Иметь или быть фромм: Читать книгу «Иметь или быть?»📚 онлайн полностью — Эрих Фромм

Содержание

Иметь или быть?. Часть I. О различении понятий «иметь» и «быть» (Эрих Фромм, 1976)

Глава 1

Первый взгляд

Важность понимания разницы между обладанием и бытием

Противопоставление понятий «иметь» и «быть» чуждо «нормальному человеческому сознанию», их противоположность не бросается в глаза.

Обладание представляется нормальной функцией нашей жизни: чтобы жить, нам нужно иметь какие-то вещи; чтобы ими пользоваться, надо сначала их приобрести. В обществе, где высшей целью является цель «иметь» — и «иметь» как можно больше, где о человеке говорят, что он «стоит миллион», — какая же в таком обществе может быть полярность между «иметь» и «быть»? Напротив, создается впечатление, что сама суть и смысл бытия состоит в том, чтобы обладать чем-либо. То есть кто ничего не имеет, тот ничего собой не представляет (тот и не существует).

Многие крупные мыслители альтернативу «иметь» или «быть» ставили в центр своих философских систем. Будда учит, что не нужно стремиться к обретению собственности тому, кто хочет достичь высшей ступени человеческого развития. Иисус говорит: «Ибо, кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее. Ибо что пользы человеку приобресть весь мир, а себя самого погубить или повредить себе?» (Лк 9:24–25). Согласно учению Майстера Экхарта, ничем не обладать и сделать свое существо открытым и «незаполненным», не позволить своему эго встать на пути — есть условие обретения духовного богатства и духовной силы. Маркс считал, что роскошь — это такой же порок, как и нищета; что целью нашей жизни должно быть стремление «быть в состоянии» (для чего в немецком языке употребляется вспомогательный глагол sein), а не «иметь состояние» (для чего в немецком языке употребляется вспомогательный глагол haben), то есть б

ыть многим, а не обладать многим. (Я ссылаюсь здесь на подлинного Маркса, радикального гуманиста, а не на те распространенные фальсификации, которые предлагают советские коммунисты.
)

Дифференцирование понятий «иметь» и «быть» занимает меня давно. Я всегда искал для него эмпирические основания и пытался сделать это с помощью психоаналитических методов на базе конкретного изучения индивидов и групп. И то, что я обнаружил, позволило мне сделать вывод: различение этих категорий стоит в одном ряду с различием между любовью к жизни и любовью к смерти и представляет собой важнейшую проблему человеческого существования. Я считаю, что данные антропологии и психоанализа дают возможность утверждать, что обладание и бытие — это две совершенно разные формы человеческих переживаний: от наличия и интенсивности той или иной формы зависят различия индивидуальных и коллективных характеров.

Примеры из поэзии

Чтобы более выпукло проиллюстрировать различие между двумя формами существования, какими являются обладание и бытие, я приведу два близких по содержанию стихотворения. Они относятся к разным эпохам, но их цитировал покойный Д. Т. Судзуки в своих «Лекциях по дзен-буддизму». Одно из них хокку японского поэта ХVII века Басё (1644–1694), другое принадлежит перу английского поэта XIХ века Теннисона. Оба поэта описали сходные переживания — свою реакцию на цветок, увиденный во время прогулки. В стихотворении Теннисона говорится:

Сквозь древность ты пророс, цветок,

Я из руин тебя извлек

И вот ты на моей ладони —

Головка, корни, стебелек…

О маленький цветок, когда б я мог

Постичь твоей природы корни,

Тебя к груди прижать навек,

Тогда б я понял, что есть Бог

И что есть человек[1].

Хокку Басё в переводе звучит так:

Внимательно вглядись!

Цветы пастушьей сумки

Увидишь под плетнем![2]

Поразительно, насколько разное впечатление производит на Теннисона и Басё случайно увиденный цветок! Первое желание Теннисона — «овладеть» им. Он срывает его целиком, вместе с корнями. И хотя он завершает стихотворение глубокомысленными рассуждениями о том, что этот цветок может помочь ему проникнуть в суть природы Бога и человека, сам цветок обрекается на смерть, становится жертвой проявленного таким образом интереса к нему. Теннисона, каким он предстает в этом стихотворении, можно сравнить с типичным западным ученым, который в поисках истины расчленяет, то есть уничтожает живое существо.

Отношение Басё к цветку совершенно иное. У поэта не возникает желания сорвать цветок, он даже до него не дотрагивается. Он лишь «внимательно вглядывается», чтобы «увидеть» цветок. Вот как комментирует это трехстишие Судзуки: «Вероятно, Басё шел по проселочной дороге и увидел у плетня нечто малоприметное. Он подошел поближе, внимательно вгляделся и обнаружил, что это всего лишь дикое растение, довольно невзрачное и не привлекающее взгляда прохожего. Чувство, которым проникнуто описание этого незамысловатого сюжета, нельзя назвать особенно поэтическим, за исключением, может быть, последних двух слогов, которые по-японски читаются как “kana”.

Эта частица часто прибавляется к существительным, прилагательным или наречиям и приносит ощущение восхищения или похвалы, печали или радости и при переводе в некоторых случаях может быть весьма приблизительно передана с помощью восклицательного знака. В данном хокку все трехстишие заканчивается восклицательным знаком».

Теннисону, как представляется, необходимо обладать цветком, чтобы постичь природу и людей, и в результате этого обладания цветок погибает. Басё хочет просто созерцать, причем не только смотреть на цветок, но стать с ним единым целым — и сохранить ему жизнь. Различие в позициях Теннисона и Басё в полной мере объясняет следующее стихотворение Гёте, описывающее сходную ситуацию:

Гулял я в лесу,

Ничего не искал

В тени цветочек

Я увидал.

Очей прекрасней

И звезд светлей,

Сиял он ярко

Среди ветвей.

Сорвать хотел я,

Но он сказал:

Ужель ты хочешь,

Чтоб я завял?

Я выкопал с корнем

И в сад отнес,

Чтоб с милым домом

Он рядом рос.

И он прижился:

Вокруг благодать,

Здесь так приятно

Весной расцветать[3].

Гёте прогуливался в лесу без всякой цели, когда его взгляд упал на яркий цветок. У Гёте возникает то же желание, что и у Теннисона, — сорвать цветок. Но в отличие от Теннисона Гёте понимает, что сорвать — значит погубить его. Для Гёте этот цветок совершенно живое существо, которое даже разговаривает с поэтом и предостерегает его. Гёте решает эту проблему иначе, нежели Теннисон или Басё. Он выкапывает цветок с корнями и пересаживает его в свой дивный сад, чтобы сохранить ему жизнь.

Гёте стоит где-то между Теннисоном и Басё, но в решающий момент его любовь к жизни берет верх над простой любознательностью. Совершенно очевидно, что в этом прекрасном стихотворении заключена гётевская позиция, его интерес к исследованию природы. В поэзии Теннисона четко просматривается ориентация на обладание, хотя речь идет не о физическом, а о духовном обладании, скорее о приобретении знания, чем материального объекта. Басё и Гёте относятся к цветку с позиции

бытия. Под бытием я понимаю такой способ существования, когда человек ничего не имеет и не жаждет иметь, но счастлив тем, что продуктивно использует свои способности и находится в единстве со всем миром.

Безмерно влюбленный в жизнь, страстный борец против одностороннего и механистического подхода к человеку, Гёте во многих стихах выразил свое отношение к альтернативе «иметь» или «быть». Его «Фауст» — самое драматическое описание конфликта между обладанием и бытием, а Мефистофель — воплощение принципа обладания. Принцип бытия он сводит на нет. В маленьком стихотворении «Собственность» Гёте с величайшей простотой говорит о ценности бытия:

Я знаю, ничем не владею я,

Мое богатство — лишь мысль моя,

Мысль, что родилась в глубинах души,

Тут же на волю излиться спешит.

И каждый миг, что мне послан судьбой,

Я счастлив и буду самим собой[4].

Различие между бытием и обладанием не сводится к различию между восточным и западным образом мышления. Оно характеризует два разных типа общественного сознания: в одних обществах центральное место занимает личность, а в других все внимание сосредоточено на вещах. Ориентация на обладание характерна для западного индустриального общества, в котором смысл жизни состоит в погоне за деньгами, славой и властью. В обществах, в которых отчуждение выражено в меньшей степени и которые не заражены идеями современного «прогресса» (например, в средневековом обществе, у индейцев зуни и африканских племен), существуют свои мыслители типа Басё.

Возможно, через несколько поколений в результате индустриализации и у японцев появятся свои Теннисоны. Дело не в том, что западный человек (как полагал Юнг) не может до конца постичь философские системы Востока (например, дзен-буддизм), а в том, что современный человек не может понять дух общества, которое не ориентировано на собственность и потребительскую жадность. И действительно, сочинения Майстера Экхарта трудны для понимания, как и буддизм или идеи Басё, но в сущности учение Экхарта и буддизм — это лишь два диалекта одного и того же языка.

Языковые перемены

За последние столетия можно фиксировать некоторое смещение акцентов в употреблении глаголов «быть» и «иметь». Так, например (вопреки языковой норме германских языков), действие все чаще обозначается словосочетанием с глаголом «haben» (иметь).

Существительное — это обозначение вещи. Я могу сказать, что обладаю вещами (имею вещи), например, у меня есть (я имею) стол, дом, книга, автомобиль. Для обозначения действия или процесса нормально употреблять глаголы, например, я существую, я люблю, я желаю, я ненавижу и т. д. Однако все чаще действие выражается через понятие «обладания», то есть вместо глагола употребляется иметь + существительное. Но подобное словоупотребление претит языковой норме, так как процессами и действиями нельзя обладать, их можно только осуществлять (испытывать или проживать).

Давние наблюдения: от дю Маре к Марксу

Пагубные последствия этой ошибки были замечены еще в XVIII веке. Дю Маре очень точно изложил эту проблему в своей посмертно опубликованной работе «Истинные принципы грамматики» (1769). Он пишет: «Так, в высказывании “У меня есть (я имею) часы” выражение “У меня есть (я имею)” следует понимать буквально; однако в высказывании “У меня есть идея (я имею идею)” выражение “У меня есть (я имею)” употребляется лишь по аналогии. Такая форма выражения является неестественной. В данном случае выражение “у меня есть идея (я имею идею)” означает “я думаю”, “я представляю себе это так-то и так-то”. Выражение “у меня есть тоска” означает: “я тоскую”; “у меня есть желание, намерение” означает: “я хочу” и т. д.»[5].

Спустя столетие после того, как Дю Маре обратил внимание на тенденцию заменять глаголы существительными, Маркс и Энгельс в «Святом семействе» обсуждали эту проблему, но гораздо более радикальным образом. Их критика «Критической критики» Бауэра включает небольшое, но очень важное эссе о любви, где приводится следующее утверждение Бауэра: «Любовь… — это жестокая богиня, которая, как всякое божество, стремится завладеть всем человеком и не удовлетворяется до тех пор, пока человек не отдаст ей не только свою душу, но и свое физическое “Я”. Ее культ, это — страдание, вершина этого культа — самопожертвование, самоубийство».

В ответ Маркс и Энгельс пишут: «Г-н Эдгар Бауэр превращает любовь в “богиню”, и притом в “жестокую богиню”, тем, что из любящего человека делает человека, подвластного любви: он отделяет от человека “любовь” как особую сущность и, как таковую, наделяет ее самостоятельным бытием» (Маркс К. , Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 22–23). Маркс и Энгельс указывают здесь на примечательную лингвистическую тенденцию: употребление существительного вместо глагола. Существительное «любовь» — это только абстракция реальной деятельности, которая называется глаголом «любить». Превращенная в существительное «любовь» оторвана от человека как субъекта действия. Любящий человек превращен в человека любви, любовь превращена в богиню, в идола, на которого человек проецирует свою любовь; в этом процессе отчуждения он перестает испытывать любовь, его способность любить находит свое выражение в поклонении «богине любви». Он перестал быть активным, чувствующим человеком; вместо этого он перевоплотился в отчужденного идолопоклонника, который погибнет, если утратит контакт со своим кумиром.

Современное словоупотребление

За два столетия, прошедших после Дю Маре, тенденция заменять глаголы существительными приобрела небывалый размах. Вот типичный, хотя, возможно, и несколько утрированный пример из современного языка. Представим себе некую даму, которая начинает беседу с психоаналитиком следующим образом: «Доктор, у меня имеется проблема, у меня бессонница. Хотя я имею прекрасный дом, чудесных детей и у меня счастливый брак, я испытываю беспокойство». Несколько десятилетий назад вместо «у меня имеется проблема» эта пациентка, вероятно, сказала бы «меня беспокоит», вместо «у меня бессонница» — «я не могу заснуть», а вместо «у меня счастливый брак» — «я счастлива в браке».

Современный стиль речи свидетельствует о наличии высокой степени отчуждения в современной жизни. Когда я говорю «у меня есть проблема» вместо «я обеспокоен», субъективный опыт как бы исключается: «я» как субъект переживания отодвигается на задний план, а на авансцену выдвигается объект обладания. Личное «я» заменено безличным присутствием проблемы. Я преобразовал свои чувства в некий объект, которым я владею, а именно в проблему. Но слово «проблема» — это абстрактное обозначение любого рода трудностей. Я не могу «иметь» проблему, потому что это не вещь, которой можно обладать, скорее, проблема может мною завладеть. Иными словами, я сам себя превратил в «проблему», и вот теперь мое творение владеет мною. Такой способ овладения обнаруживает скрытую завуалированную форму отчуждения.

Можно, конечно возразить, что бессонница — это такой же симптом физического состояния, как боль в горле или зубная боль, и потому мы вроде бы вправе сказать: «у меня бессонница», как и «у меня болит горло». И все же некоторое различие здесь есть: боль в горле или зубная боль — это телесные ощущения, которые могут быть более или менее сильными, однако психическая сторона их выражена слабо. У меня может быть больное горло, поскольку у меня есть горло, и может быть зубная боль, поскольку есть зубы. Бессонница же, напротив, является не телесным ощущением, а неким состоянием психики, когда человек не может уснуть. Если я говорю «у меня бессонница» вместо «я не могу уснуть», то я таким образом обнаруживаю свое желание избавиться от ощущения тревоги, беспокойства и напряжения, которые не дают мне уснуть, и бороться с явлением психического порядка так, как если бы это был симптом физического состояния.

Конец ознакомительного фрагмента.

Иметь или быть?. Предисловие (Эрих Фромм, 1976)

Книга, которая никогда не утратит своей актуальности. Что важнее: обладание предметами материальной культуры или осмысленное бытие, когда человек осознает и наслаждается каждым мигом быстротекущей жизни? В своей работе «Иметь или быть?» Фромм очень ясно и подробно исследует причины формирования отношений по принципу «Ты мне – я тебе» и наглядно демонстрирует, к чему это в конечном итоге приводит. В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Оглавление

Чем меньше ты есть, чем меньше ты внешне демонстрируешь свою жизнь, тем больше ты имеешь, тем значительнее твоя подлинная, внутренняя жизнь.

Карл Маркс

Серия «Новая философия»

Erich Fromm

HABEN ODER SEIN?

Перевод с немецкого Э. М. Телятниковой

Оформление обложки В.А. Воронина

Печатается с разрешения The Estate of Erich Fromm and of Annis Fromm и литературного агентства Liepman AG, Literary Agency.

Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers. Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

Эта книга продолжает два направления моих предыдущих исследований. Прежде всего — это продолжение работы в области радикально-гуманистического психоанализа; здесь я специально концентрирую внимание на анализе эгоизма и альтруизма как двух фундаментальных вариантах направленности личности. В третьей же части книги я продолжаю тему, начатую в двух моих работах («Здоровое общество» и «Революция надежды»), содержанием которых является кризис современного общества и возможности его преодоления. Естественно повторение ранее высказанных мыслей, но я надеюсь, что новый подход к проблеме в этой маленькой книге и более широкий контекст утешит даже тех читателей, которые хорошо знакомы с моими ранними работами.

Название этой книги почти совпадает с названием двух ранее опубликованных трудов. Это книга Габриэля Марселя «Быть и иметь» и книга Бальтазара Штеелина «Обладание и бытие». Все три работы написаны в духе гуманизма, но взгляды авторов расходятся: Г. Марсель выступает с теологических и философских позиций; в книге Б. Штеелина идет конструктивная дискуссия материализма и идеализма в современной науке и это представляет определенный вклад в анализ действительности.

Темой же моей книги является эмпирический психологический и социологический анализ двух способов существования. Читателям, которых эта тема интересует серьезно, я рекомендую прочитать и Г. Марселя, и Б. Штеелина. (Я до последнего времени и сам не знал, что существует опубликованный английский перевод книги Марселя, и пользовался в своих целях очень хорошим частным переводом этой книги, который сделал для меня Беверли Хьюз. В библиографии указано официальное английское издание.)

Стремясь сделать книгу более доступной читателю, я сократил до предела число примечаний и сносок. Отдельные библиографические ссылки даны в тексте в скобках, а точные выходные данные следует смотреть в разделе «Библиография» в конце книги.

Остается только приятная обязанность поблагодарить тех, кто внес свой вклад в улучшение содержания и стиля книги. Первым я хотел бы назвать Райнера Функа, который во многих аспектах оказал мне огромную помощь: он помог мне в долгих дискуссиях глубже проникнуть в сложные проблемы христианского вероучения; он был неутомим в подборе для меня теологической литературы; он много раз прочел рукопись, и его блестящая конструктивная критика и рекомендации неоценимы в деле улучшения рукописи и устранения недостатков. Я не могу не выразить благодарность Марион Одомирок, которая своей замечательной и чуткой редактурой существенно способствовала улучшению текста. Благодарю также Джоан Хьюз, которая с редкой добросовестностью и терпением перепечатывала многочисленные версии текста и не раз подсказывала мне удачные стилистические обороты. Наконец, я должен поблагодарить Аннис Фромм, которая прочла в рукописи все варианты книги и высказала немало ценных замечаний. Что касается немецкого издания, то особую благодарность я выражаю Бригитте Штайн и Урсуле Локе.

Э. Ф.

Иметь или быть Фромм читать, Иметь или быть Фромм читать бесплатно, Иметь или быть Фромм читать онлайн

Иметь или быть

Ромм Эрих Иметь или быть

Величие и ограниченность самого Фромма

Эрих Фромм (1900-1980) – немецко-американский философ, психолог и социолог, основоположник неофрейдизма. Неофрейдизм – это получившее распространение главным образом в США направление современной философии и психологии, сторонники которого соединили психоанализ 3. Фрейда с американскими социологическими теориями. К числу наиболее известных представителей неофрейдизма относятся Карен Хорни, Гарри Салливен и Эрих Фромм.

Неофрейдисты подвергли критике ряд положений классического психоанализа в толковании внутрипсихических процессов, но сохранили при этом важнейшие компоненты его концепции (учение об иррациональных мотивах человеческой деятельности, изначально присущих каждому индивиду). Названные ученые перенесли центр тяжести на исследование межличностных отношений. Они сделали это, стремясь ответить на вопросы о человеческом существовании, о том, как человек должен жить и что он должен делать.

Причиной неврозов у человека неофрейдисты считают тревогу, которая зарождается еще у ребенка при столкновении с враждебным ему миром и усиливается при недостатке любви и внимания. Позже такой причиной оказывается невозможность для индивида достичь гармонии с социальной структурой современного общества, которое формирует у человека чувства одиночества, оторванности от окружающих, отчуждение. Именно общество неофрейдисты рассматривают как источник всеобщего отчуждения. Оно признается враждебным коренным тенденциям развития личности и преображения ее ценностных, практических идеалов и установок. Ни одно из социальных устройств, которое знало человечество, не было направлено на развитие личностного потенциала. Напротив, социумы разных эпох оказывали давление на личность, трансформировали ее, не позволяли развиться лучшим задаткам человека.

Поэтому, считают неофрейдисты, через исцеление индивида может и должно произойти оздоровление всего общества.

В 1933 г. Фромм эмигрировал в США. В Америке Фромм сделал чрезвычайно много для развития философии, психологии, антропологии, истории и социологии религии.

Называя свое учение “гуманистическим психоанализом”, Фромм отошел от биологизма Фрейда в стремлении выяснить механизм связи между психикой индивида и социальной структурой общества. Он выдвинул проект создания, в частности в США, гармонического, “здорового” общества на основе психоаналитической “социальной и индивидуальной терапии”.

Работа “Величие и ограниченность теории Фрейда” во многом посвящена размежеванию с основоположником фрейдизма. Фромм размышляет о том, как контекст культуры воздействует на мышление исследователя. Мы знаем сегодня, что философ не свободен в своем творчестве. На характер его концепции влияют те мировоззренческие схемы, которые господствуют в обществе. Исследователь не может выпрыгнуть из своей культуры. Глубоко и оригинально мыслящий человек оказывается перед необходимостью излагать новую идею языком своего времени.

У каждого общества есть собственный социальный фильтр. Общество может оказаться не готовым к восприятию новых концепций. Жизненный опыт любого отдельно взятого сообщества обусловливает не только “логику”, но в известной мере и содержание философской системы. Фрейд продуцировал гениальные идеи. Его мышление было парадигмальным, т. е. оно рождало революцию в сознании людей. Некоторые культурологи, например Л. Г. Ионин, полагают, что в европейской истории можно выделить три радикальных революции в мышлении.

Первая революция – это коперникианский переворот в сознании. Благодаря открытию Коперника стало ясно, что человек вовсе не является центром мироздания.

Огромные безмерные пространства космоса совершенно равнодушны к чувствованиям и переживаниям человека, ибо он затерян в космических глубинах. Разумеется, это эксклюзивное открытие. Оно решительно меняет человеческие представления и влечет за собой переоценку всех ценностей.

Другое радикальное открытие принадлежит Фрейду. Многие столетия люди считали, что главный дар человека – это его сознание. Оно возвышает человека над природным царством и определяет человеческое поведение. Фрейд разрушил это представление. Он показал, что разум – это всего лишь полоска света в глубинах человеческой психики. Сознание окружено материком бессознательного. Но главное состоит в том, что именно эти бездны неосознанного оказывают решающее воздействие на человеческое поведение, во многом обусловливают его.

Наконец, последнее радикальное открытие состоит в том, что европейская культура вовсе не является универсальной, единственной. На земле существует множество культур. Они автономны, суверенны. Каждая из них обладает собственной судьбой и безмерным потенциалом. Если культур огромное множество, то как должен вести себя человек перед лицом этого факта? Должен ли он искать собственную культурную нишу и хранить себя в ней? А может быть, эти культуры перекликаются, находятся в близости друг другу?

Культуры давно перестали быть герметически закрытыми ареалами. Неслыханная миграция населения, в результате которой экзотические духовные веяния пронеслись над миром, многократно обогнув земной шар. Грандиозные кросскультурные контакты.

Межнациональные браки. Экуменические волны. Проповеднические призывы, несущиеся с экрана. Опыты межрелигиозного вселенского диалога. Может быть, следует противостоять этим тенденциям? Именно так рассуждают фундаменталисты. Они предупреждают о порче великих заветов. Они твердят о том, что осколки и фрагменты разнородных культурных веяний никогда не сложатся в органическое целое*. Что же такое человек в этом странном мире? Он не только ныне предоставлен самому себе, лишившись прежней теологической опоры, он не только оказывается жертвой собственных иррациональных порывов, но утратившим саму возможность глубинно отождествлять себя с космосом разнородных культур. В этих условиях внутреннее самочувствие человека оказывается подорванным.

Фромм справедливо указывает на величие и ограниченность фрейдовской концепции.

Она, разумеется, предложила принципиально новые схемы мышления. Но, как подмечает Э. Фромм, Фрейд все равно остался пленником своей культуры.

Многое из того, что было значимым для основоположника психоанализа, оказалось лишь данью времени. Здесь Фромм и усматривает грань между величием и ограниченностью фрейдовской концепции.

Да, Фромм наш современник. Но вот прошло менее двух десятилетий, как он ушел из жизни, и уже сегодня можно сказать, что, рассуждая о Фрейде, Фромм сам демонстрирует некую временную ограниченность. Многое из того, что казалось бесспорным Фромму, сегодня кажется далеко не очевидным. Фромм неоднократно повторял, что истина спасает и лечит. Это древняя мудрость. Мысль о спасительности истины оказывается общей для иудаизма и христианства, для Сократа и Спинозы, Гегеля и Маркса.

В самом деле, поиск истины является глубокой, обостренной потребностью человека.

Пациент приходит к врачу, и вместе они блуждают по закоулкам памяти, в глубинах бессознательного, чтобы обнаружить спрятанное, погребенное там. При этом, открывая тайное, человек нередко испытывает потрясение, мучительное и болезненное. Еще бы – порою в ярусах бессознательного таятся вытесненные драматические воспоминания, глубоко травмирующие душу человека. Так надо ли пробуждать эти воспоминания? Стоит ли заставлять пациента переживать заново былые жизненные катаклизмы, детские обиды, мучительно болезненные впечатления?

Пусть лежат себе на дне души, никем не потревоженные, забытые… Однако из психоанализа известно нечто поразительное. Не лежат, оказывается, былые обиды на дне души – позабытые и безвредные, но тайно управляют делами и судьбой человека. И напротив! Как только луч разума касается этих давних душевных травм, внутренний мир человека преображается. Так начинается исцеление… Но действительно ли искание истины вполне очевидная потребность человека?

Можно сказать, что Фромм здесь выглядит не вполне убедительным. В XX в. разные мыслители, идущие к познаванию субъективности человека, пришли к одному выводу.

Истина вовсе не вожделенна для человека. Напротив, многих устраивает иллюзия, греза, фантом. Человек не ищет правды, он ее боится, а поэтому нередко рад обманываться.

Огромные перемены, происходящие в стране, казалось бы, должны вернуть нам благоразумие, трезвость рассудка, идейную незаангажированность. Можно было бы ожидать, что распад моноидеологии приведет повсеместно к утверждению свободной мысли. Между тем нет сейчас более расхожего слова, нежели “миф”. Им обозначают не только прежнюю идеологизированность сознания. С мифом связывают и нынешнюю иллюзорность многих социальных проектов. Одним и тем же знаком метят сторонников рынка и тех, кто испытывает ностальгию по социализму, западников и славянофилов, приверженцев русской идеи и поклонников глобализма, провозвестников личности и державников, демократов и монархистов. А коли это так, то что же все-таки такое миф?

Миф – выдающееся достояние человеческой культуры, ценнейший материал жизни, тип человеческого переживания и даже способ – уникальный существования. В мифе воплощаются тайные желания человека, в частности, его галлюцинаторный опыт и драматургия бессознательного. Индивиду психологически неуютно в разорванном, расколотом мире. Он интуитивно тянется к нерасчлененному мирочувствованию.

Миф освящает человеческое существование, придает ему смысл и надежду. Он помогает одолеть безжалостную, критическую направленность сознания. Вот почему люди так часто отступают от трезвой мысли, отдавая предпочтение миру мечты.

Разумеется, Фромм понимал специфику мифа. Миф, как это очевидно, не строго аналитическое знание, но вместе с тем и не хаотичен. В нем есть своеобразная логика, которая позволяет освоить огромный материал бессознательного и иррационального, накопленный человечеством. К. Юнг и Э. Фромм, обращаясь к языку символов, который был столь понятен древним, стали прочитывать в мифе глубинный, неисчерпаемый и универсальный смысл.

Обратимся, например, к той роли, которую играет миф в блистательной литературе латиноамериканских стран. На долю того или иного персонажа нередко выпадает удивительная, постоянно возобновляющаяся судьба. Он как бы приговорен воспроизводить некий архетип жизни, неоднократно разыгрываемый на подмостках истории. Но в этом кружении времен проглядывает нечто вселенское, что никак нельзя назвать просто миражом. Напротив, выявляется некая неразложимая правда, за зыбкостью и многообразием происходящего проступает неизмеримо более глубокая тайная реальность и… истина. Человек бежит от истины в миф, но в мифе обретает истину? Или наоборот? Человек ищет истину, а обретает миф?

Мы не можем сегодня однозначно ответить на вопрос, что же является глубинным устремлением человека, – искание правды или тайное влечение к грезе, к мечте.

Да, величие Фрейда состоит в том, что он распространил метод обретения истины на ту сферу, в которой человек прежде видел лишь царство грез. На богатом эмпирическом материале Фрейд показал, что путь избавления от болезненных душевных состояний заключается в проникновении человека в собственные психические глубины. Однако добавим от себя, Фрейд, как и Фромм, не ответили на вопрос, как это совмещается с глубинным влечением человека к фантасмагориям, к иллюзиям, грезам, с неприятием истины.

Фромм исследует своеобразие научного метода Фрейда. Он отвергает как упрощенное представление будто истинность теории зависит от возможности ее экспериментальной проверки другими при условии получения одних и тех же результатов. Фромм показывает, что история науки – это история ошибочных, но плодотворных утверждений, чреватых новыми неожиданными догадками.

Рассуждения Фромма о научном методе интересны, но они нередко не учитывают новых подходов к теории познания. За последние десятилетия сформировались по этим вопросам принципиально новые позиции, отличные от тех, которые занимал Фромм, что выявляет рамки применимости

Иметь или быть Фромм читать, Иметь или быть Фромм читать бесплатно, Иметь или быть Фромм читать онлайн

Иметь или быть

фроммовской методологии.

Можно было бы сказать, прежде всего о специфике гуманитарного знания, т. е. знания о человеке, человечестве. Когда, например, мы изучаем общество, осмысливаем его законы, приходится сразу признать, что законы природы, которые кажутся универсальными, здесь явно не годятся. Мы тотчас же обнаруживаем фундаментальное различие между конкретными науками и гуманитарным знанием.

Естественные законы выражают постоянную взаимосвязь и регулярность природных феноменов. Они не могут быть созданы. Один безумец сказал: “Я автор сорока законов природы”. Это, разумеется, слова сумасшедшего. Природные законы нельзя придумать или нарушить. Они не творятся, а открываются, да и то – аппроксимативно.

Общественные законы принципиально иные по характеру. Они обусловлены человеческой активностью. В своей деятельности и общении люди руководствуются целями, которые они пытаются реализовать. У человека есть потребности, которые он стремится удовлетворить. Он руководствуется собственными жизненными и практическими установками. Никакой постоянной взаимосвязи и регулярности явлений здесь не может быть. Те ориентиры, которыми люди руководствуются в жизни, постоянно меняются. Они могут быть нарушены. Их можно преобразовать, отменить. В обществе нередко события развиваются непредсказуемо.

Мы сегодня отдаем себе отчет в том, что психоанализ является не только научной теорией. Это – философия, терапевтическая практика. Фрейдовская философия связана с исцелением души. Она не сводится к экспериментальному научному знанию.

Фромм рассуждает о научном методе, но психоанализ, как известно, сближается с этически ориентированными концепциями и школами Востока и Запада:

буддизмом и даосизмом, пифагорейством и францисканством.

А. М. Руткевич отмечает: “Сегодня психоанализ представляет собой некий суррогат религии для утративших веру и выбитых из традиционной культуры европейцев и американцев. Вместе с экзотическими восточными учениями, оккультизмом, биоэнергетикой и другими “плодами просвещения” психоанализ занимает в душе западного человека место, освобожденное христианством”*.

Итак, мы видим, с одной стороны, попытку Фромма представить метод Фрейда как сугубо научный, т. е. соотнесенный с разумом, сознанием, логикой, с другой стороны, – фрейдизм как современную мифологию. Но ведь и сам Фрейд называл свою мета-психологию мифом. К. Поппер и Л. Витгенштейн, сопоставляя психоанализ с требованиями научной рациональности, тоже оценили теорию Фрейда как миф.

При этом аргументация сводилась к следующим тезисам. Положения и выводы психоанализа неверифицируемы, непроверяемы ни посредством фактов, ни посредством рациональных процедур. Их следует просто принять на веру. Тем более что основное назначение психоанализа – психотерапия, как и у идеологии или религии.

В письме к А. Эйнштейну в 1932 г. Фрейд писал: “Может быть, Вам покажется, что наши теории являются своего рода мифологией, а в данном случае к тому же и нестройной. Но разве не каждая наука приходит в конце концов к такого рода мифологии? Разве нельзя то же самое сегодня сказать о Вашей физике?”*.

Действительно, многие современные исследователи в наши дни полагают, что наука вообще не добывает истину…

С точки зрения современной теории, психоанализ невозможно обвинить в том, что он якобы недостаточно научен, ибо различные образы мира также обусловлены и социально-психологическими, и культурологическими, и познавательными факторами.

Но психоанализ обвиняют также в том, что он не до конца мифологичен. Врач имеет дело с одним пациентом, вторгается в его сугубо внутренний мир.

Психоаналитик не обращается к традиции; он расщепляет душевный мир на феномены, но при этом не обеспечивает настоящего синтеза души. Психоанализ, стремясь дать психологическое объяснение, например религии, в конечном счете устраняет высшие ориентиры, без которых нельзя до конца понять феномен личности. Французский эзотерик Р.

Генон усматривает поэтому в психоанализе “сатанинский искус”.

Итак, статус научности, который пытается отстоять Фромм по отношению к концепции Фрейда, оказывается зыбким. Для многих фрейдизм ненаучен. Однако сегодня психоанализ равно обвиняют не только в недонаучности, но и недомифологичности, а так же… в научности и мифологичности. Эта теория ориентирована на познание истины и на толкование смысла. Стратегия научного разума осознается в нем как экспериментальный метод**. Это одна сторона фроммовского анализа наследия Фрейда. Но на этом Фромм не останавливается.

М., 1994.] Фромм упрекает Фрейда в том, что тот испытывал глубокое влияние буржуазного сознания. Основатель психоанализа воспроизводил-де определенные схемы мышления, которые диктовались капиталистическим образом жизни. А разве нельзя в этом упрекнуть самого Фромма? Да, он проницательный социальный критик капитализма, приверженец гуманистического социализма. Этим объясняется его огромный интерес к Марксу и высокая оценка Марксовой экспертизы капиталистического общества.

Как и Маркс, Фромм предлагает концепцию “здорового общества”. Однако что она представляет собой, если в нее вглядеться? Это социализм с “человеческим лицом”.

“Выпрямление” человеческой сущности, снятие деструктивных последствий капитализма, преодоление отчуждения, отказ от обожествления экономики и государства, – вот узловые тезисы фроммовской программы. Она не только утопична, как и марксистская, но и предельно далека от современной реальности.

Время оказалось безжалостным к этой утопической грезе. Можно, конечно, упрекнуть Фрейда во временной ограниченности, но нельзя его обвинить в том, что он эту ограниченность попытался навязать миру как глобальный утопический проект.

Позиции Фромма в этом вопросе куда как уязвимее.

Наконец, Фромм упрекает Фрейда в том, что тот следовал буржуазным авторитарно-патриархальным установкам. Фрейд-де по аналогии с тем, как в обществе большинство контролируется правящим меньшинством, душу ставил под авторитарный контроль Эго и Супер-Эго. Однако, по мнению Фромма, только авторитарной системе, высшей целью которой является сохранение существующего положения вещей, необходимы такая цензура и постоянная репрессивная угроза.

Фромм оспаривает предложенную Фрейдом структуру личности. Однако до сих пор эта структура оказывается объектом психоаналитической рефлексии. Последователи Фрейда по-разному представляют драматургию сознательного и бессознательного, но сохраняют эту структуру в качестве фундамента теории. Конечно, различные уровни психики могут рассматриваться, как это сделал Юнг, в качестве взаимодополнительных, а не иерархически подчиненных. Но данные уровни психики в известном измерении действительно не равнозначны. В психоанализе Э. Фромма проводится различие между принципом “быть” и принципом “обладать”. Модус бытия имеет в качестве своих предпосылок независимость, свободу и критический ум. Его основная характерная черта активность человека, но не в смысле внешней занятости, а в смысле внутреннего подвижничества, продуктивного использования им своих человеческих потенций. Быть активным – значит дать проявиться своим способностям, таланту, всему богатству человеческих дарований, которыми, хотя и в разной степени, наделен, по мнению Э. Фромма, человек.

Быть – это значит обновляться, расти, изливаться, вырываться из стен своего изолированного “я”, испытывать глубокий интерес, страстно стремиться к чему-то, отдавать. Э. Фромм подчеркивал, что обладание и бытие не есть некие отдельные качества человека. Они – два основных способа существования, два разных вида самоориентации и ориентации в мире, две различных структуры характера, преобладание одной из которых определяет все, что человек думает, чувствует и делает.

Те культуры, которые поощряют жажду наживы, а значит модус обладания, опираются на одни потенции человека; те же, которые благоприятствуют бытию и единению, опираются на другие. Позиция Фромма имеет немало сторонников, которых привлекают в ней романтичность и некоторая льстящая самолюбию надмирность. Однако в большинстве своем прагматично ориентированное человечество выверяет свое бытие ироничным вопросом: “Если вы такие умные, то почему вы такие бедные?” В современном обществе принято считать, что обладание как способ существования присуще природе человека, позволяет ему реализовать себя и, следовательно, практически неискоренимо. Истина состоит в том, что оба способа существования – и обладание, и бытие – суть потенциальные возможности человеческой природы, а может быть, и две стороны одной медали – человеческой жизни.

Павел Гуревич, проф.

Иметь или быть?

Действовать – значит быть.

Лао-Цзы

Люди должны думать не столько о том, что они должны делать, сколько о том, каковы они суть.

Майстер Экхарт

Чем ничтожнее твое бытие, чем меньше ты проявляешь свою жизнь, тем больше твое имущество, тем больше твоя отчужденная жизнь…

Карл Маркс

Предисловие

В данной книге я вновь обращаюсь к двум главным темам, которые рассматривались мной в предыдущих работах. Во-первых, я продолжил в ней свои исследования в области радикально-гуманистического психоанализа, сконцентрировав внимание на анализе эгоизма и альтруизма как двух основных ориентаций характера. В конце книги, а именно в третьей части, получила дальнейшее развитие тема, которой я непосредственно касался в книгах “Здоровое общество” и “Революция надежды”:

кризис современного общества и возможности его преодоления. При этом неизбежно повторение ранее высказанных мыслей, но я надеюсь, что новая точка зрения, с которой написана эта небольшая работа, а также тот факт, что я расширил в ней рамки своих прежних концепций, послужат компенсацией даже для тех читателей, которые знакомы с моими предыдущими работами.

Название этой книги почти идентично названию двух других, ранее вышедших книг. Я имею в виду “Быть и иметь” Габриеля Марселя и “Обладание и бытие”

Бальтазара Штеелина. Все три книги написаны в духе гуманизма, но авторы совершенно по-разному подходят к проблеме: Марсель рассматривает ее с теологической и философской точек зрения; книга Штеелина представляет собой конструктивное обсуждение материализма в современной науке и является своеобразным вкладом в Wirklichkeitsanalyse*; данная же книга содержит эмпирический психологический и социальный анализ двух способов существования. Я рекомендую названные выше книги Марселя и Штеелина тем читателям, которые действительно интересуются этой темой.

(До недавнего времени я не знал об издании английского перевода книги Марселя и потому читал ее в великолепном переводе, который был сделан специально для меня Беверли Хьюзом. В Библиографии же указан изданный перевод книги.)

Для того чтобы книга была более читабельной, число подстрочных примечаний, а также их объем сведены к минимуму. Точные названия книг, ссылки на которые встречаются в тексте в скобках, следует искать в Библиографии.

Теперь мне осталось лишь выполнить приятную обязанность и выразить свою признательность тем, кто способствовал улучшению содержания и стиля этой книги.

Прежде всего я хочу принести благодарность Райнеру Функу, оказавшему мне большую помощь: наши продолжительные беседы с ним помогли мне глубже понять тонкости христианской теологии; он безотказно снабжал меня рекомендациями по теологической литературе; он несколько раз прочитал рукопись, и его блестящие конструктивные предложения и

прости нас, Эрих Фромм, мы все потеряли? — Моноклер

Рубрики : Общество, Последние статьи, Психология

«Иметь или быть» — одна из последних работ немецкого философа, социолога и психолога Эриха Фромма, в которой он пытался разобраться, что представляет собой человек на исходе XX века, какие мотивы им движут, почему модус обладания оказался для него ближе, чем модус истинного бытия, и есть ли у нас перспективы выхода из этого положения. С момента написания книги прошло почти полвека — изменилось ли что-нибудь?

Прошло чуть менее 50 лет с момента выхода книги «Иметь или быть» философа, психолога и основоположника неофрейдизма Эриха Фромма. В своем труде он попытался проанализировать истоки эгоизма и альтруизма, а также предложил несколько вариантов путей преодоления кризиса современного общества. Мы решили рассмотреть некоторые положения его труда и, всмотревшись в то, что мельтешит в новостных лентах сегодня, проанализировать, удалось ли нам оправдать надежды Фромма на создание «нового человека» или мы, как герои мема: «все про***ли»? ⓘАнализ проводится по актуальным новостям со всего мира, хотя Фромм в те годы выступал в качестве критика западного общества, тем не менее на сегодняшний день его текст актуален для всего мира. — Прим.автора.

С первых страниц

Фромм:

С самого начала индустриального века надежду и веру поколений питали Великие Обещания Безграничного Прогресса — предчувствия материального изобилия, личной свободы, господства над природой, т.е. наибольшего счастья для наибольшего числа людей. Известно, что наша цивилизация началась, когда человек научился в достаточной степени управлять природой, но до начала века индустриализации это управление было ограниченным. <…>Мы думали, что можем стать высшими существами, которые могут создать, используя природу в качестве строительного материала, новый мир.

Мужчины и все в большей и большей степени женщины, испытав новое чувство свободы, стали хозяевами своей жизни: свободный от оков феодализации человек мог (или думал, что может) делать то, что хотел. <…>Социализм и коммунизм вскоре превратились из движений, имеющих целью создание нового общества и формирование нового человека, в движение, идеалом которого стал буржуазный образ жизни для всех, а эталоном мужчин и женщин будущего сделался буржуа. Предполагали, что богатство и комфорт в итоге принесут всем безграничное счастье. Возникла новая религия — Прогресс, ядро которого составило триединство неограниченного производства, абсолютной свободы и безбрежного счастья.

<…> «Индустриальный век не сумел выполнить Великие Обещания, и все большее число людей» начали приходить к выводу, что «экономический прогресс затронул ограниченное число богатых наций, и пропасть между богатыми и бедными странами все более увеличивается».

Ответ современности

Только вдумайтесь: согласно анализу Высшей школы экономики и Института исследований и экспертизы Внешэкономбанка 3% граждан России, то есть самые обеспеченные люди страны, владеют 89% (!!!) всех финансовых активов, 89% всех наличных сбережений и 92% всех срочных вкладов.

Аналитики добавляют, что хотя средние доходы богатых за пять лет – с 2013-го по 2018 годы — снижались, активы, наличные и вклады все сильнее концентрируются у этих 3% населения.

А как насчет новости о том, что, помимо огромной пропасти между доходами бедных и богатых, в самое ближайшее время классовый барьер будет выражен в годах жизни? Ожидается, что разница средней продолжительности жизни между высшим и низшим классами в США составит 15-20 лет! И тенденция идет к росту этой разницы.

Все новое прекрасно!

Фромм:

При обсуждении проблемы собственности необходимо иметь в виду, что основной тип отношения к собственности, распространенный в XIX веке, начал после первой мировой войны постепенно исчезать и в наши дни стал редкостью. В прежние времена человек относился ко всему, чем он владел, бережно и заботливо, и пользовался своей собственностью до тех пор, пока она могла ему служить. Делая покупку, он хотел надолго сохранить ее, и лозунгом XIX века вполне могло бы быть: «Все старое прекрасно!». В наше время акцент перенесен на сам процесс потребления, а не на сохранение приобретенного, и сегодня человек покупает, чтобы в скором времени выбросить покупку. Будь то автомобиль, одежда или какая-нибудь безделушка — попользовавшись своей покупкой в течение некоторого времени, человек устает от нее и стремится избавиться от «старой» вещи и купить последнюю модель. Приобретение — временное обладание и пользование — выбрасывание (или, если возможно, выгодный обмен на лучшую модель) — новое приобретение — таков порочный круг потребительского приобретения. Лозунгом сегодняшнего дня поистине могли бы стать слова: «Все новое прекрасно!».

Ответ современности

Опуская очевидные примеры с гонкой за новыми гаджетами и моделями смартфонов, здесь мы решили остановиться на примерах так называемых экобрендов, которые выпускают одежду из натуральных материалов, однако такая одежда не отличается долговечностью. Ярким примером тому могут служить кроссовки компании Allbirds Джоуи Цвиллингера и Тима Брауна, изготовленные из шерсти и эвкалиптового волокна.

Это новая веха в жизни кроссовок, сегодня есть запрос на удобную повседневную обувь, в офисе тебя никто не заставляет надевать строгие узкие туфли, а сразу после работы ты можешь устроить небольшую прогулку по паркам и скверам и не станешь выбиваться. Ты можешь самовыражаться, выбирая себе обувь. В этих кроссовках, очевидно, хорошо все — производители продают ее без магазинов-посредников, то есть напрямую, сделаны они из эко-материалов, легкие (хотя говорят, что в жару в них потеет нога), минус только один — они очень и очень недолговечны.

Здесь стоит оговориться, что в последние годы все же дает о себе знать тренд на разумное потребление, этому способствуют и книги «Магическая уборка. Японское искусство наведения порядка дома и в жизни», «Меньше значит больше. Минимализм как путь к осознанной и счастливой жизни» и фильмы, например, документалка «Минимализм».

