Черный лебедь талеб нассим николас: Книга «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости (2-е изд., дополненное)», Талеб Нассим Николас

Содержание

Как изменить себя и мир к лучшему. 99 книг Библиотеки Сбера в одном томе. Том 11. Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости. Нассим Николас Талеб

…То, что мы будем называть Черным лебедем (с большой буквы), это событие, обладающее следующими характеристиками. Во-первых, оно аномально, потому что ничто в прошлом его не предвещало. Во-вторых, оно обладает огромной силой воздействия. В-третьих, человеческая природа заставляет нас придумывать объяснения случившемуся после того, как оно случилось, делая событие, сначала воспринятое как сюрприз, объяснимым и предсказуемым.

Нассим Николас Талеб, «Черный лебедь»

«Черный лебедь» – пожалуй, самая парадоксальная и шокирующая книга нашего столетия. Объемный труд, вышедший в 2007 году, тридцать шесть недель находился в списке бестселлеров The New York Times и до сих пор будоражит умы интеллектуальной элиты.

Спросите любого более или менее развитого индивида, о чем книга, и он без запинки ответит: черный лебедь – это случайность. Книга о том, что: а) случайности бывают, б) они имеют большое значение и в) к ним надо быть готовым.

– И все? – Ну… да!

Но если бы книга была только об этом, не стоило бы автору писать, а нам читать больше семисот страниц текста. Сам Талеб по этому поводу предупреждает: «Сочетание малой предсказуемости с силой воздействия превращает Черного лебедя в загадку, но наша книга не об этом. Она главным образом о нашем нежелании признавать, что он существует!»

По сути, она о нас с вами – о людях, которым удобно и выгодно жить в псевдопредсказуемом мире. О механизмах и приемах, с помощью которых мы обманываем себя и других людей, пытаясь представить мир прогнозируемым и рациональным. О том, к каким катастрофам это приводит в политике и бизнесе, образовании и общественной жизни.

Книга получилась глубоко личной, в ней философия случайности и предсказуемости органично дополняется историями из жизни автора, притчами и результатами психологических экспериментов.

Вокруг этой ключевой метафоры строится вся идеология Талеба. До определенного момента опыт человечества говорил: лебеди могут быть только белыми. Но в 1697 году Виллем де Вламинк, путешествуя по Автралии, испытал культурный шок, увидев лебедей черного цвета. Таким образом европейцы внезапно узнали об ограниченности своих представлений о мире.

Именно эта красивая метафора обеспечила столь мощный успех книге Талеба. Черными лебедями он начал называть все внезапные события, круто меняющие нашу жизнь. Научные открытия, экономические кризисы, революции, книжные бестселлеры и все иные случайности, которые ждут нас в будущем.

С другой стороны, красота этой метафоры подчас работает во вред. Читателю начинает казаться, что книга о роли случайности, тогда как на самом деле речь в ней прежде всего идет о когнитивных искажениях.

Первый простой тезис: человек стремится жить в спокойном, предсказуемом и подконтрольном мире. И поскольку на самом деле мир таковым не является, мы включаем массу механизмов, которые создают для нас иллюзию предсказуемости и подконтрольности.

Механизм 1. Ошибка усреднения

Мы привыкли строить картину мира на основе наиболее частых событий и явлений, выводя из них некую усредненную модель. Однако нельзя получить представление о характере преступника, рассматривая его среднестатистическое поведение. Он проявляется только в «пиковом» состоянии – в момент совершения преступления. Отбросив такие случаи как статистически редкие и потому ненормальные, мы не сможем понять истинную суть ни одного явления.

Механизм 2. Категоризация

Мы стремимся концентрироваться на ясных и четко очерченных «формах», подгоняя под них реальность. Но правда в том, что реальность обычно лишь в какой-то степени приближается к этим идеальным образам и никогда им полностью не соответствует.

Механизм 3. Индуктивное знание

Для иллюстрации этого механизма искажения автор заимствует у Бертрана Рассела пример с индюшкой, которую весь год дружелюбные представители рода человеческого кормят и поят, но накануне Дня благодарения с ней произойдет нечто «неожиданное». Может ли это предсказать индюшка с помощью индукции, опираясь только на свой прошлый опыт? Конечно, нет! Но большинство «экспертов» и «аналитиков» именно так и делают, составляя прогнозы и модели с опорой на происходившее в прошлом.

Механизм 4. Ретроспективное искажение

В учебниках истории события всегда представляются более понятными, упорядоченными и взаимозависимыми, чем они есть на самом деле. Из триллионов мелких и крупных фактов, которые приводят к некому событию, мы с вами произвольно выбираем те, что соответствуют нашим убеждениям, и увязываем их в непротиворечивую историю.

Механизм 5. Искажение нарративом

Мы не способны рассматривать цепочку фактов, не скрепляя их логической связью. Это придает событиям

смысл. Но одновременно и укрепляет нас в иллюзии понимания, поскольку смыслы – это то, что вкладываем в историю мы сами.

Нарратив искажает не только восприятие настоящего, но и представление о прошлом: в памяти остаются лишь те факты, которые вписываются в повествование.

Одна из основных мыслей Талеба заключается в том, что Черные лебеди живут не везде. Место их рождения – Крайнестан. Это пространство, где отдельное событие имеет определяющее влияние на историю.

Соберите на стадионе тысячу человек и измерьте их вес. Даже если вы присоедините к этой выборке

самого тяжелого человека на земле, его доля в весе присутствующих будет не больше десятых долей процента. Это Среднестан – пространство, где вариации ничего не определяют, доминируют средние значения.

Но попробуйте также проанализировать финансовое состояние всех людей на стадионе и добавьте к ним Билла Гейтса. Какая часть общего капитала будет принадлежать ему? Примерно девяносто девять и девять десятых процента! Крайнестан – это страна, где первую скрипку играют крайние величины.

Книга «Черный Лебедь», Нассим Николас Талеб, Твердый переплет

ДОСТАВКА ПО АЛМАТЫ БЕСПЛАТНО!
УПАКОВКА В КРАФТОВУЮ БУМАГУ ИЛИ КРАФТОВЫЙ ПАКЕТ В ПОДАРОК!



Черный Лебедь. Нассим Талеб.

Человечество веками переживает тяжелые события мирового масштаба, мировые войны, катаклизмы, экономические кризисы, революции, которые не поддаются фантастическим предсказаниям или научнно-обоснованным прогнозам. 

Автор данной книги Нассим Талеб называет подобные непрогнозируемые события «Черными лебедями». Он абсолютно убежден, что именно они дают толчок как истории в целом, так и существованию каждой отдельной личности. И для того, чтобы преуспеть, необходимы быть к ним готовыми. После выхода «Черного лебедя» автор продемонстрировал свою «не-теорию» на практике: во время финансового кризиса 2008 года компания Нассима Талеба заработала, а не потеряла, для инвесторов полмиллиарда долларов. 

Данный труд не является учебником по экономике. Это размышления очень интересного, незаурядного человека о жизни и о том, как найти в ней свое место. 

Характеристики:
Автор: Талеб Н. Н.
ISBN: 978-5-389-09894-7
Жанр: Публицистика
Издательство: Колибри
Серия книг: Человек Мыслящий. Идеи, способные изменить мир
Возраст: 16+
Год издания: 2015
Размер: 38х140х207 мм
Вес: 805 г
Количество страниц: 736
Переплет: Твердый переплет
Язык: Русский

Основные преимущества сотрудничества с нами

  • Товар всегда в наличии.
  • Бесплатная доставка по Алматы при заказе от 5000 тг.
  • Бесплатная упаковка книг купленных в нашем магазине.
  • Качественное обслуживание и клиентоориентированность.
  • Все книги новые.
  • У нас вы найдете книги лучших издательств на русском, казахском и иностранных языках.
  • Мы продаем книги разных жанров: русская классика, зарубежная классика, фантастика, фэнтези, детективы, детские книги, сказки, учебная литература.

Простая и удобная схема доставки

  1. Оформление заказа на сайте или по телефону.
  2. Полная предоплата заказа, либо при получении товара.
  3. Доставка заказа по всему Казахстану или самовывоз в г. Алматы.

 

Нассим Николас Талеб Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости в кожаном переплете

Об авторе

Нассим Николас Талеб провел 21 год в качестве рискового трейдера (количественного трейдера), прежде чем стал фланером и исследователем философских, математических и (в основном) практических проблем с вероятностью.

О книге

Черный лебедь — это крайне маловероятное событие с тремя основными характеристиками: Оно непредсказуемо; оно несет в себе огромное воздействие; и после факта мы придумываем объяснение, которое заставляет его казаться менее случайным и более предсказуемым, чем оно было на самом деле. Поразительный успех Google был «черным лебедем», как и 11 сентября. По мнению Нассима Николаса Талеба, черные лебеди лежат в основе почти всего в нашем мире, начиная от возникновения религий и заканчивая событиями в нашей личной жизни. Почему мы не признаем феномен «черных лебедей» до тех пор, пока они не произойдут? Частично, по мнению Талеба, ответ заключается в том, что люди с трудом учатся конкретике, в то время как им следовало бы сосредоточиться на общих чертах.

Мы концентрируемся на том, что уже знаем, и снова и снова не принимаем во внимание то, чего не знаем. Поэтому мы не способны по-настоящему оценить возможности, слишком уязвимы перед импульсом упрощать, описывать и классифицировать, и недостаточно открыты для вознаграждения тех, кто может представить себе «невозможное». В течение многих лет Талеб изучал, как мы обманываем себя, думая, что знаем больше, чем на самом деле. Мы ограничиваем свое мышление несущественным и неважным, в то время как крупные события продолжают удивлять нас и формировать наш мир. Теперь, в этой откровенной книге, Талеб объясняет все, что мы знаем о том, чего мы не знаем. Он предлагает удивительно простые приемы, как справиться с «черными лебедями» и извлечь из них пользу.

Оформление

Одним из самых лучших традиционных подарков издавна считается книга. С помощью редкого элитного издания можно установить нужные связи или выразить почтение уважаемому человеку. Эксклюзивная книга ручной работы – это не просто источник знаний или интересное чтиво, это настоящее произведение искусства, сделанное лучшими мастерами своего дела. Такой презент станет идеальным подарком для делового партнера или дорогого вам человека.

Чтобы время было не властно над изумительными книгами, мы делаем переплет из качественной натуральной кожи и золотой трехсторонний обрез. Блинтовое и золоченое тиснение придает изданию «богатый» вид, корешок с окатанными вручную бинтами сохранит издание в идеальном состоянии для следующих поколений. Купить книгу в подарочном переплете и стать владельцем уникального предмета мечтает каждый коллекционер. У вас есть такая возможность, ведь на нашем сайте вы найдете огромное количество изданий на любой вкус!

Нассим Талеб: Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости

The Black Swan

The Impact of the Highly Improbable

Нассим Николас Талеб

Черный лебедь

Москва

Под знаком непредсказуемости

Содержание

Пролог. О птичьем оперении9

Часть I.Антибиблиотека Умберто Эко,

или О поиске подтверждений28

Глава i. Годы учения эмпирика-скептика31

Глава 2. Черный лебедь Евгении59

Глава з. Спекулянт и проститутка63

Глава 4. Тысяча и один день,

или Как не быть лохом81

Глава 5. Доказательство-шмоказательство!100

Глава 6. Искажение нарратива117

Глава 7. Жизнь на пороге надежды153

Глава 8. Любимец удачи Джакомо Казанова:

проблема скрытых свидетельств174

Глава 9. Игровая ошибка,

или Неопределенность «ботаника»207

Часть II. Нам не дано предвидеть225

Глава 10. Предсказательный парадокс228

Глава 11. Открытие на основе птичьего помета271

Глава 12. Эпистемократия, мечта310

Глава 13.Живописец Апеллес,

или Как жить в условиях непредсказуемости326

Часть III. Серые лебеди Крайнестана343

Глава 14.Из Среднестана в Крайнестан и обратно345

Глава 15.Кривая нормального распределения,

великий интеллектуальный обман366

Глава 16.Эстетика случайности402

Глава 17.Безумцы Локка,

или «Гауссовы кривые» не к месту432

Глава 18.Неопределенность «липы»449

Часть IV, заключительная459

Глава 19.Серединка на половинку, или Как свести концы

с концами при Черном лебеде459

Конец464

Эпилог. Белые лебеди Евгении466

Словарик469

Библиография474

Посвящается Бенуа Мандельброту, греку среди римлян


ПРОЛОГ. О птичьем оперении

Пролог

О птичьем оперении

До открытия Австралии жители Старого Света были убеждены, что все лебеди — белые. Их непоколебимая уверенность вполне подтверждалась опытом. Встреча с первым черным лебедем, должно быть, сильно удивила орнитологов (и вообще всех, кто почему-либо трепетно относится к цвету птичьих перьев), но эта история важна по другой причине. Она показывает, в каких жестких границах наблюдений или опыта происходит наше обучение и как относительны наши познания. Одно-единственное наблюдение может перечеркнуть аксиому, выведенную на протяжении нескольких тысячелетий, когда люди любовались только белыми лебедями. Для ее опровержения хватило одной (причем, говорят, довольно уродливой) черной птицы*.

Я выхожу за пределы этого логико-философского вопроса в область эмпирической реальности, которая интересует меня с детства. То, что мы будем называть Черным лебедем (с большой буквы), — это событие, обладающее следующими тремя характеристиками.

Во-первых, оно аномально, потому что ничто в прошлом его не предвещало. Во-вторых, оно обладает огромной силой воздействия. В-третьих, человеческая природа заставляет нас придумывать объяснения случившемуся после того, как оно случилось, делая событие, сначала воспринятое как сюрприз, объяснимым и предсказуемым.

Остановимся и проанализируем эту триаду: исключительность, сила воздействия и ретроспективная (но не перспективная) предсказуемость**. Эти редкие Черные лебеди объясняют почти все, что происходит на свете,—от успеха идей и религий до динамики исторических событий и деталей нашей личной жизни. С тех пор как мы вышли из плейстоцена — примерно десять тысяч лет назад, — роль Черных лебедей значительно возросла. Особенно интенсивный ее рост пришелся на время промышленной революции, когда мир начал усложняться, а повседневная жизнь — та, о которой мы думаем, говорим, которую стараемся планировать, основываясь на вычитанных из газет новостях, — сошла с наезженной колеи.

<*Распространение камер в мобильных телефонах привело к тому, что читатели стали присылать мне изображения черных лебедей в огромных количествах. На прошлое Рож-дество я также получил ящик вина «Черный лебедь» (так себе), видеозапись (я не смотрю видео) и две книги. Уж лучше картинки. (Здесь и далее, за исключением особо оговоренных случаев, — прим. автора.)

Читать дальше

«Белый лебедь». Нассим Талеб — о том, почему пандемию можно было предсказать

Как возникает массовый психоз и насколько важна адаптивность во времена неопределенности?  Как формируется информационное пространство во всем мире? Телеведущая Софико Шеварднадзе поговорила с известными экономистами, художниками, психологами и учеными  о причинах и предпосылках возникновения COVID-19 и о том, как пандемия повлияла на весь мир. Собеседниками Шеварднадзе стали Татьяна Черниговская, Андрей Курпатов, Владимир Познер, Айдан Салахова и другие. Книга «Будущее сегодня: как пандемия изменила мир» выходит в издательстве «Эксмо» в конце месяца. Forbes Woman публикует фрагмент, где известный американский экономист Нассим Талеб в рамках своей теории рассуждает о пандемии как о «белом лебеде» и вполне предсказуемом событии.

«Белый лебедь» или «черный лебедь»? 

Одним из самых модных терминов, которые нам принесла пандемия, стал термин «черный лебедь». «Черный лебедь» здесь, «черный лебедь» там, как нам оседлать «черного лебедя». Чуть ли не каждое второе осмысление пандемии сопровождалось этим «черным лебедем». Но один человек был очень раздражен из-за столь частого использования черных лебедей — это человек, который придумал этот термин — Николас Нассим Талеб.

Реклама на Forbes

Еще в начале пандемии он говорил о том, что нет, коронавирус — это «белый лебедь»! Мы могли предвидеть его появление, и мы могли к нему подготовиться. Но вот прошло четыре месяца с начала пандемии, и она запустила целый ряд кризисов. Интересно, по-прежнему ли Талеб считает это событие «белым лебедем» или лебедь успел за эти месяцы почернеть. В разговоре Николас еще раз подчеркнул, как сделать общество более устойчивым к вызовам будущего: не пытаться в точности их предсказать, но обеспечить готовность к непредсказуемому. В этом отношении кризис с коронавирусом показал два центральных момента.

«Во-первых, многие вещи не должны становиться причиной паранойи; обеспокоенности заслуживает лишь небольшое число угроз, главная из которых — пандемии. Пандемии — это главное. Люди тревожатся о глобальных войнах и тому подобном, но крупнейшая угроза, которая стояла, стоит и будет стоять перед нами, — это пандемии.

«Черным лебедем» я считаю не болезнь, но отсутствие логичного поведения со стороны тех, кто пытается с ней бороться. Я, конечно, ничего здесь не прогнозирую. Но позвольте объяснить, почему это не «черный лебедь».

«Черный лебедь» — это нечто, чего никак не ожидаешь. Но о пандемиях снимали кино! Какой же это может быть «черный лебедь»?

Структура современного общества позволяет болезнетворным микроорганизмам передвигаться гораздо быстрее. Очень интересно взглянуть на Великий шелковый путь — маршрут, по которому шли многие товары. Но что шло в оба конца пути вместе с товарами? Патогены! Они распространялись. Товары перемещались от города к городу, до пределов Римской империи и в обратную сторону. И, скажем, имея дело с глобализацией, мы имеем дело и с микробами. Но тогда требовалось длительное время, чтобы болезнь распространилась по Средиземноморью, Северной Европе и странам нынешнего Ближнего Востока.

Сегодня же можно провести конференцию в… любом городе. Скажем, Тбилиси — один из моих любимых. И вот там проходит конференция, скажем, специалистов по легким или по какой-нибудь теме поскучнее — например, по печени. Приезжает тридцать тысяч гепатологов со всего мира: из Афганистана, из Аргентины, из Цинциннати, — общаются между собой, дня через четыре возвращаются к себе, а две недели спустя начинается распространение болезни. Получаем событие-суперраспространитель, и таких событий сегодня намного больше».

Пустые офисы и проблема госдолга: пять прогнозов Нассима Талеба

Фото: Scott Eells / Bloomberg

Какие предсказания бывшего трейдера сбылись, а в какие вмешались «черные лебеди»

Нассим Николас Талеб давно приобрел репутацию визионера от мира статистики. Его бестселлер 2007 года «Черный лебедь» произвел революцию в области оценки рисков и сделал Талеба одним из известнейших мыслителей в мире. Что американский писатель и бывший трейдер думает о будущем — в подборке предсказаний от РБК Трендов.

1. Последствия пандемии — переезд работы и учебы в онлайн и рост интереса к локальной политике

Пандемия COVID-19 длится уже больше года. Философы и аналитики уже высказывали тысячи предположений, насколько наша жизнь изменится после того, как все закончится. В интервью РБК Pro Талеб был категоричен: многие привычные приметы цивилизации останутся в прошлом:

«Когда появились первые факс-машины, многие посчитали, что они «уничтожат города» — ведь обмениваться документами теперь можно на расстоянии. То же самое говорили после появления интернета. Но вот сейчас Zoom и другие программы видеотелефонии действительно исполняют эти прогнозы. Зачем мне куда-то ехать, тратя полдня на то, чтобы добраться до работы, если я могу общаться с коллегами из Нью-Йорка, находясь у себя дома в Атланте?»

Кроме того, по мнению Талеба, многие компании снизят количество офисных рабочих мест, а люди станут переселяться из густонаселенных мегаполисов на периферию или в сельскую местность. Не избежит перемен и сфера образования: площади кампусов будут сокращаться, все больше курсов переедут в онлайн.

Еще одно из неожиданных последствий: интерес людей к политике на местном уровне.

«Сейчас люди понимают, что на качество их жизни влияет не только страна, но и конкретный штат или город. Например, губернатор Огайо справляется с текущими задачами лучше, чем Дональд Трамп. Это повод переехать в Огайо», — отмечал Талеб.

Некоторые предсказанные Талебом последствия пандемии уже возымели эффект. По данным компании EY, 67% потребителей совершают покупки не далее чем в 5 км от дома [1], а европейские аналитики оценивают падение спроса на аренду офисов в центре европейских городов за последний год на 10%. [2] Впрочем, с выводами торопиться пока рано: работодатели отмечают потребность в очных встречах для эффективного ведения бизнеса [3], а повсеместный переход на онлайн-образование привел к существенному разрыву в успеваемости между обеспеченными и необеспеченными школьниками и студентами, поэтому ожидание устаревания кампусов может оказаться преждевременным. [4]

Кстати, Талеб не считает пандемию коронавируса «черным лебедем» и предсказывал угрозу глобального заболевания еще в 2017 году.

2. В ближайшем будущем человечество не ждет глобальная война

По мнению Талеба, несмотря на напряженные отношения между целым рядом стран, глобальной войны в ближайшем будущем ждать не стоит.

«Война хороша для некоторых государств и некоторых компаний, но таковых не слишком много. Чаще всего державы, которые действительно могут позволить себе вести войну, предпочитают вести ее чужими руками», — уверен он. [5]

В то же время, Талеб известен своей полемикой с ученым и популяризатором науки Стивеном Пинкером по поводу теории последнего о том, что насилие по всему миру постепенно снижается. По мнению Талеба, оптимистические наблюдения Пинкера — не более чем результат «наивной эмпирики» и не подтверждаются статистическими данными.

3. Рост числа предприятий по всему миру решит большинство социальных проблем

В своем блоге на Medium Талеб довольно резко высказался об НКО и традиционных институтах власти — по его мнению, волонтерская деятельность решить все проблемы не способна, а государственные институты слишком архаичны. Решением проблемы станет массовый уход активной молодежи в бизнес.

«Рискните и, если вы разбогатеете (необязательное условие), щедро расходуйте свои деньги на других. Нам нужны люди, принимающие на себя ограниченные риски. Нужно уходить от абстрактных универсальных целей, социотехник, которые приносят в общество побочные риски», — наставляет Талеб. [6]

4. Смена культурной парадигмы решит проблему религиозного насилия

В недавнем посте на Medium Талеб резко критикует знаменитую теорию социолога и философа Макса Вебера о связи между религиозной этикой и экономической нормой. Все в точности до наоборот, считает Талеб: именно экономический базис и культурные нормы определяют, каков уровень насилия в той или иной религиозной среде.

«Изменение религиозных доктрин ни к чему не приведет. Нужно менять ментальность и культурные нормы, если есть такая возможность. В конечном итоге для экономического развития социальной группы важно не то, какую религию она исповедует, а какие культурные нормы в ней действуют», — отмечает Талеб.

Он приводит в пример строгую диету в еврейских религиозных законах: в том числе именно предписанная диета сплотила евреев и позволила сохранить культурную идентичность.

5. Самые большие риски — госдолг и цены на нефть

Об этом Талеб рассказывал в интервью Forbes в 2016 году.

«Сейчас в мировой экономике есть несколько уязвимых мест. Во-первых, это огромный объем накопленных долгов в западных странах, которые значительно превышают уровень десятилетней давности. Это один из серьезных рисков. Во-вторых, это снижение спроса на нефть, которое может обернуться катастрофой. «Бум» возобновляемых источников энергии, в том числе солнечной, может начаться, если спрос на нефть упадет на 10%. Для многих бюджетов снижение спроса на нефть будет критичным. И это будет катастрофа», — подчеркивал мыслитель.

Впрочем, как заметил Талеб, прогнозы сами по себе не столь важны: главное не то, угадал предсказатель или нет, а то, как в итоге эти предсказания влияют на репутации и игроков на рынке. «Спекулянты зарабатывают не очки истинности/ложности, а деньги», — иронизирует философ.


Подписывайтесь также на Telegram-канал РБК Трендов и будьте в курсе актуальных тенденций и прогнозов о будущем технологий, эко-номики, образования и инноваций.

Талеб, Нассим Николас — Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости [Текст]


Поиск по определенным полям

Чтобы сузить результаты поисковой выдачи, можно уточнить запрос, указав поля, по которым производить поиск. Список полей представлен выше. Например:

author:иванов

Можно искать по нескольким полям одновременно:

author:иванов title:исследование

Логически операторы

По умолчанию используется оператор AND.
Оператор AND означает, что документ должен соответствовать всем элементам в группе:

исследование разработка

author:иванов title:разработка

оператор OR означает, что документ должен соответствовать одному из значений в группе:

исследование OR разработка

author:иванов OR title:разработка

оператор NOT исключает документы, содержащие данный элемент:

исследование NOT разработка

author:иванов NOT title:разработка

Тип поиска

При написании запроса можно указывать способ, по которому фраза будет искаться. Поддерживается четыре метода: поиск с учетом морфологии, без морфологии, поиск префикса, поиск фразы.
По-умолчанию, поиск производится с учетом морфологии.
Для поиска без морфологии, перед словами в фразе достаточно поставить знак «доллар»:

$исследование $развития

Для поиска префикса нужно поставить звездочку после запроса:

исследование*

Для поиска фразы нужно заключить запрос в двойные кавычки:

«исследование и разработка«

Поиск по синонимам

Для включения в результаты поиска синонимов слова нужно поставить решётку «#» перед словом или перед выражением в скобках.
В применении к одному слову для него будет найдено до трёх синонимов.
В применении к выражению в скобках к каждому слову будет добавлен синоним, если он был найден.
Не сочетается с поиском без морфологии, поиском по префиксу или поиском по фразе.

#исследование

Группировка

Для того, чтобы сгруппировать поисковые фразы нужно использовать скобки. Это позволяет управлять булевой логикой запроса.
Например, нужно составить запрос: найти документы у которых автор Иванов или Петров, и заглавие содержит слова исследование или разработка:

author:(иванов OR петров) title:(исследование OR разработка)

Приблизительный поиск слова

Для приблизительного поиска нужно поставить тильду «~» в конце слова из фразы. Например:

бром~

При поиске будут найдены такие слова, как «бром», «ром», «пром» и т.д.
Можно дополнительно указать максимальное количество возможных правок: 0, 1 или 2.4 разработка

По умолчанию, уровень равен 1. Допустимые значения — положительное вещественное число.
Поиск в интервале

Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором TO.
Будет произведена лексикографическая сортировка.

author:[Иванов TO Петров]

Будут возвращены результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, Иванов и Петров будут включены в результат.

author:{Иванов TO Петров}

Такой запрос вернёт результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, но Иванов и Петров не будут включены в результат.
Для того, чтобы включить значение в интервал, используйте квадратные скобки. Для исключения значения используйте фигурные скобки.

Воздействие крайне маловероятного, Нассим Николас Талеб

Черный лебедь — это крайне маловероятное событие, обладающее тремя основными характеристиками: оно непредсказуемо; он несет массивное воздействие; и, постфактум, мы придумываем объяснение, которое делает его менее случайным и более предсказуемым, чем оно было на самом деле.

Удивительный успех Google был черным лебедем; так было 9/11. Для Нассима Николаса Талеба черные лебеди лежат в основе почти всего. он несет массивное воздействие; и, постфактум, мы придумываем объяснение, которое делает его менее случайным и более предсказуемым, чем оно было на самом деле.

