Шопенгауэр и толстой: 8. ТОЛСТОЙ И ШОПЕНГАУЭР

Содержание

8. ТОЛСТОЙ И ШОПЕНГАУЭР

Воля — основа вселенной. Совесть и эгоизм. Стремление к наслаждению. Любовь и отказ от имущества

Леденящим пессимизмом веет от всей философии Толстого — не только от той части, которая писалась в моменты душевной борьбы, когда разум его бился в клетке сомнения, когда голову расшибить хотелось от отчаяния, но холодом дышет и от того христианского анархизма, который он рисовал себе в периоды просветления, когда он почувствовал, «живого бога в первый раз». Казалось бы, что атеизм Шопенгауэра должен был отделить богом упоенного Толстого от неверующего философа, но квиетизм и пессимизм сроднил их ближе, чем безбожие могло их разъединить.

Из утверждения воли (онтологической основы мира, по предположению Шопенгауэра), выражающейся в безнравственной борьбе во всей вселенной, немецкий философ посредством софизмов выводит теорию нравственности, основанную на отречении воли. Нравственность — маленький моральный островок в бушующем море страстей и бездушного эгоизма, до которого воля не может дойти: там аскет отдыхает душой. Хотя нравственности нельзя учиться — «velle non discitur» однако, Шопенгауэр учит о ней или просто «излагает». Наша жизнь, говорит он, — сплошное страдание, хоть переменчивое, но неустранимое. Она также — сплошное желание, ибо воля ненасытна, и вместо одного удовлетворенного желания появляется множество новых, которых невозможно удовлетворить. Помимо того, удовлетворенное желание оставляет пустое место, которое заполняется страданием, а в лучшем случае — скукой. Таким образом, наша жизнь вращается между этими двумя крайностями — между желанием, которое есть неудовлетворение, и удовлетворением, которое завершается скукой. Познание — явление, созданное объективизацией воли на высшей ступени, не может остановить всеобщей борьбы (природа есть борьба всех против всех), но оно в состоянии помочь нам вырваться из этого железного стоянии помочь нам вырваться из этого железного кольца, указывая нам, что всякое желание есть тщетное стремление, погоня за мыльными пузырями. Познание, таким образом, учит об опасности, в которую нас желание ввергает, и указывает путь отречения от всех соблазнов. Познание или разум помогает нам умертвить волю в нас, являясь, таким образом, нашим спасителем. В вечном движении бытия (воли) индивидуальность — только мимолетный кошмар, сон, который рождает сны. Познать эту истину — значит избавиться от лишних страданий.

Толстой признал истину этого учения по отношению к земной жизни и согласился с Шопенгауэром, что погоня за счастьем кончается несчастьем. Беда заключается в том, повторяет он вслед за Шопенгауэром, что мы стремимся к счастью и хотим избежать страданий. Будь это даже возможно на некоторое время, мысли о смерти и страдании — все же неизбежны вместе со старостью, но страдание означает совсем другое, оно означает, что с нами не все в порядке: либо, что тело наше не в здоровом состоянии, либо, что наша душа погружена во мрак. Исход — стремление к самосовершенствованию (на что и Шопенгауэр указывает) и к установлению царства божия на земле — оба необходимые процессы, по учению яснополянского мыслителя. Если одно пренебрегается, другое невозможно. На каждом шагу руководство совести — т. е. комбинации разума и любви — весьма необходимо, совесть же нас учит, что эгоизм есть злейший враг нравственности.

Шопенгауэр тоже противопоставляет совесть эгоизму, говоря, что совесть «расширяет сердце, как эгоизм суживает его. Ибо в то время, как последний концентрирует наше участие на отдельном явлении собственного индивидуума, при чем познание не перестает нам показывать неисчислимые беды, беспрерывно грозящие этому явлению, отчего страх и забота становятся основным тоном нашего настроения, — сознание, что все живое по своей внутренней сущности есть то же, что наша собственная личность, это создание распространяет наше участие на все живое: от этого сердце расширяется. Ослабленное таким образом внимание к собственной личности в корне подкапывает и ограничивает тягостную заботу о ней: отсюда та спокойная, уверенная радость, какую дарят нам добрые помыслы и чистая совесть; отсюда более сильное проявление этой радости при каждом добром поступке, ибо он удостоверяет для нас самих источник такого настроения. Эгоист чувствует себя окруженным чуждыми и враждебными явлениями, и все свое упование возлагает он на собственное благополучие. Добрый человек живет в мире дружественных явлений: благо каждого из них — его собственное» (

Шопенгауэр, А. «Мир как воля и представление», пер. И. Д. Айхенвальда, Москва, 1900, изд. Кушнерева, стр. 388.).

Толстой вполне согласен с этим «язычником» и повторяет его на свой лад: «Удивительно, как мы привыкли к иллюзии своей особенности, отделенности от мира. Мы видим, чувствуем, — жизнь заставляет нас всякую минуту чувствовать нашу связь и зависимость от мира, чувствовать свою нецельность; и мы все-таки верим, что мы, наше я, — что-то такое, во имя чего можно жить. А между тем, когда ясно поймешь эту иллюзию, то удивляешься, как можешь не видеть того, что ты — не часть целого, а в р е м е н н о е и п р о с т р а н с т в е н н о е п р о я в л е н и е ч е г о т о н е в р е м е н н о г о и  н е п р о с т р а н с т в е н н о г о »(«Дневник Л. Н. Толстого», 12 апреля 1898 г

) .

Сознавая, что все живущее есть проявление той же нераздельной воли, Шопенгауэр говорит, что любовь надо перенести на всех, противопоставляя себя воле, чья природа есть борьба, желание и вечное неудовлетворение. «Ибо для того, кто совершает подвиги любви, прозрачной стала пелена Майи, и мираж principii individuationis рассеялся перед ним. Себя, свою личность, свою волю узнает он в каждом существе, — следовательно, и в страждущем.

Для него исчезло то заблуждение, в силу которого воля к жизни, не узнавая самой себя, здесь, в одном индивидууме, вкушает мимолетные и призрачные наслаждения, а за то там, в другом индивидууме, переносит страдания и нужду и таким образом муку причиняет и муку терпит, не сознавая, что она, подобно Фиесту, жадно пожирает собственную плоть… Исцелиться от этого призрака и ослепления Майи и творить дела любви — это одно и то же» (

«Мир как воля и представление», стр. 387.).

Утилитарная доктрина отрицается и критикуется одинаково обоими мыслителями.

Для Толстого «главное заблуждение людей то, что каждому отдельно кажется, что руководитель его жизни есть стремление к наслаждению и отвращение от страданий. И человек, один, без руководства, отдается этому руководителю: ищет наслаждений и избегает страдания, и в этом полагает цель и смысл жизни.

«Но человек никогда не может жить наслаждаясь, и не может избежать страданий. Стало быть не в этом цель жизни.

«А если бы была в том, то — что за нелепость!

«Цель — наслаждения, а их нет и не может быть.

«А если бы они и были,— конец жизни — смерть, всегда сопряженная со страданиями… Цель жизни вне наслаждений. Она достигается переходом через них.

«Переход этот от наслаждений к страданиям — это дыхание жизни, вдыхание и выдыхание, принятие пищи и отдача ее.

«Положить своею целью наслаждения и избегать страданий, это значит потерять путь, пересекающий их»(«Спелые колосья», стр. 58 — 59.) .

«Всякое удовлетворение, — говорит немецкий философ аскетизма, — или то, что обычно называют счастьем, в действительности всегда имеет лишь о т р и ц а т е л ь н ы й , а не положительный характер. Это не изначальное и по собственному почину посещающее нас счастье: это всегда удовлетворение какого-нибудь желания. Ибо желание, т. е. лишение, — предварительное условие всякого наслаждения. Но удовлетворение кладет конец желанию, и, следовательно, наслаждению. Поэтому удовлетворение или счастье никогда не может быть чем-нибудь иным, кроме освобождения от горести, от нужды: ибо к последней относится не только всякое действительное, очевидное страдание, но и всякое желание, настойчивость которого нарушает наш покой, — сюда относится даже убийственная скука, которая делает нам жизнь в тягость»(

«Мир как воля и представление», стр. 330.).

А дальше: «Добровольное, полное целомудрие — вот первый шаг в аскетизме, или отрицание воли к жизни… Природа, всегда правдивая и наивная, сознается, что если эта максима станет всеобщей, то человеческий род прекратится… С совершенным уничтожением познания и остальной мир сам собою превратился бы в ничто, так как без субъекта нет объекта» («Мир как воля и представление», стр. 395.). В согласии с Шопенгауэром Толстой говорит, что когда страсть исчезнет, вместе с ней исчезнет человеческий род. Закон будет исполнен и миссия человеческая завершена. Вот почему он советует, чтобы мужчина смотрел на женщину, как на свою сестру.

Несмотря на то, что Шопенгауэр не верил в бога, что он не связал мораль с религией, он пришел к тем же результатам, к каким впоследствии пришел Толстой, хотя последний сомневался в морали, отделенной от религии. Эту мысль Шопенгауэр выражает так: «Если в глазах какого-нибудь человека пелена Майи, principium individuationis стала так прозрачна, что он не делает уже эгоистической разницы между своей личностью и чужой, а страдание других индивидуумов принимает так же близко к сердцу, как и свое собственное, и потому не только с величайшей радостью предлагает свою помощь, но даже готов жертвовать собственным индивидуумом, лишь бы спасти этим несколько чужих, — то уже естественно, что такой человек, во всех существах узнающий себя, свое сокровенное и истинное я, должен и бесконечные страдания всего живущего рассматривать как свои собственные и приобщить себя несчастью вселенной. Ни одно страдание ему не чуждо более» (

Там же, стр. 393.).

Для Толстого даже убийство бешеной собаки запрещено божественным законом, точно так же, как сопротивление убийце невинного младенца: высший закон божественной жизни — не противиться смерти. Жизнь тут на земле ценности не имеет, смерть желаннее, так не все ли равно кто смерть приносит, ибо если не смотреть испуганными глазами на смерть, то она лишь «есть перемена сознания, перемена того, что я могу сознавать собою. И потому страх смерти есть ужасное суеверие. Смерть есть радостное событие, стоящее на конце каждой жизни. Страдания затем и посланы людям, чтобы удерживать их от смерти. А то все бы, понимающие жизнь и смерть, стремились бы к смерти. Теперь же к смерти нельзя притти иначе, как через страдания»(

«Дневник Л. Н. Толстого», 14 ноября 1898 г.) .

Но если страх смерти есть лишь «ужасное суеверие», ибо она нас избавляет от страданий, тогда желание жить — ужасный предрассудок. Но почему же не покончить эту «глупую шутку»? Зачем ждать случая укуса бешеной собаки или взбесившегося разбойника?

Во взгляде на смерть он — последователь Шопенгауэра, который о смерти говорит следующее: «Когда же, наконец, приходит к нему смерть, разрешающая это проявление той воли, сущность которой, вследствие свободного самоотрицания, умерла в нем уже давно кроме слабого остатка ее — одушевленности тела, то смерть встречает он с великой радостью, как желанное искупление. С нею кончается здесь, не как у других, одно, лишь явление, — здесь уничтожается самая сущность, которая только в явлении и только посредством него имела слабое бытие: здесь разрывается смертью и эта последняя хрупкая связь…

«Для того, чья воля обратилась назад и отринула себя, это наш столь реальный мир со всеми его сомнениями и млечными путями — ничто» («Мир как воля и представление», стр. 397 и 427.).

Итак, по Толстому высшее стремление, завершением чего является «ничто», лежит через длинный и медленный процесс умирания, через цепь страданий, и мученик-аскет встречает это «ничто» с «великой радостью».

Мы видели, что для Толстого беднота есть одна из добродетелей, которая входит в код морального человека, поэтому он и идеализирует бродяжничество, ибо при образе жизни бродяги нужда и страдания неизбежны.

Этот взгляд Толстой также заимствовал у буддизма и Шопенгауэра, который сам признается, что он много черпал из индусской философии. А о нищете, об аскетизме Шопенгауэр говорит следующее: «Аскетизм выражается, далее, в добровольной и намеренной нищете, которая наступает не только per ассidеns, вследствие раздачи имущества для облегчения чужих страданий, но служит здесь целью сама по себе и должна быть постоянным умерщвлением воли, для того чтобы удовлетворение желаний и сладость жизни снова не разбудили воли, к которой самопознание исполнилось отвращения. Так как он сам отвергает проявляющуюся в его личности волю, то он не станет противиться, если другой сделает то же самое, т.е. причинит ему какую-нибудь несправедливость: поэтому он рад всякому страданию, которое приходит к нему извне, случайно или по чужой злобе, он рад всякой утрате, всякому поношению, всякой обиде, — он радостно принимает их как повод увериться, что он уже больше не утверждает воли, а охотно берет сторону каждого врага того проявления ее, которое составляет его собственную личность. Поэтому он с неисчерпаемым терпением и кротостью переносит муки и позор, без гордыни воздает добром за зло и не допускает, чтобы в нем когда-либо возгорелось пламя гнева или вожделения. Как самую волю, так умерщвляет он и ее внешность, ее объективность — тело: он скудно питает его, для того чтобы его пышный рост и расцвет не оживлял и не укреплял воли, которой оно является выражением и зеркалом»(«Мир как воля и представление», стр. 396 — 397.) .

Из этого видно, что и непротивление, и любовь к врагам и отказ от имущества есть средство побороть волю к жизни. Толстой же это называет служением богу, но разница между этими двумя мыслителями в отношении нравственности, несмотря на атеизм Шопенгауэра, уж не очень большая. Об этом сам Толстой сознается в своем «Дневнике» и также в «Анне Карениной». «Читаю «Афоризмы» Шопенгауэра. Очень хорошо. Только поставить: «служение «Богу» вместо «познания тщеты жизни», и мы согласны»(«Извлечения из дневников», Прил. к «Рускому слову», т. XXIV, стр. 114.) .

 

 

Толстой критикует Шопенгауэра. Этика любви и метафизика своеволия: Проблемы нравственной философии.

Толстой критикует Шопенгауэра

В своей «Исповеди» Толстой подробно, шаг за шагом, описывает те сомнения насчет справедливости шопенгауэровского тезиса о бессмысленности жизни, которые возникли в его душе после кратковременного увлечения философией Шопенгауэра. В конце концов эти сомнения оформились в виде трех тезисов.

1. «Я, мой разум — признали, что жизнь неразумна. Если нет высшего разума (а его нет, и ничто доказать его не может), то разум есть творец жизни для меня. Не было бы разума, не было бы для меня и жизни. Как же этот разум отрицает жизнь, а он сам творец жизни? Или, с другой стороны: если бы не было жизни, не было бы и моего разума, — стало быть, разум есть сын жизни. Жизнь есть все. Разум есть плод жизни, и разум этот отрицает самую жизнь. Я чувствовал, что тут что-то неладно» [1].

2. «Мое знание, подтвержденное мудростью мудрецов, открыло мне, что все на свете — органическое и неорганическое — все необыкновенно умно устроено, только мое одно положение глупо. А эти дураки — огромные массы простых людей — ничего не знают насчет того, как все органическое и неорганическое устроено на свете, а живут, и им кажется, что их жизнь очень разумно устроена!» [2] «И мне приходило в голову: а что как я чего-нибудь еще не знаю?» [3]

3. «Никто не мешает нам с Шопенгауэром отрицать жизнь. Но тогда убей себя — и не будешь рассуждать… А живешь, не можешь понять смысла жизни, так прекрати ее, а не вертись в этой жизни, рассказывая и расписывая, что ты не понимаешь жизни… Тебе скучно и противно, так уйди» [4]. «Ведь в самом деле, что же такое мы, убежденные в необходимости самоубийства и не решающиеся совершить его, как не самые слабые, непоследовательные и, говоря попросту, глупые люди, носящиеся со своей глупостью, как дурак с писаной торбой?» [5]

Эти сомнения, вытекавшие из противоречия между рассудком, говорившим о бессмысленности, и бытием, свидетельствовавшим, что сам он тем не менее живет, побудили Толстого сделать вывод о том, что есть нечто более истинное, чем его абстрактно-теоретический «разум», — он назвал это «сознанием жизни» [6], то есть сознанием, находившимся в соответствии с фактом его бытия. «…Эта-то сила, — пишет автор «Исповеди», — и вывела меня из моего отчаянного положения и совершенно иначе направила разум» [7]. Опираясь на это непосредственное «сознание жизни», не отъединявшее, а, наоборот, воссоединявшее его с человечеством, жившим ранее и продолжающим жить, утверждая тем свое бытие, писатель умозаключает: «Искать этого смысла жизни мне надо не у тех, которые потеряли смысл жизни и хотят убить себя, а у тех миллиардов отживших и живых людей, которые делают жизнь и на себе несут свою и нашу жизнь» [8].

Но таким образом сама проблема «смысла жизни перед лицом смерти» получила новый поворот. Становилось очевидным, что вывод о «бессмысленности» жизни, сделанный из факта человеческой смертности, был сделан по меньшей мере поспешно. Прежде необходимо было доказать, почему до сих пор в человечестве не побеждала идея «бессмысленности» жизни — ведь люди были смертны и раньше, а тем не менее они не только жили, но и сознавали осмысленность своего существования, благотворность того, что было дано им в качестве их бытия. А это значит, что нужно было, не вставая на точку зрения капрала, считающего, будто он один шагает в ногу, а вся рота идет не в ногу, сперва задаться вопросом: идет ли в ногу сам этот капрал? И если не идет, то почему так получилось? Иначе говоря, если некто, утверждающий, что жизнь абсолютно бессмысленна и гнусна, тем не менее продолжает жить точно так же, как жили до него и живут при нем миллиарды людей, вовсе не считающих ее таковой, то возникает вопрос: почему, по какой причине возникло у него подобное убеждение?

«Мне только показалось сначала, — рассуждает Толстой, — что знание дало положительный ответ — ответ Шопенгауэра: жизнь не имеет смысла, она есть зло. Но, разобрав дело, я понял, что ответ не положительный, что мое чувство только выразило его так. Ответ же строго выраженный, как он выражен и у браминов, и у Соломона, и у Шопенгауэра, есть только ответ неопределенный, или тождество: 0 = 0, жизнь, представляющаяся мне ничем, есть ничто. Так что знание философское ничего не отрицает, а только отвечает, что вопрос этот не может быть решен им, что для него решение остается неопределенным» [9]. И тем более насущной становится необходимость ответить на вопрос: почему же вышеупомянутый капрал пришел к выводу, что лишь он один идет в ногу, а вся рота — нет?

Оказывается, речь идет вовсе не о точном философском знании, а о некотором роде веры: одни верят в то, что жизнь не имеет смысла, а другие не верят в это и, наоборот, считают ее исполненной смысла. Поскольку же вера первых находится в разительном контрасте не только с убеждением абсолютного большинства человечества, но и с их собственной жизнью, с фактом их бытия, от которого они так и не отказались на протяжении многих-многих лет, поскольку именно она должна быть подвергнута сомнению в первую очередь, а не вера тех, для кого жизнь обладает всей полнотой смысла.

«И я понял, — пишет Толстой, — что вера этих людей — не та вера, которой я искал, что их вера не есть вера, а только одно из эпикурейских утешений в жизни. Я понял, что эта вера годится, может быть, хоть не для утешения, а для некоторого рассеяния раскаивающемуся Соломону на смертном одре, но она не может годиться для огромного большинства человечества, которое призвано не потешаться, пользуясь трудами других, а творить жизнь. Для того чтобы все человечество могло жить, для того чтоб оно продолжало жизнь, придавая ей смысл, у них, у этих миллиардов, должно быть другое, настоящее знание веры. Ведь не то, что мы Соломоном и Шопенгауэром не убили себя, не это убедило меня в существовании веры, а то, что жили эти миллиарды и живут и нас с Соломонами вынесли на своих волнах жизни» [10].

В связи с этим Толстой переадресовывает упрек людей, чей страх смерти обессмыслил для них саму жизнь, этим самым людям. Когда они говорят, что жизнь — злая бессмыслица, заслуживающая лишь уничтожения, то какую жизнь имеют они в виду — не свою ли собственную (которая затем «проецируется» на жизнь «вообще»)? «Я понял, — пишет Толстой, — что истину закрыло от меня не столько заблуждение моей мысли, сколько самая жизнь моя в тех исключительных условиях эпикурейства, удовлетворения похотям, в которых я провел ее. Я понял, что мой вопрос о том, что есть моя жизнь, и ответ: зло, — был совершенно правилен. Неправильно было только то, что ответ, относящийся только ко мне, я отнес к жизни вообще: я спросил себя, что такое моя жизнь, и получил ответ: зло и бессмыслица» [11].

Главное, что делало весомым возражение Толстого Шопенгауэру, заключалось в том, что в качестве «объекта критики» он взял не «другого», а самого себя. Критика шопенгауэровского пессимизма была одновременно самокритикой Толстого, пережившего — и изжившего — философию Шопенгауэра «изнутри». Причем условием освобождения Толстого от «завороженности» смертью, обессмысливающей жизнь, бытие вообще, было именно резкое обособление от прежней установки, которую он полубессознательно разделял вместе с немецким философом (и некоторыми из россиян, модничавшими своим пессимизмом): мы — «хорошие», а жизнь — «плохая», мы, считающие жизнь бессмыслицей, «хороши», а все остальные, кто так не считает, «плохи», — изначально безнравственная, бессовестная, бесчестная установка, не преодолев которую нельзя было не то что решить для себя проблему осмысленности жизни, но и правильно ее поставить. Здесь, как видим, нравственный переворот оказался условием выхода из теоретического тупика — как это и до Толстого случалось со многими мыслителями.

«Я понял, — признает Толстой (и не надо думать, что это такое уж легкое признание. — Ю. Д.), — что для того, чтобы понять смысл жизни, надо прежде всего, чтобы жизнь была не бессмысленна и зла, а потом уже — разум для того, чтобы понять ее. Я понял, почему я так долго ходил около такой очевидной истины, и что если думать и говорить о жизни человечества, то надо говорить и думать о жизни человечества, а не о жизни нескольких паразитов жизни. Истина эта была всегда истина, как 2×2 = 4, но я не признавал ее, потому что, признав 2X2=4, я бы должен был признать, что я нехорош. А чувствовать себя хорошим для меня было важнее и обязательнее, чем 2×2 = 4. Я полюбил хороших людей, возненавидел себя, и я признал истину» [12]. Главное для русского писателя заключалось в том, чтобы отказаться от точки зрения «мы» («хорошие») и «они» («плохие») в применении к народу, среди которого — и во многом, очень многом — за счет которого живешь. Оказывается, эта точка зрения поражает болезнью не только нравственность, извращая ее и превращая в нечто самопротиворечивое и фальшивое, но и теоретическое мышление — особенно когда речь идет о коренных философских проблемах, располагающихся вокруг гамлетовского «быть или не быть?».

Цель умозаключений, по всей линии выстраивающихся против шопенгауэровского пессимизма, приобретала у Толстого следующий вид. Русский писатель считает неверным такой подход к оценке жизни, когда она рассматривается как нечто, находящееся «вне» оценивающего ее человека, «по ту сторону» его собственной жизни, «безотносительное» к качеству и содержанию этой индивидуальной жизни. Жизнь, которая дается «в удел» каждому человеку, — это благо (каким является всякое бытие в противоположность небытию), это дар, благотворный уже сам по себе. А если человек превращает свою жизнь в нечто, что он расценивает как бессмысленное и злое, то повинна в этом не жизнь сама по себе, а прежде всего он сам, превративший благо в зло.

Источник такого превращения Толстой видит в исполненной всякой неправды отъединенности индивидуальной жизни от жизни народа, шире — человечества. Причина этой отъединенности видится писателю в отпадении от общего процесса «добывания», то есть постоянного воспроизведения этой жизни, каковое, по его убеждению, есть и призвание и долг каждого человека: деятельное выражение благодарности за тот дар, что он получил. Воспроизводя жизнь свою в суровом и нелегком труде, который «труден» точно так же, как трудно любое участие в реальном процессе, любое опосредствование действительного течения жизни, человек учится «изнутри» постигать осмысленность жизни, ее ритмичность, ее законосообразность, ее необходимость, включая и необходимость индивидуальной человеческой кончины.

Именно конечность человека обусловливает непреложность нравственных законов, которым он должен подчиняться. Представление об осмысленности жизни дается человеку как награда за серьезное к ней отношение. Человек, всерьез стремящийся воздать своей жизни за то благо — бытие, которое он получил вместе с нею, сам того не замечая, приходит к нерушимому убеждению в осмысленности жизни. А это убеждение, в свою очередь, дает ему силы, чтобы сносить все трудности, все тяготы повседневного существования, не впадая в отчаяние и уныние.

Но это осмысленное отношение к жизни уже не предстает как нечто «партикулярное»: вот «я», а вот «жизнь», и у «меня» с «нею» хорошие отношения. Жизнь потому и предстает для человека исполненной смысла, что отношение к ней раскрывается для него через отношения к окружающим его людям, ко всем «другим». Осмысленность этого отношения выражается для Толстого в формуле: «Не причиняй другим того, чего не хочешь, чтобы они причинили тебе», или другое выражение того же самого: «Поступай по отношению к другим так, как хочешь, чтобы они поступали по отношению к тебе». Осмысленность эта, как видим, неотделима от той большой и суровой ответственности, которая возлагается таким образом на человека. Она есть воздаяние за праведность его отношения к другим людям. Гораздо легче тысячу раз произнести приведенную этическую формулу, чем один раз всерьез поступить в соответствии с нею, не считая при этом, что совершаешь подвиг самопожертвования.

Точно так же, как, воспроизводя в повседневном труде свою «материальную жизнь», человек бессознательно приходит к выводу о ее «осмысленности», так же как и о неслучайности своего присутствия в мире, — он же, воспроизводя вновь и вновь свои отношения с другими людьми, реализуя в своем общении с другими моральные принципы, сколь бы сложным и трудным это подчас ни было, приходит к убеждению в абсолютности нравственных принципов, а следовательно, и в осмысленности жизни в целом. Приходит еще до того, как начинает философствовать о смысле жизни. Словом, и здесь убеждение в том, что жизнь имеет смысл, дается человеку как награда за осмысленную жизнь.

Однако и это еще не все. Живя среди людей, разделяя с ними нелегкий труд по ежедневному, ежечасному, ежеминутному воссозданию этой жизни (сохранение того, что было даровано как бытие), человек учится любить людей: всем существом своим понимая не только «необходимость», «неизбежность» другого человека, но и глубокую осмысленность, благодатность этого факта: бытия другого человека. Опять-таки еще до того, как он начинает осознавать это, человек — коль скоро он не отъединен от других искусственным, ненормальным, аморальным образом — принимает свое отношение к «другому» (к «другим») как внутреннее отношение своего собственного бытия: он не мыслит своего бытия вне отношения к «другому» («другим»). Он воспринимает себя не как некую «безоконную монаду», самодовлеющий «атом», нечто «уникальное» настолько, что вообще исключается его соизмеримость с чем бы то ни было другим, от него отличным, а, наоборот, как открытость «другому» («всем остальным»).

Здесь обнаруживается неделимость жизни (бытия) как дара, который дается всем людям вместе, хотя каждый из них несет за него совершенно индивидуальную, то есть ни с кем не разделяемую, ответственность. Только «незамкнутый» человек, открытый «другому» («другим»), способен воистину оценить и сохранить этот дар, раскрыв и утвердив его высокий смысл, тогда как человек «закрытый» начинает с искажения смысла, дарованного ему, а потому и приходит к выводу о бессмысленности жизни. Замкнувшись в своей индивидуальности, он воспринимает смерть с безграничным, невыразимым ужасом.

Наоборот: для того, кто «открыт» другому (другим) в своем самом сокровенном, кто не мыслит себя без другого, кто еще с раннего детства привык мыслить себя «вместе» с другими, бессознательно принимая таким образом бытие не как свою «личную собственность», но как нечто, дарованное людям всем вместе, кто, следовательно, действительно любит других — в истинно нравственном смысле, для того смерть перестает быть чем-то абсолютно непереносимым, поражающим его неизлечимой болезнью. Постигнув через эту любовь смысл жизни, он верно постигает и смысл смерти — и чем глубже он постигает этот смысл, тем меньше трепещет перед нею. Смерть перестает мучить его своей бессмысленностью.

Внутренне постигнув, что жизнь есть нечто неизмеримо более широкое и глубокое, чем то, что он пере-живает, про-живает, из-живает в качестве таковой, любящий человек всем своим существом чувствует: она не кончается с его собственной кончиной. Те, кого он любит, остаются жить, а в них — и он сам; и чем больше тех, кого он действительно любит, тем больше его — общей с ними — жизни остается и после его смерти. Людей этого типа Толстой и противопоставляет «своему кругу», видя в них черты, которые недоступны тем, кто не способен «творить жизнь», «придавая ей смысл» [13].

«В противуположность тому, что чем мы умнее, тем менее понимаем смысл жизни и видим какую-то злую насмешку в том, что мы страдаем и умираем, — пишет Толстой, — эти люди живут, страдают и приближаются к смерти с спокойствием, чаще же всего с радостью. В противуположность тому, что спокойная смерть, смерть без ужаса и отчаяния, есть самое редкое исключение в нашем круге, смерть неспокойная, непокорная и нерадостная есть самое редкое исключение среди народа. И таких людей, лишенных всего того, что для нас с Соломоном есть единственное благо жизни, и испытывающих при этом величайшее счастье, — многое множество… И все они, бесконечно различные по своему нраву, уму, образованию, положению, все одинаково и совершенно противоположно моему неведению знали смысл жизни и смерти, спокойно трудились, переносили лишения и страдания, жили и умирали, видя в этом не суету, а добро» [14].

Пытаясь в одном слове выразить то, что одновременно и придает смысл жизни, и составляет ее сокровенный смысл, Толстой произносил всегда одно и то же: любовь — как источник нравственной связи человека с миром и людьми, его окружающими. Любовь как этический принцип означает, по убеждению русского писателя, прежде всего бережное и благодарное отношение человека к своему бытию, понятому как дар — дар высшей любви. Потому бытие предстает в глазах Толстого не как пустой и бессодержательный эмпирический факт, который еще только предстоит «наполнить» смыслом — точка зрения неокантианцев, но как факт нравственный: благо. Такое отношение, в свою очередь, предполагает непосредственное, идущее из глубины человеческого существования постижение бытия как абсолютной целостности и единства, и, следовательно, хотя и переживаемое каждым из существующих людей как его дар, как нечто, дарованное именно ему, — в смысле ответственности за него, однако принадлежащий ему вместе с другими. Ведь стоит только «отмыслить» от моего бытия бытие всех других людей, как тут же исчезнет и мое собственное бытие.

По этой причине моя благодарная любовь к бытию, которое непосредственно раскрывается мне во мне самом, с тою же непосредственностью переживается мною как любовь к другим людям, участвующим в «моем» бытии точно так же, как я участвую в «их» бытии, — еще один способ постижения «всеединства», бытия, непосредственно доступный, однако, лишь тому, кто (в силу неестественных, ненормальных и, следовательно, безнравственных обстоятельств индивидуального развития) не был оторван от жизни тех миллионов и миллионов людей, которые своим повседневным трудом и своим постоянным общением друг с другом оберегают дарованное всем людям благо: бытие человечества.

Эта идея, которая все глубже и глубже осознавалась Толстым, открывшись ему на рубеже 1880—1890-х годов, легла в основу его последующего литературно-художественного творчества — здесь она выверялась и уточнялась на материале живых человеческих судеб.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Читать книгу целиком

Поделитесь на страничке

«Шопенгауэр — гениальнейший из людей»

Лев Толстой и Афанасий Фет были хорошими друзьями. В годы, когда Толстой отошёл от литературной интеллигенции, Фет оставался единственным её представителем, с которым дружил Толстой. Нельзя не сказать и о том, как Фет предотвратил дуэль между Тургеневым и Толстым.

Писатели вели активную переписку. Фет в письмах присылал Толстому стихи, Толстой отвечал, излагая мысли. В этом письме Толстой восхищается Артуром Шопенгауэром и его мыслями, предлагая Фету вместе переводить труды немецкого философа.

A. A. ФЕТУ

1869 г. Августа 30. Ясная Поляна.

30 сентября¹

Получил ваше письмо и отвечаю не столько на него, сколько на свои мысли о вас. Уж, верно, я не менее вашего тужу о том, что мы так мало видимся. Я делал планы приехать к вам и делаю еще, но до сих пор вот не был. 6-й том, который я думал кончить 4 месяца тому назад, до сих пор, хотя весь давно набран, — не кончен².

Знаете ли, что было для меня нынешнее лето? Неперестающий восторг перед Шопенгауэром и ряд духовных наслаждений, которых я никогда не испытывал. Я выписал все его сочинения и читал и читаю (прочел и Канта), и, верно, ни один студент в свой курс не учился так много и столь многого не узнал, как я в нынешнее лето.

Не знаю, переменю ли я когда мнение, но теперь я уверен, что Шопенгауэр гениальнейший из людей³.

Вы говорили, что он так себе кое-что писал о философских предметах. Как кое-что? Это весь мир в невероятно ясном и красивом отражении.

Я начал переводить его. Не возьметесь ли и вы за перевод его?*

Мы бы издали вместе. Читая его, мне непостижимо, каким образом может оставаться имя его неизвестно. Объяснение только одно, — то самое, которое он так часто повторяет, что, кроме идиотов, на свете почти никого нет.

Жду вас с нетерпением к себе. Иногда душит неудовлетворенная потребность в родственной натуре, как ваша, чтобы высказать все накопившееся. Душевный поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

Уже написав это письмо, решил окончательно свою поездку в Пензенскую губернию для осмотра имения, которое я намереваюсь купить в тамошней глуши. Я еду завтра, 31, и вернусь около 14-го.

Вас же жду к себе и прошу вместе с женой к ее именинам, то есть приехать 15 и пробыть у нас, по крайней мере, дня три.

* — Толстой оставил намерение переводить сочинения Шопенгауэра. Главный труд Шопенгауэра «Мир как воля и представление» был переведен Фетом.

¹ — Дата ошибочна. Именины С. А. Толстой — 17 сентября, кроме того, дата в приписке — 31-е — указывает на август.

² — Работа над шестым томом романа «Война и мир» была завершена в октябре 1869 г.

³ — Впоследствии Толстой несколько изменил свое отношение к Шопенгауэру и его философии, но интерес к нему сохранил.

Читайте также: Артур Шопенгауэр о женщинах, как «промежуточной ступени между ребенком и мужчиной»

Из: diletant.media

«Шопенгауэр — гениальнейший из людей» — Статьи

A. A. ФЕТУ

1869 г. Августа 30. Ясная Поляна.

30 сентября¹

Получил ваше письмо и отвечаю не столько на него, сколько на свои мысли о вас. Уж, верно, я не менее вашего тужу о том, что мы так мало видимся. Я делал планы приехать к вам и делаю еще, но до сих пор вот не был. 6-й том, который я думал кончить 4 месяца тому назад, до сих пор, хотя весь давно набран, — не кончен².

Знаете ли, что было для меня нынешнее лето? Неперестающий восторг перед Шопенгауэром и ряд духовных наслаждений, которых я никогда не испытывал. Я выписал все его сочинения и читал и читаю (прочел и Канта), и, верно, ни один студент в свой курс не учился так много и столь многого не узнал, как я в нынешнее лето.

Не знаю, переменю ли я когда мнение, но теперь я уверен, что Шопенгауэр гениальнейший из людей³.

Вы говорили, что он так себе кое-что писал о философских предметах. Как кое-что? Это весь мир в невероятно ясном и красивом отражении.

Я начал переводить его. Не возьметесь ли и вы за перевод его?*

Мы бы издали вместе. Читая его, мне непостижимо, каким образом может оставаться имя его неизвестно. Объяснение только одно, — то самое, которое он так часто повторяет, что, кроме идиотов, на свете почти никого нет.

Жду вас с нетерпением к себе. Иногда душит неудовлетворенная потребность в родственной натуре, как ваша, чтобы высказать все накопившееся. Душевный поклон Марье Петровне.

Ваш Л. Толстой.

Уже написав это письмо, решил окончательно свою поездку в Пензенскую губернию для осмотра имения, которое я намереваюсь купить в тамошней глуши. Я еду завтра, 31, и вернусь около 14-го.

Вас же жду к себе и прошу вместе с женой к ее именинам, то есть приехать 15 и пробыть у нас, по крайней мере, дня три.

¹ — Дата ошибочна. Именины С. А. Толстой — 17 сентября, кроме того, дата в приписке — 31-е — указывает на август.

² — Работа над шестым томом романа «Война и мир» была завершена в октябре 1869 г.

³ — Впоследствии Толстой несколько изменил свое отношение к Шопенгауэру и его философии, но интерес к нему сохранил.

* — Толстой оставил намерение переводить сочинения Шопенгауэра. Главный труд Шопенгауэра «Мир как воля и представление» был переведен Фетом.

Человек-животное и бабы-дуры Артура Шопенгауэра | Культура и стиль жизни в Германии и Европе | DW

Мудрость, красноречие, пессимизм плюс плохое настроение… Все это — отличительные черты Артура Шопенгауэра (Arthur Schopenhauer), выдающегося немецкого философа, мизантропа, одного из самых известных мыслителей иррационализма. Случилось так, что при жизни «великого пессимиста» его творчество привлекало мало внимания. Заслуженную оценку оно получило лишь после его смерти, 150-я годовщина которой отмечается 21 сентября.

Господин Шопенгауэр, что такое жизнь?

Артур Шопенгауэр (1859)

«Господин Шопенгауэр, давайте обратимся к экзистенциальным вопросам. Скажите, что такое жизнь? — Жизнь каждого, в общем и целом, представляет собой трагедию, но в своих деталях она имеет характер комедии. — Значит, вся наша борьба за достижение высоких целей смехотворна? — Мир все равно что ад, в котором люди, с одной стороны, мучимые души, а с другой — дьяволы. — Неужели все так плохо? — Человек, в сущности, дикое ужасное животное. Мы знаем его лишь в укрощенном и прирученном состоянии, которое называется цивилизацией».

Вот такой диалог ведет некий журналист с Артуром Шопенгауэром. Эта беседа озвучена в аудиокниге, которую только что выпустил мюнхенский философ Андреас Бельве (Andreas Belwe). Журналист — вымышленный. А в качестве «ответов» Шопенгауэра Андреас Бельве представил подлинные цитаты философа.

«Думаете, человек никогда не изменится? — Человек в своей свирепости и беспощадности не уступит ни одному тигру и ни одной гиене. — Вполне вероятно, что так оно и есть. Когда заглядываешь в историю и видишь, на что способен человек, теряешь всякую веру в него… — Дело может зайти так далеко, что иному, быть может, особенно в минуты ипохондрического настроения, мир покажется с эстетической стороны музеем карикатур, с интеллектуальной — желтым домом, а с моральной — мошенническим притоном».

«Наше спасение — в умении сострадать»

По Шопенгауэру, жизнь подобна маятнику, раскачивающемуся между страданием и праздностью. Один из способов спастись от боли философ видел в умении сострадать другим, причем не только людям, но и растениям, животным. По словам Шопенгауэра, «сострадание к животным так тесно связано с добротой характера, что можно с уверенностью утверждать, что не может быть добрым человеком тот, кто жесток с животными».

Шопенгауэр с пуделем (карикатура Вильгельма Буша)

Против научных экспериментов над животными он начал выступать, еще будучи студентом. Кстати, уже тогда, в годы учебы, он практически везде появлялся в сопровождении очаровательного пуделя. Его последнюю собаку (тоже пуделя) звали Буц. Шопенгауэр так ее любил, что завещал на ее содержание довольно крупную сумму денег.

Шопенгауэр был убежден, что лишь сострадание может побороть эгоизм, что именно оно — основа любой этики. И в этом смысле его жизненная философия близка к буддизму. Его даже нередко называли «франкфуртским Буддой».

Аскетизм «а ля Шопенгауэр»

Впрочем, Шопенгауэр нередко противоречил самому себе. Так, он проповедовал аскетизм и вегетарианство, однако порой позволял себе мясо и очень любил вино.

Он презрительно высказывался в адрес женщин. «Единственный мужчина, который не может прожить без женщин, это гинеколог», — любил, к примеру, говорить философ, который, к слову, никогда не был женат. Тем не менее, в дополнении к своему завещанию, сделанному за полтора года до смерти, Шопенгауэр указал, что пять тысяч талеров (то есть одну шестую часть своего состояния, а для того времени это была весьма значительная сумма) он оставляет в наследство некой госпоже Каролине Медон (Caroline Medon).

С Каролиной Медон Шопенгауэр познакомился в 1830 году Берлине. Она уже успела побывать замужем и имела двоих сыновей. Каролина пела в хоре Берлинской оперы. Шопенгауэр даже подумывал о женитьбе, но когда заподозрил возлюбленную в неверности, прекратил с ней отношения. Связь возобновилась лишь многие годы спустя. Каролина была самой известной, но не единственной женщиной в жизни Шопенгауэра. Его биографы упоминают и о других связях, в том числе с красавицей Флорой Вайс (Flora Weiß), дочерью одного берлинского скульптора. Девушка была на 22 года моложе Шопенгауэра.

Но вот в чем Шопенгауэр абсолютно себе не отказывал, так это в путешествиях по разным странам и в наслаждении искусством. Он просто обожал живопись и музыку. Прекрасное он выделял как центральную категорию эстетики. Философ боготворил красоту.

Путь великого пессимиста

Дом, где родился философ

«Аскет» Шопенгауэр мог многое себе позволить. Он родился в 1788 году в Данциге (ныне Гданьск) в семье состоятельного коммерсанта и никогда не нуждался в деньгах. Отец Шопенгауэра был дисциплинированным педантом, но также очень образованным человеком и большим ценителем культуры. Мать — жизнерадостной, обожавшей искусство и талантливой поэтессой и писательницей. Ее салон всегда был полон интересных людей. Захаживать туда любил и великий Гёте.

В 15-летнем возрасте Артур Шопенгауэр поступил в частную коммерческую гимназию. Затем он начал учебу на медицинском факультете Геттингенского университета, но позже перешел на философский. После его окончания преподавал философию в Берлине, во Франкфурте-на-Майне. Он в совершенстве владел латинским, английским, французским, итальянским и испанским языками. Основной философский труд Шопенгауэра — «Мир как воля и представление». Философ комментировал его до самой своей смерти.

Могила Шопенгауэра во Франкфурте-на-Майне

Артур Шопенгауэр умер 21 сентября 1860 года во Франкфурте-на-Майне. Девять лет спустя один из его горячих приверженцев, великий русский писатель Лев Толстой, написал: «Читая его, мне непостижимо, каким образом может оставаться его имя неизвестно. Объяснение только одно — то самое, которое он так часто повторяет, что, кроме идиотов, на свете почти никого нет».

Автор: Наталия Королева

Редактор: Дарья Брянцева

Женщина «скотинка непонятливая, но зато забавная и милая»

Эразм Роттердамский, Нидерланды, 1469 — 1536

Эразм был внебрачным сыном священника. Отец так сильно любил свою избранницу, что, даже несмотря на протесты родителей, остался с ней. Знаменитый гуманист был очень желанным ребёнком, но, увы, незаконным.

«Так и женщина вечно будет женщиной, иначе — дурой», — Эразми к расстрелу

В 13 лет Эразм остался без родителей. Оставшись сиротой, мальчик вырос трусоватым и робким. А когда он понял, что светская карьера с таким бэкграундом ему не светит, ушёл в монастырь. За свою жизнь очень много путешествовал: рано покинул Голландию, жил во Франции, Англии и в разных частях Италии.


Самая знаменитая работа Эразма — это философская сатира «Похвала глупости». В ней легко и с юмором высмеивается мир с точки зрения глупости.


Эразм Роттердамский. Портрет кисти Гольбейна из собрания замка Лонгфорд

Совет мужчине: «сочетаться браком с женщиной, скотинкой непонятливой»

«Мужчины рождены для дел правления, а потому должны были получить несколько лишних капелек разума, необходимых для поддержания мужского достоинства; по этому случаю мужчина обратился ко мне за наставлением — как, впрочем, он поступает всегда, — и я тотчас же подала ему достойный совет: сочетаться браком с женщиной, скотинкой непонятливой и глупой, но зато забавной и милой, дабы она своей бестолковостью приправила и подсластила тоскливую важность мужского ума. <…> Если женщина даже захочет прослыть умной — как она ни бейся, окажется вдвойне дурой, словно бык, которого, рассудку вопреки, ведут на ристалище, — ибо всякий врожденный порок лишь усугубляется от попыток скрыть его под личиною добродетели. Правильно говорит греческая пословица: обезьяна всегда остается обезьяной, если даже облечется в пурпур; так и женщина вечно будет женщиной, иначе говоря — дурой, какую бы маску она на себя ни нацепила. И все же я не считаю женщин настолько глупыми, чтобы обидеться на мои слова, ибо я сама женщина и имя мое — Глупость».

Артур Шопенгауэр, Германия, 1788 — 1860

«Философ пессимизма» прославился афористическим стилем письма. Прозвище получил за то, что считал наш мир «наихудшим из возможных миров». Естественно, был мизантропом, мистиком и тяготел к романтизму. Ценил идеи буддизма. Критиковал современников Гегеля и Фихте. Действительно, сложно найти двух столь противоположных хотя бы по стилю письма людей как Гегель и Шопенгауэр. Да и отношение к женщинам у них всё же разное. Последний был ярым женоненавистником.


Произведённый Шопенгауэром метафизический анализ воли, его взгляды на человеческую мотивацию (именно он впервые употребил этот термин) и желания, афористичный стиль письма оказали влияние на многих известных мыслителей, включая Фридриха Ницше, Рихарда Вагнера, Людвига Витгенштейна, Эрвина Шрёдингера, Альберта Эйнштейна, Зигмунда Фрейда, Отто Ранка, Карла Юнга, Льва Толстого и Хорхе Луиса Борхеса.


Портрет 29-летнего Артура Шопенгауэра кисти Л. Руля

«Низкорослый, узкоплечий, широкобедрый пол мог назвать прекрасным только отуманенный половым побуждением рассудок мужчины: вся его красота и кроется в этом побуждении».

Женщины — «род промежуточной ступени между ребенком и мужчиной»

«С большим основанием его можно бы было назвать неэстетичным, или неизящным, полом. И действительно, женщины не имеют ни восприимчивости, ни истинной склонности ни к музыке, ни к поэзии, ни к образовательным искусствам; и если они предаются им и носятся с ними, то это не более как простое обезьянство для целей кокетства и желания нравиться».

«Чем благороднее и совершеннее какая-нибудь вещь, тем позднее и медленнее достигает она своей зрелости. Мужчина приобретает зрелости рассудка и духовных сил едва ли раньше двадцати восьми лет; женщина — с восемнадцатым годом. Но зато такой уж и рассудок: вполне скудно отмеренный».

«Жениться — это уменьшить свои права и вдвое увеличить обязанности»

«Женщины уже потому склонны (приспособлены) к пестованию и воспитанию нашего первого детства, что они сами ребячливы, вздорны и близоруки, одним словом, всю жизнь представляют из себя больших детей: род промежуточной ступени между ребенком и мужчиной, который и есть собственно человек».

«Отнюдь не следует пренебрегать обычаем древних германцев — в затруднительных обстоятельствах призывать на совещание также и женщин, ибо способ воспринятия ими вещей совершенно отличен от нашего, особенно тем, что он имеет свойство подмечать кратчайший путь к цели и вообще всё близлежащее, что мы, смотря вдаль, большею частью упускаем из виду именно потому, что оно лежит у нас под носом».


Презирая иудаизм, Шопенгауэр тем не менее высоко ценил сказание о грехопадении и называл его «блестящим пунктом». Ветхозаветные строки оказались близки воззрениям философа на половую любовь. По Шопенгауэру, в этом явление просвечивает метафизическая основа жизни. Любовь есть неудержимый инстинкт, могучее стихийное влечение к продолжению рода. Влюблённый не имеет себе равного по безумию в идеализации любимого существа, а между тем всё это «военная хитрость» гения рода, в руках которого любящий является слепым орудием, игрушкой.

Привлекательность одного существа в глазах другого имеет в основе своей благоприятные данные для произведения на свет хорошего потомства. Когда природой эта цель достигнута, иллюзия мгновенно рассеивается. Такой взгляд на любовь между полами, естественно, делает женщину главной виновницей зла в мире, ибо через неё происходит постоянное новое и новое утверждение воли к жизни. Природа, создавая женщину, прибегла к тому, что на театральном жаргоне называется «трескучим эффектом».

Аристотель, Древняя Греция, 384−322 до н. э.

Большинству Аристотель известен как учитель Александра, спасибо известному фильму. Меж тем важность этого человека для всей западной философии переоценить сложно. Он был первым, кто создал всестороннюю систему философии. Она охватила все сферы жизни людей: социологию, политику, физику и логику. Понятийные аппараты аристотелевских формальной логики и поэтики до сих пор в ходу у учёных.


Аристотель

Можно сказать, что отношение к женщинам у Аристотеля сугубо прагматическое. Оно выводится из его политической философии («Политика»). О ней мы ранее писали.

«То же и мужчина по отношению к женщине: первый по природе своей выше, вторая — ниже, и вот первый властвует, вторая находиться в подчинении».

«Рабу вообще не свойственна способность решать, женщине она свойственна, но лишена действенности, ребенку также свойственна, но находится в неразвитом состоянии».

«Власть мужа над женой можно сравнить с властью политического деятеля».

«Власть мужа над женой можно сравнить с властью политического деятеля, власть отца над детьми — с властью царя. Ведь мужчина по своей природе, исключая лишь те или иные ненормальные отклонения, более призван к руководительству, чем женщина».


«Но женщина и раб, но природе своей дна различных существа: ведь творчество природы ни в чем не уподобляется жалкой работе кузнецов, изготовляющих «дельфийский нож»; напротив, в природе каждый предмет имеет свое назначение. Так, всякий инструмент будет наилучшим образом удовлетворять своему назначению, если он предназначен для исполнения одной работы, а не многих. У варваров женщина и раб; занимают одно и то же положение, и объясняется это тем, что у них отсутствует элемент, предназначенный во природе своей к властвованию. У них бывает только одна форма общения — общение paбa и рабыни. Поэтому и говорит поэт: «Прилично властвовать над варварами грекам»; варвар и раб по природе своей понятия тожественные».

Иммануил Кант, Германия, 1724−1804

Повлиявший на всю последующую философскую мысль человек родился, вырос и умер в Кёнигсберге (нынешний Калининград). Иммануил Кант был не из богатой семьи. Его отец был ремесленником, поэтому, когда он умер, Канту пришлось бросить университет и заняться домашним обучением, чтобы прокормить оставшихся членов семьи.

Кант пережил всех своих друзей, несмотря на то, что был слаб здоровьем. Всё благодаря жёсткому распорядку дня, ставшему притчей во языцех даже среди немцев. Например, каждый день Кант выходил на прогулку в одно и то же время и шёл с определённой скоростью (а если проходил какой-то участок пути быстрее, то останавливался на пару минут). Как-то раз он не вышел на прогулку, чем сильно удивил соседей. Всё дело в том, что ему принесли новый труд Руссо и Кант не мог перестать читать.


Иммануил Кант

Он разработал гипотезу, согласно которой Солнечная система образовалась из туманности; изучал роль приливов и отливов; наметил план генеалогической классификации животного мира; пытался понять, насколько возможно получить чистое, неэмпирическое знание. Был антисемитом. Женат не был, поскольку вначале на это не было денег, а после — желания, однако женское общество очень любил и в свете считался хорошим собеседником. Его исследовательские философские работы «Критика чистого разума», «Критика практического разума» и «Критика способности суждения» до сих пор не потеряли своей актуальности.


«Женщину мало смущает то, что у нее нет некоторых высоких понятий, что она пуглива и не предназначена для важных дел; она прекрасна и пленяет — этого достаточно».

Кант о мужчинах и женщинах

«Природа желает, чтобы женщину искали», — Кант

«Женщина хочет повелевать, мужчина хочет подчиняться (главным образом до брака). Отсюда галантность старого рыцарства. — Женщина рано приобретает уверенность, что она может нравиться. Молодой человек всегда боится, что может не понравиться, и поэтому смущается (бывает застенчивым) в женском обществе. — Сдерживать назойливость мужчин почтением, которое женщина внушает, и право требовать к себе уважения, даже не имея никаких заслуг, — эту гордость и это право женщина отстаивает, исходя уже из одного лишь законного права своего пола. — Женщина всегда отказывающая сторона, мужчина — домогающаяся; если она покоряется, то это знак благосклонности. — Природа желает, чтобы женщину искали, и поэтому женщина в своем выборе (по своему вкусу) не должна быть такой разборчивой, как мужчина, которого природа создала более грубым и который нравится женщине уже тогда, когда он обнаруживает лишь физическую силу и способность защищать ее; ведь если бы она к красоте мужской фигуры испытывала отвращение и, влюбляясь, была разборчива, то домогающейся стороной оказалась бы она, а он — отказывающей; а это унизило бы ее даже в глазах мужчины. — В любви она должна казаться холодной, а мужчина — пылким. Не слушаться призыва любви не к лицу мужчине, а легко поддаваться этому призыву позорно для женщины. — Желание женщины распространить свои чары на всех светских мужчин — это кокетство; стремление казаться влюбленным во всех женщин — это ухаживание; и то и другое может быть лишь жеманством, ставшим модой, без всяких серьезных последствий».

Георг Вильгельм Фридрих Гегель, Германия, 1770−1831

Гегель родился в немецком Штутгарте в семье финансового чиновника. В университете изучал богословие, с друзьями состоял в кружке, восхищавшемся Французской революцией. В последующие годы отмечал день взятия Бастилии. Какое-то время работал домашним учителем, но благодаря наследству избежал участи тьютора на всю жизнь. В 1801-м году принялся за преподавание и читал свои лекции в Йенском и Берлинском университетах. После женился и в спокойствии брака написал свое важнейшее произведение «Наука логики».


Георг Фридрих Вильгельм Гегель

Гегель, в отличие от Канта, не отказался от метафизики. Он считал, что наша Вселенная рациональна, логична и постижима при помощи разума. Идеальное государство же в понимании Гегеля — это торжество нравственной идеи, и строй государства создан духом, потому божественное в нем врастает в действительное.


«Касаясь отношения между мужчиной и женщиной, следует заметить, что девушка, отдаваясь, жертвует своей честью. К мужчине же, поскольку он имеет еще другую сферу нравственной деятельности, это не относится. Назначение девушки состоит существенно лишь в браке; следовательно, требование состоит в том, чтобы любовь обрела форму брака и чтобы различные моменты, заключающиеся в любви, получили свое истинно разумное отношение друг к другу».

По Гегелю, отношения жены и мужа — познание себя и взаимная признанность

«Отношения мужа и жены есть непосредственное познавание себя одного сознания в другом и познавание взаимной признанности. Так как это отношение есть природное познавание друг друга, а не нравственное, то оно есть лишь представление и образ духа, а не сам действительный дух. Но представление или образ имеет свою действительность в ином, чем это отношение; вот почему это отношение имеет свою действительность не в себе самом, а в ребенке — в «ином», становление которого оно есть и в котором оно само исчезает; и эта смена следующих одно за другим поколений получает свое постоянство в народе. Благоговение мужа и жены друг перед другом, стало быть, смешано с природным взаимоотношением и с чувством, и самому их отношению не присуще возвращение в себя».

«великий пессимист» с чувством юмора. Цитаты

Мудрость, красноречие, пессимизм плюс плохое настроение… Все это — отличительные черты Артура Шопенгауэра, выдающегося немецкого философа, мизантропа, закоренелого холостяка, одного из самых известных мыслителей иррационализма. Случилось так, что при жизни «великого пессимиста» его творчество привлекало мало внимания. Заслуженную оценку оно получило лишь после его смерти.

Он проповедовал аскетизм и вегетарианство, но позволял себе мясо, любил вино, женщин, обожал искусство и путешествия. Таков был этот выдающийся немецкий философ, в число приверженцев которого входил Лев Толстой.


Портрет 29-летнего Артура Шопенгауэра кисти Л. Руля

Господин Шопенгауэр, что такое жизнь?

«Господин Шопенгауэр, давайте обратимся к экзистенциальным вопросам. Скажите, что такое жизнь? — Жизнь каждого, в общем и целом, представляет собой трагедию, но в своих деталях она имеет характер комедии. — Значит, вся наша борьба за достижение высоких целей смехотворна? — Мир все равно что ад, в котором люди, с одной стороны, мучимые души, а с другой — дьяволы. — Неужели все так плохо? — Человек, в сущности, дикое ужасное животное. Мы знаем его лишь в укрощенном и прирученном состоянии, которое называется цивилизацией».

Вот такой диалог ведет некий журналист с Артуром Шопенгауэром. Эта беседа озвучена в аудиокниге, которую выпустил мюнхенский философ Андреас Бельве (Andreas Belwe). Журналист — вымышленный. А в качестве «ответов» Шопенгауэра Андреас Бельве представил подлинные цитаты философа.

«Думаете, человек никогда не изменится? — Человек в своей свирепости и беспощадности не уступит ни одному тигру и ни одной гиене. — Вполне вероятно, что так оно и есть. Когда заглядываешь в историю и видишь, на что способен человек, теряешь всякую веру в него… — Дело может зайти так далеко, что иному, быть может, особенно в минуты ипохондрического настроения, мир покажется с эстетической стороны музеем карикатур, с интеллектуальной — желтым домом, а с моральной — мошенническим притоном».

«Наше спасение — в умении сострадать»

По Шопенгауэру, жизнь подобна маятнику, раскачивающемуся между страданием и праздностью. Один из способов спастись от боли философ видел в умении сострадать другим, причем не только людям, но и растениям, животным. По словам Шопенгауэра, «сострадание к животным так тесно связано с добротой характера, что можно с уверенностью утверждать, что не может быть добрым человеком тот, кто жесток с животными«.


Шопенгауэр с пуделем (карикатура Вильгельма Буша)

Против научных экспериментов над животными он начал выступать, еще будучи студентом. Кстати, уже тогда, в годы учебы, он практически везде появлялся в сопровождении очаровательного пуделя. Его последнюю собаку (тоже пуделя) звали Буц. Шопенгауэр так ее любил, что завещал на ее содержание довольно крупную сумму денег.

Шопенгауэр был убежден, что лишь сострадание может побороть эгоизм, что именно оно — основа любой этики. И в этом смысле его жизненная философия близка к буддизму. Его даже нередко называли «франкфуртским Буддой».

Аскетизм «а ля Шопенгауэр»

Впрочем, Шопенгауэр нередко противоречил самому себе. Так, он проповедовал аскетизм и вегетарианство, однако порой позволял себе мясо и очень любил вино.

Он презрительно высказывался в адрес женщин. «Единственный мужчина, который не может прожить без женщин, это гинеколог», — любил, к примеру, говорить философ, который, к слову, никогда не был женат. Тем не менее, в дополнении к своему завещанию, сделанному за полтора года до смерти, Шопенгауэр указал, что пять тысяч талеров (то есть одну шестую часть своего состояния, а для того времени это была весьма значительная сумма) он оставляет в наследство некой госпоже Каролине Медон (Caroline Medon).

С Каролиной Медон Шопенгауэр познакомился в 1830 году Берлине. Она уже успела побывать замужем и имела двоих сыновей. Каролина пела в хоре Берлинской оперы. Шопенгауэр даже подумывал о женитьбе, но когда заподозрил возлюбленную в неверности, прекратил с ней отношения. Связь возобновилась лишь многие годы спустя. Каролина была самой известной, но не единственной женщиной в жизни Шопенгауэра. Его биографы упоминают и о других связях, в том числе с красавицей Флорой Вайс (Flora Weiß), дочерью одного берлинского скульптора. Девушка была на 22 года моложе Шопенгауэра.

Но вот в чем Шопенгауэр абсолютно себе не отказывал, так это в путешествиях по разным странам и в наслаждении искусством. Он просто обожал живопись и музыку. Прекрасное он выделял как центральную категорию эстетики. Философ боготворил красоту.

Путь великого пессимиста

«Аскет» Шопенгауэр мог многое себе позволить. Он родился в 1788 году в Данциге (ныне Гданьск) в семье состоятельного коммерсанта и никогда не нуждался в деньгах. Отец Шопенгауэра был дисциплинированным педантом, но также очень образованным человеком и большим ценителем культуры. Мать — жизнерадостной, обожавшей искусство и талантливой поэтессой и писательницей. Ее салон всегда был полон интересных людей. Захаживать туда любил и великий Гёте.

В 15-летнем возрасте Артур Шопенгауэр поступил в частную коммерческую гимназию. Затем он начал учебу на медицинском факультете Геттингенского университета, но позже перешел на философский. После его окончания преподавал философию в Берлине, во Франкфурте-на-Майне. Он в совершенстве владел латинским, английским, французским, итальянским и испанским языками. Основной философский труд Шопенгауэра — «Мир как воля и представление». Философ комментировал его до самой своей смерти.

Артур Шопенгауэр умер 21 сентября 1860 года во Франкфурте-на-Майне. Девять лет спустя один из его горячих приверженцев, великий русский писатель Лев Толстой, написал: «Читая его, мне непостижимо, каким образом может оставаться его имя неизвестно. Объяснение только одно — то самое, которое он так часто повторяет, что, кроме идиотов, на свете почти никого нет«.

Цитаты «философа пессимизма» Артура Шопенгауэра

  • Кто не любит одиночества — тот не любит свободы.
  • Умные не столько ищут одиночества, сколько избегают создаваемой дураками суеты.
  • Есть одна только врожденная ошибка — это убеждение, будто мы рождены для счастья.
  • Для каждого человека ближний — зеркало, из которого смотрят на него его собственные пороки; но человек поступает при этом как собака, которая лает на зеркало в том предположении, что видит там не себя, а другую собаку.
  • Самостоятельность суждений — привилегия немногих: остальными руководят авторитет и пример.
  • Когда люди вступают в тесное общение между собой, то их поведение напоминает дикобразов, пытающихся согреться в холодную зимнюю ночь. Им холодно, они прижимаются друг к другу, но чем сильнее они это делают, тем больнее они колют друг друга своими длинными иглами. Вынужденные из-за боли уколов разойтись, они вновь сближаются из-за холода, и так — все ночи напролет.
  • К какому выводу в конце концов пришли Вольтер, Юм и Кант? — К тому, что мир есть госпиталь для неизлечимых.
  • Вежливость — это фиговый лист эгоизма.
  • В нас существует нечто более мудрое, нежели голова. Именно, в важные моменты, в главных шагах своей жизни мы руководствуемся не столько ясным пониманием того, что надо делать, сколько внутренним импульсом, который исходит из самой глубины нашего существа.
  • Внутренняя пустота служит истинным источником скуки, вечно толкая субъекта в погоню за внешними возбуждениями с целью хоть чем-нибудь расшевелить ум и душу.
  • Истинный характер человека сказывается именно в мелочах, когда он перестает следить за собой.
  • Между гением и безумным то сходство, что оба живут совершенно в другом мире, чем все остальные люди.
  • Лицо человека высказывает больше и более интересные вещи, нежели его уста: уста высказывают только мысль человека, лицо — его природу.
  • Всякий замкнут в своём сознании, как в своей коже, и только в нем живет непосредственно.
  • Разумно было бы почаще говорить себе: «Изменить я этого не могу, остается извлекать из этого пользу».
  • Ты не можешь ничего поделать с окружающей тебя тупостью! Но не волнуйся напрасно, ведь камень, брошенный в болото, не производит кругов.
  • Люди в тысячу раз больше хлопочут о наживании себе богатства, нежели об образовании своего ума и сердца, хотя для нашего счастья то, что есть в человеке, несомненно, важнее того, что есть у человека.
  • Посредственность озабочена тем, как бы убить время, а талант — как бы время использовать.
  • Не говори своему другу того, что не должен знать твой враг.
  • Одним из существенных препятствий для развития рода человеческого следует считать то, что люди слушаются не того, кто умнее других, а того, кто громче всех говорит.
  • Каждого человека можно выслушать, но не с каждым стоит разговаривать.
  • Каждый ребенок в какой-то мере гений, и каждый гений в какой-то мере ребенок.
  • Общительность людей основана не на любви к обществу, а на страхе перед одиночеством.
  • Прощать и забывать — значит бросать за окно сделанные драгоценные опыты.
  • Смерть — вдохновляющая муза философии: без нее философия вряд ли бы даже существовала.
  • Не подлежит сомнению, что упрек оскорбителен лишь постольку, поскольку он справедлив: малейший попавший в цель намек оскорбляет гораздо сильнее, чем самое тяжкое обвинение, раз оно не имеет оснований.

Arthur Schopenhauer — Vikipedi

Başlığın diğer anlamları için Schopenhauer sayfasına bakınız.
Артур Шопенгауэр
Догуму 22 ubat 1788 (1788-02-22)
Danzig, Lehistan-Litvanya Birlii
Ölümü 21 Eylül 1860 (72 yaşında)
Франкфурт, Alman Konfederasyonu
ağı 19. yüzyıl felsefesi
Bölgesi Batı felsefesi
Okulu Kantçılık, idealizm
İlgi alanları Metafizik, estetik, etik, fenomenoloji, ahlak, psikoloji
Önemli fikirleri İstenç, kötümserlik

Etkilendikleri

  • Эфлатун, Кант, Упанишад, Гете, Шекспир, Спиноза, Джордано Бруно, Локк, Хьюм, Беркли, Будизм

Etkiledikleri

  • Беккет, Бергсон, Борхес, Брауэр, Буркхард, Дэрроу, Эйнштейн, Эминеску, Фрейд, Гамсун, Харди, Хартманн, Гессен, Хоркхаймер, Гюисманс, Иттен, Джефферс, Юнг, Краус, Лафорг, Лангер, Манн, Мопассан, Майнлен Майорана, Ницше, Поппер, Пруст, Райл, Сантаяна, Сартр, Шредингер, Томас, Толстой, Вайхингер, Вивекананда, Вагнер, Вейнингер, Витгенштейн, Цапффе, Мишель Уэльбек
İmzası
Arthur Schopenhauer, Frankfurt ehir Mezarlığı 1815-де Артур Шопенгауэр, портрет Людвига Сигизмунда Руля Артур Шопенгауэр, imzalı fotoğrafı

Артур Шопенгауэр (ум.22 ubat 1788, Danzig — 21 Eylül 1860, Frankfurt), Alman bir filozof, yazar ve eğitmendir. Шопенгауэр, Альман felsefe dünyasındaki ilklerdendir ve dünyanın anlaşılmaz, akılsız prensipler üzerine kurulu nedenselliklerinin olduğunu söyleyerek dikkatleri çekmiştir. Ayrıca Schopenhauer, Nietzsche’nin ilk akıl hocasıdır.

Бабасы Генрих Флорис Шопенгауэр, Данзигли тюккар бир айленин союндан гельмектейди, аннеси исэ даха сонра танидык бир ясар олан Йоханна Шопенхауэрдир. Schopenhauer ailesi, Polonya’nın bölünmesiyle otonomisini kaybeden Danzig’i 1793 yılında terk eder ve Hamburg’a yerleşir, burada yeni bir işyeri açar.Ailesinin ticari geçmişine gelenekselliğiyle sadık kalan Arthur, babasının desteğiyle Hamburg’daki özel bir okula (Hamburger Rungesche Privatschule) yazılır. Бурада öğrendikleriyle butinemeyen Артур, babasından kendisini acilen alt yapısı daha iyi olan liseye (Gymnasium) kayıt etmesini rica eder. Babası bunu gereksiz bulduğunu ve kendisine Avrupa ülkelerinde genel bir eğitim seyahati yapmasını ve bu seyahat sonrasında karar vermesi gerektiğini söyleyerek daha iyi bir öneride bulunur. Arthur bu öneriyi kabul eder ve nihayetinde de en çok Wimbledon’da İngilizce pratiği için zaman geçirdiği bu seyahati 1803’ten 1804’e kadar Hollanda, İngiltere, Fransa, İsveçreveçüşı

1804 Eylülden Aralık ayına kadar babasının isteğiyle Danzig’de yine babasının bir arkadaşı olan Jacob Kabrun’a ait şirkette ticaret eğitimi stajyerliği yapar. Annesi bu dönemde Arthur’la beraber kalır. [1] 1805’de Hamburg’a geri dönen Arthur, Jenisch adlı bir şirkette staj eğitimine devam eder. Babası, açıklığa kavuşmayan bir nedenle 20 нисана 1805’de geçirdiği kazada hayatını kaybeder. Babasının ölümüyle kapanan firmadan sonra annesi Johanna, Arthur’un kızkardeşi olan Adele’yi yanına alarak Weimar’a taşındı.Артур, Hamburg’da yalnız kalır ve artık baba mesleini okuyarak devam ettirmek ya da yatkın olduğu felsefi meslekten vazgeçmek kararını özgür olarak verebilecektir.

Haziran 1807’de Gotha şehrinde Doering Lisesi’nin müdürü olan Карл Людвиг Fernows’un tavsiyesi üzerine öğrencisi oldu. 1807’de Weimar’ın yakınlarında bir yere nakil oldu ve hayatındaki en önemli eğitmeni Franz Passow ile tanıştı. Evresini bu anlamda genişletmeye devam etti, Johannes Daniel Falk, Zacharias Werner ve tutkuyla bağlandığı Каролина Ягеманн иле tanıştı.Genç yaşta kendisinden 11 yaş büyük Karoline ile yaşadığı erotik kargaşa Arthur’u ruhsal anlamda şiddetli bunalımlara soktu.

Reşit olduğunda babasından payına düşen mirası aldı. Babasından kalan miras ile artık maddi anlamda bir sorunu kalmamıştı. 1809’da Göttingen Üniversitesi’nde tıp öğrenimine başladı fakat hemen sonra lehine olacak bir karar ile felsefeye geçti. 18 Ekim 1813’te Jena Üniversitesi’nden felsefe doktorasını Über die vierfache Wurzel des Satzes vom zureichenden Grunde (Yeterli nedensellik cümlesinin dört kat kökü üzerine) adlı çylaanduçı

Goethe, daha önceden Arthur’un annesini Weimar’daki bir edebiyat salonundaki buluşmadan tanıyordu ve onun üzerinden de tanıştığı Arthur o zaman da dikkatini çekmişti. Daha sık görüşmeler esnasında Goethe’nin Farbenlehre (Renk Bilgisi) adlı eseri yayımlandı. Гете Schopenhauer’e hayranlık duyuyordu fakat бу hayranlık gitgide Schopenhauer’in Newton’u karşısına Алан söylemleri yüzünden kaygı duyurucu bir ilişki hâline dönöcilişılaki.

Фридрих Майер sayesinde Schopenhauer eski Hindistan felsefesini yani Brahmanizmi tanıdı.1814’te annesiyle birlikte Dresden’e gitti ve orada edebiyatçılarla görüşüp paylaşımlarda bulundu, şehrin zengin kütüphanesinden faydalandı.

1815 yılında kendi renk bilgisi üzerine yoğunlaşarak yazdığı Über das Sehn und die Farben (Bakmak ve Renkler Üzerine) 1816 yılında basılan kitabı aynı zamanda Goetmihe ile mektaraşpla bitemi.

Schopenhauer’in en önemli eseri olan Die Welt als Wille und Vorstellung (İstenç ve Tasarım Olarak Dünya) kitabı 1819 yılı başlangıcında Фридрих Арнольд Брокхаус yayınevince basıldı ve yayı.Даха сонра Schopenhauer’in бу eserini oldukça genişlettiği varsayılmaktadır. Schopenhauer, eserlerine мишура bağıntı tarihselliinde tamamıyla açıktır ama kitaplarının okunması boyutunda hayatta kaldığı süre boyunca bu başarıyı elde edememiştir.

Schopenhauer, 1819’da İtalya’ya yaptığı bir seyahatte Venedik, Roma, Napoli, Paestum, Milano şehirlerinde bir süre kaldı ve bu esnada aldığı bir haber seyahatini yarıda kesmesine veden d olöden. Söz konusu olan haber, babasından kalan servetin bir kısmını yatırdığı banka olan Danziger Bankhauses L.A. Muhl’ün iflasıydı. Annesiyle arasında yeni tetiklemeler yaratacak olan bu mesele yüzünden müşkül kaldığı durumu düzeltmek amacıyla Berlin Üniversitesi’nde öğretim görevlisi olarak çalışmak üzere yzere.

Başvurusu kabul gören Schopenhauer, 1820’de Berlin Üniversitesi’nde eğitmenlik yapmaya başladı. Bu zamanda Hegel ile olan meşhur kavgası baş gösterdi. Schopenhauer dersliklerde аз katılımcının olduğu konuşmalarını aynı zamanda Hegel ile de paylaşıyordu ки Hegel bunu öncelikli olarak algılıyordu.Kısa zamanda üniversitedeki felsefeyi boşlamaya başladı. İflas eden bankadan талеп ettiği ödeme 1821’de gerçekleşince üniversiteyi terk etti ve İtalya seyahatine kaldığı yerden devam etti. Узун süren sağlık sorunları ве Berlin’deki, Бад-Гаштайн ве Dresden’deki hastahane tedavilerinden sonra 1825’te tekrar Berlin’e dönerek hiçbir büyük beklentisi olmaksızın yine earaitmen olarak iversçalışünur ündur.

Jean Paul’ün övgü dolu konuşmalarına rağmen Schopenhauer’in Die Welt als Wille und Vorstellung (İstenç ve Tasarım Olarak Dünya) kitabı, fikirleri kimseyi etkilemiyor ve henüz.

Kolera hastalığı salgını yüzünden (ки Гегель бу hastalığa yakalanarak ölmüştü) Schopenhauer 1831 kış mevsimini kaçtığı Frankfurt’ta geçirdi. 1832’ye kadar devam edecek olan Mannheim yerleşikliğinden sonra nihayet 1833’te hayatının geri kalan kısmını geçireceği Frankfurt’a yerleşti. Bu döneme dair yazdıkları dikkate değer:

«Sağlıklı bir atmosfer, güzel bir yöre. Beğeni görebilen şeyler bunlar büyük bir şehirde. Daha iyi bir okuma odası. Doğal tarihiyle Müze. Даха ийи сахне, опера, кунларі ойунлар… Daha fazla İngilizler. Даха ии кафелер. Kötü olmayan şehir suyu. Senckenberg tarzı kütüphane (Frankfurt Üniversite’sinde). Taşma yok. Ok az görülmüş. Evrenin Sevecenliği, samimiyeti, dostluğu … mahir bir diş doktoru ve daha az kötü doktorlar. Şikayetsiz yaz sıcaklığı. « Schopenhauer [2]

Arthur Schopenhauer, yalnız yürüyen; kronikçilerin tahminine göre Frankfurt’ta kenara itilmiş бир «хич кимсе» иди. Бир анламда кенди кендин ве нехир кенаринда yürüyüşlere çıktığı köpeğiyle mimikler, el kol hareketleri yaparak konuşan, bunun yanı sıra yöresel şair Friedrich Stoltze ilemş göresel şair Friedrich Stoltze ilemş göresel şair Friedrich Stoltze ilemş göresel şair Friedrich Stoltze ilemş gödüflefle.

Bu uzun suskunluktan sonra 1836’da günlük yaşayışı Uber den Willen in der Natur (Tabiattaki İrade Üstüne) adlı eseriyle felsefe dünyasında tekrar varolmak için okunacaktı. Bu kitabı kesin kurallarla doluydu. Sabahları çalışma masasındaki iş, öğlen yemeğinden önce düzenli olarak flüt üflemesi … Frankfurt’ta kaldıı süre boyunca kirada oturan 55 yaşındaki Schopenhauer’in, kendine ait nehre bakan taşındığı ve orada öldüğü 17 numaralı evi, 16 numaralı kiracı olarak aksiak ekıııı.

Schopenhauer, 1837’de Immanuel Kant’ın toplu yazılarına el attı ve Kritik der Reinen Vernunft (Salt Akıl Anlayışının Eleştirisi) kitabının birinci oluşumunu destekledi. 1838 ‘де Шопенгауэр’in annesi öldü.

Friedrich Dorguth, Die falsche Wurzel des Idealrealismus (idealizmin yanlış kökleri) adlı 1843’te yayımladığı yazısında henüz az tanınmış Schopenhauer’in dünya tarihinmaktudayı anlamı. Schopenhauer, 1844’te Die Welt als Wille und Vorstellung adlı ana eserinin eklemelerini ikinci kısım olarak yayımladı.

1851’de Parerga und Paralipomen, diğer adıyla Aphorismen (Yaşam Bilgeliği Üzerine Aforizmalar) adlı kitabı kayda geçiyordu. Ве Рихард Вагнер, Schopenhauer’in onore ettiği Der Ring des Nibelunge n (Cüceliğin Yüzüğü) adlı eserini icra ediyordu. Юлиус Frauenstädts’ın Schopenhauer tarzı felsefe üzerine yazdığı mektup yayımlanıyordu. 9 Eylül 1860’tan itibaren Schopenhauer akciğer iltihaplanmasına maruz kaldı. Ve 21 Eylül 1860 tarihinde Frankfurt’ta, o 16 numaralı güzel görünümlü apartman dairesinde koltuğunda dışarıya bakarken öldü.26 Eylül günü de Frankfurt şehir mezarlığında topraa verildi.

Schopenhauer, Platon’un ve Immanuel Kant’ın etkisinde idealizmin teorisini kendince anladığı boyutunda temsil ederken, bu genel bakışı subjektif idealizmin sınırlarından taşıramamış ve Hegel’in de felsefesfes. Гегель, Шеллинг ве Fichte’ye ве sonradan kendisini fikirlerinden dolayı onore eden Schleiermacher’e karşı etkileyici polemikler yazmaktan çekinmemiştir.

Felsefesinin ilkesel bir kavramı irade kavramıdır.Dünyanın özü ve gerçekliği irade iken, fenomenlerden oluşan dünya, tasarımdan başka bir şey değildir. İrade, Schopenhauer felsefesinde kendini bir zorunluluk olarak gösterir, ки онун düşüncesindeki kötümserliğin ve karamsarlığın kaynağı da esas olarak budur. İnsan, tamamen kurtulamayacak olsa da istencin emrine boyun eğerek acı ve kederden kısmen kurtulabilir. Bu noktada Schopenhauer’ın düşüncelerinin belirli ölçüde, kaderciliğin ağır bastığı doğu felsefelerine yakınlaştığı söylenebilir.

Schopenhauer’a göre; birbirlerini en çok büyüleyenler, birbirlerini en çok tamamlayanlardır.

Schopenhauer, görünen dünyanın ardında yatan esas gerçekliğin istenç olduğunu ileri sürdü. Schopenhauer’a göre bu istenç akılsız, bilinçsiz bir öze sahipti ve kendisini fenomenler dünyasında gösteriyordu. Bütün görünenlerin kaynağıydı. İnsan bedeni de onun eseriydi. Aklın denetiminde olmayan bu istenç, insanları parmağında oynatıyor ve geçici tatminlerle veya ulaşılamayan hayâllerle, insanı hiçbir zaman dışına çıkamayacağı bir bıkkınedukünlıkı. Ona göre; bu anlamsız, boş, acıyla dolu ve kötü hayattan kaçınmanın tek yolu vardı: İstencimizi öldürmek! Bu onu Hinduizm, Budizm gibi dünyevi bir yaşamdan el çekmeyi ve bir keşiş gibi yaşamayı, başkalarınaardım etmeyi, mutluluğumuzu olabildiğince arttırmayı değilmeöşiFelsefesi, aklın (rasyonalizm) temele oturtulduğu felsefe tarihinde yeni bir bakış açısı anlamına geliyordu ve psikoloji, psikanaliz, müzik, edebiyat gibi entelektüel veédésööl.

İrade kavramı ile içgüdüsel bir anlatıyı ifade etmiştir. İrade kavramı fiziksel ve sosyal yapımızı şekillendiren bir durum gibi gözükse de doğadan, özümüzden gelen bir enerjidir. Bu enerji yaşamı, toplumsalı, adaletsizliği döngüsel olarak sürdüren güçtür. İnsan bu enerjiden kaçamaz, içseldir ve doğanın bir parçası olan insan yaşarken aslında cinsel ve yaşamsal enerjisiyle bir yeni anlamlandırmalar silsilesi ile İrade’ye hizmet eder.İrade; yaşamı sağlayan бир enerjidir.

İnsanın kontrolsüz biçimde irade içinde hareketi; uygarlıkları, acıları ве kötülüğü doğurmuştur. Çünkü irade hep ister, yaşam için талеп эдер. Бирей, iradenin kontrolündeki yaşamda sorunsalın içinde iradenin karşısına merhamet ve acı duygusunu koyarak bir nebze de olsa dışına çıkabilir ve birey olarak kendini gerçekleştirebilir.

Dünyanın düzenini sağlayan бу идея ве doğa fenomenleri bütünün enerjinin dışına çıkmak insana acı verir.Güçlü bir münzevi yaşam gücü ve karşı Direnç ile gerçeğin karşısında yaşanılabilir.

Schopenhauer’i ayıran iki entelektüel miras vardı; anlamak ve anlayış. Anlayış (akıl), kavramsal olarak düşünme becerisini yani kavrama bakış açısını getirirken kavram da tasarımsal olarak tüm kavramsal yaklaşımlar içinde karşılatılaakmşıındıı Anlamak ise buna karşı duran tanımlanamayan değerlendirmelerin görülenidir. Яни öyleyse, ne kadar çabuk veya gücünce tanınmaya çalışılan бир кимсе ки sesi kalmıştır, Hangi açıyla mızrağını hedefine fırlatmıştır, hedefine ulaşmak zorund.Anlamak bütün hayvanlar için ortak bir özellik olsa da anlayış insanın dışavurumu olan bir özelliktir. Bu yönelim, Kant ve beraberindeki idealistleri anlamak ve anlayış üzerine geliştirdikleri teoremlerin tartışmalı boyutunda her şeye rağmen Schopenhauer’dir.

Tasarımsal olarak dünya [değiştir | kaynağı değiştir]

Шопенгауэр, Джордж Berkeley’in düşüncelerinden Йола çıkarak insanın gerçeğe aldığı Dış dünyasının Sadece бир tasarım olacağını betimler ве Onun eşiğinde Olup biten ее şeyin, ан büyüğünden ан küçüğüne ДЭК zorunlu olarak gerçekleşeceğini, diğer Tüm ötekinin ISE Sadece subjektif (öznel) istenç devinimleriyle Яни arzularla , umutlarla, korkularla ve neye yönelik olursa olsun ona ulaşmayla butkinleşeceğini, bunun da asla acı çekilmeden gerçekleşemeyeceğini savunur.Ве бу хаял кырыклыğыдыр. Schopenhauer’in anlayışına göre özne olarak objektif dünya, daima bize bir tasarım modunda görünecektir. Яни Неснелерин, Шейлерин варлыгы; yalnızca özneden ve maddeden düşlemdirilen ilişkiselliğin varolan tarafıdır. Buna ramen Schopenhauer’in, anlayış sınırlarını mahrum bırakmadan, tasarım anlayışından çıkarak insanlığa vardığı anlaşılır bir gerçeklik taşırımı vardır. Dünya onun yaklaşımıyla tükenmemiştir. Bu noktada onun savunduğuyla dünyanın sadece bir tasarı olarak durduğu umarına varmak yine tamamıyla öznel bir yaklaşımdır.Temel olarak Schopenhauer’in terminolojisinde, öznel olan ile objektif olanın içinde olası dağılan imgelem gücünün ya da fantezinin gerçek dünya ile bağlantı sıkıntısı Yaşanır.

Schopenhauer, Kant’ın söylediği ve etkilendiği hiçbir zaman tecrübesi edinilemeyecek olan «Biz sadece aklımızla gerçeğe aldığımız şeyleri görüshüoruzum», «ey ki içindedir, kendiliğindendir ve ahiretinde bütün tecrübesini taşır, o yüzden asla öğrenilemeyecektir!» Kendimizi izlersek akabinde sonumuzu da bir anlamda anlaşılır kılabiliriz: Biz içimizde olan istençleri öğreniyoruz, istenç de yalnız başına kendi içinde bir «şeyili» dir vedendi budendy.Бу, insanların ве hayvanların davranışlarında sadece bir dürtü değildir, bilakis doa kanunun arkasındaki nedensiz sebebiyettir, fiziksel bazı kanunlar gibi. Dünya, anlaşılmaz istenciyle kördür.

İstenç olarak dünya [değiştir | kaynağı değiştir]

Tüm şeylerin nesnel varoluşunu yani onların salt başkalarının gördüğü varoluşunun kesinlikle sevindirici, buna karşılık öznel varoluşunun ise ise istemede yer aldığı İstenç olarak dünya her şeyiyle bir bilgidir.Бир кимсе ан entelektüel hazlarına, arzularına ancak kendi zekâsının aracılığıyla ulaşır. Zekâ ülkesinde acının yeri yoktur. Бу avantaja eşlik eden bir dezavantaj ise doğada zekânın derecesiyle beraber acı çekme yeteneğinin de artması yani tasarım olarak dünya ile istencin çatışkısı olan en yüksek yere ulaşırılmı.

İstenç insanda olan tek şeydir ve irade karşısındaki önceliğini daima korur, ona karşı zayıftır. Bu bütün canlılarda böyledir aslında. Bir insanı öteki hayvan türlerinden ayıran duyarlılığın ve hatta daha yüksek derecede bulunan öteki iki fizyolojik temel kuvvet karşısındaki önceliğini yadsımadan düşünürsek; бир несней анчак она карши шиддетли бир ильгийле, истенсини уярарак яни о неснее йонелик кисисель ильги дуярак эльде эдебилир.Ama istencin her kalıcı uyarılması en azından karışık türdendir; yani acıyla bağlantılıdır.

İstencin kasıtlı biçimde ве üstelik sadece anlık ve hafif, kalıcı ve ciddi olmayan acılara neden olabilecek küçük ilgiler aracılığıyla uyarılması sosyetiktir. Buna karşılık, zihinsel güçleri ağır basan bir insan, salt bilgi yolunda istencin hiçbir biçimde karışmadığı en canlı ilgiyi göstermeye butkindir ve hatta buna muhtaçtır. Ancak sonra bu katılım onu ​​hemen acının yabancı olduğu bir yere, adeta rahat yaşayan tanrıların atmosferine götürür.Бу tür insanlara göre geride kalanların yaşamı sersemliktir. Çünkü onlar yalnız kaldıklarında dayanılmaz bir может sıkıntısına kapılırlar. Gündelik gerçek yaşantımız tutkularımız tarafından yönlendirilmediği sürece может sıkıcı ve yavan olmaya mahkûmdur. Tutkularımız bunu esir aldığındaysa çok geçmeden de bize acı vermeye başlarlar. Bu nedenle mutluluk için gerçek bir kuvvet fazlalığı gereklidir. Яни istençlerinin hizmeti için gereken ölçünün üstünde zekâ fazlalığına sahip olanlar mutludurlar. Ancak ve ancak istencin hizmetinde olmayan bu fazlalık salt zihinsel bir uğraşıyı sürdürebilir. [3]

Felsefesinin temel kaynağı ve nedenselliği [değiştir | kaynağı değiştir]

Schopenhauer, potansiyel olarak aktif anlamlar taşıyan iki entelektüel beceriyi yani aklı ve anlayışı birbirinden ayırmıştır. Anlayış, bakmayı kavramsal ve terimsel olarak düşünebilme sonrasında içinde barındırdığını temsil etme butisidir. Бу зихиндеки соют бир концепттир. Akıl ise buna karşılık, baktığıyla kendini doğrudan doğruya belirsiz; bir insanın ne kadar hızlı veya güçlü olabileceğini bilebilmek, bir gürültünün nedeninin ne olabileceğini veya bir mızrağın hedefine varması için Hangi açıyla ya da Hangimeçıçı

Akıl ile bütün hayvanları kastederken, anlayışta da en öne çıkan ölçüt olma özelliğiyle insanı kastetmiştir. Ее şeye rağmen Schopenhauer, bu düşünsel yaklaşımı ve çıkış noktasıyla anlayış stillisi üzerine Kant veya idealistlerden daha fazla skeptik şeyler yazmıştır.

Kötümserliği (песимизм) [değiştir | kaynağı değiştir]

Kör, anlayışsız dünya istenci onun için en büyük çıkış noktasıydı. Kastettiği çıkış noktası dünyanın ve canlıların var olmasına, türemesine kadar giden noktadır.Ona göre anlayış, bu irrasyonel dünya istencinin yalnızca bir hizmetçisidir. Dünya onun için -körlerin nedensiz istençlerinin ürünü olarak dünya- aslında olmaması gereken kötü olan bir şey, bir suçtur. Даха kötü бир dünya olamaz. İşte ama dünya öyle bir kurulu düzendir ки, öyle olmak zorundalığındaki kesin ve doğru gerekliliğini başarabilmek zorundadır. Eğer biraz daha kötü olsa zaten üstesinden gelemezdir. Dünya, acılarla dolu bir feryat, sefalet vadisidir. Ее şeyin bir şans olduğuysa illüzyondur.Bütün hazlarımız yalnızca negatif kalacak, durup dinlenmeden çaba harcayan istençlerimiz son olarak bir «hiçlikle» memnun edilecek. «Çünkü ее Сэй, çabalarımız, бир yetersizlik kaynağından gelir ве memnuniyetsizliğimizle birlikte yetersiz бир gerekle çabasına kaldığı Yerden девам edecektir ки, öyleyse ACI olarak kalacaktır giderilmediği sürece.» Hiçbir memnuniyet de sürekli değildir, ondan çok daima yeni bir çabanın yeni başlangıç ​​noktasıdır. Abayı her yerde görüyoruz, defalarca yavaşlatılmış, engellenmiş ve savaşır vaziyette; яни sürdüğünce acı olarak ama çabanın сын hedefi olarak değil.Öyleyse çaba acının сын хедефи ве ölçütü değildir. İstencin, ее şeyden önce ее şeyi istemenin esası ihtiyaçtır, eksikliktir, yetersizliktir. Sonuç itibarıyla «acı» dır. Öyleyse yaşam, может sıkıntısı ile acının arasında sallanarak gidip gelendir.

İnsanlığın yaşamında daha ilk hâlinden itibaren hiçbir gerçek mutluluğa yeteneği yoktur. Ее бир яшам хикайеси ачыдан ибареттир, кучук вейа бюйюк казаларин нетисесийле дигеринин такипчиши оларак девам эден. [4]

İstencin en etkileyici, Bassın Olanı sürekli olarak insanı rahatlatmayan cinsel güdüdür.Анчак Шопенгауэр bu istencin, insanın hayâl kırıklığında acı duyan olmalığıyla sanat (burada daha çok müzikten bahseder), ahlâk ve dervişlik üzerinden aşılabileceğini doğrular. Ancak birçok sanatçının da Schopenhauer’ın bu bilgisinden esinlenerek sanatçı oldukları söylenemez.

Etik [değiştir | kaynağı değiştir]

Ayrıca bakınız: Hayvan Refahı

Davranışların ve ahlâkın bütünü olarak etikte Kant’tan biraz uzaklaşıp bizzat etiğin acısını çekerek zaman geçirir Schopenhauer.Çıkar gözetmeksizin paylaşmaktan kaçındığı başkalarında da aynı acı hâlindedir. Bu herkesçe duyumsanandı. Böylelikle körlerden ivmelenen istenç ürünü ve başka canlılarda da aynı körlükle yakan kendisi gibi acıya katlanan insanı fark ediyordu. Bu birliktelikte çekilen acıyla Schopenhauer egoist yanını sarmalamıştır ве içindeki insanın derinlemesine bakışı dünyanın acısının anlaşılması bakımından özdeşıştırş oline.

Bunun dışında Kant ile karşılaştırılması bakımından dikkate değer söylediği emredici söz şöyledir:

«Neminem laede, immo omnes, квантовые потенциалы, iuva.»(Kimseyi yaralama, ondan çokardım et herkese yapabildiğince.) — Шопенгауэр: Das Prinzip Aller Moral (Bütün Ahlâkların Prensibi)

Шопенгауэр, этиğинде сын оларак анлашылыр бичимде хайванлары коруманн ве хайван рефахынин önemine değinmiştir.

«Hayvanlarla beraber acı çekmek, kendisine güvenileceğine izin verdiğimiz karakterinardımseverliğine bağlıdır. Ким hayvanlara karşı gaddar davranıyorsa, iyi бир инсан оламаз». [5] «Hayvanların haklarının olmadığı varsayımı ve onlara karşı muamelemizin hiçbir ahlaki öneminin olmadığı yanılgısı, Batı’nın kabalığınırınırınıırıııııEvrensel merhamet ahlakın tek güvencesidir. « [6]

Sosyoloji [değiştir | kaynağı değiştir]

1848 Devrimi’yle beraber Schopenhauer devletin rolü üzerine yönelmiş ve atıflarda bulunmuştur: Doğada kaba kuvvet hüküm sürüyordu, insanlar arasında da öyleydi; nihayetinde kitle olmak avantajlıydı ama sonsuza dek reşitliğini bir türlü elde edemediği bu hakimiyetini cahilce, aptal, haksız biçimde kullanarak mecburen ruhsal düşüncenıDevletin varlığı sayesinde kamu işlerinde mümkün olduğunca daha az adaletsizlik varken devlet aynı zamanda kamu yararı için haksızlıklar da yapabilme iznine sahipti. Schopenhauer, yalnızca ancak bu şekilde insanlara gem vurulabileceğini ve basası altına alınarak yönetilebileceğini kastettiği monarşik mutlaklık üzerine bir açıklama yaparken bizzçüçindeşkidenınınını. Halkçılar ise buna karşılık doğal olmayan, yapay bir yansımadan çıkageliyorlardı. «Ее yerde bir istenç, onu temsil ya da idare eden bir şey olmak zorundadır.»

Estetik [deiştir | kaynağı değiştir]

Schopenhauer’in estetiğine göre sanatın istenci yatıştırıcı bir özelliği vardır. Bu estetik dünyevi yatkınlığın en üst noktasına erişir. İnsana, en üst form olarak onun görselinde beliren istencin istenci ve onun üzgüsünün katlanılabilirliğini geçiştirmek için verdiği ihtimal öyle bir yere varır ki, o da var olmamakıvihır ki da var olmamakıvihil’s Gerçek sanat çalışması, sanatçıyı içsel dünyasında doğada bir şey, bir düşünce olarak kendine vardırır ve ona bakanın objektif bakış açısına bu yolla anlaşılmasına kendiöüesıneSchopenhauer’in buradaki düşüncesinin kefaleti, düşünsel olarak bakmanın, onun bilgisinin bir sanat eserindeki yırtıcı ve yakıcı özelliğidir.

«Бизим инсан olarak sayılı sanatçılar arasında açık ве чистой biçimde Ortak olarak gördüğümüz yaratılmış güzellikleri gerçeğe ALIP tanımamız, ONU üreten sanatçının Даха ONCE hiç Бойл bakmamış, görmemiş olmasındandır. Bu yalnızca istencin, Onun ölçülü, vardığı ан yüksek noktada tamamen nesnellikten uzaklaşan bakışının burada değerlendirilmesi ве bulunması gerektiği biz kendimizdir.Бу-биз, doğanın Бизе göstermek için çabaladığı şey gerçeğinin içinde yine kendimizi bulmamız Gibi бир Йени bilginin dikkate değer dahiliğinde аз ONCE anlamına eşlik Эдем AYRI şeylerin içinde onların düşüncesini TANIR Айни şekilde Yarim бир sözcükle anladığı doğayı yine doğanın içine anlatırken yalnızca kekeler.» Schopenhauer [7]

Schopenhauer, felsefik şakımasında özel bir duruş kazanımlanıyordu kendine. Sesinin tonunu aldığı Ер yine nesnel anlamda istencin бир BAŠKA formuyla бушель dünyadaki bütün istençlere objektif бир örnekleme yapmayı barındırmak isterken бушель boyutta Anahtar rolü derinleştikçe objesiz, şeysiz kurallara о Кадар yakınlaşan ве пе Кадар yüksek olursa о Кадар да insanın харекет nedeniydi:

«Ben, en aza indirgenmiş objektifliğinde istenci, Organik olmayan doğayı, gezegenler kitlesini ve bunların nedeni basın en derin tonlamasındaki harisini tekrar tanıyorum.Bütün ‘azıcık hareketli’ олан ве ама çabuk duyulan yüksek tonlamalar, periyodik olarak duyulan asıl ve derin tonlamadan kaynaklı tanıdık seslerdir. Бу аналог, bedenin ве doğadaki diğer organizationasyonların görmesi gereken bir mecburiyettir ки, адым адым gezegenlere taşıyarak asıl kaynağına ulaşacaktır. Aynı ilişkisel durumu asıl, ana bas tonlamasına götürecek olan yüksek tonlar taşımaktadır. Nihayetinde genel olarakharmoninin uzamında öne çıkarılan ve katkısallığı inkâr edilemeyecek seslerin, bas ve onu yönetenin, temsil edenin melodisini söyleyen sesin varlığından yola füşışırınırını, işışırınııırıBasa yakın duranlar onu en az temsil edebilen, organik olmayan ama çoktan birkaç kez kendini dışavuran bedenlerdir. Даха yukarıda olanlar benim için bitkileri ve hayvan dünyasını temsil ederler. Neticede yüksek tonlamadaki melodinin içinde, istencin bağımsız бир bilince çıkarılarak içinin başlangıca Dair itibarlaşan anlamlarla doldurulduğu асли сеси temsile yakınlığı vardır ве bununla бен ан yüksek noktada objektif olabilecek, objektif yaklaşımı Burada kavramak üzere геп Каба gösterecek insanın istencini tanıyorum.» Шопенгауэр [8]

özümsel yaklaşımı [değiştir | kaynağı değiştir]

Düşünseliğiyle sürekli olarak acılar, sefillikler vadisi olarak tanımladığı dünyayı şikâyet eden Schopenhauer, ölümü yaşamdan daha iyi bulduğunu itiraf eder. Ancak bu, bütün felsefik öğretilerin yanlışı olarak yayılan bir delilik formudur ve bununla intihara teşvik buyurulan mutasyonel бир талеп oluşmuştur. Ойса Шопенгауэр, Кенди şizoidine rağmen herhangi bir çözüm önerisinde bulunmamıştır.Çünkü metafizik istenç, bir şekilde olurunca yeni bir forma erişecek ve böylece yaşamın ekseni yeni bir yönelime doğrulanacaktı. İstencin sonu yoktur. Bu dünyaya ait en yüksek varlık insandır ве yaşamın kabul ве redliğindeki yönlem hâlinde en yüksek iradeye sahiptir. Бу Nirvana’ya çıkan yolun kapısını açar.

«Bütün yaşamsal birlikteliğin anlaşılırlığı istencin yaşama olan yatkınlığıdır, yalnız başına bu bizi bitirebilir;» [8]

Yankısı ve etkisi [değiştir | kaynağı değiştir]

Yeni çağımızın çok az Alman felsefecisi ve ölümünden kısa bir süre sonra gerek sanat gerekse bilim alanlarında kabul görüp de ünlenmiş diğer insanları, dolaysızızı Esas olarak Friedrich Nietzsche’yi etkileyen Schopenhauer, Рихард Вагнер, Лео Толстой, Сэмюэл Беккет, Альберт Эйнштейн, Томас Харди, Анри Бергсон, Курт Тухольский, Томас Манн, Герман Гессе, Вильгельм Буш gibi birçokçdikkaOnun современный Alman literatürüne ве günümüz felsefesine yaptığı katkıyı tahmin etmek oldukça zordur. Şu var ки Шопенгауэр, Гете иле birlikte Alman yazı ve felsefe dilinin günümüzde hâlâ izleri hissedilen mimarlarından biri olmaya devam edecektir.

Schopenhauer, felsefesinde Budizme ve ateizme oldukça yakın ve zengin duran veriler, bilgiler olduğunu görmüştür. Budizmin Almanya’daki yayılımında Schopenhauer’in eserlerine göz atmayı gerektiren gerçek onun anlaşılmasında bir durak noktasıdır.

  • Yeterli Sebebin Dörtlü Kökü, (Über die vierfache Wurzel des Satzes vom zureichenden Grunde) , 1813
  • İstenç ve Tasarım Olarak Dünya, (Die Welt als Wille und Vorstellung) , 1818-1819
  • Tabiattaki İrade Üstüne, (Über den Willen in der Natur) , 1836
  • İnsan İradesinin Hürriyeti Üstüne, (Über die Freiheit des Mensch-lichen Willens) , 1839
  • Ахлакин Ики Темель Меселеси, (Die beiden Grundprobleme der Ethik) , 1841
  • Parerga ile Paralipomen, (Parerga und Paralipomen) , 1851
  • Aşkın Metafiziği , eviren: Selahattin Hilav, Sosyal Yayınları.
  • İstenç ve Tasarım Olarak Dünya , eviren: Levent Özşar, Biblos Kitabevi Yayınları.
  • Parerga ile Paralipomen , eviren: Levent Özşar, Biblos Kitabevi Yayınları.
  • Ruh Görme Üzerine , eviren: Levent Özşar, Biblos Kitabevi Yayınları
  • Yaşam Bilgeliği Üzerine Aforizmalar , eviren: Mustafa Tüzel, Kabalcı Yayınevi, İst.1998
  • Yaşam Bilgeliği Üzerine Aforizmalar , Hasan Âli Yücel Klasikler Dizisi, eviren: Mustafa Tüzel, Türkiye İş Bankası Yayınları, İst.2005.
  • Okumak, Yazmak ve Yaşamak Üzerine , eviren: Ahmet Aydoğan, ule Yayınları.
  • Aşka ve Kadınlara Dair, Aşkın Metafiziği , Toplu Eserleri-1, eviren: Ahmet Aydoğan, Say yayınları, İst 2006.
  • Seçkinlik ve Sıradanlık Üzerine , Toplu Eserleri-2, eviren: Ahmet Aydoğan, Say Yayınları, İst. 2007. (Not: Bu kitap, İstenç ve Tasarım Olarak Dünya kitabından iki, ve Parerga ile Paralipomen kitabından da dört makalenin birleştirilmesiyle oluşmuş bir derlemedir.)
  • Hayatın Anlamı , Toplu Eserleri-3, eviren: Ahmet Aydoan, Say Yayınları, İst. 2007.
  • Ölümün Anlamı , eviren: Ahmet Aydoan, Say Yayınları 2011
  • Okumak, Yazmak ve Yaşamak Üzerine , Toplu Eserleri-4, eviren: Ahmet Aydoan, Say Yayınları, İst. 2007
  • Üniversiteler ve Felsefe , Toplu Eserleri-5, eviren: Ahmet Aydoğan, Say Yayınları, İst. 2008
  • Hukuk, Ahlak ve Siyaset Üzerine , Toplu Eserleri-6, eviren: Ahmet Aydoan, Say Yayınları, İst.2008
  • İnsan Doğası Üzerine , eviren: Elif Yıldırım, Oda Yayınları, İst. 2013
  • «Edebiyat Dersleri», eviren: Arzu Eti Polat, Kafe Kültür Yayıncılık, İst. 2014
  • «Bilim ve Bilgelik», eviren: Ahmet Aydoğan, Say Yayınları, İst. 2014
  • Tartışma Sanatının İncelikleri, eviren: Ahmet Aydoan , Say Yayınları 2011
  • Merhamet, Dergah Yayınları , eviren: Zekai Kocatürk, 2009
  • Haklı ıkma Sanatı , Imge Kitabevi, evirmen: Hüseyin Salihoğlu,
  • Hiçliğin Mutlu Sessizliği , Zeplin Kitap 2016
  • Akıl Zayıflığı , evirmen: Ahmet Aydoan, Say Yayınları
  • Dünyanın Istırabı Üzerine , eviren: Ferhat Jak İçöz, Kafka
  1. ^ Рюдигер Сафрански: Шопенгауэр и дикие годы философии . a b Arthur Schopenhauer: Die Welt als Wille und Vorstellung . Кёльн 1997, Эрстер Бэнд, §. 52.
.

«Мудрость жизни» Артура Шопенгауэра

Превосходные наблюдения почти над всеми сферами жизни, учебное пособие для жизни, как заметил Ницше в своем блестящем эссе «Шопенгауэр как педагог».
Как я покажу, к сожалению, здесь есть некоторые упущения в критическом рассуждении между сильными демонстрациями аргументации.

Центральные идеи — это необходимость здоровья для счастья, которое можно найти только в себе, а не в отношениях и обществе, превосходство умственных удовольствий / удовольствий и способностей (физические / социальные всегда исчезают и утомляют), невозможность или редкость счастливой и истинной любви и дружбы, и, следовательно, источник счастья в собственном умственном богатстве и относительном одиночестве.Также большее значение навыки и способности важнее владения и славы.

Все это показывает его элементарную категоризацию человеческой жизни в порядке убывания важности того, чем он является, что он есть, и что он представляет в других. На протяжении всей книги Шопенгауэр заставляет нас рассматривать все эти центральные идеи о жизни, делая его великим учителем, как заметил Ницше в своем блестящем эссе «Шопенгауэр как педагог», найденном в его «Несвоевременных размышлениях», хотя некоторые выводы Шопенгауэра кажутся в конечном итоге неверными, но дать образовательные возможности для их критического изучения.

Во многих идеях сияют его восхитительный язык и литературные качества, например, этот:
«Таким образом, во всех странах карточная игра также стала основным занятием всего общества: это показатель ее стоимости и объявленное банкротство всех. мысли. Потому что у них нет мыслей для торговли, они обмениваются картами «.
«Daher также находится в allen Ländern, die Hauptbeschäftigung Aller Gesellschaft das Kartenspiel geworden: es ist der Maßstab des Wertes derselben und der deklarierte Bankrott an allen Gedanken.Weil sie nämlich keine Gedanken auszutauschen haben, tauschen sie Karten aus «
Schopenhauer, Arthur (2011-03-28). Афоризмы (немецкое издание) (стр. 25) Kindle Edition.

Также следует отметить его частые аллегории и метафоры, которые по его мнению, они не расширяют знания, поскольку их можно объединить в общие идеи, но они говорят нам более непосредственно и красиво написаны и подходят. Я не мог найти лучшего примера, но этот содержит даже две метафоры подряд:
«Demnach hat die Zeit unseres Lebens eine beschleunigte Bewegung, wie die einer herabrollenden Kugel; und wie auf einer sich drehenden Scheibe jeder Punkt um so schneller läuft, als er weiter vom Centro abliegt; «
(стр.173)

Отрицательная сторона, темная и неразумная, — это его расизм, женоненавистничество / девальвация женщин и антисемитизм. Я не могу понять, как мыслитель его уровня может делать обобщения на такую ​​большую группу людей. Для него черные люди примитивны и неинтеллектуальны, женщины контролируются своими эмоциями и неинтеллектуальны. Сегодня это совершенно ясно опровергается наукой. Его оправдание может заключаться в том, что он, возможно, встречал в основном женщин и чернокожих людей своего времени, которые соответствовали этому обобщению, потому что культура и предрассудки широко не позволяли им получить доступ к интеллектуальным благам, и это было широко распространенным мнением в его время.Тем не менее, хотелось бы, чтобы он проявил философское благоразумие в отношении такого смелого обобщения.
Нелепым в наше время является его заявление о том, что прелюбодейная женщина будет посрамлена всем своим видом. К счастью, культура вышла за рамки этого, и это следует воспринимать как историческую заметку. В свою защиту он отмечает, что эта сексуальная добродетель имеет только условную и относительную ценность.
Он также имеет особое представление о «французах», которые для него являются «самой нелепой национальной гордостью» (lächerlichsten National-Eitelkeit, стр.48), но часто неожиданно становятся более опытными и умеренными с возрастом (с. 171).

Еще один отрицательный момент — частые повторения в некоторых частях, например превосходные умственные удовольствия интеллектуалов (по крайней мере, трижды до стр. 32), научно опровергнутые утверждения и даже некоторые противоречия (женский интеллект ниже, но весь интеллект унаследован от матери).

Естественные потребности человека в начале главы 3, взятые из книги Эпикурей, на мой взгляд, плохая классификация.одежда и еда как единственно необходимые, натуральные: я бы заменил одежду физической целостностью. а к сексуальному влечению как единственно естественному, но ненужному я бы добавил хотя бы социализацию.

Чрезвычайно длинным кажется его описание «Ritterehre» («рыцарская честь (кодекс)»), которое он сам признает, хотя кажется, что это широко распространенная ошибка, ведущая ко всем местам, преступлениям и военным безумствам.

Меня не удовлетворяют фатализм Шопенгауэра и достаточность избегания боли для счастья.Считать жизнь детерминированной, по крайней мере, для практических целей, и стремиться только к тому, чтобы избежать боли, для меня просто привело бы к скуке. В любой день я променяю немного идеализма и боли на большее.

Некоторые психологические размышления Шопенгауэра больше не соответствуют науке, другие достоверны и удивительно проницательны, почти проницательны, например, наблюдение о том, что множество вариантов выбора парализует, а ограниченный выбор поддерживает счастье.

У меня есть еще дополнения и некоторые возражения против идей Шопенгауэра, но они не должны затягивать этот обзор.
Еще одна вещь, которая, возможно, могла бы смягчить его мизантропию: Шопенгауэр пишет, что превосходство разума изолирует и делает непопулярным (стр. 148). Для меня он недооценивает человеческую способность уважать людей и тянуться к ним лучше, чем они.

Мне нравится часто ясная и точная аргументация Шопенгауэра, иногда даже правильные («schlüssige») аргументы с предпосылками, умозаключениями и выводами, например, этот:

Тезис: любви и почитания уважения к одному и тому же человеку трудно добиться в одном месте. то же время.
Предпосылка 1. Ментальный уровень человека, который нам нравится, тесно коррелирует (позиционируется) с нашим собственным.
Предпосылка 2: Человека любят тем больше, что он понижает свои умственные и эмоциональные требования к кому-то другому.
Таким образом, тезис следует из посылок 1 и 2.

Ясная аргументация, подобная этой, трудна и поэтому редко встречается в размышлениях о жизни, потому что обычно нормативные положения опираются на такие посылки, как ценность равенства и справедливости, которые трудно доказать или продолжить аргументируйте на чисто теоретическом уровне.Проблема большинства этих аргументов состоит в том, что вы должны согласиться со многими предпосылками в первую очередь, чтобы согласиться с аргументом, и многие из них вызывают политические разногласия. Таким образом, сила аргумента сосредоточена на предпосылках, а не на критическом рассуждении, и мы редко меняем свою позицию по аргументу, потому что наши этические и политические позиции редко меняются. К счастью, Шопенгауэр преуспевает в этом и поэтому заставляет нас еще больше пересмотреть свое отношение.

За его недостатки я намеревался дать эти афоризмы 4 или 4.5 звезд, но я считаю его настолько важным, обогащающим и бесценным, почти необходимым для образования, что не могу дать ему меньше пяти, и я надеюсь перечитать его через несколько лет или даже раньше, чтобы укрепить и запомнить эти идеи. и, что особенно важно, при необходимости переоценить их.

отказ от ответственности: я прочитал это на немецком, моем родном языке.

Исходный обзор другого издания здесь:
https: //www.goodreads.com/review/show …

.

Артур Шопенгауэр — Википедия, свободная энциклопедия

Википедия todavía no tiene una página llamada «Артур Шопенгауэр».


Busca Arthur schopenhauer en otros proyectos hermanos de Wikipedia:
Wikcionario (diccionario)
Wikilibros (обучающие / руководства)
Викицитатник (цитаты)
Wikisource (biblioteca)
Викинотики (нотиции)
Wikiversidad (contenido académico)
Commons (изображения и мультимедиа)
Wikiviajes (viajes)
Викиданные (данные)
Викивиды (особые)
  • Comprueba si имеет кодовое обозначение правильного художественного оформления, в Википедии и в Википедии, на котором размещена информация о автобусах.Si el título es righto, a la derecha figuran otros proyectos Wikimedia donde quizás podrías encontrarla.
  • Буска «Артур Шопенгауэр» en el texto de otras páginas de Wikipedia que ya existen.
  • Проконсультируйтесь по списку произведений искусства, написанному для «Артура Шопенгауэра».
  • Busca las páginas de Wikipedia que tienen объединяет «Артура Шопенгауэра».
  • Si ya habías creado la página con este nombre, limpia la caché de tu navegador.
  • También puede que la página que buscas haya sido borrada.

Si el artículo incluso así no existe:

  • Crea el artículo utilizando nuestro asistente o solicita su creación.
  • Puedes traducir este artículo de otras Wikipedias.
  • En Wikipedia únicamente pueden include enciclopédicos y que tengan derechos de autor Совместимые с Licencia Creative Commons Compartir-Igual 3.0. No son válidos textos tomados de otros sitios web o escritos que no cumplan alguna de esas condiciones.
  • Ten en cuenta también que:
    • Artículos vacíos o con información minima serán borrados —véase «Википедия: Esbozo» -.
    • Artículos de publicidad y autopromoción serán borrados —véase «Википедия: Lo que Wikipedia no es» -.
.

Книг Шопенгауэра, Артура (по популярности)

  • Сортировать по алфавиту
  • Сортировать по дате выпуска
  • См. Также: Википедия
  • Отображение результатов 1–20

  • Мир как воля и идея (том 1 из 3) Артур Шопенгауэр 1587 загрузки
  • Очерки Шопенгауэра Артур Шопенгауэр 799 загрузки
  • Очерки Артура Шопенгауэра: мудрость жизни Артур Шопенгауэр 751 загрузки
  • Очерки Артура Шопенгауэра; Исследования в области пессимизма Артур Шопенгауэр 535 загрузки
  • Мир как воля и идея (т.3 из 3) Артур Шопенгауэр 334 загрузки
  • Мир как воля и идея (том 2 из 3) Артур Шопенгауэр 283 загрузки
  • Очерки Артура Шопенгауэра; О природе человека Артур Шопенгауэр 270 загрузок
  • Очерки Артура Шопенгауэра; Советы и максимы Артур Шопенгауэр 245 загрузки
  • О четырехчастном корне принципа достаточного разума и о воле в природе: два очерка (исправленное издание) Артур Шопенгауэр 228 загрузки
  • Основа нравственности Артур Шопенгауэр 228 загрузки
  • Очерки Артура Шопенгауэра; искусство противоречия Артур Шопенгауэр 190 загрузок
  • Aphorismen zur Lebensweisheit (немецкий) Артур Шопенгауэр 183 загрузки
  • Очерки Артура Шопенгауэра; Религия, диалог и т. Д.Артур Шопенгауэр 103 загрузки
  • Очерки Артура Шопенгауэра; Искусство литературы Артур Шопенгауэр 84 загрузки
  • Указатель проекта Гутенберг Работы Артура Шопенгауэра Артур Шопенгауэр 37 загрузки
  • Исследования в области пессимизма Артур Шопенгауэр 20 загрузок
  • Aphorismen zur Lebensweisheit. Французский (французский) Артур Шопенгауэр 13 загрузок
  • Über die Weiber (немецкий) Артур Шопенгауэр 10 загрузок
  • Über die Freiheit des menschlichen Willens.Венгерский (венгерский) Артур Шопенгауэр 8 загрузок
  • Kuolema ja kuolematon (финский) Артур Шопенгауэр 0 загрузок
  • Отображение результатов 1–20

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *