Работы канта: Жизнь и труды Канта. Кант

Родина «беспокойного старика Иммануила»: begemusja — LiveJournal


Немецкий философ Иммануил Кант родился, умер и похоронен в Германии, а его могила находится в России, не правда ли, парадокс!
Памятник Иммануилу Канту возле Российского государственного университета им.Канта  — вуза-наследника Кенигсбергской академии «Альбертина».

Впервые о Канте я узнала в школе от Булгакова. Помните разговор на Патриарших:
— Вы — атеисты?
— Да, мы — атеисты, — улыбаясь, ответил Берлиоз… — В нашей стране атеизм никого не удивляет, большинство нашего населения сознательно и давно перестало верить сказкам о боге…
— Но, позвольте вас спросить, — после тревожного раздумья заговорил заграничный гость, — как же быть с доказательствами бытия божия, коих, как известно, существует ровно пять?
— Увы! — с сожалением ответил Берлиоз, — ни одно из этих доказательств ничего не стоит, и человечество давно сдало их в архив. Ведь, согласитесь, что в области разума никакого доказательства существования бога быть не может.
— Браво! — вскричал иностранец, — браво! Вы полностью повторили мысль беспокойного старика Иммануила по этому поводу. Но вот курьез: он начисто разрушил все пять доказательств, а затем, как бы в насмешку над самим собою, соорудил собственное шестое доказательство!


— Доказательство Канта, — тонко улыбнувшись, возразил образованный редактор, — также неубедительно. И недаром Шиллер говорил, что кантовские рассуждения по этому вопросу могут удовлетворить только рабов, а Штраус просто смеялся над этим доказательством.
— Взять бы этого Канта, да за такие доказательства года на три в Соловки! — совершенно неожиданно бухнул Иван Николаевич.
— Иван! — сконфузившись, шепнул Берлиоз.
Но предложение отправить Канта в Соловки не только не поразило иностранца, но даже привело в восторг.
— Именно, именно, — закричал он, и левый зеленый глаз его, обращенный к Берлиозу, засверкал, — ему там самое место! Ведь говорил я ему тогда за завтраком: «Вы, профессор, что-то нескладно придумали! Оно, может, и умно, но больно непонятно. Над вами потешаться будут».

Наверняка, многие, читая «Мастера и Маргариту», тоже задавались вопросом, о каких доказательствах идет речь. Итак,

5  ДОКАЗАТЕЛЬСТВ  СУЩЕСТВОВАНИЯ  БОГА  или  «пять путей»  Фомы  Аквинского:

1. «От движения — к Перводвигателю»
В природе происходит движение. Ничто не может начать двигаться само по себе, для этого требуется внешний источник действия. Бесконечный поиск источника предыдущего действия бессмыслен. Следовательно, должно существовать нечто, являющееся первоначальным источником всякого движения, не будучи само по себе движимо ничем иным. Это и есть Бог — надвижимый Движитель.

2. «От связи причин и следствий — к Первопричине» (космологическое доказательство)
Каждое следствие имеет свою причину. Бесконечный поиск предыдущей причины бессмыслен. Следовательно, должна существовать «беспричинная причина», первопричина всего последующего. Это и есть Бог.

3. «От случайности — к Необходимому Существу»


Все предметы мира находятся во взаимосвязи и взаимоотношении друг с другом, и их существование возможно только во взаимосвязи и взаимоотношении. Однако бесконечный поиск предшествовавших друг другу взаимоотношений и взаимосвязей бессмыслен. Следовательно, должно существовать нечто, абслютно независимое и совершенно самодостаточное. Это и есть Бог.

4. «От несовершенства в мире — к Абсолютному совершенству» (онтологическое доказательство)
В окружающем мире наблюдается последовательное иерархическое возрастание сложности строения предметов и существ (например, от насекомого до человека), нескончаемое всеобщее стремление к совершенству. Следовательно, должно существовать нечто абсолютно совершенное, являющееся источником всякого совершенства. Это и есть Бог.

5. «От целесообразности в мире — к Устроителю мира» (телеологическое доказательство)


В окружающем мире наблюдается определенный порядок и стройность, происхождение которых невозможно приписать самому миру. Этот порядок заставляет предположить существование некоего разумного организующего начала, установившего этот порядок. Это и есть Бог».

6. НРАВСТВЕННОЕ доказательство, выдвинутое Кантом:
Всем людям свойственно нравственное чувство, категорический императив. Поскольку это чувство не всегда побуждает человека к поступкам, приносящим ему земную пользу, следовательно, должно существовать некоторое основание, некоторая мотивация нравственного поведения, лежащие вне этого мира. Все это с необходимостью требует существования бессмертия, высшего суда и Бога, учреждающего и утверждающего нравственность, награждая добро и наказывая зло.

Разумеется, теоритические попытки доказать существование высшего разума этими шестью пунктами не ограничиваются, и каждое из доказательств не является безусловным. Само слово «ВЕРА» подразумевает отсутствие бесспорных доказательств… Если бы существование ада было фактом, люди были бы благочестивыми из чувства страха перед грядущим наказанием, сомнение мотивирует людей к нравственным исканиям и самосовершенствованию…

Знаменитая цитата из трактата «Критика практического разума» (1788г.):
«Две вещи наполняют душу всегда новым и более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, — это звёздное небо надо мной и моральный закон во мне».
Памятная доска с этой цитатой находилась на стене Королевского замка в Кёнигсберге. Аналогичная доска была в 1955 году установлена в Дуйсбурге по случаю празднования 700-летнего юбилея Кёнигсберга.

Библиотека в Кафедральном соборе
«Надо учить не философии, а философствованию, не мыслям, а мыслить надо учить»

«Цель всех успехов в области культуры, которые служат школой человеку, — применять полученные знания и навыки к миру; но наиболее важный предмет в мире, к которому эти знания могут быть применены, — это человек, поскольку он есть собственная последняя цель».

Макет Кенигсберга
Историческое название острова Канта — Кнайпхоф, он расположен в центральной части города на реке Преголя. Справа — Королевский дворец. Город был разрушен в августе 1944 года английскими королевскими ВВС. В апреле 1945 года советские войска штурмом взяли город и завершили «работу» англичан, Королевский дворец сравняли с землей, немецкие кирпичи и булыжники пошли на восстановлние Минска и Ленинграда. Полуразрушенный собор не был разобран на стройматериалы только благодаря могиле Канта, которого высоко ценил Ленин.

Герб Канта, он был изображен на личной печати философа в период с 1766 по 1800 гг.

Костюм Канта. Реконструкция, выполненная по портрету кисти художника И.Г.Беккера. Приближен к физиологическим параментрам философа: Кант был худощав, маленького роста — 156-158 см (как я!), немного сутулился.
 «Кант был всегда одет очень опрятно и его серьёзное лицо, слегка склоненная набок голова, его размеренный, но не слишком медленный шаг, привлекали почтительное внимание при его появлении. Светлый песочный цвет платья, который позже сменился более тёмным коричневым, не выделял его среди других жителей города; светлые тона всех оттенков соответствовали тогдашним вкусам, черные одеяния приберегались на случай похорон или траура. В тёплые дни он по обыкновению того времени ходил без шляпы, держа её пристёгнутой золотой кнопкой к своей трости, слегка напудренный парик украшал его голову. Шёлковые чулки и ботики также относились к обычному костюму обеспеченного человека. О ценности его обуви свидетельствует тот факт, что Кант собственноручно подписал пару своих новых ботинок, которые он отправил дворцовому советнику Блоку, смотрителю зелёных насаждений Дрездена, составлявшему коллекцию обуви известных людей».

(учёный-юрист Кристиан Фридрих Ройш об одежде Канта)

В 1804 году Андреасом Кнорре была выполнена посмертная маска Канта. С неё было сделано три отливки, две из них хранились в Кёнигсберге,одна — в Берлине. Они исчезли в конце Второй мировой войны. В 1980 году в университете города Тарту была обнаружена неизвестная четвёртая оригинальная отливка. Все ныне существующие посмертные маски Канта являются копиями этой отливки. Данная копия сделана в 1999 году.

Кантовский портик у северной стены собора образуют 13 строгих колон из розового порфира. Портик был создан в 1924 году по случаю 200-летнего юбилея философа.

Могила Канта.

Восстановление собора началось в 1992 году общими немецко-российскими усилиями.

Юлиус Рупп — немецкий прогрессивный общественный деятель
«…Кто не живёт согласно истине, которую он признаёт, сам опаснейший враг истины»

Рядом с портиком Канта установлен бронзовый памятник герцогу Альбрехту — основателю Кёнигсбергского университета, последнему магистру Ордена и первому светскому правителю Восточной Пруссии. Он был захоронен в соборе в фамильном склепе вместе с обеими супругами и детьми, склеп был разрушен.
Скульптура воссоздана в 2005 году, к 750-летию города. Оригинал работы скульптора Ройша стоял у замка, уцелел во время бомбежки, но в советское время был переплавлен.

В парке на острове представлено собрание скульптур известных людей, среди них имеется и царь Петр I — как же без него!
Статуя Петра напоминает о царском визите в дом кенигсбергского губернатора Негеляйна. В первый раз, в 1697 году, царь в рамках Великого посольства посетил губернатора инкогнито. Спустя 12 лет Петр с супругой Екатериной наносят Негеляйну официальный визит на обратном пути в Петербург из Торгау, где царевич Алексей сочетался браком с немецкой принцессой Шарлоттой Вольфенбюттельской, а Петр, не теряя времени, встретился с самим Готфридом Лейбницем, известным математиком и философом.

I

«Рыбная Деревня» — стилизация под старину, построенная на месте бывшего рыбного рынка

Медовый мостик. Название получил не из-за медового месяца, начало которого калининградские молодожены отмечают на мосту, а из-за взятки муниципалитету в виде бочонка меда за право построить этот мост.
Напротив крошечных домиков Рыбной деревни вырос гигантский современный жилой комплекс, такое соседство смотрится нелепо и придает Деревне вид театральной бутафории, по сути она таковой и является.

На маяк можно подняться и загадать желание у бронзовой чайки

С маяка открывается вид на остров Канта и на реку, вокруг невыразительная современная высотная застройка.

Кант умер – да здравствует Кант! Или Кант в декорациях театра абсурда

«Сегодня, 12 февраля, в 11 часов, в своём доме на Принцессенштрассе скончался кёнигсбергский профессор Кант». С таким сообщением вышли кёнигсбергские газеты утром 13 февраля 1804 года. Была прожита одна из самых значительных жизней на земле. Жизнь не царя, не военного героя, но мудреца и гуманиста. Ещё будучи молодым магистром, Кант, раздумывая над важнейшими задачами, стоящими перед ним, определил необходимость жить до 80 лет, чтобы успеть сделать задуманное. И сделал, построил всеобъемлющую цельную философскую систему, воспитал выдающихся учёных, чиновников и граждан, в 72 года, 23 июня 1796 года, прочёл последнюю лекцию в университете, в 1800 году выпустил последнюю, самостоятельно подготовленную к печати, работу, в 1801 году освободился от обязанностей члена сената университета. А дальше – беседы с друзьями, с любопытствующими путешественниками, и постепенное угасание.

15 декабря 1803 года – последняя запись в дневнике и смерть 12 февраля, с последней фразой: «Es ist gut». На этом был завершён земной путь кёнигсбергского мудреца. Но Кант предусмотрительно обосновал возможность вечной жизни. Не только для себя, но и для всех человеков. Конечно, не биологической, а трансцендентной, когда духовный образ человека остаётся в жизни новых поколений. Каждого, абсолютно каждого человека. Самый обычный человек оставляет после себя какую-то частичку, которая составляет общий духовный мир человечества.

Гроб Канта для церемонии прощания был установлен в его доме, художник Кнорре изготовил посмертную маску, копия которой сейчас хранится в Кафедральном соборе, родственники и близкие разделили наследство, книги философа унаследовал профессор Гекзихен. Ну а далее началось то, что Кант называл трансцендентной жизнью.

Среди огромного наследия Канта есть всего два маленьких стихотворения. Удивительно, но одно из них называется «Февраль»:

Ein jeder Tag hat seine Plage,
Hat nun der Monat dreißig Tage,
So ist die Rechnung klar.
Von Dir kann man dann sicher sagen,
Dass man die kleinste Last getragen
In Dir, Du schöner Februar.
____________________________
Есть в каждом дне своя забота.
Их тридцать в месяце. Вот квота.
Так ясен счёт, но очень жаль
Февраль не додаёт нам что-то,
И мы сбиваемся со счёта,
Утешить может нас едва ль,
Что легче бремя нашей ноши,
И этим нам других дороже,
Но всё ж прекрасен ты, февраль.

(перевод Сэма Симкина)

Каждый год, 12 февраля, калининградцы приходят к могиле Канта у Кафедрального собора, чтобы почтить память великого философа и гражданина города.

Сегодня город завалило снегом, и людей было не много. Председатель всероссийского Кантовского Общества, профессор Леонард Александрович Калинников, сказал яркое слово о Канте, выступили ещё несколько человек, на удивление профессионально рассуждавшие о философии Канта. И возложили красные гвоздики к гробнице философа. Вечером в библиотеке новой Альбертины профессор Калинников прочёл блестящую лекцию «Кантовские вариации в поэме «Медный Всадник» А.С. Пушкина». Следующая торжественная кантовская дата – 22 апреля, когда на острове Кнайпхоф начнёт распускаться на деревьях первая листва и к Канту придут около тысячи человек.

Осенью 2009 года в Калининграде проходил фестиваль фильмов стран Евросоюза. Арт-директор фестиваля Артём Рыжков, один из самых интересных калининградцев молодого поколения, привёз польский фильм «Иммануил Кант» по пьесе немецкого драматурга Кристиана Лупа. Это фильм-спектакль в стиле театра абсурда, блестяще сыгранный актёрами театра Вроцлава. Действие происходит на корабле, Кант плывёт в Америку, время действия не определено, но «Титаник» уже затонул. Канта сопровождает жена (хотя философ никогда не был женат), слуга, но совсем не отставной солдат Лямпе, и огромный попугай, сам ставший философом под влиянием хозяина. Кант направляется в Америку лечить глаза, хотя в конце XIX— начале XX веков лучшие глазные клиники были именно в Кёнигсберге. В фильме у Канта много знаковых фраз: «Всякая система ложна», «Колумб открыл Америку, а Америка откроет Канта», «Я не выношу тмина в тминном супе». Но самой ключевой фразой, звучащей в фильме десятки раз была «Кант есть там, где есть Крулевец. Крулевец есть там, где есть Кант».

В польском языке, да и во многих других, название Кёнигсберга – «Королевский» (в русском языке допетровского времени – Королевец). Для нас смысл этой ключевой фразы заключается в том: если Кант сейчас присутствует в нашей городской жизни, то продолжает существовать и один из великих исторических городов Европы – Кёнигсберг, и мы получаем великое историческое наследие города. Ну а если нет, если Кант не присутствует в жизни города, то тогда нам нечего и пенять на унылую застройку, провинциальность и прочее. И отсчитывать историю города тогда надо от 4 июля 1946 года, когда город, который так любил Пётр I, сменил своё королевское имя на имя сталинского старосты. Но мы постоянно обнаруживаем Канта в жизни города, наталкиваемся на его следы, проступающие через столетия, слышим его афористические высказывания, придумываем анекдоты о нём. Кант никогда не покидал Восточной Пруссии, а за пределы Кёнигсберга уезжал на значительный срок только после окончания университета в 1746 году, для учительской работы. Но по городу его побросало изрядно, продолжалось это и после смерти философа. Родился Кант 22 апреля 1724г. в Форштадте Кнайпхофа, в доме № 22 по улице Форде-гассе.

В 9 лет, в 1733 году, после смерти деда по материнской линии, семья переехала в дом по улице Заттлергассе (переулок Шорников). Интересно, что вся жизнь и родословная Канта тесно связана с шорниками. Дед Канта был шорник, отец Канта был шорник, а мать Канта была дочерью шорника. Сам Кант, уже будучи знаменитым профессором, был почётным президентом цеха кёнигсбергских шорников, да и жил в юности в переулке Шорников. В общем, видимо, лошади занимали главенствующее место в тогдашней транспортной структуре Восточной Пруссии. Так ведь больше ничего и не было, только лошади и корабли, корабли и лошади.

В 16 лет Кант поступил в университет и снял комнату в доме на Кёттельштрассе (Потрошковая улица), потом был дом на Хлебном рынке, потом в Магистерском переулке, затем – в здании бывшей ратуши Лёбенихта, а в 1776 году Кант наконец-то купил свой собственный дом на Принцессен-штрассе. Домик принадлежал вдове художника Беккера, который в 1768 году написал известный портрет Канта. Помог Канту организовать эту покупку его ученик, а в последствие друг, обер-бургомистр (президент) Кёнигсберга Гиппель. Это был очень оригинальный, даже экстравагантный человек, с бешенной энергетикой, ярким проявлением чувств и литературным даром. Сам обер-бургомистр Гиппель жил по соседству, во дворце, наискосок от дома Канта. И вот он из своего дворца пишет своему бывшему профессору:
«Мне не нужно Вам и говорить, как же я тоскую по Вашему назидательному обществу, которое значит для меня больше всего того, что есть в Кёнигсберге. Уж то для меня радость, что могу из своего кабинета видеть Ваш дом по соседству, и мой первый взгляд каждое утро устремляется именно туда. И пусть же так всегда и пребудет, пока я буду осчастливлен этим соседством».

Можно ли представить, чтобы сегодня современный столичный мэр был в состоянии написать такое письмо своему профессору философии? Ироничный Гиппель – постоянный участник обедов в доме у Канта, однажды посоветовал великому философу написать ещё одну Критику, на этот раз «Критику кулинарии». В этом доме прошли последние, самые плодотворные 18 лет жизни Канта, здесь были написаны великие философские работы, здесь проходили знаменитые кантовские обеды, здесь философ и тихо умер в таком же, как сейчас, холодном снежном феврале. После работы «Религия в пределах только разума» церковные власти настороженно относились к философу и не хотели давать разрешение на его захоронение в соборе. Похоронили его только через 16 дней, 28 февраля 1804 года. Священника на похоронах не было.

Но и тут покой для Канта не наступил. Профессор был захоронен в северной части Кёнигсбергского собора, где хоронили профессоров университета, начиная с 1545 года. Кант был последним, похороненным в соборе. В 1810 году над могилой Канта была сооружена арка и установлен бюст философа, позже захоронение вскрывалось для антропологического исследования останков, в 1880 году над захоронением философа была устроена капелла с двумя фронтонами, а в 1924 году, к 200летнему юбилею Канта, у северо-восточного предела собора архитектором Фридрихом Ларсом был построен портик, где прах Канта и нашёл своё упокоение, надеемся, что уже навсегда.

Не избежал путешествий и памятник Канту работы Рауха, в 1864 году установленный перед домом философа. Затем, в 1885 году его перенесли к новому зданию университета, установив западнее центрального входа. В самом конце 1944 года, когда советская армия была уже на территории Восточной Пруссии, графиня Марион фон Дёнхоф сняла памятник с постамента и увезла в своё древнее родовое имение Фридрихштайн (посёлов Каменка) в 10ти км от Кёнигсберга, где надёжно его спрятала, закопав в огромном парке. Но это так думала графиня. Когда в 1991 году Калининград открыли для посещения иностранцев, графиня приехала вместе с общественностью в своё имение, и с изумлением обнаружила, что памятника Канту на месте схрона нет. Видимо, наши ребята обнаружили бронзового Канта и, руководствуясь своим особенным «императивом», сдали его на цветной лом. И пришлось графине Марион фон Дёнхоф, знаменитой журналистке, лауреату всевозможных премий, крупному издателю, редактору «Цайт», организовывать по всей Германии сбор средств на памятник.

Кант вновь был отлит в металл и в 1992 году вернулся в родной город. Всё то время, что Кант лежал в земле под Калининградом, его постамент не пустовал. На постаменте был установлен памятник другому известному немцу – Эрнсту Тельману, так что пришлось из-под Тельмана постамент изъять и вернуть его Канту. Летом 1992 года Кант занял место на своём постаменте, но снова не на том месте, где стоял, так как там зимой 1945 года был выкопан блиндаж для ставки командующего кёнигсбергской группировкой Отто Ляша. И стоит теперь Кант восточнее университета. Не правда ли, всё это имеет парадоксально-абсурдистский оттенок? Ну так что же, здесь ли профессор Кант? Похоже, что здесь. Значит, здесь и исторический город Кёнигсберг.

В составе России находится знаменитый город, полноценная европейская столица с 1457 года. Неужели мы не в состоянии сочинить для этого города судьбу более яркую, чем провинциальный областной центр?


12 февраля у Кафедрального собора и гробницы Канта профессор Калинников открывает день памяти философа.


Как философ философу. Выпускник философского факультета РГУ им. Канта перед гробницей выпускника 1746 года философского факультета Альбертины.


Дом Канта, который он купил у вдовы художника Беккера. На заднем плане – башня западной стены кёнигсбергского замка.


Это же место сейчас. Дом Канта был впритык к задней стене торгового комплекса «Плаза».


Портрет Иммануила Канта работы художника Беккера, 1762 год.


Знаменитые кантовские обеды. Философы и государственные деятели беседуют, слуга Лямпе работает.


Эксгумация останков Канта.


Озябший Кант на новом месте у здания Альбертины, куда университет переехал в 1862.


Раньше бюст лидера коммунистов Германии Тельмана стоял на фундаменте Канта. Теперь – на тоненьком столбике.

Иммануил Кант — Немецкий Философ

Немецкий философ. Родоначальник немецкой философии. Работал над решением четырех задач: метафизики, морали, религии, антропологии. Главной работой стал труд «Критика чистого разума».


Иммануил Кант родился 22 апреля 1724 года в городе Калининград. Мальчик являлся четвертым ребенком в небогатой семье. Учился сначала в гимназии, затем в университете родного города. Из-за сложного материального положения в результате смерти отца оставляет учебу, занимается преподавательской деятельностью.

     В течение девяти лет Кант жил и работал частным учителем в аристократических семьях, что давало материальные средства для занятий философскими исследованиями. Первый труд Канта, космогоническая гипотеза, разрабатывалась мыслителем с 1747 по 1755 год.

     Далее, Иммануил получил звание приват-доцента университета. Следующие пятнадцать лет, в ожидании профессуры, служил в Калининградской дворцовой библиотеке в должности помощника библиотекаря. После получения степени доктора наук преподавал в течение сорока лет. Позднее, в 1770 году получил должность профессора логики и метафизики в родном университете.

     Кант работал над решением четырех задач: метафизики, морали, религии, антропологии. Главными работами в области гносеологии, этики, эстетики, благодаря которым идеи Канта широко распространились, стали «Критика чистого разума», «Критика практического разума», «Критика способности суждения».

     В теории познания Кант выделил категории: количества, качества, отношения, модальности. Этика рассматривалась с двух позиций: человека, как явления и вещи в себе. В эстетике великого философа выделяются идеи прекрасного, возвышенного: динамического и математического.

     Иммануил Кант скончался 12 февраля 1804 года в Калининграде. Похоронен у восточного угла северной стороны городского Кафедрального собора в профессорском склепе. Вскоре над его могилой возвели часовню.

     В 1924 году, к 200-летию Канта, часовню заменили новым сооружением, в виде открытого колонного зала, разительно отличающимся по стилю от самого собора.


Сочинения Иммануила Канта

Критика чистого разума
Пролегомены ко всякой будущей метафизике
Критика практического разума
Основы метафизики нравственности
Критика способности суждения
Akademieausgabe von Immanuel Kants Gesammelten Werken (нем.)

12.02.1804

Социальная и политическая философия Канта (Стэнфордская энциклопедия философии)

Политическая философия Канта — это раздел практической философии, половина одного из самых широких разделений в мысли Канта между практическая и теоретическая философия. Политическая философия также в практической философии отличаться от эмпирических элементы и от собственно добродетели. Лечится отделение от добродетели далее в этом разделе. Что касается эмпирических элементов, стоит упоминая эту практическую философию, как свод правил, регулирующих свободу поведение разумных существ, охватывает все человеческие действия в чистом виде и прикладные (эмпирические или «нечистые») аспекты.Чистый практическая философия, рациональные элементы практической философии в абстрагирование от чего-либо эмпирического, Кант называет «Метафизика морали» (4: 388). Кант так подчеркивал приоритет чистого аспекта политической философии, которую он написал часть эссе «О простом высказывании: что может быть правильным в Теория, но она бесполезна на практике »в противоположность мнение, которое он связывает с Гоббсом, что политик не должен быть озабочены абстрактным правом, но только прагматическим управлением (8: 289–306).Но Кант также включал более прагматичные, нечистые, эмпирическое исследование человеческого поведения как часть практической философии. За этике в целом, Кант называл эмпирическое исследование человека агентов в пределах определенных культур и с особым естественным возможности «антропологии». Некоторые из социальных философия вписывается в эту рубрику (см. раздел 10).

Политическая философия — это не только раздел практического опыта Канта. философии, она сильно зависит от основной практической философии Канта за его основу.Практическая философия Канта и категоричность императив, который управляет, были предназначены для формирования не только для того, что сегодня считается надлежащей этикой, но также и для всего в широком смысле это связано с сознательным человеческим поведением. Он определил практическую философию как философию, связанную с «правилами поведение в отношении свободного выбора », в отличие от теоретических философия, касающаяся «правила познания» (Кант 27: 243). Практическая философия установила правила управления человеческими совещательные действия. Основы метафизики Мораль дает основные аргументы Канта о том, что категоричность императив — это высшее правило разумных действий человека. В своем В предисловии он отмечает, что Groundwork должен быть подготовительным книга будущего Метафизика морали . Двенадцать лет спустя он опубликовал «Метафизика морали » в двух частях: «Доктрина права» и «Доктрина права» Добродетель ». Оба в равной степени являются частью практической философии Канта, и оба, таким образом, имеют категорический императив как высший принцип.

Книга «Метафизика морали » состоит из двух частей: «Доктрина права» и «Доктрина права» Добродетель ». Кант стремился разделить политические права и обязанности от того, что мы можем назвать моралью в узком смысле. Он ограничивает прямо заявляя три условия (6: 230), которые должны быть выполнены, чтобы что-то иметь исковую силу как право: во-первых, право касается только действий, которые имеют прямо или косвенно влиять на других лиц, имея в виду обязанности Я исключен, второе право не касается желания, а только выбор других, что означает, что не просто желания, а только решения которые вызывают действия, и третье право не касаются сути действия другого, но только формы, то есть нет со стороны агентов предполагаются определенные желания или цели.В качестве примером последнего он считает торговлю, которая по праву должна иметь форма добровольного согласия обеих сторон, но может иметь любые вопрос или цель, которую хотят агенты. Эти критерии кажутся меньше жесткие, чем предполагал Кант, поскольку термин «Влияние» достаточно расплывчато, чтобы включать далеко идущие второстепенные эффекты. Они также будут включать в себя действия даже те несовершенные обязанности, которые «влияют» другие, улучшив свою судьбу, например, благодаря благотворительным актам. «Принцип вреда» Джона Стюарта Милля не противоречит этому проблема, поскольку в нем указывается, что влияние, подлежащее подчинению закону всегда отрицательный.Хотя Кант должен учитывать благотворное действие как часть права, он не заключает, что благотворные действия требуются по праву, но только большинство из них разрешены по праву и другие нарушают право. Его внимание к свободному индивидуальному выбору предполагает, что любое благотворное действие, которое мешает или узурпирует свободный выбор неверен (например, улучшение собственности получателя без разрешения, а не просто жертвовать деньги в фонд, доступны получателю по усмотрению получателя).

В дополнение к этим трем условиям права Кант также предлагает прямые контрасты между правом и добродетелью. Он думает, что оба относятся к свобода, но по-разному: право касается внешней свободы и добродетели касается внутренней свободы (быть хозяином своих страстей) (6: 406–07). Право касается самих действий, независимых от мотив, который агент может иметь для их выполнения, добродетель касается правильный мотив для послушных действий (6: 218–221). В другой формулировка (6: 380–81) он говорит, что право касается универсальности как формальное условие свободы, в то время как добродетель касается необходимой цели за пределами простой формальности универсальности, таким образом, кажется, связывая отличие от первых двух формул категорического императива в Основание .В еще одном он говорит, что право касается узкие обязанности и добродетель широкие обязанности (6: 390). В Фейерабенде лекций, Кант отмечает, что право — это подмножество морально правильных действия, которые также являются принудительными (27: 1327). Эти различные альтернативы формулировки различия исключили бы несовершенные обязанности, не потому что несовершенные обязанности не «влияют» на других (они делать), но потому что, будучи несовершенными, их нельзя принудить, в частности, случаев, поскольку несовершенные обязанности всегда позволяют выполнять роль модератора склонностей человека.Хотя эти различные составы различия кажутся совершенно разными, в общем они могут быть резюмируя, говоря, что право касается внешнего действия, соответствующего совершенный долг, который влияет на других, независимо от личных внутренние мотивы или цели.

«Есть только одно врожденное право», — говорит Кант, «Свобода (независимость от ограничений со стороны других выбора), поскольку он может сосуществовать со свободой каждого другого в в соответствии с универсальным законом »(6: 237).Кант отвергает любые другие основы для государства, в частности, утверждая, что благосостояние граждане не могут быть основой государственной власти. Он утверждает, что государство не может законно навязывать какую-либо конкретную концепцию счастья его граждане (8: 290–91). Для правителя это означало бы относиться к гражданам как к детям, полагая, что они не могут понимать, что действительно полезно или вредно для себя.

Это утверждение следует понимать в свете более общего утверждения Канта. этот моральный закон не может основываться на счастье или на любом другом эмпирический товар.В «Основах » Кант противопоставляет этику автономия, в которой будет ( Wille , или практическая причина сам) является основой собственного закона, из этики гетерономии, в что-то независимое от воли, такое как счастье, является основа морального закона (4: 440–41). В Критике практического Причина : он утверждает, что счастье (радость жизни, когда все идет в соответствии с желаниями и желаниями), хотя универсально ищется людьми, недостаточно конкретен, чтобы повлечь за собой любые частные универсальные желания в людях.Далее даже были есть какие-то универсальные желания среди людей, эти желания, как эмпирические, быть просто случайными и, следовательно, недостойными быть основа любого чистого морального закона (5: 25–26). Нет особой концепции счастья может быть основой чистого принципа государства, и общая концепция счастья слишком расплывчата, чтобы служить основой закона. Следовательно, «универсальный принцип права» не может основываться на счастье, но только на чем-то действительно универсальном, например свобода. Кант предлагает «универсальный принцип права»: таким образом, «Любое действие правильно, если оно может сосуществовать со всеми свобода в соответствии с универсальным законом, или если по его максиме свобода выбора каждого может сосуществовать со свободой каждого в в соответствии с универсальным законом »(6: 230).

Это объясняет, почему счастье не универсально, но не почему свобода универсальный. Под «свободой» в политической философии Кант понимает не имея в виду трансцендентальную концепцию свободы, обычно связанных с проблемой свободы воли среди детерминизм в соответствии с законами природы, решением которого является содержится в Третьей Антиномии Critique of Pure Причина . Скорее свобода в политической философии определяется, как в вышеупомянутое утверждение о единственном врожденном праве, как «независимость от того, чтобы быть ограниченным чужим выбором ».Его забота о политическая философия не имеет законов природы , определяющих выбор человека, но других людей, определяющих выбор человека, отсюда и та свобода, о которой говорит Кант в политической философии — индивидуальная свобода действий. Тем не менее, универсальность политической свободы связана с трансцендентальной свободой. Кант предполагает, что выбор человека (по крайней мере, когда он должным образом руководствуясь разумом) свободна в трансцендентном смысле.поскольку каждый человек действительно наслаждается трансцендентальной свободой в силу того, что он рациональность, свобода выбора — универсальный атрибут человека. И это свободу выбора следует уважать и поощрять, даже если это выбор не осуществляется в рациональной или добродетельной деятельности. Предположительно уважение к свободе выбора предполагает, что определение действий; вот почему Кант называет политическую свободу, или «Независимость от выбора другого человека», единственное врожденное право. Можно еще возразить, что эта свобода выбор не может быть основой чистого принципа права по той же причине, что счастье не могло быть его основой, а именно, что он слишком расплывчатый сам по себе и что когда конкретные решения, которые люди принимают по своему выбору, он проигрывает его универсальность.Кант считает, что эта проблема не возникает для свободы, поскольку свободу выбора можно понимать как с точки зрения его содержание (конкретные решения, принимаемые людьми) и его форма (свободный, неограниченный характер выбора любой из возможных конец) (6: 230). Свобода универсальна в собственном смысле, потому что, в отличие от счастье, его можно понять так, что оно восприимчиво спецификации без потери универсальности. Право будет основано по форме свободного выбора.

Само существование государства может показаться некоторым ограничением свобода, поскольку государство обладает властью контролировать внешнюю свободу отдельных граждан силой.Это основное требование анархизм. Кант, напротив, считает, что государство не является препятствием. к свободе, но это средство к свободе. Государственное действие, которое является препятствие на пути к свободе может при правильном направлении поддерживать и поддерживать свободы, если действие государства направлено на воспрепятствование действиям, которые сами будут препятствовать свободе других. Учитывая предмет действия, ограничивающие свободу другого субъекта, государство может препятствовать первому защищать второго, «препятствуя помеха свободе ».Такое государственное принуждение совместимо с максимальная свобода, требуемая принципом права, потому что он не ограничивает свободу, а вместо этого обеспечивает необходимый фон условия, необходимые для обеспечения свободы. Количество свободы, потерянной Первый субъект путем прямого государственного принуждения равен сумме полученный вторым субъектом, сняв препятствие действиям. Действия государства обеспечивают максимальную свободу, соответствующую одинаковая свобода для всех, не уменьшая ее.

Свобода — не единственная основа принципов, лежащих в основе государства.В «Теория и практика» Кант делает свободу первым из три принципа (8: 290):

  1. Свобода каждого члена государства как человека.
  2. Равенство друг с другом как субъект.
  3. Независимость каждого члена содружества как гражданина.

Свобода, как обсуждается в «Теории и практике», подчеркивает автономное право всех людей на счастье в своих собственный путь. Вмешательство в чужую свободу понимается как принуждение другой — быть счастливым, как первый считает нужным.Прямая ссылка на действие приходит, когда следует этой автономно выбранной концепции счастье. Каждый может стремиться к счастью так, как считает нужным, при условии, что их стремление не нарушает аналогичных занятий других.

Равенство не по существу, а формально. Каждый член государства равен любому другому члену государства перед законом. У каждого есть равноправное принудительное право, то есть право ссылаться на силу государство, чтобы обеспечить соблюдение законов от своего имени. (Кант освобождает главу государства от этого равенства, поскольку главу государства нельзя принуждать кто-то еще).Это формальное равенство полностью совместимо с неравенство членов государства в доходах, физических силах, умственных способности, владения и т. д. Кроме того, это равенство поддерживает равенство возможности: каждая должность или звание в политической структуре должны быть открытым для всех предметов безотносительно к наследственным или подобным ограничения.

Независимость касается граждан, поскольку они подчиняются законам, которые они дают сами, то есть как созаконодатели законов. Хотя этот принцип по всей видимости, требует универсального демократического принятия решений для конкретных законов, Кант вместо этого понимает этот принцип на двух уровнях, на одном из который не универсален, а другой не является частным законы.На одном уровне, это участие в определении определенных законов, гражданство распространяется не на всех. Кант исключает женщины и дети, слабо утверждающие, что их исключение является естественным, а также всем, кому не хватает экономической самодостаточности. Отсюда решение изготовление не универсально. Кант тем самым отрицает женщин и других полное гражданство в возможности принимать участие в законодательстве, он подчеркивает, что не отказывает им в правах, вытекающих из свободы и равенство как «пассивных» членов государства.На второго уровня, он утверждает, что все члены государства как субъекты закон, должен уметь подчиняться основному закону, который ими управляет. Этот основной закон — это «первоначальный договор» и будет обсуждаться в следующем разделе. Основной закон желает каждый субъект ощущение, что «воля всех» или «общественность воля »или« общая воля »(Кант использует термин Руссо) определяет основной закон. Следовательно, принятие решений на этом уровне невозможно. для конкретных законов. Отдельные законы, напротив, должны быть определяется большинством граждан с правом голоса, как и будет обсуждаться в разделе 4.

Кант предлагает два различных обсуждения общественного договора. Один касается собственности и будет рассмотрено более подробно в разделе 5 ниже. Второе обсуждение общественного договора содержится в эссе. «Теория и практика» в контексте априорного ограничение законной политики, которую может проводить суверен. В суверен должен признать «первоначальный контракт» как идея разума, который заставляет суверена «давать свои законы в таким образом, что они могли возникнуть из единой воли целого людей и относиться к каждому предмету, поскольку он хочет быть гражданин, как будто он присоединился к голосованию за такое завещание »(8: 297).Этот первоначальный договор, подчеркивает Кант, является лишь идеей разума и не историческое событие. Любые права и обязанности, вытекающие из исходный договор поступил так не из-за каких-либо конкретных исторических происхождения, но из-за законных отношений, воплощенных в оригинальный контракт. Никакой эмпирический акт, как исторический акт, может быть основой любых законных обязанностей или прав. Идея исходный договор ограничивает суверена как законодателя. Никакой закон не может быть провозгласил, что «целый народ не может дать согласие на »(8: 297).Согласие на вопрос, однако, также не эмпирическое согласие, основанное на любом действительном действии. Набор актуальных частные желания граждан не являются основанием для определения того, они могли согласиться на закон. Скорее, вид возможности Речь идет об одном из возможных рациональных единогласий, основанных на справедливом распределение бремени и прав в отрыве от эмпирических факты или желания. Оба примера Канта подтверждают это. рассмотрение возможного рационального единодушия. Его первый пример — это закон, который предоставил бы наследственные привилегии членам определенной класс предметов.Этот закон был бы несправедливым, потому что он иррационально для тех, кто не был бы членом этого класса, соглашаться принимать меньше привилегий, чем члены класса. Можно сказать что никакая возможная эмпирическая информация не может заставить всех людей согласен с этим законом. Второй пример Канта касается военного налога. Если налог взимается справедливо, это не было бы несправедливо. Кант добавляет, что даже если бы граждане выступали против войны, военный налог был бы справедливым потому что вполне возможно, что война ведется за законные причины, о которых знает государство, но не граждане.Здесь возможно эмпирическая информация может побудить всех граждан одобрить закон. В оба этих примера, концепция «возможного согласия» выдержки из реальных желаний отдельных граждан. Возможный согласие не основано на гипотетическом голосовании с учетом фактических предпочтений но основан на рациональной концепции согласия при любых возможных эмпирическая информация.

Точка зрения Канта похожа на теорию общественного договора Гоббса в несколько важных моментов. Общественный договор не исторический документ и не является историческим актом.На самом деле это может быть опасно для стабильности государства даже искать в истории такое эмпирическое обоснование государственной власти (6: 318). Текущее состояние должны пониматься, независимо от его происхождения, как воплощение социальной контакт. Социальный договор — рациональное оправдание государственной власть, а не результат фактических сделок между отдельными лицами или между их и правительство. Еще одна связь с Гоббсом заключается в том, что социальная договор не является добровольным. Физические лица могут быть принуждены к гражданской условие против их согласия (6: 256).Социальный договор не основан на любом фактическом согласии, таком как добровольное решение сформировать гражданское общество вместе с другими. Поскольку общественный договор отражает разум, каждое человеческое существо как разумное существо уже содержит основу для рациональное согласие с государством. Затем людей принуждают к признать свое подчинение государственной власти против своей воли? поскольку Кант определяет «волю» как «практический разум». сам »( Groundwork , 4: 412), ответ для него «Нет» Если определить «волю» как произвольную выбор, то ответ — «да.» Это тоже самое дихотомия, возникающая в отношении кантовской теории наказания (раздел 7). Существенная разница между Кантом и Гоббсом состоит в том, что Гоббс основывает свой аргумент на индивидуальной выгоде для каждой стороны. договор, тогда как Кант основывает свой аргумент на самом Правом, понимается как свобода для всех людей в целом, а не только для индивидуальная выгода, которую стороны договора получают за счет собственная особая свобода. В этом смысле на Канта больше влияет Идея Руссо об общей воле.

Кант был центральной фигурой философии Просвещения. Один из его популярных эссе «Ответ на вопрос: что такое Просвещение? » обсуждает Просвещение с точки зрения использования собственный разум человека (8: 35f). Быть Просветленным — значит появляться от собственного статуса меньшинства (несовершеннолетнего) до зрелого способность думать самостоятельно. В другом эссе «Что это значит Имеете в виду ориентироваться в мыслях? » Кант определяет Просвещение как «принцип всегда думать о себе» (8: 146).«Что такое Просвещение» различает общественное и частное использование разума. Частное использование разума для правительственных чиновников, использование разума, которое они должны использовать в своих официальные должности. Например, член духовенства (который у Канта Пруссии были служащими государства) требуется поддержать официальная доктрина в проповедях и учениях. Общественное использование разума использует ли человек разум как ученый, достигающий публичный мир читателей. Например, тот же член духовенства мог бы, как ученый, представить видимые недостатки в том же самом учение.Точно так же военные могут, используя общественные причины, сомневаются в ценности или уместности получаемых ими заказов, но в своих обязанностях офицеров, руководствуясь частными соображениями, они обязаны подчиняться тем же приказам. Поскольку государь мог ошибиться, и отдельные граждане имеют право пытаться исправить ошибку при условии, что суверен не намерен ошибаться: «Гражданин должен с одобрения самого правителя иметь разрешение обнародовать свое мнение о том, что это в установках правителя, что, по его мнению, противоречит Содружество », — пишет Кант в« Теории и Практика ».Эта свобода пера — «единственный палладий» права людей, поскольку без этого люди имели бы никакой возможности предъявить какие-либо права вообще (8: 304).

Из этого акцента можно было ожидать, что Кант будет настаивать на том, что надлежащая политическая система — это та, которая не только позволяет людям думают сами о политических вопросах, но также содержат механизм, такой как голосование, для перевода этих аргументированных мнений в государственную политику. Было бы неправильно.Кант не подчеркивает самоуправление. В своем обсуждении в «Вечном мире» традиционное деление типов правления Кант классифицирует правительства в двух измерениях (8: 352). Первый — это «форма суверенитет », относительно того, кто правит, и здесь Кант определяет традиционные три формы: либо правление одним человеком, либо правление небольшого группа людей, или правление всеми людьми. Второй — это «форма правительства »о том, как эти люди правят, и здесь Кант предлагает вариант традиционной дихотомии хорошее / плохое: либо республиканский или деспотический.Под «республиканцем» Кант подразумевает «Отделение исполнительной власти (правительства) от законодательная власть». Деспотизм — это их единство такое, что правитель одновременно издает законы и обеспечивает их соблюдение, по сути, делая человека частная воля в общественную волю. Республики требуют представительства в для обеспечения того, чтобы исполнительная власть только навязывала общественную волю настаивая на том, чтобы исполнительная власть обеспечивала соблюдение только тех законов, которые людей, а не самой исполнительной власти. Но республика совместим с одним физическим лицом, действующим в качестве законодателя, при условии, что другие действуют как руководители; например, монарх издал бы законы в имя воли народа, но министры монарха обеспечивать соблюдение этих законов.Утверждение Канта о том, что такое правительство является республиканским (см. также 27: 1384) демонстрирует его точку зрения, что республиканское правительство не требует реального участия людей в создании законы, даже через избранных представителей, пока законы провозглашается с учетом единой воли народа. Кант тем не менее, считает, что избранный представительный законодатель лучшая форма республики (8: 353). Избранный или неизбранный, моральное лицо, обладающее законодательной властью, является представителем народ объединился как единое целое и, таким образом, является суверенным.

Когда Кант обсуждает голосование за представителей, он придерживается многих преобладающие предрассудки того времени (8: 295). Право голоса требует «Быть ​​хозяином самому себе» и, следовательно, иметь собственность или навык, который может поддерживать самостоятельно. Причина, указанная для этого, что те, кто должен что-то приобретать у другого, чтобы зарабатывать на жизнь отчуждать то, что им принадлежит, настолько расплывчато, что сам Кант признается в сноска «Я признаю, что довольно сложно определить, что требуется для того, чтобы претендовать на звание человека, который сам себе хозяин.Кант также не допускает женщин к участию в голосовании. населения по так называемым «естественным» причинам, которые оставлено неопределенным.

Таким образом, положение Канта не требует, чтобы фактические решения принимались народ в целом, даже через избранных представителей. Он держит что отдельный человек или небольшая группа могут адекватно представлять людей в целом, просто принимая точку зрения люди. Требование репрезентативной системы (8: 353) не является настаивание на избранных репрезентативных системах.Тем не менее ясно, что Кант считает, что такой выборный представитель система идеальна. Он утверждает, что республиканские конституции склонны к избегать войны, потому что, когда нужно согласие людей, они будут учитывать затраты, которые им придется нести в войне (борьба, налоги, уничтожение собственности и т. д.), в то время как нереспубликанский правитель может быть изолирован от таких забот. В «Доктрине права» он также отмечает, что республиканская система не только представляет людей но делает это «всеми гражданами, объединившимися и действующими через делегаты »(6: 342).

«Доктрина права» начинается с обсуждения собственности, показывая важность этого права для реализации о врожденном праве на свободу. Собственность определяется как «С которым я так связан, что его использование другими людьми без мое согласие навредит мне »(6: 245). В каком-то смысле, если я держит такой предмет, как яблоко, а другой выхватывает его из моей стороны, я был обижен, потому что, взяв предмет из моего физическое владение, другой вредит мне (Кант не уточняет, этот вред вызван прекращением употребления яблока в настоящее время или потому что тело пострадало, но последнее соответствует аргументу лучше).Кант называет это «физическим» или «Разумное» владение. Это недостаточное чувство владение считается законным владением предметом. Законный владение должно означать владение предметом, чтобы использование другого объект без моего согласия причиняет мне вред, даже если я физически не затронутый и в настоящее время не использующий объект. Если кто-то оторвет яблоко с моего дерева, где бы я ни был и неважно, есть ли я даже зная о потере, я не могу использовать это яблоко. Кант называет это «разумным владением».

Его доказательство того, что должно быть это внятное владение, а не просто физическое владение включает применение человеческого выбора (6: 246). Объектом выбора является тот, который есть у человека. использовать в качестве средства для различных целей или целей. Законное владение будет иметь право использовать такой объект. Предположим, что для какой-то конкретный объект, ни у кого нет законного владения. Это бы означают, что полезный объект будет вне возможности использования. Канта что такое условие не противоречит принципу права потому что это совместимо со свободой каждого в соответствии с универсальный закон.Но использование объекта по закону, когда люди иметь возможность использовать, это «уничтожит» объект в практическом отношении относитесь к нему как к ничему. Кант утверждает, что это проблематично, потому что в практическом отношении объект считается просто как объект возможного выбора. Это соображение простого одна форма, объект просто как объект выбора, не может содержать любой запрет на использование объекта, поскольку любой такой запрет будет быть свободой, ограничивающей себя без причины. Таким образом, в практическом отношении объект не может рассматриваться как ничто, поэтому объект должен быть считается, по крайней мере, потенциально имеющим законное владение некоторыми человек или другое.Итак, все объекты, доступные человеку для использования должны быть предметом законного или разумного владения.

Таким образом, разумное владение необходимо по праву, чтобы бесплатно существа, чтобы иметь возможность реализовать свою свободу, используя предметы для своих свободно выбранные цели. Этот вывод влечет за собой существование частная собственность, но не какое-либо конкретное распределение частной собственности свойство. Все объекты следует рассматривать как потенциальную собственность некоторых человек или другое. Теперь, если один человек должен иметь понятную обладание определенным предметом, все другие люди должны воздерживаться от использования этого объекта.Такое одностороннее отношение нарушило бы универсальность внешнего права. Кант также обеспокоен тем, что любой одностороннее заявление одним лицом, что объект принадлежит этому один только человек посягает на свободу других. Единственный путь что разумное владение возможно без нарушения принцип права — это если есть соглашение, которое ставит всех под обязательство признавать понятное имущество друг друга. Каждый человек должен признать свое обязательство воздерживаться от использования предметов принадлежащие другому.Поскольку ни один человек по праву не может и обеспечить соблюдение такого закона, обязывающего всех уважать чужие собственности, это взаимное обязательство возможно только в соответствии с «Коллективная общая (общая) и мощная воля», в других Словом, только в гражданском состоянии. Само государство обязывает всех граждане уважать собственность других граждан. Штат функционирует как объективный, бескорыстный институт, решающий споры о частной собственности и обеспечение соблюдения этих определения.Без государства, обеспечивающего соблюдение этих прав собственности, они невозможно.

Создание гражданского состояния — первый способ Канта обсуждение общественного договора, упомянутого в разделе 3. Перед социальным договор, единственный способ, которым люди могут контролировать вещи, — это посредством эмпирического владения, фактического занятия и использования земли и объекты. Чтобы получить полные права собственности на землю и объекты, все люди должны согласиться уважать права собственности других в общественный договор.На самом деле они обязаны, как долг, войти в социальное условие для защиты своих и всех права собственности. Только в таком обществе люди могут осуществлять свои свобода, то есть их преследование за счет законного использования предметов для своих целей, не обращая внимания на других. Следовательно, социальная договор является рациональным оправданием государства, потому что государство власть необходима каждому человеку, чтобы гарантировать доступ к некоторым собственности, чтобы реализовать свою свободу. Пока обсуждение в «Теория и практика» общественного договора как идея разум сдерживает суверена в принятии законов, он не объясните, зачем вообще нужно государство.Обсуждение в «Доктрине права» собственности как основе общественный договор объясняет, почему люди на самом деле рационально требуется для заключения общественного договора.

В отношении собственности возникает загадка. Если люди не иметь любую понятную собственность до существования государства, но роль государства заключается в обеспечении соблюдения прав собственности, где происходит первоначальная уступка имущества физическим лицам? Джон Локк как известно, избежал этой проблемы в своей теории собственности, сделав собственность — продукт деятельности одного человека.От «Смешивая» свой труд с предметом из общего пользования, один приобретает собственность в объекте. Кант возражает против теории Локка. собственности на том основании, что она делает собственность отношениями между человек и вещь, а не между волей нескольких человек (6: 268–69). Поскольку собственность — это отношение воли, которое может произойти только в гражданском состоянии при общей суверенной власти, Кант предполагает, что до этого гражданского состояния собственность может быть приобретена только в ожидании и в соответствии с гражданским состоянием.Временная собственность — это первоначальное физическое присвоение объектов с намерение сделать их законной собственностью в государстве (6: 264, 267).

Собственность по Канту бывает трех типов (6: 247–48, 260). Во-первых право на вещь, на телесные объекты в пространстве. Примеры этих вещи включают землю, животных и инструменты. Второй правильный против человека, право принуждать это лицо к выполнению действие. Это договорное право. Третий — «право на человек сродни праву на вещь », самый противоречивый из Категории Канта, в которые он включает супругов, детей и слуги.Из этих трех типов о первом уже говорилось. в отношении приобретения. Второе из них, договорное право, предполагает владение одним лицом «акта» другой (6: 274). Один человек может контролировать выбор другого чтобы применить причинные силы другого к какой-то цели. Сначала На первый взгляд это право контракта нарушает вторую формулу категорический императив, который гласит, что люди должны лечиться всегда как цель, а не просто как средство. Контракт выглядит как случай, когда лицо используется просто как средство.Домовладелец, например, нанимает специалиста по ремонту специально для ремонт дома. Кант решает эту проблему, показывая что контракт — это «совместный выбор двух лиц» и таким образом, обе стороны контракта рассматриваются как цели. Например, он отмечает, что специалист по ремонту, нанятый на работу в доме согласился на обмен в личных целях, а именно, деньги (27: 1319). Каждая сторона контракта является средством для прочее и конец.

Третья категория, право на человека, родственное вещи, принадлежит Канту. собственное дополнение к традиционному пониманию собственности и договор.Кант утверждает, что некоторые контракты или законные обязательства, такие как поскольку родительско-дочерние отношения позволяют одной стороне контракта контролировать не только выбор другого, но и владеть некоторыми власть над телом другого, например, власть настаивать на том, чтобы другие остаются в доме. Его обсуждение брака, которое фокусируется на этом правовом отношении в отвлечении от эмпирических такие соображения, как любовь, рассматривают брак как взаимный доступ к половые органы другого. Пока каждый партнер в браке использует другой как средство для удовольствия и, следовательно, как вещь, брак взаимность контракта «восстанавливает» их личность как заканчивается в себе (6: 278).Кант описывает это правоотношение как равны в этих владениях и в коммунальной собственности. И то и другое мужчины и женщины должны иметь такие взаимоотношения; за Например, жена может использовать государственную власть, чтобы настоять на том, чтобы беглец муж выполняет свои семейные обязанности по содержанию ребенка; точно так же мужской использование проститутки как вещи унижает ее достоинство как цель сама (только последнее — пример Канта). Несмотря на это равенство на уровень априорного права, Кант считает, что у мужчин есть естественная превосходство в их способности продвигать общие интересы пары, и что законы, закрепляющие власть мужа над женами, не являются несправедливыми.Безусловно, личный сексизм Канта играет роль в его взглядах на брак, как и в случае исключения женщин из голосования. Некоторые из Современники Канта возражали против его взглядов на женщин, и рецензия на «Доктрину права», отвергая роман Канта категория имущества к лицам, родственным вещам, побудила его ответить в приложении ко второму изданию книги.

Сама идея права восстать против правительства бессвязно, утверждал Кант, потому что воплощением всего права является реально существующее состояние.Этим он не имел в виду, что на самом деле существующее состояние всегда полностью справедливо или просто в силу имея власть, государство могло определять, что такое справедливость. Он имел в виду это законное состояние, противоположное естественному состоянию, возможно только тогда, когда есть какие-то средства для управления людьми «Общая законодательная воля» (6: 320). Любое государство олицетворяет общая законодательная воля лучше, чем отсутствие государства. Хотя такие рассуждения кажется прагматичным, это не так. Вместо этого он основан на приведенных выше утверждениях. что законное условие требует централизации принудительной власти в государстве как единственное средство взаимного принуждения и обязательство.Кант также утверждает, что право на восстание требует, чтобы люди имеют право сопротивляться государству. Такая авторизация поскольку действие, однако, является проявлением суверенной власти, и любой люди, заявившие о таком праве, будут требовать его (люди) а не государство олицетворяет суверенную власть. Таким образом «Сделать людей как подчиненных одним и тем же суждением владыка над тем, кому он подчиняется »(6: 320). Это противоречие. Природа суверенитета такова, что суверенная власть нельзя делиться.Если бы это было разделено между государством и людьми, затем, когда между ними возник спор, кто будет судить, государство или народ прав? Нет высшей суверенной власти чтобы вынести такое суждение, все другие средства разрешения спора выпадают из законных отношений. Эта роль суждения относится к суждение, которое Кант обсуждает в отношении общественного договора. Согласно идее общественного договора, суверенный законодатель не может сделать закон, который народ не мог сделать для себя, потому что он обладает иррациональной, неуниверсальной формой.Государство, а не народ, является судьей, когда закон является рациональным (8: 297). Люди, которые выступают за право на революцию, утверждает Кант, неправильно понимает природу социальной договор. Они утверждают, что общественный договор должен был быть действительным. историческое событие, из которого люди могли уйти (8: 301–02). Но поскольку социальный контакт — это всего лишь идея разум, который устанавливает моральные пределы законодательным актам государя, и только суверенитет суверена определяет, как эти пределы толковаться, не существует независимого договорного соглашения, к которому люди могли ссылаться в его жалобах.Гражданам все еще разрешено высказывать свое недовольство, используя общественные причины, но они не может сделать ничего, кроме попытки убедить суверена принять или отменять решения.

Хотя люди не могут восстать против государства, Кант не настаивает. что граждане всегда подчиняются государству. Он допускает хотя бы пассивное гражданское неповиновение. Это происходит в двух формах: в республиканском репрезентативная система, такая как в Англии, может быть отрицательное сопротивление, то есть отказ народа (в парламенте) подчиняться каждому требованию правительства по мере необходимости управление государством »(6: 322).В контексте этого обсуждение ясно, что Кант имеет в виду использование власти законодательного органа отказать в финансировании и, следовательно, в утверждении действия исполнительной власти. Он поясняет, что законодательная власть не разрешено диктовать любые положительные действия исполнительной власти, ее законное сопротивление только отрицательное. Вторая форма приемлемого сопротивление распространяется на людей. Кант упоминает, что граждане обязан подчиняться государю «во всем, что не противоречит с внутренней моралью »(6: 371).Он не уточняет термин «Внутренняя мораль».

Кант не всегда отвергает действия революционеров. Если революция успешна, граждане обязаны подчиняться новый режим, поскольку они должны были подчиняться старому (6: 323). Поскольку новый режим фактически является государственной властью, теперь он имеет право правило. Далее, в своей теории истории Кант утверждает, что прогресс в в долгосрочной перспективе произойдет частично из-за жестоких и несправедливых действия, такие как войны. Кант даже считает признаком прогресса то, что зрители Французской революции встретили его « желаемое участие, граничащее с энтузиазмом » (7:85).Кант не указывает на революцию как на знак прогресс, но реакцию таких людей, как он сам, на новости о революция. Зрители одобряют революцию не потому, что она законным, но потому, что он направлен на создание гражданского конституция. Значит, революция ошибочна, но все же способствует прогресс.

Фактически, Кант действительно верил, что Французская революция была законной, и взгляд на его аргументы проливает свет на некоторые из его сложных терминология. Французский король обладал суверенитетом до созыва Генеральные штаты как представитель народа, в то время верховная власть «перешла к народу», хотя король предназначался для сборки для решения конкретных проблем, а затем верни ему бразды правления (6: 341–2).Далее король не мог иметь никаких полномочий ограничивать действия собрания в качестве условием предоставления ему суверенной власти, поскольку не может быть ограничения этой суверенной власти. Это понимание суверенитет показывает разницу между восстанием против власти и мирная передача суверенной власти, например выборы. В выборы, суверенитет возвращается народу, так что есть нет ничего плохого в том, что народ заменил всю власть. Без выборы (или аналогичный метод обозначения возвращения суверенитет народа), любые действия, направленные на замену правительство ошибается.

Кант долгое время считался образцом ретрибутивистской теории. наказания. Хотя он утверждает, что единственное надлежащее оправдание наказания виновен в преступлении, он не ограничивает полезность наказания по вопросам возмездия. Наказание может быть оправдание только вины преступника. Все другие виды использования наказание, такое как реабилитация (предполагаемое благо преступника) или сдерживание (предполагаемое благо для общества) использует преступника просто как означает (6: 331).Однако, как только эта вина установлена, Кант не отрицают, что из наказания можно извлечь что-то полезное. в Фейерабенд читает лекции о естественном праве, Кант ясно, что суверенный «Должны наказать, чтобы получить безопасность», и даже если используя закон возмездия, «таким образом лучшая безопасность получается »(27: 1390–91). Государству разрешено использовать его принудительная сила для защиты свободы от ограничений свободы; в частности, поскольку право не означает, что граждане должны ограничивают свою свободу, но только то, что «свобода ограничена» по условиям права это право для другого, т.е.е. государство, чтобы активно ограничивают свободу граждан в соответствии с правом (6: 231). В государство уполномочено применять силу для защиты прав собственности (6: 256). Таким образом, по мнению Канта, наказание конкретного человека может выполнять сдерживающие функции, даже когда наказание не может быть основано исключительно на сдерживании как его оправдании.

Теория ретрибутивизма утверждает, что не только преступная вина требуется за наказание, но соответствующий вид и размер наказания также определяется само преступление.Традиционно это Суть древнего предписания «око за око». Кант поддерживает эту меру наказания, потому что все остальные измерения учитывают элементы помимо строгой справедливости (6: 332), например, психологическое состояние других, которое могло бы измерить эффективность различных возможных наказаний по сдерживанию. Как принцип, основания возмездия, но не указывает точное наказание. Кант признает, что «подобное за подобное» не всегда возможно в точности, но считает, что справедливость требует, чтобы он может использоваться в качестве принципа для вынесения конкретных приговоров о наказании.

Ретрибутивистская теория наказания приводит к тому, что Кант настаивает на смертная казнь. Он утверждает, что единственное наказание, возможно, равносильно смерти, размер причиненного вреда — смерть. Смерть качественно отличается от любого вида жизни, поэтому никакая замена не может быть найденным, что равносильно смерти. Кант отвергает аргумент против смертная казнь, предложенная в начале своего века итальянцем реформатор, маркиз Чезаре Беккариа, который утверждал, что контракт, который никто не дал бы добровольно передать государству, власть над своим собственным жизнь, поскольку сохранение этой жизни является основной причиной вообще заключает общественный договор.Кант возражает против утверждения Беккарией различая источник общественного договора в «чистом разум во мне », в отличие от источника преступления, я как способен на преступные действия. Последний хочет преступление, но не наказания, но бывший человек абстрактно желает, чтобы любой, кто осужден за преступление, караемое смертной казнью, будет наказан смертью. Следовательно, одно и то же лицо и совершает преступление, и поддерживает наказание смертью. Это решение отражает утверждение, что людей можно заставить присоединиться к гражданскому условию: разум диктует что вход в гражданское состояние является обязательным, даже если конкретный произвольный выбор может заключаться в том, чтобы остаться за его пределами (см. 3).

В «Доктрине права» Кант жалуется, что немецкий слово, используемое для описания международного права, «Völkerrecht» вводит в заблуждение, поскольку буквально означает право наций или народов. Он различает этот вид отношения между группами людей, которые он обсуждает как Cosmopolitan Right и будет рассмотрено в Разделе 9 отношения между политическими образованиями, которые лучше называть «Staatenrecht», право государств. Тем не менее Кант до сих пор использует фразу «право наций», а также обсуждает «лигу наций», хотя ясно, что он обращается не к нациям как к народам, а к государствам как организации.Кант также непоследовательно использует другие термины, типа «федерация». Для ясности эта запись будет поддерживать последовательную терминологию для обсуждения концепций в международном праве, даже если это требует отклонений от Собственное использование Канта.

Кант говорит, что из-за отсутствия международных институтов государства должны считаться находящимися в естественном состоянии по отношению друг к другу. подобно людей в естественном состоянии, то они должны считаться находиться в состоянии войны друг с другом.Как и отдельные лица, государства обязан покинуть это естественное состояние, чтобы сформировать какой-то союз по общественному договору. Перед созданием такого союза (см. следующий абзац), государства имеют право вести войну против других заявляет, если другое государство угрожает ему или активно против него (6: 346). Но любое объявление войны должно быть подтверждено люди «как коллегиальные члены государства» (6: 345). Правители, ведущие войну без такого согласия, используют своих подданных как собственности, как простое средство, а не рассматривать их как цели самих себя.Это утверждение является одним из самых сильных утверждений Канта о том, что требуется фактическое голосование граждан: граждане «поэтому должны давать свое свободное согласие через своих представителей не только ведение войны в целом, но также и для каждого конкретного объявления война »(6: 345–46). После объявления войны государства обязаны вести войну в соответствии с принципами, оставляющими открытыми возможность возможного союза государств. Действия, которые подрывают будущее доверие между государствами, такое как использование убийства, запрещено.

Государства обязаны оставить это естественное состояние среди государств и войти в союз государств. Он рассматривает несколько моделей этого всемирный политический институт. Первый — единое универсальное государство в котором все человечество управляется непосредственно единственной государства или подчиняется единому монарху. Он отвергает эту модель невыполнение функции международного института в эффект растворения разделенности состояний, а не обеспечение средство для мирных отношений между государствами.Вторая модель — это лига государств, в которой государства добровольно подчиняются организация по разрешению международных споров. Лига будет не обладать силой принуждения для обеспечения выполнения своих решений, и государства будут могут свободно покинуть лигу, если захотят. Он иногда ссылается на это модель как «федерация», хотя он отмечает, что не может быть нерасторжимым союзом, основанным на конституции, как в федералистское устройство Соединенных Штатов (6: 351), поэтому лучше всего называют эту модель «лигой».Третья модель — это государство государств или всемирная республика государств, в которой каждое государство присоединяется к федерации государств с принудительной силой. В этой модели отношение государства к международной федерации во многом аналогично к отношению отдельного человека к государству. Только эти вторые и третьи модели получают одобрение Канта. Он предлагает разные причины для поддерживая каждую из двух моделей.

Кант считает третью модель идеальной формой для правильного международное учреждение.Он называет всемирную республику «Идея» (8: 357), термин, который Кант использует для обозначения созданных способностью разума, которую нельзя встретить на опыте, но которая может служат моделями или целями для реального человеческого поведения. Идеал Международный союз — это федерация государств, обладающая силой принуждения. над государствами-членами, но чьи решения являются результатом дебатов и обсуждение между этими странами-членами. Канту неясно должна ли эта принудительная сила быть реализована совместным действием государства-члены, санкционированные федерацией против несоблюдения членом или отдельной международной силой, контролируемой сама федерация.Точный статус членства государств также не указано четко: он обычно говорит, что государства имеют право выйти из федерации, хотя часто заявляет, что федерация нерасторжима и даже указывает в «Доктрине права », что государства могут начать войну, чтобы« создать состояние более близко приближается к законному состоянию » (6: 344), подразумевая, что государства могут быть принуждены к членству. Кант признает, что реальные государства будут сопротивляться этому международному федерации, поскольку правители будут возражать против такой сдачи своих суверенная власть.Кант, таким образом, утверждает, что вторая модель, лига государства, в которых каждое государство предпочитает вести переговоры с другими странами вместо того, чтобы вести войну, следует воспринимать как «отрицательный суррогат »(8: 357). В лиге государств отдельные нации могут уйти по своему желанию, и в самой лиге нет принудительных полномочия над членами. Государства добровольно соглашаются разрешать споры в способ, позволяющий избежать войны и поощряющий дальнейшие мирные отношения. Лиги государств не должны распространяться по всему миру, но должны расширяться со временем в чтобы приблизиться к всемирному союзу всех государств.

В эссе «К вечному миру» Кант предлагает набор из шести «предварительных статей», направленных на сокращение вероятность войны, но не могут сами по себе установить постоянный мир (8: 343–47). Это запрет на заключение временных мирных договоров все еще планируя будущие войны, запрет аннексии одно государство другим, отмена постоянных армий, отказ взять на себя государственные долги для внешних сношений, запрет на вмешательство со стороны одно государство во внутренних делах другого, и набор ограничений на ведение войны, запрещающее действия, которые могли бы вызвать недоверие и сделать мир невозможным.Эти шесть статей являются негативными законами, которые запрещают государствам совершать определенные виды поведения. Они есть недостаточны сами по себе, чтобы предотвратить возвращение состояний в их старые привычки враждовать друг с другом. Учредить международный порядок, который действительно может обеспечить вечный мир, Кант предлагает три «окончательные статьи». Первый из это то, что каждый штат должен иметь республиканскую гражданскую конституцию (8: 348, обсуждено в разделе 4 выше). В республиканской конституции люди, которые решают, будет ли война, это одни и те же люди кто заплатит цену за войну, как в денежном выражении (налоги и другое финансовое бремя) и во плоти и крови.Республиканские государства поэтому будет очень нерешительно идти на войну и с готовностью примет переговоры, а не прибегать к войне. Это соображение Канта самый важный вклад в дискуссию об обеспечении мира. Он считает, что когда государства управляются в соответствии с пожеланиями людей, их личные интересы обеспечат прочную основу для мирные отношения между государствами. Вторая окончательная статья заключается в том, что каждый штат должен участвовать в союзе штатов (8: 354, обсуждается в предыдущий абзац).Третья окончательная статья защищает космополитическое право на всеобщее гостеприимство (8: 357, обсуждается в раздел 9 ниже).

Взгляд Канта на исторический прогресс связан с его взглядом на международные отношения. Он фактически представляет несколько версий своего аргумент в пользу продвижения человечества к идеальным условиям в которые государства, каждый из которых управляется республиканской гражданской конституцией и таким образом, каждый из них обеспечивает максимальную последовательную свободу для своих граждан, все сотрудничать в республиканской федерации штатов.В своем эссе «Идея универсальной истории с космополитической точки зрения. Вид »(8: 15–31), он берет за основу своих утверждений исторический прогресс стать кульминацией способности человека к разум, который, как естественное свойство человека, должен работать до совершенства в своем виде. Он утверждает, что непрекращающиеся войны будут в конечном итоге привести правителей к признанию преимуществ мирного Переговоры. Они будут постепенно увеличивать свободу своих граждане, потому что более свободные граждане экономически более производительны и следовательно, сделайте государство сильнее в его международных отношениях.Важно отметить, что он утверждает, что создание гражданских конституций в конкретных государств зависит от создания международного союз государств, хотя он не развивает эту аргументацию. В «К вечному миру» Кант переворачивает этот порядок, утверждая, что какое-то конкретное государство может через «хорошее удача », стать республикой, а затем действовать в качестве координационного центра другие государства присоединились к мирным отношениям, и постепенно такие сотрудничество может распространиться на все государства (8: 356). Эти позиции определенно показывают, что Кант считал мир во всем мире невозможным без как отдельные республиканские государства, так и международная федерация среди них.

Отношения между государствами мира, о которых говорилось выше, не являются так же, как отношения между народами (нациями, Volk ) Мир. Люди могут относиться к государствам, членами которых они не являются и другим лицам, которые являются членами других государств. В этом они считаются «гражданами универсального государства человеческого существа »с соответствующими« правами граждан мир »(8: 349, сноска). Несмотря на это высокое звучание заявлений, особое обсуждение космополитического права Кантом ограничено правом гостеприимства.Поскольку все народы разделяют ограниченное количество жилой площади из-за сферической формы Земля, совокупность которой они должны понимать как изначально общие, они должны пониматься как имеющие право к возможному взаимодействию друг с другом. Это космополитическое право ограничивается правом предлагать заниматься коммерцией, а не правом фактическая торговля, которая всегда должна быть добровольной. А гражданин одного государства может пытаться установить связи с другими народами; нет государству разрешено отказывать иностранным гражданам в праве путешествовать в земельные участки.

Другое дело — колониальное правление и поселение. В его опубликованных в 1790-х годах, Кант резко критикует Европейская колонизация других земель, уже заселенных другими народы. Расчет в этих случаях допускается только без принуждения. информированный контракт. Даже земля, которая кажется пустой, может быть использована пастухи или охотники и не могут быть присвоены без их согласия (6: 354). Эти позиции представляют собой изменение мысли Канта, поскольку он ранее указывал принятие, если не одобрение европейского колониальные обычаи его времени и стоящая за ними расовая иерархия.Кант сам разработал теорию расовых классификаций людей и происхождения и думали, что неевропейцы уступают по разным причинам. Кант считал, что ход мирового прогресса связан с распространением Европейская культура и право во всем мире к тому, что он считал быть менее развитыми культурами и низшими расами. К середине 1790-х гг. однако Кант, похоже, отказался от убеждений о расовых неполноценность и больше не обсуждает это в своих лекциях. Он публично критиковал европейскую колониальную практику как нарушение прав коренные народы, способные управлять собой (8: 358–60).

Космополитическое право — важная составляющая вечного мира. Кант отмечает, что взаимодействие между народами мира усилилось. в последнее время. Теперь «нарушение права на одно место земля ощущается во всем », поскольку народы зависят друг от друга и узнают друг о друге все больше и больше (8: 360). Нарушения космополитическое право затруднит доверие и сотрудничество необходимо для вечного мира между государствами.

«Социальная философия» может означать отношения лиц в учреждения и друг к другу через эти учреждения, которые не являются частью государства.Семья — яркий пример социальной институт, который выходит за рамки личности, но имеет хотя бы некоторые элементы, которые не контролируются государством. Другими примерами могут быть экономические институты, такие как предприятия и рынки, религиозные учреждения, общественные клубы и частные ассоциации, созданные для продвижения интересы или просто для удовольствия, образования и университета институты, социальные системы и классификации, такие как раса и гендер и эндемичные социальные проблемы, такие как бедность. Стоит отметить немного подробностей, хотя бы в качестве примеров из диапазона этой темы.Кант отстаивал обязанность граждан поддерживать тех в обществе, которые могут не поддерживали себя, и даже дали государству власть устроить за эту помощь (6: 326). Он предложил биологическое объяснение расы в несколько эссе, а также, конечно, в его «Критический» период, считал, что другие расы уступали европейцам. Он поддержал движение за реформы в образовании, основанное на принципах, представленных Руссо в «Эмиле». Я не буду подробно рассказывать рассмотрение взглядов Канта на эти конкретные вопросы (некоторые из которых скудны), но сосредотачиваются только на природе социальной философии Канта.

У Канта не было всеобъемлющей социальной философии. Может возникнуть соблазн утверждают, что в соответствии с теоретиками естественного права Кант обсуждает естественные права, связанные с некоторыми социальными институтами. Можно было бы прочитать первое половина «Доктрины права» как социальной философии, поскольку в этой части «Частного права» обсуждаются права индивидов относительно друг друга, в отличие от второй половины на «Общественное право», в котором обсуждаются права людей. относительно состояния. Кант даже предлагает объяснение этому различие, утверждая, что противоположность естественного состояния не является социальное, но гражданское состояние, то есть состояние (6: 306).Штат природа может включать добровольные общества (Кант упоминает отношения в целом), где нет априорных обязательств по лица, чтобы войти в них. Однако это утверждение Канта подлежит к некоторым сомнениям, поскольку он явно связывает все формы собственности с обязанность войти в гражданское состояние (см. раздел 5 выше), и его обсуждение брака и семьи происходит в форме собственности отношения сродни договорным отношениям. Таким образом, не очевидно, как там могут быть любые социальные институты, которые могут существовать вне гражданского состояние в той мере, в какой социальные институты предполагают собственность связи.

Другой подход Канта к проблеме социальной философии заключается в рассмотрении это в терминах моральной философии собственно говоря, то есть обязательства, которые люди должны соблюдать в соответствии с надлежащими максимами, как обсуждается в «Доктрине добродетели» (см. раздел 1 над). В «Доктрине добродетели» Кант говорит о обязанность развивать дружеские отношения и участвовать в социальных половой акт (6: 469–74). В Религия в Границы простого разума Кант обсуждает развитие «Этическое содружество», в котором люди укрепляют моральная решимость друг друга через их участие в моральном община церкви.Он также считает, что образовательные учреждения, предмет его книги О педагогике должен быть направлен на обеспечить развитие нравственности в людях, которым не хватает естественная склонность к нравственному благу. В этих случаях социальная философия рассматривается как часть его теории добродетели, а не как отдельная тема сама по себе.

Третий подход к социальной философии исходит от Канта. Антропология с прагматической точки зрения . Кант имел представлял антропологию как эмпирическое приложение этики, сродни эмпирическая физика как приложение чистых метафизических принципов природа.Знание общих характеристик человека как а также особенности пола, расы, национальности, и т. д., могут помочь в определении точных обязанностей по отношению к конкретным лиц. Кроме того, это знание может помочь моральным агентам в их собственном Задача мотивации к морали. Эти обещания антропологии в ее практическом применении не реализованы, однако в детали текста Канта. Он мало критически оценивает социальные предрассудки или практика отсеивания вредных стереотипов нравственному развитию.Его собственные личные взгляды, считающиеся сексистскими и расист во всем мире сегодня и даже не в ногу с некоторыми из его более прогрессивные коллеги, пронизывают его прямые обсуждения этих социальных учреждения.

КАТОЛИЧЕСКАЯ ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: Философия Иммануила Канта

Пожалуйста, помогите поддержать миссию New Advent и мгновенно загрузите все содержимое этого веб-сайта. Включает в себя католическую энциклопедию, отцов церкви, Summa, Библию и многое другое — все всего за 19 долларов.99 …

Философия Канта обычно обозначается как система трансцендентальной критики, склонная к агностицизму в теологии и поддерживающая точку зрения, согласно которой христианство является недогматической религией.

Иммануил Кант родился в Кенигсберге в Восточной Пруссии 22 апреля 1724 года; умер там 12 февраля 1804 года. С шестнадцати до двадцати первого года он учился в университете своего родного города, имея своим учителем Мартином Кнутценом, у которого он приобрел знания в области философии Вольфа и физики Ньютона. .После смерти отца в 1746 году он девять лет проработал учителем в разных семьях. В 1755 году он вернулся в Кенигсберг, где провел остаток своей жизни. С 1755 по 1770 год он был приват-доцентом (неоплачиваемый профессор) в Кенигсбергском университете. В 1770 году он был назначен профессором философии и занимал эту должность до 1797 года.

В литературной деятельности Канта принято различать два периода. Первый, докритический период, простирается с 1747 по 1781 год, когда была создана эпохальная «Kritik der reinen Vernunft»; второй, критический период — с 1781 по 1794 год.

Докритический период

Первая книга Канта, опубликованная в 1747 году, называлась «Gedanken von der wahren Schatzung der lebendigen Kräfte» («Размышления об истинной оценке живых сил»). В 1775 году он опубликовал свою докторскую диссертацию «В огне» (Де Игн) и работу «Principiorum Primorum Cognitionis Metaphysicae Nova Dilucidatio» (Новое объяснение первых принципов метафизического знания), благодаря которым он получил квалификацию . Приватдозент .Помимо этих, в которых он разъяснял и защищал текущую философию Вольфа, он опубликовал другие трактаты, в которых он применил эту философию к проблемам математики и физики. В 1770 г. появилась работа «De Mundi Sensibilis atque Intelligibilis Formis et Principiis» (О формах и принципах чувственного и осмысленного мира), в которой он впервые показывает тенденцию к принятию независимой системы философии. Годы с 1770 по 1780 годы были потрачены, как говорит нам сам Кант, на подготовку «Критики чистого разума».

Критический период

Первым произведением Канта, в котором он выступает как сторонник трансцендентальной критики, является «Критика чистого разума» (Kritik der reinen Vernunft), появившаяся в 1781 году. Второе издание было опубликовано в 1787 году. В 1785 году появилось «Основание» для метафизики этики »(Grundlegung zur Metaphysik der Sitten). Затем последовала череда критических работ, наиболее важными из которых являются «Критика практического разума» (Kritik der praktischen Vernunft), «Критика суждения» (Kritik der Urtheilskraft, 1790) и «Религия в пределах простого. Причина »(Religion innerhalb der Grenzen der blossen Vernunft, 1793).Лучшими изданиями полного собрания сочинений Канта являются второе издание Гартенштейна (8 томов, Лейпциг, 1867-69), Розенкранца и Шуберта (12 томов, Лейпциг, 1834-42), а также издание, которое издается Академией наук. Берлина (Kants gesammelte Schriften, herausg. von der königlich preussischen Akademie der Wissenschaften, Берлин, 1902-).

В период своей академической карьеры, с 1747 по 1781 год, Кант, как уже было сказано, преподавал философию, господствовавшую в то время в Германии, которая была модифицированной формой догматического рационализма Вольфа.Другими словами, он сделал психологический опыт основой всей метафизической истины, отверг скептицизм и оценил все знания по критерию разума. Однако к концу этого периода он начал сомневаться в прочности психологической основы метафизики и закончил тем, что полностью утратил веру в обоснованность и ценность метафизического мышления. Очевидные противоречия, которые он обнаружил в физических науках, и выводы, к которым Юм пришел в своем анализе принципа причинности, «пробудили Канта от его догматической дремоты» и заставили его осознать необходимость пересмотра или критики всего человеческого опыта с целью восстановления физических наук до степени уверенности, на которую они справедливо претендуют, а также с целью положить на незыблемое основание метафизические истины, опровергнутые скептическим феноменализмом Юма.Он теперь считал, что старый рациональный догматизм уделял слишком много внимания априорным элементам знания; с другой стороны, как он теперь впервые осознал, эмпирическая философия Юма зашла слишком далеко, сведя всю истину к эмпирическим или апостериорным элементам. Кант, таким образом, предлагает подвергнуть все знания проверке, чтобы определить, какая часть их должна быть отнесена к априорным, а какая — к апостериорным факторам знания, если их можно так обозначить.Как он сам говорит, его цель — «вывести» априорные или трансцендентные формы мышления. Следовательно, его философия — это, по сути, «критика», потому что это проверка знания, и «трансцендентальная», потому что ее цель в исследовании знания состоит в определении априорных, или трансцендентальных, форм. Сам Кант имел обыкновение говорить, что дело философии состоит в том, чтобы ответить на три вопроса: что я могу знать? Что мне делать? На что я могу надеяться? Однако он считал, что ответ на второй и третий зависит от ответа на первый; наш долг и нашу судьбу можно определить только после тщательного изучения человеческих знаний.

Будет наиболее удобно разделить изучение критической философии Канта на три части, соответствующие доктринам, содержащимся в его трех «Критиках». Поэтому мы последовательно рассмотрим (1) доктрины «Критики чистого разума»; (2) доктрины «Критики практического разума»; (3) доктрины «Критики способности суждения».

«Критика чистого разума»

В соответствии со своей целью исследовать все знания, чтобы найти, что есть, а что не является априорным или трансцендентным, что предшествует опыту или не зависит от опыта, Кант переходит в «Критику чистого разума», чтобы исследовать априорные формы (а) ощущения, (б) суждения и (в) рассуждения.

A. Sensation

Первое, что делает Кант в своем изучении знания, — это различать материал или содержание и форму ощущения. Материал нашего чувственного знания исходит из опыта. Форма, однако, не выводится через чувства, а налагается на материал или содержание умом, чтобы сделать материал или содержание универсальным и необходимым. Форма, следовательно, априорная; это не зависит от опыта. Самыми важными формами чувственного познания, фактически условиями всех ощущений, являются пространство и время.Таким образом, пространство и время являются не только ментальными сущностями в том смысле, что они созданы умом из данных опыта; они строго субъективны, чисто ментальны и не имеют объективной сущности, за исключением тех случаев, когда они применяются к внешнему миру разумом.

В связи с тем, что будет дальше, здесь важно задать вопрос: расширяют ли априорные формы ощущений, поскольку они, по общему признанию, ценность чувственного знания, делая его универсальным и необходимым, расширяют сферу чувственного знания? , и вывести нас за узкие рамки материала или данных чувств? Кант считает, что это не так.Они влияют на знания, так сказать, качественно, а не количественно. Теперь данные ощущений представляют только видимости ( Erscheinungen ) вещей; поэтому все ощущения ограничиваются знанием явлений. Чувственное знание не может проникнуть в ноумен, в реальность вещи ( Ding-an-sich ).

Б. Решение суда

(б) Обращаясь теперь к знанию, которое мы приобретаем посредством понимания ( Verstand ), Кант обнаруживает, что мысль в строгом смысле слова начинается с суждения.Как и в случае чувственного познания, он различает здесь содержание и форму. Содержание суждения, или, другими словами, то, что рассудок объединяет в акте суждения, может быть не чем иным, как чувственными интуициями, которые, как было сказано, имеют место путем наложения форм пространства и времени. по данным сенсации. Иногда чувственные интуиции (подлежащее и сказуемое) соединяются вместе таким образом, что очевидно подразумевает случайность и особенность. Примером может служить суждение: «Этот стол квадратный.«Суждения такого рода не слишком заботят философа. Его скорее интересуют такие суждения, как« Все стороны квадрата равны », в которых подтверждается существование отношения между субъектом и сказуемым, необходимым и универсальным. В отношении них первое замечание Канта состоит в том, что их необходимость и универсальность должны быть априорными. То, что ничто универсальное и необходимое не может происходить из опыта, для него аксиоматично. Следовательно, должны быть формы суждения, как и формы суждения. ощущения, которые навязаны пониманием, которые вовсе не происходят из опыта, а являются априорными.Эти формы суждения являются категориями. Вряд ли стоит обращать внимание на контраст между кантовскими и аристотелевскими категориями. Разница фундаментальная, разница в природе, назначении, функциях и эффекте. Важным моментом для ученика Канта является определение функции категорий. Они придают нашим суждениям универсальность и необходимость. Более того, они служат для объединения различных чувственных интуиций в определенную степень единства. Но они не расширяют наши знания.Поскольку представления (или интуиции) без категорий были бы слепыми, категории без репрезентативного или интуитивного содержания были бы пустыми. Мы все еще находимся в узком кругу знаний, охватываемом нашим чувственным опытом. Пространство и время не расширяют этот круг; как и категории. Следовательно, знание, которое мы приобретаем с помощью понимания, ограничено видимыми вещами и не распространяется на нуменальную реальность, Ding-an-Sich .

Здесь необходимо объяснить, что Кант имеет в виду под «синтетическими априорными суждениями».Философы Аристотеля различали два вида суждений, а именно синтетические суждения, которые являются результатом «сложения» (синтеза) фактов или данных опыта, и аналитические суждения, которые являются результатом «взятия воедино». -часть »(анализ) подлежащего и сказуемого, без непосредственной ссылки на опыт. Таким образом, «этот стол круглый» — синтетическое суждение; «Все радиусы круга равны» — это аналитическое суждение. Согласно аристотелевцам, все синтетические суждения апостериори, потому что они зависят от опыта, а все аналитические суждения априори, потому что их связь, или связь, воспринимается без обращения к опыту.Эта классификация не удовлетворяет Канта. Он утверждает, что аналитические суждения того типа, о котором идет речь, вообще не продвигают знания, поскольку они всегда «остаются в рамках концептов [субъекта и предиката] и не продвигаются дальше данных концептов». В то же время он утверждает, что синтетические суждения аристотелевцев не имеют научной ценности, поскольку, исходя из опыта, они должны быть случайными и частными. Поэтому он предлагает ввести третий класс, а именно синтетические априорные суждения, которые являются синтетическими, потому что их содержание обеспечивается синтезом фактов опыта, и априори, потому что им навязывается форма универсальности и необходимости. пониманием независимо от опыта.Примером может быть, согласно Канту: «У каждого следствия должна быть причина». Наши концепции «следствия» и «причины» основываются на опыте; но универсальность и принципиальная необходимость проистекают из априорной одаренности ума. Аристотелицы справедливо отвечают, что все так называемые синтетические априорные суждения являются аналитическими.

C. Рассуждения

На третьем месте кантовская «Критика чистого разума» занимает способность к рассуждению ( Vernunft ).Здесь «идеи» играют роль, аналогичную той, которую играют в ощущении и суждении пространство, время и категории соответственно. Исследуя способность к рассуждению, Кант обнаруживает, что у нее есть три различных операции, а именно: категориальное, гипотетическое и дизъюнктивное рассуждение. Этим, по его словам, соответствуют три «идеи»: идея души как мыслящего субъекта (психологическая идея), идея материи как совокупности явлений (космологическая идея) и идея Бога как высшего условия существования. вся реальность (богословская идея).Сначала он обращается к идее души и, исследуя ход рассуждений психолога, который учит о субстанциальности, нематериальности и бессмертии человеческой души, объявляет эту линию философской мысли ошибочной, поскольку она начинается с ложное предположение, что мы можем иметь интуитивное знание о душе как о субстанциальном субъекте сознательных состояний. Он утверждает, что это ошибочное предположение, поскольку, хотя мы можем знать и действительно знаем наши сознательные состояния, мы не можем знать их предмет.Следовательно, рациональная психология делает неверное начало; его путь полон противоречий; он не устанавливает окончательно бессмертие души. Затем Кант подвергает космологическую идею аналогичному анализу. Он обнаруживает, что, как только мы начинаем утверждать что-либо относительно конечной природы материи, мы попадаем в целую серию противоречий, которые он называет «антиномиями». Таким образом, утверждения «Материя имеет начало», «Мир был создан», по-видимому, не более верны, чем их противоречия, «Материя вечна», «Мир не создан.«Каждому тезису относительно конечной природы материальной вселенной может быть противопоставлен столь же правдоподобный антитезис. Вывод состоит в том, что одним чистым разумом мы не можем достичь знания о природе материальной вселенной. Наконец, Кант принимает теологическую идею: идея Бога и критикует методы и аргументы рационального богословия. Спекулятивная основа нашей веры в существование Бога необоснованна, он говорит, потому что доказательства, представленные в поддержку этого, не являются окончательными.Онтологический аргумент святого Ансельма пытается установить экзистенциальное суждение без ссылки на опыт; он смешивает порядок вещей с порядком идей. Космологический аргумент выносит принцип причинности за пределы мира чувственного опыта, где только он действителен. И физико-теологический аргумент, исходящий из замысла, хотя и может доказать существование разумного создателя, не может установить существование Высшего Существа. Кант, конечно, не отрицает существования Бога, равно как и не отрицает бессмертие души или высшую реальность материи.Его цель — показать, что три идеи, или, другими словами, умозрительные рассуждения о душе, вселенной и Боге, ничего не добавляют к нашему знанию. Но, хотя идеи не расширяют наш опыт, они регулируют его. Лучший способ думать о наших сознательных состояниях — это представлять их как наследственные в существенном субъекте, о котором, однако, мы ничего не можем знать. Лучший способ думать о внешнем мире — это представлять его как множество явлений, основой которых является что-то непознаваемое материальное; и лучший способ организовать и систематизировать все наши знания о реальности — это представить все как происходящее из одного источника, управляемое одним законом и стремящееся к одной цели, причем закон, источник и конец неизвестны и (умозрительно) непознаваемый Бог.Очень легко увидеть, как эта негативная фаза философии Канта повлияла на последующий ход философской мысли в Европе. Выводы первой «Критики» являются предпосылками современного агностицизма. Мы не можем знать ничего, кроме видимости вещей; чувства достигают только феноменов; суждение не проникает глубже чувств, когда дело касается внешнего мира; наука и философия полностью терпят неудачу в попытках достичь знания о субстанции (ноумен) или сущности, а попытки метафизики научить нас, что такое душа, что такое материя, что такое Бог, потерпели неудачу и обречены на неизбежную неудачу .Таковы выводы, к которым приходит Кант в «Критике чистого разума»; это предположения агностиков и неокантианцев, оппонентов схоластики.

«Критика практического разума»

Кант, как часто говорят, снесли, чтобы построить. То, что он отнял в первой «Критике», он вернул во второй. В «Критике чистого разума» он показал, что истины, которые всегда считались наиболее важными во всем диапазоне человеческого знания, не имеют основания в метафизическом, то есть чисто умозрительном, рассуждении.В «Критике практического рассуждения» он стремится показать, что эти истины опираются на прочную моральную основу и, таким образом, ставятся выше всех спекулятивных споров и шума метафизических споров. Он опрокинул внушительное здание, построенное картезианским догматизмом на основании «я думаю»; Теперь он приступает к задаче восстановления храма истины на основании «я должен». Моральный закон верховен. С точки зрения уверенности, оно превосходит любое избавление от чисто умозрительного сознания; Я более уверен в том, что «я должен», чем в том, что «я рад», «мне холодно» и т. Д.С точки зрения настойчивости, оно превосходит любое рассмотрение интереса, удовольствия или счастья; Я могу отказаться от того, что в моих интересах, я могу поставить другие соображения выше удовольствия и счастья, но если моя совесть говорит мне, что «я должен» что-то делать, ничто не может помешать голосу совести, хотя, конечно, я свободен подчиняться или не подчиняться. Таким образом, это единственное непоколебимое основание всей нравственной, духовной и высшей интеллектуальной истины. Первая особенность морального закона в том, что он универсален и необходим.Когда совесть заявляет, что лгать неправильно, голос предназначен не только для здесь и сейчас, не «только один раз», но для всех времен и для всего пространства; это действительно всегда и везде. Это качество универсальности и необходимости сразу показывает, что моральный закон не основывается на удовольствии, счастье, совершенствовании себя или так называемом моральном чувстве. Это его собственный фундамент. Его голос немедленно достигает совести, командует безоговорочно и не нуждается в объяснении своих приказов.Это, так сказать, не конституционный монарх, подчиняющийся разуму, суждениям или любым другим способностям. Он требует безоговорочного и в некотором смысле безосновательного повиновения. Отсюда «глухой голос» морального закона Кант назвал «категорическим императивом». Эта знаменитая фраза означает просто, что моральный закон — это приказ (императив), а не форма совета или приглашения действовать или не действовать; и это безусловная (категоричная) команда, а не команда в гипотетическом настроении, например: «Если вы хотите быть священником, вы должны изучать теологию.«Однако не следует упускать из виду особенно пустой характер категорического императива. Только в своих наиболее универсальных« пустых »высказываниях он обладает теми качествами, которые делают его уникальным в человеческом опыте. Но как только случайные данные или содержание конкретное моральное предписание, оно навязывает им свою универсальность и необходимость и поднимает их до своего собственного уровня.Содержание могло быть хорошим, но не могло быть абсолютно хорошим; ибо нет ничего абсолютно хорошего, кроме доброй воли — принятие морального закона.

Мы знаем моральный закон не на основе умозаключений, а на основании непосредственной интуиции. Эта интуиция — это как бы primum Философский . Он заменяет изначальную интуицию Декарта собственной мысли. Из него выводятся все важные истины философии, свобода воли, бессмертие души и существование Бога. Свобода воли следует из существования морального закона, потому что тот факт, что «я должен» подразумевает факт, что «я могу». Я знаю, что должен сделать определенное дело, и из этого делаю вывод, что могу.В порядке вещей, конечно, свобода предшествует обязательствам. В порядке знания я делаю вывод о свободе от факта обязательства. Точно так же бессмертие души подразумевается в моральном законе. Нравственный закон требует полной реализации себя в абсолютном человеческом совершенстве. Но наивысшее совершенство, которого может достичь человек в этой жизни, — это лишь частичное или неполное совершенство, потому что, пока душа соединена с телом, в нашей природе всегда присутствует смесь телесного с духовным; стремление к святости сопровождается склонностью к нечестивости, а добродетель предполагает борьбу.Следовательно, должна существовать загробная жизнь, в которой будет продолжаться этот «бесконечный прогресс», как его называет Кант. Наконец, нравственный закон подразумевает существование Бога. И это двумя способами. Авторитетный «голос» закона подразумевает законодателя. Более того, природа морального закона подразумевает, что где-то существует не только высшее, но и совершенное благо, воплощающее в своей совершенной святости все условия, которые подразумевает нравственный закон. Это высшее благо — Бог.

«Критика способности суждения»

Между спекулятивным разумом, который представляет собой способность познания, и практическим разумом, который представляет собой способность произвольного действия, находится способность, которую Кант называет суждением и которая является способностью эстетической оценки.Поскольку истина является объектом познания, а добро — объектом действия, прекрасное и целенаправленное является объектом суждения. Этим своеобразным употреблением слова суждение Кант сразу ставит себя за пределы рядов сенсистов, которые относят все составляющие красоты к чувственно воспринимаемым качествам. Он интеллектуал в эстетике, сводящий прекрасное к элементам интеллектуальности. Он учит, что прекрасное — это то, что повсеместно и обязательно доставляет бескорыстное удовольствие без концепции определенного замысла.Следовательно, он отличается от приятного и полезного. Однако Кант осторожно отмечает, что наслаждение прекрасным — это не чисто интеллектуальное явление, как и удовлетворение, которое мы испытываем при созерцании совершенного. Совершенное обращается только к интеллекту, тогда как прекрасное обращается также к эмоциям и эстетическим способностям. Целеустремленность тесно связана с прекрасным. Та же самая способность, суждение, которое позволяет нам воспринимать и наслаждаться эстетическим аспектом природы и искусства, позволяет нам также понимать, что в многообразном разнообразии нашего опыта есть свидетельства цели или замысла.Кант ввел в своей «Критике» телеологического суждения важное различие между внешней и внутренней адаптацией. Он учил, что внешняя адаптация существует между организмом и окружающей его средой, как, например, между растением и почвой, в которой он растет. Внутренняя адаптация существует между структурными частями организма или между организмом и его функцией. Он считал, что первое можно объяснить чисто механическими причинами, но последнее требует введения концепции конечной причины.Организмы действуют так, как если бы они были созданы причиной, имеющей цель. Мы не можем ясно продемонстрировать эту цель. Следовательно, телеологическая концепция, как и «идеи» (душа, мир, Бог), не составляет нашего опыта, но регулирует его. Наивысшее использование эстетической способности — осознание прекрасного и целенаправленного как символов нравственного добра. То, что умозрительный разум не может найти в природе, а именно красивый, целенаправленный порядок, предполагается эстетическим суждением и полностью достигается религией, которая опирается на практический разум.

Кант, как известно, сводит религию к системе поведения. Он определяет религию как «признание того, что наши обязанности — это Божьи заповеди». Он описывает сущность религии как состоящую в нравственности. Христианство является религией и истинно лишь постольку, поскольку оно соответствует этому определению. Идеальная Церковь должна быть «этической республикой»; он должен отбросить все догматические определения, принять «рациональную веру» в качестве руководства во всех интеллектуальных вопросах и установить Царство Божье на земле, установив господство долга.Даже христианский закон милосердия должен уступить место высшим требованиям долга. Фактически, было замечено, что идея религии Канта, поскольку она вообще основана на Писании, больше вдохновлена ​​Ветхим, чем Новым Заветом. Он утверждает, что те догматы, которые христианство считает священными, такие как тайна Троицы, должны получить этическое толкование и, так сказать, рассматриваться как символы моральных концепций и ценностей. Таким образом, по его словам, «историческая вера» является «средством рациональной веры».Он выражает величайшее восхищение личностью и характером Христа. Он заявляет, что Христос был олицетворением высшего нравственного совершенства.

Оценка Канта

Критики и историки не единодушны в том, что Кант занимает место среди философов. Некоторые так высоко оценивают его вклад в философию, что считают его доктрины кульминацией всего, что было до него. Другие, напротив, считают, что он ошибся, когда предположил в своей критике спекулятивного разума, что все универсальное и необходимое в нашем знании должно исходить из самого разума, а не из мира реальности вне нас.Более того, эти противники Канта считают, что, хотя он обладал синтетическим талантом, позволившим ему построить систему мышления, ему не хватало аналитического качества, благодаря которому философ может наблюдать то, что на самом деле происходит в уме. А для мыслителя, который свел всю философию к изучению знаний, отсутствие способности наблюдать за тем, что на самом деле происходит в уме, является серьезным недостатком. Но как бы мы ни оценивали Канта как философа, мы не должны недооценивать его значение.В рамках самих философских наук его мысль была отправной точкой для Фихте, Шеллинга, Гегеля и Шопенгауэра; и, что касается современной философской мысли в Германии, то, что не является кантианским, принимает в качестве отличительной черты свою оппозицию некоторым пунктам кантианской доктрины. В Англии школа агностиков от Гамильтона до Спенсера черпала вдохновение в отрицательном учении «Критики чистого разума». Во Франции позитивизм Конта и неокритика Ренувье имели сходное происхождение.Влияние Канта распространилось не только на философию, но и на другие области мысли. В истории естествознания его имя связано с именем Лапласа, в теории, объясняющей происхождение Вселенной естественной эволюцией от примитивной космической туманности. В богословии его недогматическое понятие религии повлияло на Ритшля, а его метод преобразования догматической истины в моральное вдохновение находит отклик, мягко говоря, в экзегетических экспериментах Ренана и его последователей.

Некоторые философы и теологи считают, что объективные данные, на которых основана католическая религия, не могут быть доказаны умозрительным разумом, но могут быть продемонстрированы практическим разумом, волей, чувством или жизненным действием. Однако опасность такой позиции подтверждается недавними событиями. Движение имманентов, витализм Блонделя, антисхоластика «Анналов философии христианства» и другие недавние тенденции к неинтеллектуальной апологетике веры уходят корнями в кантизм и осуждение, которое они получили от церковных властей. Авторитет ясно показывает, что у них нет четкого названия, которое можно было бы рассматривать как замену интеллектуалистической апологетике, в основе которой лежит реализм схоластов.

Об этой странице

Цитирование APA. Тернер, W. (1910). Философия Иммануила Канта. В Католической энциклопедии. Нью-Йорк: Компания Роберта Эпплтона. http://www.newadvent.org/cathen/08603a.htm

цитирование MLA. Тернер, Уильям. «Философия Иммануила Канта». Католическая энциклопедия. Vol. 8. Нью-Йорк: Компания Роберта Эпплтона, 1910 г. .

Транскрипция. Эта статья была переведена для журнала «Новое пришествие» Риком Маккарти.

Духовная апробация. Nihil Obstat. , 1 октября 1910 г. Реми Лафорт, S.T.D., цензор. Imprimatur. + Джон кардинал Фарли, архиепископ Нью-Йорка.

Контактная информация. Редактор New Advent — Кевин Найт. Мой адрес электронной почты: веб-мастер на newadvent.org. К сожалению, я не могу отвечать на каждое письмо, но я очень ценю ваши отзывы — особенно уведомления о типографских ошибках и неприемлемой рекламе.

Кант, Иммануил (1724–1804) — Философская энциклопедия Рутледжа

  • Эллисон, Х. (1983) Трансцендентальный идеализм Канта , Нью-Хейвен и Лондон: издательство Йельского университета.

    (Важное изложение теории «двух аспектов», включает обширную библиографию.)

  • Эллисон, Х. (1990) Теория свободы Канта , Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    (Спорная защита теоретического доказательства свободы.)

  • Америкс, К. (1982) Теория разума Канта: анализ паралогизмов чистого разума , Оксфорд: Clarendon Press.

    (Используя лекции Канта по метафизике, утверждает, что отход Канта от традиционной рациональной психологии не столь радикален, как обычно предполагается.)

  • Ауне, Б.(1979) Теория морали Канта , Принстон, Нью-Джерси: Princeton University Press.

    (Тщательное аналитическое исследование.)

  • Бек, Л. (1960) Комментарий Канта к критике практического разума , Чикаго, Иллинойс: University of Chicago Press.

    (Только подробный комментарий ко второй Критике, защищает перспективный подход к свободе.)

  • Байзер, Ф.C. (1992) Просвещение, революция и романтизм: генезис современной немецкой политической мысли, 1790–1800 , Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

    (Помещает политическую мысль Канта в подробный исторический контекст.)

  • Беннет, Дж. (1966) Kant’s Analytic , Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    (Вместе с Беннетом (1974) представляет собой одно из самых влиятельных аналитических исследований Канта; работа 1966 года остается более успешной.)

  • Беннет, Дж. (1974) Диалектика Канта , Кембридж: Издательство Кембриджского университета. (Вместе с Беннеттом (1966) представляет собой одно из самых влиятельных аналитических исследований Канта; работа 1966 года остается более успешной.)

  • Бриттан, Г.Г., мл. (1978) Теория науки Канта , Принстон, Нью-Джерси: Princeton University Press.

    (Современная оценка кантовской философии математики и физики.)

  • Брук, А. (1994) Кант и разум , Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    (Исследование философии сознания Канта, предназначенное для современных философов.)

  • Бухдаль, Г. (1992) Кант и динамика разума: Очерки структуры философии Канта , Оксфорд: Бэзил Блэквелл.

    (Содержит многие влиятельные работы Канта, особенно о «регулирующих принципах».)

  • Баттс, Р. (1986) Философия физической науки Канта: Metaphysische Anfangsgründe der Naturwissenschaft 1786–1986 , Dordrecht: Reidel.

    (содержит важные статьи Дж. Бриттана, Г. Бухдала, М. Фридмана и П. Китчера, среди других).

  • Коэн, Т. и Гайер, П. (1982) Эссе по эстетике Канта , Чикаго, Иллинойс: University of Chicago Press.

    (Включает важные статьи Р. Акилы, Д. Кроуфорда и Д. Хенрича, а также редакторов; включает обширную библиографию.)

  • Кроуфорд, Д. (1974) Эстетическая теория Канта , Мэдисон: University of Wisconsin Press.

    (Первое важное аналитическое исследование эстетики Канта, оно приводит доводы в пользу морального завершения дедукции вкуса.)

  • Кроутер, П.(1989) Кантовское возвышенное: от морали к искусству , Оксфорд: Clarendon Press.

    (Пытается расширить кантовскую теорию возвышенного за пределы морали.)

  • Сушилка, Д. (1966) Решение Канта для проверки в метафизике , Лондон: Джордж Аллен и Анвин.

    (Затененный Strawson (1966) и Bennett (1966)) остается многословным, но ценным исследованием кантовской теории синтетического априори.)

  • Англия, F.E. (1930) Концепция Бога Канта: критическое изложение его метафизического развития вместе с переводом Nova Delucidatio , Нью-Йорк: Dial Press.

    (Изложение раннего и зрелого обращения Канта к Богу.)

  • Юинг, A.C. (1924) Кантовская трактовка причинности , Лондон: Routledge & Kegan Paul.

    (старый, но все же проницательный.)

  • Фридман М. (1992) Кант и точные науки , Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

    (влиятельные статьи по философии геометрии и физики Канта, а также подробное исследование Opus postumum.)

  • Галстон, У.А. (1975) Кант и проблема истории , Чикаго, Иллинойс: Издательство Чикагского университета.

    (Широкий обзор истории и политического прогресса.)

  • Грегор М. (1963) Законы свободы: исследование кантовского метода применения категорического императива в Metaphysik der Sitten , Оксфорд: Бэзил Блэквелл.

    (Стандартный английский комментарий к метафизике морали.)

  • Гайер, П. (1979) Кант и претензии вкуса , Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета; 2-е изд., Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1997.

    (Критическое рассмотрение анализа Канта и дедукция суждений о вкусе, теперь дополненное главой, посвященной концепции искусства Канта)

  • Гайер, П. (1987) Кант и притязания на знание , Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    (После изучения развития Канта в 1770-х годах теория категорий Канта отделяется от трансцендентального идеализма.)

  • Гайер, П.(1993) Кант и опыт свободы: очерки эстетики и морали , Кембридж: Cambridge University Press.

    (Сборник эссе, в котором эстетика Канта рассматривается в ее историческом контексте и исследуются связи с моральной философией Канта.)

  • Герман, Б. (1992) Практика морального суждения , Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

    (Решительная защита неформалистического подхода к этике Канта.)

  • Хилл Т.Э. младший (1992) Достоинство и практический разум в теории морали Канта , Итака, Нью-Йорк: издательство Корнельского университета.

    (Важные статьи, в первую очередь о нормативной этике Канта.)

  • Хауэлл, Р. (1992) Трансцендентальная дедукция Канта: анализ основных тем в его критической философии , Дордрехт и Бостон: Kluwer.

    (Подробное исследование под влиянием философии языка Hintikka.)

  • Кемп Смит, Н. (1923) Комментарий Канта к критике чистого разума , Лондон: Macmillan, 2-е изд.

    (Классическое английское изложение «лоскутной теории» состава первой Критики, оно остается стимулирующим и единственным важным английским комментарием по каждой части Критики.)

  • Керстинг, В.(1993) Wohlgeordnete Freiheit: Immanuel Kants Rechts- und Staatsphilosophie , Франкфурт-на-Майне: Suhrkamp, ​​2-е изд.

    (Наиболее важное немецкое исследование политической философии Канта, оно приводит аргументы в пользу противоречий между либеральными и консервативными элементами; 2-е издание добавляет введение о современном влиянии Канта и включает обширную библиографию.)

  • Китчер П. (1990) Трансцендентальная психология Канта , Оксфорд: Oxford University Press.

    (Защита когнитивной психологии Канта)

  • Корсгаард, К. (1996) Создание королевства концов , Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    (Включает все важные статьи автора по этике Канта, первоначально опубликованные между 1983 и 1993 гг.)

  • Линден, ван дер, Х. (1988) Кантовская этика и социализм , Индианаполис, Индиана, и Кембридж, Массачусетс: Hackett.

    (Обоснование социализма в Канте.)

  • Маккрил, Р. (1990) Воображение и интерпретация в Канте , Чикаго, Иллинойс: University of Chicago Press.

    (герменевтический подход)

  • Longuenesse, B. (1998) Кант и способность судить: чувствительность и дискурсивность в трансцендентальной аналитике критики чистого разума , пер.C.T. Вулф, Принстон, Нью-Джерси: Издательство Принстонского университета.

  • Mc Фарланд, J.D. (1970) Концепция телеологии Канта , Эдинбург: Издательство Эдинбургского университета.

    (Полезный общий обзор на английском языке.)

  • Mc Лафлин П. (1990) Критика телеологии в биологическом объяснении Канта , Льюистон, Нью-Йорк: Эдвин Меллен Пресс.

    (Основное внимание уделяется теории организмов Канта)

  • Мелник, А. (1973) Кантовские аналогии опыта , Чикаго, Иллинойс: University of Chicago Press.

    (Обязательная интерпретация аналогий.)

  • Мельник А. (1989) Пространство, время и мысль у Канта , Дордрехт: Kluwer.

    (Чрезвычайно сложная реконструкция происхождения и содержания кантовской теории эмпирического суждения.)

  • Малхолланд, Л.А. (1990) Система прав Канта , Нью-Йорк: издательство Колумбийского университета.

    (Интересный преемник комментария Грегора к «Метафизике морали».)

  • Нелл, О. (О’Нил) (1975) Действуя по принципу: эссе по кантианской этике , Нью-Йорк: издательство Колумбийского университета.

    (Важнейшее толкование категорического императива.)

  • О ‘ Нил, О. (1989) Конструкции разума: исследования практической философии Канта , Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    (Статьи по интерпретации и применению кантовской этики.)

  • Патон, Х. Дж. (1936) Метафизика опыта Канта: комментарий к первой половине Kritik der reinen Vernunft , Лондон: Джордж Аллен и Анвин, 2 тома.

    (Обширное опровержение «теории лоскутного шитья» Кемпа Смита; как и в современной работе Де Влишауэра, много использует заметки Канта.)

  • Патон, Х.Дж. (1947) Категорический императив: исследование моральной философии Канта , Лондон: Хатчинсон.

    (Классический английский комментарий к Основам.)

  • Праусс, Г.(1974) Kant und das Problem der Dinge an sich (Кант и проблема Ding an sich ) , Бонн: Бувье.

    (Влиятельная презентация «двухаспектной» интерпретации различия между явлениями и вещами в себе.)

  • Райх, К. (1992) Полнота таблицы суждений Канта , пер. Дж. Кнеллер и М. Лосонси, Стэнфорд: издательство Стэнфордского университета.

    (Влиятельная защита метафизической дедукции.)

  • Райли, П. (1983) Политическая философия Канта , Тотова: Роуман и Литтлфилд.

    (Исследует противоречия между либерализмом Канта и его телеологией)

  • Розен, А. Д. (1993) Теория справедливости Канта , Итака, Нью-Йорк: издательство Корнельского университета.

    (Защищает позицию Канта о революции.)

  • Сэвил А. (1987) Эстетические реконструкции: основные труды Лессинга, Канта и Шиллера , Серия 8 Аристотелевского общества, Оксфорд: Бэзил Блэквелл.

    (Полезное сравнительное исследование.)

  • Сэвил, А. (1993) Kantian Aesthetics Pursued , Эдинбург: Издательство Эдинбургского университета.

    (Различные исследования, включая приложения кантовской теории к музыке и архитектуре.)

  • Стросон, П.Ф. (1966) Границы смысла: эссе Канта о критике чистого разума , Лондон: Метуэн.

    (Элегантная реконструкция, основанная на теории значения Стросона, которая стимулировала создание большей части лучших работ по Канту в 1960-х и 1970-х годах.)

  • Vaihinger, H. (1881–92) Commentar zu Kants Kritik der reinen Vernunft (Комментарий Канта к критике чистого разума) , Штутгарт: W.Spemann и Union Deutsche Verlagsgesellschaft, 2 тома.

    (Наиболее подробное исследование Введение и Трансцендентальной эстетики из когда-либо созданных)

  • Уорд, К. (1972) Развитие взглядов Канта на этику , Оксфорд: Бэзил Блэквелл.

    (Единственное современное исследование данной темы на английском языке.)

  • Уильямс, Х. (1983) Политическая философия Канта , Нью-Йорк: Св.Мартина.

  • Уильямс, Х. (1992) Очерки политической философии Канта , Чикаго, Иллинойс: University of Chicago Press.

    (содержит эссе О. Хёффе, В. Керстинга и О. О’Нила и др.)

  • Вольф, Р.П. (1963) Теория ментальной активности Канта: комментарий к трансцендентальной аналитике критики чистого разума, , Кембридж, Массачусетс: издательство Гарвардского университета.

    (Ценный комментарий к дедукции первого издания и второй аналогии)

  • Вуд, А. (1970) Моральная религия Канта , Итака и Лондон: издательство Корнельского университета.

    (Ценное исследование морального богословия Канта)

  • Вуд, А. (1978) Рациональное богословие Канта , Итака и Лондон: издательство Корнельского университета.

    (Исследование критики Кантом традиционных аргументов в пользу существования Бога, в значительной степени опирающееся на лекции Канта.)

  • Йовель, Ю. (1980) Кант и философия истории , Принстон, штат Нью-Джерси: Princeton University Press.

    (аргументирует протогегелевское объяснение кантовской философии исторического прогресса.)

  • Зумбах, К.(1984) Трансцендентная наука: концепция биологической методологии Канта , Гаага: Мартинус Нийхофф.

    (Основное внимание уделяется теории организмов Канта)

  • .

    Post A Comment

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *