Джеймс джойс портрет художника в юности: Портрет художника в юности

Содержание

«Портрет художника в юности» за 10 минут. Краткое содержание романа Джойса

Стивен Дедал вспоминает, как в детстве отец рассказывал ему сказку про мальчика Бу-бу и корову Му-му, как мама играла ему на рояле матросский танец, а он плясал. В школе в приготовительном классе Стивен — один из лучших учеников. Детей удивляет его странное имя, третьеклассник Уэллс часто дразнит его, а однажды даже сталкивает в очко уборной за то, что Стивен не захотел обменять свою маленькую табакерку на его игральную кость, которой он сорок раз выиграл в бабки. Стивен считает дни до рождественских каникул, когда он поедет домой. Он вспоминает, как в его семье спорили о Парнелле — папа и мистер Кейси считали его героем, Дэнти осуждала, а мама и дядя Чарльз не были ни на какой стороне. Это называлось политикой. Стивен не совсем понимает, что такое политика, и не знает, где кончается вселенная, поэтому он чувствует себя маленьким и слабым. Иезуитский колледж Клонгоуз, где учится Стивен, — привилегированное учебное заведение, и Стивену кажется, что почти у всех мальчиков отцы — мировые судьи. Стивен заболел, и его поместили в лазарет. Он представляет себе, как он умрёт и как его будут хоронить, а Уэллс пожалеет, что столкнул его в очко уборной. Потом Стивен представляет себе, как в Дублин привезли из Англии тело Парнелла. На рождественские каникулы Стивен приезжает домой и впервые сидит во время рождественского обеда за одним столом со взрослыми, в то время как его младшие братья и сестры находятся в детской. За столом взрослые спорят о религии и о Парнелле. Мистер Кейси рассказывает, как плюнул прямо в глаз старухе, посмевшей назвать возлюбленную Парнелла грубым словом. Дэнти считает Парнелла вероотступником и прелюбодеем и горячо защищает официальную церковь. «Бог, нравственность и религия превыше всего!» — кричит она мистеру Кейси. «Если так, не надо Ирландии Бога!» — восклицает мистер Кейси.

Продолжение после рекламы:

Несколько мальчиков сбежали из колледжа, но их поймали. Ученики обсуждают новость. Никто точно не знает, из-за чего они убежали, об этом ходят самые разные слухи. Стивен пытается представить себе, что же совершили мальчики, чтобы им пришлось бежать. Он разбил очки и не может писать, за это инспектор обозвал его ленивым маленьким бездельником и больно отхлестал по пальцам линейкой. Товарищи уговаривают его пойти пожаловаться ректору. Ректор убеждает Стивена, что произошло недоразумение, и обещает поговорить с инспектором.

Стивен понимает, что у отца неприятности. Его забирают из Клонгоуза. Семья переезжает из Блэкрока в Дублин. В Харольдкроссе устраивают детский вечер. После вечера Стивен идёт к конке вместе с нравящейся ему девушкой и мечтает прикоснуться к ней, но не решается. На следующий день он пишет стихи и посвящает их ей. Однажды отец сообщает, что виделся с ректором Клонгоузского колледжа, и тот обещал устроить Стивена в иезуитский колледж Бельведер, Стивен вспоминает школьный спектакль в Бельведере под Духов день. Это было через два года после детского вечера в Харольд-кроссе. Он весь день представлял себе, как снова встретится с той девушкой. Приятели Стивена подшучивают над ним, но им не удаётся вывести его из равновесия. Стивен не доверяет исступлённым чувствам, они кажутся ему неестественными. Он чувствует себя счастливым, только когда остаётся один или среди своих призрачных друзей. После спектакля Стивен видит своих домашних, но не встречает нравящуюся ему девушку, которую так надеялся увидеть. Он сломя голову бежит в горы. Уязвлённая гордость, растоптанная надежда и обманутое желание обволакивают его своим дурманом, но постепенно он успокаивается и идёт обратно. Стивен едет с отцом в Корк, где прошла молодость отца. Отец разорён, его имущество будет продано с аукциона, Стивен воспринимает это как грубое посягательство мира на его мечты. Стивен чувствует себя едва ли не старше отца: он не ощущает в себе ни радости дружеского общения, ни силы здоровья, ни биения жизни, которые когда-то так полно ощущали отец и его друзья. Его детство кончилось, и он утратил способность радоваться простым человеческим радостям.

Брифли существует благодаря рекламе:

Стивен — стипендиат и первый ученик в Бельведере. Получив стипендию и премию за письменную работу, он ведёт всю семью обедать в ресторан, потом тратит деньги без счету на развлечения и удовольствия, но деньги быстро кончаются, и семья возвращается к обычному образу жизни. Стивену шестнадцать лет. Плотские желания полностью подчиняют себе воображение Стивена. Он жаждет близости с женщиной. Однажды он случайно забредает в квартал, где много публичных домов, и проводит ночь с проституткой. Благочестие покинуло Стивена: грех его столь велик, что его не искупить лицемерным поклонением Всевидящему и Всезнающему. Стивен становится старостой братства Пресвятой Девы Марии в колледже: «Грех, отвернувший от него лик Господень, невольно приблизил его к заступнице всех грешников». Если порой его охватывало желание встать со своего почётного места, покаяться перед всеми и покинуть церковь, то одного взгляда на окружавшие его лица было достаточно, чтобы подавить этот порыв. Ректор объявляет, что скоро начнутся духовные упражнения в память святого Франциска Ксаверия, патрона колледжа, которые продлятся три дня, после чего все воспитанники колледжа пойдут к исповеди. Слушая проповеди, Стивен все острее чувствует свою порочность, все больше стыдится своей испорченности. Он кается в душе и жаждет искупить своё позорное прошлое. Он должен исповедаться в своих грехах, но не решается сделать это в школьной церкви. Ему стыдно рассказывать о своих грехах духовнику. Во сне его мучают кошмары, преследуют адские видения. Стивен отправляется бродить по темным улицам, в какой-то момент он спрашивает, где ближайшая церковь, и спешит туда. Он молится, исповедуется старику священнику и даёт обет навсегда отречься от греха блуда. Стивен уходит из церкви, чувствуя, как «невидимая благодать окутывает и наполняет лёгкостью все его тело». Он начинает новую жизнь.

Продолжение после рекламы:

Повседневная жизнь Стивена складывается из различных подвигов благочестия. Он стремится непрестанными самоистязаниями искупить греховное прошлое. Ректор вызывает его к себе и спрашивает, чувствует ли Стивен в себе истинное призвание. Он предлагает ему вступить в орден. Это большая честь, её удостаиваются немногие. Он должен подумать. Прощаясь с ректором, Стивен замечает на его лице безрадостное отражение угасающего дня и медленно отнимает свою «руку, которая только что робко признала их духовный союз». В его памяти встают угрюмые картины жизни колледжа. В ордене его ожидает серая, размеренная жизнь. Он решает отказаться. Его удел — избегать всяческих общественных и религиозных уз.

Стивен смотрит на море, на стоящую перед ним в ручье девушку, и чувство земной радости переполняет его.

Стивен — студент университета. Семья его живёт в нищете, отец пьёт. Стивен читает Аристотеля, Фому Аквинского, а также Ньюмена, Ибсена, Гвидо Кавальканти, елизаветинцев. Он часто пропускает занятия, бродит по улицам, в голове его сами собой складываются стихи. Мысли его переходят от желтеющего плюща к жёлтой слоновой кости, к латинской грамматике, где он впервые встретил слово ebur (слоновая кость), к римской истории… «Ему было горько сознавать, что он навсегда останется только робким гостем на празднике мировой культуры». Опоздав на занятия, Стивен в аудитории беседует со священником, разжигающим камин. Стивен вдруг остро чувствует, что английский язык, родной для священника, для него, Стивена, всего лишь благоприобретённый, близкий и чужой разом. В университете собирают подписи под призывом Николая II к установлению «вечного мира». Стивенс отказывается поставить свою подпись. Его друзья Крэнли и Дейвин подписывают документ, осуждая Стивена за то, что он от всего в стороне. Стивен хочет избежать сетей национальности, религии, языка. Он размышляет о сострадании, о страхе. Он пытается объяснить товарищам свои воззрения на искусство. По его мнению, «искусство — это способность человека к рациональному или чувственному восприятию предмета с эстетической целью». Стивен рассуждает о зарождении эстетического образа в воображении художника. Ему близок термин Луиджи Гальвани — заворожённость сердца. Ночью в полусне Стивен сочиняет любовные стихи, записывает их, чтобы не забыть. Нравящаяся ему девушка — член Гэльской лиги, ратующей за возрождение ирландского языка. Увидев её кокетничающей со священником, Стивен перестаёт посещать занятия лиги. Но сейчас ему кажется, что он несправедлив к ней. Десять лет назад он уже посвящал ей стихи после совместной езды на конке. Теперь он снова думает о ней, но эти, новые стихи он ей тоже не посылает. Стивен вспоминает скандал, разразившийся на премьере пьесы Йейтса «Графиня Кетлин», злобные выкрики ирландских националистов, обвинявших автора в искажении национального характера. Стивен окончательно отходит от религии, но Крэнли замечает, что, несмотря на это, он насквозь пропитан религией. Стивен не хочет причащаться на Пасху и из-за этого ссорится со своей набожной матерью. Крэнли уговаривает его не доставлять матери лишних огорчений и поступить так, как ей хочется, но Стивен не соглашается. Стивен хочет уехать. «Куда?» — спрашивает Крэнли. «Куда удастся», — отвечает Стивен. Он не будет служить тому, во что больше не верит, даже если это его семья, родина или церковь. Он будет стараться выразить себя в той или иной форме жизни или искусства так полно и свободно, как может, защищаясь лишь тем оружием, которое считает для себя возможным — молчанием, изгнанием и хитроумием. Он не боится остаться один или быть отвергнутым ради кого-то другого. И он не боится совершить ошибку, даже великую ошибку.

Случайно в толпе Стивен встречает нравящуюся ему девушку. Она спрашивает, пишет ли Стивен стихи. «О ком?» — спрашивает Стивен. Девушка смущается, Стивену становится её жаль, и он чувствует себя подлецом. Поэтому быстро переводит разговор на другую тему и рассказывает о своих планах. Они прощаются. Через несколько дней Стивен уезжает.

Читать «Портрет художника в юности» — Джойс Джеймс — Страница 1

Джеймс Джойс

Портрет художника в юности

Et ignotas animum dimittit in artes.

Ovid, Metamorphoses, VIII,18[1]

1

Однажды, давным-давно, в старое доброе время, шла по дороге коровушка Му-му, шла и шла и встретила на дороге хорошенького-прехорошенького мальчика, а звали его Бу-бу…[2]

Папа рассказывал ему эту сказку, папа смотрел на него через стеклышко. У него было волосатое лицо.

Он был мальчик Бу-бу. Му-му шла по дороге, где жила Бетти Берн[3]: она продавала лимонные леденцы.

О, цветы дикой розы

На зеленом лугу.[4]

Он пел эту песню. Это была его песня.

О, таритатам лозы…

Когда намочишь в постельку, сначала делается горячо, а потом холодно. Мама подкладывает клеенку. От нее такой чудной запах.

От мамы пахнет приятнее, чем от папы. Она играет ему на рояле матросский танец, чтобы он плясал. Он плясал:

Тра-ля-ля, ля-ля.

Тра-ля-ля, тра-ля-ля-ди.

Тра-ля-ля, ля-ля.

Тра-ля-ля, ля-ля.

Дядя Чарльз и Дэнти[5] хлопали в ладоши. Они старее папы и мамы, но дядя Чарльз еще старее Дэнти.

У Дэнти в шкафу две щетки. Щетка с коричневой бархатной спинкой в честь Майкла Дэвитта, а щетка с зеленой бархатной спинкой в честь Парнелла. Дэнти давала ему мятный леденец всякий раз, когда он приносил ей бумажную салфетку.

Вэнсы жили в доме семь. У них другие папы и мамы. Это папа и мама Эйлин[6]. Когда они вырастут большие, он женится на Эйлин. Он спрятался под стол. Мама сказала:

— Проси прощенья, Стивен.

Дэнти сказала:

— А не попросишь, прилетит орел и выклюет тебе глаза.

И выклюет тебе глаза,

Проси прощенья, егоза,

Проси прощенья, егоза,

И выклюет тебе глаза.

Проси прощенья, егоза,

И выклюет тебе глаза,

И выклюет тебе глаза,

Проси прощенья, егоза.

*

На больших спортивных площадках толпились мальчики. Все кричали, и воспитатели их громко подбадривали. Вечерний воздух был бледный и прохладный, и после каждой атаки и удара футболистов лоснящийся кожаный шар, как тяжелая птица, взлетал в сером свете. Он топтался в самом хвосте своей команды, подальше от воспитателя, подальше от грубых ног, и время от времени делал вид, что бегает. Он чувствовал себя маленьким и слабым среди толпы играющих[7], и глаза у него были слабые и слезились. Роди Кикем не такой: он будет капитаном третьей команды, говорили мальчики.

Роди Кикем хороший мальчик, а Вонючка Роуч — противный. У Роди Кикема щитки для ног в шкафу в раздевалке и корзинка со сладостями в столовой. У Вонючки Роуча огромные руки. Он говорит, что постный пудинг — это месиво в жиже. А как-то раз он спросил:

— Как тебя зовут?

Стивен ответил:

— Стивен Дедал.

А Вонючка Роуч сказал:

— Что это за имя?

И когда Стивен не нашелся, что ответить, Вонючка Роуч спросил:

— Кто твой отец?

Стивен ответил:

— Джентльмен.

Тогда Вонючка Роуч спросил:

— А он не мировой судья?

Он топтался в самом хвосте своей команды, делая иногда короткие перебежки. Руки его посинели от холода. Он засунул их в боковые карманы своей серой подпоясанной куртки. Пояс — это такая штука над карманами. А вот в драке о тех, кто победил, говорят: за пояс заткнул.

Как-то один мальчик сказал Кэнтуэллу:

— Я бы тебя мигом за пояс заткнул.

А Кэнтуэлл ответил:

— Поди тягайся с кем-нибудь еще. Попробуй-ка Сесила Сандера[8] за пояс заткнуть. Я посмотрю, как он тебе даст под зад.

Так некрасиво выражаться. Мама сказала, чтобы он не водился с грубыми мальчиками в колледже. Мама такая красивая. В первый день в приемной замка[9] она, когда прощалась с ним, слегка подняла свою вуаль, чтобы поцеловать его, и нос и глаза у нее были красные.

Но он притворился, будто не замечает, что она сейчас расплачется. Мама красивая, но когда она плачет, она уже не такая красивая. А папа дал ему два пятишиллинговика — пусть у него будут карманные деньги. И папа сказал, чтобы он написал домой, если ему что-нибудь понадобится, и чтобы он ни в коем случае не ябедничал на товарищей. Потом у двери ректор пожал руки папе и маме, и сутана его развевалась на ветру, а коляска с папой и мамой стала отъезжать. Они махали руками и кричали ему из коляски:

— Прощай, Стивен, прощай.

— Прощай, Стивен, прощай.

Вокруг него началась свалка из-за мяча, и, страшась этих горящих глаз и грязных башмаков, он нагнулся и стал смотреть мальчикам под ноги. Они дрались, пыхтели, и ноги их топали, толкались и брыкались. Потом желтые ботинки Джека Лотена наподдали мяч и все другие ботинки и ноги ринулись за ним. Он пробежал немножко и остановился. Не стоило бежать. Скоро все поедут домой. После ужина, в классе, он переправит число, приклеенное у него в парте, с семидесяти семи на семьдесят шесть.

Лучше бы сейчас быть в классе, чем здесь, на холоде. Небо бледное и холодное, а в главном здании, в замке, огни. Он думал, из какого окна Гамильтон Роуэн бросил свою шляпу на изгородь[10] и были ли тогда цветочные клумбы под окнами. Однажды, когда он был в замке, тамошний служитель показал ему следы солдатских пуль на двери и дал ореховый сухарик, какие едят в общине. Как хорошо и тепло смотреть на огни в замке. Совсем как в книжке. Может быть, Лестерское аббатство было такое. А какие хорошие фразы были в учебнике д-ра Корнуэлла. Они похожи на стихи, но это только примеры, чтобы научиться писать правильно:

Уолси умер в Лестерском аббатстве,

Где погребли его аббаты,

Растения съедают черви,

Животных съедает рак.

Хорошо бы лежать сейчас на коврике у камина, подперев голову руками, и думать про себя об этих фразах. Он вздрогнул, будто по телу пробежала холодная липкая вода. Подло было со стороны Уэллса столкнуть его в очко уборной за то, что он не захотел обменять свою маленькую табакерку на игральную кость, которой Уэллс выиграл сорок раз в бабки. Какая холодная и липкая была вода![11] А один мальчик раз видел, как большая крыса прыгнула в жижу. Мама с Дэнти сидели у камина и дожидались, когда Бриджет подаст чай. Мама поставила ноги на решетку, и ее вышитые бисером ночные туфли нагрелись, и от них так хорошо и тепло пахло. Дэнти знала массу всяких вещей. Она учила его, где находится Мозамбикский пролив, и какая самая длинная река в Америке, и как называется самая высокая гора на Луне. Отец Арнолл[12] знает больше, чем Дэнти, потому что он священник, но папа и дядя Чарльз оба говорили, что Дэнти умная и начитанная женщина. А иногда Дэнти делала такой звук после обеда и подносила руку ко рту: это была отрыжка.

Джеймс Джойс «Портрет художника в юности»

«Портрет художника в юности» — одно из самых значимых произведений литературы XX века. Такой статус обусловлен новаторством автора: сменой акцента художественного произведения с внешнего на внутренний мир главного героя. Разумеется, ничего однозначно нового не существует, и предшественники Джойса тоже прощупывали ранимую ткань человеческой души, но именно он впервые сменил полярность настолько, что создал целый роман, где окружение играет второстепенную роль, а фокус смещён на переживания протагониста, его становление, связанные с этим трудности и смятения.

Персонажами здесь в равной степени можно назвать как обычных людей, так и влияющие на мировоззрение и чувственные фибры героя явления: религию, политику, семью, дружбу — как в частных, так и наиболее общих представлениях этих понятий. Любую из двух реальностей — к слову, неразрывно связанных — автор представляет во всей полноте, с убедительными подробностями, присущими перу Джойса. Детали едва заметно очерчивают человека или идею, внезапно вырисовывая их во всей полноте за счёт верно подобранных характерных мелочей.

И всё же, не смотря на это, как уже было сказано, «Портрет художника в юности» — это книга не об эпохе, не столкновении убеждений, не о какой-то занятной ситуации, как то случалось до Джойса. Этот роман иной: он — проекция на страницы самого автора, что роднит данное произведение с «Даром» Набокова. Параллель чёткая: писатель так же последовательными штрихами врисовывает свою сущность в текст, благодаря чему читатель может нить за нитью смотать обратно клубок его личность.

Такое представление себя, как структуры описывается в самом романе, где красота, по мнению главного героя романа, формируется из трёх составляющих: отделённости от остального мира, внутренней гармонии, предполагающей восприятие раннее целостного объекта, как совокупности элементов, и третьего фактора, чья природа в произведении не представлена однозначно. Из этого следует, что писатель, чтобы познать самого себя, вынужден сначала осознаться как единое, не связанное с окружением явление, а потом, пусть и умозрительно, рассредоточить нутро, жизнь, взгляды и убеждения до примитивных элементов, чтобы, рассмотрев их взаимодействие, найти в себе природу прекрасного и, возможно, выйти к завершающему третьему фактору красоты — свету Божественного.

Следуя этой задаче, Джойс перепросматривает в романе собственную жизнь, поскольку главный герой, Стивен Дедал — это фантом самого автора, один из его литературных двойников, позволяющих взглянуть на себя не столько со стороны, сколько изнутри, пройти через опыт минувшего, используя при этом холодный анализ и художественное чутьё, способное проследить в веренице хаотичных событий чёткую последовательность, ведущую к глобальной, высшей цели, сверхзадаче, вопрос о коей, по всей видимости, в равной степени мучил как протагониста, так и его создателя.

Возвращаясь к параллели с «Даром», нельзя не признать, что Джойс справился с романом в разы лучше Набокова: если опустить вопросы стиля, который у каждого автора на высоте, то «Портрет художника в юности» намного динамичней, благодаря чему он не оставляет возможности читателю заскучать, а по информативной насыщенности и количеству поднятых тем он сильно превосходит своего молодого собрата. Автору удаётся провести читателя через целую жизнь, расставляя акценты, делая остановки, выбирая главное и совершенно не создавая впечатление «беглости» повествования.

Так что же происходит в этом романе? О чём он? Сюжет незамысловат: мальчик, учащийся в религиозном учреждении, взращенный на догматах о всесилии Бога, безграничности Его любви и непоколебимости авторитета священнослужителей, раз за разом испытывает сокрушительные удары по вере. Не малый вклад в это вносят и сами преподаватели, да и дома далеко не всё в порядке: актуальный в те годы конфликт религиозных партий не оставил в стороне и церковь, принявшую позицию, противоположную той, что избрал отец главного героя. Как следствие, в семье, где мать очень набожна, возникают конфликты политики и религии. Мировоззрение сына даёт трещину, всё разрастающуюся по мере взросления. А впереди ждут новые испытания: семейные проблемы, искушения, споры на религиозные и искусствоведческие темы.

В итоге подобных событий, Стивен Дедал отказывается от сана, вырастает в очень эрудированного образованного молодого человека, имеющего все шансы на успех в любой деятельности, но вот проблема: из-за падения всех авторитетов, он не знает, чего хочет от жизни, к чему стремиться, внутренние конфликты изъедают душу, в связи с чем он даже не способен ответить на простой вопрос о своих религиозных взглядах. Герой Джойса способен пошатнуть и разбить в пух и прах любую теорию, убеждение, мировоззрение, но это — один из главных источников несчастья, его сила и главная слабость. В своей свободе юноша одинок, не понят, не признан. Он понимает, что мир внешний давно прогнил и только тяготит душу, жаждущую свершений и хоть каких-то ориентиров в жизни, что толкает Стивена на решительный поступок — навсегда покинуть родину.

Очевидна связь всех описанных событий с биографией Джойса. Прежде автор уже делал попытку изложить её в незаконченном романе «Герой Стивен», но только в «Потрете художника в юности» достиг поставленной цели. Это произведение не похоже на его раннюю прозу. Топорный неуклюжий язык «Дублинцов» теряется перед художественной мощью, яркостью описаний, точностью сравнений и обтекаемости языка этого творения. Данная книга демонстрирует, что Джойс мог и умел писать прозрачные литературные вещи, и сложность следующей его работы, «Улисс», намеренная, а не от неумения изъясняться понятней. К слову, один роман продолжает предыдущий, заимствует персонажей, но вовсе не является сюжетно связанным. И хотя чтение «Портрета художника в юности» ответит на некоторые вопросы читателей главного сочинения автора, нет никакой необходимости предварять «Улисса» этим романом или «Дублинцами».

Таким образом, «Портрет художника в юности» — сильная, яркая, новаторская работа, заслуживающая высокой оценки и читательского внимания.

Книга Портрет художника в юности читать онлайн Джеймс Джойс

Джеймс Джойс. Портрет художника в юности

 

Et ignotas animum dimittit in artes.

Ovid, Metamorphoses , VIII,18

 

1

 

Однажды, давным-давно, в старое доброе время, шла по дороге коровушка Му-му, шла и шла и встретила на дороге хорошенького-прехорошенького мальчика, а звали его Бу-бу…

Папа рассказывал ему эту сказку, папа смотрел на него через стеклышко. У него было волосатое лицо.

Он был мальчик Бу-бу. Му-му шла по дороге, где жила Бетти Берн: она продавала лимонные леденцы.

 

О, цветы дикой розы

На зеленом лугу.

 

Он пел эту песню. Это была его песня.

 

О, таритатам лозы…

 

Когда намочишь в постельку, сначала делается горячо, а потом холодно. Мама подкладывает клеенку. От нее такой чудной запах.

От мамы пахнет приятнее, чем от папы. Она играет ему на рояле матросский танец, чтобы он плясал. Он плясал:

 

Тра-ля-ля, ля-ля.

Тра-ля-ля, тра-ля-ля-ди.

Тра-ля-ля, ля-ля.

Тра-ля-ля, ля-ля.

 

Дядя Чарльз и Дэнти хлопали в ладоши. Они старее папы и мамы, но дядя Чарльз еще старее Дэнти.

У Дэнти в шкафу две щетки. Щетка с коричневой бархатной спинкой в честь Майкла Дэвитта, а щетка с зеленой бархатной спинкой в честь Парнелла. Дэнти давала ему мятный леденец всякий раз, когда он приносил ей бумажную салфетку.

Вэнсы жили в доме семь. У них другие папы и мамы. Это папа и мама Эйлин. Когда они вырастут большие, он женится на Эйлин. Он спрятался под стол. Мама сказала:

– Проси прощенья, Стивен.

Дэнти сказала:

– А не попросишь, прилетит орел и выклюет тебе глаза.

 

И выклюет тебе глаза,

Проси прощенья, егоза,

Проси прощенья, егоза,

И выклюет тебе глаза.

 

Проси прощенья, егоза,

И выклюет тебе глаза,

И выклюет тебе глаза,

Проси прощенья, егоза.

 

 

*

 

На больших спортивных площадках толпились мальчики. Все кричали, и воспитатели их громко подбадривали. Вечерний воздух был бледный и прохладный, и после каждой атаки и удара футболистов лоснящийся кожаный шар, как тяжелая птица, взлетал в сером свете. Он топтался в самом хвосте своей команды, подальше от воспитателя, подальше от грубых ног, и время от времени делал вид, что бегает. Он чувствовал себя маленьким и слабым среди толпы играющих, и глаза у него были слабые и слезились. Роди Кикем не такой: он будет капитаном третьей команды, говорили мальчики.

Роди Кикем хороший мальчик, а Вонючка Роуч – противный. У Роди Кикема щитки для ног в шкафу в раздевалке и корзинка со сладостями в столовой. У Вонючки Роуча огромные руки. Он говорит, что постный пудинг – это месиво в жиже. А как-то раз он спросил:

– Как тебя зовут?

Стивен ответил:

– Стивен Дедал.

А Вонючка Роуч сказал:

– Что это за имя?

И когда Стивен не нашелся, что ответить, Вонючка Роуч спросил:

– Кто твой отец?

Стивен ответил:

– Джентльмен.

Тогда Вонючка Роуч спросил:

– А он не мировой судья?

Он топтался в самом хвосте своей команды, делая иногда короткие перебежки. Руки его посинели от холода. Он засунул их в боковые карманы своей серой подпоясанной куртки. Пояс – это такая штука над карманами. А вот в драке о тех, кто победил, говорят: за пояс заткнул.

Как-то один мальчик сказал Кэнтуэллу:

– Я бы тебя мигом за пояс заткнул.

А Кэнтуэлл ответил:

– Поди тягайся с кем-нибудь еще. Попробуй-ка Сесила Сандераза пояс заткнуть. Я посмотрю, как он тебе даст под зад.

Так некрасиво выражаться. Мама сказала, чтобы он не водился с грубыми мальчиками в колледже.

Ирландская история в романе Джеймса Джойса «Портрет художника в юности

Ирландская история ХХ века началась с «Ирландского Литературного Возрождения (the Irish Literary Revival), за которым на Пасху 1916 г. последовала военная революция (the military revolution of Easter 1916)»1. К.К. О’Брайен в своей работе «The Shaping of Modern Ireland» характеризует этот период «как некий сгиб (crease) во времени между цепью восстаний (the Rising) и одиноким, загадочным возвышением Парнелла»2. Джеймс Джойс осознавал значимость своего вклада в социальную и культурную жизнь того времени. На протяжении всей своей жизни он боролся с ловушками национализма, религии и языка, как с блокирующими факторами единения Ирландии и интеллектуального общества Европы3. Джеймс Джойс родился в столице Ирландии – Дублине. Период детства и отрочества писателя пришелся на борьбу за независимость от Англии. Освободительное движение, называвшееся «Ирландское Возрождение», не было единым по своему характеру. Лидером радикальных сторонников самоуправления Ирландии, боровшихся за ее свободу, был Ч.С. Парнелл, в котором английские власти видели своего главного противника. Было сделано многое, чтобы убрать Парнелла с политической арены. Помощником англичан оказалась официальная католическая церковь, отлучившая Парнелла за его связь с замужней женщиной. В результате чего Парнелл был затравлен и умер в 1891 году. С его смертью поникла и надежда Ирландии на освобождение. Политические конфликты переплетались в жизни Ирландии с религиозными: не утихала борьба протестантов с католиками. В семье Джойса этот конфликт был причиной споров и ссор между родителями. Отец Джойса – сторонник Парнелла, дядя писателя был связан с революционерами-повстанцами, а мать была ревностной католичкой и не разделяла убеждений его отца. Именно она настояла на определении Джойса в иезуитский колледж, однако сам писатель отказался от предложения принять духовный сан и ко времени окончания университетского курса Джойс решает распрощаться с религией. Он решает посвятить себя искусству и перед ним встает вопрос, связанный с необходимостью определить свое отношение к сложившемуся в стране движению Ирландского Литературного Возрождения. Участники движения стремились к возрождению и развитию национальной культуры, однако Джойс связывал судьбу ирландской культуры не только с ее прошлым, но и с необходимостью приобщения к европейской культуре. В 1902 году писатель уезжает в Париж, возвращается в Дублин в связи со смертью матери, встречает любовь всей своей жизни – Нору Барнакл, а в 1904 году начинает писать автобиографический роман «Портрет художника в юности» (A Portrait of the Aras a Young Man, 1916).

В 1905 году Джойс заканчивает сборник рассказов «Дублинцы», однако издает его только в 1914 году, а спустя два года выходит первый его роман «Портрет художника в юности». В то же время Джойс уже приступил к работе над «Улиссом», который содержит огромное количество новаторских идей, а с выходом последнего романа «Поминки по Финнегану», все внимание исследователей устремляется к позднему творчеству писателя, и «Портрет» отодвигается на второй план. В сформировавшейся литературоведческой традиции ранние романы Джойса часто относят к реалистической литературе, а поздние – к литературе модернизма. Однако мы не можем связывать «Портрет художника в юности» и сборник «Дублинцы» только с реалистической традицией. В творчестве Джойса не происходит резких стилевых или тематических изменений. Наоборот, каждый этап его творчества сопровождается постепенным усложнением и развитием тех приемов, которые демонстрируются еще в ранних литературных опытах. Новаторство Джойса заключается в реконструкции мифа, в формировании нового отношения к слову, в использовании техники «потока сознания» для изображения внутреннего мира человека – эти особенности письма Джойса, постепенно развиваясь, тянутся из одного произведения в другое.

Как уже было сказано ранее, начало ХХ века характеризуется активным движением Ирландского Возрождения, одним из основных деятелей которого был У.Б. Йейтс. «Критикуя издержки этого сложнейшего движения, он [Джойс] оказался близок ему по сути: глядел на современную жизнь через мифы и, наоборот, в древних легендах видел отражение сегодняшнего дня»4.

Со смещением Парнелла с поста руководителя Ирландской Парламентской партии, а после и с его смертью, все население страны разбилось на два лагеря. Если обратиться к биографии Джойса, то можно проследить несколько параллелей с жизненным путем Стивена. Джойс родился в пригороде Дублина, его отец разорился, писатель учился сначала в иезуитском Клонгоуз Вуд колледже, затем в Бельведере, а в итоге покинул Ирландию. Судьба Стивена позволяет нам сделать вывод о том, что в его взглядах, в том числе и в восприятии Дублина, отражаются личные взгляды Джойса.

Один из центральных эпизодов первой главы – эпизод с болезнью маленького Стивена связан с прибытием на корабле тела Парнелла на родину. «Толпа людей, собравшихся у кромки воды» это олицетворение скорбящей по своему вождю Ирландии, однако с образом Ирландии связан и образ Дэнти, на которой одежда национальных цветов страны и которая «гордо шествовала мимо людей»5 []. Это событие происходит в абстрактном пространстве, так как создано воображением героя и существует вне границы реальности. Так, национальная история становится сагой, мифом, завязанным на политике. Джойс не ждет момента, когда Стивен достигнет той стадии взросления, когда сможет обсуждать вопрос о Парнелле. Политика вторгается, «вламывается в быт» и детское сознание сталкивается с чем-то совсем не детским. Аналогичным является эпизод со спором о религии и о Парнелле на рождественском обеде. Празднование Рождества – это приобщение к небесному. В сознании Стивена полное радости, спокойствия, любви пространство дома противопоставляется враждебному пространству Клонгоуза: «Но Клонгоуз был сейчас далеко – <…> и от зеленого плюща и алого остролиста повсюду было так радостно <…>»6 [].

Рождественский стол у Дедалов содержит предметы национальной ирландской символики. Семейное пространство не замкнуто, оно включено в национальное пространство. Так, спор, который испортит рождественский обед, является проявлением не семейного, а политического конфликта. На глазах Стивена рушится идеальный праздничный домашний мир. Частное пространство квартиры обращается в публичное. Разобщенный мир Ирландии, как и разобщенный мир семьи героя не могут быть спасены ни верой, ни рождественским мифом. Дублин – это арена войны в мирное время; войны, которая захватывает детское сознание Стивена. С разрушением идиллического мира мечты меняется пространственная структура мира Клонгоуза. Прежде всего, в колледже выделились сакральные места (например, церковь) и социально-маркированные (кабинет ректора), которые повлияли на формирование понятия греха в сознании героя. А также характерно, что в каждом из упомянутых эпизодов герою приходится преодолевать определенные границы: сначала природные (болезнь и смерть), в эпизоде с рождественским обедом – семейные, а затем и социальные (культурно-осмысленная смерть). В данной главе происходит отдаление героя от природы и семьи, его дух обретает все большую свободу, а его мир, как и художественный мир Джойса, постепенно усложняется.

Тема Ирландии и ирландского народа прослеживается на протяжении всего романа, однако в последней главе она занимает особое место. В «Портрете» Дублин – центр политики, религии, всей ирландской жизни в целом. Все действие происходит в городском пространстве, которое принимает все основные характеристики национальной жизни. В разговоре со своим товарищем Давином Стивен яростно утверждает, что он не будет «расплачиваться за грехи» ирландского народа, однако при этом он все равно осознает себя, как часть этой национальной культуры, как ее порождение: «Этот народ, эта страна, эта жизнь породили меня»7. Стивен также понимает, что своим индивидуальным освобождением он, возможно, даст шанс на освобождение самой Ирландии, воссоздав самосознание своего народа в творчестве. Герой осознает, что его страна, его город находятся в рабском положении: «Когда душа человека рождается вот в этой стране, на нее набрасывают сети, чтобы не дать ей взлететь. Ты говоришь мне о национальности, языке, религии. Я постараюсь избежать этих сетей»8.Так пространство всей Ирландии в лице пространства Дублина содержит в себе два противоборствующих мира: мир хаоса, беспорядка, животных инстинктов и мир порядка, религии.

Дублин – хаотичное пространство, в котором царят животные инстинкты, и с этим пространством практически напрямую связан приятель Стивена – Давин. Давин – это воплощение народной ирландской жизни, «студент из крестьян», во взгляде которого Стивен замечает «страх, въевшийся в душу голодающей ирландской деревни» [563]. В образе Давина Джойс воплощает мифологическую часть прошлого Ирландии, «рабскую и тупую верность» [563] всего народа кельтским легендам.

В то время как Давин – воплощение грубой, материальной стороны жизни Ирландии, другой приятель Стивена – Крэнли – связан с миром католической церкви. Его образ – это образ мученика, отказавшегося от человеческих потребностей: его лицо, «страдающее, освещаемое улыбкой притворного терпения», голова «с черными жесткими волосами, торчащими надо лбом, словно железный венец»9, а «тягучесть его речи была эхом дублинских набережных, отражающимся в мрачной запустелой гавани, а ее энергия – эхом церковного красноречия Дублина»10. Так, Крэнли – это воплощение второй стороны Ирландии, духовной стороны, но лишенной творческой силы. Таким образом, разрыв с Крэнли – это окончательный разрыв с религией, воплощением которой он является.

Как утверждает Ричард Лехан в книге «The City in Literature: An Intellectual and Cultural History»: «Если два главных субъекта в современной литературе – это художник и город, то единственный главный субъект – это художник в городе, который является эстетическим сознанием (aesthetic consciousness) в толпе»11. Однако, заключительная фаза рождения Художника в «Портрете» – решение покинуть Ирландию, покинуть Дублин. Это решение, навеянное хаосом и беспечностью внешнего пространства, снова пробуждает в сознании Стивена мифологический образ Дедала, и герой погружается во внутреннее пространство.

Приняв новую веру, Стивен обретает независимость от внешнего мира, что проявляется в его готовности покинуть пределы Ирландии. Для героя этот отъезд – это возможность «выковать в кузне его души несотворенное сознание своего народа»12. Данный мотив играет одну из основных ролей в романе: таким образом, у Джойса намечается замысел, который только начинал зарождаться в «Дублинцах» и который писатель воплотит в «Улиссе», а именно, сотворить самосознание ирландского народа в своем произведении. Как считает М. Воллагер, «Джойсу нравилось верить, что Дублин может быть перестроен по страницам его романа»13. Однако, Джойс также считает, что жизнь ирландского народа не имеет никакого творческого основания, поэтому он создает свой собственный миф, полностью раскрытый уже в «Улиссе». Этот миф является порождением города, а так как основной город в творчестве Джойса – это Дублин, то мы можем утверждать о появлении дублинского мифа.

Библиография

Джойс Дж. Дублинцы. Портрет художника в юности. На англ. яз.. М.: «Прогресс», 1982. O’Brien C.C. The Shaping of Modern Ireland, ed. Connor Cruise O’Brien.London, 1960. Harding D. Writing the City: Urban Visions and Literary Modernism. London, 2003. Lehan R. The City in Literature: An Intellectual and Cultural History. Berkeley: University of California Press, 1998. Wollaeger Mark A. James Joyce’s A Portrait of the Artist as a Young Man: A Casebook. Oxford University Press, 2003.

Сноски

1 Harding D. Writing the City: Urban Visions and Literary Modernism. London, 2003. P. 19. 2 O’Brien C.C. The Shaping of Modern Ireland, ed. Connor Cruise O’Brien/London, 1960. P. 13. 3 Harding D. Writing the City: Urban Visions and Literary Modernism. P. 20.

4 Джойс Дж. Дублинцы. Портрет художника в юности. На англ. яз. М.: «Прогресс», 1982. С. 16.

5 Там же. С. 427. 6 Там же. С. 429.

7 Там же. С. 583. 8 Там же. С. 584. 9 Там же. С. 610.

10 Там же. С. 576. 11 Lehan R. The City in Literature: An Intellectual and Cultural History. Berkeley: University of California Press, 1998. P. 106. 12 Джойс Дж. Дублинцы. Портрет художника в юности. На англ. яз. С. 629. 13 Wollaeger Mark A. James Joyce’s A Portrait of the Artist as a Young Man: A Casebook Oxford University Press, 2003. Р. 15.

#5

Читая Джойса. 100 лет “Портрету художника в юности”.

Александр Генис: Наш АЧ завершит очередной выпуск авторской рубрики Парамонова “История чтения”. Сегодня мы с Борисом Михайловичем отмечаем 100-летие прославленного романа Джеймса Джойса “Портрет художника в юности”.

Борис Парамонов: «Портрет художника в юности» так же, как и первая книга Джойса — сборник рассказов «Дублинцы», существуют в тени «Улисса», как бы бледнеют в этом соседстве. Но перечитывая «Портрет» нельзя не заметить, что «Улисс» вырос из этого первого романа Джойса, он был его семенем. «Улисс» начался там, где кончился «Портрет». Уже в первой главе «Улисса» разбросаны намеки на это. Например, казалось бы ни с того ни с сего, появляется имя Крэнли. И в «Улиссе» он дальше не фигурирует. Но это как раз тот персонаж «Портрета», разговорами с которым кончается этот первый роман. И еще одна связь заметна — уже в порядке некоего парадокса, некоей насмешки, хулиганской выходки, если угодно. Это, прошу прощения, — вши, заползшие в первую главу «Улисса» из «Портрета художника в юности».

Александр Генис: Учитывая, что «Улисс» еще и стопроцентно хулиганское сочинение, этому особенно удивляться и не следует. Про Джойса говорили, что он пишет обо всем, но предпочитает то, что ниже пояса. Что уж тут вши.

Первое издание книги Джойса «Портрет художника в юности»

Борис Парамонов: Так это хулиганство началось в «Портрете». Они раза два или три там фигурируют, например, в самом его конце: «по его затылку ползла вошь». Кстати, это удивительно само по себе, а не только в плане литературных ассоциаций: всё-таки начало двадцатого века, успехи санитарии и гигиены в цивилизованных странах уже вполне ощутимы. Что же это — символ ирландской отсталости сравнительной или вообще метафора горькой ирландской бедняцкой судьбы?

В «Портрете» видны уже зачатки некоторых приемов «Улисса». Есть уже в нем страницы, на которых проступает склонность Джойса к некоей сюрреалистической игре. Например, в одном месте Стивен бросает взгляд на стену аудитории, где повесили свои рясы священники — преподаватели иезуитского колледжа, в котором он учится. И вот за рясами Стивену видятся сами преподаватели, и они вступают в какую-то инфернальную игру, бесовскую пляску. Я цитирую:

«Все они мчались, семеня ногами, спотыкаясь, кувыркаясь, выделывая антраша, подбирая рясы для чехарды, удерживая друг друга, трясясь от низкого, деланного хохота, шлепая друг друга по задницам, хихикая над своими грубыми проказами, называя друг друга фамильярными прозвищами, иногда вдруг обижаясь на какую-нибудь слишком уж грубую выходку, о чем-то шепчась и прикрывая рот ладонями».

Как хотите, Александр Александрович, а мне здесь видится зерно сюрреалистической главы «Улисса» — «Цирцея».

Александр Генис: Джойс опробовал приемы в ранней прозе. Говорят, что поэты никогда не забывают метафор, прозаики — тоже.

Борис Парамонов: Не только отдельные эпизоды и метафоры, но и тематически связь обоих романов устанавливается в первой главе “Улисса”. Как вы помните, там заходит речь о том, что Стивен оскорбил свою умирающую мать, отказавшись стать на колени и прочитать вместе с ней молитву. Но опять-таки сходной темой заканчивается “Портрет художника в юности” — разговор с этим самым Крэнли, когда Стивен говорит, что он отказался говеть на Страстной неделе и сообщил об этом матери.

Это одна из двух главных тем “Портрета” — становление художника Джойс видит как некий великий отказ, даже два отказа: от религии, разрыв с католической церковью, столь сильной в Ирландии и второе — от самой Ирландии. Художник, таким образом, у Джойса начинается с того, что разрывает самые важные связи. Но он не остается одиноким: это одиночество в присутствии языка. Это очень важная, всячески педалируемая тема “Портрета”.

В “Портрете” пять больших глав, и две последние об этом: о разрыве с церковью в четвертой и с самой Ирландией в пятой главе. Роман и кончается тем, что Стивен Дедалус собирается уезжать из Ирландии, как поступил сам Джойс.

Студенты-однокурсники Стивена упрекают его в том, что он не учит гэльского языка. Он отвечает:

«Мои предки перестали говорить на своем языке и переняли другой. Они дали кучке иноземцев поработить себя. Что ж, прикажешь мне расплачиваться моей жизнью, мной самим, за долги, в которые они влезли? … Не было еще ни одного честного и искреннего человека, отдавшего вам свою жизнь, свою молодость, свою любовь — со времен Тона и Парнелла — которого вы бы не предали, не бросили бы в час нужды, не облили бы помоями, которому вы бы не изменили. И ты мне предлагаешь стать одним из вас? Да идите вы к дьяволу!… Когда человеческая душа рождается в этой стране, на нее набрасывают сети, чтобы помешать ей взлететь. Не говори мне о народности, об языке, о религии. Я попытаюсь увильнуть от этих сетей».

И вот еще очень важное место: Стивен разговаривает со священником-англичанином, который принял католичество и перебрался из Англии в Ирландию.

«Язык, на котором мы говорим, был его языком, был его языком, прежде чем стал моим. Как по-разному звучат слова родина, Христос, пиво, учитель на его устах и на моих! Я не могу произносить или писать этих слов без внутренней тревоги. Его язык, столь мне близкий и столь чужой, останется для меня всегда языком благоприобретенным. Я не сотворил и не принял слов этого языка. И никогда они не станут вполне моими. Моя душа трепещет в тени этого языка».

Так может говорить только поэт, художник, у которого с языком особые, интимные отношения.

Александр Генис: Джойс говорил, что он отомстит английскому языку, заставив его говорить с ирландским акцентом.

Борис Парамонов: При этом мы должны помнить, что в сущности Стивен Дедалус и сам с детства говорит по-английски, строго говоря, это и его язык. Ему чужд не английский язык, а его носители-англичане, поработившие его Ирландию. И вот эту проблему он, так сказать, выводит за скобки: покидает и Ирландию, но и Англию. Вот это и есть жизнь поэта наедине с языком. Он, как евангельская Мария, избирает благую часть.

Вам, Александр Александрович, это ничего не напоминает из истории российской, русской словесности?

Александр Генис: Бродский, конечно, избравший “Часть речи”. Но Джойс отправился в добровольное изгнание. А ведь Бродский не по своей воле покинул Россию, его вынудили к этому власти.

Борис Парамонов: Но нужно вспомнить, что он так и не приехал в Россию, когда появилась возможность, — даже с кратким визитом.

Александр Генис: Шум был бы большой, Бродский этого явно не хотел. И потом — кто скажет, что русский язык Бродскому не родной?

Борис Парамонов: Во всяком случае могут сказать, что он сам не русский. Ну да, еврей, — но в интерпретации Цветаевой: «В сем христианнейшем из миров /Поэты — жиды».

Но как Бродскому никакими усилиями не приписать русофобии — так и Джойса не обвинить в отсутствии ирландского патриотизма. В «Портрете» есть одно изумительное место. Сокурсник Стивена Мэт Дэвин рассказывает ему приключившуюся с ним историю. Он шел один по глухой сельской местности, путь был далекий, он устал и, увидев свет в повстречавшейся избушке, постучал и попросил воды напиться. Молодая женщина, открывшая дверь, дала ему молока, а потом сказала, что она сейчас одна и не хочет ли он провести с ней ночь. Дэвин застеснялся и отказался. И Стивен видит символический смысл этой истории — видит в ней Ирландию.

«Она казалась ему символом ее и ее народа, душой подобной летучей мыши, пробуждающейся лишь в темноте, в скрытности, в одиночестве, душой, глазами, голосом и жестом бесхитростной женщины приглашающей странника разделить с ней ложе».

Александр Генис: Тут что-то платоновское есть, Андрея Платонова имею в виду. Не зря, мне всегда чудилось глубинное родство двух великих модернистов ХХ века.

Борис Парамонов: Да, и тут же ироническое снижение темы: Стивену, размышляющему об этой символике, грубая уличная девка-цветочница предлагает купить букетик. Он отказывается:

«Ты слышала, что я сказал? У меня нету денег. Поняла?

— Ну что ж, со временем, даст Бог, вы разбогатеете,- сказала девушка.

-Возможно,- сказал Стивен, — но мало вероятно».

Пойнт темы: Стивен Ирландии ничего не должен.

Александр Генис: Ну, сам-то Джойс щедро обогатил английский язык и литературу. И всё-таки его зовут ирландским писателем.

Борис Парамонов: Да, есть такое, что ли, требование политической корректности. Не знаю, что думал и говорил по этому поводу сам Джойс, но ирландцы в этом смысле народ очень требовательный. Я однажды в своем спорт-клубе, куда хожу главным образом из-за турецкой парной бани, разговорился с одним человеком, вернее он со мной. Он, сразу же определив иностранца, спросил, откуда я. Я рассказал ему кое-что из истории моего перемещения, а потом сказал: Ну а вы, я смотрю, не американец, а англичанин? — Я ирландец, сказал он с эмфазой, даже с некоторым негодованием.

Англичанина от американца отличить очень легко по произношению специфически британскому — и еще по одной черте: они до сих пор — мужчин имею в виду — делают старинные стрижки и причесываются по старинке — точь-в-точь тридцатые годы.

Александр Генис: И еще они пьют чай горячим, а не ледяным.

Борис Парамонов: Ну и из частных наблюдений: я на этот раз обнаружил в «Портрете» несколько мест, воспроизведенных Набоковым в романе «Дар».

Александр Генис: Набоков был страстным поклонником «Улисса» и студентов своих «Улиссом» мучил. Например, он предлагал им на пляже засунуть голову между ног и наблюдать мир перевернутым.

Борис Парамонов: Из «Портрета» он выудил список учеников Лолитиного класса. У Джойса в двух местах этот прием: список учеников того пансиона, в котором учится Стивен, в первой главе, и потом еще список монахов из Группы христианских братьев, экзотически звучащие имена: брат Хикки, брат Квэйд, брат Макардл, брат Кио. А одну подглавку из главы пятой вообще полностью перенес в «Дар» из «Портрета»: как Стивен, едва проснувшись и еще лежа в постели, сочиняет стихи, посвященные девушке по имени Эмми. Так и у Набокова Годунов-Чердынцев в таком же положении сочиняет свою полу-мнемозину и полу-мерцанье.

Александр Генис: Мы говорили о некоей параллели Джойса и Бродского в отношении писателя, художника слова к языку. А можно ли найти еще какие-нибудь параллели Джойсу в русской литературе? Вот мы недавно вспоминали, что принято говорить, будто Андрей Белый с его «Петербургом» похож на «Улисса».

Борис Парамонов: Да, так часто говорят, обсуждая тему литературно модернизма. Но есть в России писатель 19-го века, писатель-классик, похожий на Джойса своей судьбой, своим, так сказать, экзистенциальнм выбором: Гоголь, конечно. Ирландец Джойс, писавший по-английски, и украинец Гоголь, писавший по-русски. Тут много чего можно сказать, но это выходит уже за круг литературы. Лучше и не начинать.

Роман Джойса «Портрет художника в юности». booksonline.com.ua

Джойс широко известен как у себя на родине, так и во многих странах мира. Его имя было включено в список 100 кумиров и героев двадцатого века. В России был создан памятник Джеймсу Джойсу и поставлен на территории библиотеки иностранной литературы.

В автобиографической книге «Портрет художника в юности» отчетливо видна жизнь самого Джойса. Он описывает свое трудное детство, отношения со сверстниками в колледже и метания юности, написание любовных стихов, которые он так и не осмеливается отправить понравившейся девушке, его осмысление жизни, принятие религии и отречение от нее. Писатель рассказывает и о своей семье, которая разорилась и впала в бедность.

Биографическая справка о писателе

Один из самых известных писателей и поэтов XX века Джеймс Джойс (1882-1941) родился в Ирландии. Его семья была разорена и жила в бедности. Но, несмотря на неудачи в бизнесе, отец дал Джеймсу хорошее образование: он учился в колледжах и университете города Дублина.

В 18 лет написал эссе, которое опубликовали в дублинской газете. В 20 лет покинул родину и приехал во Францию, где выполнял различную работу и учителем, и журналистом. А через год приехал назад в Ирландию. Жил то в Цюрихе, то в Париже. Умер, оставив после себя 14 произведений, три из которых считаются шедеврами мировой литературы.

Его перу принадлежат книги:

Сюжет книги «Портрет художника в юности»

В романе рассказывается о взрослении мальчика Стивена Дедала, об учебе в школе, где его дразнили за имя и издевались. Во время учебы в колледже он часто вспоминает о доме — папины сказки и мамину игру на рояле. На рождество Стивен приезжает домой, и его сажают за стол со взрослыми, где все время спорят о политике и религии.

Когда он вернулся в колледж, оказалось, что несколько учеников пытались бежать, но неудачно. Стивен разбивает очки, за что получает линейкой по пальцам, это обидно и несправедливо. Он жалуется ректору, но тот уходит от ответа.

Стивена забирают из колледжа, потому что отец обанкротился и семья переезжают в Дублин. Его обещают устроить в колледж Бельвельдера. Когда он узнает о банкротстве отца, то понимает, что детство кончилось, ему грустно и тяжело.

В колледже он первый ученик, ему назначают стипендию, а за хорошо написанную работу получает премию и приводит всю семью поесть в ресторан. В шестнадцать лет он проводит ночь с женщиной легкого поведения, но его это мучает, и он вступает в братство Девы Марии и становится его старостой. Ректор объявляет об исповеди, на которую Стивен боится идти. Он хочет исповедаться, но не в колледже, и находит церковь, где обещает никогда не блудить.

Стивен начинает вести благочестивую жизнь так, что ректор ему предлагает вступить в орден, но Стив не готов на такое самоотречение, уж слишком серой кажется ему такая жизнь, ему хочется радоваться жизни и любить.

Герой поступает в университет, а семья его еле сводит концы с концами. Отец начинает пить. Стивен много читает, гуляет и осмысливает прочитанное. Он не хочет участвовать в политических собраниях. Это его не интересует, он пишет стихи и влюбляется в девушку, которая участвует в Лиге за восстановление ирландского языка, но однажды он наблюдает, как она заигрывает к священнику и старается ее забыть.

Из-за религии он ссорится со своими родными и мечтает уехать куда глаза глядят, он не боится расставаний, не боится больших ошибок. Вскоре он уезжает.

У нас на сайте вы можете бесплатно читать в удобном электронном формате выдающиеся книги Джеймса Джойса, а также множество других шедевров классики ХХ века.

Портрет молодого художника Джеймса Джойса

Эта книга представляет собой очень сухую письменную версию Общества мертвых поэтов без Робина Уильямса. Я уже был благодарен Вупи Голдберг на этой неделе за ее разумные комментарии по поводу недавней нелепости Сары Пэйлин, поэтому мне немного горько из-за того, что мне приходится быть благодарным за вторую половину этого смелого дуэта. Я поклялся, что они мои враги — второстепенные враги, да, нисколько не калибра Чарли Кауфмана, Дэвида Линча или Гарольда Блума, но тем не менее заклятые враги.Теперь я ловлю себя на мысли: «Хорошо, что Вупи находится на обзоре. В противном случае это могло бы превратиться в какой-то злой вихрь », и« Хорошо, что Робин Уильямс был в Обществе мертвых поэтов , иначе все эти дети бегали бы, разговаривая, как я сейчас читаю ». Вы спросите, о каком типе разговоров я говорю? Вот пример из того, когда Стивену, как мне кажется, должно быть около 12 лет:

«- А кто лучший поэт, Херон? — спросил Боланд.

», — ответил, конечно же, Херону лорд Теннисон.

«- О да, лорд Теннисон, — сказал Нэш. Все его стихи у нас дома в книге.

«При этом Стивен забыл молчаливые клятвы, которые давал, и разразился:

» — Теннисон поэт! Да ведь он всего лишь рифматор!

«- Ой, уходи! — сказал Херон. Всем известно, что Теннисон — величайший поэт.

«- А кого вы считаете величайшим поэтом? — спросил Боланд, подталкивая своего соседа.

»- Байрон, конечно, ответил Стивену.

«Херон повел вперед, и все трое присоединились к презрительному смеху.

«- Над чем смеетесь? — спросил Стивен.

«- Ты, — сказал Херон. Байрон величайший поэт! Он всего лишь поэт для необразованных людей.

«- Он, должно быть, хороший поэт! — сказал Боланд.

«- Можете молчать, — сказал Стивен, смело обращаясь к нему. Все, что вы знаете о поэзии, — это то, что вы написали на досках во дворе и за что собирались отправить на чердак.

«Боланд, на самом деле, как говорят, написал на досках во дворе двустишие о своем однокласснике, который часто ехал домой из колледжа на пони:

« Когда Тайсон ехал в Иерусалим
Он упал и обидел его Алек Кафузелум.

«Этот удар заставил двух лейтенантов замолчать, но Херон продолжил:

» — В любом случае Байрон был еретиком и аморальным.

«- мне все равно, кем он был, — горячо воскликнул Стивен.

«- Тебе все равно, еретиком он был или нет? — сказал Нэш.

«- Что вы об этом знаете? крикнул Стивен. Вы никогда в жизни не читали ни строчки из чего-либо, кроме трансвеститов, да и Боланда тоже.

«Я знаю, что Байрон был плохим человеком, — сказал Боланд.

«Вот, хватай этого еретика, — крикнул Херон.Через мгновение Стивен оказался в плену.

«- На днях Тейт заставил вас взбодриться, — продолжил Херон, — по поводу ереси в вашем эссе.

«- скажу завтра, — сказал Боланд.

“- Будете? — сказал Стивен. Вы бы побоялись раскрыть губы.

«- Боишься?

«- Да. Боишься за твою жизнь.

«- Веди себя хорошо! — воскликнул Херон, рубя Стивена тростью по ногам.

«Это был сигнал к их наступлению. Нэш скрестил руки за спиной, а Боланд схватил длинный пень капусты, лежавший в сточной канаве.Из-за порезов трости и ударов узловатых пней Стивен был отброшен назад к забору из колючей проволоки.

«- Признайте, что Байрон был никудышным.

«- №

» — Допускаю.

«- №

» — Допускаю.

»- №

« Наконец, после ярости ныряний, он вырвался на свободу. Его мучители направились к Джонс-роуд, смеясь и насмехаясь над ним, в то время как он, наполовину ослепленный слезами, спотыкался, безумно сжимая кулаки и рыдая.”

Кто эти дети? Великий инквизитор? Я не знаю, может быть, мальчики из Общества мертвых поэтов вели такие разговоры даже со своим веселым учителем. Я не видел этого годами. Я действительно хотел бы, чтобы Робин Уильямс подошел и немного пощечил Стивена Дедала где-нибудь в этой книге. Портрет художника в молодости — прекрасный пример того, как я инстинктивно не люблю людей, которые не смешные. И если вы скажете мне, что он на самом деле забавный, я скажу вам, что если вам требуется больше 1 минуты, чтобы объяснить шутку, а в конце объяснения у меня остается лишь смутное тревожное чувство, это не в счет.Следующий отрывок ближе всего к смешному по сравнению с любым отрывком в книге (но все же зевайте! Кроме того, обратите внимание на Джойс, «tundish» — это не , что интересное слово — Википедия, обычно такая многословная, почти не дает ему page: http://en. wikipedia.org/wiki/Tundish):

«- Одна из трудностей, — сказал Стивен, в эстетической дискуссии — это знать, используются ли слова в соответствии с литературной традицией или в соответствии с традицией. торговой площадки. Я помню фразу Ньюмана, в которой он говорит о Пресвятой Богородице, что она была задержана в полном обществе святых.Это слово используется на рынке совсем по-другому. Надеюсь, я вас не задерживаю.

«- Ни в коей мере, — вежливо сказал декан.

«- Нет, нет, — сказал Стивен, улыбаясь, я имею в виду —

» — Да, да; — Понятно, — быстро сказал декан, — я уловил суть: задержать.

«Он выставил вперед нижнюю челюсть и издал короткий сухой сухой кашель.

«- Возвращаться к лампе, — сказал он, — тоже неплохо подать. Вы должны выбрать чистое масло, и вы должны быть осторожны, когда вы его наливаете, чтобы не перелить его, не налить больше, чем может вместить воронка.

«- Какая воронка? — спросил Стивен.

“- Воронка, через которую вы заливаете масло в лампу.

«- Что? — сказал Стивен. Это называется воронкой? Разве это не промковщик?

“- Что такое промежуточный ковш?

«- То. Воронка.

«- В Ирландии это называется промковщиком? спросил декан. Я никогда в жизни не слышал этого слова.

«- В Нижней Драмкондре это называется промковщиком, — смеясь, сказал Стивен, — там говорят на лучшем английском.

«- Промковщик, — задумчиво сказал декан.Это очень интересное слово. Я должен найти это слово. Честное слово, я должен.

Я как бы хочу увидеть драку Холдена Колфилда и Стивена Дедала в клетке или хотя бы послушать, как Холден немного расскажет, что такое старый добрый Дедал.

Честно говоря, я не возненавидел эту книгу так сильно, как думал. Многие читатели, которых я очень уважаю, сказали мне, что эта книга совершенно невыносима, и Вирджиния Вульф так убедительно критикует Джойс в своем Дневнике писателя.Не знаю, что такое невыносимое. В нем есть в основном невыносимые части, но есть пара терпимых частей католической церкви. Я могу справиться с главой о драматическом обращении, но в основном Стивен такой придурок!

На мой взгляд, эта книга не может быть трансцендентной. Под этим я подразумеваю, что считаю, что он пытается быть вневременным — и терпит неудачу. Я знаю, что контраргумент состоит в том, что это документальное подтверждение определенного времени и культуры. Я понимаю. Впрочем, как и «Илиада», «Макбет», «Гордость и предубеждение», и они по-прежнему забавны или трагичны и отражают некую основную человечность.В них происходит вещей, . Портрет художника… , если он отражает что-то, отражает эгоцентричных молодых людей, и это культура, с которой я не могу терпеть. Извините ребята! Я хочу «случайно» пролить вещи на ваши коллекции пластинок и заменить гель для волос на Nair. Я думаю, мы должны пойти разными путями.

Хорошие читатели, я не запрещаю вам читать эту книгу, так как она, несомненно, имеет большое влияние, но предупреждаю вас, что если вас беспокоит использование слова «moocow» в первом предложении, вам могут не понравиться остальные . Также не слушайте аудиоверсию. Читатель — медлительный, простоголосый джойкианец. Я уверен, что он очень приятный человек, и прошу прощения, если я был резким. Чтобы у вас не сложилось впечатление, что я «ненавижу все», за что меня критиковали в прошлом, и, чтобы закончить на положительной ноте, я оставляю вам краткое изложение вещей, упомянутых в этом обзоре, которые мне нравятся. : Теннисон, Байрон, лампа, Вирджиния Вульф, Холден Колфилд, «Илиада», «Макбет» и «Гордость и предубеждение». Я люблю также, помимо прочего, детенышей животных, мороженого и др.Сьюз и Velvet Underground, если хотите знать.

Аудиокнига недоступна | Audible.com

  • Evvie Drake: более чем

  • Роман
  • К: Линда Холмс
  • Рассказал: Джулия Уилан, Линда Холмс
  • Продолжительность: 9 часов 6 минут
  • Несокращенный

В сонном приморском городке в штате Мэн недавно овдовевшая Эвелет «Эвви» Дрейк редко покидает свой большой, мучительно пустой дом почти через год после гибели ее мужа в автокатастрофе. Все в городе, даже ее лучший друг Энди, думают, что горе держит ее внутри, а Эвви не поправляет их. Тем временем в Нью-Йорке Дин Тенни, бывший питчер Высшей лиги и лучший друг детства Энди, борется с тем, что несчастные спортсмены, живущие в своих худших кошмарах, называют «ура»: он больше не может бросать прямо и, что еще хуже, он не может понять почему.

  • 3 из 5 звезд
  • Что-то заставляло меня слушать….

  • К Каролина Девушка на 10-12-19

О портрете художника в молодости

Около

Портрет художника в молодости

Портрет художника в молодости подробно описывает события, которые близко соответствуют событиям первых двадцати лет жизни Джойса. По словам знаменитого биографа Джойса Ричарда Эллмана, Джойс надеялся, что его Портрет станет автобиографическим романом, «превратившим его жизнь в художественную литературу». Хотя ученые расходятся во мнениях относительно того, в какой степени жизнь Джойса повлияла на его вымышленное повествование в романе, большинство из них согласны с тем, что Стивен Дедал является одновременно главным героем романа, а также личностью (латинское, что означает «маска»), за которой рисует Джойс его вымышленный «портрет» «художника» и «молодого человека».

Внимательное изучение этих очевидных ключей в названии показывает, что роман можно классифицировать как Kunstlerroman (по-немецки, что означает роман о художнике), так и Bildungsroman (по-немецки, что означает роман о развитии или образовании).Если мы поймем эти термины, мы сможем более четко понять основную цель написания романа Джойс.

Однако мы должны помнить, что многие люди и ситуации в романе представлены в форме сатиры. Мы также должны знать, что автор выбрал эту технику, чтобы подчеркнуть, чем жизнь художника отличается от жизни других людей, которые разделяют его мир.

В Портрет, читатель узнает на собственном опыте Стивена Дедала, как художник воспринимает свое окружение, а также свои взгляды на веру, семью и страну, и как это восприятие часто противоречит тому, что предписывается ему обществом. .В результате художник чувствует себя оторванным от мира. К сожалению, это чувство дистанции и отстраненности неверно истолковывается другими как горделивое отношение эгоиста. Таким образом, художник, и без того чувствуя себя изолированным, все больше осознает некоторое растущее болезненное социальное отчуждение.

Кроме того, естественные, созревающие сексуальные влечения Стивена еще больше сбивают его с толку. Стивен — очень умный, чувствительный и красноречивый молодой человек, но он также обладает чувством неотложной сексуальности, неуверенности в себе и незащищенности — всеми универсальными эмоциями, которые испытывает в процессе развития средний подросток-мужчина. Джойс раскрывает эти бурные подростковые чувства с помощью повествовательной техники, называемой потоком сознания. Он вводит читателя как в сознание, так и в подсознание, показывая ему субъективную и объективную реальности ситуации. Используя Стивена Дедала, он исследует глубины человеческого сердца.

Этот роман повествуется, по большей части, с ограниченной всеведущей точки зрения; в то же время он переходит по форме от лирического к эпическому способу выражения и, наконец, переходит к драматическому способу выражения.(Эти «способы выражения» — собственные термины Стивена, определяющие различные виды литературы; когда мы встречаем их в романе, мы должны записать определения Стивена и попытаться наметить ход этого романа в соответствии с его развивающимися лирическими, эпическими, и драматические уровни.)

Мысли, ассоциации, чувства и язык Стивена (как церебральные, так и вербальные) служат основными средствами, с помощью которых читатель делится со Стивеном болью и удовольствиями подросткового возраста, а также волнующим опытом интеллектуальных, сексуальных и духовных открытий.

Чтобы подчеркнуть важность эстетического опыта Стивена, Джойс позаимствовал слово из католической веры, чтобы создать собственный литературный термин. Когда Стивен внезапно понимает «сущность вещи» — будь то понимание человека, идеи, слова или ситуации — у него наступает момент глубокого откровения. Джойс назвал эти моменты прозрениями.

Некоторые из самых ранних прозрений Стивена проистекают из его острого сенсорного восприятия и записаны благодаря мастерскому использованию образов Джойсом.В романе подчеркиваются повторяющиеся паттерны звуков и воспоминания о вкусах, прикосновениях и запахах. Зрение Стивена (как и у Джойса) слабое; поэтому Джойс подчеркивает другие чувства и при этом использует ценный метод повествования, в котором он записывает повторяющиеся образы горячего / холодного, влажного / сухого и светлого / темного, а также повторяющиеся символы. Он также использует драматическую иронию, чтобы определить основные конфликты Стивена и выделить важные события в его жизни.

Хотя в романе присутствует несколько тем, таких как отчуждение и предательство, Эллман утверждает, что Джойс изначально признал главную тему произведения как «портрет героя католического художника-отступника».»Конечно, свидетельства из жизни Джойса отражают потребность Стивена вырваться из уз ирландского национализма и католицизма, которые, казалось, угрожали его стремлению к литературной карьере.

Самая очевидная подсказка о том, что жизнь автора связана с тематическим развитием романа, содержится в имени героя — Стивен Дедал, которое сочетает в себе важные элементы как греческих, так и христианских мифов. «Стефан» — это имя первого христианского мученика, преследуемого за веру.Герой Джойса отождествляет себя с мученической смертью своего покровителя, вспоминая ранний выговор против женитьбы на протестанте, несправедливый инцидент с угрызениями совести и множество случаев, когда его изгоняли или заставляли чувствовать себя виноватым со стороны сверстников и пожилых людей.

Тем не менее, выбор автором фамилии своего персонажа — Дедал — открывает читателям источник величайшей тематической параллели романа. Миф о Дедале и Икаре, история хитрого греческого изобретателя и его злополучного, порывистого сына, является основой основных образов и символизма, пронизывающих роман.

Дедал, архитектор по заказу царя Миноса, спроектировал сложный лабиринт, в котором царь планировал заключить чудовищного Минотавра. Однако несчастье вскоре привело к тому, что Дедала и Икара заточили в лабиринте, из которого они были вынуждены придумать смелый и изобретательный побег.

Символично, что Стивен, как и Дедал, чувствует себя обязанным найти способ выбраться из лабиринта Дублина, который угрожает ему духовными, культурными и художественными ограничениями.Точно так же Стефана можно сравнить с Икаром, который подлетел слишком близко к солнцу, расплавил свои вылепленные крылья и бросился насмерть в море. Подобно Икару, Стефан игнорирует предупреждения семьи и духовенства и символически тянется к философскому озарению, которое в конечном итоге ввергает его в грех (духовную смерть) и побуждает отказаться от католической веры.

Последняя и самая драматическая параллель связывает Стефана с его мифическим тезкой Дедалом — «великим изобретателем».«Подобно Дедалу, Стивену удается вырваться из лабиринта культурных ограничений. В конце романа Стивен творчески парит — в бегстве из Ирландии в будущее неограниченной художественной свободы.

Портрет художника в молодости Джеймса Джойса: 9780143108245

О портрете художника в молодости

К столетию своей оригинальной публикации было выпущено красивое Deluxe Edition одного из величайших произведений Джойса, включающее вступление Карла Уве Кнаусгаарда, автора New York Times бестселлера в шеститомном автобиографическом романе My Struggle, , который был сравнивается с Портрет художника в молодости 21-го века

Первый, самый короткий и самый доступный из романов Джеймса Джойса, Портрет художника в молодости изображает дублинское воспитание Стивена Дедала , начиная с юности в колледже Клонгоус Вуд и до радикального оспаривания всех условностей. При этом он представляет собой наклонный автопортрет самого молодого Джойса. В ее основе лежат вопросы происхождения и источника, авторитета и авторства, а также отношения художника к его семье, культуре и расе. Поразительно изобретательный по стилю, роман тонко и красиво оркестрирует образцы цитат и повторений, которые помогают его герою создать свой собственный характер, свой собственный язык, жизнь и искусство: «выковать в кузнице моей души несотворенную совесть. моя раса.

Это Deluxe Edition Penguin Classics, изданное к столетию романа, является окончательным текстом, утвержденным имением Джойсов и составленным из всех известных корректур, рукописей и оттисков, чтобы отразить первоначальные пожелания автора.

Более семидесяти лет Penguin является ведущим издателем классической литературы в англоязычном мире. Penguin Classics насчитывает более 1500 наименований и представляет собой глобальную книжную полку с лучшими произведениями за всю историю, в разных жанрах и дисциплинах. Читатели доверяют этой серии авторитетные тексты, дополненные вступлениями и заметками выдающихся ученых и современных авторов, а также современные переводы, выполненные отмеченными наградами переводчиками.

Книжная

Книжная Джеймс Джойс, Портрет художника в молодости (1816)

Биография:
Многие ученые считают быть одним из самых радикальных новаторов писательского мастерства двадцатого века, Джойс посвятил себя энергичному исследованию всех ресурсов языка. Джойс родился в Дублине, где его отец был сборщиком налогов. Его отец, кто гордился тем, что вырос из старой и солидной семьи Корков, талант музыканта и многое другое как гениальный шезлонг, обеспокоены экономическими трудностями, в которые попадала семья во время детство его сына. Джойс сначала отправили в дорогой иезуитский интернат. школа описана в Портрет художника в юности . Когда он был еще студентом, в 1900 году, его длинный обзор работ Ибсена последняя пьеса была опубликована в Fortnightly Review . На данный момент он также начал писать свои стихи, которые позже были собраны в палате . Музыка (1907).

В 1902 году он оторвался от своей семьи и его учебы, и отправился в Париж по незначительному предложению читайте медицину. После года почти голодной смерти его отозвали в Дублин на смертное ложе. его матери. Его отказ преклонить колени в молитве перед умирающей женщиной, будь то это факт или художественная трансмутация факта, безусловно, отмечает тот поворотный момент в его жизни, когда он формально отрекся от христианской веры и тем самым думал освободиться от влияний, которые (как теперь мы можем видеть) его разум был безвозвратно окрашен.

С 1904 года он жил с Норой Барнакл, на которой он женился в 1931 году (год смерти его отца), сын родился в 1905 году, и дочь в 1918 году. Мисс Барнакл, которая, как говорят, работала в Дублинский отель [в качестве горничной] малообразован и не понимает работы Джойса; до конца она, кажется, чувствовала только то, что он сделал из-за того, что он так странно писал, ему было очень трудно. Но она разделяла любовь к музыке, была веселой и юмористической.Их домом с 1905 по 1915 год был Триест, где Джойс преподавал английский язык в Берлице. школа. В 1909 и 1912 годах он совершил свои последние поездки в Ирландию, пытаясь организовать издание своей первой книги Dubliner s, которая, наконец, появился в Англии в 1914 году. Именно в это время с ним связались Эзры Паунда, ведущего защитника писателей-модернистов, который помогал организовывать финансовые выплаты, чтобы Джойс продолжал писать во время его самых бедных периоды.

Dubliners — это серия короткие, взаимосвязанные истории о жизни обычных людей, чьи действия наделены символической глубиной. Джойс исследует, что станут центральными темами в его творчестве: юность, юность, взрослая жизнь и зрелости, и как эти различные этапы жизнь. В следующем году Джойс написала Exiles , его единственная игра, и сам отправился в постоянное изгнание. Фактически он воспринимается как квинтэссенция сосланный писатель двадцатого века, который одержимо относится к своему прошлого, дистанцируясь от него.

1914 год был интенсивным продуктивный для Джойс; у него было напечатано две книги, и он начал работу над своим величайшее достижение, Ulysses . В 1916 г. Портрет Вышел художник в молодости (издавался серийно. в The Egoist с 1914 по 1915), и установил репутацию Джойса как гениальный писатель. Он представил мир Дублина исключительно через сознание рассказчика и наметил его рост от Католическое отрочество до ранней взрослости, определяемое стремлением стать художником.

Также в 1914 году Джойс и его семья переехала в Цюрих, где они жили в большой бедности, пока он работал на Ulysses . Зрение Джойс продолжает постепенно ухудшаться, несмотря на операцию. Это плюс большие трудности печати и корректуры. его часто странные и фантастические сочинения делали его особенно зависит от помощи преданных друзей. Он обильно получил это, и хотя его окружение обычно окружало его труд претенциозным и абсурдной экзегезы, он был составлен в основном из людей щедрых и любезный нрав.

Начали появляться Ulysses в серийной форме в Little Review в 1918 году, но был приостановлен в 1920 г. после судебного преследования. В конечном итоге он появился в виде книги в 1922 году. в Париже, где обосновались Джойс и его семья, ограниченным тиражом тиражом 1000 экземпляров, за которым последовало английское издание тиражом 2000 экземпляров, также печатается в Париже. Первое неограниченное издание последовало в 1924 году, снова в Париже, но американское издание вышло только десять лет спустя, и не было британского издания до 1937 года.

Роман прослеживает переживания г-на Леопольда Блума, его жены Молли (чьи эротические мечты о книге закрытие вызвало большинство юридических затруднений) и поэт Стивен Дедал из Портрет художника в течение одного дня, 16 июня 1904 г. в Дублине. Однако, как следует из названия, книга представляет собой эпическую поэму, аналог Гомера Одиссея , который повторяется в нескольких эпизодах. Чрезвычайно длинный и сложный, с использованием множества стилей — в частности, «поток сознания» метод — Улисс считается одним из величайших литературных достижений века и был назван величайшим романом из когда-либо написанных.

Последний роман Джойса, Финнеганы Wake даже сложнее, чем Ulysses , написано на языке собственного изобретения, смесь лингвистических фрагментов и заимствований. Он был опубликован в 1939 году, через год после возвращения Джойсов в Швейцарию. из Франции. Он умер в Цюрихе 13 января 1941 года.

Джойс в основном жила на дары покровителей — особенно Гарриет Уивер, и ни один Медичи не мог быть более щедрый.Долгое время суждения и предрассудки общества мешали его усилия поддержать себя и свою семью как литератора. Он правильно считал свою опору на покровительство вполне благородной. Джойс пережил Первую мировую войну в Цюрихе; и он и его жена, с их сыном и внук, сумел пробиться в Цюрих на второй год проведения Всемирной Вторая война. Его последнее опубликованное письмо от 20 декабря 1940 г. с благодарностью мэру за предоставленное ему убежище и демонстрирует простоту и достоинство тот, кто знает свое место в литературной истории своего времени. Его репутация неизмеримо выросло после его смерти, отчасти из-за роста академии. Как заметил один критик: «Джеймс Джойс был и остается почти среди романистов уникален тем, что он не публиковал ничего, кроме шедевров ».

— источники: Онлайн Биографическая энциклопедия и
А. Руч, Читательский товарищ писателям двадцатого века , изд. Питер Паркер

Фон:
Ранние влияния на Джойса включают:
  • Фома Аквинский
  • Аристотель
  • Данте
  • Шелли
  • Патер
  • Ньюман
  • Флобер
  • Ибсон
  • Д’Аннуцио
Темы в работах Джойса обычно включают:
  • Ирландство (с которым он любит / ненавидит отношения)
  • Ирландский католицизм (снова любовь / ненависть)
  • Язык (идея слова; язык как теоретическая абстракция)
  • Эстетическое воображение (идея поэт как «жрец воображения»)
В 19 лет Джойс начал свой первый роман, Стивен Герой . Это был bildungsroman (роман просвещения). Он уничтожил эту рукопись и переработал идею в Портрет , это kunslerroman (роман о художественном образовании).

В этом романе мы видим три основные штаммы, развивающиеся в работах Джойса:

  • превосходство художника (художника как священник / творец)
  • сильные физические данные, социальные проблемы, темная сторона жизни (откровение демонстрирует смелость художника, кто остается выше негатива)
  • природа языка (язык внутри литература; язык в жизни)
В ирландских традициях поэтом был кто-то бояться.У него была власть над языком, что делало его почти волшебным. Обратите внимание на то, что именно художник видит и записывает Эпифанический момент. В этой презентации он дает понимание в жизнь. Это момент, уходящий корнями в феномен; это не чисто интеллектуальный.

Обратите внимание, что сцены внутри Роман склонен к прозрению. И что представленные 20+ сцен могут быть представитель первых 20 лет жизни художника.

Обратите внимание на имена: «Дедал» — это вопиющее исключение в том, что кажется натуралистическим.Это имя вне англо-ирландской традиции. Некоторые критики видят это роман как история мальчика, ищущего значение своего имени (Стефан = Святой Стефан, мученик; Дедал = Дедал из греческой мифологии, Метеморфоз Овидия ).

Для Джойса важны детали. Например, в начальной сцене рассказа мы знакомимся с повторяющимся узор: красный и зеленый цвета. Ребенок видит в них выбор, а не противостояния.Но по мере старения они становятся оппозициями: зеленый = Ирландия, жизнь; красный / бордовый = духовный. Они действуют как барометр.

В этом романе Джойс экспериментирует широко с помощью повествовательной техники, известной как поток сознания. Часто отождествляется с модернизмом, Джойс и Вирджиния Вульф — двое из первых успешных практикующих. В Портрет использование потока сознания создает двойственность. в тексте: сознание Стивена и повествование, оба смешанные нераздельно.

Джойс также использует характер Стивен Дедал озвучит многие из своих эстетических идей теории.

Полезные источники в Интернете:

Вопросы для изучения:
Когда вы читаете Портрет Художник как молодой человек и подумайте о романе, вот несколько полезных подсказки, которые помогут вам перейти от простого обобщения текста к его анализу все о. Если вы понимаете эти проблемы, у вас есть очень хорошее понимание романа.

Письмо Джойса отличается слуховым а не визуальные образы. Вы считаете, что это имеет место здесь? Можете привести примеры?

Что такое поток сознания техника? Чем оно отличается в произведениях Джойса от других романов, которые мы читал?

Посмотрите главу 3. Почему Джойс посвятила проповеди об аде почти целую главу? Что это цель?

«Крещение» — важнейшая концепция в Джойс учится.Опишите, что такое прозрение в сочинениях Джойса. Где в этом романе происходит главное прозрение?

В каких целях используется миф служить в Портрет художника в юности ? Какие мифы используются? Все ли они используются одинаково? Обсуди отношения между мифом о Дедале и Икаре и персонажем Стивена Дедала. Как легенда о святом Стефане может иметь значение для понимания Стефана Персонаж Дедала?

Что такое «мотивы» в литературе? Каким целям они служат в этом романе? Объясните значение мотив «поиски отца» в частности.Какие еще мотивы можно выделить, и в чем их значение?

Где точка поворота или наступает кульминация романа, и как Стивен изменил этот опыт?



http://www.utm.edu/~lalexand/brnovel/portrait.htm
Линн Александр, май 2001 г.
Вернуться к британцам Роман

Портрет художника в молодости

Портрет художника в молодости — роман ирландского писателя-модерниста Джеймса Джойса.Он следует за интеллектуальным, моральным и духовным развитием молодого ирландца-католика Стивена Дедала и его борьбой против ограничений, налагаемых его культурой. Портрет может быть помещен в традицию bildungsroman — романов, которые прослеживают личностное развитие главного героя, обычно от детства до взрослой жизни. Джойс противопоставляет бунт и эксперименты в подростковом возрасте мрачному влиянию католического образования Стефана. Например, за его удивительным сексуальным опытом во второй главе следует знаменитая «проповедь адского огня» в третьей главе, которая заставляет его опасаться за свою душу.Имя Дедал связано с мифологической историей Овидия о Дедале — «старом изобретателе» — и его сыне Икаре, который летит слишком близко к солнцу. Нам вспоминается этот образ, когда Стивен рассказывает своему другу Дэвину: «Когда душа человека рождается в этой стране, на нее забрасывают сети, чтобы удержать ее от бегства. Вы говорите со мной о национальности, языке, религии. Я постараюсь летать по этим сетям ».

Хотя технику, используемую в большей части повествования романа, можно охарактеризовать как «поток сознания», некоторые критики жалуются, что этот термин мало говорит нам о достигаемом им эффекте.Джойс прослеживает различные стадии развития Стивена, корректируя стиль его речи по мере взросления его главного героя. Языковая игра Джойса имитирует фонетический, лингвистический и интеллектуальный рост Стивена, начиная с детской болтовни в начале и заканчивая возвышенной эстетической дискуссией в конце. К концу романа Стивен решил последовать своему призванию художника и покинуть Ирландию, чтобы «выковать в кузнице моей души несотворенное сознание моей расы».

Во многих отношениях роман представляет собственное художественное развитие Джойса, и Стивен разыгрывает беллетризованные версии многих событий его автора: эпизод, связанный со смертью опального лидера ирландского самоуправления Чарльза Стюарта Парнелла, имеет много общего с аргументами этого события. вызвано в доме Джойс.

Роман был опубликован в модернистском журнале The Egoist в период с 1914 по 15 год, начиная со 2 февраля (32 года со дня рождения Джойса), и напечатан как полная книга в 1916 году в США и в 1917 году в Великобритании (хотя издания датированы 1916 годом).

Колм Тойбин: Портрет художника Джеймса Джойса, 100 лет спустя | Джеймс Джойс

Джеймс Джойс Портрет художника в молодости начинается с уверенности, непринужденности и невинности рассказанной ребенку истории и заканчивается нерешительным, подозрительным, фрагментарным и отчужденным тоном. Между ними двумя — образование одного Стивена Дедала, поскольку сети расы, религии и семьи пытаются поймать в ловушку его нежную душу и сложное воображение.

Стивен прирожденный заметчик и внимательный слушатель. Он также тот, кто может воспринимать себя и свои переживания с огромной серьезностью, а затем, несколько страниц спустя, проявлять иронический настрой, как если бы сами его мысли и страдания, которые он пережил, были придуманы для художественного вымысла. (Ранняя версия книги называлась «Стивен Герой».) В картине A Portrait происходит постоянный и питательный конфликт между художником и молодым человеком, художником, озабоченным стилем, фактурой и преломлением опыта, молодым человеком, фиксирующим то, что он видел и запомнил, как он вырос.

Для многих ирландских писателей-мужчин, пришедших после Джойса, от Фрэнка О’Коннора до Джона МакГахерна и Симуса Хини, анализ ранних воспоминаний, подробное описание родителей, домашнего пространства, школы, религиозных верований сопровождалось соответствующим описанием усилия молодого художника преодолеть их через уединение и чтение, через знания и язык.

Когда я читал проповедь адского огня, я слышал некоторые из этих слов, хотя я родился через 40 лет после выхода книги

В эссе, написанном в 1982 году к столетию со дня рождения Джойса, ирландский поэт Джон Монтегю, скончавшийся ранее в этом месяце, писатель, который также заминировал собственное детство, писал о влиянии книги Портрет художника в молодости : «Никто не мог переоценить влияние [книги] на более поздние ирландские писатели… Или о национальной психике: многие молодые ирландцы приходили в болезненное сознание, читая эти разъедающие страницы.Дублин, когда я был студентом, был усыпан версиями Стивена Дедала, включая меня, хотя мне интересно, что женщины думают об этом! »

«Маленькие неудачливые святые, — писал Монтегю, — мы узнали вечность слишком рано». Почти каждый раздел книги Джойса относится к обычному ирландскому католическому опыту. В возрасте восьми или девяти лет раз в неделю в соборе Эннискорти при приглушенном свете мы слышали интонацию священника: «Скоро придет смерть, и за ней последует суд, так что теперь, дорогие дети, исследуйте свою совесть и узнайте свои грехи. «Когда я читал проповедь адского огня в Портрет , я слышал некоторые из этих слов, хотя я родился через 40 лет после выхода книги.

Художник в молодости… Джойс, 22 года. Фотография: CP Curran / Getty Images

Сцена рождественского ужина с ожесточенным спором о Парнелле между отцом Стивена и его тетей могла легко произойти из многих ирландских столов в 1970-х и 80-е, когда семьи ссорились из-за того, что происходило в Северной Ирландии.

Поскольку телесные наказания в школах продолжались совсем недавно, в начале 80-х, любой, кто имел несчастье получать образование у священников или христианских братьев (или даже монахинь), полностью узнал бы сцену, в которой Стефана несправедливо наказали.Это случилось со всеми нами.

Когда я пошел работать учителем языка в Барселону в 1975 году, среди моих коллег было много англичан, я постоянно осознавал, что то, как они говорят и как они видят язык, полностью отличалось от моего. Когда шла дискуссия о произношении или значении определенных слов (или об использовании слов «принести» и «взять», которые различаются в Ирландии и Англии), я чувствовал то же самое, что и Стивен, когда он встретил английского иезуита. «Мы говорим на его языке, а не на моем.Как разные слова «дом», Христос, эль, господин, на его устах и ​​на моих! Я не могу говорить или писать эти слова без волнения духа. Его язык, такой знакомый и такой иностранный, всегда будет для меня приобретенным языком. Я не произнес и не принял его слов. Мой голос сдерживает их. Моя душа тревожится в тени его языка ».

Но, как и Джойс, я скоро преодолел это чувство и увидел, что в Нижней Драмкондре говорят на лучшем английском. Вскоре я пришел к выводу, что полученное произношение — это, как и любой другой язык, подарок и бремя, а расстояние между нами — своего рода шутка.«Кажется, во всем виновата история», — как говорит англичанин Хейнс в книге Ulysses .

Более поздние разделы Портрет , которые перемещаются между Национальной библиотекой на Килдэр-стрит и залами Университетского колледжа Дублина, вполне могли иметь место в начале 70-х, когда я был там студентом. Ожесточенные дебаты среди молодых людей о поэзии и искусстве, о сексуальности, витающей в воздухе, пылких и подавляемых в то время, и о необходимости строить срочные планы, чтобы выиграть спор, чтобы вообще уехать из Ирландии, принадлежали городу Я знал столько же, сколько и о городе из книги Джойса.

«В Нижней Драмкондре говорят по-английски лучше всех»… Колм Тойбин. Фотография: Мердо Маклауд / The Guardian

Гений Джойса был в том, чтобы сделать это дело, получить безвкусное, обычное дело, которое он назвал в последнем абзаце книги «реальностью опыта», и сделать это одновременно чрезвычайно странным и достойным пристального внимания всего мира. . Он намеревался, как он писал, «выковать в кузнице моей души несотворенное сознание моей расы», найдя тон и форму, чтобы предположить, что скучный провинциальный город, в котором мы жили, можно было бы сделать центром известного Вселенная.

Он использовал идею портового города, места, которое когда-то имело славу, но теперь ему не повезло, как идеальное место для современного романа. Неравномерность его Дублина сочеталась с той смесью неуверенности и гордости, которую он пробуждал в своей прозе. Портрет имеет общие элементы с романом Томаса Манна « Будденбрук », еще одним романом, действие которого происходит в провинциальном городе и опубликовано в 1901.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.