Удивительный успех Google был черным лебедем; так было 9/11. Для Нассима Николаса Талеба черные лебеди лежат в основе почти всего в нашем мире, от возникновения религий до событий в нашей личной жизни.

Почему мы не признаем феномен черных лебедей до тех пор, пока они не появятся? Часть ответа, по словам Талеба, заключается в том, что люди запрограммированы на изучение специфики, когда им следует сосредоточиться на общих чертах.

Мы концентрируемся на том, что уже знаем, и снова и снова забываем о том, чего не знаем.Поэтому мы неспособны по-настоящему оценить возможности, слишком уязвимы для стремления упрощать, рассказывать и классифицировать и недостаточно открыты для вознаграждения тех, кто может представить себе «невозможное».

В течение многих лет Талеб изучал, как мы обманываем себя, думая, что знаем больше, чем на самом деле. Мы ограничиваем свое мышление неуместным и несущественным, в то время как крупные события продолжают удивлять нас и формировать наш мир. Теперь, в этой разоблачительной книге, Талеб объясняет все, что мы знаем о том, чего мы не знаем.Он предлагает удивительно простые приемы борьбы с черными лебедями и извлечения из них выгоды.

Элегантный, поразительный и универсальный в применении Черный лебедь изменит ваш взгляд на мир. Талеб — очень занимательный писатель, остроумный, непочтительный и рассказывающий необычные истории. Он разносторонне владеет предметами, начиная от когнитивистики и заканчивая бизнесом и теорией вероятностей.

Черный лебедь — книга-знаменитость, которая сама по себе является черным лебедем.

Книга также содержит 4-страничный глоссарий; 19 страниц заметок; и 28-страничная библиография в дополнение к указателю.

«Черный лебедь: влияние крайне маловероятного»

Учимся учиться

Другая связанная с этим человеческая проблема возникает из-за чрезмерного сосредоточения на том, что мы действительно знаем: мы склонны изучать точное, а не общее.

Что люди узнали из эпизода 11 сентября? Узнали ли они, что некоторые события, благодаря своей динамике, в значительной степени находятся за пределами области предсказуемости? Нет.Усвоили ли они встроенный недостаток общепринятого мнения? Нет. Что они выяснили? Они усвоили точные правила, как избегать исламских прототеррористов и высоких зданий. Многие продолжают напоминать мне, что для нас важно быть практичными и предпринимать реальные шаги, а не «теоретизировать» знания. История с линией Мажино показывает, как мы приучены к конкретике. Французы после Великой войны построили стену на пути предыдущего немецкого вторжения, чтобы предотвратить повторное вторжение — Гитлер просто (почти) без особых усилий обошел ее.Французы прекрасно изучали историю; они просто учились со слишком большой точностью. Они были слишком практичны и чрезвычайно сосредоточены на собственной безопасности.

Мы не узнаём спонтанно, что мы не узнаём, что мы не узнаём . Проблема заключается в структуре нашего ума: мы не изучаем правила, а только факты и только факты. Метаправила (например, правило, согласно которому мы склонны не заучивать правила), кажется, усваиваются нами не очень хорошо. Мы презираем абстрактное; мы презираем его со страстью.

Почему? Здесь необходимо, как и в остальной части этой книги, поставить общепринятую точку зрения с ног на голову и показать, насколько она неприменима к нашей современной, сложной и все более рекурсивной среде.

Но есть более глубокий вопрос: для чего создан наш разум? Похоже, у нас неправильное руководство пользователя. Наши умы, кажется, не созданы для размышлений и интроспекции; если бы они были, нам сегодня было бы легче, но тогда бы нас сегодня здесь не было, и меня не было бы здесь, чтобы говорить об этом — мой контрфактический, интроспективный и упрямый предок был бы съеден тигром, а его недумающий, но быстро реагирующий кузен сбежал бы в укрытие.Примите во внимание, что мышление отнимает много времени и, как правило, является большой тратой энергии, что наши предшественники провели более ста миллионов лет как не мыслящие млекопитающие и что в тот момент нашей истории, когда мы использовали свой мозг, мы использовали его и для объектов. периферийное по отношению к материи. Факты показывают, что мы думаем гораздо меньше, чем думаем, за исключением, конечно, тех случаев, когда мы думаем об этом.

НОВЫЙ ВИД НЕБЛАГОДАРНОСТИ

Печально думать о тех людях, с которыми история плохо обошлась.Были poËtes maudits , такие как Эдгар Аллан По или Артюр Рембо, презираемые обществом, а позже почитаемые и насильно скармливаемые школьникам. (Есть даже школы, названные в честь тех, кто бросил школу). Увы, это признание пришло слишком поздно для поэта, чтобы получить от него удовольствие от серотонина или поддержать свою романтическую жизнь на земле. Но есть еще более обиженные герои — очень печальная категория тех, кого мы не знаем, были героями, которые спасли нам жизнь, которые помогли нам избежать бедствий.Они не оставили следов и даже не знали, что вносят свой вклад. Мы помним мучеников, умерших за дело, о котором мы знали, и никогда не помним тех, кто не менее эффективен в своем вкладе, но о чьем деле мы никогда не знали — именно потому, что они добились успеха. Наша неблагодарность по отношению к poËtes maudits полностью меркнет перед этим другим типом неблагодарности. Это гораздо более порочный вид неблагодарности: чувство бесполезности со стороны молчаливого героя. Я проиллюстрирую это следующим мысленным экспериментом.

Предположим, что законодателю, обладающему мужеством, влиянием, интеллектом, видением и настойчивостью, удается принять закон, который вступит в силу и будет применяться повсеместно 10 сентября 2001 г.; он устанавливает постоянно запертые пуленепробиваемые двери в каждой кабине (что дорого обходится борющимся авиакомпаниям) — на тот случай, если террористы решат использовать самолеты для нападения на Всемирный торговый центр в Нью-Йорке. Я знаю, что это сумасшествие, но это всего лишь мысленный эксперимент (я знаю, что не может быть такого понятия, как законодатель с интеллектом, мужеством, видением и настойчивостью; в этом суть мысленного эксперимента).Законодательство не является популярной мерой среди сотрудников авиакомпаний, так как усложняет им жизнь. Но это, безусловно, предотвратило бы 11 сентября.

УЧИТЬСЯ ОЖИДАТЬ НЕОЖИДАННОЕ


ОБУЧЕНИЕ ОЖИДАТЬ НЕОЖИДАННОЕ

Комиссия по расследованию событий 11 сентября привлекла больше внимания к показаниям оно собрало не для той цели, которую поставило перед собой. Сегодня комиссия заслушает Кондолизу Райс, советник президента Буша по национальной безопасности, и ее аккаунт из политика администрации до сент.11 скорее всего отличаться от Ричарда Кларка, президента бывший начальник отдела по борьбе с терроризмом, в большинстве случаев, кроме один: это будет оспорено.

Здесь дело не только в политике, хотя политика многое объясняет. Сама комиссия, со своим мандатом, мог скомпрометировать свой отчет до того, как даже доставляется. Этот мандат состоит в том, чтобы «предоставлять« полный и полный отчет » терактов 11 сентября 2001 г. и рекомендации по предотвращению таких атаки в будущем.»

Звучит бесспорно, разумно, даже замечательно, но содержит по крайней мере три недостатка, которые являются общими для большинства подобных расследований. прошлые события. Распознавать эти недостатки, необходимо понимать понятие «черный лебедь».

Черный лебедь — это выброс, событие, лежащее за пределами реальности. нормальные ожидания. Большинство людей считают, что все лебеди белые, потому что это их опыт говорит им; черный лебедь по определению является сюрпризом. Тем не менее люди склонны придумывать им объяснения постфактум, что делает их более предсказуемы и менее случайны, чем они.Наш разум предназначен для сохранения, для эффективного хранения прошлой информации, которая вписывается в сжатое повествование. Это искажение, называемое предубеждением задним числом, мешает нам адекватно учиться. из прошлого.

Черные лебеди могут иметь экстремальные последствия: всего лишь несколько объясняют почти все, от успеха некоторых идей и религий до событий в нашей личной жизни. Кроме того, их влияние, кажется, выросло в 20-м веке, в то время как обычные события — те, которые мы изучаем, обсуждаем и узнаем из истории или из новостей — становится все более несущественным.

Подумайте: как могло бы миропонимание 27 июня 1914 года, помогли кому-нибудь догадаться, что должно было произойти дальше? Восхождение Гитлера, кончина советского блок, распространение исламского фундаментализма, интернет-пузырь: не только эти события непредсказуемы, но любой, кто правильно предскажет любое из них, были признаны сумасшедшими (действительно, некоторые были). Это обвинение в безумии также применялись для правильного предсказания событий 11 сентября — черный лебедь порочного сорта.

У злобного черного лебедя есть еще одно неуловимое свойство: его очень неожиданность помогает создать условия для ее возникновения. Имел теракт был возможным риска 10 сентября 2001 г., скорее всего, этого не произошло бы. Реактивные истребители находились в состоянии боевой готовности для перехвата угнанных самолетов, самолеты должны были иметь замки на дверях своих кабин, аэропорты тщательно проверяли весь пассажирский багаж. Ничего из этого не произошло, конечно, до 11 сентября.

Многие исследования человеческого механизма предотвращения риска показывают что он устарел и не подходит для современного мира; это сделано противостоять повторяющимся атакам и учиться на частностях.Если кто-то чудом избегает быть съеденным тигром в определенную пещеру, затем он учится избегать этой пещеры. Но злобные черные лебеди по определению не повторяйтесь. Мы не можем легко учиться у них.

Все это приводит нас к комиссии по расследованию событий 11 сентября. в Америке не будет еще один шанс провести первое расследование 11 сентября. С его недостатками мандат, однако, комиссия рискует упустить эту возможность.

Первый недостаток — это ошибка чрезмерной и наивной конкретики.Сосредоточившись на деталях прошлого события, мы можем отвлечь внимание с вопроса о том, как предотвратить будущие трагедии, которые все еще абстрактны в нашем уме. К защитить себя от черных лебедей, общее знание является важным первым шагом.

Мандат также является ярким примером феномена, известного как задним числом. искажение. Перефразируя Киркегора, история бежит вперед, но видно назад. Расследование следует избегать ошибки переоценки случаев возможной небрежности, хронической недостаток ретроспективного анализа.К сожалению, слушания показывают, что комиссия кажется, ищет точную и узко определенную подотчетность.

Но бесконечная бдительность невозможна. Пренебрежение каким-либо конкретным случае необходимо сравнить с обычным уровнем небрежности для все возможные события в время трагедии — включая те события, которые не произошли а мог бы. До 11 сентября риск терроризма не был так очевиден, как кажется сегодня разумному человеку в правительстве (что является частью причины 11 сентября произошел).Следовательно, правительство могло бы использовать свои ресурсы для защиты против других рисков — с невидимыми, но, возможно, эффективными результатами.

Третий недостаток связан. Наша система вознаграждений не адаптирована черные лебеди. Мы можем установить вознаграждение за активность, которая снижает риск определенных измеримых события, такие как заболеваемость раком. Но труднее поощрять профилактику (или даже сокращение) цепочки плохих событий (например, войны). Работа-производительность оценки в этих вопросах не просто каверзны, они могут быть предвзятыми в пользу измеримых событий.Иногда, как знает любой хороший менеджер, избегая определенного результат — достижение.

Величайший недостаток мандата комиссии, к сожалению, отражает один из величайших недостатков современного общества: оно не понимает риск. В центре внимания исследование не должно быть направлено на то, чтобы избежать какого-либо конкретного черного лебедя, поскольку мы не знать, откуда придет следующий. Акцент должен быть сделан на том, какие общие уроки можно узнать у них. И самый важный урок может заключаться в том, что мы должны вознаграждайте людей, а не высмеивайте их за мысли о невозможном.После черного лебедь как 11 сентября, надо смотреть вперед, а не в зеркало заднего вида.

[От редактора Примечание. Впервые опубликовано как статья Op-Ed Page в году. New York Times от 8 апреля.]

~~

А Поговорите с Нассимом Николасом Талебом

(НАСИМ НИКОЛАС ТАЛЕБ:) Люди говорят, что я трейдер, что может быть странным обозначением для того, чье центральное убеждение скептицизм в отношении предсказуемости рынков и предубеждений в атрибуции навыков, как нас «одурачивают случайность».Некоторые люди называют меня математиком, что тоже не правильно, ибо специализируюсь на узкой отрасли математики, модели неопределенности применительно к социальной наук. Но вместо этого я сосредоточусь на разбивке этих моделей. когда они вступают в контакт с реальностью; я провожу время делая эмпирические исследования того, как и где эти амбициозные модели подвести нас. Так что нельзя называть математиком того, кто использует математику, чтобы отвергнуть математические методы, не предлагая ничего лучше простого «смирения» и редкого мужества сказать «я не знаю» — и то, и другое не имеет никакого изощренного уравнения и не предусматривают технических документов.как я буду обсудим позже Я крайне скептически отношусь к нашим нынешним возможностям моделировать социально-экономическую случайность, но такая информация важна сама по себе и может быть использована чтобы выйти из беды. Быть обратным трейдером и обратным математиком (используя общепринятый смысл), я говорю людям, что я научно-философский эссеист и люди оставь меня в покое.

Случайность можно изучать на трех уровнях: математическом, эмпирическом, и поведенческие. Во-первых, это узко определенная математика. случайности, которая больше не является интересной проблемой потому что мы в значительной степени достигли небольшой отдачи от того, что мы может развиваться в этой отрасли.Второе это динамика реального мира, динамика истории, что мы можем и не можем смоделировать, как мы можем залезть в внутренности механики исторических событий, могут ли количественные модели помочь нас и как они могут нам навредить. И третья — наша человеческая способность понять неопределенность. Мы наделены родным презрением реферата; мы игнорируем то, чего не видим, даже если наши логика подсказывает иное. Мы склонны переоценивать причинно-следственные связи. отношения. Когда мы встречаем кого-то, кто, играя на русском рулетка стала чрезвычайно влиятельной, богатой и могущественной, мы по-прежнему относимся к этому человеку так, как будто он получил этот статус просто навыками, даже если вы знаете, что вам очень повезло.Почему? Потому что наше поведение по отношению к этому человеку будет полностью определяется неглубокой эвристикой и очень поверхностным вопросы, связанные с его внешностью.

В случайности есть две технические проблемы: что Я называю мягкую проблему и сложную проблему. Мягкая проблема в случайности — вот за что меня ненавидят практики, но ученые есть простое решение для этого — это просто трудно воплощать в жизнь. Это то, что мы называем в некоторых кругах наблюдением предвзятость или связанная с этим проблема интеллектуального анализа данных.Когда вы смотрите на что-нибудь — скажем, фондовый рынок — вы видите выжившие, победители; вы не видите проигравших, потому что вы не наблюдаете за кладбищем, и вы, вероятно, неправильно атрибутируете причины, которые привели к победе.

Есть глупая книжка под названием Миллионер по соседству , а один из авторов написал еще более глупую книгу под названием The Разум миллионера . Они взяли интервью у кучи миллионеров выяснить, как эти люди разбогатели. Видно они пришли с кучей черт.Вам нужно немного интеллекта, много тяжелой работы и много риска. И они вывели что, эй, рисковать полезно, если хочешь стать миллионер. Что эти люди забыли сделать, так это взять взгляд на менее заметное кладбище — другими словами, обанкротившиеся люди, неудачники, люди, вышедшие из бизнеса — и посмотрите на их черты. Они бы обнаружили что некоторые из тех же черт разделяют эти люди, как тяжелая работа и риск. Это говорит мне о том, что уникальная черта Общим для миллионеров была в основном удача.

Эта предвзятость заставляет нас неправильно рассчитывать шансы и ошибочно приписывать навыки и умения. Если вы профинансировали 1 000 000 безработных, обеспеченных не более чем возможность сказать «купить» или «продать», шансы заключается в том, что вы будете безубыточны в совокупности за вычетом транзакций расходы, но некоторые сорвут джек-пот просто потому, что Базовая когорта очень большая. Будет почти невозможно не иметь маленькие Уоррен Баффетс только по счастливой случайности. По факту они будут очень заметны и будут давать точные и хорошо звучащие объяснения, почему они это сделали.Трудно спорить с ними; «ничто так не удавалось, как успех». Все эти ретроспективы объяснения широко распространены, но есть научные методы чтобы исправить предвзятость. Это не отфильтровано до деловой мир или средства массовой информации; у исследователей есть доказательства что профессиональные управляющие фондами ничем не лучше случайных и стоят денег обществу (общая выручка от этих транзакций затраты исчисляются сотнями миллиардов долларов), но общественность останется убежденным, что «некоторые» из этих инвесторов навыки и умения.

Трудная проблема случайности может оказаться неразрешимой. это что некоторые ученые ненавидят меня за. Это эпистемологическая проблема: мы не наблюдаем вероятности напрямую. Мы должны найти их где-нибудь, и они могут быть склонны к нескольким типам неправильной спецификации. Некоторые вероятности невычислимы — хорошая новость в том, что мы знаем, какие из них. Большая часть математических модели, которые мы должны зафиксировать в неопределенности, работают в казино и игровая среда, но они не применимы к сложной социальный мир, в котором мы живем, факт, который тривиально показать эмпирически.Рассмотрим два типа случайности. Первый тип есть физическая случайность — иными словами, вероятность столкнуться с гигантом выше семи, восьми или девяти футов, что в физическом мире очень низко. Вероятность столкнуться с кем-то ростом в 200 миль — это определенно ноль; потому что у вас должна быть мать какого-то размера, есть физические ограничения. Вероятность того, что тепловая частица отправится отсюда в Китай или отсюда на Луну, чрезвычайно мало, так как для этого нужна энергия.Эти дистрибутивы имеют тенденцию быть «колоколообразными», гауссовыми, с послушными свойствами.

Но в случайных величинах, которые мы наблюдаем сегодня, таких как цены — то, что я называю случайностью 2-го типа, все, что носит информационный характер. — Небо это предел. Это «дикая» неопределенность. Так как немцы увидели во время эпизода гиперинфляции валюту может мгновенно перейти от одного к миллиарду. Вы можете назвать число, ничто физическое не может помешать ему попасть туда. Что беспокоит в том, что ничто в прошлой статистике не могло вам помочь предположить возможность такого эффекта гиперинфляции.Люди может стать очень мощным в одночасье на очень маленькой идее.

Возьмем феномен Google или эффект Microsoft — динамика «все или ничего». Эквивалент Google, где кто-то просто берет на себя все, было бы невозможно засвидетельствовать в плейстоцене. Таких все больше и больше в мире, где основная часть случайных величин является социально-информационной с низкими физическими ограничениями. Такой тип случайности почти невозможно смоделировать, так как одно наблюдение за сильное воздействие, которое я назвал Черным лебедем, может разрушить весь вывод.

Это не просто логическое утверждение: это происходит регулярно. Несмотря на всю математическую изощренность, мы не получение чего-либо материального, кроме знаний, которые мы делаем мало что знаю об этих свойствах «хвоста». А так как наш в мире все больше и больше доминируют эти большие отклонения которые невозможно правильно смоделировать, мы меньше понимаем и меньше того, что происходит.

Количественная экономика, особенно финансы, не особенно интроспективная или эмпирическая наука.Вильфредо У Парето была интуиция неопределенности второго типа в социальной сфере. мира (стиль Черного лебедя) более 100 лет назад с его негауссово распределение. Позорно господствующие экономисты проигнорировал его, потому что его альтернатива не давала «осязаемых» ответы для академической карьеры. Финансовые экономисты построили «портфель теория», основанная на нашей способности измерять финансовые риски. Они использовали распределение в форме колокола (и подобное). который распространился в академических кругах и принес несколько Нобелевских медали.

Все основано на стационарности вероятностей, т.е. не меняется после того, как вы их наблюдаете, предполагая, что вы наблюдали было правдой. Все они были убеждены в том, что измеряют риски как некто измерял бы температуру. Это привело к серии фиаско, включая крах фонда Long-term Capital Management, соучредителями являются два лауреата Нобелевской премии по экономике. Тем не менее, он не был дискредитирован — до сих пор говорят «у нас нет ничего лучше» и учат это в бизнес-школах. Вот это я называю проблемой азартные игры с неправильными костями.Здесь у вас есть кто-то, кто чрезвычайно искусен в вычислении вероятностей кости, но знаете что? Они понятия не имеют, какие кости они используют и не имеют ментальной смелости сказать «я не знаю».

Социологи страдали от зависти к физике, поскольку физика был очень успешным в создании математических моделей с огромное предсказательное значение. В финансовой экономике, в частности в области, называемой управлением рисками, прогностическая ценность модели ничем не отличаются от астрологии.Действительно, похоже астрология (без изящества). Они дают вам ex-post специальное объяснение. Увидев реакцию на долгосрочный Capital Fiasco Я был озадачен реакцией регуляторов, центральные банки и финансовый истеблишмент. Они сделали похоже, не извлекли реального урока из этого события. затем я переехал мою интеллектуальную энергию в более честное с научной точки зрения наук о природе человека.

~~

Загадочный вопрос: почему мы, люди, не осознаем что мы ничего не знаем о значимом бренде случайность? Почему мы не понимаем, что мы не настолько способны предсказания? Почему мы не замечаем предвзятости, которая заставляет нас не понимать, что мы не учимся на собственном опыте? Почему мы продолжаем идти так, как будто мы их понимаем?

Много понимания, которое приходит из поведенческих и когнитивных психологии — особенно с работами Даниэля Канемана, Амоса Тверски и, конечно же, Дэниела Гилберта, который показывает, что у нас нет хорошей интроспективной способности видеть и понять, что заставляет нас тикать.Это имеет последствия для почему мы не знаем, что делает нас счастливыми — аффективное прогнозирование — почему мы не совсем понимаем, как мы делаем свой выбор, и почему мы не учимся на собственном опыте. Мы думаем мы лучше прогнозируем, чем на самом деле. злобно, особенно в полной мере это относится к категориям социальных ученые.

Мы не созданы для случайности второго типа. Как мы, люди, можем взять учитывать роль неопределенности в нашей жизни без морализаторство? Как метко заметил Стив Пинкер, наш разум создан для пригодность не для истины, а пригодность для другого вероятностная структура.Какие трюки работают? Вот один: избегать СМИ. Мы недостаточно рациональны, чтобы подвергаться нажимать. Это очень опасная вещь, потому что вероятностный Картографирование, которое мы получаем от просмотра телевизора, совершенно другое. от реальных рисков, которым мы подвергались. Если вы смотрите на здание горя по телевидению, это изменит ваше отношение к этому риску, независимо от его реальной актуарной стоимости, не имеет значение ваша интеллектуальная изощренность. Как мы можем жить в общество двадцать первого, двадцать второго или двадцать третьего века, и в то же время у нас есть интуиция, созданная для вероятно, сто миллионов лет назад? Как мы можем принять как общество, что мы в основном животные в своем поведении, и что наше понимание вещей не имеет большого значения в том, как мы действуем?

Тривиально мы можем видеть это в поведении людей.Многие курильщики знают, что то, что они делают, опасно, но продолжают делают это, потому что очевидно, что их познание не имеет большого значения на их поведение. Есть еще одно предубеждение: они считают, что вероятности, применимые к другим, к ним неприменимы. Большинство людей, которые хотят выглядеть как греческие боги — и многие хотят быть похожими на греческих богов — точно знаю что делать: купить абонемент за сто долларов в какой-нибудь спортзал и появляться три раза в неделю.

Большинство людей точно знают, каковы решения проблемы, включая проблемы случайности.Этого недостаточно. Мы должны защитить себя от современной окружающей среды в гораздо более эффективные методы, чем мы имеем сегодня. Думать о риск диабета, который возникает в основном как дезадаптация к миру, в котором мы живем. Но у нас гораздо острее проблема в нашем риск-подшипник. Мы презираем то, чего не видим. Мы много рискуем, но так как нам комфортно, мы не увидеть их. У нас нет протокола поведения, и это далеко более опасны, чем эти физические болезни. вероятностный слепота, которую мы имеем, является эквивалентным психическим заболеванием, гораздо более тяжелее, чем диабет и ожирение.

Возьмем пример этой вероятностной дезадаптации. Скажи, что ты летят в Нью-Йорк. Вы сидите рядом с кем-то на самолете, и она говорит вам, что знает кого-то, чей первый двоюродный брат работал с кем-то, кого ограбили в Центральном парке в 1983 году. Эта информация заменит любую форму статистические данные, которые вы получите об уровне преступности в Нью-Йорке. Вот как мы. Мы не созданы для поглощения абстрактная информация. Первый шаг — сделать себя знаю об этом.Но пока у нас нет второго шага. Должен газеты и телевизоры поставляются с предупредительной этикеткой?

У нас есть важные исследования в области риска, проведенные такими людьми, как Дэнни Канеман, Кристофер Хси и Пол Слович. Доступность эвристика говорит вам, что ваше восприятие риска быть пропорциональна тому, насколько важным событие становится для вас разум. Это может произойти двумя способами: либо потому, что оно сжато яркое изображение или потому что оно вызовет эмоциональный реакция в тебе.Последняя называется эвристикой аффекта. недавно разработанная как теория «риск как чувство». Мы наблюдаем это в торговле все время. В основном вы беспокоитесь только о что вы знаете, и, как правило, когда вы знаете о чем-то ущерб нанесен.

~~

Я активист и сторонник Edge как платформы для нового научно мыслящего публичного интеллектуала, занимающегося общественно-исторические события — взамен «одураченный случайностью» историк и болтливая журналистка общественный интеллигент.Есть два типа людей, люди достойные уважения те, кто пытается сопротивляться объяснению вещей, и люди, которые не могут сопротивляться объяснению вещей. Итак, у нас осталось столбец и правый столбец. В левой колонке указано, что людей, которые слишком серьезно относятся к своим знаниям, вы сначала историки: «Это было вызвано тем. Почему? Потому что два события совпало. Пришел президент и вдруг у нас был достаток, и, следовательно, может быть, высокий президент — это что-то хорошее для экономики.» Всегда можно найти объяснения.

Второй — журналист. В тот день, когда Саддам был поймали, рынок облигаций утром пошел вверх, и он пошел вниз во второй половине дня. Итак, у нас было два заголовка — «Рынок облигаций растет на новостях о Саддаме», а во второй половине дня «Облигации Рыночный спад на новости Саддама», — и тогда они оба случаи очень убедительные объяснения ходов. В принципе если вы можете объяснить одно и противоположное, используя одно и то же данным у вас нет объяснения. Требуется много мужества молчать.

Один аспект этого предубеждения в пользу левой колонки хорошо известен эмпирически. психологи назвали «верой в закон малых чисел». — как мы склонны переоценивать количество имеющихся у нас данных чтобы прийти к выводу. Возможно, это была оптимальная стратегия в более простой среде. Вам не нужно убедиться, что это тигр перед бегством за свою жизнь. Если ты видишь нечто отдаленно напоминающее тигра, вы бежите; это далеко эффективнее переоценивать шансы.

Люди, занимающиеся гуманитарными науками, склонны усугублять наши предубеждения — они не понимают основной концепции ошибки выборки.У вас также есть бизнесмены и их слуги-экономисты. Герд Гигеренцер, перефразируя Джорджа Оруэлла, заметил, что каждый человек должен научиться читать, писать и понимать статистическую значимость. Он привел примеры, показывающие что третий шаг оказался намного сложнее, чем первые два. Вот где понимание значения событий — это то, что невозможно сделать без строгости научного скептицизма.

С правой стороны у вас Монтень, достойный уважения, потому что он интенсивно интроспективен, с мужеством сопротивляться его собственные знания.Это было до того, как все рухнуло с картезианским миром, стремлением к определенности и поощрением людям объяснить. Добавьте Юма, Поппера, Хайека, Кейнса, Пирса. В этой категории у вас также есть физики и ученые в эмпирическом мире. Почему? Это не потому, что у них нет человеческие предубеждения, а потому что у вас есть эта огромная инфраструктура над ними, что мешает им сказать то, что они не может подтвердить эмпирически. У вас также много скептически настроенных трейдеров. (или инверсивные трейдеры) в правой колонке, те, кто в курсе нашей неспособности предсказывать рынки.Мы не спекулируем, а воспользоваться дисбалансом и потоком заказов. Мы работаем из основа естественного скептицизма.

Я хочу агрессивно продвигать эту скептическую разновидность вероятностных мышления в общественную интеллектуальную жизнь. Это выходит за рамки интеллектуальная роскошь. Наблюдая за последними событиями и политиками и журналистов (всех мастей), реагирующих на них, я действительно страшно жить в этом обществе.


Черный лебедь: Второе издание Нассима Николаса Талеба

Черный лебедь — это отдельная книга из знаковой серии Incerto Нассима Николаса Талеба, в которой исследуется непрозрачность, удача, неопределенность, вероятность, человеческая ошибка, риск и принятие решений в мире, который мы не понимаем.Другие книги серии: Одураченные случайностью, Антихрупкость, Кожа в игре, и Ложе Прокруста .

Черный лебедь — крайне маловероятное событие с тремя основными характеристиками: непредсказуемость; он несет массивное воздействие; и, постфактум, мы придумываем объяснение, которое делает его менее случайным и более предсказуемым, чем оно было на самом деле. Удивительный успех Google был черным лебедем; так было 9/11. Для Нассима Николаса Талеба черные лебеди лежат в основе почти всего в нашем мире, от возникновения религий до событий в нашей личной жизни.
 
Почему мы не признаем феномен черных лебедей до тех пор, пока они не появятся? Часть ответа, по словам Талеба, заключается в том, что люди запрограммированы на изучение специфики, когда им следует сосредоточиться на общих чертах. Мы концентрируемся на вещах, которые уже знаем, и снова и снова не принимаем во внимание то, чего не знаем. Поэтому мы неспособны по-настоящему оценить возможности, слишком уязвимы для стремления упрощать, рассказывать и классифицировать и недостаточно открыты для вознаграждения тех, кто может представить себе «невозможное».”
 
В течение многих лет Талеб изучал, как мы обманываем себя, думая, что знаем больше, чем на самом деле. Мы ограничиваем свое мышление неуместным и несущественным, в то время как крупные события продолжают удивлять нас и формировать наш мир. В этой откровенной книге Талеб объясняет все, что мы знаем о том, чего мы не знаем, а во втором издании представлено новое философское и эмпирическое эссе «О прочности и хрупкости», которое предлагает инструменты для навигации и использования мира Черного лебедя.
 
Элегантный, поразительный и универсальный, Черный лебедь изменит ваш взгляд на мир.Талеб — очень занимательный писатель, остроумный, непочтительный и рассказывающий необычные истории. Он разносторонне владеет предметами, начиная от когнитивистики и заканчивая бизнесом и теорией вероятностей. «Чёрный лебедь» — книга-знаменитость, сама по себе чёрный лебедь.
 
Включает бонусный PDF-файл с таблицами и рисунками.

Слава Нассиму Николасу Талебу
 
«Самый пророческий голос из всех». —GQ
 
Похвала Черный лебедь
 
«[Книга], изменившая современное мышление. The Times (Лондон)
 
«Шедевр». — Крис Андерсон, главный редактор Wired, автор книги The Long Tail
 
«Идиосинкразически блестящий». — Найл Фергюсон, Los Angeles Times
 
« Черный лебедь изменил мое представление о том, как устроен мир». — Даниэль Канеман, лауреат Нобелевской премии
 
«[Талеб пишет] в стиле, который во многом обязан Стивену Кольберу, как и Мишелю де Монтеню.. . . Мы охотно возимся с ним через безумия предвзятости подтверждения [и] нарративной ошибки». — The Wall Street Journal
 
«Чрезвычайно приятный — захватывающий. . . легко окунуться». Financial Times
 
«Вовлечение . . . Черный лебедь имеет привлекательную дерзость и замечательные амбиции. — The New York Times Book Review

Слава Нассиму Николасу Талебу
 
«Самый пророческий голос из всех. —GQ
 
Похвала Черный лебедь
 
«[Книга], изменившая современное мышление». The Times (Лондон)
 
«Шедевр». — Крис Андерсон, главный редактор Wired, автор книги The Long Tail
 
«Идиосинкразически блестящий». — Найл Фергюсон, Los Angeles Times
 
« Черный лебедь изменил мое представление о том, как устроен мир. — Даниэль Канеман, лауреат Нобелевской премии
 
«[Талеб пишет] в стиле, который во многом обязан Стивену Кольберу, как и Мишелю де Монтеню. . . . Мы охотно возимся с ним через безумия предвзятости подтверждения [и] нарративной ошибки». — The Wall Street Journal
 
«Чрезвычайно приятный — захватывающий. . . легко окунуться». Financial Times
 
«Вовлечение . . . Черный лебедь имеет привлекательную дерзость и замечательные амбиции. — The New York Times Book Review

Автор «Черного лебедя» Нассим Талеб говорит, что биткойн не стоит ничего

Нассим Николас Талеб, профессор и автор Нью-Йоркского университета

Джером Фавр | Блумберг | Getty Images

Нассим Николас Талеб изменил свою позицию в отношении биткойнов.

Автор «Черного лебедя» заявил в недавней статье, что крупнейшая по рыночной капитализации криптовалюта не соответствует представлениям о ней как о валюте без правительства, как о страховке от инфляции и как о надежной гавани.

«Немногие активы в финансовой истории были более хрупкими, чем биткойн», — сказал он.

Ранее Талеб более благосклонно отзывался о биткойнах, особенно о его способности помогать людям обходить контроль над капиталом на рынках, которые полагаются на них в управлении обменными курсами. Он назвал ее «первой органической валютой» в предисловии к «Стандарту биткойнов» в 2018 году и «страховым полисом» против государственного контроля над валютой.

В своей недавней статье «Биткойн, валюты и хрупкость», опубликованной в конце июня, Талеб, исследователь вероятности и бывший давний количественный трейдер, говорит, что биткойн стоит «ровно ноль» отчасти потому, что он требует постоянного интереса к поддерживать его.

Напротив, «золото и другие драгоценные металлы в основном не требуют обслуживания, не деградируют в течение исторического периода и не требуют обслуживания для обновления их физических свойств с течением времени», — сказал он.

Волатильность как ключевая характеристика

Биткойн был создан в 2008 году и всегда славился своей волатильностью, хотя в год пандемии Covid-19 он впервые испытал такую ​​крайнюю волатильность перед лицом глобального экономического кризиса.

Талеб отметил, что в марте 2020 года биткойн упал больше, чем фондовый рынок, и восстановился вместе с ним «после массивного вливания ликвидности».«Это «достаточное доказательство того, что его нельзя удаленно использовать в качестве хвостовой страховки от системного риска», — сказал он. Интернет переживал даже региональные сбои, особенно если это происходило во время финансового краха. Криптовалюта не может «вытеснить фиат», то есть деньги, обеспеченные правительством, которое их выпускает, но не обеспеченные физическим товаром, таким как золото.

«Действительно желательно иметь хотя бы одну реальную валюту без правительства», — писал он в своей статье. «Но новая валюта просто должна быть более привлекательной в качестве средства сбережения, отслеживая взвешенную корзину товаров и услуг с минимальной ошибкой».

Люди также путают успех биткойна как цифровой валюты с успехом биткойна как спекулятивной инвестиции. По словам Талеба, для того, чтобы быть валютой, она должна иметь некоторую стабильность и удобство использования.

Талеб — почетный профессор инженерии рисков в инженерной школе Тандон Нью-Йоркского университета и научный консультант Universa Investments.

Цена биткойна составляла около 32 000 долларов во вторник утром и колебалась между 32 000 и 36 000 долларов в течение месяца после того, как в середине июня ненадолго достигла 40 000 долларов.

Данные обмена криптовалюты показывают, что торговля биткойнами упала более чем на 40% в июне этого года, согласно CryptoCompare. В том же месяце цена биткойна достигла месячного минимума в 28 908 долларов.

Тем не менее, согласно данным Kaiko, июньский объем входит в пятерку лучших за всю историю месяцев.

Книга «Черный лебедь» | Нассим Николас Талеб

Редакционный рейтинг

10

Рейтинг – что это значит?

В getAbstract мы собираем книги*, которые помогают людям понять мир и сделать его лучше.Все, что мы выбираем для нашей библиотеки, должно превосходить по одному или другому из этих двух основных критериев:

Поучительный . Вы узнаете вещи, которые помогут вам принимать решения и улучшать их.

Helpful – Вы получите практические советы, которые помогут вам стать лучше в том, чем вы занимаетесь.

Мы оцениваем каждую часть контента по шкале от 1 до 10 в отношении этих двух основных критериев. Наш рейтинг поможет вам отсортировать заголовки в вашем списке для чтения от хороших (5) до блестящих (10).Книги, которым мы поставили оценку ниже 5, не будут обобщаться. Вот что означают рейтинги:

10 — Блестящий. Полезная и/или познавательная книга, которая не только отвечает самым высоким стандартам во всех соответствующих аспектах, но и выделяется даже среди лучших. Часто мгновенная классика и обязательна к прочтению для всех.
9 – Превосходно. Полезная и/или поучительная книга, которая очень хорошо продумана, имеет много достоинств и не имеет недостатков, о которых стоит упомянуть.
8 – Очень хорошо. Полезная и/или просветительская книга, которая обладает значительным количеством выдающихся качеств, но не превосходит всех остальных, например.грамм. представляет последние открытия в актуальной области и написана известным экспертом, но немного не в стиле.
7 – Хорошо. Полезная и/или просветительская книга, которая сочетает в себе две или более заслуживающих внимания сильных сторон, например. содержит необычно новые идеи и представляет их в увлекательной форме.
6 – Примечательно. Полезная и/или просветительская книга, которая выделяется хотя бы одним аспектом, например. особенно хорошо структурирован.
5 – сплошной. Полезная и/или поучительная книга, несмотря на ее очевидные недостатки.Например, он может давать достойные советы в одних областях и быть повторяющимся или ничем не примечательным в других.

*getAbstract обобщает гораздо больше, чем книги. Мы смотрим на любой контент, который может иметь значение для нашей аудитории: книги, а также статьи, отчеты, видео и подкасты. То, что мы говорим здесь о книгах, относится ко всем форматам, которые мы охватываем.

Качества

Хотя рейтинг показывает, насколько хороша книга в соответствии с нашими двумя основными критериями, он ничего не говорит о ее конкретных определяющих характеристиках.Поэтому мы используем набор из 20 качеств, чтобы охарактеризовать каждую книгу по ее сильным сторонам:

Применимо — Вы получите совет, который можно непосредственно применить на рабочем месте или в повседневных ситуациях.
Аналитический — Вы поймете внутреннюю работу предмета.
Исходная информация — вы получите контекстуальные знания в качестве основы для обоснованных действий или анализа.
Жирный шрифт — Вы найдете аргументы, которые могут противоречить преобладающим взглядам.
Всеобъемлющий — вы найдете все аспекты рассматриваемой темы.
Конкретные примеры — вы получите практические советы, иллюстрированные примерами из реальной жизни или анекдотами.
Спорный — Вы столкнетесь с сильно обсуждаемыми мнениями.
Eloquent – Вам понравится мастерски написанный или представленный текст.
Увлекательный . Вы прочитаете или посмотрите это до конца.
Открытие глаз — Вам предложат очень неожиданные идеи.
Для начинающих . Вы обнаружите, что это хороший учебник для начинающих, если вы учащийся с небольшим опытом/знаниями или вообще без них.
Для экспертов — Вы получите знания/инструкции более высокого уровня, необходимые вам как эксперту.
Горячая тема . Вы окажетесь в центре широко обсуждаемого вопроса.
Инновационный . Вас ждут действительно свежие идеи и сведения о совершенно новых продуктах или тенденциях.
Взгляд изнутри . У вас будет привилегия учиться у того, кто знает свою тему наизнанку.
Вдохновляющий – Вам захочется немедленно применить на практике то, что вы прочитали.
Обзор — вы получите широкое изложение предмета с упоминанием всех его основных аспектов.
Научный — Вы получите факты и цифры, основанные на научных исследованиях.
Визионер . Вы заглянете в будущее и узнаете, что оно может значить для вас.
Хорошо структурированный . Вы обнаружите, что это особенно хорошо организовано для поддержки его приема или применения.


Рекомендация

По словам критика Гарольда Блума, проблема Гамлета не в том, «что он слишком много думает», а скорее в том, что «он думает слишком хорошо», будучи в конечном счете «неспособным покоиться в иллюзиях любого рода». То же самое можно сказать и о философе, эссеисте и трейдере Нассиме Николасе Талебе, который находит что-то гнилое в заблудших, но в высшей степени уверенных в себе гуру инвестиций, трейдерах, менеджерах хедж-фондов, банкирах с Уолл-Стрит, М.Бакалавры гуманитарных наук, генеральные директора, лауреаты Нобелевской премии по экономике и другие, утверждающие, что могут предсказывать будущее и объяснять прошлое. Как и все остальные, говорит Талеб, эти так называемые «эксперты» не в состоянии оценить «черных лебедей»: очень важные, но маловероятные события, которые делают прогнозы и стандартные объяснения хуже, чем бесполезными. Стиль Талеба личный и литературный, но его неортодоксальные взгляды строги (хотя иногда и потрясены авторской филигранностью). Это сочетание делает захватывающую, тревожную, спорную и незабываемую книгу о случайности и случайности.В то время как Талеб предлагает сильное лекарство, которое некоторым читателям может показаться слишком горьким, getAbstract прописывает его всем, кто хочет получить мощную прививку от легковерия.

Резюме

Когда все лебеди были белыми

До 1697 года учителя уверенно учили европейских школьников, что все лебеди белые. У них не было причин думать иначе, поскольку у всех когда-либо исследованных лебедей было одинаковое снежное оперение.Но затем голландский исследователь Виллем де Вламинг высадился в Австралии. Среди многих необычных существ внизу — странных прыгающих сумчатых, называемых кенгуру, пушистых утконосов, похожих на плюшевых мишек коал, — Вламингх нашел птиц с темными перьями, которые удивительно напоминали лебедей. Черные лебеди? Конечно. Когда-то замеченные, они были столь же безошибочными, сколь и невообразимыми, и заставили европейцев навсегда пересмотреть свою концепцию «лебедя». Со временем черные лебеди стали казаться обычными.

Этот шаблон распространен.Если вы не видели черного лебедя, это не значит, что черных лебедей не существует. Маловероятные события кажутся невозможными, когда они лежат в неизвестности или в будущем. Но после того, как они случаются, люди ассимилируют их в свое мировоззрение. Чрезвычайное становится обычным, и «эксперты», такие как политические эксперты и прогнозисты рынка, корят себя за то, что они не предсказали (теперь кажущееся очевидным) возникновение (тогда) маловероятного…

Мгновенный доступ к более чем 22 000 аннотаций книг

Для себя
Откройте для себя следующую любимую книгу с getAbstract.
Посмотреть цены >> Для вашей компании
Будьте в курсе новых тенденций за меньшее время.
Узнать больше >>

Об авторе

Нассим Николас Талеб , бывший торговец деривативами, является профессором кафедры наук о неопределенности Массачусетского университета и преподает в Институте математических наук Куранта Нью-Йоркского университета.Он также написал Одураченный случайностью .

Влияние маловероятного

В этой книге 12 рекомендаций
Описание Амазонки

Черный лебедь — крайне маловероятное событие с тремя основными характеристиками: непредсказуемость; он несет массивное воздействие; и, постфактум, мы придумываем объяснение, которое делает его менее случайным и более предсказуемым, чем оно было на самом деле.Удивительный успех Google был черным лебедем; так было 9/11. Для Нассима Николаса Талеба черные лебеди лежат в основе почти всего в нашем мире, от возникновения религий до событий в нашей личной жизни.

Почему мы не признаем феномен черных лебедей до тех пор, пока они не появятся? Часть ответа, по словам Талеба, заключается в том, что люди запрограммированы на изучение специфики, когда им следует сосредоточиться на общих чертах. Мы концентрируемся на вещах, которые уже знаем, и снова и снова не принимаем во внимание то, чего не знаем.Поэтому мы неспособны по-настоящему оценить возможности, слишком уязвимы для стремления упрощать, рассказывать и классифицировать и недостаточно открыты для вознаграждения тех, кто может представить себе «невозможное». В течение многих лет Талеб изучал, как мы обманываем себя, думая, что знаем больше, чем на самом деле.

Мы ограничиваем наше мышление неуместными и несущественными, в то время как крупные события продолжают удивлять нас и формировать наш мир. В этой откровенной книге Талеб объясняет все, что мы знаем о том, чего мы не знаем, а во втором издании представлено новое философское и эмпирическое эссе «О прочности и хрупкости», которое предлагает инструменты для навигации и использования мира Черного лебедя.Элегантный, поразительный и универсальный в своем применении, The Black Swan изменит ваш взгляд на мир. Талеб — очень занимательный писатель, остроумный, непочтительный и рассказывающий необычные истории. Он разносторонне владеет предметами, начиная от когнитивистики и заканчивая бизнесом и теорией вероятностей. «Черный лебедь» — знаковая книга, сам по себе черный лебедь.

Получить эту книгу на Amazon | Барнс и Ноубл | Книгохранилище | Apple Книги

Просмотреть другие книги, рекомендованные

Билл Ляо , Джефф Безос , Габриэль Коарна , Ола Олусога , Майкл Херрманн , Джеймс Альтушер , Фабрис Гринда , Одри Руссо , Дарвин Курниаван , Ликуан Лью , Мари Дени , Анант Джайн ,

Посмотреть больше книг, написанных

Нассим Николас Талеб,

Источники
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12,
.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.