О кумирах

Фромм:

Если ты хочешь наслаждаться искусством, то ты должен быть художественно образованным человеком. Если ты хочешь оказывать влияние на других людей, то ты должен быть человеком, действительно стимулирующим и двигающим вперед других людей. Каждое из твоих отношений к человеку и к природе должно быть определенным, соответствующим объекту твоей воли, проявлением твоей действительной индивидуальной жизни.

Ответ современности

Как измерить, влияешь ли ты на людей в наши дни? Мы решили взять один из самых простых количественных показателей – подписчики в Instagram. Итак, давайте вспомним, что еще во времена, когда Фромм работал над своей книгой «Иметь или быть», в России, да и во всем мире, звездами были не только музыканты и актеры, но и чемпионы мира по шахматам или космонавты. Да-да, турниры по шахматам транслировали в прямом эфире, а миллионы людей, прилипали к экранам и с испариной на лбу наблюдали за ходом игры. А кто сейчас находится под нашим пристальным вниманием?

Не будем говорить о количестве подписчиков звезд поп-сцены: Рианны, Леди Гаги или нашей суперзвезды Ольги Бузовой, сравним лучше количество фолловеров современных звезд шахмат и… баскетбола!

Итак, у действующего чемпиона мира по шахматам, норвежца Магнуса Карлсена в соцсети 196 тысяч подписчиков, у российского шахматиста Сергея Карякина 31 тысяча фолловеров. Неплохо, можете сказать вы. А теперь для сравнения, у форварда баскетбольной команды «Лос-Анджелес Лейкерс» Леброна Джеймса 48,5 миллионов пар следящих глаз, а у Кевина Дюранта из «Голден Стэйт Уорриорз» их больше 10 миллионов.

Кстати, ирония или нет, но в одном из последних постов Дюрант хвастается двенадцатыми именными кроссовками от Nike.
Bleacher Report приводит слова Дюранта:

Только у меня, Майкла Джордана, Коби Брайанта и Леброна Джеймса есть по 12 именных моделей кроссовок.

Сфоткал – значит мое!

Фромм:

Вспоминание может происходить либо по принципу обладания, либо по принципу бытия. <…>Вспоминание по принципу бытия представляет собой активное воспроизведение слов, мыслей, зрительных образов, картин, музыки — то есть конкретный факт, который нужно вспомнить, соединяется со множеством других связанных с ним фактов.

В этом случае устанавливаются не механические или чисто логические связи, а связи живые. Одно понятие связывается с другим в результате продуктивного акта мышления (или чувствования), которое мобилизуется при поиске нужного слова.

<…> примером того, как происходит восстановление в памяти лица или пейзажа по принципу обладания, является манера большинства людей рассматривать фотографии. Фотография служит им лишь вспомогательным средством для опознания человека или места, вызывая, как правило, такую реакцию: «Да, это он» или «Да, мне случалось бывать здесь». Таким образом, для большинства людей фотография становится своего рода отчужденной памятью.

Записи представляют собой еще одну форму отчужденной памяти. Записывая то, что я хочу запомнить, я приобретаю уверенность в том, что владею информацией, и потому не стараюсь удержать ее в своей голове. Я уверен в своей собственности — ибо, только потеряв записи, я теряю также и память об этой информации. Я утрачиваю свою способность к запоминанию, ибо мой банк памяти превратился в экстернализованную в виде записей часть меня самого.

Современность

И снова обратимся к Instagram, ничего конкретного, просто парочка цифр. Летом прошлого года в блоге компании рассказали, что количество пользователей по всему миру превысило 1,1 млрд человек! Из свеженького, в январе этого года Марк Цукерберг на своей странице в Facebook поделился новостью о том, что публикации в разделе Instagram Stories просматривают 500 млн пользователей в день.

Только взгляните, соцсеть появилась в 2010 году, но уже к концу 2013 пользователи загрузили 16 миллиардов (!!!) снимков! Сколько их там сейчас, известно, наверное, одному богу, богу соцсети, Цукербергу.

О героях

Фромм:

…Несмотря на всю безопасность, которую дает человеку обладание, люди восхищаются теми, кто способен видеть новое, кто прокладывает новый путь, кто не боится идти вперед. В мифологии такой способ существования символически представлен героем. Герои — это те, кто отваживается расстаться с тем, что у них есть: со своей землей, семьей, собственностью, — и идет вперед не без страха, но побеждая страх.

<…>Авраам и Моисей являются такими героями иудаистской традиции. Христианский герой — Иисус — действовал во имя переполнявшей его любви ко всем людям и ничего не имел, а поэтому и был в глазах всего света ничем. У древних греков были свои мирские герои — завоеватели и покорители. Тем не менее и Геркулес, и Одиссей, подобно религиозным героям, идут вперед, не страшась подстерегающих их опасностей. Таковы и герои сказок: они оставляют все и идут вперед, не страшась неизвестности.

Мы восхищаемся этими героями, потому что в глубине души сами хотели бы быть такими — если бы могли.<…>

Осторожные, ориентированные на обладание люди получают удовольствие от безопасности, но на самом деле их положение весьма ненадежно.<…>Когда человек предпочитает быть, а не иметь, он не испытывает тревоги и неуверенности, порождаемых страхом потерять то, что имеешь. Если я — это то, что я есть, а не то, что я имею, никто не в силах угрожать моей безопасности и лишить меня чувства идентичности. Центр моего существа находится во мне самом; мои способности быть и реализовать свои сущностные силы — это составная, часть структуры моего характера, и они зависят от меня самого.

Наши дни

Поговаривают, что в этом году хайкинг ⓘХайкинг — непродолжительное пешее путешествие по горной местности налегке. — Прим. ред. становится популярнее йоги. В нас возрастает потребность больше времени проводить на свежем воздухе, быть ближе к природе. И пусть для кого-то целью похода в лес становится редкий красивый кадр того, как солнце золотит кроны деревьев, это все же активный образ жизни, испытание, можно сказать геройство.

Многие тревел-блогеры, подвергающие себя различным испытания, а не сидящие в красивых отелях с пятью звездами, дауншифтеры как представители новой контркультуры, фрилансеры, многие из них ориентированы на модус бытия, а не на модус обладания. И они показывают, что можно существовать по-иному.

Заключение от Фромма

Создание нового общества и нового человека возможно только в том случае, если на смену старым мотивациям извлечения прибыли и завоевания власти придет новая, а именно — быть, отдавать и понимать; если на смену рыночному характеру придет характер продуктивный, любящий, а на смену кибернетической религии — новый, радикально-гуманистический дух.

От автора

Сложно сказать, к чему приведет все то, что происходит в обществе, ведь сейчас мы находимся внутри процесса и не можем быть объективными. Чтобы проанализировать историческое событие, должны пройти годы.

Немного грустно от того, что многие проблемы, обозначенные Фроммом в «Иметь или быть» не исчезли, а напротив, стали выпуклыми и даже приобрели более извращенную форму. Но, как мы видим, есть и движение в сторону чего-то хорошего, в сторону настоящего бытия. Поэтому не станем делать поспешных выводов и постараемся чуть меньше обладать и чуть больше быть.


Материалы по теме
—  «Человек Одинок»: Эрих Фромм о мире потребления и подлинном бытии
— Эрих Фромм: «Если вы спросите людей про рай, они скажут, что это большой супермаркет»
— Волк или овца? Неповторимая человеческая ситуация по Эриху Фромму
— «Психология нацизма» Эриха Фромма — текст о сегодняшнем дне?

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Похожие статьи

«Иметь или быть?» Эрих Фромм: рецензии и отзывы на книгу | ISBN 978-5-17-067803-7

Работа Э. Фромма, посвященная анализу ‘бытия’ и ‘обладания’ как фундаментальных способов человеческого существования (категория ‘бытие’ используется Фроммом как психологическая и антропологическая, а не как метафизическая). Фромм расценивает состояние современной цивилизации как предкатастрофическое. ‘Большие Надежды’ на достижение личных и общественных благ, присущие техногенной цивилизации, по мнению Фромма, не оправдались, а человечество оказалось на грани самоуничтожения. Фромм полагает, что причины кризисных явлений кроются в специфике капиталистического общества. Капиталистическая экономическая система, по Фромму, руководствуется в своем развитии не подлинными интересами человека, а собственными системными потребностями. В результате социально-экономические условия капитализма формируют адаптированного к ним индивида — эгоистичного, себялюбивого и алчного. Согласно Фромму, черты характера человека, порожденного социо-экономической системой капитализма, являются патогенными и в результате формируют больную личность, а следовательно, и больное общество. Фромм утверждает, что единственным способом избежать глобальной катастрофы является гуманистическая переориентация направленности развития человека и общества. Проблему реализации гуманистических альтернатив Фромм связывает с необходимостью глубоких изменений в человеческом характере. Различия в индивидуальных характерах людей и в типах социального характера связываются им с преобладанием одного из двух основных способов существования человека — ‘обладания’ либо ‘бытия’. При существовании по принципу ‘обладания’ отношение к миру выражается в стремлении сделать его объектом владения, в стремлении превратить все и всех, в том числе самого себя, в свою собственность. В ‘бытии’ как способе существования Фромм выделяет две формы; одна из них противополагается ‘обладанию’ и означает жизнелюбие и подлинную причастность к существующему. Другая форма ‘бытия’ есть противоположность видимости и относится к истинной природе, истинной реальности личности или вещи. Реализация принципов ‘бытия’ и ‘обладания’ рассматривается Фроммом на примерах ряда явлений повседневной жизни: обучения, памяти, беседы, чтения, власти, знания, веры, любви. Общими признаками ‘обладания’, с точки зрения Фромма, являются косность, стереотипность, поверхностность; ‘бытия’ — активность, творчество, заинтересованность. Фромм приходит к выводу, что в современном обществе, ориентированном на ценности потребления и на получение прибыли, доминирует модус ‘обладания’. Одним из симптомов этого, но его мнению, является злоупотребление в речевой практике глаголом ‘иметь’. Природа ‘обладания’ рассматривается Фроммом как обусловленная природой частной собственности. Модус ‘обладания’ определяется доминированием установки на приобретение собственности и неограниченное право сохранять все приобретенное. Собственнические чувства и ценности приобретательства при этом распространяются, по мысли Фромма, на вещи, других людей, собственное ‘Я’, идеи, убеждения и даже привычки. Данный способ существования формируется как результат социальной репрессивности по отношению сначала к ребенку, а затем ко взрослому человеку. В ходе индивидуального развития истинные желания и интересы человека, его личная воля замещаются теми, которые навязаны принятыми в обществе стандартами мыслей и чувств. При установке на обладание счастье состоит в ощущении превосходства над другими, во власти, в способности применять насилие. Фромм полагает, что усилению ориентации на обладание способствуют язык, создающий иллюзию постоянства объектов, и биологически обусловленное желание жить, порождающее потребность в суррогатах бессмертия — славе и передаваемой по наследству собственности. Основной характеристикой модуса ‘бытия’ полагается внутренняя активность, продуктивное использование собственных потенций. Такая активность реализуется, по Фромму, в проявлении всех собственных способностей, дарований, в заинтересованности миром, в преодолении рамок собственного изолированного ‘Я’. Счастьем при установке на ‘бытие’ являются любовь, забота о других, самопожертвование. В структуре ‘бытия’ доминирует живой невыразимый опыт, живое и продуктивное мышление. И ‘бытие’, и ‘обладание’ являются, по убеждению Фромма, потенциальными возможностями человеческой природы. ‘Обладание’ Фромм считает основанным в конечном счете на биологической потребности в самосохранении. ‘Бытие’ же связано со спецификой человеческого существования, с внутренне присущей человеку потребностью в преодолении одиночества посредством единения с другими людьми. Обе эти потенциальные возможности живут в каждом человеке; доминирование одной из них зависит от социальной структуры, ее ценностей и норм. Используя понятие ‘религия’ для обозначения любой системы взглядов и действий, которой придерживается какая-либо группа людей и которая служит схемой ориентации для индивида и объектом его поклонения, Фромм полагает ее укорененной в специфической структуре характера данного человека и в социальном характере. ‘Религиозные’ потребности, по Фромму, имманентно присущи человеку, коренясь в основных условиях существования человеческого вида. Их возникновение связано с утратой способности действовать под влиянием инстинктов и наличием разума, самосознания и воображения. Специфика человеческого существования порождает потребность в формировании картины мира и места в нем индивида, а также в позволяющем интегрировать усилия в определенном направлении объекте поклонения. При этом глубинные мотивации поведения нередко не соответствуют декларируемым ценностям, и сам индивид даже не осознает, что же реально является объектом его личного поклонения.

Иметь или быть? Эрих Фромм «Природа психики»

Иметь или быть? Что ж, это действительно просто. Быть, конечно. Быть богатым!
А теперь шутки в сторону.
Обычно я не читаю философские книги, потому что разделяю взгляд Лары из Доктора Живаго на философию. Она говорит: «Я не люблю философские эссе. Я думаю, что нужно добавить немного философии к жизни и искусству с помощью пряностей, но сделать это своей специальностью мне кажется столь же странным, как питание только солеными огурцами»
Философия — это для меня это своего рода интеллектуальная игра.Немного похоже на судоку, только с идеями вместо чисел. И какой смысл смотреть на разгаданные судоку? Да, все подтверждается, молодцы, но что я должен от этого получить?

По той или иной причине ОКР я решил заняться этой банкой солений.

Согласно названию, Фромм говорит о двух образах жизни — через «обладание» и через «бытие». Вы, наверное, уже имеете некоторое общее представление об этих двух режимах. Определения Фромма — это определения здравого смысла, сформулированные только длинными словами.
Фромм настаивает на том, что мы в настоящее время находимся в кризисе (или мы были в 70-х годах, но я предполагаю, что с тех пор ситуация ухудшилась), и если мы не сделаем что-то с этим и быстро, мы не только будем несчастны, но и навлечем на себя конец света! (Также очевидно, что это сегодня — 21 мая 2011 года.)

В то же время он представляет нам долгую историю потребительства, болезни, стареющей, как само человечество. Он идет от Ветхого Завета к Иисусу, от Мейстера Экхерта до Маркса и анализирует взгляды на «обладание» и «бытие» на протяжении веков. Это самая сильная часть книги, потому что позже Фромм погружается в стоны и бессвязные речи.
Он становится немного параноиком и даже настаивает на том, что тот факт, что мы говорим «мой дантист» или «мой адвокат», указывает на нашу одержимость владением вещами и людьми.

В принципе, все было бы намного лучше, если бы мы перестали гоняться за вещами и вместо этого начали «быть». Он даже постулирует, что страх смерти оставит нас, если мы сделаем это. Согласно Фромму, мы боимся смерти, потому что боимся потерять все, что накопили, такие как статус, дома, машины, жены, мужья, дети и т. Д. Достаточно справедливо, мы действительно теряем все это, когда умираем, но я не понимаю, как обращение к «бытию» спасло бы нас от страха смерти. Когда мы умираем, мы по существу перестаем быть тем, чем перестаем «иметь».Итак, что вы еще раз хотите сказать, мистер Фромм? Неудивительно, что в этой главе была всего одна страница.
Он также осуждает любое соперничество, например, не дай бог Олимпийские игры. Как он представляет себе человечество без соперничества, мне не по силам, но он не был бы первым таким утопистом.

Он говорит о том, как мы создали религию из собственности. Я думал, что он переборщил с этим, я, конечно, не молюсь своему Kindle, но потом я прочитал это: http://www.cnn.com/2011/TECH/gaming.g …
Так что, возможно, у него есть точка.
Он говорит, что мы — общество людей, постоянно несчастных, одиноких, напуганных, подавленных, деструктивных, зависимых… Вау. Правда, правда? А когда дело доходит до страха, я сомневаюсь, что у нас есть что-нибудь о людях из средневековья, которые жили в постоянном страхе перед небесным гневом.

Он объясняет, что потребительство ведет к несчастью, потому что ничто нас не удовлетворит. У нас может быть все самое лучшее, мы получаем лучшую еду, мы собираем любовников, мы даже хотим жен, мужей, потом мы хотим детей, но мы никогда не будем счастливы, если рассмотрим все это в категориях «иметь», потому что это нужды ненасытна.Это веский аргумент, но Пирс выразил его гораздо лучше за 3 с половиной минуты, и самое сложное слово, которое они используют, — это «ménage à trois»: http: //www.youtube.com/watch? V = UPBbRC …

Итак, хотя он, очевидно, временами имеет смысл, мы не должны делать все, что он хочет от нас, иначе жизнь станет довольно утомительной, литература прекратит свое существование, а цивилизация вернется к своей начальной стадии охоты-собирательства. Я собираюсь сохранить свое имущество, оно мне очень нравится, спасибо.

Тем не менее, в какой-то момент он меня немного покорил.Я даже подумала: «Эй, может, я перестану копить книги, как сумасшедшая, если это спасет мир». Как раз когда я подумал, что старый добрый Фромм, может быть, не совсем глуп, в конце концов, он пришел со своей последней главой, где предлагал свои собственные идеи о том, как спасти планету. Он пошел прямо на локомотив. Послушайте:
Фромм говорит, что было приложено очень мало усилий для изучения и экспериментов с новыми социальными / политическими системами. (Я позволю себе не согласиться; я думаю, что этого было вполне достаточно. Моя страна, например, потеряла 50 лет из-за одного из этих экспериментов.)

Вот что мы должны сделать:
Сначала мы все должны признать, что у нас есть проблема и что мы несчастны. Тогда произойдут настоящие изменения в наших персонажах. Как только это будет сделано, следует внести следующие изменения в политическую структуру.

Должен быть создан совет, который будет оценивать полезность ВСЕХ продуктов, поступающих на рынок, и продукты, которые не имеют какой-либо утилитарной ценности, но которые только побуждают людей к необузданному потреблению, должны будут распространяться с особыми предупреждениями.«Совет психически безопасных товаров предупреждает: сумки Gucci в конечном итоге сделают вас и окружающих очень несчастными». В этот совет войдут психологи, антропологи, философы и теологи.

Тем временем государство будет субсидировать производство всех полезных продуктов, пока люди не начнут их покупать, и в субсидиях больше не будет необходимости. Хотя, конечно, Фромм признает, что самая большая трудность заключается в том, чтобы заставить потребителей осознать, что они
против потребительства.

Также должны быть созданы сотни (!) Групп, насчитывающих около 500 членов каждая, которые затем будут снабжены всеми необходимыми данными, чтобы они могли обсуждать и голосовать по всем вопросам, касающимся экономики, международных отношений, здравоохранения, образования и других аспектов. общих интересов. Эти группы, конечно же, будут свободны от любого внешнего влияния или давления.

Также будет гарантированный годовой доход для КАЖДОГО, поэтому никому не придется застревать на работе, которую он ненавидит, из-за страха голодной смерти.Фромм говорит, что гарантированный годовой доход даст каждому свободу и независимость, и именно поэтому до сих пор ни у одной системы не хватило смелости принять это.

Кроме этого, также должен быть создан Культурный совет, который наймет около 100 человек и будет щедро финансироваться, чтобы он мог заказывать всевозможные специализированные исследования и консультировать правительство. Он также отвечал бы за сбор ВСЕЙ информации и новостей и их объективное представление гражданам (поскольку в этом вопросе нельзя доверять газетам и другим традиционным СМИ).Он будет курировать большую группу журналистов, которые будут предоставлять всю эту объективную информацию.

Это просто бананы. Что ж, по крайней мере, это навсегда решит проблему безработицы.

* Я читал эту книгу в польском переводе, поэтому моя (пара) фраза может быть неточной.

Философ Эрих Фромм об искусстве любви и о том, что мешает нам овладеть им — Brain Pickings

«Любить, не зная, как любить, ранит человека, которого мы любим», — предостерег великий учитель дзен Тхич Нхат Хан в своем потрясающем трактате о том, как любить, — чувство, глубоко сбивающее с толку в контексте нашей культурной мифологии, которая постоянно бросает вызов любовь как нечто, что происходит с нами пассивно и случайно, что-то, во что мы падаем, что-то, что поражает нас, как стрела, а не навык, достигнутый посредством той же осознанной практики, что и любое другое стремление к человеческому совершенству.Наша неспособность распознать этот аспект умелости, возможно, является основной причиной того, почему любовь так переплетается с разочарованием.

Это то, что великий немецкий социальный психолог, психоаналитик и философ Эрих Фромм (23 марта 1900 — 18 марта 1980) исследует в своем шедевре 1956 года Искусство любви ( публичная библиотека ) — случай ведь любовь — это умение, которое нужно отточить, как художники приучены к работе на пути к мастерству, требуя от своего практикующего знаний и усилий.

Эрих Фромм

Фромм пишет:

Эта книга… хочет показать, что любовь — это не чувство, которому может легко потакать кто угодно, независимо от достигнутого им уровня зрелости. Он хочет убедить читателя в том, что все его попытки любви обречены на провал, если он не попытается наиболее активно развивать свою личность в целом, чтобы достичь продуктивной ориентации; что удовлетворения в личной любви невозможно достичь без способности любить ближнего, без истинного смирения, мужества, веры и дисциплины.В культуре, в которой эти качества редки, достижение способности любить должно оставаться редким достижением.

Фромм считает необходимым инь-янь нашего искаженного восприятия любви:

Большинство людей видят проблему любви в первую очередь в том, что любят , а не любят — способность любить. Следовательно, проблема для них в том, как быть любимыми, как быть любимыми.

[…]

Люди думают, что любить — это просто, но что найти правильный объект, чтобы любить — или быть любимым — сложно.Такое отношение имеет несколько причин, коренящихся в развитии современного общества. Одна из причин — большие изменения, произошедшие в двадцатом веке в отношении выбора «объекта любви».

Иллюстрация Мориса Сендака из книги День открытых дверей для бабочек Рут Краусс

Наша зацикленность на выборе «объекта любви», утверждает Фромм, посеяла своего рода «путаницу между первоначальным опытом« влюбленности »и постоянным состояние влюбленности, или, лучше сказать, «стоять» в любви »- это то, о чем Стендаль обратился более века назад в своей теории« кристаллизации любви ».Фромм считает, что ошибочно принять искру за вещество:

Если два человека, которые были незнакомцами, как и все мы, внезапно позволили стене между ними разрушиться и почувствовали себя близкими, почувствовали себя единым целым, этот момент единства станет одним из самых волнующих, самых захватывающих событий в жизни. Это тем более чудесно и чудесно для людей, которые были отключены, изолированы, без любви. Это чудо внезапной близости часто происходит, если оно сочетается с сексуальным влечением и завершением или инициируется им.Однако этот вид любви по своей природе недолговечен. Эти два человека хорошо знакомятся, их близость все больше и больше теряет свой чудесный характер, пока их антагонизм, их разочарования, их взаимная скука не убивают все, что осталось от первоначального возбуждения. Тем не менее, вначале они всего этого не знают: фактически, они принимают интенсивность страстного увлечения, «безумия» друг на друга, за доказательство силы их любви, в то время как это может лишь доказать степень их влюбленности. предшествующее одиночество.

[…]

Вряд ли найдется какое-либо мероприятие, какое-либо предприятие, которое начиналось бы с такими огромными надеждами и ожиданиями и все же терпело бы неудачу так регулярно, как любовь.

Иллюстрация Джули Пашкис из книги Пабло Неруда: Поэт народа Моники Браун

Фромм утверждает, что единственный способ уменьшить этот послужной список неудач — это изучить основные причины разрыва между нашими представлениями о любви и ее действительным механизмом — что должно включать признание любви как осознанной практики, а не как незаслуженную благодать.Фромм пишет:

Первый шаг, который нужно сделать, — это осознать, что любовь — это искусство, так же как жизнь — это искусство; если мы хотим научиться любить, мы должны поступать так же, как мы должны поступать, если мы хотим изучать любое другое искусство, скажем, музыку, живопись, столярное дело, искусство медицины или инженерное дело. Каковы необходимые шаги в изучении любого искусства? Процесс обучения искусству можно условно разделить на две части: первая — овладение теорией; другой — мастерство в практике.Если я хочу изучить искусство медицины, я должен сначала узнать факты о человеческом теле и о различных заболеваниях. Когда у меня есть все эти теоретические знания, я никоим образом не компетентен в искусстве медицины. Я стану мастером в этом искусстве только после продолжительной практики, пока в конечном итоге результаты моих теоретических знаний и результаты моей практики не сольются в одно — мою интуицию, суть мастерства в любом искусстве. Но, помимо изучения теории и практики, есть третий фактор, необходимый для того, чтобы стать мастером в любом искусстве: овладение этим искусством должно быть вопросом первостепенной важности; в мире не должно быть ничего важнее искусства.Это справедливо и для музыки, и для медицины, и для плотницкого дела, и для любви. И, может быть, в этом и заключается ответ на вопрос, почему люди в нашей культуре так редко пытаются изучать это искусство, несмотря на их очевидные неудачи: несмотря на глубоко укоренившуюся тягу к любви, почти все остальное считается важнее любви: успех, престиж, деньги, власть — почти вся наша энергия тратится на то, чтобы научиться достигать этих целей, и почти не на то, чтобы научиться искусству любви.

В оставшейся части неизменно превосходного Искусство любви Фромм продолжает исследовать заблуждения и культурные заблуждения, мешающие нам овладеть этим высшим человеческим умением, излагая как его теорию, так и ее практику с необычайным пониманием сложностей человеческое сердце.Дополните его французским философом Аленом Бадью о том, почему мы влюбляемся и остаемся влюбленными, и Мэри Оливер о неизбежных безумствах любви.

Иметь или быть? — Эрих Фромм


Một tác phẩm nữa của nhà phân tâm học Эрих Фроммай các bạn!
Mình sẽ upload tiếp 3 tác phẩm khác của Эрих Фромм: Разумное общество, анатомия человеческой деструктивности Догма и другие очерки психологии религии .

Введение из Википедии
Фромм упоминает, как современное общество стало материалистическим, и предпочитает «иметь» «быть».Он упоминает великое обещание безграничного счастья, свободы, материального изобилия и господства над природой. Эти надежды достигли пика с началом индустриальной эры. Можно было почувствовать, что будет неограниченное производство и, следовательно, неограниченное потребление. Люди, как мужчины, так и женщины, начали мечтать о том, чтобы стать богами земли, но на самом деле это было не так. Великое обещание не удалось из-за недостижимых целей жизни, то есть максимального удовольствия и исполнения всех желаний (радикальный гедонизм), а также эгоизма, эгоизма и жадности людей.В индустриальную эпоху развитие этой экономической системы больше не определялось вопросом о том, что хорошо для человека, а скорее о том, что хорошо для роста системы. Таким образом, экономическая система общества обслуживала людей таким образом, чтобы сообщать только их личные интересы. Люди с неограниченными потребностями и желаниями, такие как римские императоры, английские и французские дворяне, были людьми, которые получали от этого больше всего.
Сегодняшнее общество полностью отклонилось от своего истинного пути.Материалистическая природа людей, «имеющих», более развита, чем «бытие». Современная индустриализация дала большие обещания, но все эти обещания разработаны для удовлетворения их интересов и увеличения их владений. В любом образе жизни люди должны больше думать о «бытии» природой, а не о «обладании» природой. Это истина, которую люди отрицают, и поэтому люди современного мира полностью утратили свое внутреннее «я». Смысл бытия более важен, так как все смертны, и поэтому владение имуществом станет бесполезным после их смерти, потому что имущество, которое передается в жизнь после смерти, будет тем, чем на самом деле был человек внутри.

Комментарии читателей
Иметь или быть?
«У меня проблема» или «Я обеспокоен?»
«У меня бессонница» или «Я не могу спать?»
В статье «Иметь или быть?» Психолог Эрих Фромм описывает наличие и бытие способов существования и приводит доводы в пользу последнего. Живем ли мы в царстве объектов, чтобы получать их, управлять ими, защищать их, использовать? Или мы живем в царстве переживаний, чтобы ощущать свое окружение, относиться к другим, понимать себя?
Леонард, читатель

Mình có tìm hiểu về lịch sử Mỹ và đọc vài cuốn sách như Великий Гэтсби nên mình biết, Mỹ lúc ó nhìn thậngng trọng về «bên trong»; họ tôn sùng chủ nghĩa vật chất, họ «sở hữu» nhiều thứ nhưng họ không thực sự sống.Và, ây là câu châm ngôn lúc bấy giờ: «sở hữu một chiếc xe hơi thể hiện bạn là một người thành đạt». Còn bây giờ ở Việt Nam có thể sẽ là: «sở hữu một chiếc Iphone 5 hoặc làm công chức nhà nước chứng tỏ bạn là một người có học và thành đạt».
Эрих Фромм ла нха фан там хук, нхунг оннг хонг и тео унг луи ца Фрейд. Ng chịu ảnh hưởng sâu sắc của Karl Marx và Master Eckhart. Fromm đã nói rằng: «Карл Маркс là một nhà tư tưởng vĩ đại, nhưng có l ông đã sống xa hơn chúng ta hàng trăm năm».
ng đi vào chi tiết phân tích «иметь» là gì và «, чтобы быть» là gì «.»Иметь» có nghĩa là bạn có quá nhiều tham vọng, bạn muốn ở một vị trí cao hơn trong xã hội, mọi người gào thét và tình mọi cách để trở thành mú bn không ngừng đấu tranh để giành chin thắng, để sở hữu và chiếm đoạt, giống như cái thuyết Darwin thịnh hành lúc bấy giờ: «выживание сильнейшего». Và, một điều không tránh khỏi, họ quên đi mất nhiệm vụ trọng yếu trong cuộc đời mình: «Быть».
«To Be» là sống thực sự. Đối với một người học thực sự, họ sẽ rất khác so với những người học kiểu «иметь», và theo quan sát của mình thì hầu như tất cả hêc phc быть».Nhng có khi họ bị ép buộc phải như vậy. Về tình yêu cũng vậy, Fromm nói hầu hết chúng ta không biết yêu, chúng ta ang yêu chính bản thân mình chứ không hề yêu người mà chúng ta tưởng là mìn.
Theo ý kiến ​​của mình thì tư tưởng của Эрих Фромм có tính tiên tri, khá giống với một vài người mà mình mến mộ. Và càng đọc nhiều sách thì mình càng tâm đắc với một câu nói của Schopenhauer:
«Мудрые всегда говорили одно и то же, а глупцы, которых большинство, всегда поступали прямо противоположно.»
Там Нгуен, читатель

СОДЕРЖАНИЕ
Предисловие
Введение: Великое обещание, его провал и новые альтернативы
Часть 1: Понимание разницы между обладанием и бытием
I. Первый взгляд
II. Иметь и быть в повседневном опыте
III. Наличие и бытие в Ветхом и Новом Заветах и ​​в сочинениях мастера Экхарта
Часть 2: Анализ фундаментальных различий между двумя способами существования
IV. Что такое режим обладания?
V.Что такое режим бытия?
VI. Дальнейшие аспекты обладания и бытия
Часть 3: Новый человек и новое общество
VII. Религия, характер и общество
VIII. Условия для человеческих изменений и особенности нового человека
IX. Особенности нового общества

Цитаты Фромма | Расценки на Fromm

Любовь — это союз с кем-то или с чем-то вне себя, при условии сохранения отделенности и целостности самого себя.
Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты мне нужен, потому что я люблю тебя».
Незрелая любовь говорит: «Я люблю тебя, потому что ты мне нужен». Зрелая любовь говорит: «Ты мне нужен, потому что я люблю тебя».
Не тот, у кого много, богат, но тот, кто много дает.
Главная задача человека в жизни — родить самого себя, стать тем, кем он потенциально является.Самым важным продуктом его усилий является его собственная личность.
Поиски уверенности блокируют поиск смысла. Неопределенность — это то самое условие, которое побуждает человека раскрыть свои силы.
Темп науки движет темпом техники. Теоретическая физика навязывает нам атомную энергию; Успешное производство бомбы деления заставляет нас производить водородную бомбу.Мы не выбираем свои проблемы, мы не выбираем наши продукты; нас толкают, нас принуждают — чем? Системой, у которой нет цели и цели, выходящей за ее пределы, и которая делает человека своим приложением.
Умереть горько, но идея умереть, не живя, невыносима.
То, что человек может разрушить жизнь, является таким же чудесным подвигом, как и то, что он может ее создать, ибо жизнь — это чудо, необъяснимое.В акте разрушения человек ставит себя выше жизни, он превосходит себя как существо. Таким образом, окончательный выбор для человека, поскольку он стремится превзойти себя, — это создавать или разрушать, любить или ненавидеть.
В сознании современного человека возник новый вопрос, а именно: стоит ли жить … На этот вопрос нельзя дать разумного ответа … потому что этот вопрос не имеет никакого смысла.
Человек — единственное животное, для которого собственное существование является проблемой, которую он должен решить.
Пока кто-то верит, что его идеал и цель находятся вне его, что они выше облаков, в прошлом или будущем, он будет выходить за пределы себя и искать исполнения там, где его невозможно найти. Он будет искать решения и ответы везде, кроме того, где их можно найти — в себе самом.
Цель садизма — превратить человека в вещь, нечто одушевленное в нечто неодушевленное, поскольку из-за полного и абсолютного контроля живое теряет одно существенное качество жизни — свободу.
Условия для творчества должны быть озадачены, чтобы сосредоточиться, чтобы принять конфликт и напряжение, которые рождаются каждый день, чтобы почувствовать себя.
Опасность прошлого заключалась в том, что люди становились рабами.Опасность будущего в том, что люди могут стать роботами. Действительно, роботы не бунтуют. Но, учитывая человеческую природу, роботы не могут жить и оставаться в здравом уме, они становятся големами, они разрушают свой мир и самих себя, потому что они не могут больше выносить скуку бессмысленной жизни.
Любовь часто является не чем иным, как благоприятным обменом между двумя людьми, которые получают максимум от того, что они могут ожидать, учитывая их ценность на рынке личности.
Даже если голод и жажда человека и его сексуальные стремления полностью удовлетворены, «он» не удовлетворен. В отличие от животного его самые насущные проблемы не решаются тогда, они только начинаются. Он стремится к власти, любви или разрушению, он рискует своей жизнью ради религиозных, политических, гуманистических идеалов, и эти стремления составляют и характеризуют особенности человеческой жизни.
То, что большинство людей в нашей культуре подразумевает под тем, чтобы быть милыми, по сути является смесью популярности и сексуальной привлекательности.
Под отчуждением понимается способ переживания, в котором человек ощущает себя инопланетянином. Он стал, можно сказать, отчужденным от самого себя. Он не воспринимает себя как центр своего мира, как создателя своих собственных действий — но его действия и их последствия стали его хозяевами, которым он подчиняется или которым он может даже поклоняться. Отчужденный человек теряет связь с самим собой, как и с любым другим человеком.Он, как и другие, переживается так же, как переживаются вещи; с чувствами и здравым смыслом, но в то же время без положительного отношения к себе и внешнему миру.
Главная задача человека в жизни — родить самого себя, стать тем, кем он потенциально является.
Нам всем снятся сны, мы не понимаем своих снов, но мы ведем себя так, как будто в нашем сознании во сне не происходит ничего странного, странного, по крайней мере, по сравнению с логическими, целенаправленными действиями нашего разума, когда мы бодрствуем.
Разум — это инструмент человека для достижения истины, разум — инструмент человека для более успешного манипулирования миром, первый по своей сути является человеческим, второй принадлежит животной части человека.
Успешный революционер — государственный деятель, неудачливый — преступник.
Если вера не может быть согласована с рациональным мышлением, она должна быть устранена как анахроничный пережиток более ранних стадий культуры и заменена наукой, имеющей дело с фактами и теориями, которые понятны и могут быть подтверждены.
Современный человек думает, что теряет время, когда не делает что-то быстро. Однако он не знает, что делать со временем, которое он получает, кроме как убить его.
В девятнадцатом веке проблема заключалась в том, что Бог мертв. В двадцатом веке проблема в том, что человек мертв.
Биологическая слабость человека — это условие человеческой культуры.
Невозможно глубоко откликнуться на мир без частой печали.
Сны — микроскоп, через который мы смотрим на скрытые явления в нашей душе.
Если бы не надежды, сердце разбилось бы.

Глагол «иметь» — главный глагол, вспомогательный или модальный




глагол иметь является одним из двух наиболее часто используемых глаголов в английском языке.Это может использоваться в трех различных функциях в предложении.
1. Как главный глагол 2. Как вспомогательный глагол и 3 Как модальный вспомогательный глагол.


1. В глагол иметь как основной глагол

глагол to есть является одним из основных глаголов английского языка и может использоваться для явное владение владением или приобретением.

В данном случае это переходный глагол, и поэтому необходимо следовать прямым объект.Прямой объект иметь может быть существительным, существительным группа, местоимение или числительное.

1.1 Утвердительные формы основных глагол иметь

Человек
1-й / 2-е пение 3-й петь Множественное число
Напряженное I / you он, она и др. ср / ты / они
Присутствует. есть имеет имеют
Претерит имели
.Присутствует идеально имеют было имеет было имели
Прошлое идеально было
Сокращенные формы имеют:
В качестве основного глагола иметь и есть не обычно сокращается, хотя встречаются и сокращенные формы ‘ve or’ в некоторых распространенных выражениях, таких как «Я идея».
Сокращенные формы чаще встречаются с настоящие совершенные и прошедшие совершенные формы, но учтите, что в этом случае это вспомогательный, который сокращается, а не главный глагол, который всегда остается. (Пример: у всех нас было хорошее время).
Больше примеров ниже.

1.2. Отрицательные формы главный глагол иметь.

Take забота: нормальные отрицательные формы основного глагола есть / есть нет есть и делает не имеют или их укороченные формы. Это , а не то То же, что и нормальные отрицательные формы вспомогательного или модальный глагол иметь .Формы не имеют, нет, (нет, нет) и т. д. не обычно используется как отрицательные формы основных глагол иметь .
Контрактные формы могут использоваться во всех стилях английского, устного а также написано, кроме самого официального.

Человек 1-й / 2-е пение 3-й петь Множественное число
время I / you он, она и др. ср / ты / они
Присутствует. сделать нет / нет нет есть / нет нет есть
Претерит сделал не было / не было
.Присутствует идеально не было нет было не было
Прошлое идеально не было

Исключения: Есть некоторые исключения, когда отрицательный форма главного глагола иметь использует отрицательную структуру вспомогательных, особенно некоторые общие выражения например «У меня нет подсказка «(= я не знаю) или» у меня нет времени «; но даже с этим вторым возможным исключением было бы более нормально сказать «у меня нет (время) «или» я нет времени ».

Примеры использования глагола to иметь как основной глагол

я есть идея. (владение)
У моего отца есть три брата и две сестры.
У доктора были большой опыт.
У него есть три Роллс-Ройса и Бентли. (собственность)
Где ножницы? Делать они у тебя есть?
В доме есть восемь окон и три двери.
у меня было сегодня три телефонных звонка.(приобретение)
Прежде чем сесть в машину, он выпил шесть стаканов виски ….
«Ромео и Джульетта» — трагедия; это не счастливого конца.
У меня нет любые братья или сестры.
У нас не было какие-либо жалобы.
Если бы у него не было эти грибы, он не заболеет.

1.3. Есть или есть получил ?
В частности, в разговорном английском как главный глагол, означающий собственный или владеть или получать можно объединить, добавив причастие досталось.Вот те же примеры предложений, объединенные с помощью got, когда это возможная альтернатива — особенно в настоящем времени.
Замена в прошлой форме по got это разные вопрос. Хотя иногда это возможно, когда были получены средства (= приобретение), в других случаях (в курсивом) это изменение глагола либо невозможно, или изменит смысл сказанного.

У меня есть идея.
У моего отца есть три брата и две сестры.
доктор имел большой опыт.(имел = обладал)
У доктора были получил большой опыт. (приобрел = приобрел)
Он получил три Роллс-Ройса и Бентли.
Где ножницы? Есть ты их получил?
В доме есть восемь окон и три двери.
у меня есть сегодня три телефонных звонка.
Раньше садясь в машину, он было шесть стаканы виски …. (выпил = выпил)
«Ромео и Джульетта» — трагедия; это не получил счастливый конец.
У меня нет любые братья или сестры.
У нас нет какие-либо жалобы.
Если он не имел было эти грибы, он не заболеет. (имел = ел)

Для получения дополнительной информации см. Получение и получение
.

2. В глагол иметь как вспомогательный

2.1. Прошлые формы с имеют

Глагол иметь используется в качестве вспомогательного средства для формирования совершенного настоящего и совершенного прошлого формы других глаголов.
Образец глагол «ходить» 1-й петь 2-й петь 3-й петь Множественное число
Присутствует
идеально
Я ходил вы прошли он / она… прошел мы / вы / они прошли
Прошлое
идеально
Я ходил Вы шли He / она … ходила мы / вы / они прошли
Присутствует совершенный прогрессивный I гуляли Вы гуляли Он / она … гуляла мы / вы / они гуляли
Прошлое совершенный прогрессивный I ходил Вы ходил он / она … было гулял ср ходил

Могут быть образованы и другие времена, включая времена с модальными вспомогательными элементами: примеры
I сегодня прошел десять миль.
Я мог бы гуляли.
Они, должно быть, шли часов десять.

2.2. Сокращенные формы вспомогательного глагол иметь.

Как вспомогательный, есть, есть и имел находятся часто сокращается до форм, с и ‘г, когда это возможно — i..e. после местоимений, но это зависит от типа используемого английского языка.
  • дюйм письменный английский, сокращенные формы возможны, но необычны после подлежащих местоимений; сокращенные формы не используется после существительного предметы.
  • Устно / разговорные английские сокращенные формы нормальны, но не существенное, после подлежащих местоимений, даже в официальной речи. Даже Королева Англии, скорее всего, скажет: «У меня был хороший день», а не «у меня было хороший день.«
    Однако после существительного темы, контрактные формы могут быть услышаны, даже если они не будут написано
    Например,
    Журналист газеты написал бы: Премьер-министр назначил новую команду ».
    а тележурналист сказал бы: » Премьер-министр назначил новую команду ».
Посмотреть больше примеров ниже.

2.3. Отрицательные формы вспомогательного глагол иметь.

Стандартные отрицательные формы вспомогательных средств есть, есть и были нет, и не и не было.
Пример: я не доел обед. Больше примеров ниже.

Take забота: Формы с использованием do (нет, нет и т. д.) никогда используются как отрицательные формы вспомогательных глагол иметь, только из основных глагол иметь. (см. выше).

Региональный варианты:
Спикер из Англии скажет: Я не видел, но я не сказал вам
но оратор из Шотландии, скорее всего, скажет: я этого не видел, но я бы не сказал тебе
или даже я Хавна это видела, но я не сказал тебе.
Разве это не
Также обратите внимание на слово «нет», популярная альтернатива нет или нет, как в классической игре Rolling Stones нажмите «Я не не получил удовлетворения «.

2.4. Пассивные формы

Глагольные формы, использующие вспомогательное слово иметь также можно поместить в пассив.
Образец глагол «Take» Настоящее время идеальный пассив Прошлое идеальный пассив
1-й петь I было принято I было взято
3-й петь Он / она … было принято Он / ее … забрали
Могут быть образованы и другие времена, включая времена с модальными вспомогательными элементами: примеры
Вы мог получили серьезные травмы.
Они, должно быть, мечтали.
Примеры использования глагола иметь в качестве вспомогательного

я Закончив мой обед / я закончил обед.
Президент выбрал его новая команда.
Президентский выбрал свою новую команду (это форма возможна в разговорной речи, но обычно не написано)
Дети ушли домой на пять минут раньше обычного.
Капитан сказал его команда, чтобы играть трудно в последние минуты игры.
Президент не еще прибыл / У президента нет еще прибыл
Пока я не жил в Лондоне, я не был на двухэтажный автобус.
Есть Ты видел свет мистер Джонс?
Нет дождь прекратился пока что ?



3. В глагол должен как модальный глагол

Для получения информации о модальном глаголе «must to» см. Модальные формы обязательства.

Сравнение эссе Фрейда и Фромма

Зигмунд Фрейд родился в Монровии 6 мая 1856 года. Он поступил в Венский университет в 1873 году в возрасте 17 лет. Он получил степень в 1881 году. Фрейд умер в Англии в 1939 году. Он был активным терапевтом, теоретиком и писателем до самого конца. (Эвен 19-20)
Эрих Фромм родился через четыре года после Фрейда в 1900 году во Франкфурте, Германия.В отличие от Фрейда, Фромм не имел медицинского образования. Он получил докторскую степень в Гейдельбергском университете, а затем учился в Берлинском психоаналитическом институте. Эрих Фромм умер 16 марта 1980 года в Швейцарии. (Эвен 187)
Хотя Фрейд и Фромм были современниками и разделяли некоторые основные убеждения, их подходы к большинству вопросов сильно различались. Позиция Фрейда была чисто научной. Фромм хотел очеловечить вещи.
Фромм признавал важность бессознательных, биологических влечений, механизмов подавления и защиты, но отвергал теорию Фрейда об ид, эго и суперэго.Фромм не верил в конкретные стадии развития. «Он считал, что растущий ребенок медленно учится различать« я »и« не я »через контакт с окружающей средой, особенно с теми, в которых участвуют родители» (Ewen 194). Фромм утверждает, что развитие личности продолжается и во взрослой жизни. Он считает, что если ребенок справляется с нарастающим чувством изоляции, беспокойство можно свести к минимуму, и развитие личности будет идти нормально. Хорошо известная теория Фрейда гласит, что личность определяется в течение первых пяти лет жизни.Он считает, что мы проходим ряд психосексуальных стадий: оральный, анальный, уретральный, фаллический, латентный период и генитальный. Фрейд утверждает, что генитальная стадия является целью нормального развития и представляет собой истинную зрелость. (Хансен 25-26)
Фромм предостерегает от патогенного поведения, поскольку оно может повредить ребенку чувство уверенности. Считал здоровых людей …

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *