Ник перумов странствия мага том 2: Читать онлайн «Странствия мага. Том 2», Ник Перумов – ЛитРес

Содержание

Странствия мага. Том 2 (Хранитель Мечей, #2.2) by Nick Perumov

Nick Perumov (Russian: Ник Перумов ) is the pen name of Nikolay Daniilovich Perumov (Russian: Николай Даниилович Перумов; born 21 November 1963), a Russian fantasy and science fiction writer.
Perumov was born November 21, 1963 in Leningrad, USSR. He began writing short stories since he was a teenager, and after reading The Lord of the Rings in the early 1980s, he became a fantasy fan. After studying at the Leningrad Polytechnical Institute, Perumov worked at a research institute, and later as a translator.

In 1985-1991 he his debut ‘Кольцо Тьмы ‘ (The Ring of Darkness), a fantasy triology, which consisted of two novels: Эльфийский Клинок (Elven Blade),Черное Копье (Black Lance)and Адамант Хенны. The events of the book took place in J. R. R. Tolkien’s Middle-earth, 300 years after the War of the Ring. Perumov initially regarded his novel as just a fan fiction written for friends, until one of his colleagues offered to publish it. In 1993 the duology, re-edited and renamed ‘Кольцо Тьмы’ (The Ring of Darkness) was published in Severo-Zapad publishing, which paid Perumov just $300. The Ring of Darkness has sold at least 100,000 copies, and ranked high in popularity among Russian fantasy readers. At the same time it also provoked a controversy in Tolkien fandom. Some Tolkien fans considered that no one has the right to write sequels to The Lord of the Rings and to change Middle-earth’s history. Other critics argue that Perumov eroded the edge between Good and Evil by giving Uruk-hai humanlike behaviour.

After the success of his debut, Perumov decided to start a career of professional writer. He wrote the novel ‘Гибель Богов’ (Godsdoom), the first to be set in Упорядоченное (The Consistent), his universe of multiple connected worlds. The Consistent became the main locale of his following books, including the most known, 8-volume series Хранитель Мечей (The Keeper of Swords).

Perumov’s books published in overall number of more than 4 millions of copies and translated to many languages, Northern and Eastern European mostly. One of his books, Godsdoom has also been translated to English. At Eurocon 2004 he was awarded as the best fiction writer of Europe.

Perumov now lives in the United States of America, where he works at a research center as a microbiologist. He claims writing is his ‘hobby’, while science is his work.

From Wikipedia, the free encyclopedia

Ник Перумов “Странствия Мага. Том 2″ аудиокнига слушать онлайн

Описание:

Аудиокнига «Странствия Мага Том 2» автора Ника Перумова входит в цикл «Летописи Разлома». Тяжелая дорога, политая кровью врагов и друзей, слезами отчаяния и скорби, приводит Хранителя Алмазного и Деревянного Мечей, мага и некроманта Фесса в Нарн, обитель Темных эльфов. Но хранители волшебного леса отказывают ему в пристанище, прозревая будущее черного волшебника, как апостола тьмы, которому на роду написано принести гибель Эвиалу. Не удалось Фесу найти убежище и у светлых эльфов. Приняв бой с верными слугами Инквизиции – воспитанниками замка Бренер и позволив захватить мага воздуха Джайлза, Фесс в третий раз нарушает слово некроманта. В сумбурной попытке отомстить Инквизиции Фесс теряет оставшихся друзей, обретенную любовь и как никогда близко приближается к Серым Пределам. Время странствий мага подходит к концу, наступает время одиночества мага.

  • Год выпуска: 2013 г.
  • Автор: Ник Перумов
  • Исполнитель: herhil
  • Жанр: фэнтези
  • Издательство: аудиокнига своими руками
  • Тип аудиокниги: аудиокнига
  • Аудио кодек: MP3
  • Битрейт аудио: 192 kbps

Цикл “Летописи Разлома”

  1. Алмазный меч, деревянный меч. Том 1
  2. Алмазный меч, деревянный меч. Том 2
  3. Хранитель Мечей. Рождение Мага
  4. Хранитель Мечей. Странствия мага. Том 1
  5. Хранитель Мечей. Странствия мага. Том 2
  6. Хранитель Мечей. Одиночество мага. Том 1
  7. Хранитель Мечей. Одиночество мага. Том 2
  8. Хранитель Мечей. Война мага. Том 1. Дебют
  9. Хранитель Мечей. Война мага. Том 2. Миттельшпиль
  10. Хранитель Мечей. Война мага. Том 3. Эндшпиль
  11. Хранитель Мечей. Война мага. Том 4. Конец игры. Часть 1
  12. Хранитель Мечей. Война мага. Том 4. Конец игры. Часть 2
  13. Дочь Некроманта
  14. Вернуть посох
  15. Эльфийская стража

Ник Перумов Странствия Мага. Том 2″ аудиокнига слушать онлайн Audiokniga.com.ua

Время звучания:

Аудиокнига «Странствия Мага Том 2» автора Ника Перумова входит в цикл «Летописи Разлома». Тяжелая дорога, политая кровью врагов и друзей, слезами отчаяния и скорби, приводит Хранителя Алмазного и Деревянного Мечей, мага и некроманта Фесса в Нарн, обитель Темных эльфов. Но хранители волшебного леса отказывают ему в пристанище, прозревая будущее черного волшебника, как апостола тьмы, которому на роду написано принести гибель Эвиалу. Не удалось Фесу найти убежище и у светлых эльфов. Приняв бой с  верными слугами Инквизиции — воспитанниками замка Бренер и позволив захватить мага воздуха Джайлза, Фесс в третий раз нарушает слово некроманта. В сумбурной попытке отомстить Инквизиции Фесс теряет оставшихся друзей, обретенную любовь и как никогда близко приближается к  Серым Пределам. Время странствий мага подходит к концу, наступает время одиночества мага.
  • Год выпуска: 2013 г.
  • Автор: Ник Перумов
  • Исполнитель: herhil
  • Жанр: фэнтези
  • Издательство: аудиокнига своими руками
  • Тип аудиокниги: аудиокнига
  • Аудио кодек: MP3
  • Битрейт аудио
    : 192 kbps

Ник Перумов Странствия Мага. Том 2″ — описание и краткое содержание, исполнитель: , слушайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Audiokniga.com.ua

Ник Перумов Странствия Мага. Том 2″ слушать онлайн бесплатно

Ник Перумов Странствия Мага. Том 2″ — слушать аудиокнигу онлайн бесплатно, автор Ник Перумов, исполнитель

Рекомендуемые книги

Аудиокниги похожие на «Ник Перумов Странствия Мага. Том 2″» слушать онлайн бесплатно полные версии.

Ник Перумов — Ник Перумов Странствия Мага. Том 2″ отзывы

Отзывы слушателей о книге Ник Перумов Странствия Мага. Том 2″, исполнитель: . Читайте комментарии и мнения людей о произведении.

Перумов/Книги — Сайт русских фантастов

ċ

Перумов1АлмазныйМеч,ДеревянныйМеч.Том1.fb2.zip
Скачать
Алмазный меч. Том 1  1429 кб версия 4 22 июн. 2011 г., 05:26 Тарас Світличний

ċ

Перумов1Алмазныймеч,деревянныймеч.Том2.fb2.zip
Скачать
Алмазный меч. Том 2  464 кб версия 3 22 июн. 2011 г., 05:26 Тарас Світличний

ċ

Перумов2Рождениемага.fb2.zip
Скачать
Рождение мага.  1367 кб версия 3 22 июн. 2011 г., 05:37 Тарас Світличний

ċ

Перумов3Странствиямага.Том1.fb2.zip
Скачать
Странствие мага Том 1  1582 кб версия 3 22 июн. 2011 г., 05:57 Тарас Світличний

ċ

Перумов3ХранительМечей.Странствиямага.Том2.fb2.zip
Скачать
Хранитель мечей. Странствие мага. Том 2 
1484 кб версия 3 22 июн. 2011 г., 05:57 Тарас Світличний

ċ

Перумов4Одиночествомага.Том1.fb2.zip
Скачать
Одиночество мага. Том 1   907 кб версия 4 22 июн. 2011 г., 06:00 Тарас Світличний

ċ

Перумов4ХранительМечей.Одиночествомага.Том2.fb2.zip
Скачать
Хранитель мечей. Одиночество мага. Том 2  1049 кб версия 5 22 июн. 2011 г., 06:01 Тарас Світличний

ċ

Перумов5ВойнаМага.Том1.fb2.zip
Скачать
Война мага. Том 1  1058 кб версия 5 22 июн. 2011 г., 06:01 Тарас Світличний

ċ

Перумов5ВойнаМага.Том2.fb2.zip
Скачать
Война мага. Том 2  1766 кб версия 6
22 июн. 2011 г., 06:01
Тарас Світличний

ċ

Перумов5Войнамага.Том3_Эндшпиль.fb2.zip
Скачать
Война мага. Том 3. Эндшпиль  1275 кб версия 4 22 июн. 2011 г., 06:01 Тарас Світличний

ċ

Перумов5Войнамага.Том4.Конецигры.Часть1.fb2.zip
Скачать
Война мага. Том 4. Конец игры. Часть 1  1089 кб версия 5 22 июн. 2011 г., 06:01 Тарас Світличний

ċ

Перумов5Войнамага.Том4.Конецигры.Часть2.fb2.zip
Скачать
Война мага. Том 4. Конец игры. Часть 2  1218 кб версия 5 22 июн. 2011 г., 06:01 Тарас Світличний

ċ

Перумов6Дочьнекроманта.fb2.zip
Скачать
Дочь Некроманта  1244 кб версия 5 22 июн. 2011 г., 06:01 Тарас Світличний

ċ

Перумов7Вернутьпосох.fb2.zip
Скачать
Вернуть посох  263 кб версия 5 22 июн. 2011 г., 06:01 Тарас Світличний

Project MUSE — The Year’s Work in Tolkien Studies 2018

I

введение [D avid B ratman ]

Подсчет выдающихся монографий о Толкиене за 2018 год следует начинать с 11 и смерть в JRR Толкина «Властелин колец» Эми Амендт-Радьюге (Кент, Огайо: Кентский штат, UP, 2018). Эта книга, скорее сокращенная, чем расширенная или переработанная на основе диссертации автора 2007 года из Университета Маркетт, получила стипендию Мифопоэтического общества 2020 года.« Языческие святые в Средиземье » Клаудио А. Тести (Цюрих: Ходячее дерево, 2018 г.) — еще одна известная монография года. Эта книга расширяет предыдущую работу Тести, в том числе «Работы Толкина: христианство или язычество? Предложение для« синтетического »подхода» в Tolkien Studies 10 (2013). Еще несколько интересных книг также описаны ниже.

Пустыня драконов: очерки в честь Верлина Флигера под редакцией Джона Д. Рателиффа (Wayzata, MN: The Gabbro Head, 2018) — это Festschrift, посвященный одному из выдающихся толкиенистов.Это очень большая книга, 448 страниц с 22 вкладами, 20 из которых достаточно связаны с Толкином, чтобы охватить их здесь. Том особенно примечателен тем, что в него включено «Канут и Беортнот», одно из последних эссе покойного Ричарда К. Уэста.

На другой стороне шкалы размеров в антологиях находится Поэзия и песня в произведениях Дж.Р.Р. Tolkien: Proceedings of the Tolkien Society Seminar 2017 , отредактированный Анной Милон (Эдинбург: Luna Press, 2018), 81-страничный том малого формата из четырех статей, занимающий 18-е место в серии Питера Роу Общества.

Две выдающиеся и необычные книги относятся к особым категориям. Одним из них является Падение Гондолина (Бостон: Houghton Mifflin Harcourt, 2018), последняя работа покойного Кристофера Толкина, редактирующего документы своего отца. Он представлен как последний том в серии книжных изданий для чтения трех Великих сказок Сильмариллиона после Дети Хурина (2007) и Берен и Лутиэн (2017).

Толкин: Создатель Средиземья , Кэтрин МакИлвейн (Оксфорд: Бодлеанская библиотека, 2018 г.), может рассматриваться как сувенирная подарочная книга, как и каталог выставки произведений искусства, документов и личных вещей Толкина в Бодлианской библиотеке в 2018 г. артефакты.Основная его часть представляет собой хорошо иллюстрированный каталог избранных экспонатов выставки, а первые семьдесят страниц состоят из заказных статей известных ученых, освещающих различные аспекты творчества Толкина. Этот том получил премию Общества Толкина 2021 года за лучшую книгу.

Журналы года включают том 15 настоящего журнала, Исследования Толкина: Ежегодный научный обзор ; выпуск 59 из Mallorn: The Journal of the Tolkien Society от зимы 2018 года; и два выпуска Mythlore: A Journal of J.Р. Р. Толкин, К. С. Льюис, Чарльз Уильямс и мифопоэтическая литература от Мифопоэтического общества, том. 36.2 (целый номер 132, от весны – лета 2018 г.) и vol. 37.1 (целый номер 133, осень – зима 2018 г.). Электронный журнал исследований Толкина с открытым доступом , размещенный на сайте research.valpo.edu, опубликовал свои тома 5 и 6 в течение 2018 года. Другие журналы, упомянутые здесь, также доступны в Интернете: старые выпуски Mallorn теперь общедоступны по адресу: журналы.толкинское общество.org/mallorn, а Mythlore заархивирован по адресу dc.swosu.edu/mythlore/.

Освещение в этом году, помимо обычных разбросанных отдельных статей, также включает в себя несколько статей из тома 35 из Inklings: Jahrbuch für Literatur und Ästhetik от Inklings-Gesellschaft für Literatur und Ästhetik, а также два информационных бюллетеня, посвященных Толкину, Общества Толкина. раз в два месяца Amon Hen и Beyond Bree американской группы специальных интересов Mensa Tolkien .Несколько других обществ либо пропустили дату публикации в 2018 году, либо не имели материалов о Толкине в своих публикациях года.

Библиография 2018 г. включала семь статей в различных журналах Н. Равикумара и Р. Чандрасекара, некоторые из них были опубликованы в соавторстве. При проверке в рамках Годовой работы некоторые из них оказались плагиатом и впоследствии были удалены из онлайн-баз данных их…

The Warrior’s Tale (Anteros, #2) Аллана Коула

Итак, дорогой читатель обзоров , мое путешествие в переосмысление дрянного эпического фэнтези 90-х, которое я, возможно, читал или не читал в детстве, продолжается.В прошлом году я погрузился в Дальние королевства составить себе компанию со сломанным локтем. В этом году, когда приближалась пандемия, я решил, что пришло время вернуться в эту вселенную с «История воина ». Аллан Коул и Крис Берч помещают Рали Антеро на место рассказчика.

Прошло несколько лет с тех пор, как Амальрик Антеро вернулся из Дальних Королевств. O

Итак, дорогой читатель рецензий, мое путешествие по переосмыслению дрянного эпического фэнтези 90-х, которое я то ли читал, то ли не читал в детстве, продолжается.В прошлом году я погрузился в Дальние королевства составить себе компанию со сломанным локтем. В этом году, когда приближалась пандемия, я решил, что пришло время вернуться в эту вселенную с «История воина ». Аллан Коул и Крис Берч помещают Рали Антеро на место рассказчика.

Прошло несколько лет с тех пор, как Амальрик Антеро вернулся из Дальних Королевств. Орисса процветает, но также находится на грани войны. Рали Антеро ведет свою Маранонскую гвардию, состоящую только из женщин, в бой против ликантианцев вместе с регулярной ориссанской армией.То, что должно было стать простой очисткой — выследить и уничтожить последнего архонта Ликанта, — превращается в многолетний квест, достойный Одиссеи Гомера . По пути Рали предстоит сражаться с пиратами, волшебниками, демонами и собственными внутренними неурядицами. Она воин? Волшебник? Что-то другое?

Несколько похвал этой книге: для 1990-х она прогрессивна с точки зрения сексуальности. Рали — открытая лесбиянка, и в ней нет ни намека на неодобрение со стороны авторов или щекотку. Конечно, она все еще лесбиянка, написанная с точки зрения двух парней, так что примите эту похвалу с большим шейкером поваренной соли, который ее сопровождает.Но на самом деле приятно, что герой этой книги не какой-то здоровенный белый чувак-воин, и очень забавно, что Берч и Коул награждают Рали теми сценами, которые мы могли бы ожидать от такого главного героя: она получает удовольствие от занятий любовью. , похвалу за ее мастерство и бодаться с менее пикантными лидерами наемников и других групп, к которым она должна присоединиться. Да, в книге довольно много фраз «Тяжело быть женщиной в мире мужчин», и через некоторое время это может начать звучать повторяющимся.Кроме того, неуклюжие описания sexytimes не заканчиваются в этой книге только потому, что Рали и другие трахают свой собственный секс.

Вот для чего нужны все боевые последовательности.

Это приключенческая сказка , и она соответствует своему обещанию. Рали и Ко шатаются от одной царапины к другой, но Берч и Коул не забывают давать нам достаточно времени, чтобы передохнуть между каждой главой. Попутно Рали развивается как персонаж. В начале книги она очень узко воспринимает свои обязанности: она командир Маранонской гвардии, и она отвечает за жизнь и честь своих женщин.По мере того, как путешествие, чтобы найти Архонта, а затем вернуться в Ориссу, продолжается, Рали понимает, что ей нужно расширить свой кругозор. Она должна принять во внимание весь ветхий флот, находящийся под ее командованием, и ей нужно использовать все, что есть в ее распоряжении, включая магию и хитрость. Рали вначале просто солдат; к концу она действительно воин .

Структура истории может показаться повторяющейся, но я считаю ее обнадеживающей. Как и в первой книге, здесь не так уж много, если вы надеетесь на фантастический роман, который изменит статус-кво.Есть проблески чего-то большего — ближе к концу Рали размышляет о том, как власть развращает и как попытки Архонта избежать смерти означают, что он должен постоянно расширять свой аппетит к власти. Эти темы и идеи лучше раскрываются в других фэнтезийных сериалах. Точно так же некоторые эпизоды в этой истории немного предсказуемы, как и вся фиаско с Сарзаной. Здесь есть методичность и, следовательно, посредственное качество построения сюжета, и в этом нет ничего особенного.

Эта серия по-прежнему является тонизирующим средством, которое мне нравится в моих фэнтезийных воспоминаниях 90-х.Вас это не удивит, но и не разочарует.

Мои отзывы о серии Anteros :
Дальние королевства


Алмазный меч деревянный 1 Ник Перумов. Книга Алмазный меч, деревянный меч Читать онлайн. Молитва о чаше, Знак Знак

Посвящается моим друзьям, старым и новым, фидошникам и другим сетям.

Мои адреса электронной почты:

[Электронная почта защищена] или 2: 5030 / 618.2 Фидонет.орг

Пролог

Пророчества

«Когда два брата обретут свободу, наступит конец времени»

«Найдутся люди, которых можно довести до отчаяния. И когда они останутся меньше речной гальки в ладошке, произойдет возгорание»

Айэнн мудрый, увиденный жителями Данана
Молитва о чаше, Знак Знак

«Верно вам говорю — бывает, что малый грех всю праведную жизнь превращает в ничто, и за беременность одной страдают.Конец этому! Мы живем праведно и скромно, потому что роются грехи мира, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, в каком из малых грехов качается чаша терпения.

И еще, и тоже верно говорю вам — трепещите! Ибо трое спящих зверей должны получить свободу, но им не будет дано право вредить живым существам не сразу, а только через три дня. А пока все трое не выпустят, чаша не пойдет.Так и я попрошу о том же, чтобы забрать у нас судьбу! Аминь»

Часть первая

Глава первая

До Пвалле я бы не дошла, лишь бы душ не поймал… Она проснулась, вырвав сына из зябкого сна. Сквозь пазы и резцы замерзшего навеса фургона врывался Октябрьский ветер. Старость и кашель не спасли, если бы не усталость, она бы не сомкнула глаз до утра. Очень старый шрам на шее — к дождю. Старый и ужасный шрам… очень страшно…

Опять дорога. Проклята ли она. И вечное «…Лишь бы душ не поймал…», в ​​разных вариациях, повторяли все труппы без исключения.

Да, местный душ действительно мог называться так, с большой буквы. Ему действительно предстояло не «зарядиться», а догнать — хмурый и темный, небесный человек шел с востока, горизонт дымится черным, словно там, вдали, невиданные пожары ушли — но обо всем, что касалось смертные дожди, люди пытались говорить самые обычные Слова, как будто это могло спасти от первооткрывателя с неба!

На этот раз эти слова произнес Кицум, старый клоун, никогда не расстававшийся с бутылкой.Руки у него уже были устрашающие, а изо рта пахло каким-то алхимическим отвращением, даже когда он редкостное дело! — случайно оказался трезвым. Он вышел на перрон только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» изменился с двухчиповой кружки на целую бутылку страшного гномского «каменного жара».

Она слонялась вокруг, тщетно пытаясь сохранить последние остатки тепла. Все, теперь будет повышен. Фургон остановится самое большее на несколько минут, наберется воды в придорожном колодце, а потом потащится дальше, по лесу, бесщеточному пустыню, через суболичь, пустырь, отделяя славный град укрытий от не менее славного сорта застойный.

«…только бы успеть, лишь бы душ не поймал…»

На ночлег не останавливались. Не размножались на привалах огня. Еду как-то Варганили на железном огрызке, опаха ради ван ради.

Потому что, если дождь волнует в пути, каждый может прочитать мусор.

Не дожидаясь розового в боку, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Заостренные уши и в самом деле придавали ей определенное сходство с кошкой — причем именно с дикой.

Агата — из колен Дана. Точнее, агонию называли люди — за редкие волосы, исциново-черные, Крыло Черной Херроу; А как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

«А, с меня хватит…» Китцум сел на свой кофр и увидел дымящийся чай из треснувшей кости кружки. Фургон полностью трясло, однако старый клоун не мог пролить ни капли неведомым образом.

Боги! Кицум пьет чай по утрам!

— Давай по делу, острый фланец. Выигранные котлы с вечера нечисты. А вода для вас — а тут и мистер Онфима — Трооша Натаск. Подарил б, или парень в благодарность…

Девушка (Скорее, девушка; по человеческим меркам она выглядела на четырнадцать лет, не старше; но сколько безвозмездно делала нечестивых, каждый верующий никогда не станет и задуматься об этом) насмешливо присел, расправляя складки широкого порта.

— Если пьешь чай, то неужели бочка гномояда показала дно, о почтенный кицум, и белизна грима щекой на платформе? — Агата ловко увернулась от ватки сливного башмака себе в голову и показала старику.

Китцум угостил ее лучшим В труппе. Если не считать, конечно, Труш, такую ​​же Парию, как и она.

Туфля врезалась в навес и, завершив полет, спустилась прямо на исток реки Трош, молодой парень, взятый в цирк онфима и онфима за редкое здоровье, от природы огромная сила и как огромная вкуснятина с доверчивостью .Он работал с тяжелыми стальными шарами, соединенными цепью, бросал их, крутил, вызывая неизменные охи, вздохи и закрывая лица Шалми на дебле месторождениях, по неразумным мужьям мужей Гербали, Острах или Чрезвычайной Ярмарке. Почти каждое выступление заканчивалось тем, что владелец Отима сначала брал Трошу за руку и куда-то увозил, возвращаясь каждый раз очень довольным. Парень появился не иначе как на следующее утро и на жадные вопросы Тукки и Токки, Брацева-Акробацева, отвечал лишь грозным пожиманием плечами:

«Да всю ночь скачок во мне, корова посажена…Лучше бы шары лишний раз перевернули. Удовольствие… какое? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Устал, вот и все. И ничего не дали. Как всегда…»

— О, — тут же открыл глаза дисциплинированный Троос. — Виноват, мистер Кицум… Я уже встаю, мистер Китцум…

— Помочь вам вылечиться, мистер Кицум? — Умело подделал голос, — продолжил Агат, уже склоняясь над котлами.

— ДУЛЬ!.. Угхать, агат, кроп-кот, это опять! Который раз я поймал на твоем дурацком фокусе!.

Девочка Дана фыркнула.

Пока не проснулись мистер ОНФИМ, братья-акробаты и другие обитатели двух цирковых фургонов, она могла себе это позволить. Потом пойдет в ход или орфография, терзающая плоть дочери племен. Если, конечно, она не будет подчиняться.

Агата пригвождена еще ниже.

Песок да ледяная вода — И стирай, как хочешь, замороженный жир с наукой. Как ни худо, господин Онфим-первый и братья-акробаты, наушники и хозяева-купальщики, сами себе не отказали.Правда, потом мистер Отфи взял ель и лично согнал лишний жир с оборванных братьев.

— Привет, Трош.

— О, здравствуй, острый… — Он покраснел, в один миг покончив с тьмой, которую точно напоили солнцем дикие южане-рыболовы с островов.

Забавно — парень, который на ярмарках каждый день обращался к какой-нибудь Кучихе, а потом и к скучающей даме знатной, проходил и смущался перед агатиматом неимоверно. Бездарное его сердце кажется пленником острой черноволосой Девы-Дану, омерзительной и богом нехллудда, по авторитетному мнению Лордов Мелины, Южной Имперской Столицы.

— Вы принесли воду, спасибо.

Не больно-то радостно начинать день с такой неприятной процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что он может вывести господина Онфима-первого. Иногда он не обращает никакого внимания на чистоту посуды, а иногда поднимает из-за этой неделикатной истерики, кумулятивной и порочной.

Трош хотел ответить, но полез еще больше и только рукой махнул.

— Ну и что я… Я Фреймы…

— Эй, вы что, вытянули глаза, ленивые тушки? — Гарнул от козла Нодлика, вторую половину ночи поймал как кучер.На самом деле они с Эвелин были жонглерами; Оба факта и потом рога наставляли друг друга, ссорились и дрались, но тотчас же приходили к полному согласию, когда дело доходило до насмешек или оскорблений у Агаты.

«Сколько у нас тасовка, Нодлик?.. Давай кинем вход, у меня тут чай», — откликнулся кисум. — Холодная дорога роняет грудь и душу, пора быстрей согреться!

Агата никогда не могла понять, как можно относиться ко всем по возможности — и к ней, и к Труше, и к Нодлике с Эвелиной, которые находили некое удовольствие заставить девушку-давать очередную гадость.

— Чай? Ты сказал чай о величайших комедиантах? — раздавил Нодлик. — Гони сюда эту дрянную кошку! Агата! Давайте двигаться, не момент мы поднимаемся на нас!

«Нам сказали не зря. Эвелин ни разу не упустила случая принять участие в бойне.

— Оставь, Нодлик. Таскает котлы.

— А… Самое место для такого дерьма, как эти Дану.Ну а потом Трик сюда.

«Ага,Ага,Подождите,господин Нодлик…» Ход поторопился.

Нодлик кинул ему(умело предположил конец одного из них троих им в глаза ) и передать козла внутри фургона.Он был высок, но весь какой-то неуклюжий, костлявый, надломленный, с вытянутой грустной физиономией, оживляемой без грима. Лоб жонглера покрывали многочисленные алкогольные прыщи; Редкие волосы, пегие из семечек, увешанные молчаливыми сосульками, — а ведь нетеплых на человеческом счету было всего тридцать пять! ..

— М…уже встали? .. — спросил хриплый голос, словно принадлежавший женщине. — Эй, сука, мой завтрак готов?

«Стерва» было у Эвелины самым ласковым словом для агады.

«Она чистит котлы, подружка», — нужно заметить Китцум.

— Ну ты и коза… Нашла, что доверит… Пусть онфим тоже за это кинул — все развлечения…

Агата за щеку дернула.

«Они все просто грязные свиньи. Грязные, пьяные, совокупляющиеся свиньи. Свинья может стукнуть Дану в грязь, но истинный Дану никогда не оборачивает против нее свой гнев». — Хотя, по правде говоря, этот центр извлечен из Атанна -Ээуй Ахимм, Танг-Эу-Ахим, если ты пишешь примитивные человеческие письма, царские шестистраничные, перестала утешать что-то в последнее время с агатом советоваться.

Теперь собрались все обитатели первого фургона. Кицум, Нодлик, Эвелин, Агата и Трош, сидящие на козлах. За вторым фургоном их цирк — значительно больше и богаче. Навес был новый и прочный, без единого резака. Ездил туда господин Онфим-первый, сам Еремя, Еремий — канатоукладчик, братья-акробаты и Таня — Смерть-Дева, как называли ее прекрасные имена. Сам г-н Отфим, как и положено собственнику, занимался сбором денег и распределением жалованья.Его однополезный брат онфим-секунду сидел в каждой келье, посылая брату-брату новости, где и когда выгодно устроить представление.

Агата — прислуга, посудомойка, швея, кухарка, танцовщица, музыкант, акробатка, живая кукла, которой Китцум на потеху самой меткой публики залезла на голову и другие части тела Бутафором, живая мишень в аттракционе смерть-Богородица — дополнила список артистов ONFIMA и ONFIMA» Надо ли говорить, что никакой зарплаты ей не полагалось.Тонкую шею Даны прикрыл заговорщический воротник из грубого железа. Она была рабыней без права искупления.

— Давайте, давайте, на молитву, скорей, — торопили остальные благочестивые Нодлики. — А тебе, Данька, Зенки свои годдеры понизить, Неча поглазеть, как народ честного истинного Бога молит…

Истинный Бог. Который отдал свою избранную землю в руки своего избранного народа, от глаза до глаза, заколебал своих врагов, укрепил свою твердыню и дал неудобную мощь своего оружия.А кто часто, каждый день, помогает ему и сейчас.

Все в фургоне, за исключением Агаты, затянулись молитвой. Церковь не допускала ни причастия, ни крещения. Они имели право существовать либо как побежденные враги — то есть как рабы; Или пока враги не побеждены, но это, конечно, временно.

Невольно Агати прислушивался к монотонно булькающим голосам.

— … и не пропустите, чтобы случилось зло…

— Боже, избавь нас от …

Все как обычно. Эту утреннюю молитву Агат уже выучил наизусть. Ее гнушади жрецы в невольничьем лагере, который был убит всеми, только что взятыми в плен, Попам отвечали на оплодотворенные голоса стражников; Тянули тюремщиков в заведении для тех, кто не хотел завершать рабский ошейник; — бормотали толстяки, выворачивая хоть немного удачи, то есть удачного обмана; Шкуры хозяйки, пришедшей выбирать себе служанку, и мужа — наложницы, для Данана не люди, а всего лишь сосуд для удовлетворения низких крестьянских потребностей…

Агата слушала молитву. Иногда, наверное, сила этого нового Бога, если он дал страшную боевую магию Хуманшам, в исконных землях Дану, Эльфов, Гномов, Орков, Троллей, Кобольдов, Халфов, Хедов, Гурров, Харридов и многих других — Помогала создать мрачную империю, страх и ужас всех нечеловеческих рас, ненасытное чудовище, пожирающее сердце и печень своих врагов, выжидательно легионами, которые идут все дальше и дальше, к Берегу Океанскому. И вместо гордых лебединых кораблей эльфов и Даны, несущихся по волнам в стремительном полете, море теперь разговаривает с мечеными носами боевой галереи, обставленной красной медью…

… и епископат ученый, в век правила «разделяй и властвуй», а нынче самые полезные Империи свободны, народ непревзойденных воинов, объявлен допущенных к причащению, вот уже покорил половинки объявили «просвещение хождением», их поселенцы и деревни раздавлены могильной данью, церковью, Орденом и Императорской Десятью, но — оставлены в относительном покое.

Церковь и волхвы милостиво разрешили что-то торговать глубоко под землей гномов, выполнять какие-то черные работы оркам, троллям и гоблинам, они скучают по имперским рынкам и мрачным караванам кобольдов.

А правящие боги и эльфы объявлены вне закона. Как ненадежная изгородь, гурра, харридес. Но эти вряд ли толком понимают, что происходит, убийцы и дикие кровососы, с ними еще плясала беспощадная война, бывшие хозяева лесов…

Руки Агаты, не требующие вмешательства головы, все это время мечтали о железе внутри котлов.

— Вы уже закончили? «Эвелин Претчили огляделась вокруг стали с невероятным блеском.- Но мы сейчас проверим…

— Эй, ты, там, по голове! — закричали сзади.

Агата поднял голову.

Здоровенная повозка г-на Онфима-первого тянула Ширетррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррргейеры заряженных лошадей заряжены парами. Впереди фронта водил наждак — змееметатель; Однако теперь он не трещал, а как раз наоборот, прыгал и махал руками.

— по голове! Молился так, аль нет? Мистер Онфим спросил! А еще — Беги сюда! Господин Онфим Данка немедленно требует к себе!

— Молился, молился, — заблокировал Нодлик.

В муномийном взгляде Китсум, устремленной на Агату, блеснуло что-то похожее на сочувствие.

Хозяину бродячего цирка рано пришла беда. Обычно в пути он вылавливал глаза не раньше полудня. Молился; После этого его взяли за дела. Собственно, это означало неприятности для всех без исключения художников, в том числе и для бастующих братств; Только смерть-Дева, с энтузиазмом подогретая г-ном Онфимом-первой по вечерам, в постели могла чувствовать себя в относительной безопасности.

Здесь, среди отходов субъекта, с висящим на плечах смертным душем, быть выброшенным из фургонов означало верную смерть. Мистер Отфим был в ярости, ведь добрую четверть сезонной прибыли приходилось отдавать Остра Магу, навязавшим лошадям проводить покой.

Девушка-Дан соскользнула за борт фургона, просто стремительная ласка. В ее движениях была нечеловеческая гибкость и плавность, казалось, что она не бежит, а течет, именно по стержню.

Троос окинула Агату долгим взглядом и вздохнула.

— Ну, теперь достанется этой суке! Эвелин злобно фыркнула. — Так я и не понял, мы что, без завтрака остались?

«Мы выживем», бросил спокойный кицум. Как ни странно, он не спешил прикладываться к бутылке — то ли запасы действительно иссякли, то ли во сне он сам был святой перевязкой, ненавистником пьяниц.

Эвелин скривился, а он молчит — как-то пытались устроить клоуна «Темного» с нодликом. Жонглер опоздал на неделю, и Эвелин пришлось изрядно расстроиться, чтобы волшебница-косметичка поправила ей знаменитую асимметрию физиономии.Больше не решали.

Гнев его женщины тут же усадил Нодлика. Покрутив головой в плечах, он принялся за ветхого.

* * *

Агата ловко уворачивалась от холодка, который совсем рядом с хлыстом. Заклинатель змей разочарованно тонет.

– Доброе утро, господин Еремий, «Медовый голос Агаты пропал, бросил вызов на бегу сделать обнову. Разбился за борт телеги и одним движением оказался внутри.

В вагоне господину Онфиме было тепло.Печей здесь было аж две, причем одна – лазающая с камнями. В обоих уже горел огонь. Возле печей столкнули бартеров-акробатов, которых крайне раздражает такой оборот событий. Физиомы у обоих сажевых покровов.

Мистер Онфим, он забрался на купе, укутанный в четыре слоя одеял. Рядом Таня-Смерть, несущая смывные плиты.

Да, беспрецедентное дело. Мистер Онфим отвез свою любовницу готовить! Обычно она занималась Раб-Дэном; Сегодня, видите, что-то особенное произошло.

Хозяину цирка не понравилось их приветствие. Даже с Танышем он разговаривал, как правило, так: «Ну что, готов? Сколько ждать? Берегись юбка, сука, и Нагибая! А ты отворачивайся, быдло…»

«Проходим остатки леса Трунг», — застрял ONFIM. — А теперь остановимся. И иди. Вместе с вами. Возьмите свои собственные влияния. Да не заставляй меня ждать! Не то…

— Да, мистер Онфим, — поклонилась Дана Лоу.

«Грязные свиньи. Напоенный лес! Западная граница земли Дану… последний оплот. Я знал, что он будет на нашем пути… Он позвал меня, он узнал меня за десяток лье — но я не мог видеть ошейника на моей шее… Великие боги, онфим, оказывается, знает толк история! .. И я должен буду выглядеть так, как Нога несчастного человека налита святой землей моих отцов! .. »

Однако сделать он все равно ничего не мог. Ошейник веревкой искусных магов.

Онфим сбросил одеяла. не заботился о трапе бродячего цирка, недавно обозревавшего шестой десяток, повторившего изрядно живота, большого любителя пива и женщин — как человеческих, так и нечеловеческих рас.Куда ни девались задумчивые щеки, а черные глаза горели настоящим, живым огнем, — этого не случалось даже в самые счастливые минуты его жизни, когда он считал выручку.

«Я жду», холодно напомнил он.

Агата молча поклонилась.

— Ереми! Прекрати, — скомандовал онфим.

Братц-акробаты посмотрели на Данана злыми крысиными глазами.

Догнать головной фургон, прихватить теплый плащ — осталось только дотянуться до дороги ботинками, дело одной минуты.Телеги со скрипом остановились; Китцум, радуясь ее устам, посмотрела на хозяйку.

— Мистер… Мистер Онфим! — От испуга он хрипел и спотыкался чуть ли не на каждом слоге. — Дождь… Мистер Онфим…

Агата чуть не упала, заметив улыбку на тонких бескровных губах хозяина.

— Все в порядке, кицум. Я все предоставил. В том числе и на этой остановке. Жди нас… Мы ненадолго, в то же время до вечера. А чтобы у горячих голов был соблазн соблазниться флешем с фургоном и деньгами, наложу заклятие на лошадей.

Он поднял руку. На безымянном пальце Агата увидела кольцо изумрудного цвета с камнем в дешевой бронзовой оправе. Онфим пробормотал слова пароля, и камень вспыхнул, исчезнув в ярко-зеленом пламени. На ринге осталось только пустое гнездо.

На мгновение заложили уши.

«К моему приезду, чтобы в фургоне было повешено и ужин готов», — приказал онфиму неприятный голос. — А теперь подойди, Данька! .. отработай свой хлеб! ..

Агата молча двинулась вперед.

«Ты меня удивил, онфим. Никогда бы не подумал, что ты знаешь про наш лес. Никогда бы не подумал, что ты захочешь в него залезть. Но самое главное, что тебе нужно в Друнговом лесу? Твои волшебники обшарили его вдоль и поперёк.Да и народ побывал у многих — искали Золотого Дану,дураки…Ты не то что дурак,онфим.Ты грязная,жестокая,развратная и бесчестная свинья,онфим,но у в то же время ты не глупый.Так зачем ты понадобился в нашем лесу?»

Деревья вдоль дороги росли обычные, человеческие. Пыль Деревья, как они называли своего истинного Дану. Маленькие, тощие, запутанные гнилью и волнами, местами оплетенные паутиной тутового шелкопряда. Их ненавистные глаза вонзились в спину Агаты; В вольные рты распахивались, гася поток грязных и отвратительных ругательств, не свойственных никому, кроме нее. Желание быть изнасилованным и задушенным собственным отцом могло быть на этом фоне отделкой изысканной вежливостью.

Чуть дальше от дороги лес стал чище.Оно и понятно — деревья вдоль урочища приняли на себя все злые прохожие, все их горе и разочарование, и потому они болели, чали, но не умирали и даже давали потомство. Бесконечность МУК только увеличила злобу.

Ветки пытались вцепиться в агат в волосы, поцарапать глаза — онфим хлопнул по ним тонкой костяной стопкой, и девушка почувствовала внезапный ледяной укол под ложечкой — желтоватая косточка явно была прибита к какой-то орфографии , и несмотря на простой.

— Что встал? Ну, гуляй, резко!

Пробирались через унылые чащи — листья и трава казались покрытыми пылью, хотя где тут пыль? С соснами соседствовали Липы и Чисты, грабли и пихты — результат вселенского волшебного хаоса в годы войны с Дану, о котором человеческие шахтеры поют на каждой ярмарке, на каждой торговле и на каждом постоялом дворе.

Выжившие Дану стараются не вспоминать об этом.

— Куда идти, господин?ОНФИМ? — Еще одна жалкая попытка самообороны. Не мастер , а мр. , просто вежливое обращение…

— Не делай вид, что не знаешь, резко. Устрой меня к другу! Вглубь! Ты чувствуешь это, я знаю. Держать!

Агата коротко поклонилась. Закрытые на мгновение глаза, отремонтированные от больного, злого леса, жалких на него пародий, окружавших ее теперь; Чувства девушки-Дану тянулись вперед, к невысокому холму, где еще текли быстрые, неугасающие ручьи, где настоящие Лхаданн Наастонн, настоящие деревья, где все остальное, даже воздух еще поднимались на косойратах…

Где родина отдана.

Лес откликнулся сразу — исполинские ветки гигантских ветвей, нежное трепетание листвы листвы (когда Дана отступила, Лхаданн Наастонн научилась сбрасывать зимнюю листву — наивная попытка защитить от гнева Хуманов, чей закон «уничтожить незнакомый!»).

Онфим проходил за Агатой в три-четыре шага. Правая рука на Эфесе Сабли; Слева сжимает стопку костей. Слышали о монстрах друга, происходящих из остатков злой магии, что твердая метла древних людей была твердой?

Сама Агата толком ничего не знала, но надеялась, что ее кровь, кровь отданная, послужит надежной защитой.Это уже было, и не раз.

Разное, выброшенный человеческий лес отступил. Среди сорной травы мелькнул пушистый слеток ССортти, на ветках вполне обычная Дубка Алель Лейси Вакан Доконни, а вот и первый кустик Голубой Ауозинн, — считай, пришел.

«Здравствуй, друг. Человеческий гортань не может передать созвучие твоего истинного имени: папа’рраунд’гот. Даже примитивный кукольный никнейм (хотя он и не имеет почти ничего общего с твоим настоящим ником) не по зубам.Препарат, средство, медикамент! Кличка собаки, или племенной бык…

Ну ты начал, папа’рраунд’достал. Я ступаю по твоей земле, и моя шея покрыта злым человеческим железом. Рассыпанное железо. И я бессилен против него. Я мог умереть, но меня учили жизни и мести. И поэтому я руковожу этим грязным хуманом, чье дыхание мерцает разлагающейся иссушенностью. Прости меня, Великий Лес, мне жаль мою ветреную внучку, она слишком долго пела и плясала… Но теперь она платит всему племени Данана.

— Мы на границе друга, господинОнфим.

— Попробуй, резко, и, может быть, проживешь сегодняшний день без окропления. Давай раньше! Устроили кому говорят!

Если онфим и удивился зрелищу открывшему его, то она не показывалась на виду.

Началось действие наркотиков. Исчезли кривые, поломанные стволы, сожженные вредителями жесткие листья. Шуршащие венцы раскрылись над их головами, зазвенели птичьи голоса. Перед коленом встала мягкая душистая трава (и это в октябре!), True Oend’Artonn, чья целебная сила поспорила бы с любым алхимическим ядом.Деревья стали больше и вверху, ветви их обвились, а внизу, менее могучие корни, окруженные молодым камешком подлеска, Не грело — другое чудо леса дано.

«Как странно… Лес жив. Папа’Рраунд’Гот жив, несмотря на падение всего волшебного Данана, несмотря на то, что его дети истреблены и рассеяны… Что-то держит тебя, великий лес, что-то убережет от полной смерти… Да в чем вопрос…»

— Степай, Данька, Стенгай. Устрой мне в сердце друга, «г. – повторил Онфим.

«Но он не совсем боится… совсем-совсем!»

От некуда взять, под ногами появился след. Мчался, засучив рукава под ноги, ловко уворачивался от коричневатых ромад Руранцетов, нырял под свисающими ветвями Русмеллоу, чьи изящные золотисто-зеленые листья упорно сопротивлялись активу осени, мимо других чудес Великого Леса, мимо, мимо, мимо …

Когда-то папа’рраунд’гот мог пересечься с меньшим через неделю. Затем тракт Плумбы сшивает его почти пополам, точно поражая меч противника. Дело в том, что южная часть дороги была уничтожена магами Красной Арки с помощью жителей перенаселенного окрестностей жителей окрестных кварталов. Северная часть леса находилась во владении Ордена Нергов, однако те, то ли им присуще бесцветное равнодушие к внешнему миру, то ли еще кто-то, не искоренили наследие Бога Бог.Окраины Великого Леса погибли сами, благочестивые правители окрестных земель, вырытых епископством, послали на гибель одну лесорубную экспедицию. Друг давно должен был исчезнуть… Однако отступать, именно воин, до самого последнего рубежа (теперь, чтобы его пройти, требовался всего один день), и оглушать изо всех сил — и как-то это было чудо . О нем стали ходить самые страшные слухи. Агата знала, что эти слухи почти полностью соответствуют действительности. Недаром онфим прихватил с собой стопку конспирологии…

След оставлен огромным непокрытым стволом древней раггачмии, резко ныряющим в полый лист. Агата еле заметно усмехнулась, стараясь не сойти с подножки.

В ДАД «РУН» ПОЛ»Е не было ели. Не было дыр, провалов, размытости и тому подобного. Ровные холмы, покрытые густым лесом, проходящий синими лентами ручей — вот что такое истина друг есть. И нашли на пути Ямина только одного…

«Дочь Дану, мы верны этим клятвам.Сила леса готова служить вам.

«Ты… кто ты?»

«Мы блеклые, о дщерь Дана. Гнев гнева — наш отец; Лесная боль — наша мать. Мы рождены для борьбы. Humanz, иду за тобой…»

«На мне запечатанный им ошейник. Если ты его убьешь, я никогда не смогу избавиться от этого штампа… Но все же — да укрепит черная мать твою силу, безродную! »

«Тогда пусть он войдет в наше логово.Вне этого мы бессильны. Магический Орден Неден слишком силен.

Агата укрепила могучий ствол… почти сразу почувствовала, что онфим замерла и напряглась. Не развернулась — скатилась такой же легкой ступенькой вниз, по зеленоватой ей предстояло перебраться по заросшим, с крутыми склонами

Онфим не пошел за ней

— Назад, проницательная тварь!!!.. ведет в капкан, — криво крикнула онфим, рука ее, сжимая стопку, немного дрожала. — Ты новорожденный, не чувствуешь?

Он определенно изменился. Как будто спала старая маска. Рука его лежала на Эфесе, ноги слегка набиты, поза казалась почти обычной… но вроде бы.

Агате пришлось звонить на все выдержки, чтобы не кричать. Это была исходная позиция упражнения «Семь зеленых драконов проходят над морем», выполняемого кривым мечом Цзуи — откуда это могло быть известно за меланодасий застойный цирк?

— Я не чувствую никакой опасности, господин.Онфим.

— Смотри сюда! — жестко приказал он.

Железнодорожный хомут внезапно стал невыносимо горячим. Улучшение пришлось вернуть.

— А теперь посмотрите, — онфим поднял стопку, указывая им на уста лица.

«Бегите, братья! Бегите!!!»

Она не знала, добивалась своего обращения или нет. С конца стога аллейную молнию разорвало, и овраг в один миг залило пламя.

«Ковчег Магического Ордена. Это понятно.Остраген — их владения…»

— Вот так. — Онфиме показался угрюмым. — Теперь мы можем идти. — В его голосе снова зазвучали обычные ноты — нотки жадного и рядом стоящего хозяина жалкой бродяги цирк.- Пришлось провести заклятие… Правда Боже, это стоило мне пятнадцати грасинов! Пятнадцать полновесных золотых зехинов с портретом императора, и продлит небо его дней!..

Огонь был подрумяниваются на короткое время Магия убивает быстро

Они миновали обугленные склоны.Преобладала тишина.

Агата ушла, точно во сне.

«Онфимэ владеет силой! Не может быть, чтобы дуги арки так просто разнесли боевые заклинания! Не продали бы ее ни в пятнадцать, ни в сто пятьдесят зехинов! Врешь, онфим! Ты сам — из числа адептов Ордена Ковчега! Не иначе!..»

— Ведем себя, резко, — хрипло сказал мужчина за ее спиной. — Ардиенты, веди, да смотри, не ошибись в следующий раз Я умею распознавать убежище поблекшее.Иди… И скажи, что чувствуешь, но смотри, не упусти ни одной мелочи!

«Лучше бы ты приказал мне раздеться и лечь под тебя, быдло!»

— Я немного пришиваю твое ожерелье, Ишабус. Чтобы развязать язык.

Резко и внезапно почуяло Пало.

Боль заставила Агату броситься вперед — броситься вслепую, отчаянно. Она не падала в ноги человеку, не просила пощады, она просто бежала туда, куда вело ее чутье.Воля, гнев — все исчезло. Слезы катились по щекам, она их не замечала; Мысли уходили, исчезая под натиском всемогущей боли. Заклинания злого ошейника не разрешалось накладывать на ход силы Дану; Все, что она могла, — это ринуться вперед, точно сбив Лана. Звонок в один-единственный путь, в конце которого ждешь спасения.

Лес что-то ей крикнул, она не разобрала. О, если бы не этот проклятый ошейник! Она легко выдержала бы пытку водой…

Алмазный меч, деревянный меч. Том 2. Ник Перумс

(Нет оценок нет)

Название: Алмазный меч, деревянный меч. Том 2.

О книге «Алмазный меч, деревянный меч. Том 2» Ник Перумс

Всем признанный мастер своего дела, настоящий гений, который, кажется, не перестает творить ни на минуту — Ник Перумс. Из-под его пера вышло множество книг, циклов, мультидомариев. Кажется, что новые творческие идеи сыплются от автора, как из рогов изобилия.И несмотря на то, что работ, созданных автором, огромное множество, качество каждой последующей не страдает. Предлагаем вашему вниманию книгу «Бриллиантовый меч, деревянный меч. Том 2. Наверное, для настоящих поклонников Перумова любые слова об этой книге будут лишними. Для тех, кто только знакомится с его творчеством, достаточно будет прочитать только одна книга для формирования личного авторитетного мнения об авторе и произведениях.

«Алмазный меч, Деревянный меч. Том 2» Настоящее, качественное современное боевое фэнтези.Начни читать, и вернуться к реальной действительности нашего мира будет очень и очень сложно. Великолепная антитеза полностью вымышленному миру, который кажется куда более реалистичным. В этой книге Перумов продолжает эпопею мечей, рассказ об основателях многовековой империи, когда-то победивших орках и эльфах, гномах и даже Дане. Об Империи, которая построена и держится на страхе и крови. Вся тронная сила основана на семи магических орденах, обладающих абсолютной властью над всеми жителями страны и даже над императором.Но у одичалых леса Трунг пробуждается священный меч иммигрантов, а в пещерах племени субгроков — меч драгниров. А это означает только одно — приближается день начала Великой Битвы и Чудовищной Мести. Кто сможет убежать, кто устоит, а кто победит – наиболее подробно путь изложен на страницах книги.

Книга «Алмазный меч, деревянный меч. Том 2» стала точкой пересечения персонажей многих томов, магов и богов, императоров, их судеб.Каждый из героев, даже второстепенный, проработан детально и плавно вплетен в основную сюжетную линию. Книга читается на одном дыхании, что неудивительно. Невероятная динамика и способ построения сюжета не отпускают внимание читателя ни на минуту, а постоянно подогретое любопытство заставляет дочитать книгу до последней страницы и тут же взяться за новую.
Эта книга, как и все произведения Перумова, невероятно увлекательна, красочна и полна неожиданных историй. Всем любителям этого жанра и этого автора, безусловно, рекомендуется к прочтению.

На нашем сайте о книгах LifeInBooks.NET вы можете скачать бесплатно без регистрации или читать онлайн книгу «Бриллиантовый меч, деревянный меч. Том 2» Ника Пермова в форматах Epub, FB2, TXT, RTF, PDF для iPad, iPhone, Android и Kindle . Книга подарит вам массу приятных моментов и истинное удовольствие от чтения. Купить полную версию Вы можете у нашего партнера. Также мы найдем свежие новости из литературного мира, узнаем биографии любимых авторов. Для начинающих писателей есть отдельный раздел с полезными советами и рекомендациями, интересными статьями, благодаря которым вы сами сможете попробовать свои силы в литературном мастерстве.

Ник Перумс

Алмазный меч, деревянный меч. Книга 1.

Посвящается моим друзьям, старым и новым, фидошникам и другим сетям.

Мои адреса электронной почты:

Или 2: 5030 / 618.2 Fidonet.org

Пророчества

«Когда два брата обретут свободу, наступит конец времени»

«Найдутся люди, которые будут доведены до отчаяния. И когда они останутся мельче речной гальки в ладошке, произойдет воспламенение»

Iaienne wise, увиденное жителями Данана

Молящиеся о чаше, Sign Sign

«Верно говорю вам — бывает, что малый грех всю праведную жизнь превращает в ничто, и за беременность одной страдают.Конец этому! Мы живем праведно и скромно, потому что роются грехи мира, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, в каком из малых грехов качается чаша терпения.

И еще, и тоже вам истинно говорю — трепещите! Ибо три зверя спящих должны получить свободу, но им не будет дано право вредить живым тварям сразу, а только через три дня. А пока все трое не выпустят, чаша не пойдет.Так и я попрошу о том же, чтобы забрать у нас судьбу! Аминь»

Часть первая

Глава первая

До Пвалле я бы не дошла, лишь бы душ не поймал… Она проснулась, вырвавшись из сына, зябкого сна. Сквозь канавки и резцы из фургонного навеса заледенел Октябрьский ветер.Старый и кашель не спас,если бы не усталость,она не закрыла бы глаза до утра.Очень старый шрам на шее — к дождю.Старый и страшный шрам… очень страшно…

Опять дорога. Проклята ли она. И вечное «…Лишь бы душ не поймал…», в ​​разных вариациях, повторяли все труппы без исключения.

Да, местный душ действительно мог называться так, с большой буквы. Ему действительно предстояло не «зарядиться», а догнать — хмурый и темный, небесный человек шел с востока, горизонт дымится черным, словно там, вдали, невиданные пожары ушли — но обо всем, что касалось смертные дожди, люди пытались говорить самые обычные Слова, как будто это могло спасти от первооткрывателя с неба!

На этот раз эти слова произнес Кицум, старый клоун, никогда не расстававшийся с бутылкой.Руки у него уже были устрашающие, а изо рта пахло каким-то алхимическим отвращением, даже когда он редкостное дело! — случайно оказался трезвым. Он вышел на перрон только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» изменился с двухчиповой кружки на целую бутылку страшного гномского «каменного жара».

Она слонялась вокруг, тщетно пытаясь сохранить последние остатки тепла. Все, теперь будет повышен. Фургон остановится самое большее на несколько минут, наберется воды в придорожном колодце, а потом потащится дальше, по лесу, бесщеточному пустыню, через суболичь, пустырь, отделяя славный град укрытий от не менее славного сорта застойный.

«…только бы успеть, лишь бы душ не поймал…»

На ночлег не останавливались. Не размножались на привалах огня. Еду как-то Варганили на железном огрызке, опаха ради ван ради.

Потому что, если дождь волнует в пути, каждый может прочитать мусор.

Не дожидаясь розового в боку, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Заостренные уши и в самом деле придавали ей определенное сходство с кошкой — причем именно с дикой.

Агата — из колен Дана. Точнее, агонию называли люди — за редкие волосы, исциново-черные, Крыло Черной Херроу; А как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

«А, с меня хватит…» Китцум сел на свой кофр и увидел дымящийся чай из треснувшей кости кружки. Фургон полностью трясло, однако старый клоун не мог пролить ни капли неведомым образом.

Боги! Кицум пьет чай по утрам!

— Давай по делу, острый фланец. Выигранные котлы с вечера нечисты. А вода для вас — а тут и мистер Онфима — Трооша Натаск. Подарил б, или парень в благодарность…

Девушка (Скорее, девушка; по человеческим меркам она выглядела на четырнадцать лет, не старше; но сколько безвозмездно делала нечестивых, каждый верующий никогда не станет и задуматься об этом) насмешливо присел, расправляя складки широкого порта.

— Если пьешь чай, то неужели бочка гномояда показала дно, о почтенный кицум, и белизна грима щекой на платформе? — Агата ловко увернулась от ватки сливного башмака себе в голову и показала старику.

Китцум угостил ее лучшим В труппе. Если не считать, конечно, Труш, такую ​​же Парию, как и она.

Туфля врезалась в навес и, завершив полет, спустилась прямо на исток реки Трош, молодой парень, взятый в цирк онфима и онфима за редкое здоровье, от природы огромная сила и как огромная вкуснятина с доверчивостью .Он работал с тяжелыми стальными шарами, соединенными цепью, бросал их, крутил, вызывая неизменные охи, вздохи и закрывая лица Шалми на дебле месторождениях, по неразумным мужьям мужей Гербали, Острах или Чрезвычайной Ярмарке. Почти каждое выступление заканчивалось тем, что владелец Отима сначала брал Трошу за руку и куда-то увозил, возвращаясь каждый раз очень довольным. Парень появился не иначе как на следующее утро и на жадные вопросы Тукки и Токки, Брацева-Акробацева, отвечал лишь грозным пожиманием плечами:

«Да всю ночь скачок во мне, корова посажена…Лучше бы шары лишний раз перевернули. Удовольствие… какое? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Устал, вот и все. И ничего не дали. Как всегда…»

— О, — тут же открыл глаза дисциплинированный Троос. — Виноват, мистер Кицум… Я уже встаю, мистер Китцум…

— Помочь вам вылечиться, мистер Кицум? — Умело подделал голос, — продолжил Агат, уже склоняясь над котлами.

— ДУЛЬ!.. Угхать, агат, кроп-кот, это опять! Который раз я поймал на твоем дурацком фокусе!.

Девочка Дана фыркнула.

Пока не проснулись мистер ОНФИМ, братья-акробаты и другие обитатели двух цирковых фургонов, она могла себе это позволить. Потом пойдет в ход или орфография, терзающая плоть дочери племен. Если, конечно, она не будет подчиняться.

Агата пригвождена еще ниже.

Песок Да Ледяная вода — и растирай, как хочешь, застывший жир с криками. Как ни худо, господин Онфим-первый и братья-акробаты, наушники и хозяева-купальщики, сами себе не отказали.Правда, потом мистер Отфи взял ель и лично согнал лишний жир с оборванных братьев.

— Привет, Трош.

— О, здравствуй, острый… — Он покраснел, в один миг покончив с тьмой, которую точно напоили солнцем дикие южане-рыболовы с островов.

Забавно — парень, который на ярмарках каждый день обращался к какой-нибудь Кучихе, а потом и к скучающей даме знатной, проходил и смущался перед агатиматом неимоверно. Бездарное его сердце кажется пленником острой черноволосой Девы-Дану, омерзительной и богом нехллудда, по авторитетному мнению Лордов Мелины, Южной Имперской Столицы.

— Вы принесли воду, спасибо.

Не больно-то радостно начинать день с такой неприятной процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что он может вывести господина Онфима-первого. Иногда он не обращает никакого внимания на чистоту посуды, а иногда поднимает из-за этой неделикатной истерики, кумулятивной и порочной.

Посвящается моим друзьям, старым и новым, фидошникам и другим сетям.

Мои адреса электронной почты:

Или 2: 5030 / 618.2 Fidonet.org

Пророчества

«Когда два брата обретут свободу, наступит конец времени»

«Найдутся люди, которые будут доведены до отчаяния. произойдет»

Иайенна мудрая, увиденная людьми Данана

Молящиеся о чаше, Знак Знак

«Верно вам говорю — бывает, что малый грех всю праведную жизнь превращает в ничто, и за беременность один они страдают.Конец этому! Мы живем праведно и скромно, потому что роются грехи мира, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, в каком из малых грехов качается чаша терпения.

И еще, и тоже вам истинно говорю — трепещите! Ибо три зверя спящих должны получить свободу, но им не будет дано право вредить живым тварям сразу, а только через три дня. А пока все трое не выпустят, чаша не пойдет.Так и я попрошу о том же, чтобы забрать у нас судьбу! Аминь»

Часть первая

Глава первая

До Пвалле я бы не дошла, лишь бы душ не поймал… Она очнулась, прорвав сына, зябкий сон. Сквозь канавки и резцы из фургонного навеса заледенел Октябрьский ветер.Старый и кашель не спас,если бы не усталость,она не сомкнула бы глаз до утра.Очень старый шрам на шее — к дождю.Старый и страшный шрам… очень страшно…

Опять дорога. Проклята ли она. И вечное «…Лишь бы душ не поймал…», в ​​разных вариациях, повторяли все труппы без исключения.

Да, местный душ действительно мог называться так, с большой буквы. Ему действительно предстояло не «зарядиться», а догнать — хмурый и темный, небесный человек шел с востока, горизонт дымится черным, словно там, вдали, невиданные пожары ушли — но обо всем, что касалось смертные дожди, люди пытались говорить самые обычные Слова, как будто это могло спасти от первооткрывателя с неба!

На этот раз эти слова произнес Кицум, старый клоун, никогда не расстававшийся с бутылкой.Руки у него уже были устрашающие, а изо рта пахло каким-то алхимическим отвращением, даже когда он редкостное дело! — случайно оказался трезвым. Он вышел на перрон только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» изменился с двухчиповой кружки на целую бутылку страшного гномского «каменного жара».

Она слонялась вокруг, тщетно пытаясь сохранить последние остатки тепла. Все, теперь будет повышен. Фургон остановится самое большее на несколько минут, наберется воды в придорожном колодце, а потом потащится дальше, по лесу, бесщеточному пустыню, через суболичь, пустырь, отделяя славный град укрытий от не менее славного сорта застойный.

«…только бы успеть, лишь бы душ не поймал…»

На ночлег не останавливались. Не размножались на привалах огня. Еду как-то Варганили на железном огрызке, опаха ради ван ради.

Потому что, если дождь волнует в пути, каждый может прочитать мусор.

Не дожидаясь розового в боку, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Заостренные уши и в самом деле придавали ей определенное сходство с кошкой — причем именно с дикой.

Агата — из колен Дана. Точнее, агонию называли люди — за редкие волосы, исциново-черные, Крыло Черной Херроу; А как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

«А, с меня хватит…» Китцум сел на свой кофр и увидел дымящийся чай из треснувшей кости кружки. Фургон полностью трясло, однако старый клоун не мог пролить ни капли неведомым образом.

Боги! Кицум пьет чай по утрам!

— Давай по делу, острый фланец. Выигранные котлы с вечера нечисты. А вода для вас — а тут и мистер Онфима — Трооша Натаск. Подарил б, или парень в благодарность…

Девушка (Скорее, девушка; по человеческим меркам она выглядела на четырнадцать лет, не старше; но сколько безвозмездно делала нечестивых, каждый верующий никогда не станет и задуматься об этом) насмешливо присел, расправляя складки широкого порта.

— Если пьешь чай, то неужели бочка гномояда показала дно, о почтенный кицум, и белизна грима щекой на платформе? — Агата ловко увернулась от ватки сливного башмака себе в голову и показала старику.

Китцум угостил ее лучшим В труппе. Если не считать, конечно, Труш, такую ​​же Парию, как и она.

Туфля врезалась в навес и, завершив полет, спустилась прямо на исток реки Трош, молодой парень, взятый в цирк онфима и онфима за редкое здоровье, от природы огромная сила и как огромная вкуснятина с доверчивостью .Он работал с тяжелыми стальными шарами, соединенными цепью, бросал их, крутил, вызывая неизменные охи, вздохи и закрывая лица Шалми на дебле месторождениях, по неразумным мужьям мужей Гербали, Острах или Чрезвычайной Ярмарке. Почти каждое выступление заканчивалось тем, что владелец Отима сначала брал Трошу за руку и куда-то увозил, возвращаясь каждый раз очень довольным. Парень появился не иначе как на следующее утро и на жадные вопросы Тукки и Токки, Брацева-Акробацева, отвечал лишь грозным пожиманием плечами:

«Да всю ночь скачок во мне, корова посажена…Лучше бы шары лишний раз перевернули. Удовольствие… какое? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Устал, вот и все. И ничего не дали. Как всегда…»

— О, — тут же открыл глаза дисциплинированный Троос. — Виноват, мистер Кицум… Я уже встаю, мистер Китцум…

— Помочь вам вылечиться, мистер Кицум? — Умело подделал голос, — продолжил Агат, уже склоняясь над котлами.

— ДУЛЬ!.. Угхать, агат, кроп-кот, это опять! Который раз я поймал на твоем дурацком фокусе!.

Девочка Дана фыркнула.

Пока не проснулись мистер ОНФИМ, братья-акробаты и другие обитатели двух цирковых фургонов, она могла себе это позволить. Потом пойдет в ход или орфография, терзающая плоть дочери племен. Если, конечно, она не будет подчиняться.

Агата пригвождена еще ниже.

Песок Да Ледяная вода — и растирай, как хочешь, застывший жир с криками. Как ни худо, господин Онфим-первый и братья-акробаты, наушники и хозяева-купальщики, сами себе не отказали.Правда, потом мистер Отфи взял ель и лично согнал лишний жир с оборванных братьев.

— Привет, Трош.

— О, здравствуй, острый… — Он покраснел, в один миг покончив с тьмой, которую точно напоили солнцем дикие южане-рыболовы с островов.

Забавно — парень, который на ярмарках каждый день обращался к какой-нибудь Кучихе, а потом и к скучающей даме знатной, проходил и смущался перед агатиматом неимоверно. Бездарное его сердце кажется пленником острой черноволосой Девы-Дану, омерзительной и богом нехллудда, по авторитетному мнению Лордов Мелины, Южной Имперской Столицы.

— Вы принесли воду, спасибо.

Не больно-то радостно начинать день с такой неприятной процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что он может вывести господина Онфима-первого. Иногда он не обращает никакого внимания на чистоту посуды, а иногда поднимает из-за этой неделикатной истерики, кумулятивной и порочной.

Текущая страница: 1 (Всего 26 страниц) [Доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Ник Перумс


Бриллиантовый меч, Деревянный меч
Первая книга

Посвящается моим друзьям, старым и новым, фидошникам и другим сетям .

Написать.

Мои адреса электронной почты:

[Электронная почта защищена] или 2: 5030 / 618.2fidonet.org

ПРОЛОГ

Пророчества

«Когда два брата обретут свободу, наступит конец света»

«Найдутся люди, которых можно довести до отчаяния. И когда они останутся меньше речной гальки в ладошке, произойдет возгорание»

Мудрый мудрец, видящий людей Данана

Молитва о чаше, Знак Знак

«Верно вам говорю — бывает, что малый грех всю праведную жизнь обращает в ничто, и за беременность одной страдают.Конец этому! Мы живем праведно и скромно, потому что роются грехи мира, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, в каком из малых грехов качается чаша терпения.

И еще, и тоже вам истинно говорю — трепещите! Ибо трое спящих зверей должны получить свободу, но им не будет дано право вредить живым существам не сразу, а только через три дня. А пока все трое не выпустят, чаша не пойдет.Так и я попрошу о том же, чтобы забрать у нас судьбу! Аминь»

Глава 1

— Раньше хвалили бы, обновили бы, лишь бы душ не ловил…

Она проснулась, спасаясь от мягкого, холодного сна. Сквозь пазы и резцы замерзшего навеса фургона врывался Октябрьский ветер. Старость и кашель не спасли, если бы не усталость, она бы не сомкнула глаз до утра. Очень старый шрам на шее — к дождю. Старый и ужасный шрам.., очень страшно…

Опять дорога. Проклята ли она. И вечное «…Лишь бы душ не поймал…», в ​​разных вариациях, повторяли все труппы без исключения.

Да, местный душ действительно мог называться так, с большой буквы. Ему уж было не «заряжать», а догонять — темно-темно, небесное воинство шло с востока, горизонт дымится черным, будто там, вдали, невиданных пожаров уже нет — но обо всем, что касалось смертные дожди, люди пытались говорить самые обычные Слова, как будто это могло спасти от первооткрывателя с неба!

На этот раз эти слова сказал Кицум, старый клоун, никогда не расстававшийся с бутылкой.Руки у него уже были устрашающие, а изо рта пахло каким-то алхимическим отвращением, даже когда он редкостное дело! — случайно оказался трезвым. Он вышел на перрон только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» изменился с двухъярусной кружки на целую бутылку страшного гномского «каменного жара».

Она тряслась, тщетно пытаясь сохранить последние остатки тепла. Все, сейчас поднимут. Фургон остановится самое большее на несколько минут, наберется воды в придорожном колодце, а потом потащится дальше, по лесу, бесщеточному пустыню, через суболичь, пустырь, отделяя славный град укрытий от не менее славного сорта застойный.

«…лишь бы успеть, лишь бы душ не поймал…»

На ночлег не останавливались. Не размножались на привалах огня. Еду как-то Варганили на железном огрызке, опаха ради ван ради.

Потому что, если дождь волнует в пути, все могут читать отходы.

Не дожидаясь розового в боку, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Заостренные уши и в самом деле придавали ей определенное сходство с кошкой — причем именно с дикой.

Агата — из колен Дана. Точнее, Ее звали Ее именем — за редкие волосы, исциново-черные, Черное Ужасное Крыло; А как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

«А, интересно…» Китцум сел на свой рубящий сундук и увидел дымящийся чай из треснувшей костяной кружки. Фургон полностью трясло, однако старый клоун не мог пролить ни капли неведомым образом.

Боги! Китцум пьет чай из сутры!

— Давай по делу, острый фланец. Выигранные котлы с вечера нечисты. А вода для вас — а тут и мистер Онфима — Трооша Натаск. Подарил б, или парень в благодарность…

Девушка (Скорее девица; по человеческим меркам она выглядела лет на четырнадцать, не старше; а сколько грешным парикам дается, всякий верующий в истинного Бога никогда и не подумает) насмешливо, дергая пальцами сбоку складки широкие.

— Если пить чай, то это значит, что бочка гномого дома показала дно, о добропорядочный кицум, и белизна грима не упадет на помост? — Агата ловко увернулась от ватки сливного башмака себе в голову и показала старику.

Китцум относился к ней как к лучшему в труппе. Если не считать, конечно, Труш, такую ​​же Парию, как и она.

Туфля врезалась в балдахин и, завершив полет, спустилась прямо на голову с рекой Трош, молодого парня, взятого в цирк онфима и онфима за редкое здоровье, от природы огромную силу и так же огромную вкуснятину с доверчивостью.Он работал тяжелыми стальными шарами, связанными цепью, бросал их, крутил, вызывая неизменные Охи, вздохи и закрывая бедрами Шалми из деблейских отложений, на неразумных мужей мужей угодивших Плихаем, Острагианом или Чрезвычайной Ярмаркой. Почти каждое выступление заканчивалось тем, что владелец Отима сначала брал Трошу за руку и куда-то увозил, возвращаясь каждый раз очень довольным. Парень появился не иначе как на следующее утро и на жадные вопросы Тукки и Токки, Братцев-акробацев, отвечал только неадекватным пожиманием плечами:

«Да всю ночь скачет во мне корова посажена…Лучше бы шары лишний раз перевернули. Удовольствие .. что? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Устал, вот и все. И ничего не дали. Как всегда…»

— О, — тут же открыл глаза дисциплинированный Троос. — Виноват, мистер Кицум… Я уже встаю, мистер Кицум…

— Помочь вам выздороветь, мистер Китцум? — Умело подделав голос, продолжила Агата, уже склонившись над котлами.

— ДУЛЬ! ..Угат, агат, кроп-кот, это опять! Который раз я поймал на вашем дурацком фокусе! ..

Девушка Дана фыркнула.

Пока мистер ОНФИМ, братья-акробаты и другие обитатели двух цирковых фургонов не проснулись, она могла себе это позволить. Тогда в ход пойдут белые или заклятия, терзающие плоть дочерних племен. Если, конечно, она не будет подчиняться.

Агата пригвождена еще ниже.

Песок Да Ледяная вода — и растирай, как хочешь, застывший жир с криком. Как ни худо, господин Онфим-первый и братья-акробаты, наушники и хозяева-купальщики, сами себе не отказали.Правда, потом господин Онфим взял оружие и лично сбил лишний жир с оборванных братьев.

— Привет, Трош.

— О, здравствуй, острый… — Он покраснел, в один миг покончив с тьмой, точно отстегнул диких южан-рыболовов с островов.

Забавно — парень, который на ярмарках каждый день обращался к какой-нибудь Кучихе, а потом и к скучающей даме благородной, прошел и сконфузился перед агитматом неимоверно. Бездарное его сердце кажется пленником острой черноволосой Девы-Дану, омерзительной и богом нехллудда, по авторитетному мнению Лордов Мелины, Южной Имперской Столицы.

— Вы принесли воду, спасибо.

Не больно-то радостно начинать день с такой неприятной процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что он может вывести господина Онфима-первого. Иногда он не обращает никакого внимания на чистоту посуды, а иногда поднимает из-за этой неделикатной истерики, кумулятивной и порочной.

Трош хотел ответить, но полез еще больше и только рукой махнул.

— Чтоб я.., я всё больше и больше…

— Эй, вы что, вытянули глаза, ленивые тушки? — Гарнул от козла Нодлика, вторую половину ночи поймал как кучер. На самом деле они с Эвелин были жонглерами; Оба факта и потом рога наставляли друг друга, ссорились и дрались, но тотчас же приходили к полному согласию, когда дело доходило до насмешек или оскорблений у Агаты.

«Сколько у нас тасуется, Нодлик?.. Давай подбросим вход, у меня тут чай», — ответил кисум.- Холодная дорога роняет грудь и душу, пора быстрей согреться!

Агата никогда не могла понять, как можно относиться ко всем по возможности — и к ней, и к Труше, и к Нодлике с Эвелиной, которые находили некое удовольствие заставить девчонку-давать очередную гадость.

— Чай? Ты сказал чай о величайших комедиантах? — раздавил Нодлик. — Гони сюда эту дрянную кошку! Агата! Давайте двигаться, не момент мы поднимаемся на нас!

«Нам сказали не зря. Эвелин никогда не упускала случая принять участие в бойне.

— Оставь, Нодлик. Она тащит котлы.

— А-а-а.., место для такого дерьма, как эти Дану. Ну, тогда Трик сюда.

— Да, да, подождите, господин Нодлик… — поспешил Штрих.

Нодлик бросил его ему (умело предположил конец одного из них троим в глаза) и пропустил козла внутрь фургона. Он был высок, но весь какой-то неуклюжий, костлявый, надломленный, с вытянутой грустной физиономией, оживляемой без грима. Лоб жонглера покрыли многочисленные алкогольные прыщи; Редкие волосы, пегие из семян, увешанные молчаливыми сосульками, — а ведь на человеческом счету было всего тридцать пять нетронутых! ..

— М.., уже вставать? .. — спросил хриплый голос, словно принадлежавший женщине. — Эй, сука, мой завтрак готов?

«Стерва» было у Эвелин самым ласковым словом для агады.

«Она чистит котлы, подружка» Я счел нужным заметить кисум.

— Ну ты и коза… Я нашел, что ей доверили… Пусть онфим тоже за это кинул — все развлечения…

Агата дернула щекой.

«Они все просто грязные свиньи.Грязные, пьяные, совокупляющиеся свиньи. Свинья может постучать в грязь, но истинный Данан никогда не обратит на нее свой гнев. — Хотя, по правде говоря, это максимум, извлеченный из АТАНН-ЭЭУЙ АХИММ , Танг-Эу-Ахим, если писать примитивными человеческими буквами, королевские шестизначные, в последнее время что-то перестало Агату утешать.

Теперь собрались все обитатели первого фургона. Кицум, Нодлик, Эвелин, Агата и Трош, сидящие на козлах. За вторым фургоном их цирк — значительно больше и богаче.Навес был новый и прочный, без единого резака. Туда загнали господина Онфима-первого, самого Еремю, Еремия — канатоукладчика, братьев-акробатов и Таню — Смерть-Деву, как называли ее прекрасные имена. Сам г-н Отфим, как и положено собственнику, занимался сбором денег и распределением жалованья. Его однополезный брат онфим-секунду сидел в каждой келье, посылая брату-брату новости, где и когда выгодно устроить представление.

Агата — служанка, посудомойка, швея, повар, танцовщица, музыкант, акробатка, живая кукла, которой Китцум на потеху самой меткой публики взобрался на голову и другие части тела Бутафором, живая мишень в притяжении смерти -Девственница — дополнила список артистов ОНФИМА и ОНФИМА» Надо ли говорить, что никакой зарплаты ей не полагалось.Тонкую шею Даны прикрыл заговорщический воротник из грубого железа. Она была рабыней без права искупления.

— Давайте, давайте, на молитву, скорей, — торопили остальные благочестивые Нодлики. — А тебе, Данька, Зенки свои годдеры понизить, Неча поглазеть, как народ честного истинного Бога молит…

Истинный Бог. Который отдал свою избранную землю в руки своего избранного народа, от глаза до глаза, заколебал своих врагов, укрепил свою твердыню и дал неудобную мощь своего оружия.А кто часто, каждый день, помогает ему и сейчас.

Все в фургоне, за исключением Агаты, затянулись молитвой. Церковь не допускала ни причастия, ни крещения. Они имели право существовать либо как побежденные враги — то есть как рабы; Или пока враги не побеждены, но это, конечно, временно.

Невольно Агати прислушивался к монотонно булькающим голосам.

— … и не пропустите, чтобы случилось зло…

— Боже, избавь нас от …

Все как обычно. Эту утреннюю молитву Агат уже выучил наизусть. Ее гнушади жрецы в невольничьем лагере, который был убит всеми, только что взятыми в плен, Попам отвечали на оплодотворенные голоса стражников; Тянули тюремщиков в заведении для тех, кто не хотел завершать рабский ошейник; — бормотали толстяки, выворачивая хоть немного удачи, то есть удачного обмана; Шкуры хозяйки, пришедшей выбирать себе служанку, и мужа — наложницы, для Данана не люди, а всего лишь сосуд для удовлетворения низких крестьянских потребностей…

Агата слушала молитву. Иногда, наверное, сила этого нового Бога, если он дал страшную боевую магию Хуманшам, в исконных землях Дану, Эльфов, Гномов, Орков, Троллей, Кобольдов, Халфов, Хедов, Гурров, Харридов и многих других — Помогала создать мрачную империю, страх и ужас всех нечеловеческих рас, ненасытное чудовище, пожирающее сердце и печень их врагов, отхаркивающее легионами, которые идут все дальше и дальше, к Берегу Океанскому. И вместо гордых лебединых кораблей, эльфов и Даны, несущихся по волнам в стремительном полете, море теперь отрывает загорелые носы боевой галереи, обставленной красной медью…

…и епископат ученый, в век величия «разделяй и властвуй», а теперь самые полезные Империи свободны, народ непревзойденных воинов объявлен допущенным к общению, здесь уже покоренные половины объявлены «просвещением по путешествии», их поселенцы и деревни облагаются тяжелой данью, церковью, Орденом и Императорской десятиной, но — оставляются в относительном покое.

Церковь и волхвы милостиво разрешили что-то торговать глубоко под землей гномов, выполнять какие-то черные работы оркам, троллям и гоблинам, они скучают по имперским рынкам и мрачным караванам кобольдов.

И правящие боги и эльфы объявлены вне закона. Как ненадежная изгородь, гурра, харридес. А эти вряд ли толком понимают что происходит, убийцы они и дикие кровососы, с ними еще плясала беспощадная война, бывшие хозяева лесов…

Руки Агаты, не требуя вмешательства головы, все это время мечтали о железе внутри котлов.

— Вы уже закончили? — Эвелин Претчили посмотрела на спутчер до невообразимого блеска стали.- Но мы сейчас проверим…

— Эй, ты, туда, по голове! — закричали сзади.

Агата подняла голову.

Здоровенный фургон господина Онфима-первого вытащил шестерых лошадей, запряженных парами. Впереди фронта водил наждак — змееметатель; Однако теперь он не трещал, а как раз наоборот, прыгал и махал руками.

— по голове! Молился так, аль нет? Мистер Онфим спросил! А еще — Беги сюда! Господин Онфим Данка немедленно требует к себе!

— Молился, молился, — заблокировал Нодлик.

В мутном взгляде Кицума, устремленного на Агату, блеснуло что-то похожее на сочувствие.

Хозяину бродячего цирка рано пришла беда. Обычно в пути он вылавливал глаза не раньше полудня. Молился; После этого его взяли за дела. Собственно, это означало неприятности для всех без исключения художников, в том числе и для бастующих братств; Только смерть-Дева, с энтузиазмом подогретая г-ном Онфимом-первой по вечерам, в постели могла чувствовать себя в относительной безопасности.

Здесь, среди отходов субъекта, с висящим на плечах смертным душем, быть выброшенным из фургонов означало верную смерть. Мистер Отфим был в ярости, ведь добрую четверть сезонной прибыли приходилось отдавать Остра Магу, навязавшим лошадям проводить покой.

Девушка-Дан соскользнула за борт фургона, просто стремительная ласка. В ее движениях была нечеловеческая гибкость и плавность, казалось, что она не бежит, а течет, именно по стержням.

Троос окинула Агату долгим взглядом и вздохнула.

— Ну, теперь достанется этой суке! Эвелин злобно фыркнула. — Так я и не понял, мы что, без завтрака остались?

«Мы выживем», — бросил спокойный китсум. Как ни странно, он не спешил прикладываться к бутылке — то ли запасы действительно иссякли, то ли во сне он сам был святой перевязкой, ненавистником пьяниц.

Эвелина дернулась, правда, молчат — как-то пытались нодликом устроить клоуна «Темного». Жонглера искали неделю, и Эвелин пришлось изрядно расстроиться, чтобы волшебница-косметик исправила ей известную асимметрию физиономии.Больше не решали.

Гнев его женщины тут же усадил Нодлика. Покрутив головой в плечах, он принялся за ветхого.

***

Агата ловко увернулась от холодка, который совсем рядом с хлыстом. Заклинатель змей разочарованно тонет.

— Доброе утро, господин Еремий, — пропал медовый голос Агаты, на бегу брошенной шить занавеску. Вывалились за борт телеги и одним движением оказались внутри.

В вагоне господину Онфиме было тепло.Печей здесь было аж две, и одна – карабкалась по камням. В обоих уже горел огонь. Возле печей столкнули бартеров-акробатов, которых крайне раздражает такой оборот событий. Физиомы у обоих сажевых покровов.

Мистер Онфим, он забрался на купе, укрытый четырьмя слоями одеял. Рядом Таня-Смерть, несущая смывные плиты.

Да, беспрецедентное дело. Мистер Онфим отвез свою любовницу готовить! Обычно она занималась Раб-Дэном; Сегодня, видите, что-то особенное произошло.

Хозяину цирка не понравилось их приветствие. Даже с Танышем он разговаривал, как правило, так: «Ну что, готов? Сколько же ждать? Берегись юбка, сука, и Нагибая! А ты отворачивайся, быдло…»

«Проходим остатки леса Трунг», — застрял ONFIM. — А теперь остановимся. И желаем. Вместе с вами. Возьмите свои собственные влияния. Да не заставляй меня ждать! Не то…

— Да, мистер Онфим, — поклонилась Дана Лоу.

«Грязные свиньи. Напоенный лес! Западная граница земли Дэн .., последний оплот. Я знал, что он будет на нашем пути… Он позвал меня, он узнал меня за десяток лиг — но не мог увидеть ошейника на моей шее… Великие боги, онфим, оказывается, хорошо знает историю ! .. И мне снова придется выглядеть, как Нога несчастного человека облита священной землей моих отцов! ..»

Однако он все равно ничего не мог сделать. Ошейник веревочный умелых фокусников.

Онфим выбросил одеяла. В темно-зеленой охотничьей кафтане, в высоких сапогах и с арзахской сабельной дугой на поясе он не любил последнего из бродячих цирков, недавно обозревавшего шестого десятка, отращивавшего изрядное брюшко, большого любителя пива и женщины — как человеческие, так и нечеловеческие расы.Быть будто задумчивые щеки исчезали, а потускневшие глаза горели настоящим, живым огнем — этого не случалось даже в самые счастливые минуты его жизни, когда он считал выручку.

— Я жду, — холодно напомнил он. Агата молча поклонилась.

— Ереми! Прекрати, — скомандовал онфим.

Bratz-акробаты посмотрели на Данана злыми крысиными глазами.

Догнать головной фургон, прихватить теплый плащ — осталось только дотянуться до дороги ботинками — дело одной минуты.Телеги со скрипом остановились; Китцум, радуясь своему рту, посмотрел на хозяина.

— Мистер… Мистер Онфим! — От испуга он хрипел и спотыкался чуть ли не на каждом слоге. — Дождь.., г-н Онфим…

Агата чуть не упала, заметив улыбку на тонких бескровных губах хозяина.

— Все в порядке, Кицум. Я все предусмотрел. В том числе и на этой остановке. Ждите нас.., мы ненадолго, максимум до вечера. А чтобы у горячих голов был соблазн соблазниться флешем с фургоном и деньгами, наложу заклятие на лошадей.

Он поднял руку. На безымянном пальце Агата увидела кольцо изумрудного цвета с камнем в дешевой бронзовой оправе. Онфайм пробормотал слова пароля, и камень вспыхнул, исчезнув в ярко-зеленом пламени. На ринге осталось только пустое гнездо.

На мгновение заложили уши.

«К моему приезду, чтобы в фургоне было развешано и ужин готов», — приказал онфиму неприятный голос. — А теперь подойди, Данька! .. отработай свой хлеб! ..

Агата молча двинулась вперед.

«Ты меня удивил, онфим. Никогда бы не подумал, что ты знаешь про наш лес. Никогда бы не подумал, что ты захочешь в него залезть. Но самое главное, что тебе нужно в Друнгском лесу? волхвы его рыскали вдоль и поперёк.Да и народ побывал у многих-золото искали Золото,дураки…Ты не то что дурак,онфим.Ты грязная,жестокая,развратная и бесчестная свинья,онфим,но у в то же время ты не дурак.так зачем ты понадобился в нашем лесу?»

Деревья вдоль дороги росли обычные, человеческие. Пыли деревьев, как называли их истинные Дану. Маленькие, тощие, запутанные гнилью и волнами, местами оплетенные паутиной тутового шелкопряда. Их ненавистные глаза вонзились в спину Агаты; В вольные рты распахивались, гася поток грязных и отвратительных ругательств, не свойственных никому, кроме нее. Желание быть изнасилованным и задушенным собственным отцом могло быть на этом фоне отделкой изысканной вежливостью.

Чуть дальше от дороги лес стал чище.Оно и понятно — деревья вдоль урочища приняли на себя все злые прохожие, все их горе и разочарование, и потому они болели, чали, но не умирали и даже давали потомство. Бесконечность МУК только увеличила злобу.

Ветки пытались вцепиться агатом в волосы, поцарапать глаза — онфим хлопнул по ним тонкой костяной стопкой, и девушка почувствовала внезапный ледяной укол под ложечкой — желтоватая кость явно была хвостовой к какой-то орфографии, и несмотря на простоту.

— Что встал? Ну, гуляй, резко! Они пробирались через унылые чащи — листья и трава казались покрытыми пылью, хотя где тут пыль? Липы и клены соседствовали с соснами, граблями и пихтами — результат всеобщего волшебного хаоса в годы войны с Дану, о котором поют человеческие шахтеры на каждой ярмарке, на каждой торговле и на каждом постоялом дворе.

Выжившие Дану стараются не вспоминать об этом.

— Куда идти, господин ОНФИМ? — Еще одна жалкая попытка самообороны.Не мастер , а мр. , просто вежливое обращение…

— Не делай вид, что не знаешь, резко. Устрой меня к другу! Вглубь! Ты чувствуешь это, я знаю. Держать!

Агата коротко поклонилась. Закрытые на миг глаза, отрекшиеся от терпеливого, злого леса, жалобно на него пародии, которые окружали ее теперь; Чувства девушки Дану устремились вперед, к невысокому холму, где из каменных гротов по-прежнему вытекали быстрые, безудержные ручьи, где по-прежнему происходили настоящие церемонии. , Настоящие деревья, где все другое, даже воздух…

Где отдана родина.

Лес откликнулся мгновенно — исполинские ветки гигантских ветвей, нежное трепетание листвы листвы (когда Дана отступила, Лхаданн Наастонн научилась сбрасывать зимнюю листву — наивная попытка защитить от гнева Хуманов, чей закон «уничтожать незнакомых !»).

Онфим проходил за Агатой в три-четыре шага. Правая рука на Эфесе Сабли; Слева сжимает стопку костей.Слышали о монстрах друга, происходящих из остатков злой магии, что твердая метла древних людей была твердой?

Сама Агата действительно ничего об этом не знала, но надеялась, что ее кровь, кровь Дану послужит надежной защитой. Это уже было, и не раз.

Прочее, испущенный человеческий лес отступил. Среди сорной травы мелькнула пушистая Сеть Ссортти, на ветвях вполне обычная Дубка Алела Лейси Вакан Доконни, а вот и первый кустик Голубой Ауозинн, — считай, пришел.

«Здравствуй, друг. Человеческий гортань не может передать созвучие твоего истинного имени: Папа «RRUNT» ПОЛУЧИЛ. Даже примитивный dollrountdgot (хотя и не имеющий почти ничего общего с твоим настоящим ником) им не по зубам. Наркотик! Кличка собаки, или племенной бык…

Ну ты начал, папа «РРУНТ ПОЛУЧИЛ. Я ступаю по земле твоей, а моя шея покрыта злым человеческим железом. Чугунным железом. И я бессилен против него. Я мог умереть, но меня учили жизни и мести .И потому я веду к этому грязному человеку, чье дыхание мерцает разлагающейся мокротой. Прости меня, Великий Лес, мне жаль мою ветреную внучку, она слишком долго пела и плясала… Но теперь она платит всему племени Данана.

— Мы на границе друга господина Онфима.

— Попробуй, резко, и, может быть, проживешь сегодня без брызг. Давай раньше! Устроили кому говорят!

Если онфим и удивился открывшемуся им зрелищу, то она не показывала никакого взгляда.

Началось действие наркотиков. Исчезли кривые, поломанные стволы, сожженные вредителями жесткие листья. Шуршащие венцы раскрылись над их головами, зазвенели птичьи голоса. Перед коленом поднялась мягкая душистая трава (и это в октябре!), True Oend» Artonn, чья целебная сила поспорила бы с любым алхимическим ядом. молодняк подлеска, Не стемнело — дано другое чудо леса.

«Как странно…Лес живой. Папа «RRUNT» Got жив, несмотря на падение всей волшебной Даны, несмотря на то, что его дети истреблены и рассеяны… Что-то держит тебя, Великий Лес, что-то убережет от полной гибели… Но что? вопрос…»

— Степай, Данка, Стенгай. Устрой меня в сердце друга, — повторил в спину господин Онфим.

«Но он не совсем боится… совсем-совсем!»

Взять неоткуда, под ногами появился след.

Мчался, засунув под ноги рукава, ловко уворачивался от коричневатых римлян Rraudtogow, ныряя под ветку Rusmallow, чьи изящные золотисто-зеленые листья упорно сопротивлялись осени, мимо прочих чудес Великого Леса, мимо, мимо, мимо …

После того, как ПАПА «RROUNT» ПОЛУЧИЛ можно было пересечь меньшую неделю. Затем плюмба тракт разлетелся почти пополам, точно попав во врага мечом. Дело в том, что южная часть дороги была разрушена магами Красной Арки с помощью жителей покорившихся новым местам окружения окрестностей.Северная часть леса лежала во владении Ордена Нергов, однако те, то ли им присуще бесцветное равнодушие к внешнему миру, то ли есть еще кто-то, кто еще не искоренил наследие Бога Бог. Окраина Великого Леса умерла сама собой, благочестивые владыки окрестных земель, вырытых Епископатом, послали один неуклюжий опыт заднего двора. Друг давно должен был исчезнуть.., однако, отступая, именно воин, на самом последнем рубеже (теперь, чтобы его пройти, требовался всего один день), упирался изо всех сил — и как-то чудо .О нем стали ходить самые страшные слухи. Агата знала, что эти слухи почти во всем были правдой. Недаром онфим прихватил с собой стопку заговоров…

След регенерировал огромный, невольный ствол древней Раггачмии, резко нырнув в огромные руки. Агата еле заметно усмехнулась, стараясь не сойти с подножки.

AT DAD «RUN» GOT»E овса не было. Не было ям, провалов, эрозий и тому подобного. Ровные холмы, покрытые густым лесом, проходящие синими лентами ручейков — вот что такое настоящий друг.А оказались на пути Ямины всего один…

«Дочь Дану, мы верны этим клятвам. Сила леса готова служить тебе».

«Ты… кто ты?»

«Мы блеклые, о дочь Дана. Гнев гнева — наш отец; Лесная боль — наша мать. Мы рождены сражаться. Хуманз, иду за тобой…»

«На мне ошейник, запечатанный им. Если ты его убьешь, я никогда не смогу избавиться от этой печати…Но все равно — да укрепит черная мать твою власть. Легковоспламеняющийся!

«Тогда пусть он войдет в наше логово. Из него мы бессильны. Магический Орден Неден слишком силен.»

Агата отказалась от могучего ствола.., почти сразу почувствовала, что онфим замер и напрягся. Не развернулась — скатывалась, скатывалась, в зеленоватую, в заросшую, с крутыми склонами.

Онфим не пошел за ней.

— Назад, остроумное существо!!!

Она послушно остановилась, обернулась, сделав круглые глаза.

— Сюда…

«…ведет в ловушку», — криво улыбнулась онфим, рука ее, сжимавшая стопку, немного дрожала. — Ты не чувствовал себя новорожденным?

Он определенно изменился. Как будто спала старая маска. Его рука лежала на Эфесе, ноги были немного наполнены, поза казалась почти обычной позой.. но это было именно так.

Агате пришлось заехать на все выдержки, чтобы не кричать. Это было исходное положение упражнения «Семь зеленых драконов проходят над морем», выполняемого с изогнутым мечом цзуи. — Откуда он мог знать меланжичный цирковой метр?

— Я не чувствую опасности, мистер Онфим.

— Смотри сюда! Он жестко приказал. Железнодорожный ворот вдруг стал почти невыносимо горячим. Улучшение пришлось вернуть.

— Теперь смотри, — онфим поднял стопку, указывая им на уста лица.

«Бегите, братья! Бегите!!!»

Она не знала, обращалась она за апелляцией или нет. С конца стога аллейную молнию разорвало, и овраг в один миг залило пламя.

«Волшебный Орден Ковчега. Оно и понятно. Острагены — их владения…»

— Вот так. — Онфиме казался угрюмым. — Теперь мы можем идти. — В его голосе снова зазвучали обычные нотки — нотки жадного и рядом стоящего хозяина жалкого бродячего цирка. — Пришлось потратить заклинание… Боже правый, это стоило мне пятнадцати грасинов! Пятнадцать полноценных золотых зехинов с портретом императора продлят и небо его дней! ..

Огонь ненадолго потух.Магия убивает быстро.

Они миновали обугленные склоны. Преобладала тишина.

Агата пошла, точно во сне.

«Онфимэ владеет силой! Не может быть, чтобы дуги арки так просто разнесли боевые заклинания! Не продали бы ее ни в пятнадцать, ни в сто пятьдесят зехинов! Врешь, онфим! Ты сам — из среди адептов Ордена Ковчега! Не иначе!..»

— Мы ведем себя резко, — засмеялась она у нее за спиной.- Ардиентс, веди, да смотри, в следующий раз не ошибись. Я умею распознавать убежище поблекшее. Иди.. и скажи, что чувствуешь, но смотри, не упусти ни одной мелочи!

«Лучше бы ты приказал мне раздеться и лечь под тебя, быдло!»

— Я немного пришил твое ожерелье, Ишабус. Чтобы развязать язык.

Резко и внезапно почуял Пален.

Боль заставила Агату броситься вперед — броситься вслепую, отчаянно. Она не падала в ноги мужчине, не просила пощады, она просто бежала туда, куда вело ее чутье.Воля, гнев — все исчезло. Слезы катились по щекам, она их не замечала; Мысли уходили, исчезая под натиском всемогущей боли. Заклинания злого ошейника не разрешалось накладывать на ход силы Дану; Все, что она могла бы броситься вперед, точно сбила Лан. Звонок в один-единственный путь, в конце которого ждешь спасения.

Лес что-то ей крикнул, она не разобрала. О, если бы не этот проклятый ошейник! Она легко выдержала бы пытку каленовым утюгом…

Вавилонская порка: март 2016

.

Я обещал немного написать о своих четырех днях на Рублевке и в Москве, где проходил Роскон , Российский национальный съезд научной фантастики, и хотя я все еще немного устал от часовых поясов, я сделаю все, что в моих силах. Это был отличный опыт для меня. Российские болельщики и профессионалы были теплыми и гостеприимными. Вечеринки были веселыми. Я выиграл награду (см. вчерашний пост). И они подняли из-за меня такой шум, что мне придется лечь в темной комнате с влажной тряпкой на моем эго, пока опухоль не спадет.

Роскон состоит из двух отдельных конвенций. В четверг и пятницу проходил литературный съезд писателей, редакторов и серьезных фанатов, уделявший особое внимание письменному слову. Эта половина проходила в гостинице на Рублевке, где в закрытых поселках жили богатые и влиятельные люди. В субботу и воскресенье в Москве проходила более популистская медиа-афера. Это новое, но очень удачное дополнение к оригинальной конференции.

Вот некоторые из основных моментов, которые приходят мне в голову:

Шашлык в четверг вечером.  Это мероприятие проходило в павильоне под открытым небом в окружении берез и снега. Мясо было приготовлено на гриле до совершенства, и под рукой были напитки. Боже, были ли напитки под рукой. Виски, кажется, почти так же популярен, как водка, и, конечно же, квас. Как и в любом другом научно-фантастическом мероприятии, основное внимание уделялось разговору. Вообразите поток, суматоху, вавилон голосов. Затем добавьте спирт. Довольно приятно.

Дегустация виски в пятницу вечером.  Вообще-то это была не только дегустация, но и лекция. Андрей Синицын объяснил качества и достоинства каждой бутылки перед розливом проб. В последние годы это стало традицией в «Росконе». Помимо односолодового виски, составляющего основу серии, в них есть один ирландский виски, Writers’ Tears и бутылка Rittenhouse Rye. Который, мне не нужно вам говорить, сделан в Филадельфии.

Беседа с Сергеем Лукьяненко.  Наиболее известен в Америке своими шестью книгами Ночной дозор , но он также написал гораздо больше.Кроме того, он чертовски симпатичный парень. Увы, наши графики были настолько загружены, что единственная возможность взять у него интервью была в очень шумной комнате. Я надеюсь, что смогу расшифровать результаты без особых затруднений. «Сколько времени вам потребовалось, чтобы вас опубликовали, с тех пор, как вы начали писать?» Я спросил его.

«Шесть месяцев», — ответил он.

Встреча Аннушки, разлившей подсолнечное масло.  В части аферы, ориентированной на СМИ, конечно же, было много молодых людей в действительно хороших костюмах.Я бродил среди них, когда молодая женщина с кувшином и несколькими пакетиками семечек спросила, знакома ли я с романом Михаила Булгакова , Мастер и Маргарита . Потом объяснила, что она Аннушка, женщина, которая проливает подсолнечное масло, на котором поскальзывается редактор Берлиоз, отправляя его под колеса встречного троллейбуса. Всего через несколько минут после того, как дьявол предсказал ему неминуемое обезглавливание, в начале романа.

Оказывается, в Москве есть группа любителей M&M и косплееров, посвященная этому великому литературному произведению, и они устроили на кону стенд.Как будто мне нужен был еще один повод любить русских!

Панно с Салли Грин и Ником Перумовым.   Мисс Грин является автором очень популярной  Half Bad YA серии, и книги Ника были проданы миллионными тиражами по всему миру, хотя только одно название было опубликовано на английском языке. Он проходил на английском языке, и примерно половина аудитории знала язык достаточно хорошо, чтобы им не нужно было ждать, пока переводчик полностью поймет то, что мы все сказали. Ник, как ни странно, был назначен модератором/интервьюером, но ему удалось вставить некоторые свои идеи через вопросы.

Зал был почти полон — и это во время пресс-конференции. Россияне остаются впереди нас на фронте чтения. Нашему правительству, вероятно, следует профинансировать масштабную программу, чтобы мы могли наверстать упущенное.

Конкурсы художественной литературы . Их было несколько. Меня вызвали принять участие в конкурсе «Напиши историю за час» , и мне удалось это сделать — с трудом. Когда история будет опубликована в Интернете, я напишу о ней в блоге более подробно.

Зависание с Если Редакция .У меня было несколько рассказов, опубликованных в Esli  (название означает «Если») на протяжении многих лет, и это всегда было удовольствием. Журнал закрылся в 2012 году из-за проблем с распространением, но вновь открылся в прошлом году и, похоже, продолжает расти. Это хорошая вещь. Каждый раз, когда я получаю авторский экземпляр журнала, я просматриваю рассказы, которые не могу прочитать, и вздыхаю от тоски.

Банкет в воскресенье вечером.  Это был закуски , по сути. Много-много маленьких тарелок с любимой едой, вроде того, что русские едят дома.Сопровождается, разумеется, беседой. Среди множества людей, которых я встретил, был профессиональный рыбак-спортсмен — лучший в мире, как с гордостью сказал его друг. Я, будучи, возможно, худшим рыбаком в мире, испытал момент страха, когда мы пожали друг другу руки, что физический контакт заставит нас обоих нейтрализовать друг друга.

И многое, многое другое. Я, скорее всего, скоро напишу здесь больше. Прямо сейчас я должен посмотреть, смогу ли я что-нибудь сделать с этой сменой часовых поясов. Дремота вполне может быть вовлечена.

Вверху: ГУМ, вид с Красной площади. Мне посчастливилось пройти через Воскресенские врата именно в тот момент, когда свет был идеальным. Дирижабль принадлежит замечательному Тому Кидду .  Это фотошоп Сары Смит . Изображение размещено здесь с их разрешения. мой собственный, конечно.

*

Новая зарубежная литература

В предыдущие пару лет мы наблюдали подъем русскоязычной фантастики, но в 2016 году тенденция прервалась.Несколько известных авторов порадовали качественными книгами, но особо ничем не удивили. И многие отечественные знаменитости сделали творческую паузу — остается надеяться, что не слишком долго.

Но в 2016 году появилось много новых переводов — как уже известных у нас авторов, так и тех, кто еще не попал в Россию (мы даже ввели номинацию «Новое имя»). Поэтому почти все чемпионы прошлого года — иностранцы.

Научная фантастика года

Претенденты: Джеймс Камбиас «Темное море», Адам Робертс «Стеклянный Джек», Ким Стэнли Робинсон «Красный Марс», Паоло Бачигугу «Водяной нож»

Вышло много качественной фантастики, но явного лидера в этот раз не было.Среди претендентов на победу — оригинальная история о контакте Джеймса Камбиаса, жесткий футуристический детектив Адам Робертс, масштабный планетарный НФ Ким Стэнли Робинсон, мрачный постпокалиптик Паоло Бачигугу.

А победителем стал один из лучших романов Йен Макдональд «Бразилия» — гибрид фантастики «Близорукость», детективного триллера и исторических приключений. Автор нарисовал красочный портрет Бразилии, в котором смешались ее прошлое, настоящее и будущее. Книга получилась яркой, многослойной, с запутанным сюжетом.Это и экзотическая футуристика, и альтернативная история, и фантастика о параллельных мирах. «Бразилия» — роман непростой, и это логично: лучшие образцы современной НФ рассчитаны на вдумчивых читателей.

Где можно купить?

Мистика и год ужасов

Претенденты: Фрэнсис Хардинг «Песня кукушки», Кэтрин М. Валенте «Сказки Сяроты», Стивен Кинг «Шторка дурных снов», Владислав Женева «Запах»

В этой номинации по уже сложившейся традиции получился скорее Пыстрой.Пожалуй, среди всех претендентов только сборник рассказов безвременно ушедшего Владислава Женевского без оговорок можно отнести к «страшному» жанру. Остальные уравновешены на грани: Роман Фрэнсис Хардинг — жуткое фэнтези для молодежи, в сборнике Стивена Кинга есть рассказы разных жанров, а «Дилогию» Кэтрин Вален вообще сложно однозначно классифицировать.

Роман Дэн Симмонс выиграл — остроумная литературная игра, книга о новых приключениях Великого Дезера Шерлока Холмса.Автор отправил легендарного сыщика в новый свет, чтобы расследовать таинственное преступление бок о бок с выдающимся писателем Генри Джеймсом. «Пятое сердце» — увлекательный роман, полный аллюзий и тайных смыслов. Правда, мистика здесь не традиционно сверхъестественна, а скорее как в произведениях магического реализма.

Где можно купить?

Претенденты: Питер Уоттс «По ту сторону разлома», Гарри Харрисон «Харрисон! Харрисон!», Келли Линк «Положи!», Елена Кушнир «Реальные сказки»

Среди номинантов этой категории только одно малоизвестное имя – Елена Кушнир, автор довольно разноплановых рассказов.Все остальные — писатели мачты: Питер Уоттс с солидным НФ, Келли Линк с магическим реализмом и, конечно же, Гарри Харрисон с ранними рассказами и мемуарами.

А лучшей мы признали Fresh Collection Стивена Кинга, куда вошли произведения, написанные им за последние семь лет. Откровение, конечно, откровением не стало, ведь многие его сюжеты для Кинга вполне традиционны — но исполнены на высшем уровне. При этом писатель старается разнообразить свой творческий подход, экспериментируя с жанрами и стилем.В итоге — чуть ли не лучшая книга со времен злополучной аварии 1999 года, когда Стивен чудом остался жив. В целом сборник заслуженно удостоил Ширли Джексон 2015 года за выдающиеся достижения в области «Темной фантастики».

Наш обзор и история коллекции

Где можно купить?

Детская и юношеская художественная литература

Претенденты: Терри Пратчетт «Тиффани Холи» (цикл), Ник Перумов «Приключения Молли Блэкуотер» (цикл), Фрэнсис Хардинг «Мошка Мэй» (цикл), Фрэнсис Хардинг «Дерево лжи»

В отличие от прошлого года, когда номинантами были произведения, фантастические «взрослые», нынешние претенденты рассчитаны на более юную аудиторию.Однако моральная фантазия Терри Пратчетта, фэнтези-стимпанк Ники Перумова, приключенческое фэнтези и викторианский детектив Фрэнсис Хардинг способны понравиться и взрослым читателям.

Но лауреатом стала самая детская книга — увлекательная сказка канадского Зрелого Города Фэнтези Шарля де Линта. Отлично прописанные персонажи, красивые диалоги, милый юмор, динамичный сюжет, актуальные отсылки к мифологии — вот главные козыри книги. И, конечно же, нельзя не отметить более семидесяти замечательных цветных иллюстраций Шарля Вессе.Недаром книга получила канадскую премию «Солнечная вспышка» за выдающиеся достижения в области фантастической литературы для подростков.

Где можно купить?

Бытовая фантастика года

Претенденты: Пехов Алексей «Современник», Генри Лайон Олди «Сильный», Пудра Ольга «Крылья раскрыть!», Лукьяненко Сергей «КВАЗИ»

Особых прорывов в отечественной фантастике-2016 не наблюдается. Известные авторы выступили на своем уровне – но не более того.Алексей Пехов выдал захватывающее фантастическое фэнтези, Олди снова удачно обратился к мифологии (на этот раз взяв за основу Эпос Крайнего Севера), Сергей Лукьяненко сочинил качественную зомби-версию «Достеров». Это Ольга Порошковая сделала шаг вперед в своем творчестве, хотя ее фэнтезийные приключения излишне второстепенны.

Поэтому мы решили не оридерировать и возвели на верхнюю ступеньку пьедестала Романа Роберта Ибатуллина «Розу и Червяка», который уже был отмечен несколькими наградами за попытки сочинять серьезную фантастику.Несмотря на некоторые недостатки, «Роза и Червь» привлекает динамичным сюжетом, полифонической картиной будущего и основой авторского подхода к научно-техническим деталям.

Где можно купить?

Самая долгожданная книга года

Претенденты: Терри Пратчетт «Маленькие свободные военные», Ричард Адамс «Шардик», Терри Пратчетт «Держи метку», Ким Стэнли Робинсон «Красный Марс»

Майкл Муркок «Глориана; Или королева, не вкусившая плотских утех»

Здесь мы отмечаем книги, которые по разным причинам слишком долго шли к нашим читателям.Обычно речь идет о произведениях зарубежных авторов (хотя бывают и исключения). Среди нынешних номинантов два «плоских» фэнтези Терри Пратчетта, масштабное фэнтези Ричарда Адамса и серьезный фантастический роман Ким Стэнли Робинсон.

И победил роман Майкла Муркока, впервые изданный на родине знаменитого британца Ажа в 1978 году. Впрочем, дело не в «пределе срока» — книга уязвлена ​​жанровыми традициями. Даже для Майкла Муркока, который известен своей склонностью к экспериментам, часто очень стремительным.Глориана — тщательная стилизация под авантюрный роман в традициях литературы эпохи барокко. Читать книгу непросто, но для поклонников она тот самый бальзам на душу. Возможно, не было бы «Глорианы», не появилось бы на свет гремящих значительно позже «новых странностей».

Где можно купить?

Самая нестандартная книга года

Претенденты: Майкл Муркок «Глориана», Дэн Симмонс «Пятое сердце», Марк З. Данилевский «Дом листьев», Джеймс Баллард «Высокий»

Екатерина М.Валенте «Сказки Сяроты»

Магический реализм, литературная игра, альтернативная классика, абсурдистское фэнтези… Так появляются книги, которые не бросишь в прокрустово ложе ни одного из традиционных фантастических жанров. Псевдоисторическая стилизация Майкла Муркока, мистико-детективная грация Дэна Симмонса, конспирологический конструкт Марка З. Данилевского, «Антидутопия Мравова» Джеймса Балларда — таковы нынешние номинанты.

Первенство мы отдали двухтомному роману Екатерины Валенте «Сказки Сярота», где сошлись мифологическое фэнтези, хоррор и постмодернистская проза.Книга состоит из увлекательных и жутких историй, при чтении всплывают в памяти классические сказочные сюжеты братьев Гримм, не адаптированные» для детей. И Роман Валенте прекрасно написан и великолепно переведен.

Где можно купить?

Художественная книга или энциклопедия

Претенденты: «Все Анк-Корпорк: Путеводитель», «Доктор Кто. Жизнь и времена», «Dragon Age. Мир Тедаса. Том 2»

«Мир льда и пламени. Официальная история Вестероса и Игры престолов»

артбуков и красочно оформленных каталогов в 2016 году сбылись.Самым ярким из традиционных изданий такого рода стал второй том «Мира Тедаса». Зато гораздо больше выигрывают книги с игровыми элементами — вроде путеводителей по Анк-Корпорусу Терри Пратчетта и вселенной серии «Доктор Кто».

А победителем стал «Мир льда и пламени», путеводитель по фэнтезийной саге Джорджа Мартина. Авторы этой энциклопедии стилизовали текст под исторические хроники, написанные Майстером. Книга радует обилием великолепных иллюстраций и разнообразной информацией о последних семи королевствах и прилегающих территориях.Отличный подарок для поклонников как эпопеи Мартина, так и сериала «Игра престолов».

Где можно купить?

Новое название года

Заявители: Роберт М. Веган, Феликс Гилман, Лев Гроссман, Марк З. Данилевский


В прошлом году мы встретили массу новых авторов — пришлось даже вводить специальную номинацию. Лев Гроссман с фэнтезийной трилогией «Волшебники», Роберт М. Веган с масштабной фэнтезийной эпопеей «Повесть о пограничнике Микана», автор оригинального застойного «расколотого мира» Феликс Гилман и Марк З.Данилевский, написав элитный заговор «Дом из листьев».

А мы признали победителем английского писателя Фрэнсиса Хардинга, новую звезду юношеской фантастики. В 2016 году на русском языке вышло четыре романа Хардинга — от ее дебютной, занимательной приключения юной Мошки Моски могут летать ночью, до совсем свежей книги писателя, викторианского фэнтезийного детектива «Дерево лжи», ставшего за год романом. и попал в шорт-лист Премии «Медаль Карнеги». Книги Хардинга хороши — сюжет, герои, антураж, стиль.Для подлинно мировой славы ей не хватает только одного — талантливой экранизации.

Номинантов в этой категории — Мифологический технофентези Генри Лайона Олди, вдохновленный китайской средневековой эпопеей Кена Лю, Стимпанк-приключения Алексея Пехова, Постмодернистское фэнтези Льва Гроссмана.

Победителем с огромным преимуществом, почти наполовину опередившим ближайшего конкурента, оказался цикл Роберта М. Вегана «Захвачено Миканой Бордершоп». Пожалуй, с приходом Сапковского мы не знакомились с такой яркой польской фантастикой.Впрочем, по творческой манере Веган мало чем отличается от известного соотечественника. Если уж с кем и сравнивать, то скорее с Джо Аберкромби. Хотя что-то общее с рассказами о Ведьмаке из «Задач» есть — первые четыре части цикла состоят из объединенных общим сюжетом историй и зацепок.

«Легенды» Веган — Жёсткие, резкие, беспощадные и пронзительные тексты, которые сложно причислить к какому-то фэнтезийному направлению. Это одновременно фэнтези эпическое, героическое, приключенческое, мрачное, мифологическое, романтическое, плутовское, детективное…и такая эклектика «легенд» совершенно не мешает. У цикла практически нет слабых мест — увлекательный сюжет, проработанный антуражем, реалистичный стиль, психологически достоверные персонажи, много экспрессивных, моментами душераздирающих эпизодов. А впереди у нас полноценные романы, каждый из которых вылеплен Польской жанровой премией. Так что, возможно, следующие тома «Легенд» Роберта М. Вегана окажутся среди наших лауреатов за 2017 год.

Чтение – одно из самых полезных и приятных занятий.Книгу не стыдно подарить и родному, и другу, и коллеге на Новый год и другие праздники. Книга расскажет о жизни и перенесет ее в фантастически интересный мир и не вызовет никакой зависимости от головной боли. Осталось самое малое — выбрать, какую книгу стоит прочитать. В этом вам поможет рейтинг самых читаемых книг 2016 года. Список составлен по результатам исследования, проведенного компанией Amazon — одним из крупнейших поставщиков книг в мире.

Основным критерием попадания книги в топ-20 стали отзывы пользователей, оставленные на форуме Amazon.

20. «Хоббит», Джон Р. Р. Толкин

Замечательная история о маленьком отважном хоббите Бильбо Бэггинсе. Фэнтези читается очень легко и наверняка проснется, читая другие книги Толкиена. Для тех, кому некогда читать, The Guardian составил рейтинг 2016 года, где «Хоббит» занял 9-е место.

19. «Тайна моего мужа», Лиана Мориарти

«Эмоциональный и мастерски созданный роман с упором на сложность отношений, секретов, прощения, доверия и любви», — так выразился один из рецензентов Amazon.

18. «Эллигент», Вероника Рот

Какие должны быть интересные книги для подростков? Такой, чтобы можно было сразу представить себя на месте главного героя или героини. В этом плане «Дивергент» — это аидальная выдумка для девушек, ведь им так легко представить себя с 16-летним Мерпером и красавицей, от которой зависит судьба мира.

17. «Мальчики в лодке», Дэниел Джеймс Браун

История экипажа, завоевавшего золото на Олимпийских играх 1936 года, дает эмпирический взгляд на спортсменов в трудные времена социальных, экономических и политических бурь.

16. «Книжный вор», Маркус Зузак

В центре событий — девятилетняя Лизель Мемингман, проживающая в Германии в 1939 году. Ее приемные родители учат Лизель читать, и книги становятся главным напряженным в нелегкой жизни ребенка. Повествование самой Лизель ведется от лица смерти, которая (в романе он мужского рода) часто комментирует события в книге.

15. «Платаны», Джон Гришэм

После смерти миллионерши Сеты Хаббард адвокат Джейк Бригенс получает письмо с завещанием покойного.Он вступает в напряжённые судебные тяжбы, в ходе которых раскрываются подробности тёмной истории города.

14. «Simer train», Кристина Бейкер Кин

Это одна из самых интересных книг, основанных на реальных событиях. «Сиротские поезда» в 19-начале 20 веков перевозили домовладельцев и сирот из нью-йоркских трущоб на запад страны, где они находили приемных родителей. В одном из таких поездов едет главный герой.

13. «Инферно», Дэн Браун

Сюжет «Инферно» переплетается с «Божественной комедией» Данте, хотя действие происходит во Флоренции 21 века.

12. «Огненный крест», Диана Галбдон

Хорошая книга не для слабонервных, так как автор затрагивает темы бурного и сексуального характера. Входит в серию любовных фантастических романов «Чужой».

11. «Дивергент», Вероника Рот

Романтика, приключения, смелая героиня, таинственный и деспотический мир, где все люди делятся на 5 фракций в зависимости от доминирующего качества. Вот Успешный Успех одной из самых читаемых книг в мире.

10. «Весь невиданный свет», Энтони Дорре

Если вас интересуют истории, связанные со Второй мировой войной, то «весь невидимый для нас свет» обязательно входит в лучшие книги, которые стоит прочитать. Сюжет связан со слепой француженкой и немецким мальчиком, которые пытаются устроить свою жизнь в военное время.

9. «Щеголь», Донна Тарт

Эта книга является лауреатом многих премий, в том числе Пулитцеровской (за 2014 год). У главного героя Тео Декера должна быть редкая картина «Щеголя» и перстень из музея.

8. «Соловей», Кристин Ханна

Восьмую позицию занимает книга, сочетающая семейные отношения, военную драму и отчаянное мужество девушки, рискнувшей пойти на сопротивление французам.

7. «Открыто», Лорен Хилленбранд

История выживания экипажа самолета, разбившегося в Тихом океане. 47 дней три члена экипажа скитались на спасательных плотах, без провизии.

6. «Марсианин», Энди Вир

Шестой номер — научно-фантастический рассказ, из которого вы узнаете, как вырастить картошку на Марсе, чем заняться долгими холодными марсианскими вечерами и вернут ли космонавту марки его товарищей.

5. «Звезда виновата», Джон Грин

Подростки, умирающие от тяжелой болезни, Хейзел и Огаст не собираются опускать руки. Они боятся смерти, но потери друг друга.

4. «Исчезнувшая», Джиллиан Флинн

Сюжет этого детективного триллера до последней страницы не даст вам ответа на вопрос: виновен ли Ник Данн в исчезновении своей жены Эми, или же все это искренне разыскиваемая коварная женщина играет.

3.«Девушка в поезде», Пол Хокинс

Каждый день не слишком счастливая Рэйчел Уотсон едет по Лондону и видит из окна поезда счастливых супругов Джесс и Джейсона. Но однажды идеальная жена Джесс целуется с другим мужчиной, а на следующий день таинственным образом исчезает. И Рэйчел оказывается причастной к исчезновению.

2. «Голодные игры», Сьюзен Коллинз

«В этой трилогии самые захватывающие книги», «оторваться невозможно» — вот лишь малая часть отзывов читателей.«Голодные игры» рассчитаны в основном на подростковую аудиторию, людям постарше сюжет может показаться слишком насыщенным переживаниями главного героя.

1. «Пятьдесят оттенков серого», Эрика Л. Джеймс

На первом месте книжная история Анастейши и Кристиана, которая понравилась читателям гораздо больше, чем фильм, снятый по произведению. Т.Л. Бартон, обозреватель Amazon, написал, что персонажи популярной книги «настолько реалистичны, что кажется, что они стали вашими друзьями или семьей, а не вымышленными людьми, о которых вы читали.

Настоящие любители литературы всегда в курсе выхода очередных творений известных современных писателей. Понятно, что всех любить нельзя и у каждого автора есть своя аудитория. Но каждый человек, олицетворяющий собой представителя культуры, просто обязан иногда знакомиться с творчеством писателя, к которому лично он не испытывает жалости, но уважает как художника. В 2016 году вышло очень много работ, некоторые из которых можно предложить вашему вниманию. Выбор тех, кто вошел в десятку, был сложным, ведь нужно было брать самых достойных.Итак, в наш список Топ-10 лучших книг 2016 года вошли следующих произведений.

Открывает книжный рейтинг 2016 года Очередной роман известного американского писателя Стивена Кинга, завершающая трилогия о сыщике Билле Ходжисе. Брейди Хартсфилд, преступник из первой части, теперь совершенно безвреден для окружающих, он находится в коматозном состоянии. Но то, что выглядит со стороны, не всегда соответствует действительности. Превосходные смертоносные силы нашли способ проникнуть в него и соединиться с больным воображением маньяка.Его тело неподвижно, по своим возможностям он напоминает овощ. Билл и его напарница Холли вскоре понимают всю опасность, исходящую от того, кто ранее вообразил себе угрозу, а теперь управляет злом, проникающим в весь город. Все идет к жесткому, апокалиптическому стыку, который не предвещает благодатного исхода.

9. Взломанные небеса

На девятом месте в списке лучших книг 2016 года произведение Элы Робертсон, посвящающее читателя в сужающийся мир будущего.Однажды Земля станет совершенно непригодной для жизни, и люди переселятся на искусственный астероид — станцию. Но возможной ценой свободы и выбора станет спасение, ибо новое отречение подчинено воле богов Пантеона. Затянувшаяся война между ними и Totaly Corporation переворачивает судьбу любого человека. Бои сменяются временными труверами, благодаря которым главный герой Джек Форстер возвращается из многолетнего плена домой на станцию.Но его Одиссее не суждено скоро закончиться, он оказывается втянутым в интриги, которые затеяли сами боги. Андоном становится жизнь не только главных героев, но и всего человечества.

Восьмое место нашего рейтинга самых интересных произведений 2016 года занимает Роман Дэн Симмонс, ставший третьим и последним в условной трилогии о Шерлоке Холмсе. Знаменитый герой давно перешагнул барьеры, установленные его литературным отцом Конан-Дойлем, и открывает свои новые, неизвестные публике фрагменты занимательной биографии.По сюжету ему предстоит отправиться в Америку, где необходимо расследовать загадочную смерть Кловера Адамса. Ее муж является родственником двух американских президентов, а значит, предстоит не только запутанное, но и опасное расследование. Сам Шерлок не очень напоминает своего типичного персонажа, что дает ему право задуматься над серьезным вопросом. Кто он? Реальный человек или образ дан жить и кто-то их постоянно контролирует.

Седьмую строчку среди лучших по праву занимает новинка Жана-Кристофера Грина.Писатель, по праву считающийся современным мастером детективного триллера, погружает нас в атмосферу ужаса, связанного с расследованием таинственных убийств. Они связаны с каким-то таинственным ритуалом, разгадать который и стремится Эрван Мореван. Волею судьбы ему предстоит отправиться в самые развалины конголезских джунглей, где можно найти ответы на поставленные вопросы. Семье Ерван однажды пришлось столкнуться с событиями, как точность с течением. И вот теперь становится ясно – все, что происходило ранее, было не случайно, кажется, что сам дьявол избрал их клан, чтобы совершить свою месть, последнюю возможность продемонстрировать свою силу.

Великолепный детектив Лиза Хилтон представляет своему читателю Джудит Рэйчел — образованную, амбициозную, бескомпромиссную со своей совестью героиню. Она работает ведущим экспертом аукционного дома, ей приходится иметь дело с самыми разными картинами гениев живописи всех времен и народов. Но это ее светлая сторона, темная просыпается по ночам, когда она уже не обычная работница в дорогих барах, а хищница-царица. При любых возможностях она пытается стать Его в Высшем обществе, и, оказывается, у нее это получается.Внезапно его совершенно незаслуженно обстреливают, и тогда перед ним открывается только ночь, полная опасностей дороги. Но если другие пути останутся закрытыми, то именно таким образом она сможет полностью удовлетворить свои амбиции.

Увлекательная книга Томаса Армстронга, несомненно, найдет своего читателя как среди взрослых, так и среди детей. В первую очередь она предназначена для подростков, так как в этом возрасте начинают появляться вопросы, на которые родители не всегда находят ответы.Что такое интеллект, как правильно распознать? Автор уверен и наглядно доказывает, что отличные оценки в школе, умение быстро читать и решать примеры говорят об эрудиции, а реализуются интеллектуальные способности иначе. Способность к анализу, наличие грамотных представлений об искусстве, коммуникабельность формируют человека и раскрывают один или несколько видов интеллекта. Итог: Это одна из лучших книг 2016 года для подростков и студентов.

На четвертом месте — Сборник рассказов Энтони Дарра, семь рассказов о том, что нас волнует, но мы далеко не всегда предпочитаем поднимать такие темы.Что такое воспоминания, если они имеют достаточно серьезное влияние на управление нами? И что, пожалуй, лучше выпустить как можно быстрее, но зачем забывать, что это непростительно и безрассудно? Автор не всегда находит безошибочные решения, предоставляя читателю возможность подумать и сделать свои выводы. Завершая рассказ, писатель подводит нас к главному выводу – сам человек со своим внутренним миром и есть та самая стена памяти.

Тройку лучших книг 2016 года уверенно открывает новый бестселлер от Татьяны Устиновой под названием «В ожидании неожиданного».Как всегда, читателя ждет захватывающая история с детективным уклоном. Главная героиня – Таша, она уверена, что этот отпуск ничего и никому не удастся перешагнуть. Ее круиз по Волге обещает стать не просто радостным событием, но и своеобразным прощанием с красотой среднерусской природы, милым развлечением. А вот обычного душещипательного рассказа от известного автора ждать не стоит. Спутники на теплоходе становятся объектом жуткого ташинского наблюдения сначала из-за его стремления понять особенности их личностей, а позже оба участника круговорота мрачных запутанных событий.Ясно одно, есть какая-то тайна, раскрыть которую крайне необходимо не только ради истины, но и собственной безопасности.

2. Ночной кинотеатр

Мрачный детектив, написанный мистическими, гипнотическими красками, всегда потрясающе воздействует на читателя. Познакомьтесь с романом Мариши Песл, главным героем которого является журналист Скотт МакГрейт, — вам предстоит окунуться в преступный мир, созданный его многолетним врагом — загадочным кинорежиссером Станисласом Кордовой.Его дочь нашли мертвой при странных обстоятельствах, расправиться с которыми Скотт желает. Но для этого ему придется погрузиться в мрачный мир субкультуры, в котором Кордова живет уже много лет. Теперь каждый шаг нужно тщательно анализировать, потому что реальность слишком тонка и все, что окружает журналиста, лишь призрачные декорации. Вторая строчка среди лучших работ, опубликованных в 2016 году.

1. Гарри Поттер и проклятое дитя

Франшиза о юном волшебнике, написанная и изданная на рубеже прошлого и нового веков, стала ярким событием литературной жизни.Несмотря на логическое завершение повествования, читатели смогут вернуться в увлекательный мир юных магов. Произведение, уверенно лидирующее в нашем рейтинге лучших книг 2016 года, написано тремя авторами, одним из которых является Джоан Роулинг. Спектакль расскажет о детях главных героев потерианцев, которым предстоит окунуться в события, по своему накалу и драматизму не уступающие тому, что происходило с их родителями. Перемещение в прошлое с благородной целью кардинально меняет настоящее, и каждая попытка оборачивается еще более страшной катастрофой.Нужно ли что-то менять и как избежать ошибок – узнают читатели этой удивительной книги.

Сегодня мы расскажем о лучших книгах, вышедших в 2015 году. Наши любимые авторы не перестают нас радовать и создавать новые шедевры, а помимо этого переиздаются книги, ранее не пользовавшиеся спросом или просто не понятые. Итак, представляем вам, наши дорогие читатели, 15 лучших книг 2015 года. Надеемся, что эти книги пополнят ваш список для чтения на 2015 год.

«Бесцветный Цкуру Тадзаки и его годы» — Харуки Мураков

Харуки Мураками, один из самых известных авторов современности, представил новую книгу, которая сразу же стала популярной среди читателей.

Главный герой попадает в мегаполис. Он все еще Юн и поражен Токио. Он и напуган, и в восторге, а главное — у него есть дом, куда он может вернуться в любой момент. У него была опора в жизни, пока в один прекрасный летний день он не знал, что его привычный мир рухнул. Его оплот дружбы и согласия исчез. Он просто стерт с лица земли. Эта новость полностью меняет жизнь Кусура и впереди его ждет непростое будущее и множество испытаний.

«Марина» — Карлос Руис Сафон

Эта книга опубликована в серии «Кладбище забытых книг». Детективный роман «Марина» был написан в 1997 году. Почти десятилетие автор боролся за издание книги, так как в свет вышло множество поддельных изданий, иногда даже совсем с другим текстом. Но, тем не менее, книга нашла своих читателей всех возрастов.

Действие романа происходит в 70-х годах прошлого века в Барселоне. На улице царит весна.Главный герой «Оскара» пропал на целую неделю. Все это время его искали родственники, друзья, знакомые, учителя и полиция. Куда он все время пропадал? Оскар просто отвечает на этот вопрос, что у каждого человека есть свой секрет. После этого он начинает рассказывать удивительную историю о встрече с загадочной девушкой Мариной.

«К самым чаевым» — Чак Паланик

Чак Паланик снова радует своих поклонников невероятной историей. Апокалиптический римский король Контекультура расскажет, а главное наглядно продемонстрирует сотни новых возможностей для достижения женского наслаждения.На этой книге, впрочем, как и на всех других книгах автора, возрастной клеймо 18+.

Пенни Чариган — обычная секретарша, которая волею случая привлекла внимание Мега-бильярда Линуса Максвелла.

Линус в очень узких кругах известен под ником «Пареньк для Климакса» и любит богатую утонченную жизнь дам. Но он приглашает Пенни на ужин и после ужина она укладывает ее в номер отеля, где несколько дней подряд доставляет ей такие удовольствия, которые ей и не снились.Все бы ничего, если бы Пенни случайно не узнала, что это стало частью эксперимента по разработке новой линии секс-игрушек для дам. Эти игрушки будут продаваться по всему миру, а женщины будут тратить каждую свободную минуту, чтобы удовлетворить свои низменные сексуальные потребности. Пенни решает остановить Линуса и не дать ему получить глобальное эротическое господство над всеми женщинами.

«Унна и Саллинджер» — Фредерик Бегбедер

И снова книга с возрастным ограничением 18+. Сам автор определил жанр этой книги как «Faction»: от английского «FACT» («Факт») плюс «Fiction» («Фантастика»).В 1940 году в Нью-Йорке молодой писатель Джерри Сэллинджер знакомится с Джонли, дочерью известного драматурга. Ему 21, ей всего 15 лет. Любовь, страсть и идиллия, продлившаяся всего несколько дней, пока не началась японская атака на Перл-Харбор, после чего США вступают во Вторую мировую войну. Джерри отправляется в бой, а неизвестный попадает в фильм Чарли Чаплина.

Уна становится женой известного комика.

Сэлинджер прошел войну. Он пронзил своими публикациями большой мир литературы и написал главный роман своей жизни «Над ржаной пропастью».

Но, самое интересное, что книга не об этом. Автор рассказывает отличную историю о встрече Ансаме и Джерри, которая обернулась разлукой на всю жизнь. О встрече, которая определила жизнь этих людей.

«Третье человечество. Голос Земли» — Бернар Вербер

Бернар Вербер продолжает свой социально-фантастический цикл «Третье человечество» новой книгой «Голос Земли».

Действие книги разворачивается на фоне скорого апокалипсиса.Пока все человечество готовится к Третьей мировой войне, Гей — Мать-Земля собирается уничтожать людей. Но люди и микролиды не обращают внимания на его предупреждения.

Экологи не могут говорить от имени Земли. Они видят только ближайшее будущее. Чтобы понять, что происходит с планетой, экологические правозащитники решают спросить у самой матери, что она думает о людях и обо всем происходящем.

Ответ Матери Земли поможет людям вновь эволюционировать, совершить огромный скачок в развитии.Ведь желание выжить, а главное жить — лучшая мотивация для эволюции.

«Планета Вода» — Борис Акунин

Коллекция Бориса Акунина вновь переиздана и содержит большое количество иллюстраций. В сборнике три детектива.

«Планета Вода» написана в 1903 году и имеет подзаголовок «технократический детектив».

Эраст Фандорин бросает поиски затонувшего галеона с золотом, чтобы помочь поймать маньяка, скрывающегося на одном из островов Атлантического океана.

Ностальгический детектив «Парус Одинокий» увидел свет в далёком 1906 году. Эраст Петрович расследует убийство своей бывшей возлюбленной.

Последний детектив в этом сборнике называется «Где купаться?» И идиот. Фандорин расследует ограбление поезда. След, который тянется к самому революционеру.

«Стеклянный замок» — Джаннет Уоллс

Это автобиографический роман, где писатель рассказывает о своем прошлом.

Джаннет рассказывает о своем тяжелом детстве в многодетной семье, где практиковались весьма и весьма возмутительные и жестокие методы воспитания детей.Долгие годы автор скрывала свое прошлое, пока не пришло осознание того, что только освободившись от груза прошлого и страшных тайн, стыда и ненависти, она могла идти дальше и жить спокойно.

«Море — мой брат. Одинокий странник» — Джек Кероак

В этом году вышел сборник Джека Кероака, в который вошли два романа «Море — брат мой» и «Одинокий странник».

«Море — мой брат» первый роман писателя, считавшийся утерянным.Только в 2011 году он был опубликован. «Одинокий странник» приобрел популярность еще при жизни писателя. «Одинокий странник» — путевые заметки. А «Море — брат мой» основан на опыте работы писателя на торговом судне. Эти два произведения отражают стиль писателя и самое главное — передают удивительную атмосферу жизни прошлых лет. В этом году творчество писателя пользуется все большим спросом у читателей.

«Половина кода» — Салли Грин

Эта книга стала самой ожидаемой в 2015 году.Она напоминает историю о Гарри Поттере, и в чем-то эта книга нова и уникальна. С одним фактом поспорить невозможно — эта книга открывает фантастический мир приключений и волшебства.

В Англии в наши дни маги живут рядом с феанами и простыми людьми. Последние даже не представляют себе существование магии. В мире магов власть контролирует Совет Белой Ведьмы, который ненавидит полукровок и следит за чистотой магической крови.

Главный герой — полукровка от Натана.Мать белая ведьма, а отец черный колдун. На Натану начинается настоящая охота и ничего не остается делать, кроме как бежать. Он хочет найти своего отца и получить три подарка, которые должны помочь ему найти свой дар. Но сможет ли Натан скрыть свои планы от Совета, когда за ним постоянно следят, а вся его семья в смертельной опасности?

«Щеголь» — Донна Тартт

Наверняка вы уже видели этот роман на прилавках книжных магазинов. Этот роман стал лауреатом Пулитцеровской премии, а интернет-магазин Amazon назвал это произведение «Книгой года».

Донна Тартт работала над созданием этой книги более 10 лет.

Книга об искусстве и о том, как оно влияет на нашу жизнь. В центре событий оказывается 13-летняя Тео Декер. Он один остался жив после страшного взрыва, унесшего жизни его близких. Тео входит в систему и теперь ему суждено скитаться по приемным семьям и приютам. Шедевр голландского старого мастера, украденный им из музея, стал единственным утешением и смыслом жизни.Это произведение искусства может привести к гибели одинокого ребенка.

«Весь невиданный свет» — Энтони Дерре

Роман «Все невидимые огни» вышел совсем недавно и всего пару недель назад появился на прилавках книжных магазинов на русском языке. Автор проделал невероятную работу по созданию книги, которая просуществовала десять лет.

Роман о двух детях, которые не ведут себя разными дорогами, а идут навстречу друг другу. Спящая француженка и робкий немецкий мальчик. Они пытаются выжить в мире, где бушует Вторая мировая война.Они пытаются выжить и не потерять человеческое лицо, чувства и эмоции, стараются сохранить свою душу. Книга смерти и любви. Книга о войне и о том, что она делает с простыми людьми, так как калечит не только физически, но и морально. Книга о том, как невидимый свет может победить даже тьму.

«Люминила» — Элеонора Катон

Роман Лауреат Береховской премии впервые публикуется на русском языке. Эта книга побила сразу два рекорда этой премии. «Светоносная» не только самая масштабная работа премии, но и автор стал самым молодым лауреатом.

Действие романа происходит в Новой Зеландии в разгар золотой лихорадки. 12 человек собрались вместе, чтобы обсудить несколько довольно странных событий, произошедших с их участием. Пропал молодой парень, которому принадлежит огромная доля сюжетов. Благополучие умерло, и в его хижине был найден клад, а «ночная бабочка» встала на путь исправления. Заговорщики рассказывают обо всем незнакомцу, который случайно оказался среди них. При этом рассказывают довольно странные истории, среди которых и шантаж, и месть, и даже душевный сеанс.Вся книга построена на астрологической структуре и тем интереснее читать этот детективный роман, полный мистики и таинственных событий.

«С неба упали три яблока» — Нарин Абгарян

Нарине Абгарян Армянский писатель, пишущий о своей стране и ее народе. Одна из самых известных книг этого писателя «Манюня».

И вот наступил век геноцида армянского народа, автор выпустил новую книгу, в которой рассказывается о маленьком селе, затерянном где-то в горах и людях, которые там живут.Это замечательная книга об Армении, традициях, любви, смерти и переплетении человеческих судеб. А главное, это книга о невероятной силе Духа и сокровищах души.

«Сентябрьские розы» — Андре Моруа

Андре Моруа считается классиком французской литературы ХХ века. Автор известных биографий Гюго, Бальзы, Дюма и других.

«Признаюсь» — Жаума Кабра

Книга написана в 2011 году, но вышла на русском и на 19 языках только в 2015 году.

Антикварный магазин в Барселоне, где среди многих более ценных вещей есть старинная скрипка. Адрия втайне от отца заменяет скрипку на свою, после чего отца убивают. Адрия чувствует себя виноватой. Спустя много лет он становится ученым и коллекционером, но тайна убийства его отца так и не раскрыта, и вскоре она может исчезнуть навсегда. К тому же Адрия боится, что исчезнет любовь всей его жизни и любовь всей его жизни — Сара. Он пишет дневник, свою исповедь, потому что у него обнаружили болезнь Альцгеймера.

Лучшие книги 2016 года.

📖 Вкуснейшая романтика, от которой текут слюни. Жажда жизни, страсть к власти и вкус к приключениям… Флоренция, 1466 год. Эпоха Медичи, Леонардо да Винчи, Макиавелли, Савонаролы… Бесчисленное количество узких улочек и переулков, шумных мастерских и лавок, монастырей и церквей, дворцов и тюрем. Величайший подарок Нино становится его величайшим проклятием. В отличие от других людей, он может чувствовать вкус любых предметов, не только кулинарных блюд.Каждый аромат, каждый ингредиент оживает для него так же ярко, как в живописи, и он использует свой дар слишком экстравагантно, часто рискуя даже жизнью.
📖 23-летняя Пип ненавидит свое полное имя, не знает, кто ее отец, не может обратить внимание на тренировочный долг, не умеет строить отношения с мужчинами. Она выросла с эксцентричной матерью, которая боготворит единственную дочь и наотрез отказывается говорить с ней о ее прошлом. ПИП не догадывается, сколько судеб он связывает между собой и какой сильной делает его способность отличать хорошее от плохого.Следуя за героиней в ее отважных поисках себя, Джонатан Франзен затрагивает важнейшие проблемы, стоящие перед современным обществом: это и тоталитарная сущность Интернета, и оружие массового поражения, и наследие социализма в Восточной Европе.
📖 Психоаналитик В. Мазин, философ А. Погребняк и художник И. Куксенайте решили публично признаться в своем увлечении циклом замечательного и далеко не единственного детского писателя Николая Носова. К этому шагу их подтолкнуло твердое убеждение, что в образе несовершеннолетнего, его интеллектуальной контроценке и нравственных антирешениях заключен ресурс, столь необходимый всем нам сегодня для выживания в космосе, подчиненной логике современного капитализма — а завтра, может быть, будет полезно для Кондоринга этой чудовищной проекции технических административно-управленческих маднеуков!
📖 Фей про «Нейл, мать-одиночка с двумя детьми, забыла о чем мечтать и верить в сказки.Но стоило переехать в старинный викторианский особняк, как начали происходить загадочные события. Ночью Файес веселится странными огнями за окном, а в квартире Над ней живет взбалмошная старушка Ванде, считающая себя другом известного сказочного персонажа Питера Пэна. Поначалу Фей не отнеслась к этому серьезно, однако знакомство с другим соседом — Джеком Грэмом — заставило ее по-иному взглянуть на происходящее. Джек ничего не помнит о своем детстве, и единственный крючок, который он находит, ведет его… к Венди?
📖 Джун Андерсен досталась в наследство от тети Руби из легендарного книжного магазина «Синяя птица». Вскоре она обнаруживает среди книг уникальные письма — свидетельство давней дружбы между Руби и известной писательницей Маргарет Уиз Браун. Так как магазин на грани разорения, Джун решает спасти его с помощью находки. Она обращается за помощью к Гэвину, владельцу ресторана по соседству с «синей птицей» ресторана. Кажется, у них есть шанс вместе, но у Джуна много тайн, и доверие Гэвина оказывается не таким уж простым.

📖 Представьте, что вы можете вернуться на 20 лет назад и во сне встретиться с самим собой, молодым. Представьте, что у вас есть возможность поговорить с этим человеком. Что бы вы ему сказали? В самом глубоком из всех снов 28-летний Жак Кляйн встречает удивительно похожего мужчину, который утверждает, что он Жак Кляйн в 48 лет. Оказывается, у него открылась способность перемещаться во времени и посещать сны о себе.
📖 Пронзительная история любви и драматическая история жизни мужчины. Сюжет книги основан на реальных событиях.Вишневский пересказывает эту трагическую историю в своей непревзойденной манере — исследуя души, глубоко погружаясь в человеческие чувства. Внезапно обнаруженная измена жены толкает мужа на отчаянный и страшный шаг. Сонная жажда мести, роковые выстрелы — жизнь Винсента уже никогда не будет прежней. Как простить предательство, пережить утрату и можно ли одним покаянием искупить тяжкий грех? Но и от такого мрачного отчаяния Вишневский снова отпускает нас к свету — он глубоко убежден, что любовь сильнее смерти.
📖 Красивые трогательные истории. Эта книга о горьком и смешном мире людей, которые живут, не замечая времени. Людей, которые не боятся летать и умеют находить смешное даже в трагическом. Мир стариков и детей, взрослых и потерявших веру — но не отчаявшихся. Мир людей, навеки застрявший в измерении, где мечты когда-нибудь должны исполниться.

📖 В книгу вошли две истории. «Одна в Париже» — это история о Нелл, скромной и любящей все просчитывать наперед.Однако она мечтает провести романтические выходные с подругой в Париже, а потому по собственной инициативе организует такую ​​поездку. Но ее подруги нет на вокзале, и Нелл едет по Парижу одна. «Медовый месяц в Париже» — Лив и Софи разделяют уже почти сто лет, но обе они стоят на пороге семейной жизни, обе надеясь на счастливый медовый месяц с любимым человеком…
📖 Знакомьтесь с таблицей. Ей 89 лет, и всю свою жизнь она прожила в глуши у берегов Корнуолла.Ходят слухи, что она ведьма и что в роду у нее были русалки. Теперь она сидит на воде с воды пилоном и ждет — не зная чего. Пока не появляется Фрэнсис Дрейк — появляется однофамилец и однофамилец знаменитого мореплавателя. После войны Дрейк не торопился возвращаться домой, задержавшись на два года во Франции. Но он пообещал случайно встреченному в полевом госпитале умирающему солдату, что передаст письмо отцу в Корнуолл, — и, сам того не зная как, оказался в доме Дивнического Парня…
📖 Новая книга Коэльо посвящена личности знаменитой Куртизани и танцовщице, расстрел которой стал причиной народных волнений в Париже 1917 года. Какова ее подлинная история? Является ли исполнение роковой ошибкой? Писатель не боится делать однозначных выводов. Его доказательная база — документальные материалы спецслужб Голландии, Великобритании и Германии. Коэльо убежден: Мата Хари погибла не из-за политических интриг, предательства или распущенности. Опережает ваше время страшное проклятие.Шпионка Хари была одной из первых феминисток, не побоявшихся заявить о себе. Прожить свое время под солнцем не по традиционному «домохозяйскому» шаблону, бросить вызов мужчинам, выбрать независимую позицию — вот принципы, которых хотела Мата Хари.
📖 Орхан Памук — известный турецкий писатель, обладатель многочисленных национальных и международных премий, в том числе Нобелевской премии по литературе за «В поисках души вашего меланхоличного города». Новый роман Романа Памуки «Странные мои мысли», над которым он работал последние шесть лет, пожалуй, самый «стамбульский» из всех.Его действие охватывает более сорока лет — с 1969 по 2012 год. Главный герой Мевлют работает на улицах Стамбула, наблюдая, как улицы наполняются новыми людьми, город приобретает и теряет новые и старые здания, от Анатолия приходят на заработки бедняки. . В глазах у него делаются прикидки, власти сменяют друг друга, а Мевлют все бродит по улицам, зимними вечерами, расспрашивая его, чем он отличается от других людей, почему его посещают странные мысли обо всем на свете и кто на самом деле его возлюбленная, которой он пишет письма последние три года.
📖 В сказках Майкла Каннингема дело в том, что во всех известных нам сказках забыли упомянуть или намеренно обошли молчанием. Что произошло после того, как заклинания рассеялись? Какова судьба принца, с которого проклятие снято, но не полностью? Как загадать желание, чтобы исполнение их не принесло огорчений? Каннингем представил нам свои версии, грустные, местами кошмарные, но удивительно правдоподобные. Автор — блестящий рассказчик, он умеет увлечь читателя и разбудить фантазию.
📖 Интересный роман. Мне это нравится. Написано хорошо, есть над чем задуматься. С первых страниц интересуешься слогом автора. Книга написана в псевдонейтральном стиле и пронизана иронией. Если вы не намерены читать между строк, вас возмутят подобные политические выдумки. Если вы сможете увидеть глубже, то поймете, что смирение и не к такому может привести. Я думаю, что акцент сделан не столько на политику, сколько на внутренние переживания. Внешний мир становится абсурдным, управляемым силой этого мира, средствами массовой информации, он меняет только сиюминутного и обычного человека и остается принимать все происходящее.И так каждый становится таким пассивным хозяином, вдохновляющим и рождающимся, что самое смирение.
📖 Книга в жанре «Антиутопия» от современного писателя. Интересно) В мире, где живет главная героиня — Селестина Норт, есть определенные правила, за нарушение которых человек может получить клеймо. За неправильное решение — клеймо на виске. За ложь — на языке. За попытку побить общество — на правую ладонь. За измену трибунал клеймо на груди, где сердце где. За не восхождение с обществом — на подошве правой ноги.Поэтому, если человек не хочет быть стержнем, то стоит вести достойный образ жизни, следить за его внешностью и речью, не доходить до Трибунала, ибо он закон, в общем, стоит быть совершенным …
📖 Незабываемая и трогательная история о женщинах трех поколений, связанных не волновыми узами. Отношения между Джой и Кейт, матерью и дочерью, далеки от идеала, а Кейт, пытающаяся устроить личную жизнь, убегает из дома. Проглотив себя, что если у нее когда-нибудь будет дочь, то она, Кейт, будет лучшей подругой и они никогда не расстанутся.Но история повторяется. Сабина, дочь Кати, росла упрямой и дерзкой, она с презрением относится к матери из-за клейменных любовных неудач Кати. И вот обстоятельства складываются так, что Сабина приезжает к своей бабушке Радости.

📖 Героиня нового романа Мюриэль Барбери «Жизнь эльфа» две девушки Клара и Мария, это две невероятные судьбы которых коснулась магия. Один живет в Испании, в деревне, затерянной в горах Абруцци, другой — в бургундской деревне.Оба таинственным образом связаны с миром эльфов. Один — талантливый пианист, способный проницательно проникать в невидимое, другой наделен особым даром чувствовать тайны природы, читать ее знаки и за пределами присутствия невидимых существ. Девушки узнают о страшной угрозе, нависшей над миром людей. Клара и Мария, которые никогда не встречались друг с другом, устанавливают связь между собой и, объединив усилия, вступают в бой, и от расхода зависит существование близкого ему человека, да и само существование человечества.
📖 Неананский стиль живет по принципу: делай добро — получай в ответ добро. Каждый день я иду на работу, он кладет в карман шесть камешков, которые напоминают ему о долге творить добрые дела. Но разве потребность в благородных поступках заставляет его помогать людям? Или есть другой мотив? Тайный мотив? О чем? Отличная добрая книга, заставляющая задуматься о простых вещах и учит ценить настоящее и окружающих. Прикосновение. Свет. Причины слез и плача. Творить добрые дела не так уж и сложно, и этот роман как бы напоминает об этом.
📖 1980 год. Аарон и Марк давно уже не верят в существование Деда Мороза, но родители из года в год настаивают на том, чтобы всей семьей отправиться в торговый центр, где мальчишки смогут вручить Деду Морозу списки подарков, которые они хотят получить на Рождество. Дождавшись своей очереди, Аарон и Миллар пишут на листиках все игрушки, которые только можно представить. Но Дед Мороз предлагает детям подарить им на Рождество то, о чем они и не мечтали, а вместо этого просят помочь совершить настоящее рождественское чудо.
📖 Вы когда-нибудь замечали, что город похож на любимого человека? Он слышит вас, заботится о вас, делится с вами, а вы отдаете ему то, что имеете, не задумываясь, больше или меньше. И с городом с этим, как с любимым человеком, у тебя отношения. Со взлетом, спадом и, бывает, разочарованиями. Контрасты. Но какими бы они ни были, гораздо важнее то, что на глубине, под переменчивым течением моря. Есть любовь.
📖 Продолжение знаменитого «дневника дома», поразившего сердца более 2 000 000 читателей Рунета.Помимо всех любивших весь грубый, но обаятельный ужастик, свои ежедневные отчеты и размышления предлагают его старые знакомые — Вода, Лед, Русалка, Обод и бабка Яга.

📖 Все в жизни как будто происходит со своей женщиной, только кот на душе поругался, все с рук катится, ничего не нравится. Если вы знаете это состояние — эта книга для вас. Психолог Елизавета Павлова описывает причины и возможности избавиться от психологического дискомфорта.В книге вы найдете характерные описания, которые помогут вам точно понять, есть ли у вас подобная проблема, конкретные советы и практические идеи по разрешению ситуации и оказанию самопомощи.
📖 Пусть слова «Я люблю и одобряю себя» станут вашей мантрой. Каждый раз, проходя мимо зеркала или видя его отражение, повторяйте это утверждение. Иногда достаточно сделать всего лишь шаг к счастливым переменам. Например… улыбка, ваше отражение. Новая книга автора посвящена работе с зеркалами.За 21 день вы сможете обрести уверенность, повысить самооценку, избавиться от чувства страха и гнева, избавиться от стресса, простить старые обиды и двигаться дальше.

Брошюры 2016.


📖 Как известно, сложное международное положение нашей страны объясняется острым конфликтом руководства России с мировыми волшебниками. Но мало кто понимает корни этого противостояния, его финансовую нищету и оккультный смысл. Гибрид Роман В. Пелевин срывает покровы молчания с этой тайны, просто объясняя в простой и доступной форме основные вопросы мировой политики, экономики, культуры и антропогенеза.В центре повествования — три поколения дворянского рода Можайских, служащих амортизации в XIX, XX и XI веках.
📖 Робин Эллакотт получает с курьером загадочную посылку — в которой найдена разрезанная женская нога. Ее голова, частный сыщик фантастического дирижабля, не так удивлена ​​— но не менее встревожена. В его прошлом есть четыре возможных кандидата на роль отправителя — и каждый из четырех способен на немыслимую жестокость. Полиция сосредотачивается на поиске одного из этих четверых — но чем крупнее забастовка, тем больше я уверен, что этот конкретный подозреваемый не имеет к этому никакого отношения.Вместе с Робин они вынуждены беречь свои руки и погружаться в пучины жуткой психики остальных трех подозреваемых. Но таинственный убийца наносит новые удары…
📖 Вемиты всегда удивляли своей сплоченностью и едва броскими чертами лица. Это была семья, которой наслаждались все. Но, как и у каждой семьи, у них была тайна, скрытая от глаз действительность, которую они сами толком не осознавали. Эбби, Эд и четверо взрослых детей в своем багаже ​​имеют не только прекрасные воспоминания о радости, смехе, семейных праздниках, но и разочарование, ревность, тщательно оберегаемые тайны.
📖 Книжный магазин — идеальное место, чтобы спрятать концы в воду. На пыльных дальних полках мистер Пенумбра хранит книги, которых, если верить Гуглу, не существует. Ренье странных персонажей, вышитых золотом, редкие читатели и ночной продавец, которому чудаковатый хозяин ясно дает понять: не задавай вопросов, а главное — не читай. Но пучок загадок уже будет питаться героем. Пара неосторожных фраз — и вот уже целый батальон друзей — переписчики и программисты из Google, знатоки древности и любители «Звездных войн» — пытаются разгадать шифр полувековой давности.

Алмазный меч, Деревянный меч (Ник Перумов) Читать деревянный алмазный меч 1

Ник ПЕРУМОВ

АЛМАЗНЫЙ МЕЧ, ДЕРЕВЯННЫЙ МЕЧ

КНИГА ПЕРВАЯ

Посвящается моим друзьям, старым и новым, сетевикам фидос и другим.

Написать.

Мои адреса электронной почты:

или 2: 5030/618.2fidonet.org

Пророчество

«Когда два брата освободятся, наступит конец времен»

«Люди Дану будут доведены до отчаяния.И когда их останется меньше, чем речных камней в горсти, их месть состоится»

Иайэнн Мудрый, Видящий народ Дану

МОЛИТВА О ЧАШЕ, СИМВОЛ ВЕРЫ В СПАСИТЕЛЯ

«Истинно говорю вам, бывает, что малый грех всю праведную жизнь обращает в ничто, и каждый страдает за грех одного. Слушай! Живите праведно и скромно, ибо грехи мира накапливаются, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, какой из малых грехов раскачает Чашу Его Терпения.

И еще, и тоже истинно говорю вам — трепещите! Ибо Три Спящих Зверя должны получить свободу, но им не будет дана власть причинять вред живым существам сразу, а только по прошествии трех дней. И пока все Трое свободны, Чаша не нальется. Так будем молиться, чтобы Он отвел от нас эту судьбу! Аминь»

Лучше бы добраться до Хвалина до того, как Дождь настигнет…

Она проснулась, вырвавшись из зыбкого, зябкого сна.Прохладный октябрьский ветер просачивался сквозь щели и дыры в навесе фургона. Не спасало ветхое и кургозное одеяло, если бы не смертельная усталость, она не сомкнула бы глаз до утра. Старый шрам на шее очень болел — к дождю. Старый и ужасный шрам… очень страшный…

Опять дорога. Черт бы побрал ее. И вечное «…пока Дождь не настиг…», повторяемое в разных вариациях всей труппой без исключения.

Да, местный Душ действительно можно было назвать так, с большой буквы.Он действительно должен был не «заряжаться», а настигать – с востока шло сумрачное и темное, небесное войско, горизонт клубился черным, словно там, вдали, полыхали невиданные огни, но люди старались говорить обо всем, что касался Смертельных Дождей в самых обычных на словах, как будто это могло спасти от смерти, льющейся с небес!

На этот раз это был Китсум, старый клоун, который никогда не расставался с бутылкой. Руки у него уже хорошо тряслись, а изо рта пахло какой-то алхимической гадостью, пусть он и редкая штука! — случайно оказался трезвым.На перрон он вышел только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» варьировался от двуногой кружки до целой бутылки огороженного гнома «Каменное тепло».

Она вздрогнула, тщетно пытаясь сохранить остатки тепла. Все, сейчас ее поднимут. Фургон остановится максимум на несколько минут, наберет воды из придорожного колодца, а затем поплетется дальше, через лес, буреломную пустошь, через Суболичскую пустошь, отделяющую славный город Хвалын от не менее славного города Остраги.

«…Лишь бы успеть, пока Дождь не нагнал…»

Они не ночевали. Мы не вели огня на привалах. Еду как-то варили на железной плите, опасаясь, что ее унесут за борт фургона.

Потому что, если в пути попадет дождь, все они могут прочитать мусор.

Не дожидаясь пинка в бок, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Остроконечные уши и в самом деле придавали ей некоторое сходство с кошкой — причем с дикой.

Агата из племени дану. Точнее, люди называли ее Агатой — за редкие волосы, иссиня-черные, чернее вороньего крыла; а как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

Ах, я проснулся… — Китсум сидел на своей потрепанной груди и пил дымящийся чай из треснувшей костяной кружки. Фургон нещадно трясло, но старый клоун каким-то образом ухитрился не пролить ни капли.

Боги! Китсум пьет чай по утрам!

Приступим к делу, остроухий сопляк.Там котлы нечистые с вечера. А Троша принес воды для вас — и здесь, и для господина Онфима. Отдал бы парню в благодарность…

Девушка (точнее, девочка; по человеческим меркам на вид ей было лет четырнадцать, не старше; а сколько нечестивых Дану, всякий верующий в Истинного Бога никогда и не подумает) насмешливо села, потянув за складки ее широких брюк в сторону с ее пальцами.

Если ты пьешь чай, значит ли это, что бочка гномоеда показала свое дно, о почтенный Китсум, да не спадет ли белизна грима с твоих щек на помосте? — Агата ловко увернулась от брошенного ей в голову рваного башмака и показала старику язык.

Китсум относилась к ней как к лучшему в труппе. Кроме, конечно, Троши, такой же изгой, как и она.

Туфля врезалась в навес и, завершив полет, приземлилась прямо на голову рекомендованного Троша, молодого парня, которого взяли в цирк Онфим и Онфим за редкостное здоровье, естественно огромную силу и столь же огромную дурь с доверчивостью . Он работал с тяжелыми стальными шарами, соединенными цепью, подбрасывал их, крутил, вызывая постоянные стоны, вздохи и платки, закрывающие лица дородных купцов, которые по безрассудству мужей оказались на Хвалынской, Остраге. или Ежелинские ярмарки.Почти каждое выступление заканчивалось тем, что хозяин Онфим, первый, брал Трошу за руку и куда-то уводил, каждый раз возвращаясь очень довольным. Парень появился только на следующее утро и на жадные расспросы Тукки и Токки, товарищей-акробатов, ответил лишь недоуменным пожиманием плечами:

«Да она всю ночь каталась на мне, проклятая корова… Я лучше еще раз шары поверну. Удовольствие… что? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Я устал, вот и все. И они не давали мне достаточно сна.Как всегда…»

О, — тут же открыл глаза дисциплинированный Трош. — Простите, мистер Китсум… Я встаю, мистер Китсум…

Помочь вам выздороветь, мистер Китсум? — умело имитируя голос, продолжала Агата, уже склонившаяся над котлами.

Болван! .. Эх, Агата, похотливая кошка, это снова ты! Сколько раз я попадался на твою глупую выходку! ..

Девушка Дану фыркнула.

Пока мистер Онфим, товарищи-акробаты и остальные обитатели двух цирковых фургонов не проснулись, она могла себе это позволить.Затем будут использованы кнуты или заклинания, терзающие плоть дочери племен Дану. Если, конечно, она не будет слушаться.

Агата пригнулась еще ниже.

Песок и ледяная вода — и скребите, как хотите, застывший жир с накипью. Как бы плохо ни шли дела, господин Онфим первый и товарищи-акробаты, наушники и вешалки хозяина, не отказывали себе в еде. Правда, тогда господин Онфим взял плетку и собственноручно согнал лишний жир с визжащих братьев.

Привет, Трош.

Ой, здравствуй, Агатка… — Он покраснел, мгновенно потемнел, как дикий южный рыбоед с испеченных солнцем островов.

Забавно — парень, которого каждый день на ярмарках подсовывали какой-нибудь купчихе, а то и скучающей дворянке, сдался и невероятно сконфузился перед Агатой. Его простодушное сердце, кажется, навсегда было пленено остроухой черноволосой девушкой Дану, отвратительной и безбожной Нелюдью, по авторитетному мнению магистров теологов Мелджина, южной имперской столицы.

Вы принесли воду, спасибо.

Не больно начинать день с такой неприятной процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что может разозлить мистера Онфима в первую очередь. Иногда он не обращает никакого внимания на чистоту посуды, а иногда закатывает из-за этого полнейшие истерики, заканчивающиеся побоями и поркой.

Трош хотел было ответить, но еще больше смутился и только махнул рукой.

Так что же я… Я всегда…

Эй, вы что, глаза выкололи, ленивые тушканчики? — рявкнул с козла Нодлик, вторую половину ночи пробывший у кучера.Она и Эвелин на самом деле были жонглерами; оба то и дело наставляли друг друга рога, ссорились и дрались, но тотчас же приходили к полному согласию, когда дело доходило до насмешек или оскорблений на Агату.

Сколько мы махали, Нодлик? .. Давай, бросай вожжи, у меня тут чай, — откликнулся Кицум. — Холодная дорога леденит грудь и душу, пора немного согреться!

Агата никогда не могла понять, как можно одинаково относиться ко всем — и к ней, и к Троше, и к Нодлику и Эвелине, которые находили некое удовольствие в том, чтобы сделать очередную гадость девочке-Дане.

Чай? Ты сказал чай, о величайший комик? — воскликнул Нодлик. — Гони сюда этого оборванного кота! Агата! Давайте двигаться, или вы получите это право в одно мгновение!

Посвящается моим друзьям, старым и новым, сетевикам фидос и другим.

Мои адреса электронной почты:

[электронная почта защищена] или 2: 5030/618.2 fidonet.org

Пролог

Пророчества

«Когда два брата будут свободны, наступит конец времен»

«Люди Дану будут доведены до отчаяния.И когда их останется меньше, чем речных камней в горсти, их месть состоится»

Иэн Мудрая Провидица народа дану
Молитва о чаше, символе веры спасителя

«Истинно говорю вам, бывает, что малый грех всю праведную жизнь обращает в ничто, и каждый страдает за грех одного. Слушай! Живите праведно и скромно, ибо грехи мира накапливаются, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, какой из малых грехов раскачает Чашу Его Терпения.

И все же, и также истинно говорю вам — трепещите! Ибо Три Спящих Зверя должны получить свободу, но власть причинять вред живым существам им будет дана не сразу, а только по прошествии трех дней. И пока все Трое свободны, Чаша не нальется. Так будем молиться, чтобы Он отвел от нас эту судьбу! Аминь»

Часть первая

Глава первая

Хвалин можно было добраться до того, как настиг Дождь… Она проснулась, вырвавшись из зыбкого, холодного сна.Прохладный октябрьский ветер просачивался сквозь щели и дыры в навесе фургона. Ветхое и кургозное одеяло не спасало, если бы не смертельная усталость, она не сомкнула бы глаз до утра. Старый шрам на шее очень болел — к дождю. Старый и страшный шрам… очень страшный…

Снова дорога. Черт бы побрал ее. И вечное «…пока Дождь не настиг…», повторяемое в разных вариациях всей труппой без исключения.

Да, местный Душ действительно можно было так назвать, с большой буквы.Ему действительно предстояло не «зарядиться», а настигнуть — с востока шло сумрачное и темное, небесное войско, горизонт клубился черным, словно там, вдали, полыхали невиданные огни — но обо всем, что связано со Смертными Ливнями , люди пытались говорить самыми обычными словами, как будто это могло спасти от смерти, льющейся с небес!

На этот раз это был Китсум, старый клоун, который никогда не расставался с бутылкой. Руки у него уже хорошо тряслись, а изо рта пахло какой-то алхимической гадостью, пусть он и редкая штука! — случайно оказался трезвым.На перрон он вышел только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» варьировался от двуногой кружки до целой бутылки окончатого гнома «Каменное тепло».

Она вздрогнула, тщетно пытаясь сохранить остатки тепла. Все, сейчас поднимут. Фургон остановится самое большее на несколько минут, наберет воды из придорожного колодца, а потом поплетется дальше, через лес, буреломное безлюдье, через Суболичью Пустошь, отделяющую славный город Хвалин от не менее славного города Остраги.

«… Лишь бы успеть, пока Дождь не настиг…»

На ночь не остались. Мы не вели огня на привалах. Еду как-то варили на железной плите, опасаясь, что ее унесут за борт фургона.

Потому что, если в пути попадет дождь, все они могут прочитать мусор.

Не дожидаясь пинка в бок, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Заостренные уши и в самом деле придавали ей некое сходство с кошкой — причем именно с дикой.

Агата из племени дану. Точнее, люди называли ее Агатой — за редкие волосы, иссиня-черные, чернее вороньего крыла; а как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

— О, я очнулся… — Китсум сел на свою облезлую грудь и пил дымящийся чай из треснутой костяной кружки. Фургон нещадно трясло, но старый клоун каким-то образом ухитрился не пролить ни капли.

Боги! Китсум пьет чай по утрам!

— Приступим к делу, остроухий сопляк. Там котлы нечистые с вечера. А Троша принес воды для вас — и здесь, и для господина Онфима. Отдал бы парню в знак благодарности…

Девушка (вернее, девушка; по человеческим меркам на вид ей было лет четырнадцать, не старше; а сколько нечестивый Дану, любой верующий в Истинного Бог бы и подумать не мог) насмешливо села, расправляя пальцами складки широких брюк.

— Если ты пьешь чай, значит ли это, что бочка гномоеда показала дно, о почтенный Китсум, пусть белизна грима не спадет с твоих щек на перроне? — Агата ловко увернулась от брошенного ей в голову рваного башмака и показала старику язык.

Китсум относилась к ней как к лучшему в труппе. Кроме, конечно, Троши, такой же изгой, как и она.

Туфля врезалась в навес и, завершая полет, опустилась прямо на голову рекомендованного Троша, молодого парня, которого взяли в цирк Онфима и Онфима за его редкое здоровье, от природы огромную силу и столь же огромную глупость с доверчивостью.Он работал с тяжелыми стальными шарами, соединенными цепью, подбрасывал их, крутил, вызывая постоянные стоны, вздохи и платки, закрывающие лица дородных купцов, которые по безрассудству мужей оказались на Хвалынской, Остраге. или Ежелинские ярмарки. Почти каждое выступление заканчивалось тем, что хозяин Онфим, первый, брал Трошу за руку и куда-то уводил, каждый раз возвращаясь очень довольным. Парень появился только наутро и на жадные вопросы Тукки и Токки, братьев-акробатов, отвечал лишь недоуменным пожиманием плечами:

«Да она всю ночь каталась на мне, корова ты проклятая… Я лучше еще раз поверну шары. Удовольствие… что? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Я устал, вот и все. И они не давали мне достаточно сна. Как всегда…»

— Ой, — дисциплинированный Трош тут же открыл глаза. — Простите, мистер Китсум… Я встаю, мистер Китсум…

— Помогите выздороветь, мистер Китсум. Кицум?- умело имитируя голос, продолжала Агата, уже склонившаяся над котлами.

— Болван!.. Тьфу, Агата, похотливая кошка, это снова ты! Сколько раз я попадалась на твоей дурацкой выходке!…

Девушка Дану фыркнула.

Пока мистер Онфим, товарищи-акробаты и остальные обитатели двух цирковых фургонов не проснулись, она могла себе это позволить. Затем будут использованы кнуты или заклинания, терзающие плоть дочери племен Дану. Если, конечно, она не будет слушаться.

Агата пригнулась еще ниже.

Песок и ледяная вода — и скребите, как хотите, застывший жир с накипью. Как бы плохо ни шли дела, господин Онфим первый и товарищи-акробаты, наушники и вешалки хозяина, не отказывали себе в еде.Правда, тогда господин Онфим взял плетку и собственноручно согнал лишний жир с визжащих братьев.

— Привет, Троша.

— О, здравствуй, Агатка… — Он покраснел, мгновенно потемнев, как дикий южный рыбоед с испеченных солнцем островов.

Забавно — парень, которого каждый день подсовывали на ярмарках какой-нибудь купчихе, а то и скучающей дворянке, сдался и невероятно сконфузился перед Агатой. Его простодушное сердце, кажется, навсегда было пленено остроухой черноволосой девушкой Дану, отвратительной и безбожной Нелюдью, по авторитетному мнению магистров теологов Мелджина, южной имперской столицы.

— Вы принесли воду, спасибо.

Не больно начинать день с такой неприятной процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что может разозлить мистера Онфима в первую очередь. Иногда он не обращает никакого внимания на чистоту посуды, а иногда закатывает из-за этого полнейшие истерики, заканчивающиеся побоями и поркой.

Трош хотел было ответить, но еще больше смутился и только махнул рукой.

— Ну и что я… Я всегда…

— Эй, вы что, жмуритесь, ленивые тушканчики? — рявкнул с козла Нодлик, вторую половину ночи пробывший у кучера.Она и Эвелин на самом деле были жонглерами; и то и другое наставляли рога друг друга, ссорились и дрались, но тотчас же приходили к полному согласию, когда дело доходило до насмешек или оскорблений на Агату.

— Долго мы махались, Нодлик? .. Давай, бросай вожжи, у меня тут чай, — отозвался Кицум. — Холодная дорога леденит грудь и душу, пора немного согреться!

Агата никогда не могла понять, как можно одинаково относиться ко всем — и к ней, и к Троше, и к Нодлику, и к Эвелине, которые находили некое удовольствие в том, чтобы сделать очередную гадость девушке-Дане.

— Чай? Ты сказал чай, о величайший комик? — воскликнул Нодлик. — Гони сюда этого оборванного кота! Агата! Давайте двигаться, или вы получите это право в одно мгновение!

«Мы» сказано не зря. Эвелин никогда не упускала возможности принять участие в бойне.

— Оставь ее, Нодлик. Она моет котлы.

— А… это место для дерьма вроде этих Дану. Ну тогда я тут трошу.

— Ага, ага, подождите, господин Нодлик… — поспешил силач.

Нодлик бросил ему поводья (ловко попав концом одного из них в глаз) и вылез из ящика в фургон.Он был высокого роста, но весь какой-то неуклюжий, костлявый, надломленный, с длинным печальным лицом, которое никакая косметика не могла оживить. Лоб жонглера был покрыт многочисленными багрово-синюшными прыщиками; редкие волосы, пегий с сединой, висели, как сальные сосульки, — а Нодлику было всего тридцать пять по человеческому счету! ..

— М… мы уже встаем? .. — осведомился хриплый, как будто женский голос. — Эй, сука, мой завтрак готов?

«Стерва» было самым ласковым словом Эвелин по отношению к Агате.

— Котлы чистит, подружка, — счел нужным заметить Китсум.

— Ну ты и коза… Нашла, что ей доверить… Пусть Онфим нальет ей и за это — все развлечения…

Агата дернула щекой.

«Они все просто грязные свиньи. Грязные, пьяные, совокупляющиеся свиньи. Свинья может столкнуть Дану в грязь, но настоящая Дана никогда не обратит против нее свой гнев. — хотя, по правде говоря, эта максима, извлеченная из Атанн-эуй Ахимм, Тан-эу-Ахим, если писать первобытными человеческими буквами, Царских Шести Книг, в последнее время перестала утешать Агату.

Теперь все пассажиры первого фургона собраны. Кицум, Нодлик, Эвелин, Агата и Трош сидят на ящике. За ними ехал второй вагон их цирка, намного больше и богаче. Навес над ним был новый и прочный, без единой дыры. Там ехали сам господин Онфим первый, Еремей — заклинатель змей, братья-акробаты и Танша — Смерть-дева, как называли ее ярмарочные зазывалы. Сам г-н Онфим, как и положено хозяину, занимался сбором денег и раздачей зарплаты.Его сводный брат, Онфим II, сидел в Ежелино, посылая брату сообщения посредством почтовых заклинаний о том, где и когда выгоднее всего поставить спектакль.

Агата — служанка, посудомойка, швея, кухарка, танцовщица, музыкант, акробатка, живая кукла, которую Кицум на потеху самой почтенной публике бил по голове и другим частям тела. тело с бутафорским хлыстом, живая мишень в аттракционе Девы Смерти — завершили список художников Онфима».Излишне говорить, что она не имела права на какую-либо зарплату. Тонкая шея Даны была обернута зачарованным ошейником из грубого железа. Она была рабыней без права искупления.

«А ну-ка пошли молиться, скорей», — подгонял остальных благочестивый Нодлик. — А ты, данка, опусти свои безбожные зенки, нечего тебе глазеть, как народ молится честному истинному Богу…

Истинному Богу. Всю землю отдал в руки своего избранного народа, с глазу на глаз, испепелил своих врагов, укрепил свои твердыни и дал несокрушимую силу своему оружию.А кто бдительный, каждый день, ему и сейчас помогает.

Все в фургоне, кроме Агаты, начали молиться. Церковь не позволяла Дэну участвовать в причастии или крещении. Они имели право существовать либо как побежденные враги — то есть как рабы; или как еще не побежденных врагов, но это, конечно, временно.

Невольно Агата прислушивалась к монотонным гулким голосам.

— … И не дай случиться злу…

— Боже, избавь нас от …

Все как обычно. Агата уже выучила эту утреннюю молитву. Ее назалили жрецы в невольничий лагерь, куда сгоняли всех только что пленных, жрецам отвечали пьяные голоса охранников; тянули надзиратели в заведении для тех, кто не хотел так легко мириться с рабским ошейником; бормотали толстяки, выпрашивая немного удачи, то есть удачного обмана; — прошипели хозяйки, пришедшие выбирать себе слуг, а мужу — наложниц, ибо Дана не люди, а всего лишь сосуд для удовлетворения низких мужских потребностей…

Агата слушала молитву. Как велика сила этого нового бога, если он дал в руки Людей страшную, непреодолимую боевую магию, на исконных землях Даны, эльфов, гномов, орков, троллей, кобольдов, половинок, голов, гурров, харридов и многие другие — помогли создать темную Империю, страх и ужас всех нечеловеческих рас, ненасытное чудовище, пожирающее сердце и печень своих врагов, выкашливающее легионы, уходящие все дальше и дальше, к самым берегам океана. И вместо гордых лебединых кораблей эльфов и Дану, несшихся по волнам в стремительном полете, теперь моря разрывают на части бараньи носы боевых галер, окованные красной медью…

… И Епископат усердствует, по исконно правилу «разделяй и властвуй», и ныне допущены к общению полезные Свободные Империи, народ непревзойденных воинов; , порядок и царские десятины, но — оставили в относительном покое.

Церковь и маги милостиво позволили загнанным глубоко под землю гномам хоть как-то торговать, делать какую-то грязную работу за орков, троллей и гоблинов, пускали их на имперские рынки и мрачные караваны кобольдов.

А безбожная Дана и эльфы вне закона. А также неудачные головы, гурры, харриды. Но эти вряд ли реально понимают, что происходит, они убийцы и дикие кровопийцы, с ними беспощадную войну вели даже Даны, бывшие хозяева лесов…

Руки Агаты, не требуя вмешательства головы, все это время старательно отскребало железные внутренности котлов.

— Вы уже закончили? — Эвелин придирчиво осмотрела сталь, натертую до невероятного блеска.- А сейчас проверим…

— Эй, ты, там, по голове! — закричали сзади.

Агата подняла голову.

Здоровенный фургон господина Онфима, первого, тянули аж шестеро, запряженные парами лошадей. Еремей, заклинатель змей, сидел впереди; впрочем, теперь он не сидел, а, напротив, подпрыгивал и махал руками.

— По голове! Ты уже помолился, аль нет? Господин Онфим спросил! И еще — услышь сюды! Срочно требуется г-н Онфим данку!

— Молились, молились, — пробормотал Нодлик.

Что-то похожее на сочувствие мелькнуло в тусклых глазах Кицумы, устремленных на Агату.

Владелец бродячего цирка имел несчастье проснуться слишком рано. Обычно в пути он выкалывал себе глаза не раньше полудня. Молился; после чего он перешел к делу. Собственно говоря, это было бедой для всех без исключения артистов, в том числе и для товарищей-акробатов; в относительной безопасности могла чувствовать себя только Дева Смерть, с энтузиазмом согревавшая по вечерам господина Онфима Первого.

Здесь, посреди Суболишской Пустоши, с висящим на плечах Смертельным Ливнем, быть выброшенным из фургонов означало верную смерть.Господин Онфим уже был в ярости, что добрую четверть сезонной прибыли приходится отдавать остражскому волшебнику, наложившему на лошадей заклятие неутомимости.

Девушка Дану скользнула по борту фургона, словно стремительная ласка. В ее движениях была нечеловеческая гибкость и плавность, казалось, что она не бежит, а течет ручейком.

Обернувшись, Троша проследил за Агатой долгим взглядом и со вздохом облизнул губы.

— Ну, теперь эта сука получит! Эвелин злобно усмехнулась.- Так я не понимаю, мы что, без завтрака остались?

— Выживешь, — невозмутимо бросил Кицум. Как ни странно, прикладываться к бутылке он не спешил — то ли запасы действительно были исчерпаны, то ли ему во сне явился сам святой Сухорот, ненавидящий пьяниц.

Эвелин поморщилась, но промолчала — они как-то пытались вместе с Нодликом устроить «темного» клоуна. Жонглер пролежал неделю, и Эвелин пришлось изрядно раскошелиться, чтобы волшебница-косметичка скорректировала известную ей асимметрию физиономии.Они больше не осмеливались причинять Кицуме боль.

Женщина тут же выместила свой гнев на Нодлике. Втянув голову в плечи, он начал готовить.

* * *

Агата ловко увернулась от хлыста, который хлестнул очень близко. Заклинатель змей в отчаянии выругался.

— Доброе утро, господин Еремей, — пропела Агата медовым голосом, умудряясь на бегу сделать реверанс. Она схватилась за борт фургона и одним движением оказалась внутри.

В г.Фургон Онфима. Здесь было две печи, и одна была выложена камнями. В обоих уже горел огонь. Возле печей толкались братья-акробаты, крайне раздраженные таким поворотом событий. У обоих лица были покрыты сажей.

Мистер Онфим полулежал на кассовом сундуке, накрытый четырьмя слоями одеял. Рядом суетилась Танша-Смерть, неся дымящиеся миски.

Да, беспрецедентное дело. Мистер Онфим отвез свою любовницу готовить! Обычно это делала рабыня Дану; сегодня, видите ли, произошло нечто особенное.

Хозяин цирка не любил утруждать себя приветствиями. Даже с Таншей он разговаривал, как правило, так: «Ну что, готов? Как долго вы можете ждать? Подними юбку, сука, и наклонись! А вы отворачивайтесь, зверюги…»

«Мы минуем остатки Друнгского леса», — прошипел Онфим. — Сейчас мы сделаем остановку. И пойдем гулять. Вместе с вами. заставь меня ждать!Не то…

— Да, господин Онфим, — Дану низко поклонилась.

«Грязные свиньи.Пьяный лес! Западная граница земель Дану… последний оплот. Я знал, что он будет на нашем пути… Он позвал меня, он узнал меня за десять лье — но не мог разглядеть ошейника на моей шее… Великие Боги, Онфим, оказывается, знает историю вполне хорошо! .. И мне придется снова смотреть, как нога жалкого гумануса топчет священную землю моих отцов! ..»

Однако она так и не смогла ничего сделать. Ошейник был склепан умелыми колдунами.

Онфим выбросил чехлы.В темно-зеленом охотничьем кафтане, в высоких сапогах и с кривой арцахской саблей на поясе он совсем не походил на хозяина бродячего цирка, недавно изменившего шестидесятилетие, отросшего большим животом, большого любовника пива и женщин, как человеческих, так и нечеловеческих. Пухлые щёки исчезали в никуда, а потускневшие глаза горели настоящим, живым огнём — такого не случалось даже в самые счастливые минуты его жизни, когда он подсчитывал выручку.

«Я жду», холодно напомнил он.

Агата молча поклонилась.

— Еремей! Остановимся, — скомандовал Онфим.

Братья-акробаты посмотрели на Дану злыми крысиными глазами.

Догнать головной фургон, прихватить теплый плащ — единственное, что ей оставалось, натянуть походные сапоги было делом одной минуты. Телеги со скрипом остановились; Китсум, открыв рот, посмотрел на хозяина.

— Мистер… Мистер Онфим! — от испуга он хрипел и спотыкался чуть ли не на каждом слоге. — Дожди… Мистер Онфим…

Агата чуть не упала, заметив улыбку на тонких бескровных губах хозяина.

— Все в порядке, Китсум. Я все предусмотрел. В том числе и на этой остановке. Жди нас… мы ненадолго, самое большее — до вечера. А чтобы у горячих голов не было соблазна сбежать с телегами и деньгами, я наложил на лошадей заклятие Пут.

Он поднял руку. На его безымянном пальце Агата увидела кольцо с камнем изумрудного цвета в дешевой бронзовой оправе. Онфим пробормотал слова пароля, и камень вспыхнул, исчезнув в ярко-зеленом пламени.На кольце остается только пустая розетка.

Уши на мгновение заложило.

— К моему приезду, чтобы вагон прогрелся и ужин был готов, — неприятным голосом приказал Онфим. — А теперь вперед, данка! .. Отрабатывай свой хлеб! ..

Агата молча двинулась вперед.

«Ты меня удивил, Онфим. Никогда бы не подумал, что ты знаешь о нашем Лесу. Никогда бы не подумал, что ты сам захочешь в него залезть. Но самое главное, что вам нужно в Друнгском лесу? Ваши маги прочесали его вдоль и поперек.А народу было много — искали золото Дану, дураки… Ты не похож на дурака, Онфим. Грязная, жестокая, развратная и бесчестная свинья, Онфим, но далеко не глупая. Так зачем тебе нужно было идти в наш Лес?

Деревья вдоль дороги росли обычные, человеческие. Мусорные деревья, как их называл истинный Дану. Маленькие, тощие, истерзанные гнилью и тлей, местами опутанные паутиной тутового шелкопряда. Их ненавидящие взгляды сверкали за спиной Агаты, безъязыкие рты раздвинулись, извергая поток грязных и отвратительных проклятий, неслышимых никем, кроме нее.Желание быть изнасилованной и задушенной собственным отцом могло на этом фоне сойти за изысканную вежливость.

Чуть дальше от дороги лес стал чище. Это и понятно – деревья вдоль дороги принимали на себя всю злобу проходящих, все их горе и разочарование, и от этого болели, томились, но не умирали и даже рождали потомство. Бесконечность мучений только усиливала гнев.

Ветки пытались схватить Агату за волосы, выцарапать ей глаза — Онфим хлопнул их тонкой костяной стопкой, и девушка почувствовала в ложке внезапный ледяной укол — желтоватая кость явно таила в себе какое-то заклятие, и притом не легкий.

— Почему ты встал? Давай, остроухий!

Пробирались сквозь унылые заросли — листья и трава как будто покрыты пылью, хотя откуда пыль? Липы и клены соседствовали с соснами, грабами и елями — результатом всеобщего магического хаоса во время Войны с Дану, о котором человеческие менестрели поют на каждой ярмарке, на каждом базаре и в каждом постоялом дворе.

Те, кто выжил Дану, изо всех сил стараются не вспоминать о ней.

— Куда идти, мистер Онфим? — еще одна жалкая попытка самообороны. Не господин , а господин , просто вежливость…

— Не делай вид, что не знаешь, остроухий. Веди меня к Друнгу! До самой глубины! Ты чувствуешь это, я знаю. Вести!

Агата коротко поклонилась. Она закрыла на мгновение глаза, оторвавшись от того больного, злого леса, от жалкой пародии на него, окружавшего ее теперь; чувства девушки-дану тянулись вперед, к близлежащим холмам, где из каменных гротов еще текли быстрые, безоблачные потоки, где еще высились на холмах настоящие Лхаданн Наастонн, Истинные Деревья, где все другое, даже воздух…

Где родина Дану.

Лес ответил сразу — непрерывным гулом гигантских ветвей, нежным трепетом листвы, не знающей увядания (когда Дана отступила, Лхаданн Наастонн научилась сбрасывать листву на зиму — наивная попытка уберечься от гнева Люди, чей закон «Уничтожь незнакомое!»

Онфим держался в трех-четырех шагах от Агаты Правая рука на рукоятке сабли, левая сжимает груду костей.Слышали о монстрах Друнга, рожденных из остатков злой магии, которые ходили с огненной метлой по твердыням древнего народа?

Сама Агата толком ничего об этом не знала, но надеялась, что ее кровь, кровь Дану, послужит надежной защитой. Такое уже было, и не раз.

Мало-помалу изуродованный человеческий лес отступал. Среди бурьяна мелькнула пушистая метелка Ссорти, на ветвях совершенно обычного дуба мелькнул кружевной венчик Доконни, и вот первый куст синего ауозинна — считай, прилетел.

Привет, Друнг. Человеческая гортань не способна передать созвучие твоего истинного имени: Dad’rrount’got. Даже примитивное Dadrrountgoth (хотя оно почти не имеет ничего общего с вашим настоящим именем) слишком сложно для них. Пьяный! Имя собаки или племенного быка…

Ну вот и ты, Dad’rrount’got. Я иду по твоей земле, и моя шея покрыта злым человеческим железом. Со встроенным утюгом. И я бессилен против него. Я мог умереть, но жизнь и месть были завещаны мне.И именно поэтому я возглавляю этих грязных Людей, чье дыхание — вонючая гниющая падаль. Прости меня, Великий Лес, прости свою ветреную внучку, она слишком долго пела и танцевала… Но теперь она оплачивает счета всего племени Дану.

«Мы на границе Друнга, господин Онфим.

— Попробуй, остроухий, и, может быть, проживешь сегодня без шлепков. Поехали дальше! Веди кого говорят!

Если Онфим был удивлен открывшейся ему картиной, он этого не показывал.

Друнг начался. Исчезли кривые, сломанные стволы, чахлые листья, объеденные вредителями. Шуршащие кроны свободно раскрылись над их головами, раздались птичьи голоса. Мягкая душистая трава поднялась мне до колен (и это в октябре!), истинный оенд»артонн, чья целебная сила соперничала бы с любым алхимическим ядом. Деревья становились все выше, их ветви переплелись, но внизу, у могучих корней, в окружении молодого подлеска, не темнело — еще одно чудо Леса для Дану.

«Как странно… Лес живой. Dad’rrount’got жив, несмотря на падение всей магии Дану, несмотря на то, что его дети истреблены и рассеяны… Что-то держит тебя, Великий Лес, что-то защищает тебя от полного уничтожения… Но в чем вопрос …»

— Гуляй, данка, гуляй. Веди меня в сердце Друнга, — повторил за спиной господин Онфим.

все, совсем!»

Из ниоткуда под ногами появилась тропинка.Она потекла, извиваясь под ногами, ловко уворачиваясь от коричневатых масс Рраудтогува, ныряя под свисающими до земли ветвями ржаной мальвы, изящные золотисто-зеленые листья которой упорно сопротивлялись холодной осени, мимо других чудес Великого Леса, мимо, мимо , прошлое …

Когда-то Dad’rrount’got можно было пересечь как минимум за неделю. Потом Хвалинский тракт разрезал его почти пополам, как удар вражеского меча. То, что лежало к югу от дороги, было разрушено магами Красной Арки с помощью переселившихся на новые места жителей перенаселенных окрестностей Ежелина.Северная часть леса лежала во владениях Ордена Нергов, но те то ли из-за свойственного им Бесцветного равнодушия к внешнему миру, то ли по каким-то причинам не стали искоренять наследие безбожного Дану. Окраины Великого Леса вымерли сами по себе, благочестивые правители окрестных земель, подстрекаемые Епископом, отправляли одну лесозаготовительную экспедицию за другой. Друнг уже давно должен был исчезнуть… однако, отступив, как воин, до самой последней черты (теперь на ее прохождение ушел всего один день), уперся изо всех сил — и кое-как выжил.О нем стали ходить самые страшные слухи. Агата знала, что эти слухи были правдой почти во всем. Недаром Онфим забрал с собой заговоренный стог…

Тропа огибала огромный-необъятный ствол древней Раггачмии, круто ныряя в полутемный овраг. Агата слабо улыбнулась, стараясь не терять темпа.

В Папа «рроун»гет»е не было оврагов. Не было ям, воронок, эрозии и т.д. Ровные холмы, покрытые густым лесом, переплетенные голубыми лентами ручейков — вот что такое истинный друнг.А ямине в их пути означало только одно…

«Дочь Дану, мы верны своим клятвам. Сила Лесов готова служить вам. »

«Ты… Кто ты?»

«Мы Безродны, о Дочь Дану. Ярость Леса — наш отец, боль Леса — наша мать. Мы рождены для Люди следуют за вами…»

«У меня есть ошейник с его именем. Если ты убьешь его, я никогда не смогу избавиться от этого клейма… Но все равно — да укрепит твою власть Черная Мать, Безродная!

«Тогда пусть он войдет в наше логово. Вне его мы бессильны. Магия Ордена Нерг слишком сильна».

Агата обогнула могучий ствол… почти сразу почувствовав, что Онфим замер и напрягся. Она не обернулась — тем же легким шагом соскользнула в зеленоватую полутьму оврага, заросшего крутыми склонами.

Онфим не последовал за ней.

— Назад, ушастая тварь!!!

Она послушно остановилась, обернулась, сделав круглые глаза.

— Сюда…

— …ведет в ловушку, — криво усмехнулся Онфим, рука, сжимающая стопку, ощутимо дрожала. — Ты, урожденная Дана, не чувствуешь?

Он определенно изменился. Как будто старая маска спит. Его рука была на рукояти, ноги были немного напряжены, поза казалась почти нормальной… но это так.

Агате пришлось призвать на себя всю выдержку, чтобы не закричать.Это была исходная позиция упражнения «Семь зеленых драконов проходят над морем», выполняемого с изогнутым мечом Цзуи — откуда это мог знать пожилой бродячий смотритель цирка?

«Я не чувствую никакой опасности, мистер Онфим.

— Иди сюда! — строго приказал он.

Железный ошейник внезапно стал почти невыносимо горячим. Невольно пришлось вернуть

— А теперь смотри, — Онфим поднял стопку, указывая им на устье оврага.

«Бегите, братья! Бегать !!! »

Она не знала, подействовал ли ее звонок или нет.С конца штабеля сверкнула алая молния, и языки пламени мгновенно затопили ущелье.

«Магия Ордена Арк. Это понятно. Остраг — их владения…»

— Вот так. — Онфим показался угрюмым. — Теперь мы можем идти. — В его голосе снова зазвучали обычные нотки — ноты жадного и недалёкого хозяина убогого скитания цирк.- Пришлось провести заклинание… Боже мой, это стоило мне пятнадцати зехин! Пятнадцати натурных золотых гильдий с портретом императора, да продлит небо его дни!.

Пожар длился недолго. Магия убивает быстро.

Они миновали обугленные склоны. Царила тишина.

Агата шла как во сне.

«Онфим владеет Силой! Не может быть, чтобы колдуны Арка так легко произносили свои боевые заклинания! Они бы не продали его ни за пятнадцать, ни за сто пятьдесят гильдий! Ты лжешь, Онфим! Вы сами являетесь одним из последователей Ордена Арк! Не иначе!..»

— Свинцовая, остроухая, — хрипло засмеялся мужчина за ее спиной.- Веди, веди, но смотри, не ошибись в следующий раз. Я хорошо узнаю убежища Безродных. Иди… и говори, что чувствуешь, но смотри, не упусти ни одной мелочи!

«Лучше бы ты приказал мне раздеться и лечь под тебя, скотина!»

— Я немного согрею твое ожерелье, ушастый. Чтобы развязать язык.

Появился резкий и внезапный запах гари.

Боль заставила Агату броситься вперед — броситься вслепую, отчаянно.Она не лежала у ног человека, не просила пощады, она просто бежала туда, куда вело ее чутье. Воля, гнев — все исчезло. Слезы катились по ее щекам, она их не замечала; мысли угасали, исчезая под натиском всемогущей боли. Злые чары ошейника помешали девушке применить Силу к Дэну; все, что она могла, это мчаться вперед, как подстреленная лань. Мчаться по единственному и неповторимому пути, в конце которого ждало спасение.

Леся что-то ей крикнула, она не поняла.О, если бы не этот проклятый ошейник! Она запросто могла выдержать пытку раскаленным утюгом…

Текущая страница: 1 (всего в книге 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Ник ПЕРУМОВ


АЛМАЗНЫЙ МЕЧ, ДЕРЕВЯННЫЙ МЕЧ
КНИГА ПЕРВАЯ

Посвящается моим друзьям, старым и новым, сетевикам fidos и другие.

Написать.

Мои адреса электронной почты:

[электронная почта защищена] или 2: 5030/618.2fidonet.орг

ПРОЛОГ

Пророчество

«Когда два брата освободятся, наступит конец времен»

«Люди Дану будут доведены до отчаяния. И когда их останется меньше, чем речных камней в горсти, их месть состоится»

Иайэнн Мудрый, Видящий народ Дану

МОЛИТВА О ЧАШЕ, СИМВОЛ ВЕРЫ В СПАСИТЕЛЯ

«Истинно говорю вам, бывает, что малый грех всю праведную жизнь обращает в ничто, и каждый страдает за грех одного.Слушай! Живите праведно и скромно, ибо грехи мира накапливаются, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, какой из малых грехов раскачает Чашу Его Терпения.

И еще, и тоже истинно говорю вам — трепещите! Ибо Три Спящих Зверя должны получить свободу, но им не будет дана власть причинять вред живым существам сразу, а только по прошествии трех дней. И пока все Трое свободны, Чаша не нальется.Так будем молиться, чтобы Он отвел от нас эту судьбу! Аминь»

Глава 1

— Чтобы добраться до Хвалина, пока Дождь не настиг…

Она проснулась, вырвавшись из зыбкого, зябкого сна. Прохладный октябрьский ветер просачивался сквозь щели и дыры в навесе фургона. Не спасало ветхое и кургозное одеяло, если бы не смертельная усталость, она не сомкнула бы глаз до утра. Старый шрам на шее очень болел — к дождю. Старый и страшный шрам… очень страшно…

Опять дорога. Черт бы побрал ее. И вечное «…пока Дождь не настиг…», повторяемое в разных вариациях всей труппой без исключения.

Да, местный Душ действительно можно было назвать так, с большой буквы. Он действительно должен был не «заряжаться», а настигать — хмурое и темное, небесное воинство шло с востока, горизонт клубился черным, словно там, вдали, полыхали невиданные огни, — но обо всем, что касалось Ливней Смерти, люди старались говорить самыми обычными словами, как будто это могло спасти от смерти, льющейся с небес!

На этот раз это был Китсум, старый клоун, который никогда не расставался с бутылкой.Руки у него уже хорошо тряслись, а изо рта пахло какой-то алхимической гадостью, пусть он и редкая штука! — случайно оказался трезвым. На перрон он вышел только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» варьировался от двуногой кружки до целой бутылки огороженного гнома «Каменное тепло».

Она вздрогнула, тщетно пытаясь сохранить остатки тепла. Все, сейчас ее поднимут. Фургон остановится максимум на несколько минут, наберет воды из придорожного колодца, а затем поплетется дальше, через лес, буреломную пустошь, через Суболичскую пустошь, отделяющую славный город Хвалын от не менее славного города Остраги.

«…Лишь бы успеть, пока Дождь не нагнал…»

Они не ночевали. Мы не вели огня на привалах. Еду как-то варили на железной плите, опасаясь, что ее унесут за борт фургона.

Потому что, если в пути попадет дождь, все они могут прочитать мусор.

Не дожидаясь пинка в бок, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Заостренные уши и в самом деле придавали ей некое сходство с кошкой — причем именно с дикой.

Агата из племени дану. Точнее, люди называли ее Агатой — за редкие волосы, иссиня-черные, чернее вороньего крыла; а как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

— А, я очнулся… — Китсум сидел на своей ветхой груди и пил дымящийся чай из треснутой костяной кружки. Фургон нещадно трясло, но старый клоун каким-то образом ухитрился не пролить ни капли.

Боги! Китсум пьет чай из сутр!

— Приступим к делу, остроухий сопляк. Там котлы нечистые с вечера. А Троша принес воды для вас — и здесь, и для господина Онфима. Отдал бы парню в благодарность…

Девушка (точнее, девочка; по человеческим меркам на вид ей было лет четырнадцать, не старше; а сколько нечестивых Дану, всякий верующий в Истинного Бога никогда и не подумает) насмешливо села, потянув за складки ее широких брюк в сторону с ее пальцами.

— Если ты пьешь чай, значит ли это, что бочка гномоеда показала дно, о почтенный Кицум, да не спадет ли с твоих щек белизна грима на перроне? — Агата ловко увернулась от брошенного ей в голову рваного башмака и показала старику язык.

Китсум относилась к ней как к лучшему в труппе. Кроме, конечно, Троши, такой же парии, как и она.

Туфля врезалась в навес и, завершив полет, приземлилась прямо на голову рекомендованного Троша, молодого парня, которого взяли в цирк Онфим и Онфим за редкостное здоровье, естественно огромную силу и столь же огромную дурь с доверчивостью .Он работал с тяжелыми стальными шарами, соединенными цепью, подбрасывал их, крутил, вызывая постоянные стоны, вздохи и платки, закрывающие лица дородных купцов, которые по безрассудству мужей оказались на Хвалынской, Остраге. или Ежелинские ярмарки. Почти каждое выступление заканчивалось тем, что хозяин Онфим, первый, брал Трошу за руку и куда-то уводил, каждый раз возвращаясь очень довольным. Парень появился только на следующее утро и на жадные расспросы Тукки и Токки, товарищей-акробатов, ответил лишь недоуменным пожиманием плечами:

«Да она всю ночь каталась на мне, проклятая корова… Я бы лучше еще разок шарами покрутил.Удовольствие.. что? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Я устал, вот и все. И они не давали мне достаточно сна. Как всегда…»

— О, — тут же открыл глаза дисциплинированный Трош. — Простите, мистер Китсум… Я встаю, мистер Китсум…

— Помочь вам выздороветь, мистер Китсум? — умело имитируя голос, продолжала Агата, уже склонившаяся над котлами.

— Болван! .. Эх, Агата, похотливая кошка, это опять ты! Сколько раз я попадался на твою глупую выходку! ..

Девушка Дану фыркнула.

Пока мистер Онфим, товарищи-акробаты и остальные обитатели двух цирковых фургонов не проснулись, она могла себе это позволить. Затем будут использованы кнуты или заклинания, терзающие плоть дочери племен Дану. Если, конечно, она не будет слушаться.

Агата пригнулась еще ниже.

Песок и ледяная вода — и стирайте застывший жир с накипью, как хотите. Как бы плохо ни шли дела, господин Онфим Первый и товарищи-акробаты, наушники и вешалки хозяина, не отказывали себе в еде.Правда, тогда господин Онфим взял плетку и собственноручно согнал лишний жир с визжащих братьев.

— Привет, Троша.

— О, здравствуй, Агатка… — Он покраснел, мгновенно потемнев, как дикий южанин-рыбоед с испеченных солнцем островов.

Забавно — парень, которого каждый день на ярмарках подсовывали какой-нибудь купчихе, а то и скучающей дворянке, сдался и невероятно сконфузился перед Агатой. Его простодушное сердце, кажется, навсегда было пленено остроухой черноволосой девушкой Дану, отвратительной и безбожной Нелюдью, по авторитетному мнению магистров теологов Мелджина, южной имперской столицы.

— Вы принесли воду, спасибо.

Не больно начинать день с такой неприятной процедуры, но что поделаешь. Никто не знает, что может разозлить мистера Онфима в первую очередь. Иногда он не обращает никакого внимания на чистоту посуды, а иногда закатывает из-за этого полнейшие истерики, заканчивающиеся побоями и поркой.

Трош хотел было ответить, но еще больше смутился и только махнул рукой.

— Ну и что я.., я всегда…

— Эй, вы, что ли, глаза выдрали, ленивые тушканчики? — рявкнул с козла Нодлик, вторую половину ночи просидел за кучером. Она и Эвелин на самом деле были жонглерами; оба то и дело наставляли друг друга рога, ссорились и дрались, но тотчас же приходили к полному согласию, когда дело доходило до насмешек или оскорблений на Агату.

— Долго мы махались, Нодлик? .. Давай, бросай вожжи, у меня тут чай, — отозвался Кицум. — Холодная дорога леденит грудь и душу, пора немного согреться!

Агата никогда не могла понять, как можно одинаково относиться ко всем — и к ней, и к Троше, и к Нодлику и Эвелине, которые находили некое удовольствие в том, чтобы сделать очередную гадость девочке-Дане.

— Чай? Ты сказал чай, о величайший комик? — воскликнул Нодлик. — Гони сюда этого оборванного кота! Агата! Давайте двигаться, или вы получите это право в одно мгновение!

«Мы» было сказано не зря. Эвелин никогда не упускала возможности принять участие в бойне.

— Оставь ее, Нодлик. Она моет котлы.

— А.., это место для таких дерьмов, как эти Дану. Ну тогда я иду сюда.

— Ага, ага, подождите, господин Нодлик… — поспешил силач.

Нодлик бросил ему поводья (ловко попав концом одного из них в глаз) и вылез из ящика в фургон.Он был высокий, но весь неуклюжий, костлявый, надломленный, с длинным печальным лицом, которое никакая косметика не могла оживить. Лоб жонглера был покрыт многочисленными багрово-синими прыщами; редкие волосы, пегий с сединой, висели жирными сосульками — а Нодлику было всего тридцать пять по человеческому счету! ..

— М.., мы уже встаем? .. — осведомился хриплый, как будто женский голос. — Эй, сука, мой завтрак готов?

«Стерва» было самым ласковым словом Эвелин по отношению к Агате.

– Она чистит котлы, друг, – счел нужным заметить Китсум.

— Ну ты и коза… Нашла, что ей доверить… Пусть Онфим нальет ей и за это — все развлечения…

Агата дернула щекой.

«Они все просто грязные свиньи. Грязные, пьяные, совокупляющиеся свиньи. Свинья может повалить Дану в грязь, но истинная Дана никогда не обратит против нее свой гнев» , — хотя, по правде говоря, это максима, производная от Атанн-еуй Ахимм , Тан-эу-Ахим, если вы писать первобытными человеческими буквами, Королевская Шесть Книг, в последнее время что-то перестало утешать Агату.

Теперь все пассажиры первого фургона собраны. Кицум, Нодлик, Эвелин, Агата и Трош сидят на ящике. За ними плелся второй фургон их цирка — гораздо больше и богаче. Навес над ним был новый и прочный, без единой дыры. Там ехали сам господин Онфим первый, Еремей — заклинатель змей, товарищи-акробаты и Танша — Смерть-дева, как называли ее ярмарочные зазывалы. Сам г-н Онфим, как и положено хозяину, занимался сбором денег и раздачей зарплаты.Его сводный брат, Онфим II, сидел в Ежелине, посылая брату с помощью почтовых заклинаний сообщения о том, где и когда выгоднее всего поставить спектакль.

Агата — служанка, посудомойка, швея, кухарка, танцовщица, музыкант, акробатка, живая кукла, которую Кицум на потеху самой почтенной публике бьет по голове и другим частям тела с фальшивой плетью, живой мишенью в аттракционе Девы Смерти — завершал список художников Онфима».Излишне говорить, что она не имела права на какую-либо зарплату. Тонкая шея Даны была обернута вокруг заколдованного ошейника из грубого железа. Она была рабыней без права искупления.

– Ну-ка, пошли молиться, скорей, – подгонял остальных благочестивый Нодлик. — А ты, данка, опусти свои безбожные зенки, нечего тебе пялиться, как народ молится честному истинному Богу…

Истинный Бог. Всю землю отдал в руки своего избранного народа, с глазу на глаз, испепелил своих врагов, укрепил свои твердыни и дал несокрушимую силу своему оружию.А кто бдительный, каждый день, ему и сейчас помогает.

Все в фургоне, кроме Агаты, начали молиться. Церковь не позволяла Дэну участвовать в причастии или крещении. Они имели право существовать либо как побежденные враги — то есть как рабы; или как еще не побежденных врагов, но это, конечно, временно.

Невольно Агата прислушивалась к монотонным гулким голосам.

— … И пусть не случится зла…

— Боже, избавь нас от …

Все как обычно. Агата уже выучила эту утреннюю молитву. Ее назалили жрецы в невольничий лагерь, куда сгоняли всех только что пленных, жрецам отвечали пьяные голоса охранников; тянули надзиратели в заведении для тех, кто не хотел так легко мириться с рабским ошейником; — бормотали толстяки, умоляя немного удачи, то есть удачного обмана; — прошипели хозяйки, пришедшие выбирать себе слуг, а мужу — наложниц, ибо Дана не люди, а всего лишь сосуд для удовлетворения низких мужских потребностей…

Агата слушала молитву. Как велика сила этого нового бога, если он дал в руки Людей страшную, непреодолимую боевую магию, на исконных землях Даны, эльфов, гномов, орков, троллей, кобольдов, половинок, голов, гурров, харридов и многие другие — помогли создать темную Империю, страх и ужас всех нечеловеческих рас, ненасытное чудовище, пожирающее сердце и печень своих врагов, выкашливающее легионы, уходящие все дальше и дальше, к самым берегам океана. И вместо гордых лебединых кораблей эльфов и Дану, несшихся по волнам в стремительном полете, теперь моря разрывают на части бараньи носы боевых галер, окованные красной медью…

… И усердствует Епископат, по извечному правилу «разделяй и властвуй», и ныне допущены к общению полезные Свободные Империи, народ непревзойденных воинов, ныне покоренные половинки объявили «идущих путем просвещения», порядка и царской десятины, но — оставили в относительном покое.

Церковь и маги милостиво позволили загнанным глубоко под землю гномам хоть как-то торговать, делать какую-то грязную работу за орков, троллей и гоблинов, пускали их на имперские рынки и мрачные караваны кобольдов.

А безбожная Дана и эльфы вне закона. А также неудачные головы, гурры, харриды. Но эти вряд ли действительно понимают, что происходит, они убийцы и дикие кровопийцы, с ними беспощадную войну вели даже Даны, бывшие хозяева лесов…

Руки Агаты, не требуя вмешательства головы, все это время усердно терли железные внутренности котлов.

— Ты уже закончил? — Эвелин придирчиво посмотрела на натертую до невообразимого блеска сталь.- А сейчас проверим…

— Эй, ты, туда, по голове! — закричали сзади.

Агата подняла голову.

Здоровенный фургон господина Онфима первого тянули шесть лошадей, запряженных парами. Еремей, заклинатель змей, сидел впереди; впрочем, теперь он не сидел, а, напротив, подпрыгивал и махал руками.

— По голове! Ты уже помолился, аль нет? Господин Онфим спросил! И еще — услышь сюды! Срочно требуется г-н Онфим данку!

— Молились, молились, — пробормотал Нодлик.

Что-то похожее на сочувствие мелькнуло в тусклых глазах Кицумы, устремленных на Агату.

Владелец бродячего цирка имел несчастье проснуться слишком рано. Обычно в пути он выкалывал себе глаза не раньше полудня. Молился; после чего он перешел к делу. Собственно говоря, это было бедой для всех без исключения артистов, в том числе и для товарищей-акробатов; в относительной безопасности могла чувствовать себя только Дева Смерть, с энтузиазмом согревавшая по вечерам господина Онфима Первого.

Здесь, посреди Суболской Пустоши, с висящим на плечах Смертельным Ливнем, быть выброшенным из фургонов означало верную смерть. Господин Онфим уже был в ярости, что добрую четверть сезонной прибыли приходится отдавать остражскому волшебнику, наложившему на лошадей заклятие неутомимости.

Девушка Дану скользнула по борту фургона, как быстрая ласка. В ее движениях была нечеловеческая гибкость и плавность, казалось, что она не бежит, а течет ручейком.

Обернувшись, Троша проследил за Агатой долгим взглядом и со вздохом облизнул губы.

— Ну, теперь эта сука получит! Эвелин злобно усмехнулась. — Так я не понимаю, мы что, без завтрака остались?

— Ты выживешь, — невозмутимо сказал Китсум. Как ни странно, прикладываться к бутылке он не спешил — то ли запасы действительно были исчерпаны, то ли ему во сне явился сам святой Сухорот, ненавидящий пьяниц.

Эвелин поморщилась, но промолчала — как-то пытались вместе с Нодликом устроить «темного» клоуна.Неделю жонглер лежал в постели, и Эвелин пришлось изрядно раскошелиться, чтобы волшебница-косметолог скорректировала известную асимметрию ее физиономии. Они больше не осмеливались причинять Кицуме боль.

Женщина тут же выместила свой гнев на Нодлике. Втянув голову в плечи, он начал готовить.

***

Агата ловко увернулась от плети, которая хлестала совсем близко. Заклинатель змей в отчаянии выругался.

— Доброе утро, господин Еремей, — пропела Агата медовым голосом, ухитрившись на бегу сделать реверанс.Она схватилась за борт фургона и одним движением оказалась внутри.

В фургоне мистера Онфима было тепло. Здесь было две печи, и одна была выложена камнями. В них обоих уже горел огонь. Возле печей толкались братья-акробаты, крайне раздраженные таким поворотом событий. У обоих лица были покрыты сажей.

Мистер Онфим полулежал на кассовом сундуке, застеленный четырьмя слоями одеял. Рядом суетилась Танша-Смерть, неся дымящиеся миски.

Да, беспрецедентное дело. Мистер Онфим отвез свою любовницу готовить! Обычно это делала рабыня Дану; сегодня, видите ли, произошло нечто особенное.

Хозяин цирка не любил утруждать себя приветствиями. Даже с Таншей он разговаривал, как правило, так: «Ну что, готов? Как долго вы можете ждать? Подними юбку, сука, и наклонись! А вы отворачивайтесь, скоты…»

— Мы проходим мимо остатков Напиткового леса, — прошипел Онфим. — Сейчас мы сделаем остановку.И давай гулять. Вместе с вами. Возьми свои вещи. Не заставляй меня ждать! Не то…

— Да, господин Онфим, — низко поклонился Дану.

«Грязные свиньи. Пьяный лес! Западная граница земель Дану.., последний оплот. Я знал, что он будет на нашем пути… Он позвал меня, он узнал меня за десять лье — но не мог разглядеть ошейника на моей шее… Великие Боги, Онфим, оказывается, знает историю вполне хорошо! .. И снова мне придется смотреть, как нога несчастных людей топчет священную землю моих отцов! ..

Однако она по-прежнему ничего не могла сделать. Ошейник был склепан искусными колдунами.

Онфим выбросил чехлы. В темно-зеленом охотничьем кафтане, в высоких сапогах и с кривой арцахской саблей на поясе он совсем не походил на хозяина бродячего цирка, недавно изменившего шестидесятилетие, отросшего большим животом, большого любовника пива и женщин, как человеческих, так и нечеловеческих. Пухлые щеки исчезли в никуда, а бледные глаза горели настоящим, живым огнем — этого не случалось даже в самые счастливые минуты его жизни, когда он подсчитывал выручку.

— Я жду, — холодно напомнил он. Агата молча поклонилась.

— Еремей! Остановимся, — скомандовал Онфим.

Братья-акробаты посмотрели на Дану злыми крысиными глазами.

Догнать головной фургон, прихватить теплый плащ — единственное, что ей оставалось, натянуть дорожные сапоги — дело одной минуты. Телеги со скрипом остановились; Китсум, открыв рот, посмотрел на хозяина.

— Мистер… Мистер Онфим! — от испуга он хрипел и спотыкался чуть ли не на каждом слоге.- Дожди.., г-н Онфим…

Агата чуть не упала, заметив улыбку на тонких бескровных губах хозяина.

«Все в порядке, Китсум. Я все предусмотрел. В том числе и на этой остановке. Жди нас.., мы ненадолго, максимум — до вечера. А чтобы у горячих голов не было соблазна сбежать с телегами и деньгами, я наложил на лошадей заклятие Пут.

Он поднял руку. На его безымянном пальце Агата увидела кольцо с камнем изумрудного цвета в дешевой бронзовой оправе.Онфим пробормотал слова пароля, и камень вспыхнул, исчезнув в ярко-зеленом пламени. На кольце остается только пустая розетка.

Уши на мгновение заложило.

— К моему приезду, чтобы фургон прогрелся и ужин был готов, — неприятным голосом приказал Онфим. — А теперь вперед, данка! .. Отрабатывай свой хлеб! ..

Агата молча двинулась вперед.

«Ты меня удивил, Онфим. Никогда бы не подумал, что ты знаешь о нашем Лесу.Никогда бы не подумал, что ты сам захочешь в него залезть. Но самое главное, что вам нужно в Друнгском лесу? Ваши маги прочесали его вдоль и поперёк. Да и побывало много народу — золотую Дачу искали, дураки… Ты не похож на дурака, Онфим. Грязная, жестокая, развратная и бесчестная свинья, Онфим, но далеко не глупая. Так зачем тебе нужно было идти в наш Лес?

Деревья вдоль дороги росли обычные, человеческие. Мусора деревьев, как назвал их истинный Дану.Маленькие, тощие, истерзанные гнилью и тлей, местами опутанные паутиной шелкопрядов. Их ненавидящие взгляды смотрели на спину Агаты; безъязыкие рты раздвинулись, извергая поток грязных и отвратительных проклятий, неслышных никому, кроме нее. Желание быть изнасилованной и задушенной собственным отцом могло на этом фоне сойти за изысканную вежливость.

Чуть дальше от дороги лес стал чище. Это и понятно — деревья вдоль дороги брали на себя всю злобу прохожих, все их горе и разочарование, и от этого болели, томились, но не умирали и даже рождали потомство.Бесконечность мучений только усиливала гнев.

Ветки пытались схватить Агату за волосы, выцарапать ей глаза — Онфим хлопнул их тонкой костяной стопкой, и девушка почувствовала в ложке внезапный ледяной укол — желтоватая кость явно таила в себе какое-то заклятие, и притом не легкий.

— Почему ты встал? Давай, остроухий! Пробирались через унылые заросли — листья и трава как будто покрыты пылью, хотя откуда пыль? Липы и клены соседствовали с соснами, грабами и елями — результатом всеобщего магического хаоса во время Войны с Дану, о котором человеческие менестрели поют на каждой ярмарке, на каждом базаре и в каждом постоялом дворе.

Те, кто пережил Дану, изо всех сил стараются не вспоминать о ней.

— Куда идти, мистер Онфим? — еще одна жалкая попытка самообороны. Не мастер , а лорд , просто любезность…

— Не делай вид, что не знаешь, остроухий. Веди меня к Друнгу! До самой глубины! Ты чувствуешь это, я знаю. Вести!

Агата коротко поклонилась. Она закрыла на мгновение глаза, оторвавшись от больного, злого леса, жалкой пародии на него, окружавшего ее теперь; чувства девушки-дану тянули вперед, к близлежащим холмам, где из каменных гротов еще текли быстрые чистые ручьи, где настоящие Лхаданн Наастонн , Истинные Деревья, где все другое, даже воздух…

Где находится родина Дану.

Лес ответил сразу — непрерывным гулом гигантских ветвей, нежным трепетом листвы, не знающей увядания (когда Дана отступила, Лхаданн Наастонн научилась сбрасывать листву на зиму — наивная попытка уберечься от гнева Люди, чей закон «Уничтожь незнакомое!»

Онфим отставал от Агаты на три-четыре шага. Правая рука на эфесе сабли; левый сжимает стопку костей.Слышали о монстрах Друнга, рожденных из остатков злой магии, которые ходили с огненной метлой по твердыням древнего народа?

Сама Агата толком ничего об этом не знала, но надеялась, что ее кровь, кровь Дану, послужит надежной защитой. Такое уже было, и не раз.

Мало-помалу изуродованный человеческий лес отступал. Среди бурьяна мелькнула пушистая метелка Ссорти, на ветвях совершенно обычного дуба мелькнул кружевной венчик Доконни, а вот и первый куст синего ауозинна — считай, прилетел.

Привет, Друнг. Человеческая гортань не может передать созвучия твоему истинному имени: Папа «рроунт» попал. Даже примитивное Dadrrountgoth (хотя оно почти не имеет ничего общего с вашим настоящим именем) слишком сложно для них. Пьяный! Имя собаки, или племенного быка…

Ну ты начал, батя»рраут получил. Я хожу по твоей земле, а моя шея покрыта злым человеческим железом. Наговорным железом. И я бессилен против него. Я мог бы умереть, но жизнь и месть завещаны меня.И поэтому я веду этих грязных Людей, чье дыхание пахнет разлагающимся трупом. Прости меня, Великий Лес, прости свою ветреную внучку, она слишком долго пела и танцевала… Но теперь она оплачивает счета всего племени Дану.

«Мы на границе Друнга, господин Онфим.

— Попробуй, остроухий, и, быть может, проживешь сегодня без порки. Поехали! Ведите, кого они говорят!

Если Онфим и был удивлен открывшейся перед ним картиной, то не подал вида.

Друнг начался. Исчезли кривые, сломанные стволы, чахлые листья, объеденные вредителями. Шуршащие кроны свободно раскрылись над их головами, раздались птичьи голоса. Мягкая душистая трава поднялась до колен (и это в октябре!), настоящий оенд»артонн, целебная сила которого соперничала бы с любым алхимическим ядом. Деревья становились все выше, их ветви переплелись, но внизу, у могучих корней, в окружении молодого подлеска, не темнело — еще одно чудо Лесного Дану.

«Как странно… Лес живой. Папа «рроунт» ожил, несмотря на падение всей магии Дану, несмотря на то, что его дети истреблены и рассеяны… Что-то держит тебя, Великий Лес, что-то защищает тебя от полного уничтожения… Но в чем вопрос. ..»

— Гуляй, данка, гуляй. Веди меня в сердце Друнга, — повторил за спиной мистер Онфим.

«А он совсем, совсем не боится… Совсем, совсем!»

Из ниоткуда под ногами появилась тропинка.

Потекло, извиваясь под ногами, ловко уворачиваясь от коричневатых масс Рраудтогов, ныряя под свисающими до земли ветвями ржаной мальвы, чьи нарядные золотисто-зеленые листья упорно сопротивлялись холодной осени, мимо других чудес Великого леса, мимо, мимо, прошлое, прошлое…

Жил-был Папа «рроунт» получил хоть за неделю мог пересечься. Потом Хвалинский тракт разрезал его почти пополам, как удар вражеского меча. То, что лежало к югу от дороги, было разрушено магами Красной Арки с помощью переселившихся на новые места жителей перенаселенных окрестностей Ежелина.Северная часть леса лежала во владениях Ордена Нергов, но те то ли из-за свойственного им Бесцветного равнодушия к внешнему миру, то ли по каким-то причинам не стали искоренять наследие безбожного Дану. Окраины Великого Леса вымерли сами по себе, благочестивые правители окрестных земель, подстрекаемые Епископом, отправляли одну лесозаготовительную экспедицию за другой. Друнг уже давно должен был исчезнуть.., однако, отступив, как воин, до самой последней линии (теперь на ее прохождение ушел всего один день), сопротивлялся изо всех сил — и каким-то чудом остался жив.О нем стали ходить самые страшные слухи. Агата знала, что эти слухи были правдой почти во всем. Недаром Онфим забрал с собой заговоренный стек…

Тропа огибала огромный-необъятный ствол древней Раггачмии, круто ныряя в полутемный овраг. Агата слабо улыбнулась, стараясь не терять темпа.

В Папа «рроун» получил»е оврагов не было. Не было ям, воронок, эрозий и тому подобного. Плавные холмы, покрытые густым лесом, переплетенные голубыми лентами ручейков — вот что такое истинный Друнг.И ямина, оказавшаяся у них на пути, означала только одно…

«Дочь Дану, мы верны нашим клятвам. Сила Лесов готова служить вам.

«Ты… Кто ты?»

«Мы безродны, о дочь Дану. Гнев Леса — наш отец; боль Леса — наша мать. Мы рождены для борьбы. Люди следуют за вами…»

«У меня есть ошейник с его именем. Если ты убьешь его, я никогда не смогу избавиться от этого клейма…Но все равно — да укрепит твою мощь Черная Мать. Без корней!

«Тогда пусть он войдет в наше логово. Вне его мы бессильны. Магия Ордена Нергов слишком сильна.

Агата обогнула могучий ствол… почти сразу почувствовав, что Онфим замер и напрягся. Она не обернулась — тем же легким шагом соскользнула в зеленоватую полутьму оврага, заросшего крутыми склонами.

Онфим не последовал за ней.

— Назад, ушастая тварь!!!

Она послушно остановилась, обернулась, сделав круглые глаза.

— Сюда…

— …Ведёт в ловушку, — криво усмехнулся Онфим, рука, сжимающая стопку, ощутимо дрожала. — Ты, урожденная Дана, не чувствуешь?

Он определенно изменился. Как будто старая маска спит. Его рука была на рукояти, ноги были немного напряжены, поза казалась почти нормальной… но это только казалось.

Агате пришлось призвать на себя всю выдержку, чтобы не закричать.Это была исходная позиция упражнения «Семь зеленых драконов проходят над морем», выполняемого с изогнутым мечом Цзуи — откуда его мог знать пожилой бродячий владелец цирка?

«Я не чувствую никакой опасности, господин Онфим.

— Иди сюда! — строго приказал он. Железный ошейник вдруг стал почти невыносимо горячим. Невольно пришлось вернуть

— А теперь смотри, — Онфим поднял стог, указывая им на устье оврага.

«Бегите, братья! Бегать !!!

Она не знала, подействовал ли ее призыв или нет.С конца штабеля сверкнула алая молния, и языки пламени мгновенно затопили ущелье.

«Магия Ордена Арк. Это понятно. Остраг — их владение…»

— Вот так. — Онфим казался угрюмым. — Теперь мы можем идти. — В его голосе снова зазвучали обычные нотки — ноты жадного и недалёкого хозяина убогого бродячего цирка. — Пришлось потратить заклинание… Господи, это стоило мне пятнадцати зехин! Пятнадцать полномасштабных золотых гильдий с портретом императора, да продлит небо его дни! ..

Пожар длился недолго. Магия убивает быстро.

Они миновали обугленные склоны. Царила тишина.

Агата шла как во сне.

«Онфим владеет Силой! Не может быть, чтобы колдуны Арка так легко произносили свои боевые заклинания! Они бы не продали его ни за пятнадцать, ни за сто пятьдесят гильдий! Ты лжешь, Онфим! Вы сами являетесь одним из последователей Ордена Арк! Не иначе!..»

— Свинцовая, остроухая, — хрипло засмеялся мужчина позади нее.- Веди, веди, но смотри, не ошибись в следующий раз. Я хорошо узнаю убежища Безродных. Иди.. и говори, что чувствуешь, но смотри, не упусти ни одной мелочи!

«Лучше бы ты приказал мне раздеться и лечь под тебя, скотина!»

— Я немного согрею твое ожерелье, ушастый. Чтобы развязать язык.

Появился резкий и внезапный запах гари.

Боль заставила Агату броситься вперед — броситься вслепую, отчаянно.Она не лежала у ног человека, не просила пощады, она просто бежала туда, куда вело ее чутье. Воля, гнев — все исчезло. Слезы катились по ее щекам, она их не замечала; мысли угасали, исчезая под натиском всемогущей боли. Злые чары ошейника помешали девушке применить Силу к Дэну; все, что она могла сделать, это броситься вперед, как лань. Мчаться по единственному и неповторимому пути, в конце которого ждало спасение.

Леся что-то ей крикнула, она не поняла.О, если бы не этот проклятый ошейник! Она бы запросто выдержала пытку раскаленным железом…

Ник Перумов

Алмазный меч, Деревянный меч. Книга 1

Посвящается моим друзьям, старым и новым, сетевикам фидос и другим.

Мои адреса электронной почты:

или 2: 5030/618.2 fidonet.org

Пророчества

«Когда два брата будут свободны, наступит конец времен»

«Люди Дану будут доведены до отчаяния. И когда их останется меньше, чем речных камней в горсти, их месть состоится»

Иайенна Премудрая Провидица народа дану

Молящаяся о чаше, символе веры в спасителя

«Истинно говорю вам, бывает, что малый грех обращает в ничто всю праведную жизнь, и каждый страдает за грех одного.Слушай! Живите праведно и скромно, ибо грехи мира накапливаются, и придет день, когда они будут взвешены и измерены, и никто не узнает, какой из малых грехов раскачает Чашу Его Терпения.

И все же, и также истинно говорю вам — трепещите! Ибо Три Спящих Зверя должны получить свободу, но власть причинять вред живым существам им будет дана не сразу, а только по прошествии трех дней. И пока все Трое свободны, Чаша не нальется.Так будем молиться, чтобы Он отвел от нас эту судьбу! Аминь»

Часть первая

Глава первая

Я бы добралась до Хвалина, пока Дождь не настиг… Она проснулась, вырвавшись из зыбкого, зябкого сна. Прохладный октябрьский ветер просачивался сквозь щели и дыры в навесе фургона. Не спасало ветхое и кургозное одеяло, если бы не смертельная усталость, она не сомкнула бы глаз до утра. Старый шрам на шее очень болел — к дождю. Старый и ужасный шрам… очень ужасно …

Опять дорога. Черт бы побрал ее. И вечное «…пока Дождь не настиг…», повторяемое в разных вариациях всей без исключения труппой.

Да, местный Душ действительно можно было назвать так, с большой буквы. Ему действительно предстояло не «зарядиться», а настигнуть — с востока шло сумрачное и темное, небесное войско, горизонт клубился черным, словно там, вдали, полыхали невиданные огни — но обо всем, что связано со Смертными Ливнями , люди пытались говорить самыми обычными словами, как будто это могло спасти от смерти, льющейся с небес!

На этот раз это был Китсум, старый клоун, который никогда не расставался с бутылкой.Руки у него уже хорошо тряслись, а изо рта пахло какой-то алхимической гадостью, пусть он и редкая штука! — случайно оказался трезвым. На перрон он вышел только после «глоточка на удачу». Объем «глотка» варьировался от двуногой кружки до целой бутылки окончатого гнома «Каменное тепло».

Она вздрогнула, тщетно пытаясь сохранить остатки тепла. Все, сейчас поднимут. Фургон остановится самое большее на несколько минут, наберет воды из придорожного колодца, а потом поплетется дальше, через лес, буреломное безлюдье, через Суболичью Пустошь, отделяющую славный город Хвалин от не менее славного города Остраги.

«…Лишь бы успеть, пока Дождь не нагнал…»

Они не ночевали. Мы не вели огня на привалах. Еду как-то варили на железной плите, опасаясь, что ее унесут за борт фургона.

Потому что, если в пути попадет дождь, все они могут прочитать мусор.

Не дожидаясь пинка в бок, девушка откинула одеяло и потянулась — легко, грациозно, как дикая кошка. Что, кстати, было не так уж далеко от истины.Заостренные уши и в самом деле придавали ей некое сходство с кошкой — причем именно с дикой.

Агата из племени дану. Точнее, люди называли ее Агатой — за редкие волосы, иссиня-черные, чернее вороньего крыла; а как звучало ее настоящее имя, никого не волновало.

— А, я очнулся… — Кицум сел на свою облезлую грудь и пил дымящийся чай из треснувшей костяной кружки. Фургон нещадно трясло, но старый клоун каким-то образом ухитрился не пролить ни капли.

Боги! Китсум пьет чай по утрам!

— Приступим к делу, остроухий сопляк. Там котлы нечистые с вечера. А Троша принес воды для вас — и здесь, и для господина Онфима. Отдал бы парню в благодарность…

Девушка (точнее, девочка; по человеческим меркам на вид ей было лет четырнадцать, не старше; а сколько нечестивых Дану, любой верующий в Истинного Бога никогда бы и не подумал) села насмешливо, потянув за складки ее широких брюк в сторону с ее пальцами.

— Если ты пьешь чай, значит ли это, что бочка гномоеда показала дно, о почтенный Кицум, да не спадет ли с твоих щек белизна грима на перроне? — Агата ловко увернулась от брошенного ей в голову рваного башмака и показала старику язык.

Китсум относилась к ней как к лучшему в труппе. Кроме, конечно, Троши, такой же парии, как и она.

Туфля врезалась в навес и, завершив полет, опустилась прямо на голову рекомендованного Троша, молодого парня, которого взяли в цирк Онфима и Онфима за его редкое здоровье, от природы огромную силу и столь же огромную дурь с доверчивость.Он работал с тяжелыми стальными шарами, соединенными цепью, подбрасывал их, крутил, вызывая постоянные стоны, вздохи и платки, закрывающие лица дородных купцов, которые по безрассудству мужей оказались на Хвалынской, Остраге. или Ежелинские ярмарки. Почти каждое выступление заканчивалось тем, что хозяин Онфим, первый, брал Трошу за руку и куда-то уводил, каждый раз возвращаясь очень довольным. Парень появился только наутро и на жадные вопросы Тукки и Токки, братьев-акробатов, отвечал лишь недоуменно пожимая плечами:

«Да она всю ночь каталась на мне, проклятая корова… Я лучше еще раз поверну шары. Удовольствие… что? Я таких слов не знаю, господин Тукк, простите великодушно… Я устал, вот и все. И они не давали мне достаточно сна. Как всегда…»

— О, — тут же открыл глаза дисциплинированный Трош. — Простите, мистер Китсум… Я уже встаю, мистер Китсум…

— Помочь вам выздороветь, мистер Китсум? — умело имитируя голос, продолжала Агата, уже склонившаяся над котлами.

— Болван! .. Эх, Агата, похотливая кошка, это опять ты! Сколько раз я попадался на твою глупую выходку! ..

Девушка Дану фыркнула.

Пока мистер Онфим, товарищи-акробаты и остальные обитатели двух цирковых фургонов не проснулись, она могла себе это позволить. Затем будут использованы кнуты или заклинания, терзающие плоть дочери племен Дану. Если, конечно, она не будет слушаться.

Краткий обзор: Смертная жизнь приближается, и цирку Онфима нужно поторопиться, чтобы успеть спрятаться за стенами Хвалина. Однако Онфим первым остановил экипажи в лесу Друнгскоо.Агата, рабыня из племени дану, вынуждена следовать за своим хозяином. За сто лет Царское Древо вырастило Иммельсторн, деревянный меч, чтобы передать его в руки рода Дану. Тем временем вместе с поездом гномов в Хвалит прибывают Канн-Торог и Алия-Тави. Следуя за карликом Сидри, им предстоит выполнить квест Каменного Трона. Оставив погоню, они отправляются в копи Царь-горы. Здесь, во тьме, карлик Сидри должен найти Драгнир — алмазный меч.Попадут ли эти два древних артефакта в руки адептов Ордена Ковчега, даруя им немыслимую силу и могущество? Иммельсторн уже был направлен в руки Агаты и направлен на Создателя дождя. Император, предчувствуя опасность, при поддержке лишь одного Патриарха Серой Лиги вступает в противостояние с магами семи Орденов. Мелджин охвачен огнем.

Личные впечатления: «Ник» — аббревиатура на английский манер от имени Николай.Вообще в творчестве Перумова чувствуется иностранная основательность. Хорошее повествование, продуманный сюжет и т.д. Разрозненные кусочки событий планомерно и стремительно ведут читателя все дальше, дальше, дальше… Однако никакой внятной развязки эта книга, как таковая, не получила. Да, два меча добыты, появляются какие-то неведомые силы, Император мочит магов и т. д. Однако нет ощущения завершенности, когда читатель может с облегчением вздохнуть и спокойно дождаться продолжения.Нет, здесь придется страдать. Конечно, на фоне многих других «хроник», «летописей» и т.п. «Хроника Разлома» выглядит достаточно внушительно, но не могу сказать, что она моя. Кстати, я так и не понял, почему именно «Алмазный меч, Деревянный меч», а не «Деревянный меч, Алмазный меч», ведь Иммельсторн был получен первым.

Обложка книги: Зеленый фон, огромными буквами «Ник ПЕРУМОВ» и уже в три раза меньше названия «АЛМАЗНЫЙ МЕЧ, ДЕРЕВЯННЫЙ МЕЧ» — явная особенность творений издательства «Эксмо-Пресс».Говоря о творчестве Павла Руденко, сложно быть однозначным. Изображенный Повелитель Дождя хорошо вписывается в «формат». При этом он больше похож на Хищника из одноименного фильма с участием Арнольда Шварценеггера. Этому впечатлению особенно способствует череп с позвоночником. Плохо и то, что художник явно слушал описание этого монстра вполуха. Написано белым по черному:

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.