Плисецкая книга я майя: Я, Майя Плисецкая…

Книга Я, Майя Плисецкая читать онлайн Майя Плисецкая

Майя Плисецкая. Я, Майя Плисецкая

 

Вместо предисловия

 

Эту книгу я писала сама. Потому и долго. За годы моей сценической жизни про меня наплели уйму небылиц. Что-то начинали с правдивого факта, переходили затем в полуправду, а кончали несусветной чепухою, враньем. Хорошо, когда еще незлонамеренным…

Первым желанием моим было восстановить правду. Правду моей собственной жизни. А через свою жизнь рассказать, как жилось артистам балета в первой стране социализма. В стране, которая была «впереди планеты всей» по танцевальному делу. Но как начать? С чего?

Начала с того, что наговорила на магнитофон одиннадцать кассет. Сумбурно, обо всем, вне хронологии. Знакомый журналист стал делать из моих записей книгу. Мою книгу. Понадобилось ему на то три месяца. Написал много, длинно, напыщенно. И, как мне показалось, мнимо умно. Все от лица некоей девочки по имени Маргарита. Он придумал этот ход, казавшийся ему необыкновенно удачным, из моей беглой реплики на магнитофонной кассете, что в детстве мне нравилось это женское имя.

Может быть, все это было придумано не так уж и плохо. Но ко мне, моим чувствованиям, моей душе, сути моего характера рыжеволосая девочка Маргарита отношения не имела. Совпадали лишь внешние признаки да события…

Нет, не моя это книга. Я отвергла ее. Журналист нестерпимо обиделся. Ссора. Первый блин комом.

Следующий журналист-писатель пошел путем разговорного диалога. Его вопросы — мои ответы. Что-то было занятно.

Но явный плагиат — беседы Стравинского с Робертом Краф-том. Их книгу я когда-то читала.

Будучи в Париже в гостях у Галины Вишневской на авеню Жорж Манд ель, я начала было пытать хлебосольную хозяйку, моего давнего друга, кто помогал ей в работе над книгою «Галина». Эта книга мне очень понравилась, и я привезла ее первое русское издание в Москву, чтобы дать почитать друзьям. Тогда это было небезопасно, так как «Галина» числилась у таможенников Шереметьева по разряду антисоветской литературы: Вишневская намордовала советскую власть по первое число. Обнаружили бы стражи коммунистической идеологии «Галину» в моем чемодане — были бы…

Галя повысила голос. Зазвенела решительностью:

— Да никто не помогал. Сама писала. И ты пиши сама. Только сама. Я тоже начинала с поисков помощников, но проку в них не было. Одна путаница. Сама пиши!..

— Но как это делается? С чего начать?

— Ты дневников не вела?

— Вела. Всю жизнь вела. И сейчас веду.

— Так что тебе еще надо? Садись и пиши! Начинай. Не откладывай. Самой писать придется долго. Я писала четыре года…

Что ж, совет добрый. Надо ему внять.

Только мне всегда казалось, что книги пишутся людьми совершенно необыкновенными. Сверхумными. Сверхучеными. А тут балерина берется за перо. Тотчас приплыла из памяти старинная шутка. Как потонул в океане огромный корабль, почти «Титаник». Но два пассажира уцелели, выплыли. Министр — потому, что был очень большое дерьмо, и балерина — так как была глупа как пробка…

И еще толчок. Позвонил из Лондона один из издателей Ширли Маклейн — это она дала ему мои координаты — и на варварском русском языке сказал, что имеет интерес к моим мемуарам.

Я свою книгу еще и не начинала.

А Ширли сказала, что ваши мемуары закончены.

Те, которые журналисты сочинили за меня, никуда не годятся. Надо книгу писать самой.

Ну тогда sorry. Успеха. Пишите.

Тут я в самом деле и начала писать.

Без трех месяцев три года писала. Не три месяца — три года!.. Но за эти три года с моей страной произошли события абсолютно невероятные.

Когда я начала свои первые главы в феврале 1991 года, все еще шла, прихрамывая, перестройка. Прижимала цензура, существовал еще «единый, могучий Советский Союз».

Майя Плисецкая — Я, Майя Плисецкая читать онлайн

Майя Плисецкая

Я, Майя Плисецкая

Вместо предисловия

Эту книгу я писала сама. Потому и долго. За годы моей сценической жизни про меня наплели уйму небылиц. Что-то начинали с правдивого факта, переходили затем в полуправду, а кончали несусветной чепухою, враньем. Хорошо, когда еще незлонамеренным…

Первым желанием моим было восстановить правду. Правду моей собственной жизни. А через свою жизнь рассказать, как жилось артистам балета в первой стране социализма. В стране, которая была «впереди планеты всей» по танцевальному делу. Но как начать? С чего?

Начала с того, что наговорила на магнитофон одиннадцать кассет. Сумбурно, обо всем, вне хронологии. Знакомый журналист стал делать из моих записей книгу. Мою книгу. Понадобилось ему на то три месяца. Написал много, длинно, напыщенно. И, как мне показалось, мнимо умно. Все от лица некоей девочки по имени Маргарита. Он придумал этот ход, казавшийся ему необыкновенно удачным, из моей беглой реплики на магнитофонной кассете, что в детстве мне нравилось это женское имя.

Может быть, все это было придумано не так уж и плохо. Но ко мне, моим чувствованиям, моей душе, сути моего характера рыжеволосая девочка Маргарита отношения не имела. Совпадали лишь внешние признаки да события…

Нет, не моя это книга. Я отвергла ее. Журналист нестерпимо обиделся. Ссора. Первый блин комом.

Следующий журналист-писатель пошел путем разговорного диалога. Его вопросы — мои ответы. Что-то было занятно.

Но явный плагиат — беседы Стравинского с Робертом Краф-том. Их книгу я когда-то читала.

Будучи в Париже в гостях у Галины Вишневской на авеню Жорж Манд ель, я начала было пытать хлебосольную хозяйку, моего давнего друга, кто помогал ей в работе над книгою «Галина». Эта книга мне очень понравилась, и я привезла ее первое русское издание в Москву, чтобы дать почитать друзьям. Тогда это было небезопасно, так как «Галина» числилась у таможенников Шереметьева по разряду антисоветской литературы: Вишневская намордовала советскую власть по первое число. Обнаружили бы стражи коммунистической идеологии «Галину» в моем чемодане — были бы…

Галя повысила голос. Зазвенела решительностью:

— Да никто не помогал. Сама писала. И ты пиши сама. Только сама. Я тоже начинала с поисков помощников, но проку в них не было. Одна путаница. Сама пиши!..

— Но как это делается? С чего начать?

— Ты дневников не вела?

— Вела. Всю жизнь вела. И сейчас веду.

— Так что тебе еще надо? Садись и пиши! Начинай. Не откладывай. Самой писать придется долго. Я писала четыре года…

Что ж, совет добрый. Надо ему внять.

Только мне всегда казалось, что книги пишутся людьми совершенно необыкновенными. Сверхумными. Сверхучеными. А тут балерина берется за перо. Тотчас приплыла из памяти старинная шутка. Как потонул в океане огромный корабль, почти «Титаник». Но два пассажира уцелели, выплыли. Министр — потому, что был очень большое дерьмо, и балерина — так как была глупа как пробка…

И еще толчок. Позвонил из Лондона один из издателей Ширли Маклейн — это она дала ему мои координаты — и на варварском русском языке сказал, что имеет интерес к моим мемуарам.

Я свою книгу еще и не начинала.

А Ширли сказала, что ваши мемуары закончены.

Те, которые журналисты сочинили за меня, никуда не годятся. Надо книгу писать самой.

Ну тогда sorry. Успеха. Пишите.

Тут я в самом деле и начала писать.

Без трех месяцев три года писала. Не три месяца — три года!.. Но за эти три года с моей страной произошли события абсолютно невероятные.

Когда я начала свои первые главы в феврале 1991 года, все еще шла, прихрамывая, перестройка. Прижимала цензура, существовал еще «единый, могучий Советский Союз». Флаг, герб, гимн, Первый Президент, Первая Леди и все такое… Называя что-либо своими именами, я внутренне, не скрою, моментами чуть подрагивала: это не напечатают, побоятся, заставят смягчить, подправить. Но все же писала.

Книга рождалась на самом сломе эпох. То, что вчера было смелым, даже непроизносимым, — устаревало вмиг, за прожитой день. Что-то вроде соревнования пошло, кто больше ругательств недавно еще всесильным организациям и высшим правителям отвесит.

Новая конъюнктура началась. Конъюнктура на разрешенную смелость.

Нет, не угнаться мне за новоиспеченными смельчаками-ниспровергателями. «Отречемся от старого мира»! Поскорее вновь отречемся!..

Бог с вами, отрекайтесь, честные люди…

Но все, что понарошку смело, — устаревает быстрее быстрого. И к последним главам своей книги я стала с ясностью ощущать — сменилась конъюнктура, другой ветер задул. Осточертела людям политика. Набили оскомину ругательства, черные помои. Надоело читать про козни и мерзости большевиков. Может, и мне, сознавая новую конъюнктуру, обойти все вмешательства КГБ в мою судьбу? Об одном святом искусстве, о балете вспоминать?..

Нет, не буду ничего менять. Ничего подправлять, подлаживать не буду. Как писалось — все так и оставлю… Ты сам уж, читатель, делай поправки на бешеные перемены трех необыкновенных лет в жизни на нашей земле.

Книгу свою я задумывала для читателя отечественного, русскоязычного. Но в то же время и для читателя западного, дальнего. Того дальнего, кто совсем мало знаком с закоулками и бредовыми фантазиями, маскарадами нашей странной, невероятной, неправдоподобной былой советской жизни. Что-то отечественный читатель знает назубок, куда получше моего.

Живописно дополнит. Что ж, пропусти эти страницы, мой бывалый соотечественник-дока, иди, двигайся дальше. Но многим дальним людям как раз это и интересно будет. Не писать же две книги!..

И еще. Я вспоминаю и события совсем недавние, которые отчетливо свежи в памяти. Читать о них сегодня, верно, что смотреть запись вчерашнего хоккейного матча, результат которого тебе уже известен. Ну а если читать об этом через годы? Позабудут многое люди. А я напомню. Участницей была.

И близкие мои за эти три года, о которых я писала в настоящем времени, в прошлое ушли. Умерла моя мать. Уже нет Асафа Мессерера…

Но не стану времена глаголам менять. Все, что в настоящем времени писала, — сохраню.

Значит, в путь, читатель. С Богом!..

7 февраля 1994 года, Мадрид.

Глава 1

ДАЧА И СРЕТЕНКА

Много книг начинается с рассуждений, когда кто себя помнит. Кто раньше, кто позже. Искать ли другое начало?..

Ходить я стала в восемь месяцев. Этого сама не помню. Но многочисленная родня шумно дивилась моим ранним двигательным способностям. От этого удивления и началось мое самопознание.


В Большом театре презентовали книгу «Я, Майя Плисецкая…» в новом издании

В Большом театре состоялась презентация автобиографической книги «Я, Майя Плисецкая…» в новом издании. Оно приурочено к 95-летию со дня рождения великой балерины.

Мемуары Майи Плисецкой публикуются уже в шестнадцатый раз. Книга вышла по инициативе ее бывшего мужа композитора Родиона Щедрина в издательстве «Автограф», специализирующемся на литературе об искусстве и нотных материалов. Издательство неоднократно печатало сочинения Щедрина, а к 90-летию великой балерины выпустило фотоальбом «Майя Плисецкая». К новому изданию ее мемуаров композитор написал предисловие и предоставил редкие фотографии из личного архива.

«По словам Родиона Константиновича, эту книгу можно назвать исповедью Майи Михайловны. Такой же искренний внутренний голос у него самого в предисловии, которое предваряет книгу, — отметила глава пресс-службы Большого театра Катерина Новикова. — Сам он завершил предисловие такими словами: «Майя была бесконечно доверчива, бесхитростна, прямодушна, искренна, сильна и так одновременно хрупка и при этом беспощадно объективна, правдива, взыскательна и справедлива в человеческих оценках, а уж в своей профессии — профессионал высочайшей пробы».

По словам представителя «Автографа» Анастасии Череминой, новое издание книги отличается от предыдущих тем, что в него были включены фотографии Майи Плисецкой не только со сцены, но и в обычной жизни, отражающие «домашнюю» сторону ее личности.

«Это материалы из личного альбома Родиона Константиновича, а также из архива фотографа Натальи Логиновой, которые прежде нигде не публиковались, поэтому даже если читатели знакомы с пятнадцатью предыдущими изданиями, то для них это будет настоящим открытием. Родион Щедрин переживал за каждую запятую, за каждую фотографию. Из текста Майи Михайловны мы не поменяли ничего», — заявила Черемина.

В честь великой балерины в Большом театре в пятницу состоится торжественный гала-концерт, который ставит народный артист России Андрис Лиепа. Он был связан с Плисецкой многими годами дружбы и готовил программу к ее 90-летнему юбилею, не состоявшемуся из-за ее внезапного ухода. Все балетные номера на предстоящем вечере будут исполняться солистами Большого и Мариинского театров.

«Когда мы с Родионом Константиновичем работали над юбилейным вечером, я внимал каждому его слову. В итоге получился очень компактный вечер, наполненный жизненной энергией Майи Михайловны, — рассказал Лиепа. — Мы решили его очень необычно: впервые будут использованы новые технологии — интерактивные экраны, компьютерная графика, много фотографий. В программе классические номера из балетов, где блистала Майя Плисецкая — «Раймонда», «Легенда о любви», «Лебединое озеро» и другие. Этим мы отдаем дань Большому театру и искусству великой балерины и уникальной женщины».

Книга «Я, Майя Плисецкая» — Майя Плисецкая. Цены, рецензии, файлы, тесты, цитаты

Майя Плисецкая Я, Майя Плисецкая

Вместо предисловия

Глава 1 ДАЧА И СРЕТЕНКА

Глава 2 КАКОЙ Я БЫЛА В ПЯТЬ ЛЕТ

Глава 3 РОДСТВЕННИКИ

Глава 4 ШПИЦБЕРГЕН

Глава 5 Я УЧУСЬ БАЛЕТУ

Глава 6 ОПЯТЬ В ШКОЛЕ И АРЕСТ ОТЦА

Глава 7 ИСЧЕЗНОВЕНИЕ МАТЕРИ

Глава 8 ЧИМКЕНТ

Глава 9 КОНЦЕРТ В ЧК

Глава 10 «ЭКСПРОМТ» ЧАЙКОВСКОГО

Глава 11 ВОЙНА

Глава 12 ПЕРВЫЙ ГОД В ТЕАТРЕ

Глава 13 КВАРТИРА НА ЩЕПКИНСКОМ

Глава 14 ПОСТИГАЮ АЗБУКУ ТЕАТРА

Глава 15 «РАЙМОНДА»

Глава 16 «ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО»

Глава 17 ФЕСТИВАЛИ МОЛОДЕЖИ

Глава 18 МОИ ТРАВМЫ. МОИ ВРАЧЕВАТЕЛИ

Глава 19 КТО-КОГО

Глава 20 ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ СТАЛИНА

Глава 21 ТАНЦУЮ «ДОН КИХОТ», ТАНЦУЮ В ОПЕРАХ ГОЛОВАНОВА

Глава 22 ЖИЗНЬ НА ПЕРЕКЛАДНЫХ И КОНЕЦ ЭРЫ СТАЛИНА

Глава 23 ПОЕЗДКА В ИНДИЮ

Глава 25 КАК Я НЕ ВЫЕХАЛА В ЛОНДОН

Глава 26 ПОКА ШЛИ ГАСТРОЛИ В ЛОНДОНЕ

Глава 28 ЧТО ЧЕЛОВЕКУ НАДО

Глава 29 ЩЕДРИН

Глава 30 ЖИТИЕ НА КУТУЗОВСКОМ ПРОСПЕКТЕ

Глава 31 Я ЕДУ В АМЕРИКУ

Глава 32 СЕМЬДЕСЯТ ТРИ ДНЯ

Глава 33 КАК НАМ ПЛАТИЛИ

Глава 34 ПАРИЖСКИЕ ВСТРЕЧИ

Глава 36 ПОЧЕМУ Я НЕ ОСТАЛАСЬ НА ЗАПАДЕ

Глава 37 МЕНЯ РИСУЕТ МАРК ШАГАЛ

Глава 38 ДВАДЦАТОЕ НОЯБРЯ

Глава 39 КАК РОЖДАЛСЯ «КАРМЕН-БАЛЕТ»

Глава 40 РАБОТА С РОЛАНОМ ПЕТИ И БЕЖАРОМ

Глава 41 ЛИРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ

Глава 42 МОИ БАЛЕТЫ

Глава 43 МОИБАЛЕТЫ (продолжение)

Глава 44 «ХОЧУ СПРАВЕДЛИВОСТИ»

Глава 45 РАБОТА В ИТАЛИИ

Глава 46 РАБОТА В ИСПАНИИ

Глава 47 ГЛАВА БЕЗ НАЗВАНИЯ

Глава 48 ГОДЫ СТРАНСТВИЙ

Глава 49 КОМЕНДАНТСКИЙ ЧАС

В Большом театре представили новое издание книги «Я, Майя Плисецкая» — Культура

МОСКВА, 19 ноября. /ТАСС/. Новое издание книги «Я, Майя Плисецкая» представили в четверг на презентации в Государственном академическом Большом театре в преддверии 95-летия со дня рождения великой балерины, которое будет отмечаться 20 ноября.

Переиздание инициировано супругом Плисецкой композитором Родионом Щедриным. Он не только написал собственное глубоко личное предисловие, но и предложил новый подход к иллюстративному наполнению книги. Большая часть фотографий публикуется впервые.

«Это 16-е издание на русском языке этой книги, которая выходит с предисловием самого Родиона Константиновича и с фотографиями, которые он из семейного архива предоставил для этого издания. Мы все очень надеялись, что Родион Константинович сегодня будет с нами, он из далеких краев должен был приехать в Россию, но, к сожалению, так сложились обстоятельства, что его сегодня с нами не будет», — сказала пресс-атташе Большого театра Катерина Новикова, добавив, что онлайн-встречу с Щедриным также не удалось организовать из-за того, что все решалось в последние минуты.

Она отметила, что написанное композитором предисловие получилось очень искренним и трогательным. «Наверное, недаром эти люди прожили вместе 57 лет. Они действительно родные по крови, по духу. Плисецкая говорила, что на эту книгу ее вдохновила Вишневская, которая ей сказала: «Сама должна писать». И она написала ее, потратив три года, сама. Ее интонации, ее мысли, ее слова, ее высказывания — они все в этой книге. Это, действительно, ее голос. Недаром Родион Константинович говорит, что эту книгу можно назвать исповедью Майи Михайловны», — сказала Новикова.

Пресс-атташе добавила, что такой же искренний голос Щедрина звучит и в предисловии к книге. «И Родион Константинович завершил предисловие такими словами: «Процитирую сам себя: Майя была бесконечно бесхитростна, прямодушна, искренна, сильна и так одновременно хрупка и при этом беспощадно объективна, правдива, взыскательна и справедлива в человеческих оценках. А уж в своей профессии — профессионал высочайшей пробы», — процитировала Новикова.

«Так это и было. Я надеюсь, что эти два дня заставят нас всех вспомнить Майю Михайловну. Все события, связанные с ней, всегда становятся историческими», — добавила она, напомнив, что 20 ноября в Большом театре пройдет торжественный гала-концерт, посвященный 95-летию со дня рождения Плисецкой. Переиздание автобиографической книги «Я, Майя Плисецкая» выпустило издательство «Автограф». Тираж составляет 3 тыс. экземпляров.

Я, Майя Плисецкая … | ISBN 9785985181227

Аннотация
Майя Плисецкая, работая над своей книгой, писала: «Я вспоминаю события совсем недавние, которые отчетливо свежи в памяти. Читать о них сегодня, верно, что смотреть запись вчерашнего хоккейного матча, результат которого тебе уже известен. Ну а если читать об этом через годы? Позабудут многое люди. А я напомню. Участницей была». Права Майя Михайловна: прошли долгие годы, но интерес к великой балерине, её личности, характеру, перипетиям судьбы и времени возрастает. Книга «Я, Майя Плисецкая…» переведена на 14 языков, выдержала 15 изданий на русском языке. Это издание — шестнадцатое — содержит традиционно большое количество фотографий, причем предпочтение отдано снимкам личного свойства: какова Майя Михайловна была вне сцены, дома, на отдыхе, в пути. Их живость, жанровость, добрая тональность смогут дополнить облик автора. Предисловие к книге написал спутник жизни Майи Плисецкой композитор Родион Щедрин. Издание адресовано всем почитателям балета и тем, кто хочет узнать, какой была истинная Майя Плисецкая в повседневной жизни и на сцене.

Annotatsija
Majja Plisetskaja, rabotaja nad svoej knigoj, pisala: «Ja vspominaju sobytija sovsem nedavnie, kotorye otchetlivo svezhi v pamjati. Chitat o nikh segodnja, verno, chto smotret zapis vcherashnego khokkejnogo matcha, rezultat kotorogo tebe uzhe izvesten. Nu a esli chitat ob etom cherez gody? Pozabudut mnogoe ljudi. A ja napomnju. Uchastnitsej byla». Prava Majja Mikhajlovna: proshli dolgie gody, no interes k velikoj balerine, ejo lichnosti, kharakteru, peripetijam sudby i vremeni vozrastaet. Kniga «Ja, Majja Plisetskaja…» perevedena na 14 jazykov, vyderzhala 15 izdanij na russkom jazyke. Eto izdanie — shestnadtsatoe — soderzhit traditsionno bolshoe kolichestvo fotografij, prichem predpochtenie otdano snimkam lichnogo svojstva: kakova Majja Mikhajlovna byla vne stseny, doma, na otdykhe, v puti. Ikh zhivost, zhanrovost, dobraja tonalnost smogut dopolnit oblik avtora. Predislovie k knige napisal sputnik zhizni Maji Plisetskoj kompozitor Rodion Schedrin. Izdanie adresovano vsem pochitateljam baleta i tem, kto khochet uznat, kakoj byla istinnaja Majja Plisetskaja v povsednevnoj zhizni i na stsene.

Я, Майя Плисецкая… (Плисецкая, М. М.)

Плисецкая, М. М.

Майя Плисецкая, работая над своей книгой, писала «Я вспоминаю события совсем недавние, которые отчетливо свежи в памяти. Читать о них сегодня, верно, что смотреть запись вчерашнего хоккейного матча, результат которого тебе уже известен. Ну а если читать об этом через годы? Позабудут многое люди. А я напомню. Участницей была». Права Майя Михайловна: прошли долгие годы, но интерес к великой балерине возрастает.

Полная информация о книге

  • Вид товара:Книги
  • Рубрика:Балет
  • Целевое назначение:Издания для широкого круга.
  • ISBN:978-5-98518-122-7
  • Серия:Несерийное издание
  • Издательство: Авто Граф
  • Год издания:2020
  • Количество страниц:551
  • Тираж:1000
  • Формат:70х100/16
  • УДК:792. 8(47+57)(092)
  • Штрихкод:9785985181227
  • Переплет:обл.
  • Сведения об ответственности:Майя Плисецкая
  • Код товара:6217419

I, Майя Плисецкая, автор — Майя Плисецкая

Майя Плисецкая, одна из ведущих мировых танцовщиц, стала прима-балериной Московского Большого балета после того, как ее ранняя жизнь была наполнена трагедиями и потерями. В этих ярких мемуарах Плисецкая размышляет о своей личной и профессиональной одиссее, представляя уникальный взгляд на жизнь советского художника в смутный период с конца 1930-х по 1990-е годы.

Плисецкая рассказывает о казни своего отца во время Большого террора и ссылке ее матери в ГУЛАГ.Она описывает свое поступление в Большой театр в 1943 году, роли, которые она там исполняла, и бесконечные мелкие домогательства, которым она подвергалась как со стороны завистливых коллег, так и со стороны партийных чиновников. Отказавшись в разрешении на шесть лет гастролировать с труппой, Плисецкая в конечном итоге выступала по всему миру, работая с такими известными хореографами, как Ролан Пети и Морис Бежар. Она рассказывает о бурных событиях, пережитых ею, и об удивительных людях, с которыми она познакомилась, среди которых легендарный балетный педагог Агриппина Ваганова, Джордж Баланчин, Фрэнк Синатра, Рудольф Нуреев и Дмитрий Шостакович.И она рассказывает увлекательные подробности о вспыльчивых встречах с Хрущевым на коктейльных вечеринках, поездках за границу, когда ее скудные суточные доводили ее до голода, а также о планах КГБ, чтобы извлечь выгоду из ее дружбы с Робертом Кеннеди. Одаренная, отважная и безжалостно честная, Плисецкая блестяще освещает мир советского балета в эпоху репрессий и культурной разрядки.

По-прежнему прима-балерина балета Большого театра Майя Плисецкая также путешествует по миру с выступлениями и лекциями.На торжественном вечере, посвященном ее 75-летию, в Большом театре президент Владимир Путин вручил ей высшую гражданскую награду России — медаль за заслуги перед государством Российской Федерации второй степени. Тим Шолль — профессор русского языка и литературы в Оберлинском колледже. Антонина В. Буи — отмеченный наградами переводчик более пятидесяти книг, включая художественную, документальную и мемуары таких деятелей, как Андрей Сахаров, Елена Боннер и Дмитрий Шостакович.

Amazon.com: I, Майя Плисецкая Электронная книга: Майя Плисецкая, Антонина В.Bouis: Kindle Store

Майя Плисецкая, одна из самых выдающихся танцовщиц в мире, стала прима-балериной Московского балета Большого театра после ранней жизни, полной трагедий и потерь. В этих ярких мемуарах Плисецкая размышляет о своей личной и профессиональной одиссее, представляя уникальный взгляд на жизнь советского художника в смутный период с конца 1930-х по 1990-е годы.

Плисецкая рассказывает о казни своего отца во время Большого террора и ссылке ее матери в ГУЛАГ.Она описывает свое поступление в Большой театр в 1943 году, роли, которые она там исполняла, и бесконечные мелкие домогательства, которым она подвергалась как со стороны завистливых коллег, так и со стороны партийных чиновников. Отказавшись в разрешении на шесть лет гастролировать с труппой, Плисецкая в конечном итоге выступала по всему миру, работая с такими известными хореографами, как Ролан Пети и Морис Бежар. Она рассказывает о бурных событиях, пережитых ею, и об удивительных людях, с которыми она познакомилась, среди которых легендарный балетный педагог Агриппина Ваганова, Джордж Баланчин, Фрэнк Синатра, Рудольф Нуреев и Дмитрий Шостакович.И она рассказывает увлекательные подробности о вспыльчивых встречах с Хрущевым на коктейльных вечеринках, поездках за границу, когда ее скудные суточные доводили ее до голода, а также о планах КГБ, чтобы извлечь выгоду из ее дружбы с Робертом Кеннеди. Одаренная, отважная и безжалостно честная, Плисецкая блестяще освещает мир советского балета в эпоху репрессий и культурной разрядки.

По-прежнему прима-балерина балета Большого театра Майя Плисецкая также путешествует по миру с выступлениями и лекциями.На торжественном вечере, посвященном ее 75-летию, в Большом театре президент Владимир Путин вручил ей высшую гражданскую награду России — медаль за заслуги перед государством Российской Федерации второй степени. Тим Шолль — профессор русского языка и литературы в Оберлинском колледже. Антонина В. Буи — отмеченный наградами переводчик более пятидесяти книг, включая художественную, документальную и мемуары таких деятелей, как Андрей Сахаров, Елена Боннер и Дмитрий Шостакович.

I, Майя Плисецкая, автор — Майя Плисецкая

Майя Плисецкая, одна из ведущих мировых танцовщиц, стала прима-балериной Московского Большого балета после ранней жизни, полной трагедий и потерь.В этих ярких мемуарах Плисецкая размышляет о своей личной и профессиональной одиссее, представляя уникальный взгляд на жизнь советского художника в смутный период с конца 1930-х по 1990-е годы.

Плисецкая рассказывает о казни своего отца во время Большого террора и ссылке ее матери в ГУЛАГ. Она описывает свое поступление в Большой театр в 1943 году, роли, которые она там исполняла, и бесконечные мелкие домогательства, которым она подвергалась как со стороны завистливых коллег, так и со стороны партийных чиновников. Отказавшись в разрешении на шесть лет гастролировать с труппой, Плисецкая в конечном итоге выступала по всему миру, работая с такими известными хореографами, как Ролан Пети и Морис Бежар.Она рассказывает о бурных событиях, пережитых ею, и об удивительных людях, с которыми она познакомилась, среди которых легендарный балетный педагог Агриппина Ваганова, Джордж Баланчин, Фрэнк Синатра, Рудольф Нуреев и Дмитрий Шостакович. И она рассказывает увлекательные подробности о вспыльчивых встречах с Хрущевым на коктейльных вечеринках, поездках за границу, когда ее скудные суточные доводили ее до голода, а также о планах КГБ, чтобы извлечь выгоду из ее дружбы с Робертом Кеннеди. Одаренная, отважная и безжалостно честная, Плисецкая блестяще освещает мир советского балета в эпоху репрессий и культурной разрядки.

По-прежнему прима-балерина балета Большого театра Майя Плисецкая также путешествует по миру с выступлениями и лекциями. На торжественном вечере, посвященном ее 75-летию, в Большом театре президент Владимир Путин вручил ей высшую гражданскую награду России — медаль за заслуги перед государством Российской Федерации второй степени. Тим Шолль — профессор русского языка и литературы в Оберлинском колледже. Антонина В. Буи — отмеченный наградами переводчик более пятидесяти книг, включая художественную, документальную и мемуары таких деятелей, как Андрей Сахаров, Елена Боннер и Дмитрий Шостакович.

I, Майя Плисецкая

Майя Плисецкая, одна из ведущих мировых танцовщиц, стала прима-балериной Московского Большого балета после того, как ее ранняя жизнь была наполнена трагедиями и потерями. В этих ярких мемуарах Плисецкая размышляет о своей личной и профессиональной одиссее, представляя уникальный взгляд на жизнь советского художника в смутный период с конца 1930-х по 1990-е годы.

Плисецкая рассказывает о казни своего отца во время Большого террора и ссылке ее матери в ГУЛАГ.Она описывает свое поступление в Большой театр в 1943 году, роли, которые она там исполняла, и бесконечные мелкие домогательства, которым она подвергалась как со стороны завистливых коллег, так и со стороны партийных чиновников. Отказавшись в разрешении на шесть лет гастролировать с труппой, Плисецкая в конечном итоге выступала по всему миру, работая с такими известными хореографами, как Ролан Пети и Морис Бежар. Она рассказывает о бурных событиях, пережитых ею, и об удивительных людях, с которыми она познакомилась, среди которых легендарный балетный педагог Агриппина Ваганова, Джордж Баланчин, Фрэнк Синатра, Рудольф Нуреев и Дмитрий Шостакович.И она рассказывает увлекательные подробности о вспыльчивых встречах с Хрущевым на коктейльных вечеринках, поездках за границу, когда ее скудные суточные доводили ее до голода, а также о планах КГБ, чтобы извлечь выгоду из ее дружбы с Робертом Кеннеди. Одаренная, отважная и безжалостно честная, Плисецкая блестяще освещает мир советского балета в эпоху репрессий и культурной разрядки.

По-прежнему прима-балерина балета Большого театра Майя Плисецкая также путешествует по миру с выступлениями и лекциями.На торжественном вечере, посвященном ее 75-летию, в Большом театре президент Владимир Путин вручил ей высшую гражданскую награду России — медаль за заслуги перед государством Российской Федерации второй степени. Тим Шолль — профессор русского языка и литературы в Оберлинском колледже. Антонина В. Буи — отмеченный наградами переводчик более пятидесяти книг, включая художественную, документальную и мемуары таких деятелей, как Андрей Сахаров, Елена Боннер и Дмитрий Шостакович.

Майя Плисецкая | Российская балерина

Плисецкая Майя , полностью Плисецкая Майя Михайловна , (род.20 ноября 1925, Москва, Россия, У.С.С.Р. — умерла 2 мая 2015 г., Мюнхен, Германия), русская прима-балерина Московского Большого балета, восхищалась ее технической виртуозностью, выразительным использованием рук и умением совмещать актерское мастерство с танцем.

Британика исследует

100 женщин-первопроходцев

Познакомьтесь с выдающимися женщинами, которые осмелились выдвинуть на первый план вопросы гендерного равенства и другие вопросы.Этим историческим женщинам есть что рассказать, от преодоления угнетения до нарушения правил, переосмысления мира или восстания.

Плисецкая, племянница танцоров Асафа и Суламифь Мессерер, училась у дочери Павла (или Пола) Гердта Елизаветы и у Агриппины Яковлевны Вагановой и окончила Большую школу в 1943 году. Плисецкая была известна своим уникальным индивидуалистическим изображением как в советском, так и в русском языках. классические балеты. В ее репертуаре: Зарема «» «Бахчисарайский фонтан» ; главная роль в Laurencia ; Хозяйка Медной горы в Каменный цветок ; Китри в Дон Кихот ; Мирта, королева виллисов, в г. Жизель ; Аврора в «Спящая красавица» ; и двойного персонажа Одетты-Одиллии в «Лебединое озеро », которую часто считают ее самой большой ролью.

Плисецкая выступала в ряде стран и была приглашенной артисткой Парижской оперы в 1961 и 1964 годах. Ее выступления были записаны в фильмах « звезды русского балета » (1953), «Лебединое озеро» (1957), Плисецкая танцует (1964), Анна Каренина (1975) и Кармен-сюита (1978) — в последних двух главную роль играет ее протеже Александр Годунов. В 1964 году она получила Ленинскую премию за выдающиеся художественные работы. Она появлялась в балетах таких несоветских хореографов, как Ролан Пети, Морис Бежар, Альберто Алонсо.С 1975 года она также выступала с Брюссельским балетом XX века и была художественным руководителем балета Римской оперы (1983–84) и Национальной танцевальной труппы Испании (1987–90). Первой ее хореографией стала Анна Каренина (1972).

Майя Плисецкая в фильме « Лебединое озеро», 1961.

Paris Match / Pictorial Parade

В своей автобиографии 1994 года (англ. Пер. последующее пребывание в изгнании и ее собственная борьба за свободу творчества.Она и ее муж, композитор Родион Щедрин, в конце концов обосновались в Германии. В 2005 году Плисецкая была удостоена премии принца Астурийского в Испании в области искусства, а в следующем году она была удостоена премии Praemium Imperiale Японской ассоциации художников в области театра и кино.

Получите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Автобиография Майи Плисецкой — Сочинения о балете

Спасибо за комментарии, Машинка и Нора, которые мне очень понравилось читать.

О боже, неужели я слишком увлекся? Я полагаю, что был. (Как обычно.) И нет, я тоже еще не закончил, но мне не терпелось услышать, что думают другие люди. Хотя русские имена меня не пугают, я знаю, что некоторые люди находят их трудными, так что это хороший момент, о котором стоит упомянуть. (Спасибо, Нора.)

Да, это об определенном периоде истории, но очень интересном. Я помню, как читал отчеты КГБ, следившие за танцорами в 60-х и 70-х годах, и думал, что подобные вещи не могли происходить, не совсем; но они БЫЛИ.И правда, как отмечает Машинка, Плисецкая упускает из виду. (Имейте в виду, что Карсавина никогда не упоминала о своем первом браке — на самом деле, она вообще почти не упоминала свою личную жизнь.) Возможно, то, что она не говорит (или людей, которых не упоминает), столь же значимо, как и те, что она делает; вы должны внимательно прочитать книгу. Я хотел бы прочитать комментарии других по таким вопросам !! И нет, как вы оба говорите, в этой книге не столько о танце, сколько хотелось бы многим из нас.Я подозреваю, что это упущение тоже показательно. Это определенно наводит на мысль, что танцы были не тем, что Плисецкой было тяжелее всего в жизни.

Книга понравилась тем, что пролила свет на кулисы и правительственные происки … а также на трудности и компромиссы в жизни танцора. Есть эпизоды, которые особенно увлекательны (например, тот первый визит в Нью-Йорк). Но больше всего мне понравилось то, что я почувствовал, что слышу голос настоящей Майи Плисецкой. (Итак, я был рад, что она написала книгу сама, несмотря на ее недостатки.) Это женщина безмерно талантливая и очень и очень сильная. (Я все еще размышляю над теми 800 Лебедиными озерами, которые, по ее словам, она танцевала … не говоря уже об огромном количестве выступлений в других балетах.) Она также удивительно целеустремленна, и я предполагаю, что с ней было утомительно работать (хотя она, возможно, не осознавала что сама).

Образ жизни, который она описывает, очень отличается (слава богу) от жизни, которую ведет большинство из нас. Но об этом стоит прочитать.

И я все еще говорю, что это отличная рождественская книга.

Нора и Машинка (и другие), хотелось бы услышать больше ваших мыслей.

— Венди

Майя Плисецкая | Еврейский женский архив

Майя Плисецкая, одна из легендарных балерин своего поколения, родилась в Москве в 1925 году. Обе стороны ее семьи были евреями. Ее отец Михаил, инженер и коммунист-идеалист, был из Белоруссии; ее мать, Рахиль (1902–1993), была киноактрисой, принадлежавшей к известному русско-еврейскому театральному клану «Мессереры», в который входили актеры, а также участники знаменитого балета Большого театра.Дядя Плисецкой, Асаф Мессерер (1903–1992), был блестящим представителем новой мужской виртуозной техники, а ее тетя Суламиф Мессерер была в первом поколении советских балерин. Оба стали выдающимися учителями и должны были сыграть важную роль в карьере своей племянницы.

В 1934 году Плисецкая поступила в хореографическое училище Большого театра. Ее дары были очевидны. Она была высокой, стройной и музыкальной, с аппетитом к движениям и естественным прыжкам. Ее поместили в класс Елизаветы Гердт, бывшей балерины Марьинского театра, танцы которой излучали гармонию и академическую виртуозность старинного петербургского театра.Петербургская школа. Плисецкая усердно училась и в течение двух лет исполняла важные партии в школьном репертуаре. Слишком скоро она попала в водоворот исторических событий. В 1937 году ее отец был арестован и казнен; в 1938 году ее мать была арестована и отправлена ​​в лагерь в Казахстане. Суламиф приняла Плисецкую; Асаф приютил своего старшего брата Азари (который также стал танцором и частым партнером Алисии Алонсо в 1960-х годах).

Суламиф, неутомимая, вооруженная медалями, перевела сестру из трудового лагеря в захудалый казахский городок, где Плисецкая навестила ее в 1939 году.Именно здесь, под попурри Чайковского в исполнении другого изгнанника, будущая балерина исполнила версию «Умирающий лебедь» , одно из своих самых знаменитых соло. В 1941 году ее мать была освобождена, но через несколько месяцев, когда страна находилась в состоянии войны с Германией, семья снова была перемещена, на этот раз в Свердловск. После года вынужденного безделья Плисецкая нелегально вернулась в Москву, чтобы возобновить учебу. В 1943 году перешла в Большой театр.

Ее взлет был быстрым. В первом сезоне она исполнила более двадцати важных ролей, репетируя некоторые из них, в том числе Мазурку в Шопениана и Фею Сирени в Спящая красавица с легендарным педагогом Агриппиной Вагановой.В последующие годы ей попались сливовые роли — Мирта в Жизель (1944), главная роль в Раймонда (1945), двойная роль Одетты-Одиллии в Лебединое озеро (1947), Китри в Дон Кихот (1950), Вакханка в сцене Вальпургиевой ночи из Фауст (1950) и заглавная роль в Лауренсия (1956). В Фонтан Бахчисари она была в паре со старшей балериной Большого театра Галиной Улановой, которая, по словам критика Вадима Гаевского, «разыграла трагедию чистоты…. а Плисецкая разыграла трагедию страсти … естественного человеческого инстинкта, внезапно запрещенного и изгнанного из жизни ». Она была перфекционисткой, которая могла потратить годы на переосмысление роли (например, звездная героиня Ромео и Джульетта ), и прогрессивной девушкой, желающей исследовать новые стили. Она танцевала в произведениях Касиана Голейзовского и Леонида Якобсона, в том числе в подвергнутой критике «современной» версии Spartacus (1962). Она также появилась в ранних балетах «Каменный цветок » (1959) и «Легенда о любви» (1965) ее будущего врага Юрия Григоровича, который в 1964 году стал художественным руководителем Большого театра.

Немногие из этих ролей были созданы для Плисецкой, но она придала им силу своей незаурядной личности. «У нее необычайная способность заставлять свое тело действовать как послушный инструмент для передачи того пластического стиля и образа, который она изображает», — писал критик в 1960-х годах. «Ее музыкальность и манера речи необычайны». Она любила широкие, размашистые движения и динамичные, захватывающие пространство прыжки. Ее растяжки были высокими, линия длинной, и в фильмах того периода она выглядит необычно современной.Она была очень драматичной. Она верила в рассказывание историй и танцевала их со страстью. «Ее руки, — писал русский критик, — могут крутиться, как змеи, и биться, как ленты на ветру. … [I] во втором акте «Лебединого озера» … … волнистые движения рук на прямом, неподвижном теле … создают образ парящего лебедя, гордой птицы, плывущей по гладкой воде ».

В 1959 году Плисецкая танцевала с Большим театром во время его первого гастрольного тура по США. Ранее ей запретили выезжать за границу из-за ее семейной истории, но теперь она стала международной звездой.Она провела несколько гастролей с Большим театром в 1960-х и 1970-х годах и, в отличие от других советских танцовщиц того периода, работала за границей, появляясь в балетах, поставленных для нее Роланом Пети и Морисом Бежаром. В 1967 году она поставила Кармен-сюита, ​​ — первое из нескольких совместных проектов с ее мужем, композитором Родионом Щедриным, за которого она вышла замуж в 1958 году. За балетом, который бросил вызов авторитету Григоровича как художественного руководителя, последовал балет Анна Каренина ( 1972 г.). Чайка (1980) и Дама с собакой (1985), постановки самой Плисецкой, основаны на ее магнетическом сценическом присутствии и драматической силе.

К концу 1970-х между ней и Григоровичем возник открытый разрыв, и она больше не гастролировала с основной труппой Большого, а во главе небольшого ансамбля танцоров Большого. Все чаще она проводила время за границей. В 1983–1984 годах была художественным руководителем балета Римской оперы. С 1987 по 1990 год она занимала аналогичную должность в Ballet del Teatro Lírico Nacional в Мадриде.Она заслужила звание Героя Социалистического Труда и лауреата премии журнала Dance Magazine 1965 года. Ее откровенные мемуары « I, Майя Плисецкая, » были опубликованы в России в 1994 году и в США в 2001 году. С 1990-х годов она живет в Мюнхене.

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *