Запечатленные книга: Cерия книг «Запечатленные» Шелли Крейн – скачать по порядку или читать онлайн

Читать Запечатленные — Крейн Шелли — Страница 1

Шелли Крейн

Запечатленные

Запечатление – закрепление в памяти образа, воспоминания, мнения или идеи необычайно ярко и надолго.

Посвящается Акселю

Ты любишь меня, несмотря на все мои заморочки и взбалмошность.

Ты мне очень дорог, и мне с тобой невероятно повезло!

Люблю тебя навеки!

Shelly Crane

SIGNIFICANCE

Печатается с разрешения автора и литературных агентств Dystel & Goderich Literary Management и Andrew Nurnberg.

© Shelly Crane, 2010

Школа перевода В. Баканова, 2014

© Издание на русском языке AST Publishers, 2015

Глава 1

Я ждала этого дня, чтобы подвести некий итог: завернуть в яркую оберточную бумагу семнадцать лет и восемь месяцев своей жизни и привесить сверху бантик в форме конфедератки. Будто какая-то бумажка убедит меня в том, что я поступила правильно.

Выпускников рассадили в алфавитном порядке в огромном спортзале, на виду у всех. В первом ряду расположились те, кому было чем гордиться. Они предвкушали вечеринки с семьей и друзьями, учебу в колледже и мечтали убраться подальше из родного города…

Я впала в ступор. Так долго ждала этого дня, но сейчас не испытывала ничего: ни чувства завершенности, ни гордости за свои достижения. Будто на этом празднике я лишняя и едва дотянула до конца учебы. Впрочем, так оно и было. Школу я терпеть не могла. Для работающих учеников составили специальную программу, и мы заканчивали в час дня, а остальные учились до трех. Так что в школе я почти не появлялась, да особо и не рвалась.

Звучит горько, сама знаю. Однако мне было семнадцать, я заканчивала экстерном, шла на золотую медаль и все такое, а потом столько всего навалилось… И вот она я – мрачная, разочарованная и всем чужая.

Началось все с того, что нас бросила мама… Добропорядочная и экономная домохозяйка, неизменный член родительского комитета, профи экстра-класса по вырезанию скидочных купонов. Представляете, она взяла и ушла! Ей вдруг взбрело в голову, что все эти годы папа не давал ей развиваться. Поэтому она решила, что не любит его и что пришла пора начать новую жизнь, в которой мне места не нашлось.

Мама прихватила все до последнего цента папины сбережения, отложенные мне на колледж, и сбежала в Калифорнию. Куда же еще, как не в «штат огромных возможностей»! Там она тоже не задержалась и снова переехала. Теперь я с ней не разговариваю. Она постоянно извинялась и твердила, что больше не могла терпеть, а теперь счастлива, что я понятия не имею, каково это – жить с моим отцом. Ага, как же! На это я заметила: в данный момент из нас двоих с ним живу именно я. Она тут же бросила трубку.

Маминому бойфренду, который моложе ее лет на десять, наверняка удалось ее утешить.

И вот наступил день выпускного. Я стояла и терпеливо ждала, когда подойдет мой черед, я получу свой аттестат и мне похлопает единственный человек, пришедший меня поддержать, – отец.

Тут я заметила, что Кайл обернулся и с улыбкой глядит на меня.

– Похоже, ты сегодня на своей волне. У тебя все в порядке?

– Ага. Хочу поскорее отсюда убраться.

Он облокотился на спинку своего стула.

– Да ладно тебе, это же выпускной! Неужели ты не рада?

Я пожала плечами.

– Давай сегодня куда-нибудь сходим? Родители устраивают дурацкую вечеринку в мою честь, но я хочу свалить пораньше под каким-нибудь предлогом.

– Кайл, я тебе не предлог!

Он побледнел и нахмурился.

– Ох, Мэгз, я совсем не это имел в виду! – Он вздохнул и сконфуженно посмотрел на меня. – Вечеринка будет с пяти до семи, у нас с тобой останется куча времени. Я боялся, что ты снова откажешься идти со мной на свидание, поэтому старался пригласить тебя как бы ненароком.

– Да ну? – Я расправила плечи. – Кайл, я… – Я чуть снова ему не отказала, но неожиданно передумала. После того как мать растоптала мою жизнь своими острыми каблуками, я целый год ни с кем не встречалась. Кайл всегда был очень мил, к тому же скоро он наверняка уезжает в колледж. Чем я рискую? – Ладно, давай куда-нибудь сходим.

– Правда?! – Кайл ушам своим не поверил.

– Почему бы и нет. Во сколько освободишься?

– Твой отец тоже устраивает для тебя вечеринку?

– Нет. – Ага, как же.

– Ох, слушай, я тебе отправлю эсэмэску. Мне надо сначала попросить у отца машину – моя в ремонте. Думаю, он не откажет.

– Хорошо, записывай номер, – ответила я и потянулась за телефоном.

– Не надо, у меня есть.

Я недоуменно посмотрела на Кайла.

– Пару недель назад спросил у Ребекки, – смущенно усмехнулся он. – Хотел позвонить, но так и не решился.

Я невольно рассмеялась: у него был такой вид, будто он без спросу залез в буфет за конфетами. Симпатичный парень. На киношного красавца не похож, внешность вполне обычная – темно-русые волосы, карие глаза. Хотя мы и знакомы много лет, но никогда не оставались наедине, рядом всегда была куча друзей-приятелей.

– Зря не решился.

– А ты бы стала со мной разговаривать?

Лгать не хотелось, давать ложную надежду тоже, поэтому я лишь улыбнулась и неопределенно пожала плечами, надеясь, что это сойдет за легкий флирт. Кажется, сработало – Кайл просиял.

– Отлично, вечером отпишусь!

– Здорово! – кивнула я, уже сожалея об этом.

Наступил черед выпускников, сидевших впереди Кайла, потом вызвали и его.

– Кайл Джейкобсон!

Он обернулся, улыбнулся мне и пошел на сцену. Передо мной оставалось еще восемь человек. Кайл поднялся по ступеням, многочисленная родня громко зааплодировала, некоторые засвистели и прокричали слова ободрения. Кайл схватил свой аттестат и, дурачась, поиграл мускулами. Все засмеялись. Он поклонился публике. Кайл был тот еще шутник. Одноклассники его любили и выбрали «клоуном класса» для выпускного альбома. У девушек он пользовался успехом, но никогда ни с кем не встречался. Впрочем, ко мне он всегда относился с особой теплотой. До того как моя семья распалась, мы были в одной компании.

После ухода мамы отец, пятнадцать лет безупречно служивший в муниципальном отделе образования, перестал ходить на работу, и его уволили. Теперь папа вкалывает на лесопилке за четверть прежнего жалованья. Поэтому мне пришлось учиться по облегченной программе и найти работу – денег катастрофически не хватало ни на что, кроме еды.

Когда я рассказала об этом маме, объяснила, почему мне пришлось совмещать учебу с работой и как сильно сдал отец, она заметила, что душевные страдания в сочетании с физическим трудом нам с папой пойдут на пользу. Именно так она и выразилась!

Это стало последней каплей.

В тот день я решила больше никогда с ней не разговаривать.

– Мэгги Мастерс!

Я услышала свое имя и оглянулась по сторонам. Все смотрели на меня, и я поняла: вызывают не в первый раз. Я смутилась, нервно хихикнула и направилась к сцене. Странно, что они не обозвали меня Мэгз, Мэгстер или Мэгзи. Меня никто и никогда не называет моим настоящим именем.

Забрав аттестат, я обернулась к отцу. Ни фото на память, ни аплодисментов, ни улыбки… Он просто сидел и смотрел.

Я насупилась, дошла до края сцены, и тут меня подхватили чьи-то руки. Знакомые руки.

– Поздравляю! – шепнул он прямо в ухо.

– Чед, прекрати!

– Да ладно тебе, Мэгз! – Он опустил меня на пол, но руки не разжал и смотрел умоляюще. – Мы окончили школу, это надо отпраздновать. Давай хотя бы сегодня не будем думать о прошлом!

Я подняла взгляд. Загорелая кожа, карие глаза, темные короткие кудри, в которые любая девушка мечтала бы запустить пальцы. Гордость и краса школьной команды по футболу обнимал меня как ни в чем не бывало. Как же я по нему скучала! Вот только Чед сам меня бросил…

– У тебя это прекрасно получается, – съязвила я.

– Мэгги! – Он тяжело вздохнул, будто это я вела себя неадекватно, и я вскипела от злости. – Послушай, прошел почти год. Если бы я знал, что происходит… про твою маму и все такое, я бы никогда тебя не бросил.

Читать онлайн книгу «Запечатленные» бесплатно — Страница 1

Шелли Крейн

Запечатленные

Запечатление – закрепление в памяти образа, воспоминания, мнения или идеи необычайно ярко и надолго.

Посвящается Акселю

Ты любишь меня, несмотря на все мои заморочки и взбалмошность.

Ты мне очень дорог, и мне с тобой невероятно повезло!

Люблю тебя навеки!

Shelly Crane

SIGNIFICANCE

Печатается с разрешения автора и литературных агентств Dystel & Goderich Literary Management и Andrew Nurnberg.

© Shelly Crane, 2010

Школа перевода В. Баканова, 2014

© Издание на русском языке AST Publishers, 2015

Глава 1

Я ждала этого дня, чтобы подвести некий итог: завернуть в яркую оберточную бумагу семнадцать лет и восемь месяцев своей жизни и привесить сверху бантик в форме конфедератки. Будто какая-то бумажка убедит меня в том, что я поступила правильно.

Выпускников рассадили в алфавитном порядке в огромном спортзале, на виду у всех. В первом ряду расположились те, кому было чем гордиться. Они предвкушали вечеринки с семьей и друзьями, учебу в колледже и мечтали убраться подальше из родного города…

Я впала в ступор. Так долго ждала этого дня, но сейчас не испытывала ничего: ни чувства завершенности, ни гордости за свои достижения. Будто на этом празднике я лишняя и едва дотянула до конца учебы. Впрочем, так оно и было. Школу я терпеть не могла. Для работающих учеников составили специальную программу, и мы заканчивали в час дня, а остальные учились до трех. Так что в школе я почти не появлялась, да особо и не рвалась.

Звучит горько, сама знаю. Однако мне было семнадцать, я заканчивала экстерном, шла на золотую медаль и все такое, а потом столько всего навалилось… И вот она я – мрачная, разочарованная и всем чужая.

Началось все с того, что нас бросила мама… Добропорядочная и экономная домохозяйка, неизменный член родительского комитета, профи экстра-класса по вырезанию скидочных купонов. Представляете, она взяла и ушла! Ей вдруг взбрело в голову, что все эти годы папа не давал ей развиваться. Поэтому она решила, что не любит его и что пришла пора начать новую жизнь, в которой мне места не нашлось.

Мама прихватила все до последнего цента папины сбережения, отложенные мне на колледж, и сбежала в Калифорнию. Куда же еще, как не в «штат огромных возможностей»! Там она тоже не задержалась и снова переехала. Теперь я с ней не разговариваю. Она постоянно извинялась и твердила, что больше не могла терпеть, а теперь счастлива, что я понятия не имею, каково это – жить с моим отцом. Ага, как же! На это я заметила: в данный момент из нас двоих с ним живу именно я. Она тут же бросила трубку.

Маминому бойфренду, который моложе ее лет на десять, наверняка удалось ее утешить.

И вот наступил день выпускного. Я стояла и терпеливо ждала, когда подойдет мой черед, я получу свой аттестат и мне похлопает единственный человек, пришедший меня поддержать, – отец.

Тут я заметила, что Кайл обернулся и с улыбкой глядит на меня.

– Похоже, ты сегодня на своей волне. У тебя все в порядке?

– Ага. Хочу поскорее отсюда убраться.

Он облокотился на спинку своего стула.

– Да ладно тебе, это же выпускной! Неужели ты не рада?

Я пожала плечами.

– Давай сегодня куда-нибудь сходим? Родители устраивают дурацкую вечеринку в мою честь, но я хочу свалить пораньше под каким-нибудь предлогом.

– Кайл, я тебе не предлог!

Он побледнел и нахмурился.

– Ох, Мэгз, я совсем не это имел в виду! – Он вздохнул и сконфуженно посмотрел на меня. – Вечеринка будет с пяти до семи, у нас с тобой останется куча времени. Я боялся, что ты снова откажешься идти со мной на свидание, поэтому старался пригласить тебя как бы ненароком.

– Да ну? – Я расправила плечи. – Кайл, я… – Я чуть снова ему не отказала, но неожиданно передумала. После того как мать растоптала мою жизнь своими острыми каблуками, я целый год ни с кем не встречалась. Кайл всегда был очень мил, к тому же скоро он наверняка уезжает в колледж. Чем я рискую? – Ладно, давай куда-нибудь сходим.

– Правда?! – Кайл ушам своим не поверил.

– Почему бы и нет. Во сколько освободишься?

– Твой отец тоже устраивает для тебя вечеринку?

– Нет. – Ага, как же.

– Ох, слушай, я тебе отправлю эсэмэску. Мне надо сначала попросить у отца машину – моя в ремонте. Думаю, он не откажет.

– Хорошо, записывай номер, – ответила я и потянулась за телефоном.

– Не надо, у меня есть.

Я недоуменно посмотрела на Кайла.

– Пару недель назад спросил у Ребекки, – смущенно усмехнулся он. – Хотел позвонить, но так и не решился.

Я невольно рассмеялась: у него был такой вид, будто он без спросу залез в буфет за конфетами. Симпатичный парень. На киношного красавца не похож, внешность вполне обычная – темно-русые волосы, карие глаза. Хотя мы и знакомы много лет, но никогда не оставались наедине, рядом всегда была куча друзей-приятелей.

– Зря не решился.

– А ты бы стала со мной разговаривать?

Лгать не хотелось, давать ложную надежду тоже, поэтому я лишь улыбнулась и неопределенно пожала плечами, надеясь, что это сойдет за легкий флирт. Кажется, сработало – Кайл просиял.

– Отлично, вечером отпишусь!

– Здорово! – кивнула я, уже сожалея об этом.

Наступил черед выпускников, сидевших впереди Кайла, потом вызвали и его.

– Кайл Джейкобсон!

Он обернулся, улыбнулся мне и пошел на сцену. Передо мной оставалось еще восемь человек. Кайл поднялся по ступеням, многочисленная родня громко зааплодировала, некоторые засвистели и прокричали слова ободрения. Кайл схватил свой аттестат и, дурачась, поиграл мускулами. Все засмеялись. Он поклонился публике. Кайл был тот еще шутник. Одноклассники его любили и выбрали «клоуном класса» для выпускного альбома. У девушек он пользовался успехом, но никогда ни с кем не встречался. Впрочем, ко мне он всегда относился с особой теплотой. До того как моя семья распалась, мы были в одной компании.

После ухода мамы отец, пятнадцать лет безупречно служивший в муниципальном отделе образования, перестал ходить на работу, и его уволили. Теперь папа вкалывает на лесопилке за четверть прежнего жалованья. Поэтому мне пришлось учиться по облегченной программе и найти работу – денег катастрофически не хватало ни на что, кроме еды.

Когда я рассказала об этом маме, объяснила, почему мне пришлось совмещать учебу с работой и как сильно сдал отец, она заметила, что душевные страдания в сочетании с физическим трудом нам с папой пойдут на пользу. Именно так она и выразилась!

Это стало последней каплей.

В тот день я решила больше никогда с ней не разговаривать.

– Мэгги Мастерс!

Я услышала свое имя и оглянулась по сторонам. Все смотрели на меня, и я поняла: вызывают не в первый раз. Я смутилась, нервно хихикнула и направилась к сцене. Странно, что они не обозвали меня Мэгз, Мэгстер или Мэгзи. Меня никто и никогда не называет моим настоящим именем.

Забрав аттестат, я обернулась к отцу. Ни фото на память, ни аплодисментов, ни улыбки… Он просто сидел и смотрел.

Я насупилась, дошла до края сцены, и тут меня подхватили чьи-то руки. Знакомые руки.

– Поздравляю! – шепнул он прямо в ухо.

– Чед, прекрати!

– Да ладно тебе, Мэгз! – Он опустил меня на пол, но руки не разжал и смотрел умоляюще. – Мы окончили школу, это надо отпраздновать. Давай хотя бы сегодня не будем думать о прошлом!

Я подняла взгляд. Загорелая кожа, карие глаза, темные короткие кудри, в которые любая девушка мечтала бы запустить пальцы. Гордость и краса школьной команды по футболу обнимал меня как ни в чем не бывало. Как же я по нему скучала! Вот только Чед сам меня бросил…

– У тебя это прекрасно получается, – съязвила я.

– Мэгги! – Он тяжело вздохнул, будто это я вела себя неадекватно, и я вскипела от злости. – Послушай, прошел почти год. Если бы я знал, что происходит… про твою маму и все такое, я бы никогда тебя не бросил.

– Хм, это многое меняет. – Я прямо-таки источала сарказм.

– Ты меня прекрасно поняла. Мы часто об этом говорили, ты с самого начала знала, что я уеду. Я думал, ты и сама сообразила, что нам надо сбавить обороты и последний год школы быть просто друзьями. Я ни с кем не встречался, ты же знаешь. Дело было не в тебе.

Истинная правда. За целый год он ни разу не сходил на свидание, по крайней мере насколько я в курсе. Даже на выпускной бал Чед сговорился идти с друзьями, никаких девушек. Его поддержала практически вся футбольная команда, и это очень разозлило моих одноклассниц.

– Знаю. И все же ты целый год со мной не разговаривал.

– Мэгги, ты сама не отвечала на мои звонки! В обед ты меня избегала, потом стала работать после школы. Что мне было делать?

Чед прав. Единственный разговор состоялся через месяц после нашего разрыва и отъезда мамы. Мы крепко повздорили. Так уж совпало, что спустя три дня после ухода моей мамы Чед принял решение за нас двоих, не считаясь с моим мнением.

Я заявила тогда, что он поступил подло, выбрав самый неподходящий момент. Он ответил, что ему жаль, и решил все переиграть. Даже попытался меня поцеловать, но было слишком поздно.

Я скучала по Чеду. Он был неплохим парнем, только все делал не вовремя, и я страшно обиделась. Я злилась, что он бросил меня ради своих грандиозных планов. Все меня бросили! Я постаралась сохранить хотя бы видимость спокойствия.

– Ты прав, – согласилась я. – Ты был мне нужен как никогда! Я хотела быть с тобой, но ни за что не стала бы умолять тебя вернуться.

– Глупышка, тебе вовсе не надо было меня умолять! – хрипло проговорил Чед и притянул меня к себе. – Мэгз, прости меня! Я думал, если мы останемся друзьями, то будет легче. Я знал, что расставаться трудно. Взгляни на меня. – Я тяжело вздохнула и подняла голову. – Меньше всего я хотел причинить тебе боль! Я так соскучился…

– Чед, прекрати, а? Мне стыдно за свое поведение, но это ничего не меняет. Ты все равно уезжаешь. Тебя ждут Флорида и университетская футбольная команда!

– Знаю. Мне безумно жаль, что мы потеряли наш последний год. Прости меня!

– И ты меня. – Я едва нашла в себе силы и неохотно высвободилась из его объятий. – Мне пора.

– Пожалуйста, пиши! Или звони, шли эсэмэски – только не теряйся! Я по тебе скучаю. Никогда не думал, что мы перестанем вообще друг с другом разговаривать. Мне нужно знать, как у тебя дела.

– Хорошо, буду писать. Поздравляю с поступлением в университет Флориды! Всегда знала, что у тебя получится.

– Спасибо, Мэгз. Между прочим, я по-прежнему тебя люблю, – шепнул он и поцеловал меня в щеку.

Я едва совладала с собой.

Он ушел.

Я посмотрела ему вслед: он пятился, не сводя с меня глаз. В руках аттестат, черная мантия выпускника развевается на ветру. Чед грустно помахал и направился к своему пикапу. Уж насколько день не задался, а стало еще паршивее.

Глава 2

– Ума не приложу, как ты ешь эту гадость, – заявил отец. Раньше мы вместе подшучивали над моей любовью к медовым плюшкам, однако сейчас он откровенно насмехался. – Сплошной сахар и углеводы. Представляешь, сколько там калорий?!

– По-твоему, мне пора худеть?

Мы сидели в обеденном уголке, где едва помещаются два человека. После вручения аттестатов мы сразу отправились домой. Ехали молча. Кроме «поздравляю», папа не произнес ни слова. Вот уже целый час я с нетерпением поглядывала на телефон, ждала эсэмэски от Кайла. Никогда бы не подумала, что буду считать минуты до встречи с ним, но я была готова на все, лишь бы выбраться из дома.

Кайл пока молчал, зато пришло сообщение от Биша.

«Поздравляю, малыш! Ужасно жаль, что не смог приехать: босс завалил работой, а стажерам возникать не положено. Люблю тебя, жду не дождусь встречи! Обещаю скоро нагрянуть в гости».

– Ничего подобного я не говорил, – проворчал отец, не давая мне расслабиться и порадоваться поздравлениям брата. – Ты слишком все драматизируешь. Я имел в виду, что пользы от них никакой.

– Папа, как и тысячи других американцев, я ем эти плюшки каждый день, сколько себя помню! Уверяю тебя, они совсем не ядовиты.

– Твой сарказм неуместен. За своим весом надо следить, не то в один прекрасный день станет слишком поздно. Твоя мать говорит, что…

– Твое замечание тоже неуместно, пап! Мне нет никакого дела до того, что там себе вообразила эта женщина. Она ушла и поэтому утратила право голоса! Да ей вообще на меня плевать!

Мать всегда шпыняла меня по поводу веса. Когда-то мне казалось, что это проявление материнской заботы. Теперь же я ни в чем не уверена.

Рост у меня средний. Мама вечно твердила, что мне нужно активнее заниматься спортом, вернуться в школьную группу поддержки. Я увлекалась легкой атлетикой, однако мама считала, что юбочка чирлидерши смотрится куда лучше, чем беговые шорты.

Мое тело мне всегда нравилось. Вовсе я не толстая. И я не из тех девушек, которые ноют, жалуются на жизнь и впадают в истерику всякий раз, как надевают купальник. Да и окружающие никогда не были в претензии. Особенно Чед: он всегда говорил, что ему нравится мой здоровый аппетит и то, что я не надоедаю разговорами о своем весе. Кроме матери, никому даже в голову не приходило об этом заговаривать. Делать мне больше нечего, как развивать в себе комплексы из-за этой неврастенички! А теперь еще и папа подключился…

– Ей не плевать. Просто мы с тобой что-то делали не так, и ей стало с нами плохо. Она не ушла бы, если бы мы были более…

– Какими, папа? Идеальными?

– Ты понимаешь, что я имею в виду.

– Ничуть! Нельзя любить человека за то, что он может дать тебе! Нельзя любить его за то, что он делает для тебя, или за то, что он красив! Любовь слепа, любовь не превозносится, не гордится! Помнишь, пап?

– Мэгги, я тоже читал Библию. А вот с какой стати о Боге вспомнила ты?

Ой! За весь год мы с папой ни разу не были в церкви.

– Мама нас любила, но мы не смогли показать ей, насколько мы ее любим, и она ушла. Это мы ее подвели! – со вздохом заключил отец.

Я вскочила, забыв о том, что Кайл так и не написал. Передо мной с угрюмым видом сидел жалкий, озлобленный мужчина. Лицо бледное, давно не мытые черные волосы зачесаны назад, темно-синяя рубашка измята.

– Папа, я тебя, конечно, люблю, но не желаю брать ее вину на себя! Я иду прогуляться с другом, вернусь не очень поздно.

– С Чедом?

– Нет. Чед пакует чемоданы.

– Что ж, тем лучше для него. Ты знала, что так будет. У этого парня есть чему поучиться. По-моему, ты ему не пара. У вас все равно бы ничего не вышло. Спустись на землю, Мэгги! Ты слишком много требуешь от окружающих, – пробормотал он.

– Как скажешь, пап. Пока!

Не дожидаясь ответа, я выскочила из комнаты. По пути схватила с вешалки ветровку защитного цвета, сунула в карман телефон и подошла к огромному зеркалу в массивной серебряной раме, висевшему в прихожей. Помню, мама отыскала его в каком-то антикварном магазинчике, и папа едва сумел засунуть этот раритет в машину. Я стояла и смотрела на русые волосы, чуть вьющиеся на концах и падающие на плечи, на зеленые глаза, на веснушки, рассыпанные по загорелому лицу. Не писаная красавица, но разве поэтому меня все бросают?..

Я порылась в рюкзаке в поисках десятки, сунула ее в карман вместе с мобильником и вышла за дверь.

Снаружи было холодно и сыро. В воздухе клубился туман, вокруг уличных фонарей сияли нимбы. Я шагала по Броуд-стрит, следующая – Мэйн-стрит. Всю жизнь прожила в центре. Машины у меня нет, потому что она мне совершенно не нужна – всюду можно дойти пешком. К примеру, до кафе, где я работаю, ходу всего пять кварталов.

Однако направлялась я вовсе не в кафе. Я понятия не имела, куда идти, лишь бы не оставаться дома. Отец изменился до неузнаваемости. Раньше мы отлично ладили: играли во все подряд, ходили в кино, готовили всякую всячину, сгребали опавшую листву во дворе. Обычная семья из хорошего района, типичные жители Теннесси. Потом мама ушла, и отца словно подменили. Раньше он никогда не заговаривал о моем весе и калориях (тут и говорить-то не о чем). Прежний отец не наблюдал бы безучастно, как его дочери вручают аттестат. И уж точно не позволил бы мне выйти на работу, чтобы обеспечить себя всем необходимым, в то время когда сам он предается унынию и ничего не хочет. Он стал совсем другим, и я очень скучала по нему прежнему.

У меня есть старший брат, Биш, который давно живет сам по себе. Родители усыновили его, когда мне исполнилось восемь. Бишу было шестнадцать, он кочевал из одной приемной семьи в другую и уже не надеялся, что у него будет настоящая семья.

Мне он понравился сразу, я ему тоже. Я ходила за ним хвостом, а он и рад был. Мы с ним играли, он всегда брал меня с собой, когда отправлялся за покупками. Я помогла ему подружиться с ребятами из воскресной школы, ведь он никогда не был в церкви. А потом он поступил в художественный колледж и уехал в Нью-Йорк, где устроился стажером в адвокатскую контору под начало жуткого зануды. С тех пор мы редко видимся. Только переписываемся, но он всегда страшно занят, и мне очень трудно придумать, что ему сказать, кроме того, как без него паршиво.

Я дошла до светофора и стала ждать, когда загорится зеленый. Передо мной маячил какой-то парень в наушниках. Сунув руки в карманы, он слегка покачивал головой в такт мелодии, потом увидел меня, чуть улыбнулся и кивнул. Я снова проверила телефон, но Кайл еще не написал. И какое мне до него дело? Идти на свидание с Кайлом не особо хотелось, и все же я не могла отвязаться от мыслей о нем.

Надо выпить кофе. Если Кайл не появится, просто посижу, почитаю что-нибудь на телефоне и пойду домой. Я сунула мобильник в карман и взглянула на дорогу. Как раз вовремя! Загорелся зеленый, парень шагнул вперед, забыв посмотреть по сторонам. И тут неожиданно появился огромный красный грузовик. Водитель поворачивал направо, но смотрел почему-то налево.

Все произошло так быстро, что времени на раздумья не осталось. Я среагировала мгновенно: бросилась вперед, схватила парня за куртку и дернула на себя изо всех сил. Грузовик промчался мимо. Мы оба свалились на землю. Парень упал сверху, задев меня рюкзаком по лицу. От боли перехватило дыхание.

Послышался визг тормозов, грузовик резко остановился. Водитель высунулся из окна, прокричал что-то про глупых детей, только выразился покрепче, и рванул с места.

Парень мигом откатился в сторону, вытащил наушники и ошеломленно уставился на меня.

– Ты как?

– Вроде нормально, – простонала я.

– Какой же я растяпа! Ты… ты спасла мне жизнь!

– Всегда пожалуйста. Рада, что оказалась рядом.

Парень подвинулся ближе и отвел мне волосы со лба.

– Ты поранилась! – огорченно воскликнул он.

– Правда? – Я коснулась лба и поморщилась: пальцы в крови, но не больно. Пожалуй, ничего страшного. – Похоже на то. Ерунда, царапина.

Я попыталась встать, но он не позволил.

– Погоди! Надо вызвать «Скорую». Если с тобой что-нибудь случится из-за меня…

– Не надо никуда звонить, я в полном порядке.

Парень нахмурился. В мягком свете фонарей он был особенно хорош: высокий, волосы темные и спутанные, вьются на лбу и возле ушей, глаза то ли синие, то ли светло-карие – не разберешь. Он нервно покусывал невероятно красивые губы, усиленно размышляя. На нем была серая толстовка с капюшоном, на груди большими оранжевыми буквами написано «Теннесси ВОЛС», название команды колледжа. Еще один спортсмен на мою голову!

Я вспомнила Чеда. Он изо всех сил рвался во Флориду, в команду «Гэйторс», хотя университет Теннесси был прямо под боком. Видите ли, во Флориде учился его отец, и Чед решил продолжить семейную традицию. Выглядело это так, будто ради меня он не желает идти ни на какие компромиссы.

Наши взгляды встретились. Мы буквально не могли оторвать друг от друга глаз. Потом он улыбнулся уголком рта, и это окончательно лишило меня присутствия духа.

– Давай я сам тебя в больницу отвезу. – Парень снова откинул мне волосы со лба и склонился ближе. У меня перехватило дыхание, у него тоже. Он посмотрел мне прямо в глаза. – Вроде бы ничего страшного, и все же давай позвоним твоим друзьям или родителям. Мне будет спокойнее!

– Звонить некому, – пробормотала я и тут же пожалела. – Правда, со мной все в порядке.

– Я так рад, что ты оказалась рядом! Ведь я едва не погиб! Прости, что дурацким рюкзаком тебе по лицу заехал! Кстати, хватка у тебя что надо, – улыбнулся он.

Я смотрела на него как зачарованная, не могла отвести глаз и молчала.

Он улыбнулся еще шире.

– Хм, спасибо, – наконец откликнулась я, приходя в себя. – А сам-то ты в порядке?

Парень кивнул.

– Значит, звонить некому? Родители? Бойфренд?

– Отец не придет, с бойфрендом я… Ну, мы расстались. Вряд ли стоит ему звонить.

– Думаешь, не придет?

– Прибежит! Поэтому и не хочу звонить.

Парень одновременно смутился и обрадовался.

– Ладно, дело твое. Думаю, ушиблась ты не сильно и обошлось без сотрясения.

– Честное слово, со мной все в порядке! Извини, что задержала, – пробормотала я и заправила за ухо прядь волос.

– Ты что, шутишь?! Ты мне жизнь спасла! Позволь хотя бы проводить тебя туда, куда ты шла. – Он мягко взял меня за руку и помог подняться. – Все хорошо? Птички или звездочки перед глазами не мелькают?

– Все нормально.

– Куда ты шла?

– Понятия не имею. Никуда. Просто позарез нужно было уйти из дома. Мне должны позвонить.

– Ты была на выпускном?

– Да, я сегодня окончила школу.

– Правда? Для выпускницы выглядишь слишком юной.

– Через несколько недель мне исполнится восемнадцать. Окончила экстерном.

– Ясно. Значит, меня спасла девушка весьма одаренная! – усмехнулся парень.

– Ничего подобного! – рассмеялась я. – Я любила учиться, особенно писать тесты. – Он заметно удивился. – Знаю, звучит странно. Такая уж я чудачка. Мне просто нравилось, и все.

– А теперь не нравится?

– Долго рассказывать. Этот учебный год сразу не задался.

Парень кивнул и решил не вдаваться в подробности.

– Знаешь, никакая ты не чудачка. – Он склонился ко мне и прошептал: – Я люблю решать задачки по геометрии на скорость. Просто обожаю!

Я шутливо подняла брови и приоткрыла рот.

– Обалдеть!

– Еще бы.

– Может, это ты чудак?

– Эй!

Мы захохотали, потом улыбнулись друг другу.

– Ну так что, позволишь тебя проводить?

– Со мной все в порядке. А ты куда шел?

– В паре кварталов отсюда живет мой дядя. Его сын, мой двоюродный брат, сегодня тоже окончил школу. Я приехал с родителями, чтобы вместе отпраздновать. Ну, знаешь, как это бывает.

– Ага, – протянула я, понятия не имея, каково это – собраться всей семьей и вместе радоваться выпускному. – А как зовут твоего брата?

– Кайл Джейкобсон.

Я ошарашенно взглянула на него.

– Кайл – твой двоюродный брат?

– Ну да. Вы знакомы? Ах да, вы же одноклассники.

– Мы с Кайлом дружим с тех пор, как себя помним. Его-то я и жду. Он говорил, что ваша вечеринка пройдет с пяти до семи.

– Верно. Я вышел проветриться: трудно вынести столько Джейкобсонов в одном доме. – Парень сунул руки в карманы и смущенно повел плечами. – Значит, это с тобой Кайл идет на свидание? Он мне уже все уши прожужжал.

– Никакое это не свидание! Впрочем, не знаю… Мы просто друзья. Он такой милый!

– Не знаю, как ты, а он точно считает, что у вас свидание. И уж поверь, он хочет стать для тебя больше чем другом.

Он грустно улыбнулся. Я прикусила губу.

– Ой, я вовсе не это имела в виду! Мне хотелось куда-нибудь выбраться, Кайл и раньше приглашал меня погулять. В этот раз я просто не стала ему отказывать. Понимаешь?

Парень кивнул и задумчиво потер шею. Прядь волос упала ему на лоб, и мне захотелось ее убрать. Пальцы сами потянулись к нему, но я овладела собой и крепко сжала кулак. Я не какая-нибудь глупая девчонка, которая теряет голову при виде смазливого мальчишки! И никогда ею не стану!

– Я все равно возвращаюсь в дом, так что пойдем вместе. Кайл обрадуется.

Похоже, такая перспектива не улыбалась нам обоим. Раньше мне не нравился никто, кроме Чеда, а к этому синеглазому парню тянуло как магнитом.

– Хорошо, но мы с ним просто приятели. Я никогда не была у него дома. Как думаешь, он не рассердится, если я явлюсь без приглашения?

– Ни в коем случае!

– Ладно.

Мы направились к дому Кайла. Вдвоем в темноте идти было куда приятнее.

– На каком ты курсе? – спросила я, чтобы нарушить паузу.

– Перешел на второй. Учусь на архитектора.

– Правда? Здорово! Поэтому тебе нравится геометрия?

Он улыбнулся и кивнул.

– А ты уже выбрала, куда поступать?

Я вздохнула.

– Если честно, пока не придумала. В этом году училась хуже некуда, с поступлением все туманно. Понятия не имею, что теперь делать. Мой отец… Сейчас я должна быть рядом. Пока я работаю в кафе, а там видно будет.

– Послушай, забота о близких порой гораздо важнее любви к себе. Ты молодец, помогаешь отцу, когда он в этом очень нуждается!

Впервые за весь год в мой адрес прозвучало хоть что-то хорошее.

– Спасибо! Ты даже не представляешь, как важно мне услышать именно эти слова! – воскликнула я и смущенно улыбнулась.

Парень улыбнулся в ответ, придержал меня за руку и снова убрал волосы со лба, чтобы проверить царапину. Я посмотрела ему в глаза. Как бы ни пылали щеки, ни за что не отведу взгляд. Ни за что не потеряю голову! Он глядел сверху вниз, все еще касаясь моих волос, и у меня в животе запорхали бабочки. Он прищурился, наблюдая за моей реакцией. Я нервно облизнула губы. Парень сверкнул глазами, немедленно отвернулся и опустил руку.

– Выглядит получше. Думаю, все будет в порядке. Эй, Кайл, смотри, кого я привел!

Я обернулась и увидела Кайла, который сердито зыркнул на брата.

– Сам вижу. Вы знакомы?

– Нет, зато сегодня твоя подруга спасла мне жизнь! – Парень кивнул в мою сторону и улыбнулся. Потом перевел взгляд на Кайла, настроенного весьма скептично. – Меня чуть не сбил грузовик, а она выдернула меня прямо из-под колес. Если бы не она, я бы точно погиб!

Кайл изумленно уставился на меня.

– Это правда?

– А, ничего особенно я не сделала, – отмахнулась я.

– Мэгз, я тебе не верю! – Кайл бросился ко мне и крепко обнял, с легкостью оторвав от земли. Он явно хотел позлить брата. Впрочем, тот сразу все уяснил, закатил глаза и скрестил руки на груди. – Пойдем скорее в дом! Нужно рассказать тете Рэйчел, как ты спасла ее сына!

– Нет, в дом я не пойду. У меня не то настроение, чтобы общаться с кучей народу.

– Ладно, – нехотя отступил Кайл. – Я как раз собирался тебе написать. Извини, вечеринка немного затянулась. Мы кое-кого заждались, а он опоздал. Теперь вижу, что ему было чем заняться.

– Лучше поздно, чем никогда! – продекламировала я и внезапно смутилась.

Кайл удивленно поднял бровь, зато его двоюродный брат расхохотался от души.

– Уела она тебя, да? – Он похлопал Кайла по спине. – Приятно видеть, что ты обо мне так беспокоишься.

– Да ну тебя! Ну что, Мэгз, ты готова? – спросил Кайл.

Я не знала, что и ответить. Мне ужасно не хотелось оставлять парня, которого я спасла, но и позвать его с собой тоже нельзя – между братьями словно черная кошка пробежала. Я смотрела на него, он смотрел на меня. Он тоже не хотел, чтобы я уходила, и от этого бабочки у меня в животе заметались быстрее.

– Ну-у, да, конечно, – пробормотала я.

– Хорошо. Ключи я взял, пойдем.

– Погоди. – Я подошла к его брату, стоявшему чуть поодаль, и посмотрела ему глаза. Он был на целую голову выше меня. – Я очень рада, что оказалась на том перекрестке вовремя.

– Я тоже. Спасибо! Если что-нибудь понадобится – новые ролики, мороженое, донорская почка, – только дай знать!

Я рассмеялась и заправила за ухо выбившуюся прядку. Парень усмехнулся и смущенно шаркнул ногой.

– Обязательно. Кстати, меня зовут Мэгги. – Я протянула руку и улыбнулась.

– Мэгги, – повторил он, и я закусила губу, услышав свое имя из его уст. – А я Калеб.

Он коснулся моей руки, и меня словно током ударило. Я даже задохнулась.

1 2 3 4 5 6


Запечатленные читать онлайн — Шелли Крейн

Шелли Крейн

Запечатленные

Запечатление — закрепление в памяти образа, воспоминания, мнения или идеи необычайно ярко и надолго.

Посвящается Акселю

Ты любишь меня, несмотря на все мои заморочки и взбалмошность.

Ты мне очень дорог, и мне с тобой невероятно повезло!

Люблю тебя навеки!

Глава 1

Я ждала этого дня, чтобы подвести некий итог: завернуть в яркую оберточную бумагу семнадцать лет и восемь месяцев своей жизни и привесить сверху бантик в форме конфедератки. Будто какая-то бумажка убедит меня в том, что я поступила правильно.

Выпускников рассадили в алфавитном порядке в огромном спортзале, на виду у всех. В первом ряду расположились те, кому было чем гордиться. Они предвкушали вечеринки с семьей и друзьями, учебу в колледже и мечтали убраться подальше из родного города…

Я впала в ступор. Так долго ждала этого дня, но сейчас не испытывала ничего: ни чувства завершенности, ни гордости за свои достижения. Будто на этом празднике я лишняя и едва дотянула до конца учебы. Впрочем, так оно и было. Школу я терпеть не могла. Для работающих учеников составили специальную программу, и мы заканчивали в час дня, а остальные учились до трех. Так что в школе я почти не появлялась, да особо и не рвалась.

Звучит горько, сама знаю. Однако мне было семнадцать, я заканчивала экстерном, шла на золотую медаль и все такое, а потом столько всего навалилось… И вот она я — мрачная, разочарованная и всем чужая.

Началось все с того, что нас бросила мама… Добропорядочная и экономная домохозяйка, неизменный член родительского комитета, профи экстра-класса по вырезанию скидочных купонов. Представляете, она взяла и ушла! Ей вдруг взбрело в голову, что все эти годы папа не давал ей развиваться. Поэтому она решила, что не любит его и что пришла пора начать новую жизнь, в которой мне места не нашлось.

Мама прихватила все до последнего цента папины сбережения, отложенные мне на колледж, и сбежала в Калифорнию. Куда же еще, как не в «штат огромных возможностей»! Там она тоже не задержалась и снова переехала. Теперь я с ней не разговариваю. Она постоянно извинялась и твердила, что больше не могла терпеть, а теперь счастлива, что я понятия не имею, каково это — жить с моим отцом. Ага, как же! На это я заметила: в данный момент из нас двоих с ним живу именно я. Она тут же бросила трубку.

Маминому бойфренду, который моложе ее лет на десять, наверняка удалось ее утешить.

И вот наступил день выпускного. Я стояла и терпеливо ждала, когда подойдет мой черед, я получу свой аттестат и мне похлопает единственный человек, пришедший меня поддержать, — отец.

Тут я заметила, что Кайл обернулся и с улыбкой глядит на меня.

— Похоже, ты сегодня на своей волне. У тебя все в порядке?

— Ага. Хочу поскорее отсюда убраться.

Он облокотился на спинку своего стула.

— Да ладно тебе, это же выпускной! Неужели ты не рада?

Я пожала плечами.

— Давай сегодня куда-нибудь сходим? Родители устраивают дурацкую вечеринку в мою честь, но я хочу свалить пораньше под каким-нибудь предлогом.

— Кайл, я тебе не предлог!

Он побледнел и нахмурился.

— Ох, Мэгз, я совсем не это имел в виду! — Он вздохнул и сконфуженно посмотрел на меня. — Вечеринка будет с пяти до семи, у нас с тобой останется куча времени. Я боялся, что ты снова откажешься идти со мной на свидание, поэтому старался пригласить тебя как бы ненароком.

— Да ну? — Я расправила плечи. — Кайл, я… — Я чуть снова ему не отказала, но неожиданно передумала. После того как мать растоптала мою жизнь своими острыми каблуками, я целый год ни с кем не встречалась. Кайл всегда был очень мил, к тому же скоро он наверняка уезжает в колледж. Чем я рискую? — Ладно, давай куда-нибудь сходим.

— Правда?! — Кайл ушам своим не поверил.

— Почему бы и нет. Во сколько освободишься?

— Твой отец тоже устраивает для тебя вечеринку?

— Нет. — Ага, как же.

— Ох, слушай, я тебе отправлю эсэмэску. Мне надо сначала попросить у отца машину — моя в ремонте. Думаю, он не откажет.

— Хорошо, записывай номер, — ответила я и потянулась за телефоном.

— Не надо, у меня есть.

Я недоуменно посмотрела на Кайла.

— Пару недель назад спросил у Ребекки, — смущенно усмехнулся он. — Хотел позвонить, но так и не решился.

Я невольно рассмеялась: у него был такой вид, будто он без спросу залез в буфет за конфетами. Симпатичный парень. На киношного красавца не похож, внешность вполне обычная — темно-русые волосы, карие глаза. Хотя мы и знакомы много лет, но никогда не оставались наедине, рядом всегда была куча друзей-приятелей.

— Зря не решился.

— А ты бы стала со мной разговаривать?

Лгать не хотелось, давать ложную надежду тоже, поэтому я лишь улыбнулась и неопределенно пожала плечами, надеясь, что это сойдет за легкий флирт. Кажется, сработало — Кайл просиял.

— Отлично, вечером отпишусь!

— Здорово! — кивнула я, уже сожалея об этом.

Наступил черед выпускников, сидевших впереди Кайла, потом вызвали и его.

— Кайл Джейкобсон!

Он обернулся, улыбнулся мне и пошел на сцену. Передо мной оставалось еще восемь человек. Кайл поднялся по ступеням, многочисленная родня громко зааплодировала, некоторые засвистели и прокричали слова ободрения. Кайл схватил свой аттестат и, дурачась, поиграл мускулами. Все засмеялись. Он поклонился публике. Кайл был тот еще шутник. Одноклассники его любили и выбрали «клоуном класса» для выпускного альбома. У девушек он пользовался успехом, но никогда ни с кем не встречался. Впрочем, ко мне он всегда относился с особой теплотой. До того как моя семья распалась, мы были в одной компании.

После ухода мамы отец, пятнадцать лет безупречно служивший в муниципальном отделе образования, перестал ходить на работу, и его уволили. Теперь папа вкалывает на лесопилке за четверть прежнего жалованья. Поэтому мне пришлось учиться по облегченной программе и найти работу — денег катастрофически не хватало ни на что, кроме еды.

Когда я рассказала об этом маме, объяснила, почему мне пришлось совмещать учебу с работой и как сильно сдал отец, она заметила, что душевные страдания в сочетании с физическим трудом нам с папой пойдут на пользу. Именно так она и выразилась!

Это стало последней каплей.

В тот день я решила больше никогда с ней не разговаривать.

— Мэгги Мастерс!

Я услышала свое имя и оглянулась по сторонам. Все смотрели на меня, и я поняла: вызывают не в первый раз. Я смутилась, нервно хихикнула и направилась к сцене. Странно, что они не обозвали меня Мэгз, Мэгстер или Мэгзи. Меня никто и никогда не называет моим настоящим именем.

Забрав аттестат, я обернулась к отцу. Ни фото на память, ни аплодисментов, ни улыбки… Он просто сидел и смотрел.

Я насупилась, дошла до края сцены, и тут меня подхватили чьи-то руки. Знакомые руки.

— Поздравляю! — шепнул он прямо в ухо.

— Чед, прекрати!

— Да ладно тебе, Мэгз! — Он опустил меня на пол, но руки не разжал и смотрел умоляюще. — Мы окончили школу, это надо отпраздновать. Давай хотя бы сегодня не будем думать о прошлом!

Я подняла взгляд. Загорелая кожа, карие глаза, темные короткие кудри, в которые любая девушка мечтала бы запустить пальцы. Гордость и краса школьной команды по футболу обнимал меня как ни в чем не бывало. Как же я по нему скучала! Вот только Чед сам меня бросил…

— У тебя это прекрасно получается, — съязвила я.

— Мэгги! — Он тяжело вздохнул, будто это я вела себя неадекватно, и я вскипела от злости. — Послушай, прошел почти год. Если бы я знал, что происходит… про твою маму и все такое, я бы никогда тебя не бросил.

— Хм, это многое меняет. — Я прямо-таки источала сарказм.

— Ты меня прекрасно поняла. Мы часто об этом говорили, ты с самого начала знала, что я уеду. Я думал, ты и сама сообразила, что нам надо сбавить обороты и последний год школы быть просто друзьями. Я ни с кем не встречался, ты же знаешь. Дело было не в тебе.

Истинная правда. За целый год он ни разу не сходил на свидание, по крайней мере насколько я в курсе. Даже на выпускной бал Чед сговорился идти с друзьями, никаких девушек. Его поддержала практически вся футбольная команда, и это очень разозлило моих одноклассниц.

— Знаю. И все же ты целый год со мной не разговаривал.

— Мэгги, ты сама не отвечала на мои звонки! В обед ты меня избегала, потом стала работать после школы. Что мне было делать?

Чед прав. Единственный разговор состоялся через месяц после нашего разрыва и отъезда мамы. Мы крепко повздорили. Так уж совпало, что спустя три дня после ухода моей мамы Чед принял решение за нас двоих, не считаясь с моим мнением.

Я заявила тогда, что он поступил подло, выбрав самый неподходящий момент. Он ответил, что ему жаль, и решил все переиграть. Даже попытался меня поцеловать, но было слишком поздно.

Я скучала по Чеду. Он был неплохим парнем, только все делал не вовремя, и я страшно обиделась. Я злилась, что он бросил меня ради своих грандиозных планов. Все меня бросили! Я постаралась сохранить хотя бы видимость спокойствия.

— Ты прав, — согласилась я. — Ты был мне нужен как никогда! Я хотела быть с тобой, но ни за что не стала бы умолять тебя вернуться.

— Глупышка, тебе вовсе не надо было меня умолять! — хрипло проговорил Чед и притянул меня к себе. — Мэгз, прости меня! Я думал, если мы останемся друзьями, то будет легче. Я знал, что расставаться трудно. Взгляни на меня. — Я тяжело вздохнула и подняла голову. — Меньше всего я хотел причинить тебе боль! Я так соскучился…

— Чед, прекрати, а? Мне стыдно за свое поведение, но это ничего не меняет. Ты все равно уезжаешь. Тебя ждут Флорида и университетская футбольная команда!

— Знаю. Мне безумно жаль, что мы потеряли наш последний год. Прости меня!

— И ты меня. — Я едва нашла в себе силы и неохотно высвободилась из его объятий. — Мне пора.

— Пожалуйста, пиши! Или звони, шли эсэмэски — только не теряйся! Я по тебе скучаю. Никогда не думал, что мы перестанем вообще друг с другом разговаривать. Мне нужно знать, как у тебя дела.

— Хорошо, буду писать. Поздравляю с поступлением в университет Флориды! Всегда знала, что у тебя получится.

— Спасибо, Мэгз. Между прочим, я по-прежнему тебя люблю, — шепнул он и поцеловал меня в щеку.

Я едва совладала с собой.

Он ушел.

Я посмотрела ему вслед: он пятился, не сводя с меня глаз. В руках аттестат, черная мантия выпускника развевается на ветру. Чед грустно помахал и направился к своему пикапу. Уж насколько день не задался, а стало еще паршивее.

Глава 2

— Ума не приложу, как ты ешь эту гадость, — заявил отец. Раньше мы вместе подшучивали над моей любовью к медовым плюшкам, однако сейчас он откровенно насмехался. — Сплошной сахар и углеводы. Представляешь, сколько там калорий?!

— По-твоему, мне пора худеть?

Мы сидели в обеденном уголке, где едва помещаются два человека. После вручения аттестатов мы сразу отправились домой. Ехали молча. Кроме «поздравляю», папа не произнес ни слова. Вот уже целый час я с нетерпением поглядывала на телефон, ждала эсэмэски от Кайла. Никогда бы не подумала, что буду считать минуты до встречи с ним, но я была готова на все, лишь бы выбраться из дома.

Кайл пока молчал, зато пришло сообщение от Биша.

«Поздравляю, малыш! Ужасно жаль, что не смог приехать: босс завалил работой, а стажерам возникать не положено. Люблю тебя, жду не дождусь встречи! Обещаю скоро нагрянуть в гости».

— Ничего подобного я не говорил, — проворчал отец, не давая мне расслабиться и порадоваться поздравлениям брата. — Ты слишком все драматизируешь. Я имел в виду, что пользы от них никакой.

— Папа, как и тысячи других американцев, я ем эти плюшки каждый день, сколько себя помню! Уверяю тебя, они совсем не ядовиты.

— Твой сарказм неуместен. За своим весом надо следить, не то в один прекрасный день станет слишком поздно. Твоя мать говорит, что…

— Твое замечание тоже неуместно, пап! Мне нет никакого дела до того, что там себе вообразила эта женщина. Она ушла и поэтому утратила право голоса! Да ей вообще на меня плевать!

Мать всегда шпыняла меня по поводу веса. Когда-то мне казалось, что это проявление материнской заботы. Теперь же я ни в чем не уверена.

Рост у меня средний. Мама вечно твердила, что мне нужно активнее заниматься спортом, вернуться в школьную группу поддержки. Я увлекалась легкой атлетикой, однако мама считала, что юбочка чирлидерши смотрится куда лучше, чем беговые шорты.

Мое тело мне всегда нравилось. Вовсе я не толстая. И я не из тех девушек, которые ноют, жалуются на жизнь и впадают в истерику всякий раз, как надевают купальник. Да и окружающие никогда не были в претензии. Особенно Чед: он всегда говорил, что ему нравится мой здоровый аппетит и то, что я не надоедаю разговорами о своем весе. Кроме матери, никому даже в голову не приходило об этом заговаривать. Делать мне больше нечего, как развивать в себе комплексы из-за этой неврастенички! А теперь еще и папа подключился…

— Ей не плевать. Просто мы с тобой что-то делали не так, и ей стало с нами плохо. Она не ушла бы, если бы мы были более…

— Какими, папа? Идеальными?

— Ты понимаешь, что я имею в виду.

— Ничуть! Нельзя любить человека за то, что он может дать тебе! Нельзя любить его за то, что он делает для тебя, или за то, что он красив! Любовь слепа, любовь не превозносится, не гордится! Помнишь, пап?

— Мэгги, я тоже читал Библию. А вот с какой стати о Боге вспомнила ты?

Ой! За весь год мы с папой ни разу не были в церкви.

— Мама нас любила, но мы не смогли показать ей, насколько мы ее любим, и она ушла. Это мы ее подвели! — со вздохом заключил отец.

Я вскочила, забыв о том, что Кайл так и не написал. Передо мной с угрюмым видом сидел жалкий, озлобленный мужчина. Лицо бледное, давно не мытые черные волосы зачесаны назад, темно-синяя рубашка измята.

— Папа, я тебя, конечно, люблю, но не желаю брать ее вину на себя! Я иду прогуляться с другом, вернусь не очень поздно.

— С Чедом?

— Нет. Чед пакует чемоданы.

— Что ж, тем лучше для него. Ты знала, что так будет. У этого парня есть чему поучиться. По-моему, ты ему не пара. У вас все равно бы ничего не вышло. Спустись на землю, Мэгги! Ты слишком много требуешь от окружающих, — пробормотал он.

— Как скажешь, пап. Пока!

Не дожидаясь ответа, я выскочила из комнаты. По пути схватила с вешалки ветровку защитного цвета, сунула в карман телефон и подошла к огромному зеркалу в массивной серебряной раме, висевшему в прихожей. Помню, мама отыскала его в каком-то антикварном магазинчике, и папа едва сумел засунуть этот раритет в машину. Я стояла и смотрела на русые волосы, чуть вьющиеся на концах и падающие на плечи, на зеленые глаза, на веснушки, рассыпанные по загорелому лицу. Не писаная красавица, но разве поэтому меня все бросают?..

Я порылась в рюкзаке в поисках десятки, сунула ее в карман вместе с мобильником и вышла за дверь.

Снаружи было холодно и сыро. В воздухе клубился туман, вокруг уличных фонарей сияли нимбы. Я шагала по Броуд-стрит, следующая — Мэйн-стрит. Всю жизнь прожила в центре. Машины у меня нет, потому что она мне совершенно не нужна — всюду можно дойти пешком. К примеру, до кафе, где я работаю, ходу всего пять кварталов.

Однако направлялась я вовсе не в кафе. Я понятия не имела, куда идти, лишь бы не оставаться дома. Отец изменился до неузнаваемости. Раньше мы отлично ладили: играли во все подряд, ходили в кино, готовили всякую всячину, сгребали опавшую листву во дворе. Обычная семья из хорошего района, типичные жители Теннесси. Потом мама ушла, и отца словно подменили. Раньше он никогда не заговаривал о моем весе и калориях (тут и говорить-то не о чем). Прежний отец не наблюдал бы безучастно, как его дочери вручают аттестат. И уж точно не позволил бы мне выйти на работу, чтобы обеспечить себя всем необходимым, в то время когда сам он предается унынию и ничего не хочет. Он стал совсем другим, и я очень скучала по нему прежнему.

У меня есть старший брат, Биш, который давно живет сам по себе. Родители усыновили его, когда мне исполнилось восемь. Бишу было шестнадцать, он кочевал из одной приемной семьи в другую и уже не надеялся, что у него будет настоящая семья.

Мне он понравился сразу, я ему тоже. Я ходила за ним хвостом, а он и рад был. Мы с ним играли, он всегда брал меня с собой, когда отправлялся за покупками. Я помогла ему подружиться с ребятами из воскресной школы, ведь он никогда не был в церкви. А потом он поступил в художественный колледж и уехал в Нью-Йорк, где устроился стажером в адвокатскую контору под начало жуткого зануды. С тех пор мы редко видимся. Только переписываемся, но он всегда страшно занят, и мне очень трудно придумать, что ему сказать, кроме того, как без него паршиво.

Я дошла до светофора и стала ждать, когда загорится зеленый. Передо мной маячил какой-то парень в наушниках. Сунув руки в карманы, он слегка покачивал головой в такт мелодии, потом увидел меня, чуть улыбнулся и кивнул. Я снова проверила телефон, но Кайл еще не написал. И какое мне до него дело? Идти на свидание с Кайлом не особо хотелось, и все же я не могла отвязаться от мыслей о нем.

Надо выпить кофе. Если Кайл не появится, просто посижу, почитаю что-нибудь на телефоне и пойду домой. Я сунула мобильник в карман и взглянула на дорогу. Как раз вовремя! Загорелся зеленый, парень шагнул вперед, забыв посмотреть по сторонам. И тут неожиданно появился огромный красный грузовик. Водитель поворачивал направо, но смотрел почему-то налево.

Все произошло так быстро, что времени на раздумья не осталось. Я среагировала мгновенно: бросилась вперед, схватила парня за куртку и дернула на себя изо всех сил. Грузовик промчался мимо. Мы оба свалились на землю. Парень упал сверху, задев меня рюкзаком по лицу. От боли перехватило дыхание.

Послышался визг тормозов, грузовик резко остановился. Водитель высунулся из окна, прокричал что-то про глупых детей, только выразился покрепче, и рванул с места.

Парень мигом откатился в сторону, вытащил наушники и ошеломленно уставился на меня.

— Ты как?

— Вроде нормально, — простонала я.

— Какой же я растяпа! Ты… ты спасла мне жизнь!

— Всегда пожалуйста. Рада, что оказалась рядом.

Парень подвинулся ближе и отвел мне волосы со лба.

— Ты поранилась! — огорченно воскликнул он.

— Правда? — Я коснулась лба и поморщилась: пальцы в крови, но не больно. Пожалуй, ничего страшного. — Похоже на то. Ерунда, царапина.

Я попыталась встать, но он не позволил.

— Погоди! Надо вызвать «Скорую». Если с тобой что-нибудь случится из-за меня…

— Не надо никуда звонить, я в полном порядке.

Парень нахмурился. В мягком свете фонарей он был особенно хорош: высокий, волосы темные и спутанные, вьются на лбу и возле ушей, глаза то ли синие, то ли светло-карие — не разберешь. Он нервно покусывал невероятно красивые губы, усиленно размышляя. На нем была серая толстовка с капюшоном, на груди большими оранжевыми буквами написано «Теннесси ВОЛС», название команды колледжа. Еще один спортсмен на мою голову!

Я вспомнила Чеда. Он изо всех сил рвался во Флориду, в команду «Гэйторс», хотя университет Теннесси был прямо под боком. Видите ли, во Флориде учился его отец, и Чед решил продолжить семейную традицию. Выглядело это так, будто ради меня он не желает идти ни на какие компромиссы.

«Запечатленные» читать онлайн книгу автора Шелли Крейн на MyBook.ru

Ааааа тут плагиат вот такой ширины,
Ааааа тут шаблоны вот такой вышины,
Ааааа не вампиры и не волки,
Ааааа не во все руки наколки,
Да вот только «Сумерки»! Ха!

Название конечно наводило сразу на мысли о вышеупомянутом произведении, но по описанию я скорее подумала о трилогии Тахиры Мафи. Но не тут то было. Ловите историю Беллы из еще одной альтернативной реальности. (Не той где мужичонка бьет ее прутиком и где ее внутренняя богиня взяла мировое первенство по сальто).
Итак, если бы мать Беллы бросила их с отцом, прикарманив деньги дочке на колледж и отправилась в романтический загул. Если бы Джейкоб и Эдвард уродились в одной более менее человеческой семье (но все-таки не человеками, увы) и Джейкобу на этот раз повезло бы больше и он таки запечатлелся со своим объектом вожделения в предыдущих сериях. Всё! Небольшая перемена ролей и вот вам шедевр. Старая конфетка в новом фантике.
Дальше как по нотам: девушке 17, живет с папой, околачиваются вокруг нее два ухажера, ведут знакомиться ее с семьей и как же не сыграть чего-нибудь на рояле, bad guys завидев новую девушку в клане Калленов Джейкобсонов мчатся ее похищать, клан приходит на помощь, все живы, соперничество продолжается.
Кстати о клане. Думаю самой Шелли Крейн,автору этого произведения, в эхо-сне по-любому явился Габриель Гарсиа Маркес и искусал ей мозг до беспамятства. Как еще объяснить бесчисленные количества всевозможных родственников, дядюшки, тетушки, бабушка, кузены, родители кузенов, кузены родителей, кузены кузенов….

Автор конечно хороша, взяла да и обозвала собаку Беллой в честь тааа-дам — сумеречной Беллы. Конечно, ведь как мило звучит, только послушайте:

Белла облизала мне руку, потом шею, и я хихикнула. Калеб безуспешно пытался ее оттащить.
— И ласковая. Хорошая собака!

Фу, Белла, сидеть, Белла. Что дальше? Хомячок Джейкоб, черепашка Розали, енот Эдвард?
Кстати, герои тут все время в двух состояних на «х»… Хихикают и хрипят (а вы что подумали?). Неврастения какая что ли, хихикнут прохрипят чего-нибудь и так каждый диалог. Причем независимо от пола, такие брутальные мужские хохотульки. Я прям очень настораживалась, когда в главе никто не х/х, а потом сразу х/х и я самодовольно улыбалась дальше.
А когда Калеб говорил:

— Крошка моя!

Мой внутренний Сережа Жуков тут же подхватывал: «Я по тебе скууучааю» и, пока не допевал припев, не успокаивался.
В общем книга мне ну очень понравилась! Вангую, что в следующих частях появятся Вальтурозаменители, Мэгги и Калеб народят Кайлу нареченную с которой он запечатлится и все будут счастливы!

Что такое выходные данные книгоиздания?

Как используется название выходных данных книжного издательства?

Выходные данные книгоиздания — это имя, используемое в качестве издателя книги. Это имя:

  • Отображается для всех, где бы вы ни продавали свою книгу (например, на Amazon и других интернет-магазинах).
  • Записано в базах данных книжной отрасли, используемых розничными торговцами, оптовиками и распространителями книг.
  • Указывается на странице вашей книги, защищенной авторскими правами, и часто включается в рекламные и рекламные материалы вашей книги.
  • Это имя, присвоенное вашему ISBN (и определенно , а не , бесплатный ISBN, доступный в Amazon KDP).

Это может быть вымышленное название или название существующего бизнеса, или его разновидность. Новые издатели могут использовать свое имя автора, но мы думаем, что предпочтительнее проводить различие между именем автора и издателем для связей с общественностью и из соображений создания бренда. Вам не нужно создавать официальное лицо.

За последние десять лет количество книг, использующих ISBN, зарегистрированное небольшими издательскими изданиями (Боукер называет их Small Publishers), увеличилось на 205% — с 14 952 в 2008 году до 45 649 в 2017 году.

Справочник бесплатных ресурсов

Подробнее о публикации выходных данных:

  1. Как найти имя для своего самопубликуемого выходных данных
  2. Сколько стоит создание самопубликуемого выходных данных?
  3. Создание самоиздающего отпечатка логотипа Ресурсы по дизайну и 18 примеров
  4. Анализ отчета о самопубликации Bowker-5 Неожиданные результаты на 2019 год

Как создать самоиздающий отпечаток книги

Самое важное, что нужно знать, это что вы должны владеть и контролировать ISBN.Это означает, что вы не можете использовать бесплатные номера ISBN (от Amazon или других). Как отмечалось выше, для этого не нужно создавать официальную компанию.

Для получения полной информации и инструкций по самостоятельному использованию, получите My Publishing Imprint . Доступно на Amazon в печатном виде, на Kindle и в аудиокниге. Или посетите эту страницу, чтобы узнать больше, в том числе о том, как покупать у других розничных продавцов.

AuthorImprints специализируется на оказании помощи авторам в создании своих издательских выходных данных перед публикацией своей книги.Вот лишь некоторые из наших клиентов, которые публикуют выходные данные.

6 Примеры из практики

.

Краткий урок об издателях, Imprints, CreateSpace и Bowker

Несколько недель назад, готовясь опубликовать The Self-Publisher’s Ultimate Resource Guide, я столкнулся с интересной ситуацией, которая может затронуть больше авторов, поскольку ваше собственное издание продолжает развиваться. мимо первой книги.

Я приобрел свои ISBN еще в 1980-х для Globe Press Books, моего первого издательского предприятия. Когда этот эксперимент закончился, я продолжил публиковать, но мне пришлось изменить название своей издательской компании, поскольку Globe было партнерством, которое впоследствии было распущено.

Это не проблема для издателя, потому что мы можем просто разработать новые выходные данные для любого отдельного издательского предприятия. Эти оттиски обычно относятся к определенной серии книг, которые обращаются к аналогичной аудитории или точке зрения.

Вот пример того, как издатель Пан Макмиллан позиционирует свой отпечаток Bluebird:

Bluebird Macmillan Imprint

Отпечатки позволяют издателю установить фирменный стиль для связной линейки книг, некоторые из которых могут быть нацелены на определенные сегменты рынка.

Вот список отпечатков огромной издательской группы Knopf Doubleday Publishing Group:

Knopf Imprints

Конечно, такие конгломераты, как Knopf Doubleday, не такие, как мы с вами. Многие из имен в этом списке имеют богатую собственную историю книгоиздания, и они были независимыми компаниями до того, как были приобретены и объединены под одной крышей.

Но действует тот же принцип. Например, когда я публиковал в Globe Press Books, я установил отпечаток Fourth Way Books для конкретной аудитории, интересующейся этой нишевой темой.

CreateSpace и отсутствующее имя издателя

CreateSpace имеет замечательный интерфейс для настройки ваших книг, вероятно, лучший и самый простой в использовании из всех, что я видел, с большим количеством помощи, доступной при выполнении задач по настройке.

Однако мне показалось странным, что «Имя издателя» нигде не было. Вместо этого, когда вы укажете, что собираетесь использовать свой собственный ISBN, а не тот, который предоставляется CreateSpace, вы увидите это диалоговое окно с запросом ISBN и вашего «Imprint Name.”

CreateSpace ISBN entry

Если вы нажмете маленький «Что это?» ссылка, вот что сообщает CreateSpace:

CreateSpace Imprint field

Теперь, как мы только что увидели, имя издателя — это не имя выходных данных, они разные, и мы увидели, что один издатель может иметь много выходных данных. Так что не имеет смысла, что «… издатель… ваш отпечаток», не так ли?

Я чувствую себя отвергнутым

Конечно же, когда моя книга вошла в процесс рецензирования, она была отклонена.Я ввел отпечаток, который использовал, в данном случае «Marin Bookworks». Но одна из вещей, которые происходит во время проверки, заключается в том, что CreateSpace фактически проверит вашу учетную запись в Bowker, который выдает ISBN издателям, чтобы убедиться (из соображений безопасности), что ваша запись совпадает.

А мой — нет. Моя издательская компания значилась как «Джоэл Фридлендер, издатель». В моей записи Bowker также были отпечатки, которые я использовал в прошлые годы, но не то имя, под которым я теперь публиковал.

Я поговорил с менеджером по техническим услугам в CreateSpace и обнаружил, что все, что вы вводите в настройках их заголовка в разделе «Imprint Name», должно соответствовать либо , либо имени издателя, либо имени отпечатка в вашей записи Bowker.

Хорошо, я просто добавлю Marin Bookworks в качестве названия издательства, верно?

Когда я пошел посмотреть, у пользователя не было возможности создать имя отпечатка. На минуту я был в тупике. Означает ли это, что мне придется открыть еще одну учетную запись в Bowker с дополнительными расходами на новые номера ISBN? Я не хотел этого делать.

Или мне придется изменить название своей издательской компании, чтобы соответствовать этой проверке безопасности для CreateSpace? В этом не было особого смысла.

В конце концов, я связался со старшим аналитиком Bowker, который объяснил свой взгляд на импринты:

«Что такое выходные данные? Торговое наименование, используемое издателем для обозначения линейки книг или издательского подразделения в издательской организации.… Отпечаток отличается от фирменного наименования тем, что он не представляет собой организацию, ведущую собственную корпоративную жизнь ».

Она подтвердила, что у пользователя нет возможности добавить выходные данные. Однако Bowker быстро реагирует на запросы клиентов, чтобы изменить их учетную запись, и предоставляет для этой цели адрес электронной почты: [email protected] (Не забудьте указать один из ваших номеров ISBN, чтобы библиографы могли идентифицировать вашу запись.)

Это то, что я сделал, чтобы устранить несоответствие, из-за которого моя книга была приостановлена ​​накануне публикации.Боукер внес изменения в течение 24 часов, а через несколько часов книга прошла рецензирование в CreateSpace.

Теперь в моем послужном списке издателя Bowker указано как мое недавно измененное имя издателя, так и другие выходные данные, которые я использовал за эти годы:

self-publishing

Взгляд в будущее

Недавно я писал о том, как авторы могут продолжать «развиваться» в своих издательских предприятиях, либо став более предприимчивыми, либо начав публиковать книги других авторов, либо создав совместное издательское предприятие с другими авторами.

Во всех этих сценариях возможность создавать таргетированные оттиски для определенных строк книг может быть отличным стратегическим маркетинговым инструментом, о котором нужно знать.

Даже один автор, издающий свои собственные книги, может использовать выходные данные, если она решит опубликовать их в новом жанре, если они совершенно не связаны с ее оригинальным жанром.

Эта историческая практика издателей — еще один инструмент, который вы можете добавить в свой арсенал как самостоятельный издатель.

Как бы вы использовали выходные данные в собственном издательском бизнесе? Видите необходимость в одном? Я бы хотел услышать.

Фото: bigstockphoto.com

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *