, а собака есть. Стала дрессировать, и поняла, что открыла новый мир. Лошадники — люди практических знаний, они не озабочены тем, чтобы изложить свой опыт и оставить его грядущим поколениям. А я начала им откручивать пуговицы, выкручивать руки, шантажом и запугиванием добывать из них истории. За кого-то я сама писала, потом это под фамилией рассказчика публиковалось, кого-то заставляла писать…

Вы перечитываете русскую классику?

— Нет. Когда меня стали публиковать, многие продвинутые люди советовали мне поработать над стилем. И мой родитель сказал: почитай-ка ты «Стихотворения в прозе» Тургенева. Где-то на середине книги я погибла, поняла, что с меня хватит. Меня отвратила личность пишущего. Во всех стихотворениях только и есть: я умру, какой ужас! Точно умру, кошмар! Непременно умру! Вместо того, чтобы жить, автор видит впереди только эту яму. Только её. Двести лет прошло, у классиков были совершенно другие проблемы, они совершенно по-другому их решали… Я считаю, что они представляют только исторический интерес.

Даже Чехов?

— Даже Чехов. Почему они стали классиками? С одной стороны, они решали проблемы на все времена, а с другой — очень злободневные. А мне интереснее понять, как к тем и к другим проблемам относятся мои современники. Трогательное отношение к классикам выливается в то, что у нас не замечают написанного сегодня. Когда я училась в школе, была классика, классика, классика. А зашуганная советская литература присутствовала очень косметически. Громадный фундамент классиков, а на нем несколько хилых, разрешённых советских писателей, которые писали исключительно в жанре соцреализма. Читать их было, как правило, совсем неинтересно… Потом вдруг оказалось, что у нас огромные пласты прекрасной современной литературы, которая достойна изучения в школах. Я несколько лет назад была в школе, и мне рассказали, что теперь там изучают — от души отлегло. Не только Тургенева, но и Гроссмана, и много кого ещё.

Кого из писателей советской эпохи вы любите?

— Ну, конечно, такую глыбу, как Высоцкий. Это очень своеобразная литература, но тем не менее… Чтобы писать своё, мне приходится перелопачивать очень много специальной литературы, так что читать особенно некогда. В своих юношеских литературных поползновениях я неоднократно напарывалась на язвительное отношение со стороны взрослых. Я ведь, как почти все, со стихов начинала… И часто слышала: тоже мне, Пушкин нашелся… Но ведь поэт обязан на Господа Бога равняться. Когда ему говорят: вот великая тень, а ты обречен всю жизнь суетиться, — это неприятно. Может быть, поэтому я немного фрондирую по поводу классики.

Вы назвали книги о Томе Сойере. Марк Твен был очень весёлый писатель, в его книгах много юмора. А вот про жанр фэнтези, включая и ваши романы, говорят, что его отличает полное отсутствие юмора, звериная серьезность.

— Да-да, хорошо помню, как стоя под окошком Бекки Тэтчер, Том собирается зачахнуть от любви, а тут на него хлынул целый поток воды… Да, в «Волкодаве» юмора не сильно много. Я выросла рядом с отцом, который в два года от рождения перенес полиомиелит, и никогда не знал, что такое бегать, прыгать, кататься на лыжах или велосипеде. При этом он воевал! И не писарем при штабе — разведчиком! Мальчишкой в 9 классе он знал немецкий язык, а кроме того, увлекался радиоделом. И в войну работал с рацией в городе Тихвине. По причине секретности, он 40 лет вообще не числился в списках, и только при Горбачеве его признали ветераном КГБ. К тому же, он был сыном врага народа, но выучился, стал доктором наук, профессором… Возможно, в мире и есть более блестящие умы, но таких, как отец, я лично не видала. Я это к тому, что чем более интеллектуально и духовно одарён человек, тем больше ему присуще чувство юмора. Моему отцу юмор был присущ в великолепном варианте: никто не умел лучше него пошутить над собственными физическими особенностями. От своей болезни он не отгораживался, не заслонялся. Как-то они с мамой поехали по Волге на пароходе, и вот он присылает мне письмо: сегодня все пошли на пешеходную экскурсию, а мы посидели в скверике, потому что один из нас все равно бы отстал… Единственный способ забороть страх — это смех. И вообще, смех — это лучшее средство изгоняющее страх и смерть. Смерть нужно посрамить. В русской традиции поминки никогда не были торжественно-траурным мероприятием. Напротив, народ на поминках хохотал впокатушку. О покойном вспоминали самые смешные и озорные случаи. Это же идет из недр человеческой природы. Хохотать изо всех сил, а потом еще, извините, и потрахаться. Это совершенно физиологический позыв, потому что дыру, проделанную смертью, нужно поскорее залатать, посадить в этой яме новую жизнь. Герой моей следующей книги так и будет себя вести. А у Волкодава, да, с чувством юмора туговато. Но он превозмогает свои несчастья тем, что понимает: в жизни можно ещё многому научиться. А это я уже взяла из опыта моего деда, который много лет просидел в лагере в Норильске. Вернувшись, он рассказывал, с какими людьми там познакомился, как выучил английский язык. С ним вместе сидели учёные мирового уровня, они рядом махали лопатами, строили железную дорогу Дудинка — Норильск. Читали таким же зекам лекции, от которых Оксфорд с Кембриджем сдохли бы от зависти. Волкодав в «Истовике-камне» сидит на каторге с подобными людьми. Выйдя оттуда, он знает половину языков своего мира, может цитировать по памяти классическую поэзию… Кстати, когда вышел «Истовик-камень», в издательство пришло письмо, — обратный адрес в нем длинный цифровой код, — в котором мне написали примерно так: Мария, сразу видно, ты человек непростой судьбы, если бы сама не сидела, ты бы так не написала… А я всего лишь использовала литературные источники и рассказы моего деда.

Вы достигли того уровня, когда можете писать, ни на что другое не отвлекаясь?

— Уровень приходит и уходит. Книжки ведь пишутся непредсказуемо. У меня как-то случились несколько лет застоя, когда медленно уходили мои родители. Меня так скрутило, что в какой-то момент я решила, что все свои книжки я уже написала… К тому же, я всегда могу подстраховаться переводами, не гнушаюсь поработать в соавторстве…

«Волкодав». Режиссёр Николай Лебедев

Восемь лет назад режиссер Николай Лебедев экранизировал «Волкодава», но вы остались недовольны результатом. Какого режиссера вы бы сами выбрали?

— Ничего не понимаю в режиссерах, но, может быть, того же Лебедева, — знакомый черт лучше незнакомого! Один и тот же режиссер в разных фильмах разный. Владимир Бортко снял когда-то гениальное «Собачье сердце». Потом он колебался, экранизировать «Тараса Бульбу» или наш с Андреем Константиновым «Меч мёртвых» и что-то собирался в нашей книжке менять. Потом он всё же решил снимать «Бульбу», и я облегченно вздохнула. Как-то среди ночи я случайно попала на середину его «Бульбы». Смотрела, корчилась, извивалась, — как хорошо, что боженька мимо пронёс! По-моему, он снял совершенно кошмарный фильм и по идейной направленности, и по тому, как сделан.

Вы употребляете в книгах множество старых, читателю часто не знакомых, русских слов. Берете пример с Солженицына?

— Словарь Даля — моя настольная книга, чуть не в каждой фразе им пользуюсь, и все больше прихожу к выводу, что собственного языка мы не знаем. У Солженицына в «Словаре языкового расширения» были свои цели: он хотел, чтобы эти слова снова вошли в обиход. Например, для английского языка слова «генерал» или «лейтенант» менее чужие, чем для русского; тоже не родные, но не слишком. Со скрипом можно допустить в англоязычном фэнтези генералов и лейтенантов. Но когда они лезут в фантастику, даже не в переводную, а написанную на русском!.. Когда в сценах с древними славянскими воинами употребляют слово «сэр»… Вот вам пример: едут у меня герои в санях. Там, где метель ещё не замела, они едут по следу, оставленному накануне. Как он называется? Сначала я написала «колея», а потом думаю: какая же это колея? Колея от слова «кол», «колесо», а у меня сани. Наверняка, было какое-то слово. Копалась в интернете, смотрела в словарях, и нашла — «полозновица» от «полозьев», от «полоза». Мне стало интересно, а кто-нибудь употреблял в литературе это слово? Погуглила, оказалось — Виктор Астафьев. И все-таки нужно чувство меры, чтобы язык оставался современным, чтобы читатель не лез за каждым словом в словарь. К тому же, находя кучу синонимов, имеющих отношение к старому быту, я стараюсь брать интуитивно понятные, или употреблённые не так, как употребляем его мы. Это же страшно интересно: читать текст, не заглядывая в словарь, но чувствуя дыхание той эпохи. Я хочу посоветоваться в издательстве, чтобы оставить такие слова вообще без сносок. Если читателю будет непонятно слово кувикла  — это старинный музыкальный инструмент, на которой играет персонаж, он поглядит в словаре. А не захочет, будет читать дальше.

Как вы относитесь к недавней моде на «вампирское» фэнтези?

— Никак. Я делю книги на хорошие и плохие, и если книга про вампиров, то для меня она не приобретает ни особой притягательности, ни особого отторжения. Если бы мне сказали: Семёнова, кранты, деваться некуда — ты пишешь про вампиров! — я напишу. Но это будут немножечко не те вампиры, которых вы ждете. Я влезу во всё, и те ещё будут вампиры! И про черепашек ниндзя напишу, не опустив планку. Всем кажется, что в отличие от научной фантастики, фэнтези писать просто. Хотя этот жанр требует знаний: история, этнография, антропология, оружиеведение, геральдика, нумизматика, историческое правоведение. Отличаются эти две разновидности фантастики только подбором наук. Был у меня зубодробительный случай в литобъединении. Дама принесла рассказ, все читают. Евангельская история: пришел благородный прогрессор учить землян, а те его на крест потащили. И там все время повторяются слова «четвертая планета от солнца, четвертая планета от солнца»… Я деликатно интересуюсь, а что это вы написали? Она: ну, это библейская история, только методами научной фантастики. Я спрашиваю: а земля от солнца которая планета? Дама призадумалась… Потом говорит: так вы считаете, мне на астрономию нужно подналечь? Я тихо свинтила…

Вообще же, это великое искусство — изобразить великое знание! Мне говорят: вы знаете скандинавские языки… А я их не знаю, просто, когда я ощущала необходимость их употребить, я шла в университет и терзала филологов. Но в сравнении со специалистами, я, конечно же, ничего не знаю. Я приоткрыла дверь в этот мир, и воскликнула: а-а-ах! Потом я передам это «а-а-ах!» читателю. Писательская фишка в том и заключается, чтобы понять, что есть миры, которых мы не знаем, и приоткрыть читателю дверь туда. А он, если захочет, войдёт. 

 

Родная душа Марии Семеновой | Московский Дом книги

Кроме того, в книгу включены новеллы Семёновой из цикла «Непоколебимый Чейз», которые публикуются на этих страницах впервые. Петр Абрамов, один из соавторов книги, с удовольствием отвечал на вопросы покупателей и давал консультации по разведению и воспитанию собак.
На презентации книги «Родная душа» присутствовал один из ее героев – пес Нарзан. «Московский Дом Книги на Новом Арбате» стал первым магазином, в котором собаке было разрешено присутствовать на презентации.
Как Вы познакомились с соавторами Вашей книги?
— Когда у меня появился Чейз, я захотела узнать мнения специалистов-кинологов. Мы дружим уже много лет. В этой книге приведены разные мнения и суждения. Многие из авторов книги не хотели публиковаться под одной обложкой, потому что они имеют абсолютно разные точки зрения.
Как Вы относитесь к фильму «Волкодав», снятому по одноименной книге?
— Я не вмешивалась в съемки. Если б авторы фильма поменяли несколько фамилий, я бы не догадалась, что фильм снят по моей книге. Что касается сериала «Молодой Волкодав», который будет вскоре показан по каналу НТВ, то я узнала о нем из заметки в журнале «Друг» №5. Авторские права принадлежат издательству «Азбука». Но я считаю, что Лебедев в своем кинофильме рассказал несколько другую историю. Он старательно обошел все мои идеи, которые я хотела донести до читателя.
В «Волкодаве» Вы искусно описываете искусство рукопашного боя. Сами Вы увлекаетесь боевыми искусствами?
— Я занимаюсь айкидо уже 4 года.
Как Вы относитесь к серии книг «Миры Волкодава»?
— Отрицательно. В начале предполагалось, что молодые авторы будут писать продолжение истории «Волкодава», не затрагивая личность главного героя. В условия договора входило то, что они должны были советоваться со мной. Но они, видимо, проигнорировали этот пункт. Единственным исключением стал Павел Малитвин. Он давний мой друг. В его книгах можно найти то, что нет в моих – эротические сцены и описание экзотических стран. Также автора продолжения «Волкодава» отличает неповторимый стиль письма, который совершенно не похож на мой.
Как Вы пишете свои книги?
— На компьютере. Я согласна с Солженицыным и считаю, что настоящий писатель может писать в любой атмосфере, даже в шумном людном месте.
Как Вы относитесь к неоязыческому буму?
— Русские языческие традиции прерваны. Сейчас в России стало возрождаться православие. Я ко всем религиям отношусь одинаково. Религии – это тропинки, которые ведут к Богу. Любая вера должна нести добро, гармонию, справедливость.

Мария Семенова ответила даже на самые каверзные вопросы посетителей «Московского Дома Книги на Новом Арбате». Пес Нарзан не оставил равнодушным ни одного посетителя главного книжного. Покупатели гладили собаку и даже фотографировались с ней.

​Мария Семенова о том, как пропал Волкодав

— Мария Васильевна, почему, по-вашему, на почве богатейшего славянского эпоса не возникло такого разнообразного этнического фэнтези, как на ниве кельтской или скандинавской мифологий?

— Дело в отношении к своему наследию. Например, в других странах в раннехристианские времена были записаны эддические и прочие сказания. А у нас с приходом христианства исконных славянских богов, с которыми наш народ жил тысячелетия, записали в бесы. И принялись карать за любое о них упоминание.

Еще я вспоминала, кто из писателей-фантастов обращался к славянской мифологии. Список небольшой: частично Михаил Успенский в «Приключениях Жихаря», Сергей Лукьяненко в «Острове Русь», Андрей Белянин в отдельных книгах, что, в общем-то, с его стороны было несерьезно…

— Белянин, я считаю, прекрасный писатель, но он искренне верующий, православный человек, поэтому ждать от него серьезного разговора о славянской мифологии не стоит…

В том и суть: все, кто так или иначе затрагивал мифологические образы, делали это довольно иронично…

— Это, конечно, феномен, над которым стоит поразмышлять. Взять хотя бы экранизации наших сказок: все они сделаны с каким-то присвистом, даже знаменитые фильмы Александра Роу пародийны на 115%… Дети видят на экране придурковатого царя Агафона в короне набекрень, юродствующих кикимор и леших — а на другой чаше весов Толкин с его таинственными, харизматичными эльфами. Сами подумайте, в кого больше захочется играть? К сожалению, традиция продолжается и сейчас. Недавно вышедшие мультфильмы о богатырях — это что, пропаганда нашей истории и культуры?..

Почему именно Толкин так популярен?

— Толкин стоит на километровых пластах западноевропейской этнографии, которую он отлично знал, и эти знания чувствуются в его текстах на глубинном уровне. Они, как медовая роса, все пропитывают. К тому же, он первым начал работать в этой теме.

С чем вы связываете не только внутрицеховое, но зачастую и читательское пренебрежительное отношение к писателям-фантастам и писателям, работающим в жанре фэнтези? Детективщики, по-моему, не так страдают…

— К написанию фэнтези зачастую обращаются троечники, которые ничего не знают и знать не хотят. Эти люди неспособны создать нормальный исторический роман, ведь ради него матчасть учить надо. Вот они и обращаются к фэнтези, ошибочно полагая, будто здесь «что хочу, то ворочу» — был бы сюжет достаточно «забойный», героиня покрасивее да «спецэффектов» побольше. Это очень опасное заблуждение… То, от чего собираешься делать «шаг в сторону», нужно очень хорошо знать, иначе — катастрофа. Я достаточно много переводила иностранного фэнтези… Мой любимый пример: кораблекрушение, герои вылезают из холодной воды на берег, и автор пишет: «Старый гном трясся так, что у него на голове дребезжал шлем». Спрашивается, во-первых, что шлем делал на голове во время кораблекрушения? С врагами собирались сражаться? Нет, они просто тонули. Так какого рожна персонаж в шлеме? Во-вторых, шлем надевали на толстый стеганый, меховой или войлочный подшлемник. Для эксперимента нацепите кастрюлю и тресните по ней скалкой, а потом проделайте то же самое, пододев шапку-ушанку. Почувствуете разницу. Только нашим троечникам нет до этого дела. У них тяжеленные кольчуги носят как домашние пижамки, а девочки-эльфиечки стреляют из луков, как из снайперских винтовок. А ведь у боевого лука, обладавшего нешуточной убойной силой, натяжение могло доходить до 80 кг! Какие эльфиечки? — с таким не всякий мужик совладает. Не надо считать читателя дураком, он на подкорковом уровне чувствует обман… Ладно, не все любители фэнтези знакомы с реконструкторами, не каждый лично надевал латы, но в турпоходы-то многие ходили. И люди хохочут, когда авторы, не вставая с дивана, описывают, как варвары, дети природы, под дождем в лесу костер не могут развести. Вот вам и дискредитация жанра…

Вы знаете, я к фэнтези обратилась не потому, что мне захотелось развлечься. Именно этот жанр позволяет наиболее выпукло показывать менталитет древних

— А правда, что вы овладели экстрасенсорным мастерством, когда собирались писать о ведовстве?

— Мастерством? Да какое… В 90-е годы у меня возник замысел — написать про древнеславянскую ведьмочку. Чтобы приблизиться к материалу, я отправилась на курсы экстрасенсов. Люди там были очень вменяемые. Яркого таланта я в себе не обнаружила, но, например, поводив руками над двумя непрозрачными баночками, могла определить, где вода, а где чернила. И тут никакой мистики, все эти способности у нас есть, просто наш центральный процессор потерял к ним доступ. При желании утраченные связи, оказывается, вполне восстановимы… А ещё меня поразило, насколько здорово материал занятий смыкался с тем, что я на ту пору знала о славянском язычестве. Ведь и язычество наше стремилось наиболее точно вписать жизнь человека в круги и ритмы Вселенной. Увы, в тот раз изучение матчасти показало: все, на чем держался мой сюжет — нежизнеспособные придумки. И книгу я так и не написала.

— Как еще собираете материал для очередной книги?

— Когда я решаю, чем мои герои должны заниматься, сама стараюсь это пощупать ручками. Драку ведь по учебнику боевого самбо не опишешь… Точно так же и все иные умения. Например, придумывая «Братьев», я окончательно осознала — имидж древнего воина неотделим от имиджа музыканта и певца. Вспомните былины: когда Илья Муромец приезжает к князю Владимиру и тот его спрашивает, где был, что видел, — супермен Илюшенька достает гусли, настраивает, принимается, как выражались предки, «играть в гусли» и полурифмованным слогом сказывать о своих похождениях. Мы же привыкли к тому, что воин отдельно, певец отдельно… Когда до меня это дошло, мои главные герои тут же занялись музыкой. Один из братьев играет на гуслях. И первое, с чего я начала — сделала гусли. За сутки их мог изготовить любой деревенский мужик, умевший работать с деревом. Гусли были мощнейшим символом мужского начала в Древней Руси. Тетка с гуслями — абсурд. Женщины на этом инструменте начали играть только в XIX веке, когда мужчин повыбили в войнах… Зато второй брат, человек очень нетривиального мышления, играет как раз на женском инструменте — кугиклах. К сожалению, мы больше привыкли к европейскому наименованию «панфлейта», хотя какой Пан и какая флейта в древнерусской традиции?.. Пришлось мне и его осваивать. В итоге пересмотрела свои исполнительские отношения с музыкой, заброшенные после «пианинных пыток» ещё в дошкольные годы…

Сейчас пишу вторую книгу «Братьев», герой попадает на ярмарку. А какая ярмарка без развлечений? На столб за сапогами в наших книжках только ленивый не лазил. Поэтому на моей ярмарке происходят два чемпионата: один — по плетению корзин, второй — по плетению лаптей. Корзины я плести умею, научилась ради Волкодава, а вот лапти… Три дня сидела не разгибаясь — училась плести… Это же очень чувствуется по тексту — пробовал автор сам или нет…

А вопрос планетных катастроф вас занимает? Спрашиваю, потому что в «Братьях» именно после катастрофы наступила многолетняя зима…

— Я не могу воздействовать ни на метеорит, ни на супервулкан. Мне останется только принять неизбежное. В книге я описала катастрофу лишь потому, что хотела понять, как архаическое общество могло бы приспособиться к новым условиям жизни. Посткатастрофность в «Братьях» — не самоцель, а фон. Между прочим, славянские сказания сохранили упоминания о подобном явлении. Ученые даже вычислили, что небесное тело летело над современным Израилем через Средиземное море и рухнуло где-то в Альпах, срезав пару горных пиков. Тогда-то под осколками и погибли Содом и Гоморра. Нашли даже вавилонские таблички, на которых были изображены созвездия и то, как шло это тело… В русских сказаниях фигурирует тьма, спустившаяся на тридцать лет и три года. Ученые полагают, что это событие стало стержнем для большинства европейских мифологических сюжетов. Осмыслялось оно как временная смерть или пленение солнца. Существует легенда, как жадный Змей завладел солнцем и похитил невесту Бога Грозы, но тот — между прочим, с помощью смертных! — восстановил на свете порядок… Я когда-то написала художественный роман «Поединок со Змеем», в основе как раз эта история, воссозданная по научным источникам.

Ваша энциклопедия «Мы — славяне!» — точка в научной работе? Дальше только фэнтези?

— Вы знаете, я к фэнтези обратилась не потому, что мне захотелось развлечься. Именно этот жанр позволяет наиболее выпукло показывать менталитет древних. Все-таки я, как человек, сформировавшийся в советские времена, не могу себе позволить писать в историческом романе, как кто-то увидел в тучах колесницу Перуна — хотя для верующих людей это была объективная реальность. Да и читатели подобное воспринимают как сказки. Например, в моей книге «Тот, кого я всегда жду» (коммерческое название — «Валькирия») герою даны мистические запреты, которые он вынужденно и последовательно нарушает, из-за чего оказывается на грани смерти. И этот кондовый исторический роман немедленно зачислили в фэнтези! Только потому, что его персонажи по своей вере живут!

Ставя последнюю точку, я задумалась: неужели всю жизнь буду ехать на горбу одного удачно придуманного персонажа?

А когда вы понимаете, что прежних героев нужно оставить, и пора браться за новых?

— Писать об одном и том же до бесконечности мне не интересно. К тому же сколько приключений может выдержать один человек?.. Книга «Мир по дороге» вышла со значительным отрывом от других романов о Волкодаве, это было связано с личными обстоятельствами. Уходили мои родители, вся жизнь была им посвящена, потом мне просто жить не хотелось, какое там писать… Я много переводила, работала в соавторстве. Но когда наконец занялась романом, обещанным издательству и читателям, Волкодав явился на мой зов, помог вылезти из безнадеги… Ставя последнюю точку, я задумалась: неужели всю жизнь буду ехать на горбу одного удачно придуманного персонажа?.. А не слабо создать новых героев такого же калибра, но не клонов Волкодава? Ведь не секрет, многие авторы пишут про одну и ту же личность, только под разными именами… Приняв решение, я несколько месяцев придумывала новых персонажей — тех самых братьев. Когда поняла, что начало получаться, — пожала руку призраку Волкодава и отпустила его.

Кого из коллег-фантастов вы читаете?

— Парадокс в том, что пишущие люди постоянно агитируют за чтение, и вроде бы сами должны много читать, но быть примером в этом смысле не могут. Когда пишешь новый роман, настраиваешься как скрипка Страдивари: вникаешь в нужную эпоху, влезаешь в психологию персонажей, полируешь каждую фразу… При этом читать что-то постороннее практически невозможно: на макулатуру жаль тратить время, а серьезная книга сбивает. Поэтому в последнее время я читаю только те книги, которые мне дарят и о которых просят высказаться. Так, недавно познакомилась с творчеством питерской писательницы Анны Гуровой. Это автор, способный, по-моему, ввести в фэнтези недооцененную финно-угорскую культуру. Ведь мы, русские, состоим примерно поровну из славян, финно-угров и кочевых тюрков (вроде берендеев, которых почему-то принято считать чуть ли не олицетворением исконной Руси). К сожалению, у наших литераторов дальше «Калевалы» фантазия не идет. Я вообще считаю отношение к финно-угорской культуре нашим национальным позором. Вепсы, меря, водь, мокша… для большинства наших современников эти имена — пустой звук. Анна Гурова их культуру хорошо знает и любит. И сейчас мы с ней придумываем сюжет (я в этой истории, скорее, голос из-за шкафа), очень надеюсь, что она наконец напишет настоящую книгу.

— Как вы относитесь к непреходящей славе братьев Стругацких, чем ее объясняете?

— Популярность автора всегда держится на ярких характерах созданных им героев. Сколько ни устраивай взрывов сверхновых, если герои — бледные немочи, никто тебя читать не будет. А у Стругацких персонажи как на подбор: Быков, Юрковский, Крутиков — все разные, но все личности! И не забудем при этом, что один из Стругацких был звездным астрономом. Это та же «медовая роса», что и у Толкина… Если пишешь про бластеры и звездолеты, хотя бы знай, что такое парсек и какая планета Земля по счету от Солнца… а то бывают в этом плане варианты, как ни смешно! Думаю, моя любовь к фантастике отчасти определилась «Страной багровых туч»… До сих пор ранних Стругацких больше люблю.

И последний вопрос. Вам самой интереснее писать о крупных личностях?

— Вы правы. Мне всегда было проще написать про академика, который в сто раз умнее меня (влезть в его шкуру, сориентироваться в материале, приподняться вместе с читателем на цыпочки, обозревая его уровень мышления…), чем описывать какое-то тупое существо. Мне никогда не были интересны пресловутые «маленькие люди», неспособные на решения и ни к чему не стремящиеся… Хотя, конечно, писатель обязан и это уметь. Писатель, как и хороший артист, должен уметь играть все: от Гамлета до цыпленка табака. Да так, чтобы ему верили…

О романе «Волкодав» (Семенова М.В.)

В 2014 году все любители жанра фэнтези, и поклонники творчества Марии Семеновой в частности, получили повод для радости: свет увидел роман «Волкодав. Мир в пути». Это продолжение цикл произведений о жизни и приключениях легендарного воина из рода Серых Псов.

об авторе

Автор многих популярных книг, в том числе давно классика славянского фэнтези «Волкодав», Мария Семенова родилась в Ленинграде 1 ноября 1958 года.Окончив школу, она решила по примеру родителей заняться научной деятельностью. Поэтому она поступила в институт авиационного приборостроения в родном городе. После окончания в 1982 году десять лет работала в научно-исследовательском институте по специальности инженер-электрик ЭВМ.

Как вспоминает сама писательница, она всегда писала письменно, но к этому роду деятельности в ее семье не относились серьезно. Однако после успешного выхода в издательстве «Детская литература» книги «Лебеди улетают» в 1989 году и выхода второй книги «Пелко и волки» в 1992 году мнение близких к писателю людей изменилось.Она завершила карьеру инженера и перешла работать литературным переводчиком в издательство «Северо-Запад».

Идея создания романа

Работая в издательстве, в большом количестве переводила переводы произведений зарубежных авторов в жанре фэнтези. Эти книги моментально раскупались читателями, в отличие от исторических трудов на славянскую тематику, которые писатель издавал. Тогда она решила написать книгу в жанре фэнтези, используя богатейший материал из истории и традиций славян.

Роман «Волкодав» Марии Семеновой, опубликованный в 1995 году, стал литературным событием. Главный герой, переживший множество скорбей и лишений, смог сохранить доброту и человечность. Он не похож на других, уже приевшихся персонажей этого жанра. Поэтому я сразу полюбился читателю, с нетерпением ожидавшему продолжения приключений благородного воина.

Знакомство с главным героем

В своем романе «Волкодав» Семенов знакомит читателя с главным героем, которому удалось выбраться живым из шахт в Самоцветных горах, куда он попал в рабство подростком.В свои двадцать три года юноша пережил столько бед и невзгод, что этого хватит на несколько жизней. И теперь ими движет только жажда мести. Время, проведенное в заточении, не сломило главного героя, и читатель встречает его на пути к давней цели. Высокий, хорошо сложенный, он движется бесшумно, как хищник, направляясь к замку своего врага. Его серо-зеленые глаза горят решимостью, и ничто не может остановить воина по имени Волкодав. Семенова в своем первом романе рассказывает историю взрослого героя.Подробнее о предыдущих событиях читайте читателю из книги «Волкодав. История-камень». В хронологии событий он занимает первое место.

Последний из родственников

Виновник Винитария по прозвищу Каннибал прибыл со своим отрядом на корабле в деревню Серых Псов. Винитарий был вождем одного из сегованских племен, которому из-за распространения ледников становилось все труднее жить на родном острове. И теперь они искали новые места обитания.

Войдя в доверие к старейшинам ядов, они были схвачены ночами, подло напали на их деревню и истребили всех представителей племени.В живых остался один мальчик, которого оккупанты пытались преследовать собаками, но рвать мальчика отказались, поэтому его просто продали в рабство.

Так последний из рода Серых Псов оказался в страшных шахтах, где ему удалось выжить только благодаря жажде мести. Имени у него не было, так как нашествие иноземцев произошло накануне посвящения мальчика в мужчины, где старшие должны были дать ему настоящее, взрослое имя. Теперь поработители называли его просто щенком, но не боль тела, измученного невыносимой работой, была самой страшной в этих рудниках.Боль души от потери тех, к кому она тянулась, могла сломить любого. Об этом периоде жизни главного героя упоминается в романе Марии Семеновой «Волкодав».

Книги «Волкодав. Сказка-камень» и «Волкодав. «Мир на дороге» повествует о семи годах неволи, предательстве лучшего друга и начале пути к заветной цели.

Щенок становится Волкодавом

Судьба распорядилась так, что последний из рода Серых Псов стал воином не по древним обычаям своего народа, а по жестоким законам шахт.Закалил не только свое тело, но и дух. И теперь он носит прозвище Волкодав. Семенова в первом романе рассказывает, как человек, получивший прозвище в плену за убийство жестокого надсмотрщика по имени Волк, все же не утратил человечности.

Его первоначальной целью была лишь месть Кунов Каннибалу. Совершив его по обычаю предков, Волкодав мог легко покинуть этот мир и присоединиться к своим соплеменникам у родового огня на небесах. Но оказалось, что люди нуждались в его помощи.Судьбы освободившихся из лап Винитариуса пленников Тилорн и Нилит теперь в руках Волкодава, но он не бросает слабых.

Поэтому еще много приключений в романах «Волкодав. Право на дуэль», «Волкодав. Знак пути» и «Волкодав». «Самоцветные горы» подготовила герою писательница Мария Семенова.

Волкодав, все книги о котором неизменно пользуются читательской любовью, не оставил равнодушным кинематограф.В 2006 году на экраны вышла картина «Волкодав из семейства серых псов». И хотя критики не были единодушны в своих оценках, зритель с восторгом принял экранизацию приключений великого воина.

О романе «Волкодав» (Семенова М.В.)

В 2014 году все поклонники жанра фэнтези, и поклонники творчества Марии Семеновой в частности, получили повод для радости: свет увидел роман «Волкодав. Мир в пути.Это продолжение цикла произведений о жизни и приключениях легендарного воина из рода Серых Псов.

об авторе

Автор многих популярных книг, в том числе Семенова Мария Васильевна родилась в Ленинграде 1 ноября, 1958 г., когда она стала классиком славянского фантастического романа «Волкодав».Окончив школу, решила последовать примеру родителей, занимающихся научной работой.Поэтому поступила в институт авиационного приборостроения в родном городе.После окончания в 1982 году в течение десяти лет работала в научно-исследовательском институте по специальности инженер-электрик ЭВМ.

Как вспоминает сама писательница, писательством она занималась всегда, но к этому роду деятельности в ее семье не относились серьезно. Однако после успешного выхода в издательстве «Детская литература» книги «Лебеди улетают» в 1989 году и выхода второй книги «Пелко и волки» в 1992 году мнение близких к писателю людей изменилось.Она завершила карьеру инженера и перешла работать литературным переводчиком в издательство «Северо-Запад».

Идея создания романа

Работая в издательстве, она в большом количестве переводила произведения зарубежных авторов в жанре фэнтези. Эти книги моментально раскупались читателями, в отличие от исторических трудов на славянскую тематику, которые писатель издавал. Тогда она решила написать книгу в жанре фэнтези, используя богатейший материал из истории и традиций славян.

Роман «Волкодав» Марии Семеновой, опубликованный в 1995 году, стал литературным событием. Главный герой, переживший множество скорбей и лишений, смог сохранить доброту и человечность. Он не похож на других, уже приевшихся персонажей этого жанра. Поэтому я сразу полюбился читателю, с нетерпением ожидавшему продолжения приключений благородного воина.

Знакомство с главным героем

В своем романе «Волкодав» Семенов знакомит читателя с главным героем, которому удалось выбраться живым из шахт в Самоцветных горах, куда он попал в рабство подростком.В свои двадцать три года юноша пережил столько бед и невзгод, что ему хватило бы на несколько жизней. И теперь ими движет только жажда мести. Время, проведенное в заточении, не сломило главного героя, и читатель встречает его на пути к давней цели. Высокий, хорошо сложенный, он движется бесшумно, как хищник, направляясь к замку своего врага. Его серо-зеленые глаза горят решимостью, и ничто не может остановить воина по имени Волкодав. Семенова в своем первом романе рассказывает историю взрослого героя.Подробнее о предшествующих событиях читатель читает из книги «Волкодав. Источник-камень». В хронологии событий он занимает первое место.

Последний в своем роде

Виновником всех бед главного героя стал кунс Винитариус по прозвищу Каннибал, прибывший со своим отрядом на корабле в деревню Серых Пси. Винитарий был вождем одного из сегованских племен, которому становилось все труднее жить на родном острове из-за распространения ледников.И теперь они искали новые места обитания.

Вступив в доверие к старейшинам жил, сегованы ночью, они отчаянно напали на их деревню и истребили всех представителей племени. В живых остался один мальчик, которого оккупанты пытались преследовать собаками, но рвать мальчика отказались, поэтому его просто продали в рабство.

Итак, последний из рода Серых Псов попал в Грозные шахты, где ему удалось выжить только благодаря жажде мести. Имени у него не было, потому что нашествие иноземцев произошло накануне посвящения мальчика в мужчины, где старейшины должны были дать ему настоящее, взрослое имя.Теперь поработители называли его просто щенком, но не боль тела, измученного невыносимой работой, была самой страшной в этих рудниках. Боль души от потери тех, к кому она тянулась, могла сломить любого. Об этом периоде жизни главного героя упоминается в романе Марии Семеновой «Волкодав».

Книги «Волкодав. Сказка-камень» и «Волкодав. «Мир в пути» повествуют о семи годах неволи, предательстве лучшего друга и начале пути к заветной цели.

Щенок становится Волкодавом

Судьба распорядилась так, что последний из рода Серых Псов стал воином не по древним обычаям своего народа, а по жестоким законам шахт. Закалил не только свое тело, но и дух. И теперь он носит прозвище Волкодав. Семенова в первом романе рассказывает, как человек, получивший прозвище в плену за убийство жестокого надсмотрщика по имени Волк, все же не утратил человечности.

Его изначальной целью была месть каннибалу kunsuA.Выполнив его по обычаю предков, Волкодав мог легко покинуть этот мир и присоединиться к своим соплеменникам у родового огня на небесах. Но оказалось, что люди нуждались в его помощи. Судьба освобожденных из лап Винитариуса рабов Тилорн и Нилит теперь в руках Волкодава, но слабых он не бросает.

Поэтому еще много приключений в романах «Волкодав. Право на поединок», «Волкодав. Знак пути» и «Волкодав».«Самоцветные горы» подготовила герою писательница Мария Семенова.

Волкодав, все книги о котором неизменно пользуются читательской любовью, кинематограф не оставил равнодушным. В 2006 году появились скриншоты картины «Волкодав из рода Серых Псов». И хотя критики не были единодушны в своих оценках, зритель с восторгом принял экранизацию приключений великого воина.

самоорганизованных бычьих забегов Reddit | USAPP

Акции GameStop выросли в январе после обсуждений в социальной сети Reddit, что привело к волне покупок акций розничного продавца видеоигр и бытовой электроники. Валентина Семенова и Джулиан Винклер изучают последствия использования торговых приложений и дискуссий на форумах среди розничных инвесторов и пишут, что маловероятно, что этот новый «образ действий» просто исчезнет. Они говорят, что для исследователей и политиков важно быть на шаг впереди. Задержка с критической оценкой толпы розничных инвесторов грозит дальнейшей дестабилизацией рынков.

Потребовалось бы немногим более 750 тысяч человек, у каждого из которых было бы по 1000 долларов наличными, чтобы купить все плавающие акции GameStop по цене 17 долларов в начале января.25 за акцию. Несмотря на проблемы с координацией, цена акций GameStop выросла в десять раз в период с 22 по 28 января 2021 года. Это разовая случайность или постоянное изменение, с которым приходится бороться финансовым рынкам?

Социальные сети изменили структуру общества. Поляризация, распространение фейковых новостей и другие социальные проблемы — вот некоторые из его задокументированных последствий (Tucker, 2018). Целых 4,20 миллиарда человек, или 53,6% населения мира, являются активными пользователями социальных сетей, каждый из которых находится всего в нескольких кликах от следующего популярного явления.Теперь растущая аудитория обращается к социальным сетям в поисках многообещающих азартных игр на фондовом рынке.

Наше исследование проливает свет на социальную динамику, определяющую новый способ инвестирования. В частности, мы используем текстовые данные с сайта r/WallStreetBets, чтобы отслеживать варианты инвестирования, о которых говорят пользователи, и с кем они разговаривают. r/WallStreetBets начал набирать популярность в 2015 году, кстати, в то же время, когда стало доступно популярное торговое приложение Robinhood.

В качественном отношении пользователи воодушевлены поведением своих сверстников и стремительно растущими остатками на счетах, которыми они свободно делятся.Понятно, что популярность порождает популярность: они обсуждают актив, потому что другие уже говорят о нем, а не о какой-либо внутренней ценности. На рис. 1 показана эволюция интереса к популярным тикерам на WallStreetBets (WSB): первоначальная группа пользователей привлекает больше последователей, пока в конце концов интерес не угасает.

Рисунок 1. Активность тикера в сравнении с общей активностью WallStreetBets

Источник: Semenova and Wikler, 2021. Примечания: количество уникальных ежемесячных активных пользователей на WSB (пользователи, которые комментируют или публикуют сообщения) на левой оси ординат в зависимости от уникального количества постеров о конкретном тикере (справа y -ось).Оба графика представлены как 3-месячные скользящие средние значения.

Мы тестируем на «заражение» двумя разными способами. Во-первых, мы наблюдаем, что прошлые действия пользователей статистически значимы для прогнозирования будущих действий. Затем мы попытаемся определить механизм заражения: как интерес распространяется от одного инвестора к другому. Наше исследование показало, что пользователи, которые комментируют обсуждения об объекте, в четыре-девять раз чаще сами начинают новый разговор об этом объекте по сравнению с контрольной группой.

Пользователи также принимают направленную позицию своих коллег, так что они достигают «консенсуса». Они покупают (продают) акции, потому что другие пользователи также покупают (продают) акции. Этот эффект особенно заметен в периоды продаж, указывая на интересные психологические модели паники инвесторов во время экономического спада.

Что это означает для рынков в целом? Потенциально быстрое распространение новостей от одного инвестора к другому может привести к повышению эффективности рынков: информация будет быстро усваиваться, а активы будут приближаться к своей истинной стоимости.

Заражение и консенсус являются двумя ключевыми компонентами социального стада. Мы разрабатываем теоретическую модель, чтобы лучше понять последствия такого поведения среди инвесторов. Наша модель предсказывает первоначальный рост цены из-за растущей популярности актива, за которым следует волатильный обвал. Это обусловлено эндогенной динамикой: учитывая, что люди полагаются на мнение других, решения о покупке и продаже распространяются и подпитывают друг друга, усиливая колебания цен.

Мы подтверждаем наличие причинно-следственной связи между деятельностью WallStreetBets и фондовым рынком с помощью двухэтапного метода наименьших квадратов. Короче говоря, нас интересует розничная активность, объясняемая заражением , а не идиосинкразическими новостями. Мы прогнозируем, что новые пользователи будут обсуждать актив на WSB, используя исторические данные WSB и рыночные данные. Это наши наблюдаемые «хайповые» инвесторы.

Прогнозируемое количество новых авторов плюс отставание в среднем настроении подгоняются к данным о доходности цен, волатильности и объемах торгов долларом.Наш ключевой вывод заключается в том, что дисперсия среди этих ажиотажных инвесторов особенно хорошо объясняет объемы торговли активами. На рисунке 2 показан этот результат для двух активно обсуждаемых акций, а именно Advanced Micro Devices (AMD) и Micron Technology (MU).

Хайповые инвесторы цикличны: интерес, накопившийся за несколько недель, в конце концов угасает. Их активность коррелирует с отрицательной доходностью активов и более высокой волатильностью, но эти результаты не так надежны.

Рисунок 2. Активность WallStreetBets и объемы торгов, вызванные шумихой

 

Источник: Семенова и Винклер, 2021.Примечания: прогнозируемое количество новых пользователей, заинтересованных в тикере, за данную неделю сильно коррелирует с наблюдаемыми еженедельными объемами торгов для AMD (Advanced Micro Devices) и MU (Micron Technology). Оба ряда построены как четырехнедельные скользящие средние.

Маловероятно, что после публично провозглашенной победы розничных инвесторов над Уолл-стрит этот новый «образ действий» просто исчезнет. На самом деле данные свидетельствуют об обратном: форум WallStreetBets резко увеличился в размерах и в настоящее время насчитывает 10 миллионов самопровозглашенных «дегенератов».Сравнивая эти цифры, можно сказать, что недавно на газету The Times было подписано 7,5 млн человек. Для исследователей и политиков важно опережать эту кривую. Задержка с критической оценкой толпы розничных инвесторов угрожает дальнейшей дестабилизацией рынков.

Пожалуйста, ознакомьтесь с нашей политикой в ​​отношении комментариев, прежде чем комментировать 

Примечание: В посте представлены мнения его авторов, , а не , позиция USAPP– Американская политика и политика, а также Лондонской школы экономики.

Сокращенный URL этого поста: https://bit.ly/3bPySiZ


Об авторах

Валентина Семенова –  Оксфордский университет
Валентина Семенова является аспирантом по математике в Оксфордском университете. До защиты докторской диссертации Валентина работала как в финансовом (Goldman Sachs), так и в технологическом (Palantir Technologies) секторах. Ее исследовательские интересы включают социальную динамику, поведенческие финансы и социальные сети.

 

Джулиан Винклер — Оксфордский университет
Джулиан Винклер — доктор экономических наук в Оксфордском университете. Джулиан ранее был научным сотрудником Программы технологических и экономических изменений в Оксфордской школе Мартина. Его исследования сосредоточены на явлениях с тяжелыми хвостами в экономических данных, изучении их происхождения и их последствий для политики.

Мария Ресса Рост, вес, состояние, возраст, день рождения, Википедия, кто, национальность, биография

Мария Ресса — писатель, писатель, генеральный директор и соорганизатор Rappler.Rappler — это филиппинский новостной веб-сайт, который начинался как страница Facebook, переименованная в MovePH еще в августе 2011 года. Новостной веб-сайт позже получил свое нынешнее название и сайт 1 января 2012 года.

Она также является главным независимым филиппинским лауреатом Нобелевской премии. Недавно она более двадцати лет работала с CNN в качестве ведущего проницательного писателя в Юго-Восточной Азии.

Позвольте нам познакомиться с Марией Рессой и изучить ее Википедию и супруга.

Мария Ресса еще не представила свою вторую половинку в Интернете или населению в целом.

Родился 2 октября 1963 г.(58 лет)

Манила, Филиппины

Гражданство Филиппины [1]
США [2] [3]
Альма-матер Принстонский университет (BA)
Университет Филиппин Дилиман
Род занятий Журналист, автор
Известный Соучредитель Rappler
Награды Нобелевская премия мира 2021 г.

По правде говоря, она ничего не говорила открыто о своей супружеской жизни.Скорее всего, она не могла быть женат в этот момент.

По общему мнению, Ресса сейчас одинока, так как данные о ее личной жизни или ее статусе отношений еще не поднялись на вершину. У нее, вероятно, не будет энергии для обожания и сантиментов, пока она будет занята поиском своего призвания в репортаже.

Она также скрыла данные о своей прошлой истории свиданий или своем предыдущем кавалере от общего населения.

Настоящий возраст Марии Рессы — 58 лет, и она родилась в 1963 году.

Точно так же писатель постоянно восхваляет свой день рождения 2 октября. Ее близкие постоянно осыпают ее пожеланиями и милостями в день ее рождения.

Согласно ее настоящей дате рождения, Мария получила Весы как ее знак зодиака.

Делая прогнозы о ее характере в зависимости от ее знака зодиака, люди с Весами в качестве знака зодиака в целом будут общительными, удобными и благожелательными людьми.

У Марии Рессы есть профиль в Википедии, созданный со всех сторон, содержащий ее вики и биографию, которые могут просматривать люди в Интернете.

Она родилась в Маниле, Филиппины, а позже переехала в Соединенные Штаты Америки в возрасте 10 лет вместе со своей мамой, которая вышла замуж за итало-американца после смерти отца Рессы.

Она перешла из Принстонского университета, где изучала молекулярную науку и театральное искусство на уровне бакалавриата.

Общие активы

Марии Рессы могут превышать 1 миллион долларов.

Тем не менее, она пока ничего не раскрыла о своих истинных активах.

Я не занимаюсь поздравлениями, но этот заслуживает исключения.В разгар многочисленных судебных дел и репрессий @mariaressa, безусловно, заслуживает этого. https://t.co/wHwvNvcBZb

— Рохан Самараджива (@samarajiva) 8 октября 2021 г.

Кроме того, мы можем связать ее значительный источник с оплатой как ее призвание в качестве эксперта-писателя.

В любом случае, мы пытаемся проверить ее реальные активы, пока вы читаете эту статью, и подтвержденная сумма будет распределена в ближайшее время.

Мария Ресса находится на Филиппинах и в настоящее время имеет дело со своей организацией Rappler, расположенной в Пасиге, Манила.

Она мало рассказывает о своем местонахождении в сети, что затрудняет отслеживание ее местоположения прямо сейчас. Инстаграм-аккаунт.

Энергия Космоса Несокрушима!!! — Журнал № 48, октябрь 2013 г.

Это сценарий фильма, который мы снимали прошлым летом в России и Казахстане. Фильм все еще находится на монтаже. Сценарий составлен из отрывков из стихов, философских текстов, научных трудов, академических трудов и исторических исследований космо-бессмертников и о них, волны мысли, возникшей в России в конце девятнадцатого и начале двадцатого веков.Он связал Просвещение с русскими православными и восточными философскими традициями, чтобы создать собственную идиосинкразическую конкретную метафизику. Сценарий свободно сочетает эти записи с последними новостями и различными личными подробностями. В него вошли стихи Николая Заболоцкого и Максимилиана Волошина, написанные Марией Эндер, а также цитаты Николая Федорова, Владимира Соловьева и Александра Чижевского. Она многим обязана ряду ученых, в том числе Светлане Семеновой, Светлане Челоухиной, Вячеславу Степину и другим писателям, чьи работы повлияли на мое понимание этой сложной и парадоксальной области мысли.Сценарий содержит мало знаков препинания и без сносок и разбит на простые строки текста для субтитров. Некоторые наиболее значимые цитаты выделены курсивом.

— Антон Видокле

АКТРИСА

Вот что будет
Мужчина в постели — профессиональный актер
Он не спит
Он включит кий и начнет говорить по-русски
Я переведу вам его слова

Прежде чем он переедет, я хочу вам кое-что сказать
Моя мать родилась в том же городе, что и человек, который улетел в космос из своей квартиры
Ее отец был художником и летчиком-истребителем
Он погиб в бою в Китае, когда он был очень молод
Этот фильм посвящен ему

Кадры, которые вы видите, были сняты в Украине несколько дней назад
Лиза нашла это место, и оно мне очень нравится
Хотя я никогда там не была и ничего не знаю о местности
Мы произвели снег, стреляя в небо из артиллерия

Актер прочитает сценарий фильма

Будет снято на натуре в Казахстане, Крыму и Сибири
Основано на идеях русского философа
Николая Федоровича Федорова
Который, как и другие, был убежден, что смерть — это ошибка

Потому что энергия космоса неистребима
Потому что истинная религия – это культ предков
Потому что истинное социальное равенство означает бессмертие для всех

Из-за любви
Мы должны воскресить наших предков
Из космических частиц
Как минералы
Как одушевленные растения
Солнечные, самопитающиеся, коллективно сознательные
Бессмертные
Транссексуалы
На Земле, в космических кораблях, на космических станциях
На других планетах

[ВЫРЕЗ.АКТЕР ГОВОРИТ]

АКТЕР

Я понятия не имею, что такое энергия
Никто не знает
Но она подчиняется закону
Закону, не имеющему исключений
Абстрактный математический закон
О числовой величине
Это не меняется, когда что-то происходит

Деревья падают, дома горят, города затапливаются, звезды взрываются
Но число остается тем же, всегда
Это странно

Жизнь невозможна без энергии
Дерево насыщено солнечной энергией.
Ветви расставлены самой интенсивной солнечной энергией,
Корни, по путям самых напряженных солей земной силы.
Лес раскрывает насыщенность пространства в трех измерениях;
Захватывает суть жизни.
Иней на окне образует образ силовых токов, пойманных в одну плоскость.
Я хочу поймать направление.
Тело вырастает из встречи различных движений.
Нет границ — связь вещей.
Вещи — узлы различных энергий.

Энергия — это жизнь
Жизнь заканчивается, но энергия неистребима

Если вы рассчитываете найти научное определение сознания, вас ждет разочарование
Подобно энергии, никто не знает, что это такое, но все знают, что она существует
У людей, у животных, возможно, у других вещей

То, что может быть выражено математически, может быть записано и передано
Подкреплено как код или партитура
Так думали русские космисты в начале ХХ века
Это перенесено в Америку

Космос — это не просто далекий космос
Космос, как и косметика, означает красоту и гармонию
Он также означает мир, гармоничный мир
В котором эта планета — просто пылинка

В отличие от космоса, земля полна хаоса, страданий и смерти

Чтобы достичь космоса, нужно не лететь вверх
Подняться на Эйфелеву башню, чтобы увидеть панораму мира, возвыситься
Чтобы достичь космоса, нужно нырнуть
Погрузиться
В океан

Космосу нужен разум, чтобы быть космосом, а не хаосом
Космос есть сила без разума, а человек есть разум без силы
Но как может разум стать силой, а сила стать разумом?
Сила станет разумной, когда правит разум
В этом смысле все зависит от человека

Русские космисты стремились построить космос на земле
Построить новую реальность, свободную от голода, болезней, насилия, смерти, нужды, несправедливости
Как коммунизм
Они произошли в одно время

Мы возводим храмы космогонии
Не для того, чтобы отражать внешний мир
А просто чтобы увидеть грани нашего невежества

Все системы мира, слепки древних душ
Зеркальные фантазии взаимного отражения
Две соприкасающиеся бездны

Нет выхода из лабиринта знаний
И человек никогда не станет другим
Чем то, во что он страстно верит

[ВЫРЕЗ.АКТЕР ПРОДОЛЖАЕТ]

АКТЕР

Вот простая идея
Совместные усилия всего человечества должны быть направлены на единую задачу
Победа над смертью
Бессмертие
Воскрешение всех когда-либо живших
Всеми доступными науке и искусству средствами

Николай Федорович Федоров назвал это общей задачей
Он имел в виду буквально

Используя свой собственный генетический состав, люди воскресили бы своих родителей
Из себя родители воскресили бы своих родителей
И так далее
Назад к первым людям на Земле

Процесс может занять несколько тысяч лет
Именно поэтому необходимо начать немедленно
Потому что мы все умираем

Значит
Музеи должны быть перенесены на кладбища
Библиотеки должны стать питомниками для реанимации писателей.
Армии, фабрики, фермы, больницы и университеты должны работать вместе для достижения общей задачи бессмертия
Все производительные силы человечества должны быть направлены на достижение возвращения каждого воскресшего человека
Каждый человек со своим индивидуальным сознанием

Будет достигнут новый грандиозный синтез различных наук в новом, космическом масштабе
Природа, включая космос и человечество, станет научной лабораторией

За это время возникнет новый тип общества
Федоров назвал его психократией

Воскрешение требует нового тела для размещения сознания
Восстановление ткани
Люди должны понять тайну того, как растения регенерируют себя
Нам нужно изучить механизм их питания
Для необходимой реконструкции человеческого организма люди должны стать самостоятельными кормление

Мы будем строить новые органы
Меняться и приспосабливаться к новым условиям жизни в космосе

Пока люди размножаются как животные, они будут умирать как животные

Существовать как гендерное существо означает идти по пути смерти
Человек обладает огромным энергетическим потенциалом
Который он использует для размножения как естественное существо

Энергия любви — самая мощная из всех видов энергии
Любовь можно использовать по-новому, более эффективно

Когда половые различия будут преодолены
Будет высвобождено огромное количество энергии
И она будет увеличиваться по мере уменьшения потребности в половом размножении
Любовь удовлетворит более глубокую потребность

Это потому, что
В настоящее время сексуальная любовь эгоистична
Самым благородным стремлением любви должно быть
Бороться со смертью
Развивать новую творческую личность
Бессмертие и воскресение для всех!

Преобразуя разрушительные силы природы
Делая их созидательными
Мы обретем контроль над эволюцией и регулированием космоса
Мы победим саму смерть
И высвободим бесконечное творчество жизни во вселенной

Для этого мы должны стремиться приобретать знания и опыт
Работать в существующих пределах знаний и технологий
Использовать реальные средства и возможности, доступные сегодня

Постепенно наши пределы будут расширяться
Все, что сегодня кажется нам фантастическим
Станет реальным!

[ВЫРЕЗ.НА ЭКРАНЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ ГРУППА ЖИВОТНЫХ. ЧИТАЮТ ИЗ «БЕЗУМНОГО ВОЛКА» (1931) НИКОЛАЯ ЗАБОЛОЦКОГО]

Сбор животных

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ

Сегодня годовщина смерти Безумца.
Почтим его память.

СТУДЕНТ ВОЛК

Высокочтимый Председатель, все мы оплакиваем
печальную, безвременную кончину Безумца.
Но мне было поручено
найти ваш ответ на вопрос,
сформулированный нашим студенческим советом.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ

Говори.

СТУДЕНТ ВОЛК

Спасибо. Мой вопрос прост.
Все мы знаем, что старый лес мертв,
и что не осталось скучных тайн
, в которые мы могли бы верить до самого конца.

Строим новый лес, такого
еще не видели на земле.
Мужчины, женщины, дети, все мы —
и клянусь, мы завершим работу.

На ваших глазах мы изменяем
вселенную, жалкую до сих пор вещь.
Мы сидим перед вами в этот судный день,
инженеров, судей, врачей, в торжественном ряду.

Могучая наука сверкает, как смерч.
Волк ест пироги и записывает цифры.
Он забивает гвозди. Мир содрогается от его крика.
А наш техблок уже готов.

Итак, почтеннейший председатель, скажите мне,
почему вы беспокоите наш трезвый мир
этим отступником, этим бредовым сном предателя?
Планы Безумца совершенно абсурдны!

Просто спросите себя: может ли растение превратиться
просто во сне в животное?
Может ли простой продукт земли
научиться летать, а затем стать бессмертным?

Сны Безумца с самого начала были безумными.
Он отдал за них жизнь. Ну и что!
Звучит песня нового века.
Мы строим мир, а ты летишь из него!

ИНЖЕНЕРЫ ВОЛФ

Особым образом расставляя перекладины,
мы перебрасываем мостик к другим берегам звериного счастья.
Строим электриков,
которые будут печь пироги.
Лошади внутреннего сгорания
перенесут нас через мост страданий.
И кучер в стеклянной шапке
споет песенку:

«Гиддип, гы-гы,
вдвое больше энергии-гы-гы!»

Такого рода мечта строителей,
поэтому их потомство должно господствовать.

ВОЛКИ ВРАЧИ

Мы, врачи, медики,
толкователи звериных выделений,
в черепа волков вставляем стеклянные трубки,
наблюдаем за работой мозга, конструируя,
прическу больного не загораживая.

МУЗЫКАНТЫ-ВОЛКИ

На телесных скрипках мы
скрипим, как наука велела.
Склонив носы, мы увидели
через запертую дверь новых дней.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ

Медленно, медленно, медленно
дивный век приближается.

Словно клубки ниток, мы катимся вдаль,
плетя за собою наши дела.
Ибо мы соткали дивную ткань
и бессчетные версты прошли наши ноги.

Лес с его голодом, бедой, горем,
как огненный сосед, маячит вдали.

Посмотрите, звери, на эти леса. Медведь
в них съедает кобылу,
а мы, обедающие пирогами и элем
, забываем пещеры, откуда родом.

Взгляните, звери, на эту долину глубокую.
Съеденный зверями, бык плачет,
пока мы, построившие себе жилище,
записываем волшебное уравнение.

Взгляните на этот мир, о доблестные звери.
Здесь идут нагие твари,
а мы, с обнаженным мечом науки
, чтобы отсекать всякое зло, вперед!

Медленно, медленно, медленно
дивный век приближается.

Я закрываю глаза и вижу в лесу стеклянную конструкцию.
Красивые волки в легкой одежде
ведут долгие научные дискуссии.
Один из них выходит из группы,
поднимает свои стройные лапки,
плавно поднимается в воздух,
ложится на спину.
Ветер гонит этот поплавок на восток.
Внизу разговаривают волки:
«Наш философ отправился
обучать Лопуха
эфирной геометрии».
Что это? Странные видения,
безумная выдумка души,
или просто продукт ума?
Ученый ученый, решать вам!

Мечты Безумца совершенно абсурдны,
но и глаза на затылке не нужны
чтобы увидеть это с точки зрения старого мира,
мы сумасшедшие как шляпники, чтобы печь хлеб!

Проходят века, уходят годы,
но живые существа не сон;
они живут и, живя,
побеждают
суровый режим старой правды.

Спи, Безумный, в своей благородной могиле!
Пусть твоя голова, расшатанная мыслями, успокоится!
Ты не знаешь, кто вытащил тебя из твоего логова,
кто загнал тебя в жизнь одиночества и страданий.
Ничего не видя впереди, ни на что не надеясь,
ты бродил по земле, как великий капитан мысли.

Ваш первый разрыв цепей!
Ты река, породившая нас!
Мы стоим на рубеже веков,
рабочих, наши головы как молоты.
Мы запечатали древнее кладбище леса
твоим изуродованным, сгнившим трупом.

Лежи теперь в своей могиле, с миром,
Великий Летун, Великий Перевернутый.
Мы, волки, продолжим твое дело,
твои вечные труды. Вперед к звездам!

[ВЫРЕЗ. ЖИВОТНЫЕ ИСЧЕЗАЮТ. ГОВОРИТ АКТРИС]

АКТРИСА

Западные левые думают, что русские испоганили коммунизм
И что Советы заразили марксизм тоталитаризмом и репрессиями
В конце концов
Почему коммунистическая революция произошла в такой отсталой стране?
Где три четверти населения не умели даже читать и писать
Где наука, современность, техника
были в значительной степени внедрены силой
Почему этого не произошло, например, во Франции?

Подозреваю, что в самих русских было что-то особенное
Что не передалось западным романтикам-интеллектуалам и художникам
Оставшимся в плену собственных мечтаний

Из-за необычного призыва Федорова к немедленным действиям
Весь советский эксперимент действительно был
Прикладной космизм

По сей день западные левые остаются на месте
Коммунистическая гипотеза
Идея
Мечта

Так тяжело принять
, что при всех их трагических и славных моментах
россиян уже имели его

Что стояло за той странной энергией, которая реализовала такой радикальный социальный эксперимент?
Энергия, позволившая столь быструю модернизацию
Новое общество, которое соперничало с самыми передовыми капиталистическими государствами
Продвижение человечества в космос

И все же
Если вся энергия действительно неразрушима
Где эта энергия сейчас?

В конкурсе, организованном международной косметической компанией
Египтяне номинировали своего президента для отправки в оплачиваемое путешествие
в космос
Победитель должен пройти обучение в Глобальном космическом лагере в Орландо, Флорида
В ответ на Вопрос: «Почему вы хотите полететь в космос?»
Президент Египта процитировал российского ученого Александра Чижевского
Человек не только земное существо,
а космикон, связанный всей своей биологией, всеми молекулами, частицами тела
с космосом
с его космическими лучами
его потоки и месторождения

По словам Ху Фана из Китая, застройщик планирует построить на Марсе роскошные кондоминиумы

Тем временем в Америке
Технический директор Google
пытается достичь бессмертия и воскресить своего отца
Он пытается изменить свою собственную ДНК
каждый день принимает несколько сотен различных витаминов
чтобы деактивировать гены, отвечающие за старение

В своем доме он устроил небольшой музей
Комната, в которой находится все, что принадлежало его отцу
книги, письма, фотографии, кино- и звукозаписи, квитанции, одежда, образцы тканей
потому что передовая компьютерная программа
скоро сможет использовать этот материал, чтобы запросить сознание его отца

Надеюсь, у него получится

Что касается молодого летчика-истребителя
, погибшего над Великой Китайской стеной
Единственный объект, который остался
, это картина, которую он написал перед тем, как уйти на войну
Пейзаж

Висит на стене в комнате внутри жилого дома
в городе, где жил человек, улетевший в космос из своей квартиры

Я хотел бы это увидеть

Подпишитесь, чтобы читать | Файнэншл Таймс

Разумный взгляд на глобальный образ жизни, искусство и культуру

  • Внимательное чтение
  • Интервью и обзоры
  • Кроссворд FT
  • Путешествия, дома, развлечения и стиль

Выберите свою подписку

Пробный

Попробуйте полный цифровой доступ и узнайте, почему более 1 миллиона читателей подписались на FT

  • В течение 4 недель получите неограниченный цифровой доступ Premium к проверенным, отмеченным наградами новостям FT
Подробнее

Цифровой

Будьте в курсе важных
новостей и мнений

  • MyFT – отслеживайте наиболее важные для вас темы
  • FT Weekend — полный доступ к контенту выходных
  • Приложения для мобильных устройств и планшетов — загрузите, чтобы читать на ходу
  • Подарочная статья — делитесь до 10 статей в месяц с семьей, друзьями и коллегами
Подробнее

электронная бумага

Удобная цифровая копия печатного издания

  • Читайте печатное издание на любом цифровом устройстве, доступном для чтения в любое время или загрузки на ходу
  • Доступно 5 международных изданий с переводом более чем на 100 языков
  • Журнал FT, журнал How to Spend It и информационные приложения в комплекте
  • Доступ к 10-летним предыдущим выпускам и архивам с возможностью поиска
Подробнее

Команда или предприятие

Премиум ФУТ.com доступ для нескольких пользователей, с интеграцией и инструментами администрирования

Премиум цифровой доступ плюс:
  • Удобный доступ для групп пользователей
  • Интеграция со сторонними платформами и системами CRM
  • Цены на основе использования и оптовые скидки для нескольких пользователей
  • Инструменты управления подпиской и отчеты об использовании
  • Единый вход на основе SAML (SSO)
  • Выделенные команды по работе с клиентами и работе с клиентами
Подробнее

Узнайте больше и сравните подписки содержимое раскрывается выше

Или, если вы уже являетесь подписчиком

Войти

Вы студент или профессор?

Проверьте, есть ли у вашего университета членство в FT, чтобы читать бесплатно.

Проверить мой доступ

Продолжая представление участниц конкурса «Мисс Россия 2015», вот ансамблевый список еще десяти финалисток конкурса. Посмотрите и узнайте больше о своих любимых участниках…

Наталья Самылик – 19 лет Наталья родом из Северодвинска, студентка банковского дела Университета Синергия и завоевала титул Красавицы Северодвинска 2014.Именно после завоевания этого титула ее пригласили на кастинг Мисс Россия. Мечтает жить на берегу Белого моря и оказаться на подводной лодке.

Дарья Норкина – 18 лет Дарья родом из Тюмени – заядлая модница, занимается созданием эксклюзивных аксессуаров и дизайном одежды. С детства Дарья увлекалась фотографией. Она придерживается фотографии по аксиоме, что фотография — это способ донести свои взгляды до окружающего мира.Дарья считает, что мечта не работает, пока мы не работаем. Когда ее пригласили на кастинг «Мисс Россия», она подумала, что это шанс для нее выложиться по полной. «Я счастлив, что мне выпала честь представлять Тюмень, и хочу приложить все усилия, чтобы представить ее достойно. Ведь Мисс Россия – это главный конкурс красоты в нашей стране. Каждая девушка мечтает стать Мисс Россия и я не исключение. «, — говорит Дарья.

Иветта Макарова – 22 года Иветта Макарова родом из Калининграда, бакалавр экономики Калининградского БФУ.Также она продолжила обучение в Европейской бизнес-школе, на факультете мировой экономики и на курсе Нью-Йоркского Манхэттенского института менеджмента на факультете финансового менеджмента. В настоящее время она заканчивает магистратуру в области права в Москве. Она была в мире моделирования с нежного возраста 17 и появлялась в таких журналах, как Vogue, Elle, Tatler, Glamour, Harper’s Bazaar, Marie Claire, Cosmopiltan. На сегодняшний день Иветта посетила 30 стран и повидала 5 чудес света.

Яна Васильева – 21 год Яна родом из Самары, активная студентка своего университета, участвует во всех видах культурной деятельности. Она капитан волейбольной команды своего университета. В 15 лет одна переехала в Москву, чтобы подписать контракт с волейбольным клубом «Динамо». В 2012 году окончила спортивную школу и стала кандидатом в мастера спорта по волейболу.

Лидия Семенова – 21 год Красавица Лидия родом из Республики Саха (Якутия), студентка Северо-Восточного федерального университета.Лидия любит моду, пробует и следит за последними тенденциями. Лидия с детства мечтала о конкурсе красоты и участии в нем. Она прошла долгий путь, участвуя в региональном конкурсе красоты в своей стране и, наконец, выиграв его. «Мисс Россия — это конкурс, я воспринимаю как миссию и шанс проверить себя»

Дарья Шмакова – 19 лет Дарья из Волхова любит учить новые языки и в настоящее время изучает латынь, французский, китайский и славянский языки.Четыре года она была редактором школьной газеты. Дарья брала уроки рисования с 5 лет и продолжала до 16 лет.

Мария Тугускина – Родом из Амурской области, 20 лет Мария окончила Финансово-экономический колледж. Мария присоединилась к конкурсу Мисс Россия 2015, вдохновившись победой Татьяны Котовой, Мисс Россия 2006.

Анастасия Вячеславова – 22 года Анастасия, уроженка Республики Коми, студентка экономического факультета.Анастасия – активная волейболистка, три года подряд выступала за команду и возглавляла чемпионат Республики Коми. Самое безумное, что она делала в детстве, это подготовка к свадьбе с парнем из соседнего дома, где у нее были все церемонии, включая кольца, платья, свидетелей и шикарный стол с детским шампанским. И она на самом деле думала, что вышла замуж.

Виктория Баканова – 20 лет Виктория учится и ведет активную студенческую жизнь.В свободное время Виктория любит играть в теннис и заниматься йогой. Интересно, что Виктория в молодости делала чек-листы, а сейчас, когда он нашел чек-лист, из 50 проверяются 45 желаний. Она надеется поставить еще одну галочку, когда вернется домой.

Алия Лимефи Зинатуллина – 21 год Алия родом из Казани, учится в Казанском музыкальном колледже по специальности народные инструменты. В свободное время любит писать тексты и заниматься музыкой.Увлекается эстрадным и джазовым пением, в детстве писала стихи. Мечтает поступить на актерский факультет.

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.