Книга страна радости стивен кинг: Страна радости — Стивен Кинг

Содержание

Стивен Кинг «Страна радости»

Дедушка Стивен, а куда мы идем на этот раз? Далеко?

— Далеко, в шестидесятые.

— А куда? В Дерри? Или любой другой маленький городок, к которому постепенно подступает тьма и безумие?

— Нет, на этот раз мы отправляемся в Джойленд.

— Ох, мне не нравится это название…

— Это всего лишь провинциальный, хоть и достаточно большой парк аттракционов на побережье, ничуть не похожий на Диснейленд. А мы просто постоим за плечом у одного парня, Девина Джонса, который в то лето нанялся подрабатывать в парке.

И что же с ним случилось? Он умер, сошел с ума, его искалечило морально и физически?

— А, ты опять хочешь узнать конец истории, не пережив ее целиком? Ну ладно, я тебе отвечу: он пережил самую прекрасную и самую жуткую осень в своей жизни.

— И все? Ну, хорошо, тогда я почти не боюсь идти с тобой. Только вот…

— Что?

— А там будет момент, когда уже закрывшийся парк включит все свои аттракционы, сияя огнями в ночи?

— Будет, будет. ..

— А действительно страшная история про комнату ужаса?

— Ну конечно.

— И мы поднимемся в чернильно-черное небо на колесе обозрения так высоко, что дыхание перехватит?

— О, еще как!

— Тогда пошли скорее, что же мы едва плетемся?

— Не спеши. Я знаю как нужно правильно рассказывать истории: мы начнем с самого начала, дойдем до конца и там остановимся. Ты идешь?

Чертово колесо, как мне кажется, достаточно подходящая метафора для всей книги. Если другие истории Короля больше напоминали мне американские горки, когда читателя вжимает в кресло от ужаса так, что он не успевает отдышаться, то в Джойленде есть неторопливый подъем вверх, прекрасные виды, атмосфера праздника, ветер с моря, свежий осенний воздух и постепенно, плавно подбирающийся к горлу страх. Вы видели слишком много оборотов этого колеса, чтобы испугаться всерьез, вы знаете, что сейчас кабинка замрет в верхней точке обзора, и начнется спуск вниз, к безопасной земле; и все-таки, и все-таки.

..

Подъем вверх и вправду неторопливый: первая половина книги целиком посвящена тому, как Девин Джонс осваивается со своими обязанностями в Джойленде, влезает в шкуру пса Гови и знакомится с его постоянными работниками и девяностолетним владельцем парка мистером Истербруком.

«– Наш мир безмерно порочен и полон войн, жестокости и бессмысленных страданий. Если кто‑то из вас еще этого не знает, то узнает обязательно. Принимая во внимание такой порядок вещей, этим летом вам достался бесценный подарок: продавать людям веселье. По ночам детям будет сниться то, что они видели и делали здесь. Помните об этом, когда работа окажется особенно тяжелой или когда почувствуете, что все ваши усилия идут насмарку. У нас тут совершенно другой мир, со своими обычаями и языком, который мы так и называем: Язык. Изучать его вы начнете сегодня же. А изучая – научитесь дело делать. Объяснять не буду, потому что объяснить такое невозможно – надо всё почувствовать самому».

А стоять за спиной Девина и вправду будет очень интересно, все-таки парк аттракционов — тема почти беспроигрышная. Стивен Кинг в «Мешке с костями» устами своего персонажа иронизировал над Хейли, но здесь он подошел к Хейли так близко, как только возможно. Читатель, вместе с Девином, и вправду изучит Язык работников парка.

И вы ведь знаете эту фирменную фишку Кинга: в почти спокойной обстановке сказать что-то вроде «а когда мы увиделись в следующий раз, она ползла по траве, хватаясь за нее окровавленными пальцами» или «ответа на свой вопрос он так и не получил, потому что вскоре между ними встала смерть». Здесь он использует тот же прием, но вывернутый наизнанку, заявляя в первой главе «мне шестьдесят лет, я поседел и пережил рак простаты, но все еще хочу знать, чем не угодил Венди Кигэн». Успокойтесь, говорит Стивен Кинг с улыбкой доброго дедушки, видите, я даю вам гарантию, что герой останется жив.

Что ж, сэй Кинг никогда не писал романы ужасов ради ужаса, но «Джойленд» получился совершенно замечательной историей о взрослении.

И атмосфера той чудесной и жуткой осени такова, что ее можно закупорить и поставить на полку рядом с бутылью вина из одуванчиков.

Стивен Кинг — Страна радости читать онлайн бесплатно

Стивен Кинг

Страна радости

Посвящается Дональду Уэстлейку

Серия «Темная башня»

Stephen King

JOYLAND

Печатается с разрешения автора и литературных агентств The Lotts Agency и Andrew Nurnberg.

© Stephen King, 2013

© Перевод. В.А. Вебер, 2013

© Издание на русском языке AST Publishers, 2014

Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers.

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

Автомобиль у меня был, но осенью 1973 года от «Приморского пансиона миссис Шоплоу» в городке Хэвенс-Бэй до парка развлечений «Страна радости» я чаще всего добирался на своих двоих. Мне представлялось, что так правильно. Собственно, иначе и нельзя. В начале сентября пляж практически пустовал, что соответствовало моему тогдашнему настроению. Та осень так и осталась самой прекрасной в моей жизни. Я могу это повторить и сорок лет спустя. И никогда больше я не чувствовал себя таким несчастным. Это я тоже могу повторить. Люди думают, что первая любовь – сплошная романтика и нет ничего романтичнее первого разрыва. Сотни песен сложили о том, как какому-то дураку разбили сердце. Вот только в первый раз сердце разбивается больнее всего, и заживает медленнее, и шрам остается самый заметный. И что в этом романтичного?

* * *

В сентябре и начале октября небо над Северной Каролиной оставалось безоблачным, а воздух – теплым даже в семь утра, когда я спускался из своей комнаты на втором этаже по наружной лестнице. Если выходил в легкой куртке, то снимал ее и завязывал на поясе еще до того, как преодолевал половину из трех миль, отделявших город от парка развлечений.

Первую остановку я делал в «Пекарне Бетти», где покупал парочку еще теплых круассанов. Моя тень, длиной добрых двадцать футов, шагала со мной по песку. Полные надежд чайки, учуяв круассаны в пакете из вощеной бумаги, кружили над головой.

А когда я возвращался назад, обычно часов в пять (хотя иногда задерживался подольше – никто не ждал меня в Хэвенс-Бэй, городке, который впадал в спячку после завершения летнего сезона), моя тень шагала по воде. Если мое возвращение совпадало с приливом, тень покачивалась на волнах, словно танцевала медленную хулу.

Не уверен на все сто, но, думаю, мальчика, женщину и их собаку я увидел во время моей первой осенней прогулки по пляжу. Между веселой сверкающей мишурой «Страной радости» и городком вдоль берега выстроились летние коттеджи, среди которых было немало дорогих, и после Дня труда почти все они пустовали. Но только не самый большой из них, напоминавший зеленый деревянный замок. Дощатая дорожка вела от широкого заднего дворика туда, где трава граничила с мелким белым песком. Заканчивалась дорожка у столика для пикника, стоявшего под ярко-зеленым пляжным зонтом. В его тени в инвалидном кресле сидел мальчик в бейсболке, до пояса укрытый одеялом, хотя и в предвечерние часы температура воздуха превышала семьдесят градусов[1].

Я полагал, что мальчику лет пять или около того, но никак не больше семи. Собака, джек-рассел-терьер, обычно лежала рядом с креслом или устраивалась у ног мальчика. Женщина на скамье у столика иногда читала книгу, но чаще просто смотрела на воду. Она была очень красивая.

Направляясь к парку развлечений или возвращаясь домой, я всегда махал им рукой, и мальчик отвечал тем же. Женщина – нет, по крайней мере поначалу. В 1973 году ОПЕК установила нефтяное эмбарго, Ричард Никсон заявил, что он не мошенник, умерли Эдвард Г. Робинсон и Ноэл Коуард. Для Девина Джонса тот год оказался потерянным. Я, девственник двадцати одного года от роду, с литературными устремлениями, мог похвастаться тремя джинсами, четырьмя трусами-плавками, развалюхой «фордом» (с хорошим радиоприемником), мыслями о самоубийстве (иногда) и разбитым сердцем.

Романтично, не правда ли?

* * *

Девушку, разбившую мне сердце, звали Уэнди Киган, и она не заслуживала такого, как я. Мне потребовалась большая часть жизни, чтобы прийти к этому выводу, но знаете старую поговорку: лучше поздно, чем никогда. Она приехала из Портсмута, штат Нью-Хэмпшир, я – из Саут-Бервика, штат Мэн. То есть мы практически жили по соседству. И начали «встречаться» (как тогда говорили) сразу после поступления в Университет Нью-Хэмпшира… познакомились на вечере первокурсников… романтично, не правда ли? Как в одной из этих поп-песенок.

Два года мы практически не разлучались, всюду ходили вместе, все делали вместе. То есть все, за исключением «этого». Мы оба совмещали учебу с работой в университете. Она – в библиотеке, я – в столовой. В 1972 году нам предложили поработать и летом, а мы, естественно, ухватились за этот шанс. Платили немного, но возможность не разлучаться дорогого стоила. Я полагал, что мы точно так же проведем и лето 1973 года, пока Уэнди не объявила, что ее подруга Рене нашла им обеим работу в бостонском универмаге «Файлинс».

– А как же я? – спросил я.

– Ты всегда сможешь приехать, – ответила Уэнди. – Я буду ужасно по тебе скучать, но знаешь, Дев, нам, пожалуй, надо побыть немного врозь.

И в этой фразе явственно слышался похоронный звон. Мысль эта скорее всего отразилась на моем лице, потому что Уэнди поднялась на цыпочки и поцеловала меня.

– Разлука укрепляет любовь, – заметила она. – И потом, раз у меня будет своя квартира, ты сможешь там оставаться. – Но она не смотрела на меня, когда говорила это, и я ни разу не остался у нее. Слишком много соседок, постоянно повторяла она. Слишком мало времени. Разумеется, эти проблемы можно было решить, но у нас никак не получалось, и я мог бы кое о чем догадаться. Как теперь понимаю – о многом. Несколько раз мы вплотную подходили к «этому», но не более того. В какой-то момент она давала задний ход, а я особенно на нее не давил. Проявлял галантность, Бог свидетель. Потом частенько спрашивал себя, что бы изменилось (к лучшему или худшему), если бы я пер напролом. Теперь-то я точно знаю: галантные молодые люди зачастую остаются без сладкого. Вышейте это крестиком, вставьте в рамочку и повесьте на кухне.

* * *

Перспектива еще одно лето мыть полы в кафетерии и загружать грязные тарелки в старые посудомоечные машины не слишком радовала, учитывая, что Уэнди намеревалась любоваться яркими огнями Бостона в семидесяти милях к югу, но работа гарантировала деньги, которые мне требовались, а других вариантов у меня не было. Однако потом, в конце февраля, такой вариант в прямом смысле прикатил ко мне на ленте конвейера для грязной посуды.

Кто-то читал «Каролина ливинг» за комплексным обедом, который в тот день включал мексиканский бургер и картофель фри «Карамба». Он (или она) оставил журнал на подносе вместе с грязной посудой, а я взял его с конвейера и уже хотел отправить в мусорное ведро, но удержался. Бесплатное чтиво, в конце концов, и есть бесплатное чтиво. (Не забывайте, я зарабатывал на учебу.) Поэтому я сунул журнал в задний карман и вспомнил про него, лишь вернувшись в комнату в общежитии. Когда я переодевался, он упал на пол и раскрылся на странице объявлений.

Читать дальше

Стивен Кинг ★ Страна радости читать книгу онлайн бесплатно

Стивен Кинг

Страна радости

Посвящается Дональду Уэстлейку

Серия «Темная башня»

Stephen King

JOYLAND

Печатается с разрешения автора и литературных агентств The Lotts Agency и Andrew Nurnberg.

© Stephen King, 2013

© Перевод. В.А. Вебер, 2013

© Издание на русском языке AST Publishers, 2014

Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers.

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

Автомобиль у меня был, но осенью 1973 года от «Приморского пансиона миссис Шоплоу» в городке Хэвенс-Бэй до парка развлечений «Страна радости» я чаще всего добирался на своих двоих. Мне представлялось, что так правильно. Собственно, иначе и нельзя. В начале сентября пляж практически пустовал, что соответствовало моему тогдашнему настроению. Та осень так и осталась самой прекрасной в моей жизни. Я могу это повторить и сорок лет спустя. И никогда больше я не чувствовал себя таким несчастным. Это я тоже могу повторить. Люди думают, что первая любовь – сплошная романтика и нет ничего романтичнее первого разрыва. Сотни песен сложили о том, как какому-то дураку разбили сердце. Вот только в первый раз сердце разбивается больнее всего, и заживает медленнее, и шрам остается самый заметный. И что в этом романтичного?

* * *

В сентябре и начале октября небо над Северной Каролиной оставалось безоблачным, а воздух – теплым даже в семь утра, когда я спускался из своей комнаты на втором этаже по наружной лестнице. Если выходил в легкой куртке, то снимал ее и завязывал на поясе еще до того, как преодолевал половину из трех миль, отделявших город от парка развлечений.

Первую остановку я делал в «Пекарне Бетти», где покупал парочку еще теплых круассанов. Моя тень, длиной добрых двадцать футов, шагала со мной по песку. Полные надежд чайки, учуяв круассаны в пакете из вощеной бумаги, кружили над головой. А когда я возвращался назад, обычно часов в пять (хотя иногда задерживался подольше – никто не ждал меня в Хэвенс-Бэй, городке, который впадал в спячку после завершения летнего сезона), моя тень шагала по воде. Если мое возвращение совпадало с приливом, тень покачивалась на волнах, словно танцевала медленную хулу.

Не уверен на все сто, но, думаю, мальчика, женщину и их собаку я увидел во время моей первой осенней прогулки по пляжу. Между веселой сверкающей мишурой «Страной радости» и городком вдоль берега выстроились летние коттеджи, среди которых было немало дорогих, и после Дня труда почти все они пустовали. Но только не самый большой из них, напоминавший зеленый деревянный замок. Дощатая дорожка вела от широкого заднего дворика туда, где трава граничила с мелким белым песком. Заканчивалась дорожка у столика для пикника, стоявшего под ярко-зеленым пляжным зонтом. В его тени в инвалидном кресле сидел мальчик в бейсболке, до пояса укрытый одеялом, хотя и в предвечерние часы температура воздуха превышала семьдесят градусов[1]. Я полагал, что мальчику лет пять или около того, но никак не больше семи. Собака, джек-рассел-терьер, обычно лежала рядом с креслом или устраивалась у ног мальчика. Женщина на скамье у столика иногда читала книгу, но чаще просто смотрела на воду. Она была очень красивая.

Направляясь к парку развлечений или возвращаясь домой, я всегда махал им рукой, и мальчик отвечал тем же. Женщина – нет, по крайней мере поначалу. В 1973 году ОПЕК установила нефтяное эмбарго, Ричард Никсон заявил, что он не мошенник, умерли Эдвард Г. Робинсон и Ноэл Коуард. Для Девина Джонса тот год оказался потерянным. Я, девственник двадцати одного года от роду, с литературными устремлениями, мог похвастаться тремя джинсами, четырьмя трусами-плавками, развалюхой «фордом» (с хорошим радиоприемником), мыслями о самоубийстве (иногда) и разбитым сердцем.

Романтично, не правда ли?

* * *

Девушку, разбившую мне сердце, звали Уэнди Киган, и она не заслуживала такого, как я. Мне потребовалась большая часть жизни, чтобы прийти к этому выводу, но знаете старую поговорку: лучше поздно, чем никогда. Она приехала из Портсмута, штат Нью-Хэмпшир, я – из Саут-Бервика, штат Мэн. То есть мы практически жили по соседству. И начали «встречаться» (как тогда говорили) сразу после поступления в Университет Нью-Хэмпшира… познакомились на вечере первокурсников… романтично, не правда ли? Как в одной из этих поп-песенок.

Читать дальше

Книга Страна радости читать онлайн Стивен Кинг

Стивен Кинг.

Страна радости

 

Первую остановку я делал в «Пекарне Бетти», где покупал парочку еще теплых круассанов. Моя тень, длиной добрых двадцать футов, шагала со мной по песку. Полные надежд чайки, учуяв круассаны в пакете из вощеной бумаги, кружили над головой. А когда я возвращался назад, обычно часов в пять (хотя иногда задерживался подольше – никто не ждал меня в Хэвенс-Бэй, городке, который впадал в спячку после завершения летнего сезона), моя тень шагала по воде. Если мое возвращение совпадало с приливом, тень покачивалась на волнах, словно танцевала медленную хулу.

Не уверен на все сто, но, думаю, мальчика, женщину и их собаку я увидел во время моей первой осенней прогулки по пляжу. Между веселой сверкающей мишурой «Страной радости» и городком вдоль берега выстроились летние коттеджи, среди которых было немало дорогих, и после Дня труда почти все они пустовали. Но только не самый большой из них, напоминавший зеленый деревянный замок. Дощатая дорожка вела от широкого заднего дворика туда, где трава граничила с мелким белым песком. Заканчивалась дорожка у столика для пикника, стоявшего под ярко-зеленым пляжным зонтом. В его тени в инвалидном кресле сидел мальчик в бейсболке, до пояса укрытый одеялом, хотя и в предвечерние часы температура воздуха превышала семьдесят градусов. Я полагал, что мальчику лет пять или около того, но никак не больше семи. Собака, джек-рассел-терьер, обычно лежала рядом с креслом или устраивалась у ног мальчика. Женщина на скамье у столика иногда читала книгу, но чаще просто смотрела на воду. Она была очень красивая.

Направляясь к парку развлечений или возвращаясь домой, я всегда махал им рукой, и мальчик отвечал тем же. Женщина – нет, по крайней мере поначалу. В 1973 году ОПЕК установила нефтяное эмбарго, Ричард Никсон заявил, что он не мошенник, умерли Эдвард Г. Робинсон и Ноэл Коуард. Для Девина Джонса тот год оказался потерянным. Я, девственник двадцати одного года от роду, с литературными устремлениями, мог похвастаться тремя джинсами, четырьмя трусами-плавками, развалюхой «фордом» (с хорошим радиоприемником), мыслями о самоубийстве (иногда) и разбитым сердцем.

Романтично, не правда ли?

 

Два года мы практически не разлучались, всюду ходили вместе, все делали вместе. То есть все, за исключением «этого». Мы оба совмещали учебу с работой в университете. Она – в библиотеке, я – в столовой. В 1972 году нам предложили поработать и летом, а мы, естественно, ухватились за этот шанс. Платили немного, но возможность не разлучаться дорогого стоила. Я полагал, что мы точно так же проведем и лето 1973 года, пока Уэнди не объявила, что ее подруга Рене нашла им обеим работу в бостонском универмаге «Файлинс».

– А как же я? – спросил я.

– Ты всегда сможешь приехать, – ответила Уэнди. – Я буду ужасно по тебе скучать, но знаешь, Дев, нам, пожалуй, надо побыть немного врозь.

И в этой фразе явственно слышался похоронный звон. Мысль эта скорее всего отразилась на моем лице, потому что Уэнди поднялась на цыпочки и поцеловала меня.

– Разлука укрепляет любовь, – заметила она. – И потом, раз у меня будет своя квартира, ты сможешь там оставаться.  – Но она не смотрела на меня, когда говорила это, и я ни разу не остался у нее. Слишком много соседок, постоянно повторяла она. Слишком мало времени. Разумеется, эти проблемы можно было решить, но у нас никак не получалось, и я мог бы кое о чем догадаться. Как теперь понимаю – о многом. Несколько раз мы вплотную подходили к «этому», но не более того. В какой-то момент она давала задний ход, а я особенно на нее не давил. Проявлял галантность, Бог свидетель. Потом частенько спрашивал себя, что бы изменилось (к лучшему или худшему), если бы я пер напролом. Теперь-то я точно знаю: галантные молодые люди зачастую остаются без сладкого.

«Страна радости» от «короля ужасов». Отрывок из новой книги Стивена Кинга | Книги | Культура

В январе в книжных магазинах появится новый роман «короля ужасов» Стивена Кинга — «Страна радости». Главный герой, Девин Джонс, устраивается на работу в парк развлечений под названием «Страна радости». Но вскоре понимает: за ярким фасадом скрываются страшные тайны, а в одном из аттракционов, возможно, живет настоящий призрак…

АиФ.ru публикует отрывок из новой книги автора мировых бестселлеров (издательство «АСТ», 2014)

***

Суп был кэмпбелловский, из банки, но тост она сделала с мюнстером, моим любимым сыром, божественно вкусным. Налила мне стакан молока и настояла,чтобы я его выпил. Потому что, заметила миссис Шоплоу, я еще расту. Потом она села напротив меня, тоже с тарелкой супа, но без тоста («Мне надо следить за моей девичьей фигурой»), и рассказала всю историю. Что-то она узнала из газет и телевизионных репортажей, а самые пикантные подробности — от знакомых в «Стране радости», которых хватало.

— Произошло это четыре года назад, то есть примерно в то время, когда умерла твоя мать. Знаешь, что прежде всего приходит в голову, когда я думаю о случившемся? Рубашка того парня. И перчатки. От этих мыслей у меня мурашки бегут по коже. Потому что вывод тут один: он все спланировал.

Иллюстрация к обложке романа Стивена Кинга «Страна радости».

— Буду вам очень признателен, если вы начнете хотя бы с середины.

Миссис Шоплоу рассмеялась:

— Да, пожалуй. Девушку, призрак которой вроде бы там является, звали Линда Грей, она жила во Флоренсе. Это в Южной Каролине. Она со своим бойфрендом — если это был бойфренд, потому что копы прошерстили прошлое Линды и не нашли никаких его следов — провела последнюю ночь на земле в мотеле «Луна», что на берегу, в полумиле к югу от города. На следующий день, около одиннадцати утра, они отправились в «Страну радости». Он купил два билета на весь день, заплатил наличными. Они покатались на каких-то аттракционах, потом поели в «Лангусте», ресторане морепродуктов рядом с концерт-холлом. В начале второго пополудни.

Насчет времени смерти. Ты, вероятно, знаешь, как его устанавливают… содержимое желудка и все такое…

— Ага. — Тост я уже съел и принялся за суп. История не испортила мне аппетит, ничуть. Не забывайте, я прожил лишь двадцать один год, и, хотя, наверное, я никому бы этого не сказал, у меня не возникало сомнений, что я никогда не умру. Даже смерть мамы не поколебала этой моей убежденности.

— Он ее покормил, потом они прокатились на «Каролинском колесе» — медленный аттракцион, способствующий пищеварению, — после чего отправились в «Дом ужасов». Вошли вместе, а вышел он один. Где-то на середине поездки, которая занимает примерно девять минут, он перерезал ей горло и кинул ее рядом с монорельсом, по которому передвигаются вагончики.

Выбросил, как мусор. Должно быть, он знал, что перепачкается в крови, потому что надел две рубашки и желтые резиновые перчатки. Верхнюю рубашку, пропитанную кровью, нашли в сотне ярдов от тела. Чуть дальше лежали перчатки.

Я все это увидел: сначала вниз летит тело, еще теплое и трепещущее, потом рубашка и, наконец, перчатки. Убийца спокойно сидит в вагончике до самого конца поездки. Миссис Шоплоу говорила чистую правду: по коже побежали мурашки.

— Когда поездка закончилась, этот щучий сын просто встал и ушел. Он вытер сиденье и спинку — рубашка намокла от крови, — но следы остались. Один из помощников заметил кровь на сиденье, прежде чем в вагончик сели новые пассажиры, и вытер ее. Он не придал этому никакого значения. Кровь на аттракционах — обычное дело, у детей от перевозбуждения она часто идет носом. Ты сам это увидишь. Главное, надевай резиновые перчатки, чтобы не подцепить какую-нибудь заразу. Они есть в пунктах оказания первой помощи, которые разбросаны по всему парку.

— Никто не заметил, что он покинул аттракцион без девушки?

— Никто. Дело было в середине июля, в пик сезона, когда в парке полным-полно посетителей. И тело нашли только в час ночи. Парк давно уже закрылся, и в «Доме ужасов» включили свет. Для ночной смены, ты понимаешь. У тебя будет шанс убедиться в этом лично. Все команды Счастливых помощников одну неделю в месяц прибираются на аттракционах, и тебе надо будет заранее выспаться, потому что переход со дня на ночь — сущий кошмар.

— Люди проезжали мимо нее, пока парк не закрылся, и ничего не замечали?

— Если и замечали, то думали, что ее труп — часть декорации. Но скорее всего тело никто и не увидел. Не забывай, «Дом ужасов» — темный аттракцион. Единственный в «Стране радости», если на то пошло. В других парках развлечений таких больше.

Отрывки из самых новых и интересных книг — каждую пятницу на АиФ.ru

Как Стивен Кинг за бумажным змеем следил | Статьи

В «Стране радости» нового Кинга подлинной радости немного. Вся территория одноименного парка развлечений, на которой разворачиваются события, как и полагается у Кинга, к веселью не располагает. Автор, конечно же, стремится раскрасить всё в лучшем виде, но стоит вспомнить, с кем имеешь дело, и всё вроде бы возвращается на свои места.

Поверить в то, что мастер ужасов будет придерживаться спокойного повествования с милым ностальгическим привкусом, сможет только читатель, с Кингом не слишком близко знакомый. Тот, кто ни разу не закрывал его книгу с наступлением темноты во избежание бессонной ночи.

Вся сила, мощь и страх сюжетов Кинга в абсолютной непредсказуемости. Совсем не обязательно, что пасторальное спокойствие, с которым автор начинает рассказ, в следующую секунду не оборвет леденящий душу крик или зловещее появление неопознанного ползущего, летающего, создающего массу проблем существа.

Зная об этой особенности Кинга, каждую страницу перелистываешь с опаской, неизменно ожидая внезапного притока адреналина. Вот только автор настолько хитер, что открывает свои шкафы и выпускает из них скелеты лишь в том случае, когда полностью уверен — читатель окончательно расслабился.

Иногда же Стивен Кинг вдруг явно устает от своего основного занятия и углубляется в повествование. К счастью, оно у него всегда ненавязчивое, легкое, не уносящее в дебри, не разбегающееся на сотню сюжетных линий. Так получилось и со «Страной радости», где автор позволяет себе поиграть с читателем достаточно долго.

Дело происходит в любимые автором 1970-е, привязку к которым обозначают то марки автомобилей, то любимые главным героем The Doors и Джими Хендрикс. Да и сама манера повествования, неизменно точно переданная переводчиком Виктором Вебером, всячески указывает на ее «воспоминательный» характер.

«В двадцать один год жизнь лежит перед тобой, как карта. И только годам к двадцати пяти начинаешь подозревать, что смотришь на карту вверх ногами, а к сорока окончательно в этом убеждаешься. А к шестидесяти, уж поверьте, вы узнаете, что безнадежно заблудились».

Подработать в летний парк развлечений «Страна радости» студент Дэвин Джонс едет с радостным ощущением наступающего лета и легкой досадой от расставания с любимой девушкой. Планы по лету немного изменятся. Девушка останется в прошлом. Вокруг Дэвина в плавном, но медленно нарастающем темпе, сродни тому, что набирает играющее в романе немаловажную роль «Каролинское колесо», заплетается цепочка загадочных событий. 

«Страна радости» — детский парк с типичным для такого места набором павильонов и аттракционов. С типичными отношениями между сотрудниками, корпоративной лексикой и этикой. Одни герои, как и положено, вызывают симпатию, другие — глухое раздражение, но всё не так просто, как может показаться на первый взгляд.

Вообще развлечения или работники из этой сферы для Кинга — почва благодатная. Вспомните чудовище-клоуна Пеннивайз из «Оно», благодаря которому приступы коулрофобии (паническая боязнь клоунов) накрывают даже стойких взрослых, и подобные кинговские фокусы, как бы намекающие, что прекрасное и ужасное где-то рядом.

Для Кинга это игра, и вот уже вскоре начинаются пересуды о призраке когда-то убитой в  павильоне «Дом ужасов» девушки, так его и не покинувшей, а потом мелькнет и сам дух.

Его появление будет недолгим, но достаточным, чтобы дальнейшая картинка книги воспринималась уже совсем в другом цвете. Тем не менее хитрый Кинг не спешит выдавать всех тайн погибшей Линды Грей. Он загадывает загадки и дает на них ответы спустя несколько страниц. 

Игры, в которые Стивен Кинг играет с читателем, более или менее известны.  Триллер плавно переходит в детектив, входит в романтическое русло и в нем уже завершается, ни разу не отступая от законов жанра. Мелодрама и триллер. Чего здесь больше — решать читателю.

Загадочным образом, не в ущерб ни одной из кинговских составляющих, простые человеческие чувства и судьбы оказались на первом месте. Может быть, потому, что на написание книги Стивена Кинга подтолкнул мальчик, запускающий змея на морском берегу. 

[Книги] «Страна радости» Стивена Кинга

Когда дело касается прошлого, каждый из нас писатель…


Стивен Кинг, активизировавшийся в последнее время в направлении штамповки или больших романов (как то «Дьюма-Ки», «История Лизи», «Под куполом» и «11/22/63») или больших сборников рассказов («Сразу после заката» и «Тьма и больше ничего») вдруг решил выпустить не очень страшный и не очень то и длинный роман, с любимым для читателя объемом 300 страниц, которых у короля ужасов не было с далекого 2002-го года, когда в печать ушел «Почти как Бьюик».

Сюжет. Девин Джонс решает подзаработать во время летних каникул. Он направляется на работу в парк развлечений «Страна радости», который расположен у побережья Северной Каролины. И все бы ничего, но оказывается, что несколько лет назад в зале аттракциона «Дом ужасов» неизвестный убил молодую девушку – Линду Грей, призрак которой до сих пор ходит по его (аттракциона) помещениям. Полиция дело не раскрыла. Сможет ли его раскрыть двадцатиоднолетний парнишка, для которого в жизни есть намного более важные вещи, чем убийство незнакомой ему девушки?..

Если кто прочитав описание ожидал детектив в стиле Агаты Кристи или Артура Конан Дойля, то Кинг быстро развеивает это обманчивое впечатление, расставляя все по местам уже с первых страниц. Нас ждет не детектив с налетом мистики, нас ждет очень тонкая и глубокая драма, с налетом детектива и присыпкой из мистических моментов.

Кинг переворачивает классическое повествование с ног на голову, умело вплетая детектив в любовную историю, а не наоборот, рассказывая медленно и уверенно, будто тщательно пережевывая и смакуя, первые любовные переживания, не наученного жизненным опытом парня. В «Стране радости» разбитое сердце молодого человека может показаться даже большим преступлением, нежели жестокое убийство. Собственно об убийстве Кинг почти не пишет, как будто бы оно вообще не интересует ни писателя, ни читателя. В какой-то момент можно и вовсе забыть о Линде Грей и ее убийце, который, возможно, все еще ходит по «Стране радости». Упомянув в начальных главах, придется прочесть книгу почти до половины, чтоб узнать еще немного об убийстве, а какие-либо реальные продвижения по делу будут уже совсем в конце. По-хорошему, если бы «Страна радости» концентрировалась именно на мистике и убийстве, то вполне спокойно легла бы в формат 50ти или 60-ти страничного рассказа.
Пользуясь тем, что простора для фантазий было более чем достаточно, Кинг очень подробно расписывает чуть ли не каждого героя. Все, от Девина Джонса и до эпизодично упоминаемой Линды Грей, были описаны во всех необходимых деталях. Учитывая не очень большой объем книги, Кинг, может специально, а может и нет, расточительно расправляется со своими персонажами, выводя их из текста. Так, дойдя до половины повествования, он, будто в карточной партии, сбрасывает одних героев, и берет новых, которых описывает так же медленно и кропотливо.

Темп повествования иногда настолько низкий, что начинает казаться, что страница за страницей ничего не происходит. Но это не так. Образы героев и все события, которые с ними происходят, описаны настолько ярко и детально, что прочитав 300 страничное произведение, в котором, казалось бы, ничего не происходит, у читателя останется чувство, что он самолично прожил это лето и немножко осени. Книга, несмотря на очень низкий темп повествования, читается на удивление очень легко, более того, читатель полностью погружается в мир парка аттракционов 70-х годов. При должном настрое книгу можно прочесть за день, но даже если подолгу переживать каждый эпизод этой истории, то путешествие в «Страну радости» вряд ли займет больше, чем несколько вечеров. Меняется и традиционное для Кинга местоположение событий — из штата Мэн или Нью-Гемпшир, которые и так уже достаточно «натерпелись» от короля ужасов, события переносятся в Северную Каролину. Хотя Кинг был бы не Кинг, если б вышеупомянутые два штата даже не всплывали по ходу повествования.

Если находить схожие по стилю книги от короля ужасов, то «Страну радости» можно с легкостью сравнить с «Сердцами в Атлантиде», мистическая сторона очень схожа сюжетными ходами с «Мешком с костями», а атмосфера же очень похожа на феноменальное произведение «Дьюма-Ки».

Кинг взрослеет, а с ним взрослеет и его проза. «Страна радости» — это не ужасы, и даже не мистика (она есть, но совсем немного). Испугать в книге может разве что воображение читателя, нежели написанное на бумаге, и Кинг мастерски играет этим. Но главным страхом тут не являются убийцы или призраки, главный страх тут сама жизнь.

Итог. Приступая к прочтению «Страны радости» главное не обмануться и не ожидать мистического триллера, а наоборот расслабиться и окунуться в атмосферу 70-х, которую мастерски создает намного повзрослевший в творческом плане Стивен Кинг. «Страна радости» в первую очередь о жизни, опыте и взрослении, во всех возможных проявлениях, которые только могли втиснуться в три месяца лета и немножечко осени жизни главного героя. «Страна радости» переполнена эмоциями и образами, которые предстоит пережить читателю, очень близких и таких понятных каждому, кто возьмет в руки книгу.

Максим Сябер

«Страна радости» Стивена Кинга

У каждого поклонника Стивена Кинга есть прекрасные воспоминания о чтении одной из его книг, опыт, заставляющий вас забыть обо всем остальном, когда вы полностью поглощены историей, полностью поглощены персонажами, сюжетом, абсолютным блеском рассказ. Для меня эти воспоминания сгруппированы вокруг моего раннего подросткового возраста, когда я впервые читал Кинга, читал Мизери, Сияние, ОНО, Кладбище домашних животных, Разные времена года, в огромном читательском забеге — я сильно влюбился в Кинга, и не было ничего лучше, чем взять его в руки. его романов, чтобы скоротать время.Фильмы, игры, все на самом деле меркло по сравнению с ярким ознобом и незабываемыми персонажами, которых Кинг вызывал в своих романах.

Но шли годы, и я открыл для себя новых писателей, которые взволновали меня так же, как Кинг, когда я впервые прочитал его — Паланик, Буковски, Купленд, список можно продолжать и продолжать. Я до сих пор время от времени читаю Кинга, но чем больше я читаю, тем старше я становлюсь, он мне нравится все меньше и меньше. Все пришло в упадок, когда я прочитал «Историю Лизи» 2006 года, книгу настолько ужасно плохую, что я не мог поверить, что она была написана тем же автором, что и «Рита Хейворт и побег из Шоушенка».Это оттолкнуло меня от Кинга на 5 лет.

С тех пор единственное, что я мог закончить из написанного Кингом, это его короткие рассказы, некоторые из которых были приличными, а если и не были, то, по крайней мере, скоро заканчивались. Единственным романом Кинга, который я закончил после «Истории Лизи», была «Долорес Клэйборн», и то в виде аудиокниги, сопровождаемой долгой поездкой на машине. Но, чувак, я ненавидел «Долорес Клэйборн» почти так же сильно, как и «Историю Лизи», за тот же раздражающий авторский голос, который был слишком влюблен в свой собственный голос больше всего на свете.

Я даже подумал, что причина может быть в том, что современный Кинг противостоит классическому Кингу, поэтому, когда мне наскучило и я отказался от 22. 11.63, я вернулся и прочитал единственный крупный роман Кинга, который я не читал, когда впервые обнаружил его. — Стойка. Но и это меня не зацепило! Слишком долго начиналось, сюжета как будто и не было, и после 200 страниц я остановилась и не дочитала оставшиеся 1000 страниц! Так что я думаю, что дело в моих вкусах к чтению сейчас и в том, какими они были, когда я был намного моложе, почти 20 лет назад.

«Веселая поездка» постигла та же участь, что и любой другой роман Кинга, который я пытался прочитать за последние 7 лет — я забросил его. За исключением того, что на этот раз опыт был настолько ужасным, настолько бесящим, что я официально никогда больше не буду читать или брать в руки роман Стивена Кинга.

«Joyride» до смешного издан Hard Case Crime, серией книг, которые публикуют нуар вкрутую. Если «Joyride» — это крутой нуар, то я — Ктулу, бог безумия. Я слышал ужасные вещи о его последней публикации HCC «Колорадо», и мне казалось, что это тоже не криминальный роман, а если и был, то жалкая попытка его создать. «Joyride» — это даже не попытка создать криминальный роман, крутой нуар или что-то в этом роде. Это просто не так.

Я ожидал криминального романа, хотя из нескольких вещей, которые я заметил еще до того, как прочитал его — посвящение Дональду Уэстлейку, писавшему под псевдонимом Ричард Старк. Ричард Старк написал роман Паркера «Slayground», криминальный триллер, действие которого происходит в парке развлечений. «Joyland» редактировал Чарльз Ардаи, написавший предисловие к моему изданию «Slayground». Это просто совпадение, что последней книгой, которую я прочитал, была «Slayground» (обзор здесь), которая заставила меня так подумать — но это все, что оказалось, серия совпадений, поскольку Ричард Старк/Дональд Уэстлейк никогда бы не написали что-то настолько скучное. .

Это история взросления, против которой я не против, но, прочитав трактовку Кинга, я полностью отключился от чтения в будущем. Девин Джонс — наш скучный главный герой, рассказывающий свою историю (из настоящего, где ему за 60 с чем-то, писатель) о своем времени в начале 70-х, когда ему было чуть за 20, и он подрабатывал летом на ярмарке под названием Joyland.

Прежде чем я продолжу, позвольте мне высказаться против этого персонажа и всех персонажей, созданных Кингом.Кинг сегодня – писатель с северо-востока Америки, которому за 60, как и Девин Джонс. В начале 1970-х Кингу было около 20 лет, как и Девину Джонсу. Сколько раз Кинг собирается сделать своих главных героев точно такими же, как он? Сколько раз вы читали роман Стивена Кинга, где герой — писатель? В голове пронеслись: «Сияние», «Участь Салема», «Мизери», «Оно», «Мешок с костями», «Тайное окно», «История Лизи», «Темная половина», а теперь и «Страна радости». Возможно, их больше — я не читал их все, и я не собираюсь искать, у каких других романов/рассказов есть писатель в качестве главного героя, но, глядя на этот список, их много.

Это шокирующе ленивая характеристика от Кинга — поклонники часто ссылаются на его способность создавать значимых и увлекательных персонажей, но так часто он даже не пытается создавать оригинальных. Роман пишется от первого лица? Почему бы не сделать «я» собой? Это избавит меня от попыток создать оригинальный голос, избавит меня от усилий, чтобы создать что-то новое! Будь у Кинга хоть капля оригинальности, он бы рискнул побольше — ладно, пишите от первого лица, но как насчет того, чтобы сделать главным героем 12-летнего чернокожего ребенка из Бразилии? Уловить этот голос будет непросто! Или как насчет прикованного к инвалидной коляске 20-летнего в сибирском шахтерском городке? Или, если вы настаиваете на том, чтобы действие всех ваших историй происходило в континентальной Америке — не проблема — как насчет того, чтобы выбрать кого-то из совершенно другого социально-экономического происхождения? В конце концов, Америка — это большой плавильный котел. Вместо этого Кинг просто выбирает в качестве главного героя кого-то, кто во всем на него похож. Это лениво, эгоистично и на данный момент это не шутки.

Итак, вернемся к летней работе Стивена Кинга — простите, летней работе Девина Джонса в Джойленде, южном парке развлечений. Но ждать! Перед этим нам предстоит прочитать о его скучной студенческой жизни в Северо-Восточном университете. Он встречается с девушкой, с которой у него не было секса; он работает в университетской столовой; его мама умерла; зачем нам все это знать? Понятия не имею — почему Кинг просто не заводит роман с Девином, начинающим работать в Joyland, я не знаю.Всю его предысторию можно было бы рассказать на странице или двух, но 30 страниц? Где был редактор?

Итак, мы в Стране радости. Но ждать! Нам нужно больше читать о Девине и его скучной жизни. Мы должны прочитать о его путешествии на юг, его собеседовании и его скучной квартирной хозяйке, у которой он снимает комнату. Через болтовню хозяйки дома, черт возьми, Кинг пытается изобразить полудурацкую историю о привидениях, подразумевая, что в парке обитает дух мертвой девушки (который, поскольку это роман Кинга, я уверен, реален, а призрак появится позже). До сих пор нет никаких признаков того крутого нуара, который должен поддерживать этот сериал. Ну, по крайней мере, у нас есть Кинг, пародирующий свою былую славу — хотя бы мимоходом.

Потому что СЕЙЧАС мы в Стране радости — и черт возьми, это скучное место! Да, после 50 или около того страниц НИЧЕГО мы теперь переходим к самой истории. Но не совсем потому, что мы видим, как Девин учится управлять различными аттракционами и знакомится с весельчаками, которые им управляют. После 30 страниц (я почти набрал годы — мое подсознание не за горами, оно, конечно, чувствовало, что так долго) и пройдя отметку в 80 страниц, я оставил книгу на столе в кофейне и вышел.

Я прочитал благодарности перед тем, как полностью отказаться от книги, и Кинг особо отмечает забавные диалоги в книге, которые связаны с тем, что заставило меня так ненавидеть эту книгу. Стиль письма Кинга в наши дни показывает, что он отказался от качеств, которые сделали его письмо таким интересным в первую очередь — характер, история, темп — в пользу худшего, самого раздражающего диалога, который вы когда-либо читали.

Его персонажи постоянно несут непритязательные, деревенские поговорки и тарабарщину.Фактор новой любви Кинга к шутливой речи, и, тьфу, я больше не мог этого выносить. В то время как диалоги «Страны радости» никогда не опускались до глубины головокружительно глупой лексики «Истории Лизи» («большая сисса», «зайчик манда», «бул», «кровавый бул», «плохой бул», «великий бул», «бу». ‘ya moon» «плохое-гадкое» «ням-ням-дерево» «мамочка» «смородина» «бабылув» «хорошая мама» «SOWISA» «пристегнись, когда это покажется уместным» «ах так» «тупица» — никогда, никогда прочтите «Историю Лизи»!), это была, безусловно, самая заметная часть истории из-за ее слащавости.На самом деле, я предполагаю, что единственная причина, по которой Кинг написал этот роман, заключается в том, что он мог использовать тупые дерьмовые диалоги, которые приправляют этот мусор.

«Страна радости» — такой же крутой нуар, как мультфильм «Розовая пантера». Если это роман ужасов, я бы сравнил его с самым нежным предложением Скуби-Ду. Это жалкая катастрофа взросления, где тоска встречается с медлительным, свинцовым повествованием. На 80 страницах, которые я прочитал, я не встретил ни одного персонажа, о котором мне было бы интересно знать, ни одной сцены, которая мне показалась даже отдаленно интересной, и, прежде всего, я чувствовал, что читаю бред старика, влюбленного в звук его авторский голос – именно это я и читал.

Кинг настолько успешный писатель, что ни один редактор не прикоснется к его книгам, поэтому страницы безжалостно жужжат, не сообщая вам ничего интересного. Если бы писатель-новичок прислал эту чушь, она бы никогда не была опубликована, а если бы ее посмотрел редактор, она была бы вырезана полностью. И все же люди, кажется, любят этот материал! Я не могу поверить, что это дерьмо собирает огромное количество положительных отзывов! Какую книгу читали все остальные? Было ли так увлекательно слышать о скучной летней работе Девина Джонса?

Сегодняшний Стивен Кинг неузнаваем от писателя, произведения которого я полюбил, когда мне было 12-13 лет – сейчас, в 29 лет, я его терпеть не могу. Он скучный. Он не может рассказать хорошую историю — похоже, он не может, да и не особо заинтересован в том, чтобы рассказать ее, даже если бы она у него была! Он слишком сосредоточен на банальных диалогах, исключая все остальное, а его главные герои — бездумные копии самого себя.

Единственное преступление, которое я увидел в «Стране радости», это то, что такой дрек вообще был опубликован, и единственная радость, которую я получил, это отказ от него. Это последнее, что я читал у Стивена Кинга, я просто больше не могу, это слишком деморализует.

К черту «Джойленд» и к черту Стивена Кинга.

Новая «Страна радости» Стивена Кинга сочетает в себе мурашки и острые ощущения в парке развлечений. Дело не в том, что мне не нравятся его большие книги — особенно «Сияние», которое остается самой страшной вещью, которую я когда-либо читал, и роман 1996 года «Отчаяние», всеобъемлющее рассмотрение греха, жертвы и искупления, действие которого разворачивается в Шахтерский городок в Неваде.

Тем не менее, что заставляет Кинга находить отклик у меня, так это работа с деталями, то, как он может проникнуть в самую обыденную ситуацию и оживить ее, раскрывая в процессе кое-что из того, как мы живем.

Я думаю о сумасшедшей фанатке Энни Уилкс из «Мизери», чья патология — ее зло, если хотите — является оборотной стороной ее желания. Или четверка друзей из «Тела», идущая по железнодорожным путям в поисках мертвого мальчика, открывающая загадку мира. Даже в самых странных моментах есть человеческий фактор, который обосновывает эти истории и придает им вес.Когда наступает ужас, он исходит из знакомой нам местности, что делает его еще более ужасным и правдивым.

Новый роман Кинга «Страна радости» во многом основан на этой территории: драма, разворачивающаяся в миниатюре. История студента колледжа по имени Девин Джонс, который провел лето и осень 1973 года, работая в парке развлечений в Северной Каролине, как и «Тело», рассказана в ретроспективе шестидесятилетним рассказчиком, оглядывающимся назад.

«Когда тебе двадцать один год, — замечает Девин, — жизнь — это дорожная карта.Только когда тебе исполняется двадцать пять или около того, ты начинаешь подозревать, что смотрел на карту вверх ногами, и только к сорока годам ты полностью в этом уверен. К тому времени, как тебе исполнится шестьдесят, поверь мне, ты… потерян. Такое двойное видение — 21-летний парень, активно переживающий свой опыт, в то время как его старшая инкарнация размышляет о нем — придает книге неожиданную перспективу, хотя и убеждает нас в том, что что бы ни случилось в романе, Девин выйдет живым.

Это отличный трюк для триллера, а «Страна радости» определенно является триллером, хотя и в минорной тональности.Изданный превосходным Hard Case Crime — изданием, посвященным крутой беллетристике, как переизданной, так и новой — это также в некотором смысле дань уважения одноразовой культуре начала 1970-х: криминальные романы, пластинки и независимые парки развлечений, такие как как тот, где большая часть действия здесь происходит.

Трудно не заметить влияние Дональда Уэстлейка, и не только потому, что «Джойленд» посвящен ему; В конце концов, действие одного из лучших романов Уэстлейка Паркера «Slayground» происходит в закрытом парке развлечений.«Страна радости», однако, написана более легким оттенком, с оттенком если не ностальгии, то задумчивости.

Девин — потерянный мальчик, которого бросила его подружка из колледжа, оплакивающий смерть своей матери четыре года назад, горожанин штата Мэн, дрейфующий в южном пляжном поселке, где призраки прошлого принимают почти человеческий облик. Эти призраки одновременно и метафоричны, и реальны (ключевая часть истории вращается вокруг Дома ужасов в парке, предположительно преследуемого молодой женщиной, которая была там убита), но больше всего они психологические, маркеры развивающегося чувства Девина к себе.

По мере развития повествования это только усиливается, превращая «Страну радости» в роман о совершеннолетии, хотя такой процесс в лучшем случае горько-сладкий. «Все это произошло когда-то и очень давно, — рассказывает Девин в конце книги, — в волшебный год, когда нефть продавалась по одиннадцать долларов за баррель. Год, когда мне разбили чертово сердце. Год, когда я потерял девственность. … Год, когда я хотел увидеть призрака и не увидел… хотя, думаю, по крайней мере один из них меня видел».

Кинг имеет в виду то же, что и всегда: жизнь необъяснима, что радость и горе, триумф и трагедия связаны между собой и могут проявить себя в любой момент.Это тоже форма преследования, как начинает понимать Девин.

«Страна радости» имеет налет сверхъестественного: есть этот призрак, а также дружба Девина с 10-летним мальчиком-инвалидом по имени Майк, который одарен «подлинными экстрасенсорными способностями», которые «подобны прикосновению к другому миру». ». Тем не менее, несмотря на то, что это помогает вести повествование, в конечном итоге это возвращает нас к Девину, к человеческому сердцу романа.

В отношениях с Майком — не говоря уже о матери Майка, Энни, в которую он влюбляется — Девин позволяет себе открыться, оставить прошлое позади и двигаться дальше. И в своем увлечении мертвой девушкой, которое приводит к раскрытию серии связанных убийств, он узнает, что реальность — это всего лишь набор поверхностей, фасадов, столь же хлипких, как в доме ужасов в парке развлечений, за которыми скрываются от ужасов гораздо труднее избавиться.

Для Кинга это одновременно сюжет и смысл жизни. Мы все подвешены между прошлым и настоящим, между нашими стремлениями и нашими разочарованиями, и наши утешения, когда мы их находим, мимолетны и малы.Я думаю, что это ключ к его привлекательности как писателя, и, как и многие из его главных героев, Девин воплощает это в своей сути.

«Все, что я могу вам сказать, — объясняет он, вспоминая то давно потерянное лето, — это то, что вы уже знаете: некоторые дни — сокровище. Не много, но я думаю, что почти в каждой жизни есть несколько. Это было одно из моих, и когда мне грустно — когда жизнь обрушивается на меня и все выглядит безвкусным и дешевым, как Джойленд-авеню в дождливый день, — я возвращаюсь к нему, хотя бы для того, чтобы напомнить себе, что жизнь не всегда игра мясника.»

[email protected]


Joyland

Стивен Кинг
Твердый случайный преступник: 288 с.

Был период после кассового успеха фильма Оно  , когда мы каждый день получали анонс новой адаптации Стивена Кинга .Ситуация немного поутихла, но продюсеры все еще не отказались от повального увлечения Кингом. Последней адаптацией Кинга, пополнившей постоянно растущий список, является детективный роман « Joyland », выпущенный King в 2013 году. Сайрус Наврасте (Забивание камнями Сорайи М.).

Хотя Стивен Кинг в первую очередь известен своими работами в жанре ужасов, он иногда пробует себя и в других жанрах, например, в детективах.В 2013 году Кинг выпустил Joyland , книгу, призванную стать возвратом к сочным детективным романам вчерашнего дня. Согласно Deadline, Freeform заказала телесериал по книге Кинга, без сомнения, надеясь заработать на ренессансе адаптации Стивена Кинга, который мы сейчас переживаем.

«Для нас большая честь работать со Стивеном Кингом — мастером рассказчика, который понимает важность культурных историй, которые находят отклик у аудитории на глубоко личном уровне», — сказала Кэри Берк, исполнительный вице-президент по программированию и развитию Freeform.«Мы не можем дождаться, когда номер  Joyland   станет частью предложений Freeform и будет преследовать наших зрителей так, как это может сделать только Стивен».

Вот синопсис книги:

Действие происходит в парке развлечений в маленьком городке Северной Каролины в 1973 году. «Джойленд» рассказывает историю лета, когда студент колледжа Девин Джонс приходит работать карни и сталкивается с наследием жестокого убийства, судьбой умирающего ребенка и то, как оба изменят его жизнь навсегда.

«Я люблю криминал, люблю тайны и люблю призраков.Это сочетание сделало Hard Case Crime идеальным местом для этой книги, которая является одной из моих любимых», — сказал Кинг, когда книга была опубликована. «Мне также нравились книги в мягкой обложке, с которыми я рос в детстве, и по этой причине мы re собирается воздержаться от электронной публикации этого на данный момент. Joyland выйдет в мягкой обложке, и людям, которые хотят прочитать ее, придется купить настоящую книгу». В конечном итоге книга была выпущена в виде электронной книги.

Это не самая известная или громкая книга Кинга, что, вероятно, объясняет, почему ее еще никто не адаптировал.Большинство известных титулов King уже раскуплены, поэтому продюсерам приходится брать то, что они могут получить на данный момент.

Joyland  присоединяется к списку предстоящих адаптаций, который включает  It Chapter Two;  новый взгляд на  Кладбище домашних животных ; «Доктор Сон», продолжение «Сияния»; Долгая прогулка; — 10-часовая адаптация мини-сериала «Противостояние»; костяная церковь; серия Amazon Dark Tower ; « в высокой траве» от Netflix; Пряничная девочка; ремейк  Firestarter; a Creepshow Сериал; От Бьюика 8;  и Томминокеры .

Зловещее новое вампирское шоу от сына Стивена Кинга Джо Хилла превращает рождественскую радость в ужас

Рождество — это время радости, единения и доброжелательности по отношению к семье, друзьям и ближнему. За исключением, то есть, NOS4A2 , нового сериала AMC, основанного на романе Джо Хилла (сына Стивена Кинга), когда мерцающие огни, сезонные песни и красиво упакованные подарки предвещают приход высасывающего душу призрака по имени Чарли Мэнкс (Захари Мэнкс). Квинто), который похищает маленьких детей и высасывает из них жизненную силу, переправляя их — в своем классическом Rolls Royce Wraith 1938 года — в сумасшедшее место в своем собственном воображении: в Страну Рождества.

В преддверии премьеры шоу в воскресенье, 2 июня, его спросили, каково это было превратить всеми любимый праздник в средство зловещего зла, шоураннер Джейми О’Брайен смеется, прежде чем указать пальцем на кого-то другого. «Я чувствую, что могу обвинить в этом Джо Хилла. Это на 100 процентов исходный материал, это извращение рождественской радости».

Уловка, позволяющая сделать Рождество злобным, продолжает она, заключается в контексте. «Одной из первых вещей, которые Джо сказал мне, было то, что нет ничего страшнее леденца в июле.Я действительно придерживался этого, чтобы думать о Рождестве и элементах ужасов в сериале. Слушать рождественскую музыку в декабре может быть весело и восхитительно. Но если вы услышите это посреди летней ночи, это будет совсем другой опыт — и, вероятно, тот, который вас встревожит».

Еще более тревожным, чем исполнение «Jingle Bells» в середине июля, является сам Мэнкс, злодей-вампир (отсюда и название шоу «Носферату», взятое с его косметической тарелки Wraith), который провел последние два столетия, питаясь детьми, которых он считает, что спасает от жестоких родителей, делая их постоянными жителями своего чудесного парка развлечений на Рождество.«Мы много думали о том, как выглядит страна Рождества. Это место в воображении Чарли Манкса. Это отражение того, как, по его мнению, должно выглядеть Рождество. И это также место, где дети, которых он приводит, всегда будут счастливы.

Изюминка в том, что у этих детей были опустошены души, так что это может немного отличаться от рождественской страны, в которой они веселились до того, как прокатились на Призраке.

NOS4A2 — это история о господстве террора Чарли Мэнкса в Соединенных Штатах.Более конкретно, речь идет о его зарождающемся конфликте с маловероятным противником: Виком МакКуином ( Гончие любви , Эшли Каммингс), 18-летним подростком из Хаверхилла, штат Массачусетс, который борется с несчастливой семейной жизнью (благодаря маме и папе). на грани разлуки), неуверенность в своих рабочих обстоятельствах и расцвет новых способностей. Как она узнает во время судьбоносной поездки на мотоцикле, она «сильный творческий человек», т.е. уникальный человек с творческой способностью искривлять время и пространство с помощью «ножа», который в данном случае принимает форму крытого моста (известного как более короткий путь), который позволяет ей путешествовать туда, куда ей нужно. восстановить потерянные вещи.

Несмотря на безумие, которое может предложить NOS4A2 , включая Бинга Партриджа (Олафур Дарри Олафссон), тупоголового уборщика, который в конечном итоге превращается в приспешника Манкса, владеющего севофлураном, Человека в противогазе, именно стойкий Вик убедил О’ Брайен для адаптации NOS4A2. «Я взял [книгу Хилла] в пятницу и прочитал ее на выходных, и я сразу же влюбился в Вика. Она из Хаверхилла, штат Массачусетс, который находится прямо по улице, где я вырос, и я чувствовал, что знаю ее, я знал город, я знал семью.Я был очень взволнован тем, что обычный ребенок из Хаверхилла собирался отправиться в это очень захватывающее приключение, и у него будет история взросления, кульминацией которой станет то, что она станет героиней».

Динамика Чарли и Вика — это двигатель, который продвигает NOS4A2 вперед, и он выигрывает от производительности Куинто и Каммингса. «Я думаю, что он фантастический», — говорит О’Брайен о первом, которому не привыкать к злодеяниям на маленьком экране, поскольку он ранее играл серийного убийцу Сайлара в сериале « героя» на канале NBC. «Он такой сильный актер, и мне и в голову не приходило, что он вообще будет доступен для этого. Мой директор по кастингу предложил его, и как только она это сделала, я подумал: «Боже мой, неужели ты думаешь, что он это сделает?» Поскольку я был таким большим фанатом, я подумал, что это было бы потрясающе, и мы будь таким удачливым», — признается она. «Я так рад, что он подписался, потому что я не могу представить, чтобы кто-то другой сделал это».

«Закари Куинто в роли Чарли Мэнкса в NOS4A2»

Зак Дилгард/AMC

Хотя Куинто — известное имя, Каммингс — относительный новичок, и О’Брайен был быстро впечатлен ее способностью запечатлеть жесткую, но жесткую жизнь Вика. -поврежденная личность.«Роль действительно сложная, потому что, с одной стороны, вы должны верить, что этот персонаж способен сойтись лицом к лицу с Чарли Мэнксом. А в нашем сериале Чарли Мэнкса играет Закари Куинто, очень сильный актер. Так что в ней должно быть немного мужества, немного жесткости, немного крутости.

В то же время, когда мы встречаемся с персонажем, она учится в старшей школе и немного сбита с толку, — продолжает О’Брайен. «У нее внутреннее чувство классовой неполноценности, она не знает, что происходит с ее родителями — она запуталась.У нее есть эта огромная уязвимость по отношению к ней. Эшли действительно смогла прекрасно воплотить оба этих аспекта своего персонажа прямо в воротах. Я думаю, что у нее было три сцены для прослушивания, и мы только что это видели. Она нас не разочаровала — она потрясающая».

Несмотря на то, что Куинто и Каммингс являются номинальными хедлайнерами, в NOS4A2 есть третий главный герой — Призрак Мэнкса, — и съемочной группе посчастливилось найти две оригинальные модели для шоу. «Я подозреваю, что у нас больше Призраков, чем у кого-либо еще в мире!» — с гордостью заявляет О’Брайен.«Нам очень повезло найти его в Канаде на раннем этапе, и нам пришлось немного поработать над ним — он был желто-черным, поэтому нам пришлось покрасить его в черный цвет, вырвать внутреннюю часть и построить внутреннюю часть, которая подходила бы для нас. Но оно побежало. И он по-прежнему работает довольно хорошо».

Не то чтобы Призраки не ставили перед собой практических задач на съемочной площадке. «Этой машине 80 лет, и с нами постоянно должен был быть механик», — рассказывает О’Брайен. «У нас действительно были проблемы с этим. В первый раз, когда он сломался во время съемок, мы подумали про себя: «Может быть, нам стоит купить еще один такой».Затем, как назло, один из них появился на продажу в Массачусетсе. Так что мы тоже получили его». Чтобы быть в безопасности, NOS4A2 также оснастил Ford деталями Wraith, которые можно использовать для трюков.

«Одним из первых слов Джо [Хилла] было то, что в июле нет ничего страшнее леденца».

Поклонники узнают, что NOS4A2 вносит множество изменений в историю Хилла: основное внимание уделяется подростку Вика, а не разным возрастам; связать Вика с Мэнксом и Бингом первоначальными, новыми способами; и расширение роли заикающейся подруги Вика Мэгги (Джахкара Смит), которая получает сообщения о будущем из своей сумки с плитками Эрудит.Самое большое изменение, однако, заключается в том, что, в то время как книга Хилла имеет закрытый конец, версия О’Брайена стремится стать продолжающейся серией, а это означает, что ее повествование гораздо более обширно. Как и в случае с воспоминаниями о происхождении Мэнкса: «Нам действительно интересно исследовать, каким он был до того, как потерял свою человечность», — говорит О’Брайен, ссылаясь на графический роман Хилла «Призрак» как на источник информации о предыстории, которую она хранит в резерве. потенциальный второй сезон — NOS4A2 конкретизирует свою предпосылку во многих направлениях, одновременно прокладывая путь столкновения между Виком и Мэнксом, кульминацией которого неизбежно должна стать Страна Рождества.

Или обязательно? Страна Рождества — постоянная тема для разговоров в NOS4A2 , но, по крайней мере, в первых шести эпизодах, предоставленных прессе, среда, которую почти не видно. Тем не менее, О’Брайен обещает, что зрители получат возможность посетить убежище Мэнкса раньше, чем позже. «В первом сезоне мы отправимся в Страну Рождества, так что настройтесь!» она дразнит. Тем не менее, она утверждает, что при работе с этим знаковым местом необходимо соблюдать тонкий баланс, поскольку его раскрытие — это то, к чему строится шоу, и все же не его конечная точка, при условии, что будущие сезоны материализуются.

«Это непрерывный разговор, потому что вы не хотите чувствовать, что сдерживаете его без причины. Но вы также не хотите просто показывать это без причины. Поэтому, когда мы отправляемся в Страну Рождества, мы действительно заботимся о том, чтобы драма с персонажами привела нас туда, и чтобы мы не ехали исключительно ради услады».

В свете недавней негативной реакции фанатов на финал Game of Thrones , План NOS4A2 в конечном итоге выйти из книги ставит свои собственные проблемы. Тем не менее О’Брайен объясняет, что это часть острых ощущений от участия в таком шоу.«Как и все великие начинания, это одновременно и страшно, и захватывающе», — признается она. «Хорошая новость заключается в том, что сама книга подразумевает, куда она может пойти в конце. Итак, с нами Джо, и у нас уже есть несколько отправных точек, предлагаемых книгой. Я надеюсь, что мы доберемся туда; Я надеюсь, что шоу будет успешным, я надеюсь, что оно понравится AMC, и я надеюсь, что оно останется в эфире. Я бы хотел поговорить о том, что происходит после 720-й страницы».

Чистый | Стивен Кинг Вики

Чистый

Дата выхода в эфир

11 декабря 2019 г.

Clean — десятая серия второго сезона сериала Касл-Рок .Он вышел в эфир на Hulu 11 декабря 2019 года.

Сводка

Энни пытается найти Джой в доме Марстена, в то время как Надя сталкивается с трудным решением.

Участок

Надя пытается связаться с Попом по рации, но Эйс утаскивает труп Попа.

На следующий день Эйс выезжает на своем пикапе из Касл-Рока с телом Попа в кузове. Он прибывает в дом Марстена, где горожане все еще смотрят на статую Ангела. Пока Эйс наблюдает, обращенный дубль относит тело Попа в туннели и кладет его в гроб, наполненный жидкостью.Они закрывают крышку, и жидкость течет по телу Попа.

На следующий день Джой готовится к Дружелюбию. Тем временем Эйс говорит обращенным, что Дружелюбие возвращается на закате, и теперь это их мир: мир, который им дали Дружелюбие и Ангел.

Снаружи на лужайке горожане кладут стебли кукурузы и большой нож возле гроба Эмити.

Эйс говорит им, что они возвращают землю во имя Ангела. Он говорит, что когда Пророк вернется, начнется настоящая работа, но сначала они должны защитить свое место в старом, гниющем мире, прежде чем они займут его остальную часть.Загипнотизированными людьми будут Дружелюбие и армия Ангела. Затем Эйс подходит к Джой и восхищается ее белым платьем.

На строительной площадке Энни говорит Наде, Абди и Шансу, что если они уничтожат статую Ангела, это прекратит транс горожан. Лучшего плана ни у кого нет, и Абди идет в строительный вагончик и достает взрывчатку. Тем временем Энни находит место, где она упала, и Абди возвращается со взрывчаткой. Энни говорит ему подождать, пока она не вытащит Джой из Дома.Надя дает Энни рацию и говорит ей сообщить им, когда у нее будет Джой, а Ченс и Энни уйдут. Абди задается вопросом, почему они спасают город, а Надя говорит, что это для горожан. Он говорит своей сестре, что независимо от того, получит Энни Джой или нет, им все равно придется это сделать.

Поп вылезает из гроба, одевается и встречается с Эйсом в офисе последнего. Эйс приветствует своего последователя, Этьена, и Поп говорит, что он знает, что Эйс выбрал больной сосуд, потому что он знал кое-что от Лейси, которая держала Ангела в плену.Поп говорит Эйсу, что Касл-Лейк — это дверь в другие измерения, и их Ангел путешествует между ними по его воле.

Абди и Надя используют экскаватор, чтобы взломать вход в туннель и спуститься вниз. Затем они начинают закладывать взрывчатку в туннели и гробы.

Энни и Ченс идут через лес к Дому.

Надя и Абди находят туннель, заполненный насекомыми, покрывающими каждую поверхность, и продолжают свой путь.

В доме Ченс выходит из леса и входит в толпу горожан, притворяясь одним из них.

Абди и Надя добираются до места под Домом, и Абди забирается наверх, чтобы установить взрывчатку.

Шанс видит среди горожан Веру, загипнотизированную, как и все остальные. Вера замечает Шанс и говорит «нет», указывая на нее. Другие горожане делают то же самое, и когда Ченс достает ее пистолет, Клэй подходит к ней сзади и приставляет пистолет к ее голове.

Надя и Абди поднимаются по лестнице.

Когда солнце садится, Энни сообщает своим союзникам, что у них есть шанс. Через скалу нет сигнала, и Крисилда шепчет по рации Энни, говоря, что она должна спасти Джой.Крисильда говорит Энни, что хорошая мать никогда бы этого не допустила.

Клэй забирает Ченс внутрь и бросает на пол перед Эйсом и Попом. Энни стучит в дверь и кричит, что они должны вывести Джой.

Абди говорит Наде, что договор заключался в том, что Энни должна была до заката спасти Джой. Надя настаивает на том, что Джой — девушка, а не сделка.

Обращенные тащат Энни к Эйсу, который говорит, что они в туннелях. Она видит Попа, и Эйс направляет пистолет на Энни и требует знать, кто «они».Энни говорит ему, что Надя и Абди там и у них есть динамит, и настаивает на том, чтобы они вытащили Джой. Обращенные забирают Энни, и Поп предлагает пойти с остальными, когда Эйс отправляет их убить всех в туннелях, кроме них. Эйс дает ему пистолет, и Поп идет с остальными.

Надя пытается поднять Энни по рации, и обращенные захватывают их. Поп сидит сзади, и Абди говорит Наде не говорить им, где бомбы. Пока Надя думает, Поп стреляет в обращенного и говорит Абди, что это он… на данный момент. Надя понимает, что он забрал Халдон и дал Эйсу достаточно из письма Лейси, чтобы заслужить доверие Эйса. Поп берет у Нади рацию и говорит им взорвать другие бомбы, пока он берет одну и идет наверх. Он говорит им взорвать первые две бомбы, а затем основную взрывчатку, как только он вытащит Чанса. Поп говорит, что им нужно спешить, потому что «Он» идет, но уходит, ничего не объяснив.

Горожане смотрят, как Эйс несет Джой к гробу Эмити.

Ангел выходит на скалу, возвышающуюся над Замковым озером.

Обращенная женщина направляет пистолет на Энни.

Абди и Надя выбегают из туннелей и появляются на строительной площадке.

Поп возвращается в Дом. Он находит Шанса в наручниках и говорит, что это он.

Абди приводит в действие первые две бомбы, вторую под статуей Ангела. Джой и остальные освобождаются от чар, а жуки вылетают из дыры, оставленной взрывом. Энни выбивает пистолет из руки женщины и убегает. Поп освобождает Шанс и дает ей пистолет, и она выбегает на улицу.

Эйс в шоке смотрит на дыру, а Джой хватает нож и вонзает Эйсу в спину. Горожане в панике разбегаются, а Энни зовет Джой.

Поп надевает на себя наручники там, где был Ченс, и хватает бомбу. Он связывается по радио с Абди, вызывает Надю и говорит ей сделать это. Поп настаивает, что он это заслужил.

Энни находит Джой и обнимает ее, а затем уводит прочь от Дома.

Эйс встает и смотрит на Дом. Внутри новообращенные находят Попа… и Надя приводит в действие бомбу, взрывающую их и дом.

Ангел видит облако взрыва и уходит, постепенно исчезая.

Той ночью Энни увозит Джой из Касл-Рока.

Через неделю

В мотеле Энни будит Джой и смотрит на свою коллекцию книг Пола Шелдона «Мизери». Она открывает одну и спрашивает Джой, может ли она почитать ей. Джой бормочет, что может, а Энни читает первые несколько абзацев и говорит, что это хорошее начало. Она продолжает читать, а Джой лежит на кровати.

Позже Энни едет к канадской границе. Джой сидит в кузове внедорожника и рисует, а охранник спрашивает у них паспорта. Он проверяет их кратко и пропускает их. Они едут всю ночь, и Энни наконец спрашивает Джой, не нужно ли ей что-нибудь. Джой не говорит и говорит, что не хочет говорить о том, что произошло. Когда они останавливаются заправиться, Джой заходит внутрь и разговаривает с кассиром. Энни начинает уходить, но когда Джой видит ее, Энни улыбается и возвращается к внедорожнику. Она замечает объявление о сиделке на столбе и берет один из номеров.

На следующий день Энни подъезжает к дому женщины и любуется снаружи. Она говорит Джой, что весь дом принадлежит им, потому что пациент прикован к постели. Дочь пациента берет интервью у Энни и вскоре нанимает ее. Энни и Джой переезжают в свои отдельные комнаты, а Джой снимает комнату далеко от комнаты Энни.

Однажды Энни читает своему пациенту. Она видит Джой снаружи на причале и спускается, чтобы присоединиться к ней. Энни предполагает, что это могло быть место смеха, и Джой встает и ныряет в озеро.Позже в доме Энни находит Джой смотрящей телевизор. Когда девушка в сериале расплакалась, Энни выключила телевизор и сказала, что хватит, прежде чем уйти.

Однажды Энни читает в гостиной. Она смотрит на телефон, затем берет трубку и слышит, как Джой разговаривает с мужчиной. Мужчина говорит, что она будет ждать его на следующий день и вешает трубку. Энни поднимается в комнату Джой и спрашивает, с кем она разговаривала. Джой говорит, что она не разговаривала по телефону, и спрашивает, не заканчиваются ли у Энни таблетки.Энни, похоже, принимает ее отрицание и уходит, и в ту ночь принимает таблетки. Когда она спит, Энни слышит, как Крисильда зовет ее.

На следующее утро Энни стирает одежду и смотрит на сушилку. В ее голове эхом раздаются голоса, и один из них говорит Энни, чтобы она очистила ее. Энни находит Джой на крыльце, смотрящей на озеро, и говорит, что ей нужно знать, что Эйс сделал с ней в Доме. Джой говорит матери, что не помнит, и уходит. Энни идет в комнату Джой, находит свой альбом для рисования и находит рисунки десятков глаз.Рыдая, Энни перелистывает страницы.

Позже на кухне Энни измельчает свои таблетки, подает две миски с мороженым и кладет порошок в одну миску. Затем она относит мороженое Джой и дает дочери миску с наркотиками. Сделав несколько ложек, Джой говорит, что у него странный вкус. Энни говорит ей, что она втянула в это Халдона, и она знает, что Дружелюбие обладало Джой. Она толкает Джой на диван и пихает ей в рот еще мороженого, и Джой хватает свою ручку и вонзает ее в плечо Энни.

Джой бежит к озеру, и Энни гонится за ней. Она сталкивает Джой в озеро, падая вместе с ней, и в конце концов топит свою дочь. Задыхаясь, Энни выходит из озера и возвращается в дом. Она садится на диван и находит письмо к себе в альбоме Джой. В записке говорится, что Джой нужно уйти, и она надеется, что Энни не возненавидит ее. Джой нужно быть кем-то другим, потому что она больше не может быть маленькой девочкой Энни. Она разговаривала по телефону с адвокатом об эмансипации.Понимая, что Джой все это время была Джой, Энни с криком бежит к озеру, вытаскивает тело дочери из воды и пытается ее оживить. Джой наконец выкашливает воду, и Энни с облегчением обнимает ее. Энни утверждает, что Джой упала в воду и чуть не утонула.

Позже Энни и Джой уезжают. Радость рисует дом, в котором они жили, и они останавливаются на мороженое. Энни смотрит на сидящих рядом подростков, но Джой их не замечает. В Гарно они идут в публичную библиотеку, где Пол Шелдон читает лекции.Джой задается вопросом, может ли она рисовать обложки для книг Шелдона, и Энни уверяет ее, что она лучший художник во всем мире. Один мужчина спрашивает, может ли он сесть рядом с ними, и Энни настаивает, чтобы стул был занят. Джой говорит Энни, что рада, что они вместе.

Шелдон выходит на подиум, и Джой говорит, что они должны заставить его посвятить книгу Энни. Энни говорит, что Шелдон будет, потому что она его фанатка номер один. Когда Шелдон начинает читать, Энни садится рядом с пустым стулом.

«Страна радости» Стивена Кинга — «Нью-Йорк Таймс»

Это довольно легкий материал, но что добавляет интереса, так это привязанность Кинга к сленгу и обычаям средней полосы. Он антрополог-любитель уличной жизни, наслаждающийся ритуалами и народными обычаями класса, находящегося на грани исчезновения: «Я выучил Разговор; Я изучил географию как над землей, так и под землей; Я научился управлять забегаловкой, брать на себя застенчивость и награждать плюшевыми очками за хорошо выглядящие очки». Поездка, на этом жаргоне, — это «веселье», а соревнование, которое проводится против игрока, — это «игра мясника».Ванная — это почему-то «донникер».

Между строк подразумевается критика санированных, корпоративных развлечений в стиле Диснея, которые вытеснили массовые развлечения более ранней, более грубой эпохи. Через Девина, который чувствует, что дни Джойленда сочтены, Кинг оплакивает исчезновение определенного типа откровенного торгашества, не слишком отличающегося по духу от криминального чтива. Обе формы развлечения предлагают зрителям одни и те же восхитительно демократичные дешевые острые ощущения.

Как Девин узнает от мастеров своего дела, которые принимают его в свое братство, банальные соблазны карнавала играют на неизменном человеческом желании быть честно манипулируемым и очаровательно ограбленным. Потерпев неудачу с девушками, которые, кажется, находят его вялым, он мог бы извлечь эротические выгоды из этой мудрости, но его галантная добродушие сдерживает его, что может быть связано с его последующей неудачей в качестве писателя (не совсем респектабельная профессия, которая также включает в себя прокат людей).Истинное умение Девина — подбадривать детишек, особенно в костюме огромной собаки, которая, на просторечии, известна как «носящая мех». Это благородное призвание, как объясняет ему босс Девина в довольно деревянной речи, которая может быть как собственным манифестом Кинга, так и метателем чернил:

«Это сильно разрушенный мир, полный войн, жестокости и бессмысленных трагедий. Каждый человек, населяющий его, получает свою порцию несчастья и бессонных ночей. . . . Учитывая такие печальные, но неопровержимые факты о человеческом состоянии, этим летом вы получили бесценный подарок: вы здесь, чтобы продавать удовольствие.

В «Стране радости» не так много всего, кроме этого, весело. Даже бессильный убийца молодых женщин, разоблаченный недавно лишенным девственности Девином, который, наконец, открыл в себе мужское обаяние благодаря мирской пожилой женщине, предлагается как испуганный объект жалости. Роман похож на пухлый комок сахарной ваты; он наполняет рот пушистой сладостью, которая быстро растворяется, когда читатель начинает жевать. Это по дизайну. На этот раз цель Кинга состоит не в том, чтобы схватить нас и удержать в своих объятиях, а в том, чтобы поднять нас высоко, а затем быстро спустить вниз, как это делает колесо обозрения.Или первая любовь.

Чем не является Стивен Кинг | The New Yorker

Однажды летом, когда мне было девять или десять, я унаследовал от подруги моей матери несколько тысяч книг научной фантастики и ужасов в мягкой обложке. В течение следующих нескольких месяцев в нашем сыром и заросшем паутиной подвале я бегал по этой библиотеке тонких, пожелтевших книг в мягкой обложке пятидесятых, шестидесятых и семидесятых годов, половина из которых была с сексуальными космическими девушками на обложках. Были менталистские научно-фантастические романы, такие как «Дюна» и «Звезды — моя цель»; книги ужасов с такими названиями, как «Ночная жажда» и «Вой»; смешанные жанры романов о роботах-детективах, космических ковбоях и галактических императорах.Одни из этих романов были плохи, другие — велики, но это не имело значения — главное, что все они были вызывающе и изначально странными . Это было самое головокружительное лето.

Я думал об этом на прошлой неделе, когда читал «Доктор Сон», новое продолжение Стивена Кинга «Сияние». Новый роман Кинга мог появиться прямо из этой подвальной библиотеки. «Сияние» интроспективно, строго и тревожно правдоподобно, поэтому оно приходит на ум всякий раз, когда вы посещаете жуткий отель, играете в крокет или видите разгневанного отца с ребенком.Но «Доктор Сон», который больше похож не на сиквел, а на побочный продукт, бескомпромиссно забавен, свободен и причудлив. Речь идет о блуждающей банде психических вампиров, которые преследуют ясновидящих детей, убивают их, а затем вдыхают их «пар» или психическую энергию для еды. Взрослый Дэн Торранс — маленький мальчик из «Сияния» — должен помочь юной девушке отбиться от этих вампиров, которые издалека почуяли ее экстрасенсорные способности и выбрали ее своей едой недели. Вместо тревожного семейного насилия своего предшественника, «Доктор Сон» предлагает захватывающие перестрелки, абсурдные сатанинские ритуалы и дико занимательные телепатические разборки.В болтливой авторской заметке Кинг более или менее признает, что он не пытался сделать «Доктора Сна» такими же ужасающими, как «Сияние»: если назначать тому, кто молод и впечатлителен». Вместо этого, по его словам, он решил рассказать «офигенную историю». Он преуспел.

«Доктор Сон» подчеркивает интересный факт о Кинге: он не совсем и не только писатель ужасов. Если бы где-то в Сети существовал Генератор Сюжетов Стивена Кинга, он бы в большинстве случаев работал, смешивая идеи из всех того, что раньше называлось спекулятивной фантастикой, включая научную фантастику, ужасы, фэнтези, историческую (и альтернативную) фантастику, комиксы о супергероях, постапокалиптические рассказы и т. д., прежде чем отбросить результаты в маленький городок штата Мэн.Часто также примешиваются некоторые элементы вестерна или криминальной фантастики в духе Элмора Леонарда. Короче говоря, «ужас» — слишком узкий термин для того, что делает Кинг. Возможно, правильнее было бы рассматривать его как главный канал, по которому вся жанровая вселенная середины века перетекает в настоящее.

Возьмите «Стрелка» 1982 года, один из лучших романов Кинга. Речь идет о таинственном герое-ковбое, который преследует «человека в черном» по пустыне, напоминающей Нью-Мексико или Юту. Роман сплетает воедино рыцарей, ковбоев, демонов, суккубов, постапокалиптических ядерных мутантов, экстрасенсорных тарологов и стихотворение Роберта Браунинга; в конце концов, вы понимаете, что все это происходит в научно-фантастической параллельной вселенной.«Лангольеры» 1990 года охватывают ту же тему. Речь идет о группе авиапассажиров, которые летят через разрыв во времени в прошлое. Суть в том, что прошлое — это не обычная перемотанная версия настоящего; вместо этого это мертвый, покинутый мир, который существует совсем недолго, прежде чем его съедят ужасающие монстры. Пассажиры — одна из них — девушка с экстрасенсорными способностями; другой выродился в маньяка-убийцу и должен найти дорогу домой, пока его не сожрали. «Лангольеры» — это классический Кинг: научно-фантастическая предпосылка (путешествие во времени) усложняется поворотами фильма ужасов (монстры и маньяк-убийца), прежде чем какой-то несвязанный паранормальный элемент (девушка с экстрасенсорными способностями) вмешивается, чтобы спасти положение.Роман настолько захватывающий, что даже не приходит в голову, что все его элементы взяты из разрозненных и, может быть, несовместимых жанровых традиций. Рассказ Кинга помогает скрыть косяки. Но еще важнее то, что Кинг видит, где разные жанровые идеи имеют общее происхождение. Путешествие во времени, например, имеет естественную связь с психическим предвидением: в первом случае вы путешествуете в будущее, а во втором — будущее путешествует к вам. Как только Кинг указал на это в рассказе вроде «Лангольеров», вы удивляетесь, почему так мало историй о путешествующих во времени экстрасенсах.

Кинг по-прежнему является ведущим писателем ужасов в Америке, но с некоторых пор его широкий кругозор и исследовательская чувствительность расходятся с остальной частью жанра серьезных ужасов. В последнее время наши страшилки, как и наши передачи новостей по кабельному телевидению, тяготеют к отчаянному и нигилистическому псевдореализму. (Фильмы о зомби, такие как «28 недель спустя» и «Война миров Z», помогли задать тон.) Тем временем романы Кинга оставались весело нелепыми. Возможно, по этой причине его идеи нашли свое применение на телевидении, где серийное повествование дает возможность проявиться их диковинности.«Под куполом», новый сериал на канале CBS, основан на романе Кинга о — как вы уже догадались — маленьком городке в штате Мэн, запертом под гигантским куполом. Сериал «Хейвен», четвертый сезон которого транслируется на SyFy, основан на новелле Кинга «Малыш из Колорадо»; Шоу настолько пропитано преданиями Кинга, что на его официальном веб-сайте есть раздел, полностью посвященный отслеживанию отсылок к Стивену Кингу.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.