Книга черные лебеди: Книга: «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» — Нассим Талеб. Купить книгу, читать рецензии | The Black Swan. To Impact of the Highly Improbable | ISBN 978-5-389-09894-7

Содержание

«Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» Нассим Талеб

По прошествии времени: В общем, книга занятная, заряжающая положительным настроем умеренного и здорового скептицизма, дающая интересные точки зрения на теорию вероятности. Интересна может быть широкому кругу читателей. Однако не смотря на интересную тему и азарт, с которым рассказчик вовлекает читателя в свои теории, есть у книги и вполне существенные недостатки. Первый, основной, и достаточно непростительный Талебу, состоит в том, что автор довольно-таки долго в начале книги, в течении нескольких десятков страниц, уверяет, мол — «сейчас-сейчас, главное — опыт, и чуть дальше, я буду объяснять вам все на конкретных примерах». Даже фразу выдает изумительную, которая мне дико понравилась: «Идеи появляются и исчезают, истории остаются». Вот ведь как. Красиво. Точно. И что в итоге? Шиш вам и с гулькин нос историй. Львиная доля всех подкрепляющих идеи Талеба «историй» — это мысленные эксперименты автора. Второй недостаток — излишний объем.

Автор крутится вокруг одних и тех же тем и идей, повторяя их из главы в главу. В итоге, внимание читателя рассеивается, а не концентрируется, становится скучно, автоматически блокируешь повторы. Сжатость придала бы материалу большую ценность. Третий — не смотря на то, что автор утверждает, что смотреть на мир надо шире, сам он придерживается исключительно своих теорий, порой, кажется, путает причину и следствие. Слишком явно делит на черное и белое. Показателен пример с «телом пловца». Сначала Талеб рассказывает, что изначально поверил, что «тело пловца» — формируется за счет тренировок. Но потом осознал — ведь человек стал пловцом именно из-за того, что у него такое тело, т.е. генетически предрасположен! Мол — карлик не пойдет в пловцы, а если пойдет — то не подрастет за счет тренировок. Но, почему-то, не рассматривается модель взаимосвязи, что а) человек становится пловцом из-за генетических предрасположенностей; б) конечное «тело пловца»(тут, правда можно поспорить о значении слова в смысле — «фигура») — формируется именно из-за тренировок.

Attacus-atlas оставила отзыв и 33 человека ее поддержали

«Черный лебедь» — что это и как к нему подготовиться

В 2007 году, одновременно с выходом своей книги, Талеб опубликовал статью в The New York Times, где объяснил влияние «черных лебедей» на наши базовые представления о мире:

«Одно-единственное наблюдение может опровергнуть всеобщее убеждение, основанное на тысячелетних наблюдениях за миллионами белых лебедей. Все, что вам нужно — это одна-единственная (и, как говорят, довольно некрасивая) черная птичка».

Другими словами, такие события в корне переворачивают нашу картину мира, доказывая, что всё, на чем она базируется — довольно ненадежная и даже иллюзорная конструкция.

Этот тезис порождает недоверие к любым экспертным оценкам и прогнозам, которые базируются на общеизвестных принципах и формулах. По мнению Талеба, прогнозам для инвестиций можно доверять не больше, чем астрологии.

Первый же «черный лебедь» может обрушить рынок или, наоборот, привести к взрывному росту тех или иных активов, и никто не сможет к этому подготовиться:

«Мы прогнозируем спрос на нефть на 30 лет вперед, не понимая, что не можем знать, каким он будет следующим летом. Совокупные ошибки в политических и экономических прогнозах столь чудовищны, что при взгляде на их списки мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что я не сплю».

В качестве подтверждения своим тезисам Талеб приводит события 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке. Тогда никто не оценил объективно все возможные риски просто потому, что такое развитие событий казалось самым невероятным. Взрыв в самом центре Нью-Йорка — самый рискованный и трудновыполнимый. Именно за счет неожиданности террористическая операция удалась.

Теорию «черных лебедей» Талеб распространяет и на известных личностей, которых не оценили при жизни — таких как Эдгар Аллан По или Артюр Рембо. По его мнению, если бы мы отказались от привычных логических установок, то успели бы вовремя распознать их талант, опередивший время.

ЧЕРНЫЕ ЛЕБЕДИ КЛАССИЧЕСКОГО РИСК-МЕНЕДЖМЕНТА | by Kyiv School of Economics | Київська школа економіки

Рецензия на книгу Нассима Николаса Талеба «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости»

(Nassim Nicolas Taleb “The Black Swan. The Impact of the Highly Improbable”)

1. Нассим Талеб — скептик-орнитолог Черных лебедей

Бестселлеры современной бизнес-литературы в последнее время расцвели колоритными импрессивными цветами, при помощи которых авторы, гуру мирового менеджмента, раскрашивают метафоры, подкрепляющие их идеи. Так, почитатели классиков современного менеджмента, вне всякого сомнения, уже знакомы со «Стратегиями голубого океана» Чана Кима и Рене Моборн и«Фиолетовой коровой» Сета Година. Теперь же настало время познакомиться и с «Черным лебедем» Нассима Николаса Талеба, бестселлером, которым зачитываются выпускники ведущих бизнес-школ мира.

Действительно, несмотря на траурный удручающий черный цвет, «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» Нассима Николаса Талеба стал вестником новых подходов в области риск-менеджмента, он является книгой, появление которой следует считать исключительно своевременным, особенно во времена, когда рушатся устои современного классического экономического моделирования, под ударами чреды экономических кризисов экономисты и общество начинают сомневаться в действенности современных макроэкономических закономерностей, а усиление регулятивных трендов в современных финансах, казалось бы являются единственно возможными рецептами для исцеления пошатнувшейся мировой финансовой системой.

В эти неспокойные для всей мировой экономической системы времена, Нассим Талеб, сорокадевятилетний брокер, ранее работавший на ключевых руководящих постах в брокерских фирмах Лондона и Нью-Йорка, отваживается бросить вызов обществу классических финансистов и, не боясь снискать себе славу финансового еретика, публикует книгу «Черный лебедь», которая развенчивает стандартный способ мышления и стандартные ошибки человечества в процессе борьбы со случайностями. Талебу есть что сказать и чем подтвердить действенность своих умозаключений. Основанный им хедж-фонд «Эмпирика Эл-Эл-Си» специализирующийся на сделках с опционами и фючерсными контрактами в течении ряда лет радовал инвесторов хорошими результатами во времена, когда другие фонды показывали убытки. За спиной Насима Талеба степень МВА, полученная в Нортоне (Wharton), а также защита диссертации в Парижском университете. Называя себя «скептиком-эмпириком» и детально занявшись эпистемиологией случайности, а также владея в совершенстве современным математическим и финансовым аппаратом, Насим Талеб стал агностиком финансовой науки, и проповедуя такой подход в своих публикациях, стал гуру современного риск-менеджмента, а влияние его подходов простирается далеко за пределы мирового финансового сообщества.

Нассим Талеб

Свою книгу «Черный лебедь», Нассим Талеб начинает с объяснения ее импрессивного названия. Почему черный лебедь? Черным лебедем Нассим Талеб называет решающий положительный либо отрицательный случай, либо событие, которое повлияло на будущее развитие общества в целом либо его отдельных индивидуумов. По утверждению автора, до открытия Австралии жители Старого света пребывали в непоколебимой уверенности в том, что существуют лебеди лишь белого цвета. Факт выявления черных лебедей на далеком континенте разрушил эту аксиому. Нассим Талеб акцентирует наше внимание на том, насколько наш прошлый опыт является ограничивающим фактором для нашего дальнейшего развития и как наличие хотя бы одного опровержения перечеркивает весь ранее накопленный опыт. Итак, Черный лебедь в понятии Нассима Талеба — это событие, которое обладает следующими 3 характеристиками:

· во-первых, это событие аномально по своей натуре, ранее оно не происходило, ничто в прошлом его не предвещало;

· во-вторых, воздействие этого события исключительно сильны и влияют на ход развития человечества либо его отдельных индивидуумов;

· в-третьих, люди пытаются найти и обычно придумывают логичное на их взгляд пост-фактное объяснение происшедшему, несмотря на первое восприятие этого события как приятного либо неприятного сюрприза.

Последнее свойство Черного лебедя воспринимает скорее как недостаток человеческой натуры. В то же время, Нассим Талеб считает, что сочетание малой предсказуемости и исключительной силы воздействия приводит к тому, что все развитие человечества на самом деле зависит от ряда поворотов в ключевых точках бифуркации, которые фактически и вызваны событиями, которые рассматриваются им как “черные лебеди”. По Талебу, жизнь определяется кумулятивным эффектом ряда значительных потрясений. Взгляните на появление технологических новинок, на события из личной жизни. Многие ли из них прибыли точно по расписанию? Логика “черных лебедей” делает более важным то, чего вы еще не знаете, чем то, о чем пишут в газетах либо учат в бизнес школах. Печальные события 11 сентября 2001 года произошли именно потому, что никто не смог их предвидеть, и этого не должно было случиться. В противном случае теракт 9–11 бы не произошел, а вместо него произошло бы какое-то другое событие, предвидеть которое сейчас никому не дано.

Успех в любом бизнесе также зависит от неожиданности и нетривиальности заложенной в бизнес-модель идеи. Чем меньше вероятность того, что такая идея придет в головы конкурентов, тем больше может оказаться ее влияние на прибыль.

Неспособность предсказывать аномалии в свою очередь ведет к неспособности предсказывать ход истории. Тут Нассим Талеб ставит под сомнение роль экспертов и особенно специалистов по прогнозированию. Поскольку мы живем в обществе, кишащем “черными лебедями”, то мы должны приспособиться к их существованию и сосредотачиваться на том, чего мы не знаем, то есть на антизнании, а не на прогнозах. Все важные открытия были всего лишь “черными лебедями”, а не запланированными событиями, что дает повод ученым и бизнесменам как можно меньше полагаться на планирование. Мы зациклились на известном, мы обучаемся известному, в то время как необходимо обучаться своей необучаемости — тому, что не обучается. Мы не постигаем правила, мы постигаем только факты.

По мнению Нассима Талеба, человечество несправедливо еще и в том, что обычно запоминает и восхваляет факты и тех героев, которым повезло, и замалчивает заслуги тех, кто занимается профилактикой возникновения “черных лебедей”. Все знают, что профилактике должно уделяется больше внимания, чем терапии, но мало кто благодарит за профилактику.

Нассим Талеб критикует «платонизм». Под этим понятием он подразумевает часть философии, которая в процессе познания пытается сконцентрироваться на четких ярко очерченных формах, принимать карту за местность, пытаться систематизировать определенную область познания. Такая попытка систематизации и введения обобщающих правил заставляет нас думать, что мы знаем и понимаем больше, чем на самом деле, а построение стройных четко очерченных структур затмевает не менее элегантные объекты с более аморфной структурой. При этом мы пренебрегаем незначительными на наш взгляд мелочами, которые на самом деле являются важными объектами. Утверждая это, Талеб не пережёвывает и не упаковывает чужие идеи, он сам относится к своему труду, как к эссе с импульсивной медитацией, а не к сухому научному отчету. При этом Нассим Талеб в процессе изложения книги не прибегает к дурацкому методу набора подкрепляющих фактов, так как считает переизбыток примеров наивным эмпиризмом, справедливо полагая, что «набор анекдотов, умело вставленный в рассказ, не является доказательством».

2. О пользе непрочитанных книг

Первая часть книги, носящая название «Антибиблиотека Умберто Эко, или О поиске подтверждений» концентрируется на основных заблуждениях человечества, которые присущи в процессе восприятия нами исторических и текущих событий. Как известно, библиотека писателя Умберто Эко составляла около 30000 книг, которые являли собой рабочий инструмент писателя. Количество непрочитанных им книг, естественно значительно превышало количество книг непрочитанных, но по мнению и Нассима Талеба и Умберто Эко именно непрочитанные книги куда более важны чем прочитанные. Библиотека должна содержать столько неведомого, сколько позволяют вместить в нее ваши финансы. Н.Талеб называет это сборище — анти-библиотекой.

Начало данного раздела — фактически являет собой описание становления самого автора книги, который происходя из семьи православных греков, уроженцев Восточного Средиземноморья, касательно самого себя употребляет обобщение «левантинец», вместо широко распространенной бирки «ливанец». Описывая мирную на протяжении многих столетий жизнь жителей этого региона, Талеб считает первым “черным лебедем”, возникшим в его жизни, гражданскую войну между христианами и мусульманами, которая фактически превратила регион в «расстрелянный рай», — ад, который воцарился после 13 веков уникального мирного этнического сосуществования. Точно также, Талеб называет равновесие небесных тел во вселенной призрачным состоянием, которое, подобно «расстрелянному левантийскому раю», в любой момент может рухнуть.

Подобный подход к состоянию вещей, позволяет автору «Черного лебедя» сделать и более глобальные обобщения. В частности, он апеллирует к неспособности человечества до конца понять ход истории. По Талебу, история непроницаема, мы видим лишь результат исторических событий, но не видим пусковой механизм, который дает толчок их развитию. При попытках постичь историю человечество страдает от трех проблем, которые называются Талебом Триадой затмения, к числу которых автором относится:

· иллюзия понимания — ложное убеждение людей, что они в курсе всего происходящего в мире;

· ретроспективное искажение — наше природное свойство оценивать события только по прошествии времени, в ретроспективе, так, что история при ее пост-фактном изучении становится более понятной и упорядоченной, чем в действительности;

· склонность преувеличивать значимость факта, усугубляемая вредным влиянием ученых, которые пытаются категоризировать знания, то есть «платонизируют».

Наш разум, в понимании Талеба, является превосходной объяснительной машиной, которая способна найти смысл в чем угодно, может истолковать любой феномен, но неспособна ужиться с мыслью о непредсказуемости. Примером тому, Талеб считает свою родину производителем «судьбоносных событий, которые изменяют ход истории». Впрочем, она уже выступала в подобной роли во времена зарождения христианства. Ведь и во времена Древнего Рима хронологи-современники не воспринимали в серьез идеи еврея-еретика Иисуса из Назарета, даже не пытаясь предсказать, что его идеи останутся в вечности. То же самое можно сказать и о зарождении мусульманства семь столетий спустя. Поль Вейн, профессор кафедры истории в Колледж де Франс, остроумно заявил, что религии расходились по миру как «бестселлеры», подчеркивая таким образом непредсказуемость процесса. История общества развивается не ползком, а скачками, а между переломами почти ничего не происходит. В то же время человечество предпочитает верить в мелкие постепенные изменения.

События предстают перед нами в искаженном виде, так как мы пытаемся дать им оценку с позиций нашего понимания последствий, которые они повлекли за собой, и которые нам уже сейчас известны. Получается, что мы даем оценку истории, изучая ее в обратном течении времени, т.е. вспять. Талеб называет это — ретроспективным искажением. Он утверждает, что из миллионов фактов повлиявших на ход истории мы выбираем только несколько, и пытаемся на их основании составить суждение о ходе истории. Для Талеба настоящим тренингом по динамике неопределенности оказался опубликованный дневник журналиста Ширера, описывающий становление и падение Третьего рейха не в ретроспективном изложении, а с позиций их текущего восприятия. Талеб ценит дневники именно за их возможность фиксировать события в свежести их восприятия с возможностью последующего возврата к этой зафиксированной, и в последствии, забытой под гнетом ретроспективных суждений свежести.

Еще один элемент триады заблуждений — это проклятие обучения. Иногда умные и ученые люди, претендующие на роль экспертов, строят свои прогнозы не лучше таксистов, вводя в заблуждение общество, так что информация и ученость, в понимании Талеба, могут быть сомнительным преимуществом.

Одной из бед восприятия Талеб называет блоки и категоризацию — наше стремление расклассифицировать и разложить на категории объекты, понятия и даже людей. Иногда стереотипами становятся блоки понятий. «Любое суждение окружающего нас мира может привести к взрывоопасным последствиям, потому что оно исключает из картины некоторые источники неопределенности и принуждает нас неверно интерпретировать ткань, из которой соткан мир» — считает Талеб. Будучи поборником теории эффективного рынка, Талеб считает доступную публичную информацию бесполезной для извлечения прибыли, а потому полностью отказался от изучения информации в газетах и телевидении.

3.Крайнестан против Среднестана

Истоки умозаключения о разных типах случайности, описанные создателем черного лебедя, лежат в совете, который Талеб получил еще во время обучения в Уортоне. Ему посоветовали приобрести «масштабируемую» профессию. Масштабируемой считались профессии, которые не оплачивались на основе почасовой ставки. Некоторые профессии, например стоматологи, специалисты-консультанты, массажисты — не могут масштабироваться, так существует верхний предел времени, которое они могут уделить зарабатыванию денег. Кроме того, результаты подобной работы обычно предсказуемы, а “черные лебеди” не возникают. Но есть профессии, которые в случае везения легко добавляют нули к своей продукции. Так, будучи человеком «идей», а не человеком «труда», вы легко сможете масштабировать свои заработки. Джоан Ролинг, автор книг про Гарри Потера, совсем не должна писать каждую свою книгу заново, чтобы быть вновь прочитанной.

Ловушка состоит в том, что масштабируемые профессии хороши только для удачливых, там существует жестокая конкуренция, чудовищное неравенство и гигантское несоответствие между усилиями и получаемым вознаграждением.

Итак, в одной категории профессий господствует золотая середина, заурядность и посредственность, в другой существуют небольшое количество гигантов и огромная масса карликов. Неравенство может скачкообразно возрастать, так, например, до изобретения звукозаписи дифференциация в оплате труда посредственных провинциальных и известных столичных певцов была не столь велика, в то время как после изобретения звукозаписи, даже почившие знаменитости стали отбирать работу у живых провинциальных певцов.

Собственно, из разделения профессий на два кластера и происходит деление Нассимом Талебом событий на два класса. Образно автор Черного лебедя называет их странами: Среднестаном и Крайнестаном.

Среднестан — это среда событий, величин и объектов, в которой выборочная совокупность настолько велика, что единичный случай не внесет существенных изменений в среднее значение или сумму. По законам Среднестана распределяется рост людей на нашей планете, среднедневное потребление нами калорий, доходы пекаря, владельца небольшого ресторана, проститутки или дантиста, автокатастрофы, уровень смертности, коэффициент интеллекта. Это мир, где в целом проявляются законы схожие с известным нами законом нормального распределения. В Среднестане невозможны чернолебяжьи сюрпризы, в нем господствует тирания среднего, рутинного, очевидного и предсказуемого.

Крайнестан — это среда, где неравенство таково, что даже единичный пример может повлечь существенное изменение средних величин и общей суммы. Распределение богатства жителей планеты, особенно с учетом состояний Била Гейтса, Уоррена Баффета и ему подобных явно не подвержено закону нормального распределения, который автор вполне справедливо называет великим интеллектуальным обманом. Особенно если учесть, что это богатство превышает совокупный валовый внутренний продукт многих стран и даже некоторых континентов. К законам Крайнестана относятся: богатство, доходы, тиражи, частота цитирования, признание знаменитостью, количество ссылок в Google, население городов, использование слов языка, число носителей языка, ущерб от землетрясений, потери в современных войнах, смерти в терактах, размеры планет, размеры компаний, владение акциями, финансовые рынки, цены на недвижимость, темпы инфляции, экономические показатели. Второй список гораздо длиннее первого. В более поздних главах автор для описания явлений Крайнестана использует фрактальный закон распределения Бенуа Мандельброта, правда оговаривается, что таким образом он описывает явления, именуемые “серыми лебедями”. Но, именно в Крайнестане возможно активное появление “черных лебедей”. В нем господствует тирания единичного, случайного, невидимого и непредсказуемого.

Иногда события, мирно и вялотекущие в Среднестане, с развитием технологий переносятся в Крайнестан. Например, до развития оружия массового поражения уничтожение войск противников происходило по законам Среднестана. «Сегодня, при наличии средств массового уничтожения, достаточно кнопки, психа, небольшой ошибки, чтобы планета обезлюдела» — пишет Талеб. Итак, война перенеслась из Среднестана в Крайнестан, а описанный выше Нассимом Талебом возможный сценарий может стать последним “черным лебедем” о котором узнает человеческая раса, а все остальные “черные лебеди” станут заботой уже других форм жизни, коль скоро таковые существуют в нашей вселенной.

4.Долго ли будут кормить индюшку?

Одной из распространенных ошибок восприятия риска в современном мире Талеб считает построение прогнозов на основании прошлого опыта либо исторических данных. Он упоминает пример философа Бертрана Рассела, описывающий проблемы индукции.

Представте себе индюшку, которую кормят каждый день. Исторический опыт будет укреплять ее во мнении, что нечто подобное будет происходить и в будущем. Но в преддверии Дня Благодарения индюшку будет ждать большой и достаточно неприятный сюрприз, который повлечет за собой пересмотр убеждений, а возможно приведет и к пересмотру наших убеждений касательно действенности прогнозирования на основании исторических данных. Опираясь на данный пример, а также на изыскания других основоположников научного скептицизма, в частности Секста Эмпирика, Аль-Газали, Пьера Бойля, Монтеня и Девида Юма, скептик-эмпирик Нассим Талеб основательно подмывает устои прогнозирования и трендового анализа. Он считает, что любые теории могут использоваться лишь условно.

Из-за своего невнимания к “черному лебедю” человечество делает ошибки в адекватной оценке ситуации, в частности, Талеб обобщает:

· мы выхватываем часть общей картинки и на ее основании делаем обобщения и выводы о неизвестной части: это ошибка подтверждения. В частности, пытаясь доказать определенную теорию, мы ищем факты ее подтверждающие, вместо поиска фактов ее опровергающих;

· мы морочим себя историями, которые утоляют нашу платоническую страсть к четким схемам: это искажение нарратива. Эта ошибка проистекает из нашей неспособности рассматривать цепочку фактов, не оплетая их пояснениями и не скрепляя их определенными связями взаимоотношения. Объяснения объединяют факты, помогают их запомнить, придают им больший смысл и укрепляют нас в иллюзии понимания. Далее мы обычно рационализируем свои действия, придумывая им достоверное объяснение. Талеб указывает на причину — это концентрация в полушариях мозга вещества под названием дофамин, которое активизирует системное мышление, ослабляет скептицизм, регулирует настроение и питает мозговой центр внутреннего поощрения. Кроме того, построение логических повествовательных цепочек — нарратива – также связано с проблемой хранения информации в нашей голове и доступу к ней;

· мы ведем себя так, как будто “черных лебедей” не существует в природе: человеческая природа не запрограммирована на “черных лебедей”. Увы, наши реакции обычно линейны, в то время как нам приходится жить в мире, подчиняющемся нелинейным законам.

· то, что мы видим, может оказаться не всем, что есть на свете. История ошибочно информирует нас о вероятности: это проблема скрытых свидетельств. Проблема скрытых свидетельств — это давно известная проблема в истории и философии. Людям свойственно идеализировать прошлое и подгонять факты под изобретенные ранее теории. Например, греческому философу Диагору Безбожнику показывали изображения людей, которые молились во время кораблекрушения и спаслись. Подразумевалось, что молитва спасает от гибели. В качестве опровержения Диагор привел аргумент, что те кто молились и утонули уже не смогут свидетельствовать о противоположном. Это и есть проблема скрытых свидетельств. Аналогичная ситуация встречается и в современной бизнес литературе. Обычно анализируется группа успешных бизнесменов и обобщая их качества — выдается некий рецепт успеха. К сожелению, свидетельства неуспешных бизнесменов обладающих теми же характеристиками во внимание не принимаются. Хотите собрать такие свидетельства? Для этого не нужно, как рекомендует Талеб, идти на кладбище. Просто поговорите с несколькими случайно выбранными киевскими таксистами об их предыдущем роде занятий (прим. рецензента).

· мы «туннелируем», — сосредотачиваемся на нескольких ясно очерченных зонах неопределенности, на слишком узком круге “черных лебедей”. Особенно туннелируют те субъекты, которых Талеб называет «ботаниками». В его понятии ботаник — это человек, мышление которого донельзя стиснуто рамками. Ботаники обычно побеждают в стандартных определенных соревнованиях, но делают так называемые игровые ошибки в обычных практических ситуациях. Например, спортсмены занимающиеся борьбой, настолько сильно ориентированы на результат и действуют в рамках правил соревнований, что совершенно игнорируют неразрешенные приемы борьбы. Это типичная игровая ошибка, которая делает их неспособными выиграть в уличной драке. Увы, жизнь намного сложнее тех моделей, в рамках которых мы обычно «туннелируем». В жизни просчитываемых рисков обычно не бывает — это музейный экспонат.

В качестве лекарства Нассим Талеб предлагает де-наративизацию — выкинуть телевизор, сократить до минимума чтение газет, забыть о блогах, включать думалку при принятии решений, а в особо ответственных случаях отключать систему, управляющую эмоциями и опытом.

5. Любовники Екатерины II

Наверное, наиболее занимательные парадоксы и ошибки, человечество осуществляет, стараясь предсказывать будущее и планируя. Австралийцы создали символ эпистемической самонадеянности человечества — Сиднейский оперный театр. Его предполагалось открыть в начале 1963 года, потратив на строительство 7 млн. австралийских долларов. Его открыли на 10 лет позже, потратив 104 миллиона. Этот пример не единственный, их можно привести больше, но давайте изучим понятие эпистемической самонадеянности. Сущность его состоит в том, что наш запас познаний растет, но наша самоуверенность в этих познаниях растет еще быстрее. Ряд проведенных экспериментов убедительно указывает на это. Например, участников эксперимента просили сформировать утверждение с диапазоном значений, таким образом, чтобы отвечающий был на 98 процентов уверен в его правоте. Например, «Я на 98% уверен, что у Екатерины ІІ было от 34 до 63 любовников». Парадокс состоит в том, что при значальном допуске на ошибку в пределах 2% неправильные ответы дают более 45% опрошенных, что свидетельствует о значительной переоценке (эпистемической самонадеянности) человечества. Сколько любовников было у Екатерины ІІ в действительности? Талеб указывает это число в своей книге в одной из глав в произвольном месте. Итак, люди обычно недооценивают вероятность своей ошибки, и только незначительное их количество — переоценивает, как следствие мы переоцениваем свои знания и недооцениваем неопределенность. Талеб утверждает, что чем большей информацией владеет человек, тем тяжелее ему принимать решение, как следствие он выводит проблему специалистов-экспертов, значительная часть которых более самонадеянна, но нисколько не более качественна в своих прогнозах.

Талеб выделяет тех, кто самонадеян при наличии некоторых знаний (специалисты, которые как бы специалисты) и тех, кто просто самонадеян (специалисты, которые как бы неспециалисты). К первым он относит: оценщики скота, астрономы, летчики-испытатели, агрономы, шахматисты, физики, математики, бухгалтера, приемщики зерна, фотодешифровщики, страховые аналитики. Ко вторым, по мнению Талеба относятся: брокеры, клинические психологи, психиатры, председатели приемных комиссий, окружные судьи, члены всевозможных советов, подборщики кадров, развед-аналитики, экономисты, составители финансовых прогнозов, профессора-финансисты, политологи, эксперты по риску, почетные члены Международной ассоциации финансовых инженеров и персональных финансовых консультантов. Последних он еще называет «пустыми костюмами». Аналитики прогнозируют хуже, но при этом больше верят в собственное умение.

Вдобавок ко всему, практически все современные технологические прорывы — детища явления известного под названием serendipity. Этот термин обычно употребляют касательно изобретений произошедших благодаря совершенно случайному стечению обстоятельств — счастливой случайности. Решения обычно ждут своей задачи, а инженеры изобретают технологические новинки потому, что им нравится сам процесс изобретательства, а не ради познания тайн природы. Некоторые из этих изобретений совершенно случайно становятся технологическими прорывами. Мы создаем игрушки, некоторые из которых меняют мир, но для того чтобы изменить мир надо постоянно создавать новые игрушки в массовом масштабе, даже если подавляющее большинство из них никак не отразятся на течении хода человеческой истории.

6.Советующий — пусть доплачивает

Изложенное выше в большей мере касалось ошибок человеческого восприятия риска. Вопрос больше в том, какие выводы следует сделать на практике. Несколько советов Нассим Николас Талеб дает именно в этой части книги. Прежде всего, он призывает людей воздержаться от оценок и суждений. Это нелегко, поскольку оценка для людей является одним из способов восприятия мира. Кроме того, Талеб рекомендует: оставайтесь людьми, смиритесь с тем, что вы есть человек и в ваших суждениях всегда будет доля эпистемической самонадеянности. Избегать больше всего следует ненужной зависимости от губительных крупномасштабных прогнозов. Позволяйте иногда одурачить себя в мелочах, но не во главном, не слушайте экономических и социологических прогнозов. И главное, будьте готовы к любым случайностям, помня, что прогнозы владеют терапевтическим одурманивающим свойством, расслабляющим нас и уменьшающим нашу готовность. Пусть вокруг нас будет как можно больше serendipity!

Одной из наиболее полезных рекомендаций данной книги является использование «стратегии штанги» на рынке капиталов. Нассим Талеб использовал такую стратегию, будучи трейдером. Понимая, что методы оценки рисков слишком несовершенны, а методы прогнозирования таят в себе ошибки, которые нам дорого могут обойтись, Талеб для формирования портфеля со средним уровнем риска предлагает вложить 80–90% капитала в максимально безопасные ценные бумаги, а 10–15% вложить во что-то по-настоящему рискованное — например, венчурное предприятие. При этом следует постараться сделать как можно больше таких микро-вложений. При этом подходе вы перестаете зависеть от ошибок предсказателей рисков; никакой Черный лебедь вам не страшен.

В качестве альтернативы Талеб предлагает создание портфеля застрахованного от риска потерь превышающих 15%.

А вот еще несколько советов автора Черного лебедя. На этот раз они касаются работы в условиях изначальной непредсказуемости и даже возможности эксплуатировать последнюю:

· умейте отличать «хорошие» случайности от «плохих». Есть такие сферы, где непредсказуемость оборачивается крупным выигрышем, и сферы, где неумение просчитывать наперед чревато провалом. По мнению Талеба, «хорошие» “черные лебеди” водятся в области издательства книг, производства кинофильмов;

· Не гонитесь за точностью и конкретикой, учитесь мыслить шире. Не пытайтесь предсказать конкретного “черного лебедя” — это усугубит вашу беззащитность перед теми из пернатых, кого вы не сможете предсказать;

· Хватайтесь за любую возможность или за все, что смахивает на возможность. Чтобы поймать счастливого “черного лебедя” необходимо искать встречи с ним. Собирайте как можно больше бесплатных не-лотерейных билетов с неограниченным выигрышем, а когда они начнут срабатывать, не спешите их обналичивать;

· Остерегайтесь разработанных государственных планов, пусть чиновники прогнозируют, но полагаться на то о чем они говорят — опасно;

· Не тратьте время на борьбу с прогнозистами, биржевыми аналитиками и социологами — разве только чтобы подразнить их.

Старайтесь выбирать ситуации, в которых благоприятные последствия значительно масштабнее неблагоприятных, в этом суть асимметричности итогов.

Причинами нашей неспособности понять происходящее лежат на поверхности, это: а) наша эпистемологическая самонадеянность и связанная с ней футурологическая слепота; б) платоновское стремление все втиснуть в категории, поверив упрощенным моделям; в)негодные методики для конструирования выводов, методики происходящие из Среднестана.

7. Линия Великого Интеллектуального Обмана

Ранее в книге автор Черного лебедя уже упоминал, что мир все сильнее опускается в Крайнестан, уходя из Среднестана, в то время как просчеты рисков продолжают производить с использованием «гауссовой кривой» нормального распределения, которая действует в Среднестане и не учитывает возможности появления “черных лебедей”.

Мы живем в мире, где все больше проявляется эффект Матфея, упоминаемый в одной из работ Мертона, в соответствии с которым бедные теряют, а богатые приумножают свое богатство. Некоторые сохраняют этот эффект кумулятивного преимущества на протяжении всей жизни. В современной «экономике суперзвезд» этот эффект только усиливается, и ни о каком нормальном законе распределения не может идти речь.

Таким же «эпидемиологическим» образом происходит и передача идей. Они тоже подчиняются законам Крайнестана. В Крайнестане каждому и в любой момент может изменить удача, но никому не угрожает крайняя и непреодолимая неудача. Мы постепенно движемся к беспорядку, но этот беспорядок совсем не обязательно принесет нам зло, пишет Талеб. Он обещает нам длительные периоды спокойствия и стабильности с ограниченным количеством Черных лебедей. Правда глобализация в финансах приводит к поразительным эффектам свойственным Крайнестану. Финансовые институты, объединившись в небольшое число огромных по размеру банковских систем, взаимосвязанных между собой. Финансовая экология находится в ужасном состоянии. Усиление концентрации снижает вероятность кризиса, но при его появлении — последствия носят более разрушительный характер. Увы, от Крайнестана никуда не деться, придется в нем жить и по возможности сделать его более приятным для обитания.

В заключительных главах книги Нассим Николас Талеб еще более детально описывает недостатки закона нормального распределения Гаусса. Главным его недостатком автор Черного лебедя считает стремительное убывание вероятностей при отклонении какого либо явления от среднего, что фактически приводит к игнорированию аномалий.

Для описания большинства явлений Крайнестана, гораздо более подходит закон распределения Мандельброта, который масштабируем, и сохраняет постоянную скорость убывания. Автор пытается использовать фрактальную геометрию случайности для описания развития процессов в экономике и природе. Фрактальность — это повторение в разном масштабе геометрических узоров, плодящих все более и более мелкие версии самих себя.

Действия степенного фрактального закона на фондовых рынках автор подкрепляет тем фактом, что за последние 50 лет десять самых выдающихся дней на финансовых рынках принесли половину прибыли. Рынок все больше и больше демонстрирует нецелесообразность применения гауссианы, но нобелевские премии конца 90-х вручались экономистам за достижения, базированные на основании закона нормального распределения, которые отстаивают стерильную правильность математических выкладок вместо практической ценности.

В заключении автор Черного лебедя описывает особенности собственного ситуативного отношения к событиям. Он скептик там, где другие уверены, он доверчив там где другие демонстрируют скептицизм, все зависит от типа случайности, с которой ему приходится иметь дело. Временами он гипер-консервативен, временами авантюрен. Он проявляет дерзость, когда появляется перспектива поймать счастливого “черного лебедя”, и гипер-осторожен, когда есть угроза напороться на дурного “черного лебедя”.

И последний совет от Нассима Талеба. Возможно, самый важный. Презирайте свою судьбу, не стоит бегать за поездами для того, чтобы уехать по расписанию. Опаздывать на поезд обидно, только если ты бежишь за ним; не добиваться того успеха, которого другие ожидают от тебя, обидно только в том случае, если ты к нему стремишься.

«Уход с высокооплачиваемой работы, если это твое решение, принесет больше пользы, чем заработанные деньги (такой поступок может показаться безумным, но я пробовал, получается). Это первый шаг к тому, чтобы набраться мужества и послать судьбу к черту. Ты обретаешь гораздо больше власти над жизнью, если сам выбираешь критерии» — говорит Талеб, — «Труднее всего проиграть в игре, в которой сам устанавливаешь правила».

Каждый из нас уже выиграл главного «хорошего» Черного лебедя в своей жизни, появившись на свет, поэтому неприятные мелочи жизни не должны расстраивать нас.

«Плохой» Черный лебедь настигнет тебя только в том случае, если ты сам позволяешь управлять собой. Ты всегда сможешь управлять тем, что делаешь сам; так пусть это и будет твоей главной целью, заканчивает свою книгу Нассим Николас Талеб.

Рецензент:

Михайло Колиснык — известный эксперт в области финансов и признанный профессор по финансовому учету, управленческому учету и финансовому менеджменту, кандидат экономических наук, доцент. Закончил инженерно- экономический факультет Львовской политехники. Доктор Колиснык является автором более 100 статей в области финансов и стратегического менеджмента. Михайло является управляющим партнером FINART Smart Solutions. Михайло Колиснык прошел стажировку в Вейнском Государственном Университете (Детройт, США), Копенгагенской бизнес-школе, в консалтинговой фирме «Данськ Менеджмент Форум» (Копенгаген, Дания) и в Маастрихтском университете (Маастрихт, Голландия). Он окончил IMTA (International Management Teachers Academy), основанную CEEMAN при школе менеджмента IEDC-Bled.

Приглашаем на открытые программы Михайла Колисныка, призванные углубить знания в области финансов и систематизировать ранее полученный опыт, и также предоставить необходимый набор инструментов для ежедневной работы.

Программа Финансовый менеджмент модуль “Управление финансовыми рисками”, 13–15 октября, 2016

Школа финансов для нефинансистов, 17–19 ноября 2016

Черный лебедь. Нассим Талеб

Книга «Черный лебедь» состоит из размышлений автора о том, как найти свое место в жизни. Нассим Талеб делится своим личным жизненным опытом. Все негативные и позитивные события, которые происходят в мире, в экономике, автор называет «черными лебедями». Это явление универсальное и мы сталкиваемся с ним каждый день. Для того, чтобы преуспеть в жизни нужно знать как получить выгоду от «черных лебедей». Непредвиденные ситуации иногда случаются с нами совсем не просто, а жизнь полностью состоит из них. Поэтому планировать жизнь на долгосрочное время невозможно. Талеб описывает мир, как непредсказуемое будущее, разрушая все теории и законы жизни.

Эта книга на протяжении четырех месяцев не покидает список бестселлеров в New York Times.

Кто автор?

Называя себя скептиком, Нассим Талеб утверждает, что историки, политики, бизнесмены и ученые переоценивают роль науки и рационального мышления. Они недооценивают влияние неслучайных ситуаций и необъяснимых факторов. Талеб уверен, прошлое не способно предсказать будущее, а существующие теории не могут быть доказаны и приняты для бытового использования.

 

 

Для кого эта книга?

Мы привыкли считать, что все в мире логично и закономерно.

Эта книга для тех, кто желает разрушить стереотипы и посмотреть на жизнь, с другой стороны – непредсказуемой и случайной. Также книга заинтересует финансистов, экономистов и риск-менеджеров.

Чему учит эта книга?

Книга научит вас смотреть на жизненные ситуации скептически и опираться на свой личный опыт.

Вы узнаете:

  • Что такое «платоническое заблуждение»?
  • Как получить выгоду от «черных лебедей»?
  • Какие бывают игровые заблуждения?
  • Почему неслучайные события кажутся беспричинными?
  • Как предсказать будущее с помощью изученных происшествий в прошлом?

 

Книга научит мыслить нешаблонно и без установленных рамок. Неважно, верите вы в «черных лебедей» или нет, они все равно преследуют вас на протяжении жизни. Задача в том, чтобы использовать их с пользой, а не в ущерб себе.

Содержание книги «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости»:

 

 

 

 

Напутствие Талеба: «Случайности — это отражение несущественного, неустойчивого объекта действительности.

Можно ли считать случайным то, что навязывает общество? С ранних лет нам говорили: «Хорошо учись в школе, иди в университет, старайся, получишь хорошую работу». Но потом все наработанное разрушают «черные лебеди» — ситуации, которых мы не ожидали. Поэтому что-то планировать и быть уверенным в осуществлении планов — невозможно. Следуйте за своим сердцем и мыслями, только они выведут на дорогу истины».

 

Отрывок из книги «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости»:

 

 

Отзывы о книге «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости»:

«Очень интересная книга, особенно если мысли с автором совпадают. Но есть к чему стремиться и чего поучиться. Очень мудрый автор учит быть сильным и мудрым в принятии жизненных решений»

 

«Автор достаточно эрудированный, знает, о чем пишет, без воды, что очень похвально. Я согласен, что не все в мире подчиняется законам и принципам. Создалось впечатление, что среди практиков Запада принято считать, что все в жизни логично и систематизировано. Не верю, что это так»

 

«Советую! Не пожалел ни разу, что купил и прочитал книгу. Автор объясняет, что необходимо сосредоточиться на том, что мы не знаем и усвоить один урок – мы и есть те «черные лебеди»

 

Купить книгу «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости»

 

Обзор книги «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» предоставлен книжным магазином TopKniga.com.ua

Понравилась статья? Жмите «Мне нравится»:

Получите доступ Бесплатно к видео курсу сейчас и узнайте:

-Тайные законы денег, которыми пользуются миллионеры;
-Как получать 30-40% годовых с гарантиями как у банка;
-Как сохранить и приумножить деньги в условиях кризиса.

Читайте также

  • Социальные выплаты при военном положении

    Военное положение — это особый правовой режим, который введен на территории всей страны. Вооруженное нападение со стороны россии подвергло опасности государственную независимость Украины и ее территориальную целостность. Большая часть населения во время военных действий потеряли свой стабильный…

  • Новые правила налогообложения для бизнеса во время войны

    Украинский бизнес во время военных действий понес существенные убытки. Небольшие предприятия закрылись, кто-то потерял товар, кто-то покупателей, кто-то поставщиков. Некоторые ушли на простой, и лишь немногие стараются изо всех сил поддерживать экономику страны. Никто не был…

Новосибирская Государственная Областная Научная Библиотека: Нассиб Талеб «Черный лебедь».

На книжном рынке сейчас представлено множество книг о том, как стать успешным, как увеличить своё финансовое состояние, как прийти к счастью. В большом разнообразии литературных предложений людям стало сложно ориентироваться в качестве такой литературы, однако есть и достойный, заставляющий задуматься нон-фикшн.

Десять лет назад вышла книга американского экономиста и трейдера Нассиба Талеба — «Черный лебедь». Эта книга лишена излишних художественных примеров и представляет собой полноценное научное эссе об одной философской теории, помогающей сориентироваться в жизни.

За последние двадцать лет человечество пережило ряд тяжелейших катастроф, потрясений и катаклизмов, не укладывающихся в рамки самых фантастических предсказаний. Нассим Талеб называет такие непрогнозируемые события Черными лебедями. Согласно критериям, предложенным автором теории, такое событи является неожиданным для эксперта, производит значительные последствия, а в ретроспективе, событие имеет рационалистическое объяснение, как если бы событие было ожидаемым.

С точки зрения автора практически все значимые научные открытия, исторические и политические события, достижения искусства и культуры — это Чёрные лебеди. Например, развитие и внедрение Интернета, Первая мировая война, развал Советского Союза или атака 11 сентября. Талеб также отмечает, что человечество не способно успешно прогнозировать своё будущее, а уверенность в своих знаниях опережает сами знания и порождает феномен «сверхуверенности».

Термин «Чёрный лебедь» известен как латинское выражение «редкая птица на земле подобна чёрному лебедю» — это старейшая известная цитата древнеримского поэта-сатирика Ювенала. До 1697 года считалось, что лебеди бывают только белыми, однако голландская экспедиция обнаружила в Западной Австралии популяцию чёрных лебедей.

Хотя эта метафора известна в философии довольно давно, именно Нассим Талеб стал использовать её для обозначения редких и неожиданных событий со значительными последствиями. При этом «чёрные лебеди» могут быть не только негативными событиями, но и представлять собой непрогнозируемые «удачи».

Автор описывает несколько типов заблуждений, приводящих к излишней уверенности людей в собственной способности анализировать будущее —  это нарративные, игровые и ретроспективные заблуждения. Люди склонны больше верить в эмоционально преподнесенные истории, чем в сухую статистику, и верят в успешное предсказание будущих событий на основании анализа произошедших.Тогда как всегда есть место неожиданностям, которых не стоит бояться, но можно научиться правильно принимать и анализировать.

Книга «Черный лебедь» стала бестселлером и переведена на 27 языков мира. Автор книги Нассиб Талеб — не простой биржевой трейдер, а современный преуспевающий интеллектуал. Он родится в Ливане, закончил Сорбонну и Уортонскую бизнес-школу. В своей книге он собрал весь свой опыт в качестве финансового трейдера, включая практические навыки и теоретические представления. Он затрагивает  фундаментальные аспекты функционирования экономических и социальных систем и  фактически делает попытку переосмыслить природу социальной случайности.

Талеб использует интересный образ — это «антибиблиотека Умберто Эко». У Эко, пишет Талеб, «огромная личная библиотека, и, по его словам, приходящие к нему гости делятся на две категории — на тех, кто удивляется количеству прочитанных книг,, и на тех, кто понимает, что личная библиотека — не довесок к имиджу, а рабочий инструмент. Прочитанные книги куда менее важны, чем непрочитанные. В действительности, чем шире ваш кругозор, тем больше у вас появляется полок с непрочитанными книгами. Это собрание непрочитанных книг и есть антибиблиотека».

Возьмите с книжной полки книгу «Черный лебедь» Нассима Николаса Талеба, освежите теорию в памяти и откройте для себя мир неслучайных случайностей.

Чёрный лебедь (теория) — это… Что такое Чёрный лебедь (теория)?

Чёрный лебедь, птица из рода лебедей (Cygnus) семейства утиных (Anatidae). До XVIII была неизвестна науке.

«Чёрный лебедь» — теория, рассматривающая труднопрогнозируемые и редкие события, которые имеют значительные последствия. Автором теории является Нассим Николас Талеб, который в своей книге «Чёрный лебедь. Под знаком непредсказуемости.» ввёл термин «События типа „чёрный лебедь“».

Критерии события типа «чёрный лебедь»

Согласно критериям, предложенным автором теории[1]:

  1. Событие является неожиданным (для эксперта)
  2. Событие производит значительные последствия
  3. После наступления, в ретроспективе, событие имеет рационалистическое объяснение, как если бы событие было ожидаемым.

С точки зрения автора практически все значимые научные открытия, исторические и политические события, достижения искусства и культуры — это Чёрные лебеди. Примерами Чёрных лебедей являются развитие и внедрение интернета, Первая мировая война, развал Советского Союза и атака 11 сентября.

Этимология

Термин Чёрный лебедь известен как латинское выражение — старейшая известная цитата принадлежит перу древнеримского поэта-сатирика Ювенала, — «хороший человек так же редок, как чёрный лебедь», (лат. rara avis in terris nigroque simillima cygno)[2]. До 1697 года считалось, что лебеди бывают только белыми, однако голландская экспедиция, которую возглавлял Виллем де Вламинк, обнаружила в Западной Австралии популяцию черных лебедей.

Среднестан и Крайнестан

Автор книги[1]описывает две воображаемых страны — Среднестан (Mediocristan) и Крайнестан (Extremistan).

Самый типичный представитель Среднестана — как легко догадаться, середняк. В его мире итог практически не зависит от единичного частного случая и даже серьёзный успех — не более чем малая флуктуация на общем фоне. В Среднестане живут и работают люди, у которых профессии немасштабируемы; их заработок пропорционален количеству отработанных часов. В этих профессиях расходуются силы и время — для каждого покупателя пекарь должен испечь новый батон. Доход определяется затраченными усилиями и временем, а не идеями и качеством решений. Жители Среднестана близки к утопическому равенству. Их будущее легко прогнозировать, поскольку наблюдения на протяжении ограниченного отрезка времени даёт адекватное представление о происходящем. Их общество построено на базе коллективизма — ведь даже самый высокий человек на Земле никак не влияет ни на суммарный, ни на средний рост всех людей. Перемены происходят медленно, а события распределяются по гауссовой кривой. Угроза, представляемая Чёрным Лебедем, здесь невелика.

В Крайнестане живут или гиганты, или карлики, там нет смысла говорить о типичных представителях. В этой стране профессии масштабируемы — чтобы добавить ещё один ноль к сумме заработка, Джоан Роулинг не должна писать в десять раз больше новых книг. Победитель здесь получает все или почти все. Неравенство достигает крайней степени. Физические пределы практически отсутствуют, ведь речь идёт в основном о числах — доходах, тиражах, размерах компаний, темпах инфляции, котировках акций, ценах на недвижимость и т. п. Делать предсказания на основе имеющихся данных практически невозможно — история движется скачками.

В Крайнестане огромное значение имеет эффект Матфея, или кумулятивное преимущество. Если человек добился большого успеха (по заслугам или случайно), то следующие успехи придут к нему гораздо легче — деньги липнут к деньгам, а слава — к славе. Кумулятивное преимущество ярко проявляется в искусстве, политике, журналистике и даже науке — везде, где жизненно необходимо быть на слуху. К сожалению, неудачи тоже кумулятивны. С каждой новой неудачей растут шансы так и остаться в неудачниках.

Черные Лебеди водятся именно в этой стране.

Как жить в мире, полном Черных Лебедей

Итак, Чёрных лебедей нельзя предсказать. Но можно научиться жить с ними. Вот несколько советов, которые даёт нам Талеб:

  1. Научиться отличать «хорошие» случайности от «плохих». В кино, в науке или в венчурных сделках водятся хорошие Чёрные лебеди. Если Вы заняты в подобном бизнесе, то Ваше счастье — в незнании, особенно если Ваши конкуренты тоже ничего не знают, но, в отличие от Вас, об этом не догадываются. А вот в сферах где неумение просчитывать риски чревато провалом, их стоит опасаться. Служба в армии и в госбезопасности, а также банковская деятельность относятся к таким сферам.
  2. Мыслить шире и не пытаться предсказать конкретного Чёрного Лебедя. Луи Пастер, говоривший, что удача любит тех, кто к ней готов, понимал, что для того, чтобы сделать открытие, бессмысленно упрямо искать что-то конкретное. Ученые напряженно работают, чтобы создать условия для счастливой случайности и поймать Чёрного Лебедя.
  3. Искать встречи с Чёрным лебедем. Издатель, представитель солидного фонда или именитый учёный выражают желание встретиться с вами — не упускайте такой возможности — второй раз она может не подвернуться. Не увязайте в рутине, общайтесь с людьми. В большом городе вероятность встретиться с хорошим Чёрным лебедем больше, чем в глуши.
  4. Относиться с подозрением к государственным планам и прогнозам. Не стоит забывать, что главное для чиновника и для банкира — удержаться на плаву, а вовсе не докопаться до истины. Это не значит, что вся эта публика совершенно бесполезна: надо лишь быть начеку и не пасть жертвой их «производственных издержек».
  5. Не тратить нервы и время на борьбу со «специалистами» всех мастей. Дурацкие прогнозы были и будут всегда, главное — не слишком доверять им. Услышав, как специалист произносит слова «равновесие» и «нормальное распределение», не спорьте с ним, а суньте ему за шиворот крысу.

10 принципов Талеба для устойчивого мира «Чёрного лебедя»

Нассим Николас Талеб перечисляет 10 принципов для построения систем, которые устойчивы к событиям, отвечающим критериям «Чёрного лебедя»[3]:

  1. Лучше, чтобы что-то хрупкое разбилось, когда оно небольшое, чем тогда, когда оно станет большим и значительным
  2. Недопустимо убытки возлагать на всех, а прибыль приватизировать избранным
  3. Людям, которые с завязанными глазами управляли школьным автобусом (и разбили его), нельзя доверять новый автобус
  4. Нельзя предлагать управляющему атомной станцией поощрительный бонус без ощутимого штрафа в случае неуспеха
  5. Уравновешивайте сложность простотой
  6. Не давайте детям динамитную шашку, даже если вы их предупредили и снабдили инструкцией
  7. Только аферы финансовых пирамид могут строиться на доверии вкладчиков. Для государственных ценных бумаг «восстановление доверия» недопустимо
  8. Даже если у наркомана ломка, не давайте ему новую дозу.
  9. Граждане должны быть защищены от колебаний стоимости финансовых активов или ошибочных «экспертных» советов, касающихся их пенсионного обеспечения
  10. Начинайте жарить омлет, имея в наличии предварительно разбитые яйца.

Поднятые вопросы

  • Игровая ошибка — изучение случайности на примере азартных игр. В реальной жизни действуют совершенно другие, более сложные, труднопросчитываемые неопределённости.
  • Искажение нарратива — стремление уложить историю в ряд связанных фактов. В реальности мы не можем знать и учесть все факты — так называемая непроницаемость истории.
  • Неопределённость потерянных, то есть людей, которые переносят некоторые источники неопределённости, вроде принципа неопределённости, в реальную жизнь и беспокоятся о внутриатомных частицах, забывая, что мы не можем предсказать завтрашние кризисы.
  • Ошибка подтверждения — стремление искать случаи, которые подтверждают ваши убеждения. Случаи, опровергающие убеждение, не ищутся вовсе, хотя нужно начинать именно с них.
  • Платоничность — сосредоточенность на чётко очерченных и легко различимых объектах, в ущерб более аморфным и менее определённым структурам.
  • Проблема обратного проектирования. Легче предсказать, как кубик льда растает в лужу, чем, глядя на лужу, угадать форму кубика льда. Перекликается с искажением нарратива. Ставит под сомнения господствующие методы ретроспективного анализа истории.
  • Проблема «пустых костюмов» (или проблема «экспертов»). Есть области знания, где не может быть экспертов, где многое определяется случайностью. К таким экспертам относятся: клинические психологи, экономисты, эксперты по рискам, статистики, политические аналитики и т. д. Однако большинство населения им верит.
  • Проблема скрытых свидетельств состоит в том, что, оглядываясь на прошлое, мы видим не всё, а только наиболее светлые моменты процесса.
  • Эпистемологическая самонадеянность — преувеличение своих познаний. Игнорирование незнания.
  • Эпистемологическая скромность — критическое отношение к своим познаниям. Адекватная оценка того, чего ты не знаешь, уменьшает вероятность появления плохого Чёрного лебедя. [4]

Ссылки

«То, что вы не знаете, гораздо важнее, чем то, что вы знаете», рецензия на «Черного лебедя» — Nota Bene Journal

Много шуму из ничего? Редактор журнала Nota Bene Мария Гребенщикова прочитала книгу Нассима Николоса Талеба «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» и специально для читателей NBJ рассказывает о том, кто такие Черные лебеди, и чего стоит ожидать от книги.

То, что вы не знаете, гораздо важнее, чем то, что вы знаете. С этой мысли начинается путешествие в the Black Swan Theory Нассима Николаса Талеба, название которой произошло из лаконичной истории про жителей Старого Света. До открытия Австралии они были убеждены, что все лебеди являются белыми, потому что никогда не встречали лебедей иного окраса. Однако эмпирические наблюдения жителей пошатнулись после первой встречи с черным лебедем.

Кто такие «Черные лебеди» в рамках концепции Талеба? Автор определяет их как из ряда вон выходящие, экстремальные, уникальные события, которые наделены следующими свойствами:

а) они всегда неожиданны и не могут быть предсказаны с помощью моделей;
б) имеют определяющее влияние на историю, а именно влекут за собой значительные последствия;
в) Всегда имеют рациональное объяснение, но только в ретроспективе, т.е. представляются нам ожидаемыми уже после того, как произошли.

Примеров событий, которые удовлетворяют условия всех трех пунктов, огромное множество. Например, финансовый кризис 2008 года: его появление было неожиданным, последствия трагичными, объяснение ретроспективным (зато мы узнали, что в финансовом мире очень много пророков, которые его предвидели еще задолго до кризиса, но почему-то решили никому об этом не говорить… Наверное считали свои дисконтированные гонорары за книги, которые издадут после 2008).  Через эту же призму можно посмотреть на успех и, что не менее важно, неуспех компаний: некоторые случайным образом добились места под солнцем, излучающим инвестиционные предложения, а некоторые просто не «зашли» требовательным консьюмеристам. Однако финансовый мир не единственная среда обитания Черных Лебедей. Знала ли Дж.К.Роулинг, что серия романов о Гарри Поттере обретет невероятную популярность? Рассчитывали ли Ларри Пейдж и Сергей Брин на мировой успех идеи новой поисковой системы Google? Наверняка эти события представлялись им маловероятными.

Истинный эпистемократ*, Нассим Талеб описывает особенности человеческой психологии и образ мышления, которые мешают ему оценивать риски и вероятность неопределенных событий. Так, например, мы склонны в большей степени верить эмоциональным и связным историям, чем сухим статистическим фактам, применять нереалистичные предпосылки из теории игр к реальной жизни, верить в успешное предсказание будущих событий с помощью анализа уже произошедших. Наиболее показательный и простой пример несостоятельности анализа на имеющихся данных — это карикатурная история про индюшку. Индюшка, которую кормили, лелеяли и опекали на протяжении 1000 дней, и представить не могла, что на 1001 день окажется на праздничном столе заботливых опекунов по случаю Дня Благодарения. Могут ли 1000 благоприятных дней дать прогноз на появление Черного лебедя в 1001? Нет, точно также, как и набирающая обороты продажа недвижимости не кричала о том, что грядет кризис. Но, может быть, неудачи прогнозов объясняются применяемыми нами инструментами?

*Человек, который скептически относится к собственному знанию, в том числе о природе человека.

Отдельной проблемой в финансах, экономике и других социальных науках Талеб провозглашает использование распределения Гаусса там, где оно неуместно вследствие своей немасштабируемости, сопротивляемости «выбросам» (а это и есть наши Черные лебеди!). Для описания ситуаций, когда нормальное распределение уместно, а когда нет, автор использует две вымышленные страны – Среднестан и Крайнестан — метафоры двух диаметрально противоположных концепций динамики. Не трудно догадаться какова страна происхождения Черных лебедей. Так вот, по мнению Талеба, статистики используют нормальное распределение при оценке показателей Крайнестана (благосостояние, доход, продажу книг-бестселлеров, инфляцию и другие экономические показатели), когда как гауссиана применима только в контексте Среднестана (вес, рост, потребление калорий).

Не стоит переживать, если вы только ступили на путь экономического просвещения, открыли книгу и вдруг столкнулись с суровой критикой всех социально-экономических дисциплин. Нассим Талеб использует несколько поверхностный и отстраненный взгляд на академическую среду, который позволяет ему, не уходя в детали, критиковать подходы к изучению реальности через статистику, эконометрику, теорию игр и многие другие обязательные для экономиста дисциплины. Его аргументы, скорее, звучат следующим образом: «статистика – это зло, потому что статистикой занимаются люди, которые слышали только о нормальном распределении». Это отнюдь не то же самое, что и отсутствие статистических инструментов для изучения Черных Лебедей. Интересную дискуссию о решающих эту проблему методах (e.g. Extreme value theory) можно почитать тут. Кроме того, обиженные статистики и авторы тематических блогов, в ответ на аргументы Талеба, рассказывают об инструментах, позволяющих превращать Черных лебедей в Серых и избегать ситуации, за которые их упрекает автор книги. И просто рефлексируют на тему Академии.

Стоит заметить, что использование простых приемов, как в случае двух вымышленных стран, автора не вдохновляет, поэтому текст не выглядит как «руководство к действию» по выявлению Черных лебедей. Наоборот, Нассим Талеб представляет свои идеи с помощью витиеватого нарратива, анекдотов о реальных и вымышленных ситуациях. А незаурядная эрудиция автора поражает во время чтения точно так же, как и огромный список литературы в конце издания (btw, очень полезный для young экономистов).

Текст Талеба — это отнюдь не многогранный анализ идеи или попытка её продажи читателю с помощью дешевых приемов. В книге, помимо дескриптивного описания концепции Черного лебедя, много автобиографических и увлекательных моментов. Прочитав книгу, вы неизбежно знакомитесь с сильной личностью Нассима Талеба его взглядами на литературу, философию, науку и даже Нобелевскую премию по экономике. С первых страниц читатель понимает, что автор очень высокого мнения о себе и о тех, кто сформировал его взгляды, —  Мандельброт, Хайек, Поппер, Мишель де Монтень, Пуанкаре и Секст Эмпирик. Он жонглирует их идеями, придавая философский вес своей собственной. Но в данном случае, читать текст, поданный с вершины нравственного холма, скорее, развлекательное занятие, чем отталкивающее или раздражающее. Конечно, мнение автора относительно социальных и экономических наук доминантное и дискредитирующее, но снимающее шоры на глазах каждого, кто решал задачу предсказания для принятия текущих решений.

«Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» стоит прочитать каждому, кто интересуется рисками и ситуациями неопределенности, потому как в тексте представляется набор очень важных формализованных идей, подкрепленных эмпирическими свидетельствами, математическими теориями и философскими концепциями. Однако книга подойдет и тем, кто об этом вообще не задумывался, но периодически оказывался в ситуациях принятия решений под знаком непредсказуемости.

Автор: Мария Гребенщикова
Редактор: Виталия Елисеева

Иллюстрации: https://twitter.com/black_swan_man

Поделиться ссылкой:

Понравилось это:

Нравится Загрузка…

Похожее

«

черных лебедей» Евы Бабиц

Почему вы должны прочитать эту книгу?
Должен признаться, что, пока я не прочитал «Секс и ярость», Ева Бабиц была мне неизвестна. После прочтения у меня появилось то волшебное и запредельное ощущение, что я только что открыл для себя незабываемого и неповторимого писателя. Black Swans: Stories не оставляли у меня никаких сомнений: я продан.

Но кто такая Ева Бабиц? Родившийся в Голливуде в 1943 году, Бабиц является американским писателем и художником. Лос-Анджелес играет главную роль в ее вымышленных мемуарах, но также и мужчины, художники и наркотики.И, если мы говорим

, зачем вам читать эту книгу?
Должен признаться, что, пока я не прочитал «Секс и ярость», Ева Бабиц была мне неизвестна. После прочтения у меня появилось то волшебное и запредельное ощущение, что я только что открыл для себя незабываемого и неповторимого писателя. Black Swans: Stories не оставляли у меня никаких сомнений: я продан.

Но кто такая Ева Бабиц? Родившийся в Голливуде в 1943 году, Бабиц является американским писателем и художником. Лос-Анджелес играет главную роль в ее вымышленных мемуарах, но также и мужчины, художники и наркотики.А если уж говорить о мужчинах, то стоит лишь упомянуть, что Джим Моррисон был одним из ее многочисленных любовников.

«Черные лебеди: рассказы», ​​изданный в 1993 году, представляет собой сборник блестящих рассказов. Бабиц исследовал современное общество Лос-Анджелеса, его красоту и гнилость. Благодаря своей честности, чуткости и исключительному чувству юмора автор писала о человеческом состоянии.

В таких рассказах, как «Ревность» и «Свободный Тибет», Бабиц говорил о наших самых глубоких недостатках. Я спросил себя: «Как мы можем быть такими ущербными, такими слепыми, такими подлыми и такими эгоцентричными…?» «Трущобы в садах родео» и «Заколдованный город» изображают тщеславие Лос-Анджелеса и приводят к обсуждению того, что Бабиц называет «самочарованием» и «самоочаровательными людьми».По ее словам, «Голливуд — это случившаяся выдумка, вихрь выдумок, рекламная комедия. (…) Что бы это ни было, это еще не конец. Еще нет».

Одна из моих любимых историй — «Черные лебеди». Какой выдающийся! В этом тексте Бабиц безнадежно влюблена в писателя по имени Уолтер и как никогда близка к женитьбе. Однако после того, как журнал, отвергнувший его рассказы, купил один из ее, он бросает Бабица. Хотя она пересматривает момент, когда отправила произведение более одного раза, она решила, что «станет искусством, а не украшением».

И, несмотря на все невзгоды и неприятных людей, Ева Бабтиз всегда представляла себе жизнь как танго («Tangoland»). Ведь мы просто не можем превратиться в кашу, мы не можем уйти, мы должны остаться и сопротивляться. У меня было постоянное ощущение, что Бабиц была этой старшей и мудрой сестрой, которая учила и открывала мне удивительные тайны жизни. Она не терпит гнилости и невежливости. Она преуспевает в этом и превращает это в красоту, в опыт, в обучение, в литературу, в искусство.

Я также думаю, что Ева Бабиц знает, как начать рассказ, как немногие писатели.Начало ее текстов поэтично, красиво и просто. Но все, что она пишет, в конце концов. В «Черных лебедях: истории» ее слова источают мудрость и ясность. Даже если иногда она не уверена в себе, Бабиц знает себя. Ее трезвость так ей идет.

Ева Бабиц, несомненно, стала одной из моих муз и одной из моих любимых писательниц. Был такой момент, она упомянула, что когда мы восхищаемся автором, мы думаем, что становимся тем же автором; мы считаем, что сами написали эти слова. О боже, разве я не чувствовал этого с обеими ее книгами…?

Наконец, я хотел бы поблагодарить Counterpoint за камбуз.

Чтобы узнать больше обзоров, подпишитесь на меня в Instagram: @booksturnyouon

Black Swans: Eve Babitz: 97816400

«Талант Бабица к блестящей линии, отточенный до мелочей, никогда не мешает ее чувству томных удовольствий». — Книжное обозрение The New York Times

«На странице Babitz — чистое удовольствие — вечный двигатель безлимитного восторга и шипучего шампанского». — The New Yorker

«Она естественна. Или делает все возможное, чтобы быть таковой, ее письмо возвышенное, но сленговое, яркое, бодрое, веселое гедонистическое-Л.А. в самой чистой, наиболее идеализированной форме». — Vanity Fair

«Настоящий оригинал». — The Boston Globe

«Черные лебеди», первоначально выпущенный в 1993 году и переизданный в этом году, — лучший пример того, что делает ее письмо так важно. Дискурсивный характер ее рассказов позволяет ее повествованиям двигаться в тандеме с социально-политическими проблемами, которые она постоянно и эффективно решает. Это модель написания художественной литературы, посвященной политике, которая не кажется ни поучительной, ни проповеднической, а естественной.Это продукт автобиографического стиля ее письма, который часто имеет текстуру, больше похожую на личную документальную литературу, чем на художественную литературу, что делает разговоры о современных событиях естественным образом вплетенными в ее мир. . . Когда рассказы Бабиц связаны с политикой, они сосредоточены на демонстрации того, как ее персонажи будут заниматься, а также на том хорошем и плохом, что с этим связано. Это ограничивает их полемическую эффективность и сужает их масштабы, но устраняет тот неуклюжий оттенок, который может иметь другая художественная литература, столь посвященная отстаиванию своей точки зрения.Ко всему этому, конечно же, Бабиц — один из самых замечательных американских стилистов-прозаиков. Каждая страница усеяна совершенно критическими, забавными и поучительными предложениями, которые, кажется, могла написать только она. . . Никто не видел — и не видит — мир так, как Бабиц, его блеск рядом с тем, что нужно было соскоблить, чтобы он засиял. В «Черных лебедях» она с легкостью пишет о том, как социальное и политическое влияние как на людей, которые здесь, так и на людей, которых нет. Было бы благом для художественной литературы, если бы больше писателей тоже могли проявить это.» — Брэдли Бабендир, Medium

«Недавнее возрождение [Бабитц], как и ее творчество, было одновременно стремительным и восторженным. . . В апреле этого года Counterpoint Press выпустила «Черные лебеди» (1993), задумчивый сборник из девяти автобиографических рассказов 1980-х и 90-х годов. К тому времени приливная тяга Бабица — роскошная проза, организованная в виньетки гедонизма без веса моральных последствий — привлекла внимание книжных женщин и, по-видимому, всех остальных тоже. . . Что подкупает в особом способе исповеди Бабиц, так это то, что он основан на интуиции, которая делает ее окружение таким очаровательным и знакомым.И ее непочтительность перед лицом настойчивых ожиданий женского приличия, реанимированных, как социокультурный зомби, во время этой администрации, может вызвать вздох облегчения. . . Бабиц чувствителен к фундаментальным противоречиям [Лос-Анджелеса]. А именно, его озабоченность надуманной красотой и блеском и его уязвимость перед навязыванием природы: горячими штормовыми ветрами Санта-Анаса, землетрясениями и пожарами. Ее полное понимание того, что прекрасно, опасно и абсурдно в Лос-Анджелесе, привлекает современных читателей.Ведь мир, который Бабиц изображает в своих книгах женщин, бродящих по его улицам и взвешивающих свои порывы, во многом остается прежним, даже если сам пейзаж города изменился. . . Ограниченность работы [Бабиц] и ее восприятия не отрицают ее литературного значения. Мир, который она рисует для нас, всегда достоин внимания, даже скептически.» -BuzzFeed

«Что особенно выделяется в произведениях Бабиц, так это ее голос: умный, непримиримый и знающий, как Дороти Паркер, волшебно путешествующая во времени в современную эпоху.. . Перечитывать Бабица — восхитительное, виноватое удовольствие». —Alta

«Сочинения Бабица также подобны великолепному цветущему жакаранде — завораживающему целый город, но слишком краткому». — Los Angeles Review of Books

«Это переиздание книги. одна из лучших коллекций Eve Babitz — это дузи. Если Грейс Пейли была голосом 60-х и 70-х, то Бабиц сумела стать этим голосом 80-х. . . Острым взглядом и буйным голосом Бабиц рассказывает историю поколения секса, наркотиков, рок-н-ролла и выздоровления от всего этого.Фантастический и волнующий сборник, соответствующий навязчивым идеям нашего времени.» -Читайте вперед, Любимое чтение за апрель 2018

«Тема этих девяти рассказов Бабица («Секс и ярость») — Голливуд: блестящие и красивые пары, которые каким-то образом получают вместе; очаровательные, но капризные мужчины и их странные потребности; и «Ева», рассказчица, которая осторожно раскрывает в себе пороки непослушной, но не очень плохой девочки». -Publishers Weekly

взгляды на гедонизм могут быть восхитительно шокирующими… Здесь, однако, когда рассказчик этих девяти рассказов/эссе приближается к среднему возрасту – после всех наркотиков, выпивки, секса с поклонницами и диких страстных интрижек – чувство наложенных тормозов делает голос Бабица мудрым, а также возмутительным.. Какими бы разрозненными ни казались люди Бабица, они никогда не бывают далеки от своих страхов и неуверенности, и ее остроумный, не правда ли, милый голос почти идеально освещает этот факт… Лучшая книга Бабица пока.» -Kirkus Reviews
показать еще

Черные лебеди от Евы Бабиц: 97816400

Похвала

«Талант Бабиц к блестящей линии, отточенный до мелочей, никогда не мешает ее чувству томных наслаждений.” — The New York Times Book Review

«На странице Babitz — чистое удовольствие — вечный двигатель безлимитного восторга и шипучего шампанского». — The New Yorker

«Она натуралка. Или делает все возможное, чтобы быть одним из них, ее письмо возвышенное, но сленговое, яркое, бодрое, весело гедонистическое — Л.А. в самой чистой, самой идеализированной форме». — Vanity Fair

«[А] настоящий оригинал». — The Boston Globe

» Black Swans , первоначально вышедшая в 1993 году и переизданная в этом году, является лучшим примером того, что делает ее писательство таким важным.Дискурсивный характер ее рассказов позволяет ее повествованиям двигаться в тандеме с социально-политическими проблемами, которые она постоянно и эффективно решает. Это модель написания художественной литературы, посвященной политике, которая не кажется ни дидактической, ни проповеднической, а естественной. Это продукт автобиографического стиля ее письма, который часто имеет текстуру, больше похожую на личную документальную литературу, чем на художественную литературу, что делает разговоры о современных событиях естественным образом вплетенными в ее мир.. . Когда рассказы Бабиц касаются политики, они сосредоточены на демонстрации того, как ее персонажи будут участвовать, а также о хорошем и плохом, что с этим связано. Это ограничивает их полемическую эффективность и сужает их масштабы, но устраняет тот неуклюжий оттенок, который может иметь другая художественная литература, столь посвященная отстаиванию своей точки зрения. Ко всему этому, конечно же, Бабиц — один из самых замечательных американских стилистов-прозаиков. Каждая страница усеяна совершенно критическими, забавными и поучительными предложениями, которые, кажется, могла написать только она.. . Никто не видел — и не видит — мир так, как Бабиц, его блеск рядом с тем, что нужно было соскоблить, чтобы он засиял. На протяжении всего «Черные лебеди » она с легкостью пишет о том, как социальное и политическое влияние на людей, которые здесь находятся, и людей, которых нет. Было бы благом для художественной литературы, если бы больше писателей тоже могли проявить это». —Брэдли Бабендир, Медиум

«Недавнее возрождение [Бабитц], как и ее творчество, было одновременно стремительным и восторженным.. . В апреле этого года Counterpoint Press выпустила Black Swans (1993), задумчивый сборник из девяти автобиографических рассказов 1980-х и 90-х годов. К тому времени приливная тяга Бабица — роскошная проза, организованная в виньетки гедонизма без веса моральных последствий — привлекла внимание книжных женщин и, по-видимому, всех остальных тоже. . . Что подкупает в особом способе исповеди Бабиц, так это то, что он основан на интуиции, которая делает ее окружение таким очаровательным и знакомым.И ее непочтительность перед лицом настойчивых ожиданий женского приличия, реанимированных, как социокультурный зомби, во время этой администрации, может вызвать вздох облегчения. . . Бабиц чувствителен к фундаментальным противоречиям [Лос-Анджелеса]. А именно, его озабоченность надуманной красотой и блеском и его уязвимость перед наслаждениями природы: горячими штормовыми ветрами Санта-Анаса, землетрясениями и пожарами. Ее полное понимание того, что прекрасно, опасно и абсурдно в Лос-Анджелесе, привлекает современных читателей.Ведь мир, который Бабиц изображает в своих книгах женщин, бродящих по его улицам и взвешивающих свои порывы, во многом остается прежним, даже если сам пейзаж города изменился. . . Ограниченность работы [Бабиц] и ее восприятия не отрицают ее литературного значения. Мир, который она создает для нас, всегда стоит того, чтобы в нем жить, даже скептически». — BuzzFeed

«Что выделяется в творчестве Бабиц, так это ее голос: умный, непримиримый и знающий, как Дороти Паркер, волшебно путешествующая во времени в современную эпоху.. . Перечитывать Бабица — восхитительное, виноватое удовольствие». — Альта

«Работы Бабица также подобны цветущему жакаранде, завораживающему целый город, но слишком краткому». — Los Angeles Review of Books

«Это переиздание одной из лучших коллекций Евы Бабиц просто офигенное. Если Грейс Пейли была голосом 60-х и 70-х, то Бабиц сумела стать этим голосом 80-х. . . Острым взглядом и буйным голосом Бабиц рассказывает историю поколения секса, наркотиков, рок-н-ролла и выздоровления от всего этого.Фантастическая и волнующая коллекция, подходящая для навязчивых идей нашего времени». — Читать дальше , Любимое чтение за апрель 2018 г.

«Тема этих девяти рассказов Бабица ( Секс и ярость ) — Голливуд: блестящие и красивые пары, которые каким-то образом ладят; очаровательные, но капризные мужчины и их странные потребности; и «Ева», рассказчица, осторожно раскрывающая в себе пороки непослушной, но не очень плохой девочки». — Publishers Weekly

«Бабиц — обладательница вкуса: ее резкий стиль, позы плохой девчонки и грустно-забавные взгляды на гедонизм могут быть восхитительно шокирующими… Однако здесь, поскольку рассказчик этих девяти рассказов/эссе приближается к середине – возраст – после всех наркотиков, выпивки, группового секса и диких страстных интрижек – чувство наложенных тормозов делает голос Бабица мудрым и возмутительным… как бы ни старались быть распущенными люди Бабица, они никогда не удаляются от своих страхов и неуверенности — и ее остроумный, не правда ли, милый голосок почти идеально освещает этот факт… Лучшая книга Бабица.” — Киркус Отзывы

Чёрный лебедь Краткое содержание

Черный лебедь иллюстрирует серьезные ограничения нашего мышления и хрупкость наших знаний. Достаточно одного единственного наблюдения, чтобы опровергнуть тысячелетнее подтверждение.

«Черные лебеди» скрыты от глаз из-за нашего множества предубеждений и иррациональностей, таких как нарративная ошибка, игровая ошибка и предвзятость подтверждения. Талеб показывает нам, что непредсказуемые, важные события являются наиболее важными элементами в культуре и в вашей жизни.

Хотя в мире происходят непредсказуемые события, это не значит, что мы не можем извлечь из них пользу. Талеб завершает кучей практических советов, как извлечь выгоду из неопределенности в мире.

 

Чёрный лебедь Краткое содержание

В «Черном лебеде» Нассим говорит: «До открытия Австралии люди в Старом Свете были убеждены, что все лебеди белые, и это непоколебимое убеждение, поскольку оно казалось полностью подтвержденным фактами. Наблюдение за первым черным лебедем могло стать интересным сюрпризом, но смысл истории не в этом.Это иллюстрирует серьезную ограниченность нашего обучения на основе наблюдений или опыта, а также хрупкость наших знаний. Одно-единственное наблюдение может аннулировать общее утверждение, вытекающее из тысячелетий подтверждающих наблюдений миллионов белых лебедей. Все, что вам нужно, это одна-единственная черная птица»

Человеческая природа заставляет нас придумывать объяснения его возникновения постфактум, делая его объяснимым и предсказуемым. Как насчет возвышения Гитлера и последующей войны? Как насчет рыночного краха 1987 года и более неожиданного восстановления? Как насчет подъема интернета? Все следуют этой динамике Черного лебедя.Буквально, почти все значимое вокруг вас может подпадать под это определение. Центральная идея книги касается нашей слепоты по отношению к случайности, особенно к большим отклонениям.

Черные лебеди настолько непредсказуемы, что нам нужно приспособиться к их существованию, а не пытаться их предсказать.

Библиотека Умберто

Писатель Умберто Эко принадлежит к небольшому классу проницательных ученых с огромной библиотекой. Люди спрашивают его «какая у вас огромная библиотека, сколько вы прочитали?» Оказывается, он мало читал.Он считает, что непрочитанные книги представляют большую ценность, чем прочитанные книги, поэтому в его библиотеке их намного больше, что служит постоянным напоминанием о степени его невежества. Назовем эту коллекцию непрочитанных книг антибиблиотекой

.

В отличие от Умберто, мы склонны относиться к нашим знаниям как к личной собственности, которую нужно охранять и защищать. Это украшение, которое позволяет нам подняться в иерархии. Мы думаем, что знаем все, мы не признаем, что не знаем, и не гордимся тем, что не знаем, как Умберто.Минимизируйте воздействие негативных черных лебедей, будучи антиученым, человеком, который сосредотачивается на непрочитанных книгах и пытается не относиться к своим знаниям как к сокровищу, или даже собственности, или даже средству повышения самооценки.

Эмпирический скептик

Все думают, что знают, что происходит в этом мире, который намного сложнее, чем они думают. Когда происходит что-то неожиданное, они задним числом искажают все предыдущие мысли. Они могут оценивать события только постфактум, как если бы они были в зеркале заднего вида.Книги по истории гораздо более организованы, чем эмпирическая реальность. Наш разум — замечательная объяснительная машина, способная понять почти все, способная дать объяснение всевозможным явлениям. Мы также обычно не способны принять идею непредсказуемости.

События необъяснимы, но умные люди умеют их объяснять. Чем они умнее, тем лучше звучит объяснение. Что еще более тревожно, так это то, что все эти убеждения и отчеты оказались логически последовательными и лишенными несоответствий.Любое сокращение окружающего нас мира может иметь взрывоопасные последствия, поскольку оно исключает некоторые источники неопределенности. Вы можете думать, что ислам — ваш союзник в борьбе с угрозой коммунизма, пока они не запустили два самолета в Нью-Йорк.

Черные лебеди в мире

Когда вы спрашиваете людей о трех технологиях, которые больше всего влияют на наш мир сегодня, они говорят что-то вроде: компьютер, лазер и Интернет. Все 3 были незапланированными, непредсказуемыми и недооцененными при их открытии и остались недооцененными после их первоначального использования.Мы можем быть уверены, что через 30 лет все будет следовать той же схеме, технологии, управляющие миром, будут такими, какие мы не можем себе представить сейчас, но когда они появятся, мы будем считать их ретроспективно очевидными.

Отрицательные черные лебеди: индейка

Индейку кормят каждый божий день, что укрепляет веру птицы в то, что общее правило жизни заключается в том, чтобы ее кормили дружелюбные представители рода человеческого. В полдень перед благодарственной средой… С индюком случится что-то неожиданное: он подвергнется пересмотру веры.После 1000 дней кормления, и ожидание того, что его накормят, растет с каждым приемом пищи: на 1001 день его убивают и съедают на обеде в честь Дня благодарения.

Ошибка повествования

Сила повествования может быть описана как «король умер, и королева умерла», по сравнению с «король умер, а затем королева умерла от горя». В этом разница между простой последовательностью информации и сюжетом. Хотя мы добавили информацию ко второму, мы эффективно уменьшили размерность итога.Второй легче носить с собой и легче запомнить. Теперь у нас есть одна информация вместо двух, мы можем легче запомнить ее, а также продать ее другим, то есть лучше продавать ее как упакованную идею.

Мы склонны легко запоминать факты из прошлого, подходящие для повествования, в то время как склонны пренебрегать другими фактами, которые, по-видимому, не играют причинной роли в повествовании. Простая неспособность вспомнить не истинную последовательность событий, а реконструированную, заставит историю задним числом казаться гораздо более объяснимой, чем она была или есть на самом деле.Везде, где происходит движение рынка, средства массовой информации чувствуют себя обязанными указать причину. Декабрь 2003 г., заголовок новостей Bloomberg News:

.

13:01. Казначейские обязательства растут; Поимка Хусейна не может обуздать терроризм. В 13:31 выпустили очередной бюллетень

.

13.31 . Казначейские обязательства падают; Поимка Хусейна повышает привлекательность рискованных активов

Значит, это был один и тот же захват и причина, объясняющая одно событие, а оно с точностью до наоборот. Ясно, что два факта не могут быть связаны. Газеты получают безупречные факты, но вплетают их в повествование таким образом, чтобы создать впечатление причинности (и знания).

  Отсутствие доказательств и отсутствие доказательств

Мол, если бы кто-то наблюдал за индюками первую тысячу дней, то правильно сказал бы, что нет доказательств возможности крупных событий или Черных лебедей. Многие путают утверждение «почти все террористы — мусульмане» с «все мусульмане — террористы» (разница составляет примерно 50 000 раз). Логическая ошибка заставляет вас переоценивать шансы случайно выпавшего мусульманина.

В медицинской литературе используется аббревиатура NED, отсутствие признаков заболевания. Нет такого понятия, как доказательство отсутствия болезни. Аббревиатура отбрасывает неизвестные. Многие врачи, публикующие статьи, поддаются этому заблуждению. В середине 1960-х был врач, который смотрел на материнское молоко свысока, как на нечто примитивное, как будто его можно воспроизвести в лаборатории, не понимая, что материнское молоко может содержать полезные компоненты, которые ускользают от научного понимания (наука фиксирует только известное). Просто путаница отсутствия доказательств пользы материнского молока с доказательствами отсутствия пользы.Многие люди поплатились за наивный вывод: те, кого не кормили грудью в младенчестве, оказались подвержены повышенному риску ряда проблем со здоровьем, включая развитие некоторых видов рака.

Заблуждение молчаливых доказательств

The New York Times публикует истории тех, кто совершил преступление, но не был пойман. Наше представление об обычном преступнике может быть основано на свойствах пойманных менее умных преступников. Как только мы склоняемся к понятию молчаливых доказательств, вещи вокруг нас, которые ранее были скрыты, начинают проявляться.

Среди игроков бытует поверье, что новичкам почти всегда везет. Позже становится хуже, но им всегда везет, когда они начинают. На самом деле это эмпирически верно: исследователи подтверждают, что у игроков есть счастливое начало. Но должны ли мы все прыгнуть, чтобы проверить? Счастливчики будут поощрены и продолжат играть, остальные, которые обескуражены, в дальнейшем не попадут в выборку.

Ошибка выживания

Богатые игроки, выходящие из казино, могут утверждать, что азартные игры полезны для вида, потому что азартные игры делают вас богатыми! Принятие риска заставило многие виды стремиться к славе! Если вы посмотрите на популяцию начинающих игроков в целом, то можете быть уверены, что хотя бы один из них по счастливой случайности покажет блестящие результаты.Если вы посмотрите на популяцию начинающих игроков в целом, то можете быть уверены, что хотя бы один из них по счастливой случайности покажет блестящие результаты. Вычисляйте шансы не опорной точки выигравшего игрока, а всех тех, кто стартовал в когорте.

Карьера Черного лебедя

Карьера Черного лебедя сложна. К этой категории относится некоторая деловая, художественная или научная деятельность. Вы — обратная Турция, одно событие принесет в 100 раз больше дивидендов, чем затраченное время — великое оправдание.До этого момента со стороны все это кажется пустой тратой времени. Или существует реальная вероятность того, что время никогда не придет, и вас всегда будут воспринимать как неудачника. Некоторая слепота к шансам или одержимость своим собственным положительным Черным лебедем необходимы для функционирования предпринимателей. Но некоторые люди похожи на индейку. Подвергся серьезному взрыву, не подозревая об этом. В то время как другие играют наоборот, готовятся к большим событиям, которые могут удивить других. В некоторых стратегиях и жизненных ситуациях вы играете на доллары, чтобы выиграть несколько копеек, чтобы казалось, что вы все время выигрываете.

Масштабируемые профессии

Нассим Талеб из «Черного лебедя» получил совет, когда ему было 22 года, чтобы найти профессию, в которой вам не платят по часам и, следовательно, вы ограничены в своем времени и труде. Некоторые профессии, такие как дантисты, консультанты или специалисты по массажу, не могут масштабироваться, существует ограничение на количество людей, которых вы можете видеть. В этих профессиях, независимо от того, сколько вам платят, ваш доход зависит от гравитации. Более того, эти профессии очень предсказуемы: она будет варьироваться, но не до такой степени, чтобы доход одного дня был более значительным, чем доход всей остальной жизни.Другими словами, это не будет Black Swan.

В масштабируемых профессиях вы выполняете одну и ту же работу независимо от того, производите ли вы сто единиц или 1000. Для подкаста усилия по охвату 10 человек могут быть такими же, как и для охвата 10 миллионов человек. В писательстве прилагаются те же усилия, чтобы привлечь одного читателя или несколько сотен миллионов — Джоан Роулинг не нужно писать книгу каждый раз, когда кто-то ее читает.

Появление масштабируемости

Рассмотрим судьбу Джаккомо, оперного певца конца XIX века.В его дни не было возможности хранить его работы, поэтому его присутствие требовалось для каждого выступления, поэтому пирог был разделен относительно поровну, поскольку неравенство существовало, но было незначительным. На данный момент в истории еще нет масштабируемости, нет способа удвоить самую большую аудиторию без необходимости петь дважды.

Теперь рассмотрим эффект первой музыкальной записи. Наша способность к воспроизведению позволяет нам часами слушать на ноутбуке фоновую музыку Владимира Горовица (ныне мертвого), исполняющего прелюдии Рахманиоффа, вместо все еще поющего местного русского.Горовиц, хотя и мертв, выводит из бизнеса бедного местного русского человека. Мы скорее заплатим 10 долларов за Горовица, чем за малоизвестного сегодня русского парня.

Совет Нассима

Научитесь различать положительных и отрицательных черных лебедей. Негативный бизнес-черный лебедь — это когда разоблачение может сильно ударить и причинить серьезный вред, как в армии. Помимо кино, к числу позитивных «черных лебедей» относятся наука, исследования, венчурный капитал и т. д.По непредвиденным причинам он может взлететь. Вы можете попытаться найти места, где недостаток невелик и легко контролируется. Чтобы ваша экспозиция была положительным черным лебедем, вам не нужно точное понимание структуры неопределенности

Вы не можете предсказать черных лебедей — если вы попытаетесь, это сделает вас уязвимыми для тех, кого вы не можете предсказать.

Не упустите любую возможность или все, что похоже на возможность, может скрываться лебедь. Возможности гораздо реже, чем вы думаете.Помните, что у позитивных черных лебедей есть необходимый первый шаг, вам нужно познакомиться с ними. Многие люди не видят, что им выпадает удача в жизни, когда она стоит прямо перед ними.

Работайте усердно, но не в рутинной работе, а в погоне за возможностями и их максимальном использовании.

Черные лебеди

О Еве Бабиц

ЕВА БЭБИТЦ является автором нескольких художественных книг, в том числе Секс и ярость , Голливуд Евы и Медленные дни, Быстрая компания .Ее научно-популярные работы включают Fiorucci: The Book и Two by Two . Она писала для таких изданий, как Ms. и Esquire , а в конце 1960-х она создавала обложки альбомов для Byrds, Buffalo Springfield и Линды Ронштадт.

Похвала

«Это переиздание одной из лучших коллекций Ив Бабиц — чумовая штука. Если Грейс Пейли была голосом 60-х и 70-х, то Бабиц сумела стать этим голосом 80-х.. . Острым взглядом и буйным голосом Бабиц рассказывает историю поколения секса, наркотиков, рок-н-ролла и выздоровления от всего этого. Фантастическая и волнующая коллекция, подходящая для навязчивых идей нашего времени». —Читай вперед, Любимое чтение за апрель 2018 г. существенный. Дискурсивный характер ее рассказов позволяет ее повествованиям двигаться в тандеме с социально-политическими проблемами, которые она постоянно и эффективно решает.Это модель написания художественной литературы, посвященной политике, которая не кажется ни дидактической, ни проповеднической, а естественной. Это продукт автобиографического стиля ее письма, который часто имеет текстуру, больше похожую на личную документальную литературу, чем на художественную литературу, что делает разговоры о современных событиях естественным образом вплетенными в ее мир. . . Когда рассказы Бабиц касаются политики, они сосредоточены на демонстрации того, как ее персонажи будут участвовать, а также о хорошем и плохом, что с этим связано. Это ограничивает их полемическую эффективность и сужает их масштабы, но устраняет тот неуклюжий оттенок, который может иметь другая художественная литература, столь посвященная отстаиванию своей точки зрения.Ко всему этому, конечно же, Бабиц — один из самых замечательных американских стилистов-прозаиков. Каждая страница усеяна совершенно критическими, забавными и поучительными предложениями, которые, кажется, могла написать только она. . . Никто не видел — и не видит — мир так, как Бабиц, его блеск рядом с тем, что нужно было соскоблить, чтобы он засиял. На протяжении «Черные лебеди » она с легкостью пишет о том, как социальное и политическое влияние на людей, которые здесь находятся, и людей, которых нет. Было бы благом для художественной литературы, если бы больше писателей тоже могли проявить это.» — Брэдли Бабендир, Medium

«Чтобы немного повеселиться с вкраплениями самоанализа и социальных комментариев, попробуйте сборник рассказов Евы Бабиц Black Swans . В этом любовном письме в Лос-Анджелес рассказывается о дружбе, любви, страстях и интрижках художника и писателя с необычным голосом: случайным, разговорным и импульсивным, с достаточной проницательностью и юмором, чтобы поднять уровень даже самых легкомысленных экскурсий. То, что на первый взгляд кажется нефильтрованным набором впечатлений — о старении или танго, амбициях или ревности — объединяется в обдуманную медитацию на тему.Эти истории заставят вас переосмыслить свои собственные взаимосвязанные воспоминания и прекрасных людей, населяющих их, хотя они могут быть и не такими прекрасными, как у Бабиц». — Brooklyn Paper

стремительный и восторженный. . . В апреле этого года Counterpoint Press выпустила Black Swans (1993), задумчивый сборник из девяти автобиографических рассказов 1980-х и 90-х годов. К тому времени приливная тяга Бабица — роскошная проза, организованная в виньетки гедонизма без веса моральных последствий — привлекла внимание книжных женщин и, по-видимому, всех остальных тоже.. . Что подкупает в особом способе исповеди Бабиц, так это то, что он основан на интуиции, которая делает ее окружение таким очаровательным и знакомым. И ее непочтительность перед лицом настойчивых ожиданий женского приличия, реанимированных, как социокультурный зомби, во время этой администрации, может вызвать вздох облегчения. . . Бабиц чувствителен к фундаментальным противоречиям [Лос-Анджелеса]. А именно, его озабоченность надуманной красотой и блеском и его уязвимость перед наслаждениями природы: горячими штормовыми ветрами Санта-Анаса, землетрясениями и пожарами.Ее полное понимание того, что прекрасно, опасно и абсурдно в Лос-Анджелесе, привлекает современных читателей. Ведь мир, который Бабиц изображает в своих книгах женщин, бродящих по его улицам и взвешивающих свои порывы, во многом остается прежним, даже если сам пейзаж города изменился. . . Ограниченность работы [Бабиц] и ее восприятия не отрицают ее литературного значения. Мир, который она рисует для нас, всегда достоин того, чтобы в нем жить, даже скептически».. . представляет собой сборник блестящих рассказов. Бабиц исследовал современное общество Лос-Анджелеса, его красоту и гнилость. Благодаря своей честности, чуткости и исключительному чувству юмора автор писала о человеческом состоянии. . . Начало ее текстов поэтично, красиво и просто. Но все, что она пишет, в конце концов. В «Черные лебеди: Истории » ее слова источают мудрость и ясность. Даже если иногда она чувствует себя неуверенно, Бабиц знает себя». —Books Turn You On

«Что выделяется в письмах Бабиц, так это ее голос: умный, непримиримый и знающий, как Дороти Паркер, волшебно путешествующая во времени в современную эпоху.. . Перечитывать Бабица — восхитительное, виноватое удовольствие.» — Альта

«Тема этих девяти рассказов Бабица ( Секс и ярость ) — Голливуд: блестящие и красивые пары, которые каким-то образом ладят; очаровательные, но капризные мужчины и их странные потребности; и «Ева», рассказчица, которая осторожно раскрывает в себе пороки непослушной, но не очень плохой девочки». — Publishers Weekly

– забавные взгляды на гедонизм могут быть восхитительно шокирующими… Здесь, однако, когда рассказчик этих девяти рассказов / эссе приближается к среднему возрасту — после всех наркотиков, выпивки, группового секса и диких страстных интрижек — ощущение наложенных тормозов делает голос Бабица мудрым, а также возмутительным. Какими бы разрозненными ни пытались быть люди Бабица, они никогда не бывают далеки от своих страхов и неуверенности, и ее остроумный, не правда ли, милый голос почти идеально освещает этот факт … Лучшая книга Бабица пока.» — Киркус Отзывы

The Black Swan Book Summary – Love Your Work, Episode 244

Подпишитесь на обновления блога по электронной почте «Сколько денег приносит средняя книга?» В данном контексте «средний» не имеет смысла.Вы в мире черных лебедей. «Черный лебедь » — это книга Нассима Николаса Талеба, и я считаю, что содержащиеся в ней идеи имеют решающее значение для моей писательской карьеры. Вот – моими собственными словами – краткое изложение моей книги «Черный лебедь ». Идеи из книги «Черный лебедь: Влияние крайне невероятного » — это то, о чем я думаю, когда думаю о написании новой книги.

Хотите прочитать это резюме на своей любимой электронной читалке? Скачать здесь »

Прослушать

Черный лебедь краткое содержание книги

Откуда взялся термин «Черный лебедь»?

Представьте себе мир, в котором вы видели только белых лебедей.Если бы кто-то спросил вас, существуют ли черные лебеди, вы бы ответили «нет».

Вы видели тысячи лебедей, и все они были белыми. Следовательно, черных лебедей не существует.

Вы приняли отсутствие улик за свидетельство отсутствия. То, что вы не видели доказательств существования черных лебедей, не доказывает, что их не существует.

Что такое черный лебедь?

Положительный Черный лебедь: В 2010 году я написал сообщение в блоге. Этот пост в блоге побудил издателя связаться со мной.У меня есть контракт на книгу.

Отрицательный черный лебедь: Казино в Лас-Вегасе имело страховой полис. Они защищались от любого сценария мошенничества, который только могли себе представить. У них было самое популярное шоу в Вегасе, где фокусники работали с гигантскими живыми тиграми. Так они защитили от сценария прыжка тигра в аудиторию. Но они и подумать не могли, что тигр покалечит одного из исполнителей – Роя Зигфрида и Роя. Зигфрид и Рой потеряли свою карьеру. Казино потеряло 100 миллионов долларов.

Оба этих инцидента — «Черные лебеди»:

  1. «Черные лебеди» — это выбросы: Они не такие, как мы ожидаем. Ничто в прошлом не предсказывает Черного лебедя.
  2. Чёрные лебеди имеют огромное влияние: Воздействие может быть положительным, например, сделка с моей книгой, или отрицательным, например, нападение тигра или теракты 11 сентября.
  3. Мы рационализируем Черных лебедей в обратном направлении: После появления Черного лебедя это кажется очевидным. Мы оглядываемся назад и придумываем объяснения тому, как это произошло.Это дает нам иллюзию, что Черные лебеди объяснимы и предсказуемы.

Примечание: COVID-19 — это не Черный лебедь. Как объяснил Талеб, глобальные пандемии случаются регулярно. Они необычны, но неизбежны, и мы это знаем.

Черный лебедь Индейка

Представьте, что вы индейка. Каждый день люди приходят и кормят вас. Вы думаете, что люди довольно хорошие и милые. Каждый день вы получаете новую информацию, подтверждающую это убеждение.

График вашего мнения о людях может выглядеть так:

Обратите внимание на резкий спад в конце.Это за день до Дня Благодарения. Вещи казались хорошими, пока они не были.

История не всегда предсказывает будущее. Происходят события, которые разрушают все предположения, которые мы сделали на основе прошлой информации.

Среднестан против Крайнестана

Черные лебеди происходят в месте, которое Талеб называет Крайнестаном. Крайнестан — это противоположность Среднестану.

Мне нравится шутка: «Билл Гейтс заходит в бар. В среднем каждый там миллионер». Нас привлекает «среднее» и предсказуемое.Но часто понятие «средний» вводит в заблуждение.

Некоторые вещи происходят в Среднестане и предсказуемы. «Среднее» имеет смысл в Среднестане. В Крайнестане происходят и другие вещи, непредсказуемые и экстремальные. «Среднее» не имеет смысла в Крайнестане.

Mediocristan — это «коллективное, рутинное, очевидное и предсказуемое». Mediocristan — это риск, распределенный среди многих, чтобы избежать неожиданностей. Работа с почасовой оплатой в Starbucks возможна только в Среднестане.

Экстремистан рассказывает о «единственном, случайном, невидимом и непредсказуемом». Именно здесь случаются Черные лебеди: случайные события, которых вы никогда не ожидали, вызванные силами, которых вы никогда не поймете. Например, я испытал внезапное получение книги или работу с компанией, которая продала Google.

Mediocristan касается переменных, попадающих в предсказуемый диапазон. В истории человечества никогда не было мужчины ростом 100 футов или женщины 2000 лет.Никто даже близко не подходил к этим крайностям. Рост и ожидаемая продолжительность жизни следуют колоколообразной кривой.

Экстремистан — это переменные, которые масштабируются бесконечно. Не существует известного предела тому, насколько богатым может быть человек. «Средний» собственный капитал американской семьи составляет около 700 000 долларов. Но чтобы быть богаче половины всех американцев, нужно всего 100 000 долларов. Тем не менее, у Джеффа Безоса есть более 100 000 000 000 долларов.

Распределение состояния по процентилям в США Джефф Безос в 10 раз богаче, чем самая высокая точка на этом графике.(Википедия)

Чем важны «Черные лебеди»?

  • Понимание «Черных лебедей» может подготовить вас к неожиданностям. Если вы узнаете о влиянии неожиданных и экстремальных событий, вы сможете избежать глупых решений, которые подвергают вас негативным Черным лебедям.
  • Участие в «Черных лебедях» может сделать вас успешным. Как мы поговорим позже, когда вы ведете себя так, как будто находитесь в Среднестане, вы упускаете положительных Черных лебедей, которых нашли бы в Крайнестане.Бизнес, который процветает на Черных лебедях, включает венчурный капитал, научные исследования и публикации.

(Примечание: еще одна причина, по которой «Черные лебеди» важны, заключается в том, что — как я говорил в главе «Управление разумом, а не управление временем» — если это предсказуемо, оно может быть автоматизировано. Ваше преимущество как человека не в Среднестане, где есть роботы. Он находится в Крайнестане – делая то, чего никто не мог ожидать.)

Барьер Черного лебедя: Платоничность

Один из способов, которым мы ослепляем себя от Черных лебедей, – это то, что Талеб называет «Платоничностью.Названная в честь философа Платона, «платоничность» — это наше желание определять вещи и уделять больше внимания вещам, которые были определены.

Придумываем названия предметам, придумываем термины (да, такие как «Платонизм»), придумываем национальности.

Из-за того, что мы так сосредоточены на вещах, которые определяем, мы упускаем все более грязные вещи, которые также имеют значение. Талеб описывает это как «[приняв] карту за территорию». (Я как-то писал о подобном понятии и назвал его Stuff and Things.)

Классифицировать вещи полезно, но это становится проблемой, когда мы рассматриваем категорию как окончательную, не видим нечетких границ между категориями и не пересматриваем их, когда видим новую информацию, которая не соответствует тому, как мы классифицируем вещи.

Мы видели это в дебатах о гендерных проблемах в туалете. Мы разделили пол на две категории. Исходя из этого, мы сделали два санузла. Но мы понимаем, что это не так просто.

Быть платоником значит быть нисходящим, шаблонным и ограниченным.Быть а-платоником — значит быть снизу вверх, непредубежденным, скептичным и эмпирическим.

Платонизация грудного молока

Врачи в 1960-х воспроизводили грудное молоко в лаборатории, воспроизводя компоненты, которые они могли видеть в молоке (то, что они «платонизировали»).

Казалось, что для женщин не имело практического смысла терпеть неудобства грудного вскармливания, когда можно было просто использовать бутылочки и смесь, изготовленную в лаборатории.

Отсутствовали доказательства преимуществ грудного молока, и это было воспринято как доказательство отсутствия преимуществ.Мы не знали всех преимуществ грудного молока, но предположили, что компоненты, которые мы могли видеть, были единственными важными частями.

Оказалось, что дети, которых не кормили грудью, впоследствии подвергались повышенному риску некоторых видов рака. Если бы сами матери кормили грудью, у них был бы сниженный риск рака молочной железы.

Барьер «Черный лебедь»: триплет непрозрачности

Еще один способ, которым мы ослепляем себя от «черных лебедей», — это то, что Талеб называет «триплетом непрозрачности». Это:

  1. Иллюзия понимания. Нам кажется, что мы понимаем, что происходит, но мир сложнее и случайнее, чем мы думаем.
  2. Ретроспективное искажение. Мы оцениваем события постфактум, поэтому рационализируем и придумываем причины, по которым что-то произошло.
  3. Переоценка информации. Мы слишком много внимания уделяем фактам — вещам, которые мы можем «платонизировать», — что ослепляет нас от вещей, которые не так легко платонизировать.

Как сделать так, чтобы появились Черные лебеди?

Поскольку платонизация делает нас слепыми к Черным лебедям, и мы страдаем от иллюзии понимания и ретроспективного искажения, может показаться глупым пытаться сделать так, чтобы Черные лебеди произошли.

Вы не можете спроектировать Черного лебедя, но вы можете создать условия для появления позитивных Черных лебедей, о чем я говорил в эпизоде ​​146.

Тинкер

нас в Среднестане. Вместо этого возитесь как можно больше и учитесь распознавать возможности, когда они представляются.

Талеб говорит, что свободные рынки работают не потому, что они дают вознаграждение или создают стимулы. Скорее, свободные рынки работают, потому что они позволяют людям добиваться успеха методом проб и ошибок.(Затем мы объясняем, какие блестящие вещи мы сделали, чтобы прийти к этому замечательному открытию.)

Многие открытия происходят в результате поиска того, что вы знаете, и обнаружения того, чего вы не ожидали. Европейцы впервые узнали об американском континенте, когда искали путь в Индию. Я заключил свой первый контракт на книгу, когда пытался получить голоса за мое предложение выступления на конференции.

Будьте терпеливы

Отрицательные Черные лебеди появляются внезапно, а положительные Черные лебеди появляются медленно. «Гораздо легче и гораздо быстрее разрушать, чем строить.”

Открытия Черного лебедя требуют времени, чтобы они оказали влияние. Компьютер, Интернет и лазер оказали огромное влияние, но были недооценены после первоначального открытия.

Коллеги дразнили Чарльза Х. Таунса за изобретение лазера, считая его бесполезным. Оказалось, что это важно для коррекции зрения, хирургии, а также для хранения и поиска данных.

Denarrate

Тройка непрозрачности подпитывает «ошибку повествования». Мы запрограммированы придумывать истории о том, почему что-то происходит, но Черные лебеди появляются по неизвестным причинам.

Талеб понял, что, будучи биржевым трейдером, у него не было возможности получить информационное преимущество. Он понимал, что любая новость, которая выйдет, быстро отразится на рыночной цене любой ценной бумаги. Поэтому он перестал читать новости.

Он понял, что чтение новостей в качестве биржевого трейдера лишь подкрепит ошибочность нарратива.

Талеб описывает исследование, в ходе которого спортивные букмекеры получили десять переменных для предсказания скачек. Когда позже им предоставили вдвое больше информации, эти букмекеры не были более точными в своих прогнозах, но они были гораздо более уверенными.

Итак, Талеб решил, что, читая новости, он не получит преимущество и станет слишком самоуверенным.

Стратегия Штанги

Основной метод, который Талеб рекомендует для защиты от негативных Черных лебедей, в то же время подвергая себя воздействию позитивных Черных лебедей, это то, что он называет Стратегией Штанги.

Представьте себе штангу с гирями по бокам. С одной стороны штанги находятся ваши верные ставки — вещи, в которых у вас мало шансов проиграть. С другой стороны штанги находятся ваши подстановочные знаки — вещи с неограниченным потенциалом.

Стратегия штанги при инвестировании

(Примечание: я не эксперт по финансам, и я не собираюсь давать советы по инвестированию.)

При инвестировании беспроигрышными вариантами будут казначейские векселя, наличные деньги и золото. Очевидно, что «Черные лебеди» могут прийти и сделать эти ставки не такими надежными, но они настолько надежны, насколько это возможно.

Подстановочными знаками могут быть торговля опционами с высоким кредитным плечом, ангельские инвестиции или криптовалюта. У вас есть приличный шанс потерять свои деньги, но практически нет предела тому, сколько вы можете заработать.

В контексте инвестирования Талеб рекомендует вкладывать 85–90% ваших активов в безопасные инвестиции, а остальные 10–15% — в спекулятивные инвестиции.

Чего вы избегаете, так это того, что посередине. Люди думают, что индексные фонды безопасны, потому что исторически они прибавляют около 7% в год, но весь фондовый рынок очень быстро потерял до 30% своей стоимости. Поскольку мы живем во все более сложном мире, невозможно сказать, какой Черный лебедь может прийти в будущем и вызвать еще большее падение.

Стратегия штанги в творческой работе

До прочтения Черный лебедь я не осознавал, что использовал стратегию штанги для построения своей творческой карьеры.

Когда я только начинал, я старался получить достаточно внештатной работы, чтобы оплачивать свои счета. Я также потратил часть своего времени на создание источников пассивного дохода. Остальное время я тратил на то, чтобы возиться и исследовать свои собственные идеи. Через три года я случайно получил заказ на книгу « Дизайн для хакеров ».

Дэн Ариэли упомянул стратегию штанги в моем последнем разговоре с ним по подкасту. Он говорит, что «играет со своим временем». Он тратит часть своего времени на вещи, которые не имеют смысла, например, сотрудничая с менталистом на сцене в одной из своих речей или работая с карикатуристом.

Моя собственная стратегия со штангой получила преимущества от стратегии Дэна со штангой. Сообщение в блоге, которое я написал как «подстановочный знак» — во время одной из моих недель нужды — побудило Дэна связаться со мной. Я сотрудничал с ним в приложении для повышения производительности.Мы продали его Google. Эта запись в блоге также привела к написанию моей третьей книги « Управление разумом, а не управление временем ». (Нет, это не предвзятость выживших.)

Вот краткое изложение вашей книги

Черный лебедь !

Надеюсь, вы нашли это краткое изложение книги Черный лебедь полезным и понятным. Поначалу сочинения Талеба могут сбивать с толку и даже отталкивать, но если вы потратите время на то, чтобы понять его идеи, они помогут вам ориентироваться в неопределенном мире и находить прорывные возможности.

Очень рекомендую Черный лебедь . Это одна из моих любимых книг.

Управление разумом, а не управление временем уже доступно!

После почти десятилетия работы Управление разумом, а не управление временем теперь доступно! Эта книга покажет вам, как управлять своей умственной энергией, чтобы быть продуктивным, когда творчество имеет значение. Купить сейчас!

My Weekly Newsletter: Love Mondays

Каждую неделю начинайте с дозы вдохновения, которая поможет вам сделать ее творческой.Зарегистрируйтесь по адресу: kadavy.net/mondays

Listener Showcase

Эбби Стоддард составляет приложение Dunnit — «список уже сделанного». Это минималистичный инструмент, предназначенный для мотивации к действию и формирования здоровых привычек.

Поддержи шоу

Вкладывай деньги туда, куда думаешь. Patreon позволяет вам поддерживать независимых авторов, таких как я. Получите ранний доступ, бонусный контент и другие привилегии. Поддержите сейчас на Patreon »

Подпишитесь на

Любите свою работу

Слушайте подкаст

Музыкальная тема: Дорена «В море», из альбома Обо всем и многом другом .По договоренности с Deep Elm Records. Listen on Spotify »

Этот пост находится в рубрике Best-of, Love Your Work Podcast.

Второе издание в Apple Books

Самая влиятельная книга за последние семьдесят пять лет: новаторское исследование всего, что мы знаем о том, чего мы не знаем, теперь с новым разделом под названием «Надежность и хрупкость».

Черный лебедь — крайне маловероятное событие с тремя основными характеристиками: непредсказуемость; он несет массивное воздействие; и, постфактум, мы придумываем объяснение, которое делает его менее случайным и более предсказуемым, чем оно было на самом деле.Удивительный успех Google был черным лебедем; так было 9/11. Для Нассима Николаса Талеба черные лебеди лежат в основе почти всего в нашем мире, от возникновения религий до событий в нашей личной жизни.
 
Почему мы не признаем феномен черных лебедей до тех пор, пока они не появятся? Часть ответа, по словам Талеба, заключается в том, что люди запрограммированы на изучение специфики, когда им следует сосредоточиться на общих чертах. Мы концентрируемся на вещах, которые уже знаем, и снова и снова не принимаем во внимание то, чего не знаем.Поэтому мы неспособны по-настоящему оценить возможности, слишком уязвимы для стремления упрощать, рассказывать и классифицировать и недостаточно открыты для вознаграждения тех, кто может представить себе «невозможное».
 
В течение многих лет Талеб изучал, как мы обманываем себя, думая, что знаем больше, чем на самом деле. Мы ограничиваем свое мышление неуместным и несущественным, в то время как крупные события продолжают удивлять нас и формировать наш мир. В этой откровенной книге Талеб изменит ваш взгляд на мир, а во втором издании представлено новое философское и эмпирическое эссе «О прочности и хрупкости», которое предлагает инструменты для навигации и использования мира Черного лебедя.

Талеб — очень занимательный писатель, остроумный, непочтительный и рассказывающий необычные истории. Он разносторонне владеет предметами, начиная от когнитивистики и заканчивая бизнесом и теорией вероятностей.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.