Дмитрий глуховский книга метро 2035: Дмитрий Глуховский. Метро 2035 скачать в fb2|pdf

Метро 2035 читать онлайн — Дмитрий Глуховский

Дмитрий Глуховский

Метро 2035

Автор благодарит Ларису Смирнову и Илью Яцкевича за помощь в создании этой книги

Глава 1

Тут Москва

— Нельзя, Артем.

— Открывай. Открывай, говорю.

— Начстанции сказал… Сказал, не выпускать никого.

— Ты за идиота меня, что ли? Кого — никого? Кого это — «никого»?

— У меня — приказ! С целью защиты станции… От облучения… Не открывать. Приказ у меня. Понимаешь?!

— Тебе Сухой приказ дал? Тебе мой отчим такой приказ дал? Открывай давай.

— Мне же по шапке из-за тебя, Артем…

— Ну я сам тогда, если ты не можешь.

— Алло… Сансеич… Да, на пост… Тут Артем… Ваш. А что я с ним сделаю-то? Да. Ждем.

— Настучал, а? Молодец, Никицка. Настучал. Отвали! Я открою все равно. Все равно пойду!

Но выскочили из караулки еще двое, втиснулись между Артемом и дверью, стали мягко толкать его, жалея. Артем — заранее усталый, под глазами круги, еще после вчерашнего подъема не оклемавшийся — с часовыми управиться не мог, хоть драться никто с ним и не собирался. Стали сползаться любопытные: чумазые мальчишки с волосами прозрачными, как стекло, одутловатые хозяйки с руками синими и стальными от бесконечной стирки в ледяной воде, усталые и готовые на что угодно бездумно пялиться фермеры из правого туннеля. Шептались. Смотрели на Артема, но и как бы нет; на лицах было у них — черт разберет что.

— И все ходит и ходит. Что ходить-то?

— Ага. И дверь каждый раз нараспашку. А оттуда сифонит, между прочим, сверху-то! Окаянный…

— Слушай, нельзя же… Нельзя так про него. Он все-таки… Всех нас. Спас же. Детей твоих вот.

— Спас, ага. А теперь что? Он для этого спасал их, что ль то? И сам рентген хавает, и нас всех тут… За компанию.

— За хер ему туда, главное? Было бы хоть что! Для чего!

Но вот среди всех этих лиц появилось одно: главное. Усы заброшены, волосы — жидкие уже и все седые — мостом перекинуты через плешь.

Но лицо вычерчено одними прямыми линиями; никаких скруглений. И остальное в нем — жесткое, резиновое, не прожевать, словно взяли человека и провялили заживо. Голос вялили тоже.

— Разойтись всем. Слышали?

— Вон Сухой. Сухой пришел. Пускай забирает своего.

— Дядь Саш…

— Опять ты, Артем? Мы говорили же с тобой…

— Открой, дядь Саш.

— Разошлись, кому сказано! Нечего глазеть тут! А ты — пойдем.

Артем вместо этого сел на пол, на отполированный холодный гранит. Прислонился к стене спиной.

— Хватит, — одними губами, беззвучно, обозначил Сухой. — Люди и так шепчутся.

— Мне надо. Я должен.

— Там ничего нет! Ничего! Нечего там искать!

— Я же говорил тебе, дядя Саш.

— Никита! Ты-то что зеваешь? Давай, проводи граждан!

— Есть, Сансеич. Так, кому тут приглашения отдельные? Шевели, шевели… — затараторил Никицка, сгребая толпу.

— Ерунду ты говорил. Послушай… — Сухой выпустил надувавший его воздух, обмяк, сморщился, опустился рядом с Артемом.  — Ты же гробишь себя. Думаешь, этот костюм от фона тебя спасет? Да он как решето! От платья ситцевого толку больше!

— И что?

— Сталкеры столько не поднимаются, сколько ты… Ты дозу-то пробовал считать? Ну ты жить хочешь или сдохнуть?

— Я уверен, что слышал это.

— А я уверен, что тебе причудилось. Некому там сигналы слать. Некому, Артем! Сколько я тебе говорить должен? Никого не осталось. Ничего, кроме Москвы. Кроме нас тут.

— Не верю.

— Да мне, думаешь, дело есть, во что ты там веришь, а во что нет?! А вот если у тебя волосы выпадут, до этого есть! Если кровью ссать будешь, до этого — есть! Ты хочешь, чтобы хрен у тебя отсох?!

Артем пожал плечами. Помолчал, взвешивая. Сухой ждал.

— Я слышал это. Тогда, на башне. У Ульмана в рации.

— А кроме тебя, никто не слышал. За все время, сколько ни слушали. Пустой эфир. И что?

— И я пошел наверх, вот что. Вот и все.

Артем поднялся на ноги, распрямил спину.

— Я внуков хочу, — сказал ему снизу Сухой.

— Чтобы они тут жили? В подземелье?

— В метро, — поправил его Сухой.

— В метро, — согласился Артем.

— И нормально они тут проживут. Хотя бы родятся. А так…

— Скажи им, чтобы открыли, дядь Саш.

Сухой смотрел в пол. В черный блестящий гранит. Что-то там, видно, было.

— Ты слышал, что люди говорят? Что крыша у тебя поехала. Тогда, на башне.

Артем скривил улыбку.

Набрал воздуха.

— Чтобы внуки, знаешь что надо было, дядя Саш? Надо было детей своих рожать. Ими бы и командовал. И внуки бы на тебя тогда были похожи, а не хер знает на кого.

Сухой зажмурился. Протикала секунда.

— Никита, открой ему. Пускай валит. Пускай околеет. Насрать.

Никицка послушался молча. Артем удовлетворенно кивнул.

— Скоро вернусь, — сказал он Сухому уже из буфера.

Тот по стенке поднялся, обернул к Артему сутулую спину и зашаркал прочь, полируя гранит.

Грохнула дверь буфера, запираясь. Зажглась ярко-белая лампочка под потолком, двадцать пять лет гарантии, слабым зимним солнцем отразилась в грязном кафеле, которым в буфере все было обложено, кроме одной железной стены. Пластиковый стул рваный — отдышаться или ботинки зашнуровать, на крючке — поникший костюм химзащиты, в полу — сток, и шланг резиновый торчал — для дезактивации. В углу еще ранец стоял армейский. И трубка синяя висела на стене, как от телефона-автомата.

Артем влез в костюм — просторный, как чужой. Достал из сумки противогаз. Растянул резину, напялил ее, поморгал, привыкая смотреть через круглые туманные окошки. Снял трубку.

— Готов.

Заскрежетало надрывно, и железная стена — не стена, а гермоворота — поползла вверх. Снаружи дохнуло стылым и сырым. Артем поежился зябко. Взвалил на плечи ранец — тяжелый, будто человека себе на закорки посадил.

Вверх уводили истертые и скользкие ступени бесконечного эскалатора. Станция метро ВДНХ — шестьдесят метров под землей.

Как раз достаточная глубина, чтобы авиабомбы не колыхали. Конечно, если бы ядерная боеголовка ударила в Москву, был бы тут котлован, залитый стеклом. Но боеголовки все были перехвачены противоракетами высоко над городом; на землю дождем шли только их обломки — лучащиеся, но взорваться не умеющие. Поэтому Москва стояла почти целая, и даже похожая на себя прежнюю — как мумия похожа на живого царя. Руки на месте, ноги на месте; улыбка…

А у других городов противоракетной обороны не было.

Артем крякнул, подсаживая ранец поудобней, воровато перекрестился, запустил большие пальцы под слишком свободные ремни, чтобы потуже, и пошел вверх.

* * *

По железу каски стучал дождь, гулко стучал, казалось, Артему в самую голову. Болотные сапоги топли в грязи, ржа ручьями откуда-то сверху бежала куда-то вниз, на небе было навалено облаков — не продохнуть, и дома пустые стояли вокруг, все поглоданные временем. Ни души в этом городе не было. Двадцать лет уже как — ни души.

Сквозь аллею, составленную из сырых лысых коряг, виднелась громадная арка входа на ВДНХ. Вот кунсткамера-то: по поддельным античным храмам рассажены зародыши надежд на будущее величие. Величие должно было наступить скоро — завтра. Только вот само завтра не наступило.

Гиблое место — ВДНХ.

Пару лет назад еще жила тут всякая дрянь, а теперь и ее не осталось. Обещали, что вот-вот опустится радиационный фон, и можно будет потихоньку возвращаться, вон, мол, мутантов-то наверху кишмя, а они тоже животина, пусть и исковерканная…

Вышло наоборот: сошла с земли ледяная короста, земля задышала и запотела, фон подскочил. А мутанты поцеплялись за жизнь своими когтищами — и, кто не сбежал, тот сдох. А человек сидел себе под землей, жил на станциях метро, и никуда умирать не собирался. Человеку много не надо. Человек любой крысе фору даст.

Трещал счетчик, начислял Артему дозу. Не брать его больше с собой, думал Артем, бесит только. Какая разница, сколько там натикает? Что это поменяет? Пока дело не сделано, пусть хоть истрещится.

— Пускай говорят, Жень. Пускай считают, что крыша поехала. Они же не были тогда… На башне. Они же вообще из своего метро не вылезают. Откуда им знать, а? Крыша… Бомбил я их всех в… Объясняю же: вот ровно в тот момент, когда Ульман на башне антенну развернул… Пока он настраивался… Было что-то. Слышал я! И — нет, сука, не причудилось. Не верят!

Автомобильная развязка дыбилась у него над головой, асфальтовые ленты пошли волной и застыли, стряхнув машины; те попадали, как придется, кто на четыре лапы, а кто на спинку, и околели в таких позах.

Артем огляделся коротко и двинул вверх по шершавому высунутому языку заезда на эстакаду. Немного было пройти — километра, может, полтора. У следующего языка торчали высотки «Триколор», прежде размалеванные торжественно в белый, синий и красный. Время потом все в серый перекрасило, по-своему.

— А почему не верят? Просто не верят, и все. Ну да, никто не слышал позывных. Но они откуда эти позывные слушают? Из-под земли. Никто же не станет наверх идти только за этим… Верно же? Но ты сам подумай: разве может такое быть, чтобы никто, кроме нас, не выжил? Во всем мире — никто? А? Бред же! Ну не бред?

Не хотелось смотреть на Останкинскую башню, но и не видеть ее было нельзя: отворачивайся от нее или нет, а она всегда маячит с краю — как царапина на противогазном стекле. Черная, сырая, обломанная по набалдашнику смотровой площадки; как рука чья-то со сжатым кулаком из-под земли пробилась, будто кто-то огромный хотел на поверхность снизу выбраться. Но увяз в рыжей московской глине, затиснуло его в тугой сырой земле, затиснуло и задавило.

— Я когда на башне в тот раз… — Артем скованно мотнул головой в ее сторону, — когда они слушали эфир, пытались поймать Мельника позывные… Там через это шуршание… Чем хочешь готов поклясться… Было! Что-то было!

Плыли над голым лесом два колосса — Рабочий и Колхозница, схватившиеся в странной своей позе, то ли по льду скользя, то ли танго крутящие, но друг на друга не глядя, как бесполые.

А куда тогда они смотрят? Видно им с их высоты, что за горизонтом, интересно?

Слева осталось чертово колесо ВДНХ, огромное, как шестеренка того механизма, который вращал Землю. И вместе со всем механизмом колесо уже двадцать лет как замерло и ржавело теперь тихо. Кончился завод.

На колесе написано было «850»: столько лет исполнилось Москве, когда его поставили. Артем подумал, что исправлять это число смысла нет: если время некому считать, оно останавливается.

Некрасивые и невеселые небоскребы, казавшиеся раньше бело-сине-красным, выросли в полмира: совсем близко. Самые высокие здания в округе, если не брать в расчет сломанную башню. То, что надо. Артем запрокинул голову, достал взглядом до вершины. От этого сразу заломило в коленях.

— Может, сегодня… — без знака вопроса спросил Артем, хоть и помня, что уши у неба заткнуты облачной ватой.

Там, конечно, не расслышали.

Подъезд.

Подъезд как подъезд.

Домофон осиротел, железная дверь обесточена, в аквариуме консьержа собака дохлая, жестяно лязгают почтовые ящики на сквозняке, ни писем в них, ни рекламного мусора. Все давно собрали и сожгли, чтобы хоть руки погреть.

Внизу — три немецких блестящих лифта, распахнутые и сверкающие нержавеющими внутренностями, как будто на любом из них можно было сейчас взять вот так, да поехать на самый верх этой высотки. Артем их за это ненавидел. И рядом — дверь пожарного хода. Артем знал, что за ней. Считал уже: сорок шесть этажей пешком. На Голгофу всегда — пешком.

— Всегда… Пешком…

Ранец весил сейчас всю тонну; и эта тонна давила Артема в бетон, мешала идти, с шага сбивала. Но Артем все равно шагал — как заведенный; и как заведенный говорил.

— Ну и что, что нет противо… ракет… Все равно… Должны были… Должны были еще где-то… Люди… Не может быть, чтобы только тут… Чтобы только в Москве… Только в метро… Вот же — земля… Стоит… Не раскололась… Небо… Расчищается… Не может ведь такого… Чтобы — вся страна… И Америка… И Франция… и Китай… А Таиланд какой-нибудь… Он-то вообще кому чего сделал… Его вообще не за что…

Не бывал, конечно, Артем, в свои двадцать шесть ни во Франции, ни в Таиланде. Почти не застал он старого мира: опоздал родиться. А у нового география поскуднее — станция метро ВДНХ, станция метро Лубянка, станция метро Арбатская… Кольцевая линия. Но, разглядывая в редких туристических журналах фотоснимки Парижа и Нью-Йорка, отфильтрованные плесенью, Артем сердцем чувствовал, что эти города еще есть где-то, стоят, не сгинули. Ждут, может, его.

— Почему бы… Почему бы только одной Москве остаться? Нелогично, Жень! Понимаешь? Нелогично! А значит… Значит, просто мы поймать их… Их позывные… Не можем… Пока. Надо просто продолжать. Нельзя руки опускать. Нельзя…

Высотка была пустой, но все равно звучала, жила: через балконы влетал ветер, хлопал дверными створами, дышал с присвистом через лифтовые шахты, шебуршал чем-то в чужих кухнях и спальнях, притворялся вернувшимися хозяевами. Но Артем уже не верил ему, даже не оборачивался, и в гости не заходил.

Известно, что там, за стучащими беспокойно дверями: разграбленные квартиры. Остались только снимки по полу разбросанные — чужие мертвецы себя никому на память сфоткали, да совсем громоздкая мебель, которую ни в метро, ни на тот свет с собой не протащишь. В других домах окна от взрывной волны повылетали, а тут стеклопакеты, выдержали. Но за два десятка лет все пылью заросли, как от катаракты ослепли.

Раньше можно было встретить в иной квартире бывшего хозяина: ткнется противогазным хоботом в какую-нибудь игрушку и плачет через хобот гнусаво, и не слышит, как к нему сзади подошли. А теперь уж давно никого не попадалось. Кто-то остался лежать с дырой в спине рядом с этой своей дурацкой игрушкой, а другие поглядели на него и поняли: нету наверху дома, и нету там ничего. Бетон, кирпич, слякоть, асфальт треснутый, кости желтые, труха из всего, ну и фон. Так в Москве — и так во всем мире. Нет нигде жизни, кроме метро. Факт. Общеизвестный.

Всем известный, кроме Артема.

А вдруг есть на бескрайней Земле еще одно место, пригодное для человека? Для Артема и для Ани? Для всех со станции? Место, где не было бы над головой чугунного потолка, и где можно было бы расти до неба? Построить себе дом — свой, жизнь — свою, и из этого места уже обживать дальше заново постепенно всю сожженную землю?

— Всех наших… Разместил бы… На воздухе… Жили бы…

Сорок шесть этажей.

Можно было бы остановиться и на сороковом, да и на тридцатом; никто ведь не говорил Артему, что непременно надо забраться на самую вершину. Но он отчего-то вбил себе в голову, что если и может у него что получиться, то только там, на крыше.

— Конечно… Не… Не так… Высоко… Как на башне… Тогда… Но… Но…

Окошки противогаза запрели, сердце взламывало грудную клетку, и как будто заточкой кто-то нащупывал, где у Артема под ребро можно пролезть. Сквозь противогазные фильтры дышалось скудно и натужно, не хватало жизни, и Артем, добравшись до сорок пятого, как в тот самый раз, на башне, не выдержал и сорвал с себя тесную резиновую кожу. Хлебнул сладкого и горького воздуха. Совсем другого воздуха, чем в метро. Свежего.

— Высота… Может… Там же… Метров триста… Высота… Поэтому, может… Поэтому, наверное… С высоты… Ловит…

Он свалил с себя ранец: дотащил. Уперся окаменевшей спиной в крышку люка, выдавил его наружу, выбрался на площадку. И только тут упал. Лежал навзничь, глядел на облака, до которых было — рукой подать; уговаривал сердце, успокаивал дыхание. Потом поднялся.

Вид отсюда был…

Как если бы умереть, полететь уже в рай, но упереться вдруг в стеклянный потолок, и зависнуть там, и болтаться под этим потолком, ни туда и ни сюда. Но понятно, что вниз с такой высоты вернуться больше нельзя: когда ты сверху увидел, какое на земле все на самом деле игрушечное, как это все снова потом всерьез воспринимать?

Рядом высились еще два таких же небоскреба, прежде пестрые, ныне серые. Но Артем всегда именно на этот поднимался. Так уютней было.

Случилась между облаками на секунду бойница, стрельнуло из нее солнце; и вдруг показалось, что блеснуло что-то с соседнего дома, не то с крыши, не то из пыльного окна одной из верхних квартир. Как будто зеркальцем кто-то луч поймал. Но пока успел оглянуться — солнце обратно забаррикадировалось, и блеск пропал. Больше не было.

Глаза сами съезжали все время, как Артем ни отводил их, к переродившемуся лесу, который разросся вместо Ботанического сада. И — к черной лысой пустоши в самой его сердцевине. Такое мертвое место, будто Господь на него остатки горящей серы выплеснул. Но нет, не Господь.

Ботанический сад.

Артем его другим помнил. Только его-то он и помнил из всего пропавшего довоенного мира.

Странное дело: вот вся твоя жизнь состоит из кафеля, тюбингов, текущих потолков и ручьев на полу вдоль рельсов, из гранита и из мрамора, из духоты и из электрического света.

Но вдруг есть в ней крохотный кусок другого: майское прохладное утро, по-детски нежная недавняя зелень на стройных деревьях, изрисованные цветными мелками парковые дорожки, томительная очередь за пломбиром, и сам этот пломбир, в стаканчике, не то что сладкий там, а просто неземной. И голос матери — ослабленный и искаженный временем, как медным телефонным кабелем. И тепло от ее руки, от которой ты стараешься не отцепиться, чтобы не потеряться — и держишься изо всех сил. Хотя разве такое можно помнить? Наверное, нельзя.

И все это, другое — такое неуместное и невозможное, что ты и не понимаешь уже, было ли оно с тобой наяву или просто приснилось? Но как этому сниться, если ты такого никогда не видел и не знал?

Стояли у Артема перед глазами меловые рисунки на дорожках, и солнце сквозь дырявую листву золотыми иголками, и мороженка в руке, и оранжевые смешные утки по коричневому зеркалу пруда, и шаткие мосточки через этот пруд осененный — так страшно в воду упасть, а еще страшней в него уронить вафельный стаканчик!

А вот лица ее, лица своей мамы, Артем вспомнить не мог. Старался вызвать его, на ночь просил себя увидеть его хотя бы во сне, пусть бы и забыть снова к утру — но ничего не получалось. Неужели не нашлось в его голове крохотного уголка, где мать могла бы спрятаться и переждать смерть и черноту? Видно, не нашлось. Но как может человек быть — и совсем исчезнуть?

А день тот, а мир тот — они куда могли запропаститься? Вот же они были — тут, рядом, только глаза закрыть. Конечно, в них можно вернуться. Где-то на земле они должны были спастись, остаться — и звать всех, кто потерялся: мы тут, а вы где? Надо только услышать их. Надо только уметь слушать.

Артем поморгал, потер веки, чтобы глаза видели снова сегодня, а не двадцать лет назад. Сел, раскрыл ранец.

Там была радиостанция — армейская, громоздкая, зеленая-исцарапанная, и еще одна бандура: железный ящик с ручкой-крутилкой. Самодельная динамо-машина. И на самом дне — сорок метров шнура, антенна к радиостанции.

Артем связал все провода, прошел по крыше круг, разматывая шнур, отер воду с лица и снова нехотя влез в противогаз. Сжал голову наушниками. Огладил пальцами клавиши. Крутанул рукоять динамо-машины: моргнул диод, зажужжало, завибрировало в ладони, как живое.

Щелкнул тумблером.

Закрыл глаза, потому что боялся, что они помешают ему выловить в шуме радиоприбоя бутылку с письмом с далекого континента, где выжил кто-то еще. Закачался на волнах. И динамо крутил — словно рукой на плоту надувном подгребал.

Метро 2035 читать онлайн — Дмитрий Глуховский (Страница 2)

Наушники зашипели, завыли тоненько «Ииииу…» сквозь шорох, заперхали чахоточно; помолчали — и снова шипеть. Как будто Артем бродил по туберкулезному изолятору, ища, с кем поговорить, но ни один больной не был в сознании; только нянечки прикладывали палец к губам и строго делали «шшшшшш…». Никто тут не хотел отвечать Артему, никто не собирался жить.

Ничего из Питера. Ничего из Екатеринбурга.

Молчал Лондон. Молчал Париж. Молчали Бангкок и Нью-Йорк.

Неважно уже давно было, кто начал ту войну. Неважно было, с чего она началась. Для чего? Для истории? Историю победители пишут, а тут некому было писать, да и читать скоро некому будет.

Шшшшш…

Пустота была в эфире. Бескрайняя пустота.

Ииииу…

Болтались на орбите неприкаянные спутники связи: никто их не звал, и они сходили с ума от одиночества, и бросались на Землю, чтобы пусть уж лучше сгореть в воздухе, чем так.

Ни слова из Пекина. И Токио — могила.

А Артем все равно крутил эту проклятую ручку, крутил, греб, греб, крутил.

Как тихо было! Невозможно тихо. Невыносимо.

— Тут Москва! Тут Москва! Ответьте!

Это его голос, Артема. Это он, как всегда, не дождался, не вытерпел.

— Тут Москва! Прием! Ответьте!

Ииииииу.

Не останавливаться. Не сдаваться.

— Петербург! Ответьте! Владивосток! Ответьте Москве! Ростов! Ответьте!

Что с тобой, город Питер? Неужели хлипкий ты такой оказался, хлипче Москвы?! Что там вместо тебя? Стеклянное озеро? Или тебя плесень съела? Почему не отвечаешь? А?

Куда делся ты, Владивосток, гордый город на другом краю света? Ты ведь так далеко от нас стоял, неужели и тебя зачумили? Неужели и тебя не пожалели? Кхх. Кхх.

— Ответьте, Владивосток! Тут Москва!

Весь мир лежит ничком, лицом в грязь, и не слышит этого бесконечного дождя по спине каплями, и не чувствует, что и рот, и нос ржавой водой заполнены.

А Москва… Вот. Стоит. На ногах. Как живая.

— Да что вы, сдохли там, что ли, все?!

Шшшшш…

Может, души их так отвечали ему, забравшись в радиоэфир? А может, так фон звучал? Должен же и у смерти быть свой голос. Такой вот наверное, как раз: шепот. Тссс… Ну-ну. Не шуми. Успокойся. Успокойся.

— Тут Москва! Ответьте!

Может, сейчас услышат?

Вот прямо сейчас кашлянет в наушнике кто-то, прорвется взволнованный через шипение, закричит далеко-далеко:

— Мы тут! Москва! Слышу вас! Прием! Москва! Только не отключайтесь! Вас слышу! Господи! Москва! Москва на связь вышла! Сколько вас там выжило?! У нас тут колония, двадцать пять тысяч человек! Земля чистая! Фон нулевой! Вода незараженная! Еда? Конечно! Лекарства есть, есть! Высылаем за вами спасательную экспедицию! Только держитесь! Слышите, Москва?! Главное — держитесь!

Ииииииу. Пусто.

Это не сеанс радиосвязи был, а спиритический сеанс. И тот не удавался Артему никак. Духи, которых он вызывал, не хотели к нему. Им и на том свете хорошо было. Они смотрели сверху на Артемову фигурку сгорбленную в редкие просветы меж облаков, и только ухмылялись: туда? К вам? Нет уж, дудки!

Кхххххх.

Бросил крутить гребаную ручку. Сорвал наушники. Поднялся, смотал провод антенны аккуратной бухтой, медленно, насилуя себя этой аккуратностью — потому что хотелось: рвануть его так, чтоб на куски, и зашвырнуть с сорок шестого этажа в пропасть.

Сложил все в ранец. Посадил его к себе на плечи, черта-искусителя. Понес вниз. В метро. До завтра.

* * *

— Дезактивацию провел? — прогундосила синяя трубка.

— Провел.

— Почетче!

— Провел!

— Провел он, ага… — трубка неверяще цыкнула, и Артем шваркнул ее о стену с ненавистью.

Внутри двери заскребся замок, втягивая языки. Потом она ухнула протяжно, открылась, и метро дохнуло на Артема своим спертым тяжелым духом.

Сухой встречал его на пороге. То ли чувствовал, когда Артем вернется, то ли вообще не уходил на самом деле никуда. Чувствовал, наверное.

— Как ты? — спросил он устало, беззлобно.

Артем пожал плечами. Сухой ощупал его взглядом. Мягко, как детский врач.

— Там тебя человек искал. С другой станции пришел.

Артем подобрался.

— Не от Мельника?

Звякнуло в его голосе что-то, как будто гильзу на пол уронили. Надежда? Или малодушие? Или что?

— Нет. Старик какой-то.

— Что за старик? — вся последняя сила, собранная на тот случай, если отчим скажет «да», тут же вытекла из Артема, сразу в стоки ушла, и ему теперь хотелось только лечь.

— Гомер. Гомером назвался. Знаешь такого?

— Нет. Я спать, дядь Саш.

* * *

Она не шелохнулась. Спит или не спит? — думал Артем. Так, механически думал, потому что не было ему уже никакого дела до того, спит она или притворяется. Свалил одежду кулем при входе, потер зябко плечи, сиротски приткнулся к Ане сбоку, потянул на себя одеяло. Было бы второе — не стал бы даже ввязываться.

На станционных часах было семь вечера, что ли. Но Ане в десять вставать — и на грибы. А Артема от грибов освободили, как героя. Или как инвалида? И остальным занимался по своему хотению. Просыпался, когда она возвращалась со смены — и уходил наверх. Отключался, когда она еще притворялась, что спит. Так они жили: в противофазе. В одной койке, в разных измерениях.

Осторожно, чтобы не разбудить ее, Артем стал наворачивать стеганое красное полотно на себя. Аня почувствовала — и, не говоря ни слова, яростно дернула одеяло в обратную сторону. Через минуту этой идиотской борьбы Артем сдался — и остался лежать на краю постели голым.

— Супер, — сказал он.

Она молчала.

Отчего лампочка горит сначала, а потом перегорает?

Тогда он лег лицом в подушку — их-то, слава богу, было две — согрел ее дыханием, и так уснул. А в подлом сне увидел Аню другую — смеющуюся, бойкую, задирающую его весело, совсем молодую какую-то. Хотя сколько прошло? Два года? Два дня? Черт знает, когда такое могло быть. Им тогда казалось, что у них целая вечность впереди, обоим казалось. Получается, вечность назад это все и было.

Во сне тоже было холодно, но там Аня морозила его — кажется, по станции голым гоняла — из баловства, а не из ненависти. И когда Артем очнулся, по сонной инерции верил еще целую минуту, что вечность не кончилась пока, что они с Аней только в середине ее находятся. Хотел позвать ее, простить, обратить все в шутку. Потом вспомнил.

Глава 2

Метро

— А ты-то меня хоть пытаешься слушать? — спросил он у Ани.

Но ее уже не было в палатке.

Одежда его лежала ровно на том месте, где он ее сбросил: на проходе. Аня не прибрала ее, не расшвыряла. Переступила только, будто боялась дотронуться. Заразиться. Может, и вправду боялась.

Наверное, ей одеяло и было всегда нужнее. Он уж как-нибудь согреется.

Хорошо, что ушла. Спасибо тебе, Аня. Спасибо, что не стала со мной разговаривать. Что не стала мне отвечать.

— Спасибочки, бля! — сказал он вслух.

— Можно? — отозвался кто-то сквозь брезент и прямо над ухом. — Артем? Не спите?

Артем пополз к своим порткам.

Снаружи, усевшись на раскладной походный табурет, ждал старик со слишком мягким для своего возраста лицом. Сидел он удобно, уютно, равновесно, и было ясно, что расположился он тут давно, а уходить не собирается вовсе. Старик был чужим, не со станции: морщился, неосторожно вдохнув носом. Пришлых видно.

Артем сложил пальцы козырьком, и закрывшись этим козырьком от алого света, которым была залита станция ВДНХ, вгляделся в гостя.

— Чего тебе надобно, старче?

— Вы Артем?

— Допустим, — Артем втянул носом воздух. — Зависит.

— Я Гомер, — заявил старик, не вставая. — Зовут так.

— Правда?

— Я книги пишу. Книгу.

— Интересно, — сказал Артем голосом человека, которому неинтересно.

— Историческую. Как бы. Но про наши дни.

— Историческую, — повторил Артем осторожно, оглядываясь по сторонам. — Это зачем? История-то, говорят, все! Кончилась.

— А мы? Кто-то должен ведь обо всем, что с нами тут… Обо всем, что с нами тут происходит, потомкам рассказать.

Если не от Мельника, думал Артем, то кто? От кого? Зачем?

— Потомкам. Святое дело.

— И надо о самом главном, с одной стороны, рассказать… Чем мы тут живем. Все вехи и перипетии, так сказать, отразить. А с другой — как это сделать? Сухие факты забываются. Чтобы люди запомнили, нужна живая история. Нужен герой. Искал вот материал. Пробовал всякое. Казалось, нашел. Но потом взялся… И не сработало. Не получилось. А потом услышал про ВДНХ, и…

Было видно, что старику нелегко объясниться, но Артем не собирался ему помогать; он все не мог понять, что же сейчас будет. Зла от старика не шло, одна неуместность, но что-то скапливалось в воздухе, что-то образовывалось между ним и Артемом такое, что должно было вот-вот разорваться, ожечь, и посечь осколками.

— Мне про ВДНХ рассказали… Про черных — и про вас. И я понял, что должен именно вас найти, чтобы эту…

Артем кивнул: дошло наконец.

— Отличная история.

И, не прощаясь, зашагал прочь, сунув вечно зябнущие руки в карманы. Старичок застрял сзади на своем удобном табуретике, что-то еще объясняя Артемовой спине вдогонку. Но Артем решил: оглохнуть.

Поморгал — глаза привыкли, можно больше не щуриться.

К тому свету, который на поверхности, они дольше привыкали. Год. Это быстро! Большинство жителей метро от солнечного света, даже от такого, облаками придушенного, ослепли бы, наверное, навсегда. Всю жизнь в впотьмах ведь. А Артем себя видеть наверху заставил. Видеть тот мир, в котором родился. Потому что если ты не можешь солнце потерпеть — как ты наверх вернешься, когда время придет?

Все в метро родившиеся росли уже без солнца, как грибы. Нормально: оказалось, не солнце нужно людям, а витамин D. Оказалось, солнечный свет можно в виде драже жрать. А жить можно и на ощупь.

В метро общего освещения не было. Не было общего электричества. Совсем ничего общего не было: каждый сам за себя. На некоторых станциях наловчились вырабатывать достаточно света для того, чтобы было почти как раньше. На других — его хватало на одну лампочку, горящую посреди платформы. Третьи были забиты густой чернотой, как в туннелях. Если приносил туда кто-то свет с собой в кармане, то мог выловить из ничего по кусочкам — пол, потолок, мраморную колонну; и из темноты сползались на луч его фонарика жители станции, желающие немного посмотреть. Но лучше им было не показываться: без глаз они вполне приучились существовать, но рот-то у них не зарос.

На станции ВДНХ жизнь была налажена крепко, и народ был балованный: у отдельных людей в палатках горели утащенные сверху маленькие диоды, а для общих мест имелось старое еще аварийное освещение — лампы в красных стеклянных колпаках; при таком было бы удобно, положим, негативы фотографий проявлять. Так вот и Артемова душа медленно в этом красном свете проявлялась, появлялась из проявителя, и видно становилось, что снята она была еще там, наверху, майским ярким днем.

А другим днем — октябрьским, пасмурным — засвечена.

— Отличная история, а, Жень? Помнишь черных? — шептал Артем; но отвечали всегда другие. Всегда не те ему отвечали.

— Здоров, Артем!

— О, Артем!

Здоровались все. Кто-то улыбался, кто-то хмурился, но здоровались — все. Потому что все помнили черных, а не только Женька с Артемом. Все помнили эту историю, хотя не знал ее никто.

Станция метро ВДНХ: конечная. Дом родной. Двести метров в длину, и на них — двести человек. Места как раз: меньше — не надышишься, больше — не согреешься.

Построена станция была лет сто назад, во времена прежней империи, из ее имперского обычного материала: мрамора и гранита. Замышлялась она торжественной, как дворец, но была, разумеется, закопана в землю, так что вышло среднее между музеем и усыпальницей. Прадедовский дух тут был, как и в прочих всех станциях, даже и более новых, совсем неистребим. Вроде и выросли жители метро, а все сидели у каких-то древних стариков на их бронзовых коленях, и слезть было нельзя — не отпускали.

Закопченные колонны развесистые, в арках между ними развернуты древние и изношенные армейские палатки: в каждой — семья, в некоторых — по две. Семьи эти можно запросто перетасовать, никто, наверное, разницы и не заметит: когда живешь вместе двадцать лет на одной станции, когда между твоими тайнами и соседскими, между всеми стонами и всеми криками — брезента один слой, так получается.

Где-то, может, люди бы и съели друг друга уже — зависть ведь, и ревность к Богу, что он чужих детей больше любит, и невозможность разделить с другими своего мужа или жену, и жилплощадь вполне стоит того, чтобы за нее удавить; но не тут, не на ВДНХ. Тут вышло как-то просто — и по-свойски.

Как в деревне или как в коммуне. Нет чужих детей: у соседей здоровый родился — общий праздник; у тебя больной — помогут тянуть, кто чем. Негде расселиться — другие подвинутся. С другом подерешься — теснота помирит. Жена ушла — простишь рано или поздно. На самом деле ведь никуда она не ушла, а тут же осталась, в этом же мраморном зале, над который сверху навалено миллион тонн земли; разве что теперь за другим куском брезента спит. Но каждый день будете встречаться с ней, и не раз, а сто. Придется договориться. Не получится представить себе, что ее нет и не было. Главное — что все живы, а там уж… Как в коммуне или как в пещере.

Путь-то отсюда был — южный туннель, который вел к Алексеевской и дальше, в большое метро, но… Может, в том и дело, что ВНДХ была — конечная. И жили тут те, кто не хотел уже и не мог никуда идти. Кому дом был нужен.

Артем остановился у одной палатки, замер. Стоял, просвечивал им внутрь сквозь изношенный брезент, пока наружу не вышла тетька с отечным лицом.

— Здравствуй, Артем.

— Здравствуйте, Катерина Сергевна.

— Жени нет, Артем.

Он кивнул ей. Захотелось погладить ее волосы, за руку взять. Сказать, мол, да я знаю, знаю. Я все знаю на самом деле, Екатерина Сергеевна. Или вы себе это говорите?

— Иди, Артем. Иди. Не стой тут. Поди там, чайку выпей.

— Так точно.

С обоих концов зал станции был обрублен по эскалаторы — сами замуровали и законопатили себя внутри, чтобы с поверхности воздух отравленный не тек… Ну и от гостей всяких. С одной стороны, где новый выход — наглухо. С другой, где старый — оставили шлюз для подъема в город.

Там, где глухая стена — кухня и клуб. Плиты для готовки, хозяйки в фартуках суетятся, варганят обед детям и мужьям; ходит вода по трубкам угольных фильтров, журчит, сливаясь в баки, почти прозрачная; то и дело чайник свистеть начинает — со смены с ферм забежал гонец за кипяточком, вытирает руки о штаны, ищет среди кухарок свою жену, чтобы за мягкое ее прихватить, о любви напомнить, и заодно досрочно полуготового чего-нибудь кусок схарчить.

И плиты, и чайники, и посуда, и стулья со столами — были все не свои, а колхозные, но люди к ним бережно отнеслись, не портили.

Все, кроме еды, принесли сверху: в метро ничего толкового не смастерить. Хорошо, что мертвые, когда жить собирались, впрок себе всякого добра наготовили — лампочек, дизель-генераторов, проводов, оружия, патронов, посуды, мебели, одежды нашили прорву. Теперь можно за ними донашивать, как за старшими братьями и сестрами. Надолго хватит. Во всем метро народу — не больше пятидесяти тысяч. А в Москве раньше жило пятнадцать миллионов. У каждого, выходит, таких родственников — по триста человек. Толпятся беззвучно, протягивают свои обноски молча: бери мои, мол, бери-бери, новые почти, я-то из них уже вырос.

Проверить только их вещи дозиметром — не слишком щелкает? — поблагодарить и можно пользовать.

Артем добрался до чайной очереди, приткнулся последним.

— Артем, ну куда ты, как не свой! В очереди он еще тут будет! Садись, в ногах правды… Плеснуть горяченького?

Заправляла тут Дашка-Шуба, баба лет уже, видимо, пятидесяти, но совершенно не желающая об этом думать. Приехала она в Москву из какой-то дыры под Ярославлем за три дня до того, как все ухнуло. Шубу покупать. Купила; и с тех пор больше не снимала ее уже ни днем, ни ночью, ни в уборную сходить. Артем никогда над ней не смеялся: а если бы у него остался вот такой кусок прежней его собственной жизни? Мая, или пломбира, или тени от тополей, или маминой улыбки?

— Да. Спасибо, теть Даш.

— Все ты тетькаешь мне! — укоризненно и кокетливо. — Ну что там, сверху-от? Погодка как?

— Дождик.

— Ак это опять нас подтопит, что ли? Слышь, Айгуль? Дощь, говорят.

— Аллах нас наказывает. За грехи. Глянь, свинина-то не сгорит у тебя?

— Ну что сразу Аллах твой! Аллах у нее сразу! А и правда, подгорает… Как Мехмет твой, вернулся с Ганзы?

— Третий день нету. Третий!

— Не переживай так-то…

— Вот я тебе сердцем клянусь, Даша, завел себе он там кого-то! Из ваших завел! В грехе…

— Ваших-наших… Что ты как эта… Мы все тут, Айгулюшка… Все заодно.

— Давалку какую-нибудь завел, Аллахом тебе…

— Ак ты бы сама-то ему почаще давала… Мужики-то ведь они как котята… Тычутся, пока не найдут…

— Да что вы несете?! По делам он по торговым! — вступился мужичок полудетского размера и с детским почти лицом, только испитым; отчего-то не смог вырасти как следует.

— Ладно-ладно. Ты, Коля, подельников-то не прикрывай своих! А ты, Артем, не слушай нас, баб. На-ко. Подуй, горячо.

— Спасибо.

Подошел человек, разлинованный старыми белыми шрамами и совсем лысый, но при этом не свирепый из-за пушистых бровей и обтекаемой речи.

— Приветствую всех присутствующих, дам отдельно! А кто тут за чайком? Я за тобой тогда, Колюнь. Про Ганзу слышали уже?

— А что Ганза?

— Граница на замке. Как выразился классик, загорелся красный свет, говорит, прохода нет. Пятеро наших там торчат.

— Вона чего, Айгулька. Грибы помешай свои там, грибочки.

— А мой там! А я что! Аллахом… Как закрыли? А, Кстантин?

— Закрыли и все дела. Не наше вшивое дело. Приказ есть приказ.

— Опять поди воюют! С Красной Линией, небось, опять воюют, а? Хоть бы передохли там они уже все ведь!

— А кто знает, а, Кстантин? Это мне к кому идти? Мехмет-то мой…

— Для профилактики это. Я оттуда только. По торговле карантин какой-то. Откроют скоро. Здравствуйте.

— Ой, здрааасьте, мущщина. В гости к нам? Кто-откуда?

— С Севастопольской я. Можно тут присесть?

Артем перестал дышать жгучим паром, оторвался от белой выщербленной кружки с золотым кантиком. Старик доковылял сюда, разыскал его, и теперь украдкой, уголком глаза его изучал. Ладно. Не бегать же от него.

— А ты-то как к нам пробрался, дедуль? Если закрыли все? — Артем вызвал пронырливого старика на прямой взгляд.

— Последним проскочил, — тот не мигал, не уклонялся. — Прямо после меня и закрыли.

— Век бы без них и жили, без Ганзы этой! А вот они без нашего чайку, без грибочков-от наших пускай попробуют, дармоеды! Мы-то продержимся с Божьей помощью!

— Откроют! А если не откроют? А Мехмет-то мой!

— А ты, Айгулька, к Сухому сходи. Он-то твоего Мехметика в два счета достанет. Не бросит уж. Чайку, может? Пробовал наш уже?

— Не откажусь, — с достоинством качнул бородой самозваный Гомер.

Он сидел против Артема, прихлебывал местный их грибной отвар, горделиво, но беспричинно именуемый чаем — настоящий-то чай, конечно, весь выпит был лет десять как — и ждал. И Артем ждал.

— Кто за кипятком?

Дмитрий Глуховский — Метро 2035 | 1001 Кб

Soroka84 26.10.2018 19:01
Первая и вторая книги как по мне были проходные, не понял почему столько шума, столько фанфиков написано. Третья просто шикарная. Убрали мутантов. И чисто выживание в человеком мире. Более тяжёлая нежели предыдущие, но по мне так лучшая в серии. Открытый финал даёт повод думать, что может быть, когда нибудь Глуховский сможет написать продолжение.как по мне оно не нужно Спасибо 10.01.2018 17:48
Спасибо! Наконец нашел сайт где можно скачать бесплатно книги!) Вы лучшие!!! Tsuban76 01. 08.2017 22:57
После прочтения 3книги пару дней хотелось в лицо кому нибудь дать. За что он так русских не любит Mortem 23.09.2016 22:53
Отличная книга, в прочем как и вся серия! Вторая книга конечно была не такой интересной и увлекательной, но третья вышла на славу ровно как и первая! Непонятны правда некоторые моменты, и уж очень напрашивался в этой книге Хантер.
После прочтения есть дикое желание читать дальше!! Все же история как по мне не закончена и нет какого либо логического конца… Достигли ли Артем и Аня своей цели, что же на самом деле с остальным миром, ну и конечно-же как дальше существовало само метро??? Очень бы хотелось обо всем этом прочитать и увидеть наконец настоящий ХЭППИ ЭНД !) EnvyShadow 19.08.2015 18:11
Отличная книга. Berg 19. 07.2015 07:00
Что mtirчик, букварь, однако, не пошел — буков слишком много? mtir 18.07.2015 23:56
коловратка
это нормально..я многие книги,которые энное количество лет назад с удовольствием читал,сейчас даже не пытаюсь перечитывать..
растём однако) Артём 18.07.2015 13:20
mtir, +1, он упорот. Я, кстати, не фанат этой серии. Читал только 1-ю книгу, и давно. Зашёл посмотреть комментарии — читать или нет дальше. Но увидел вруна, решил поправить. коловратка 18.07.2015 07:36
Если по книге — откровенное фуфло. Даже не знаю, почему мне понравились первые две книги. Вероятно повзрослел в фантастике. После Афанасьева это Г…. читать совершенно не возможно. Розовые слюни, кровь, грязь. Не впечатляет, а только отворачивает. ra29 17.07.2015 17:24
mtir
Очень содержательная беседа…
«На городі бузина — а в Києві дядько,
За те тебе полюбила — що на п’яті перстень.»… ra29 17.07.2015 16:06
В связи с «тебя впечатлили похожие красные очки,но даже они разной формы» так живенько вспомнились китайские кроссвки Abibas… Эх, лихие 90-е!… ibir 17.07.2015 15:37
Да, кайфа от чтения не получилось — как и следовало ожидать. Первая книга сильнее и по сюжету, и по смысловой нагрузке. Мунк 17.07.2015 00:44
Имхо — на обложке изобажен злой пиндосский империалист с плакатов 60-х гг, которыми пугали детей в СССР. Первую книгу и фанфики прочитал с интересом. mtir 15. 07.2015 23:35
специально залез в фалаут,что бы сравнить обложки..)а то некоторые упоротые не любят признавать свою неправоту..)
1-противогаз в фалауте компактный,то есть без шлангов..
2-там чувак с огромным револьвером стоит каком то кожаном плаще..)типа од радиации спасёт..)
3-в очках разное отражение..у метро ветряки у фалаута небоскребы отражаются..
4 в фалауте у чувака на ухе гарнитура..как мини рация, у метро её нет..)
я понимаю, ra29 ,что тебя впечатлили похожие красные очки,но даже они разной формы..)в метро овальные в фалауте с углами как неправильная трапеция..
будьте внимательней, юноша ,и не выдавайте желаемое -за действительное.. mtir 15.07.2015 23:01
ra29
видно,что ты не играл во все части фалаута..и не знаток ни «метро» ни «фалаута»)если сравниваешь обложки..
а автора Метро я уважаю за то,что он не скатился в графоманство и не стал, как некоторые авторы,клепать по одной книге в квартал. .
давно уже это не проект..три года назад было актуально..)
ему с игры капает больше ,чем все Российские графоманы заработали)))
почему даже Лукьяненко дал добро в 2005 году на игру Ночной Дозор?В неё кто нибудь играл?)т.ч. у Глуховского хватает и без книг на икорку с балычком) Estaminiel 15.07.2015 14:13
А мне вот после прочтения первой книги «Метро» и «Игры Эндера» стало отчетливо заметно сходство в одной идее — раса,которую все считали врагами, и герой, который ее уничтожил, а потом понял,что все было не так и раскаялся. И с тех пор я неспокойна, часто думаю — неужели это совпадение и одна мысль пришла сразу в две головы?или всё-таки… ra29 15.07.2015 13:07
Артём,
вот откуда в людях такой эгоцентризм? С чего мне сидеть безвылазно в сети? Чтобы перегавкиватся с анонимной единицей виртуального фронта? Меня, типа, волнует анонимное мнение, высказанное восторженным фанатом, неспособным объективно смотреть на достоинства и недостатки текста?
Жизнь коротка, есть вещи интересней, а книги получше.
Я вот люблю когда автор знает что хочет сказать. А Глуховский ни в первой книге про свое «Метро» не определился, ни во второй. Вряд ли в третьей ему удастся достичь глубокого философского смысла. Так нет же! Просто приключениями мы ограничиватся не хотим…»Десять лет писал»… «Страдал над долгожданным шедевром»… «преданнгые фанаты ждали»… Это, типа, про Кинга так не рассусоливают — и так ясно, что автор такого уровня страдал-нестрадал, а напишет на уровне. А Глуховского не пропиарь — никто на поднадоевшый приквел/вбоквел/сиквел не клюнет?
Писателя я в чем-то уважаю — за «Будущее» — неконъюнктурный роман с неожиданно глубоким и «неудобным» смыслом. А на хлеб с икоркой он зарабатывает вот так. «Метро» — это литературный проект, а не творчество. «Бабло побеждает зло». И калька с обложки ( и не только) серии Fallout это как раз подтверждает… Бурбон 14.07.2015 23:46
про что книга? Omega 14. 07.2015 22:03
Может об книге поговорим, а не о том, кто у кого что … стырил ? Как вам произведение, по сравнению с первыми двумя частями не показалось сыроватым ? Артём 14.07.2015 20:59
ra29, больше нет аргументов?
«Поздравляю вас, гражданин, соврамши!»(с)
XD Арбо 14.07.2015 16:44
Ну с иллюстраций то стопроцентный фейл. А книга… первая еще куда то чего то. Вторая — видимо от большого желания что-то на что-то натянуть. Третья по ходу уже тупо за бабло. ra29 14.07.2015 15:48
To Артем:
ОК, слизали Bethesda Softworks( ну кто бы сомневался! Вот все тырят, америкосы проклятые!).
А обложку Fallout New Vegas приделали к книге, чтобы, значит, подчеркнуть сей прискорбный факт…
И к слову,а не является ли символом межавторской вселенной «Метро 2033» та же надпись серебристыми буквами? С каких это пор противогаз — символ серии?! Вася 14. 07.2015 14:19
Спасибо! Уже позабыл ждать…теперь перечитаю все с начала…кайф) крытык 14.07.2015 12:31
о алах третья вышла я первую еле дочитал как прочитал в первой про разделеное метро.Ггг подсознание сказало они покойники и начало сопротивлятся прочтению не люблю сказки про зомби Артём 14.07.2015 12:22
ra29, Fallout 3 вышел в 2008 году, а метро Глуховского в 2002-м. И кто слизал? Символ книги противогаз был сразу. ra29 14.07.2015 11:20
Вначале автор вдохновился Fallout 3 и написал целую трилогию, а потом художник-иллюстратор слизал плакат к Fallout New Vegas…
Я не требую оригинального текста… Но драть все,вплоть до оформления коробки с игрой? LOL!
Это безнадежно… mum 14. 07.2015 09:15
Графомань относительным среднячком была первая книга. А это я даже не знаю в какой-то момент сталкеры и метро заполонили все прилавки теперь наих местно пришли литрпг я даже не знаю что хуже. Omega 13.07.2015 22:50
Вот за эту книгу — отдельное спасибо.

Дмитрий Глуховский — Метро 2035 | 1001 Кб

Soroka84 26.10.2018 19:01
Первая и вторая книги как по мне были проходные, не понял почему столько шума, столько фанфиков написано. Третья просто шикарная. Убрали мутантов. И чисто выживание в человеком мире. Более тяжёлая нежели предыдущие, но по мне так лучшая в серии. Открытый финал даёт повод думать, что может быть, когда нибудь Глуховский сможет написать продолжение.как по мне оно не нужно Спасибо 10.01.2018 17:48
Спасибо! Наконец нашел сайт где можно скачать бесплатно книги!) Вы лучшие!!! Tsuban76 01. 08.2017 22:57
После прочтения 3книги пару дней хотелось в лицо кому нибудь дать. За что он так русских не любит Mortem 23.09.2016 22:53
Отличная книга, в прочем как и вся серия! Вторая книга конечно была не такой интересной и увлекательной, но третья вышла на славу ровно как и первая! Непонятны правда некоторые моменты, и уж очень напрашивался в этой книге Хантер.
После прочтения есть дикое желание читать дальше!! Все же история как по мне не закончена и нет какого либо логического конца… Достигли ли Артем и Аня своей цели, что же на самом деле с остальным миром, ну и конечно-же как дальше существовало само метро??? Очень бы хотелось обо всем этом прочитать и увидеть наконец настоящий ХЭППИ ЭНД !) EnvyShadow 19.08.2015 18:11
Отличная книга. Berg 19. 07.2015 07:00
Что mtirчик, букварь, однако, не пошел — буков слишком много? mtir 18.07.2015 23:56
коловратка
это нормально..я многие книги,которые энное количество лет назад с удовольствием читал,сейчас даже не пытаюсь перечитывать..
растём однако) Артём 18.07.2015 13:20
mtir, +1, он упорот. Я, кстати, не фанат этой серии. Читал только 1-ю книгу, и давно. Зашёл посмотреть комментарии — читать или нет дальше. Но увидел вруна, решил поправить. коловратка 18.07.2015 07:36
Если по книге — откровенное фуфло. Даже не знаю, почему мне понравились первые две книги. Вероятно повзрослел в фантастике. После Афанасьева это Г…. читать совершенно не возможно. Розовые слюни, кровь, грязь. Не впечатляет, а только отворачивает. ra29 17.07.2015 17:24
mtir
Очень содержательная беседа…
«На городі бузина — а в Києві дядько,
За те тебе полюбила — що на п’яті перстень.»… ra29 17.07.2015 16:06
В связи с «тебя впечатлили похожие красные очки,но даже они разной формы» так живенько вспомнились китайские кроссвки Abibas… Эх, лихие 90-е!… ibir 17.07.2015 15:37
Да, кайфа от чтения не получилось — как и следовало ожидать. Первая книга сильнее и по сюжету, и по смысловой нагрузке. Мунк 17.07.2015 00:44
Имхо — на обложке изобажен злой пиндосский империалист с плакатов 60-х гг, которыми пугали детей в СССР. Первую книгу и фанфики прочитал с интересом. mtir 15. 07.2015 23:35
специально залез в фалаут,что бы сравнить обложки..)а то некоторые упоротые не любят признавать свою неправоту..)
1-противогаз в фалауте компактный,то есть без шлангов..
2-там чувак с огромным револьвером стоит каком то кожаном плаще..)типа од радиации спасёт..)
3-в очках разное отражение..у метро ветряки у фалаута небоскребы отражаются..
4 в фалауте у чувака на ухе гарнитура..как мини рация, у метро её нет..)
я понимаю, ra29 ,что тебя впечатлили похожие красные очки,но даже они разной формы..)в метро овальные в фалауте с углами как неправильная трапеция..
будьте внимательней, юноша ,и не выдавайте желаемое -за действительное.. mtir 15.07.2015 23:01
ra29
видно,что ты не играл во все части фалаута..и не знаток ни «метро» ни «фалаута»)если сравниваешь обложки..
а автора Метро я уважаю за то,что он не скатился в графоманство и не стал, как некоторые авторы,клепать по одной книге в квартал. .
давно уже это не проект..три года назад было актуально..)
ему с игры капает больше ,чем все Российские графоманы заработали)))
почему даже Лукьяненко дал добро в 2005 году на игру Ночной Дозор?В неё кто нибудь играл?)т.ч. у Глуховского хватает и без книг на икорку с балычком) Estaminiel 15.07.2015 14:13
А мне вот после прочтения первой книги «Метро» и «Игры Эндера» стало отчетливо заметно сходство в одной идее — раса,которую все считали врагами, и герой, который ее уничтожил, а потом понял,что все было не так и раскаялся. И с тех пор я неспокойна, часто думаю — неужели это совпадение и одна мысль пришла сразу в две головы?или всё-таки… ra29 15.07.2015 13:07
Артём,
вот откуда в людях такой эгоцентризм? С чего мне сидеть безвылазно в сети? Чтобы перегавкиватся с анонимной единицей виртуального фронта? Меня, типа, волнует анонимное мнение, высказанное восторженным фанатом, неспособным объективно смотреть на достоинства и недостатки текста?
Жизнь коротка, есть вещи интересней, а книги получше.
Я вот люблю когда автор знает что хочет сказать. А Глуховский ни в первой книге про свое «Метро» не определился, ни во второй. Вряд ли в третьей ему удастся достичь глубокого философского смысла. Так нет же! Просто приключениями мы ограничиватся не хотим…»Десять лет писал»… «Страдал над долгожданным шедевром»… «преданнгые фанаты ждали»… Это, типа, про Кинга так не рассусоливают — и так ясно, что автор такого уровня страдал-нестрадал, а напишет на уровне. А Глуховского не пропиарь — никто на поднадоевшый приквел/вбоквел/сиквел не клюнет?
Писателя я в чем-то уважаю — за «Будущее» — неконъюнктурный роман с неожиданно глубоким и «неудобным» смыслом. А на хлеб с икоркой он зарабатывает вот так. «Метро» — это литературный проект, а не творчество. «Бабло побеждает зло». И калька с обложки ( и не только) серии Fallout это как раз подтверждает… Бурбон 14.07.2015 23:46
про что книга? Omega 14.07.2015 22:03
Может об книге поговорим, а не о том, кто у кого что … стырил ? Как вам произведение, по сравнению с первыми двумя частями не показалось сыроватым ? Артём 14.07.2015 20:59
ra29, больше нет аргументов?
«Поздравляю вас, гражданин, соврамши!»(с)
XD Арбо 14.07.2015 16:44
Ну с иллюстраций то стопроцентный фейл. А книга… первая еще куда то чего то. Вторая — видимо от большого желания что-то на что-то натянуть. Третья по ходу уже тупо за бабло. ra29 14.07.2015 15:48
To Артем:
ОК, слизали Bethesda Softworks( ну кто бы сомневался! Вот все тырят, америкосы проклятые!).
А обложку Fallout New Vegas приделали к книге, чтобы, значит, подчеркнуть сей прискорбный факт…
И к слову,а не является ли символом межавторской вселенной «Метро 2033» та же надпись серебристыми буквами? С каких это пор противогаз — символ серии?! Вася 14.07.2015 14:19
Спасибо! Уже позабыл ждать…теперь перечитаю все с начала…кайф) крытык 14.07.2015 12:31
о алах третья вышла я первую еле дочитал как прочитал в первой про разделеное метро.Ггг подсознание сказало они покойники и начало сопротивлятся прочтению не люблю сказки про зомби Артём 14.07.2015 12:22
ra29, Fallout 3 вышел в 2008 году, а метро Глуховского в 2002-м. И кто слизал? Символ книги противогаз был сразу. ra29 14.07.2015 11:20
Вначале автор вдохновился Fallout 3 и написал целую трилогию, а потом художник-иллюстратор слизал плакат к Fallout New Vegas…
Я не требую оригинального текста… Но драть все,вплоть до оформления коробки с игрой? LOL!
Это безнадежно… mum 14.07.2015 09:15
Графомань относительным среднячком была первая книга. А это я даже не знаю в какой-то момент сталкеры и метро заполонили все прилавки теперь наих местно пришли литрпг я даже не знаю что хуже. Omega 13.07.2015 22:50
Вот за эту книгу — отдельное спасибо.

Метро. Трилогия под одной обложкой

О книге «Метро. Трилогия под одной обложкой»

Люди привыкли жить так, как живут. Но что, если бы в один далеко не прекрасный день всё изменилось? Изменилось бы так сильно, что жить стало бы практически невозможно. Это звучит настолько страшно, что даже не хочется представлять. Но писатель Дмитрий Глуховский всё же попробовал это сделать и написал серию романов «Метро». Здесь представлены все три книги, получившие большую известность и переведённые почти на 40 языков мира. Автор передаёт атмосферу постапокалипсиса, ты проживаешь каждый момент вместе с героями романа, забывая о реальности. Эту книгу тяжело отложить на долгое время, потому что к ней не терпится вернуться, чтобы узнать, что ждёт в финале.

После третьей мировой войны Земля практически опустела. Города разрушены, техника не работает, уровень радиации настолько высок, что не даёт выжить ни людям, ни животным, ни растениям. Радио молчит, повсюду тишина и пустота. Выжить смогли только те, кто успел укрыться в московском метро, услышав сигнал тревоги. У них есть надежда на то, что они смогут переждать конец света и однажды вновь выйти на поверхность.

В таких условиях выжить практически нереально, но люди нашли способ вырастить хоть что-то. Однако не хватает тепла и света. Каждая из станций метро стала обособленным маленьким государством со своими законами. И эти государства далеко не всегда сходятся во мнениях, а на поверхности всё намного хуже. Находятся смельчаки, готовые передвигаться между станциями и делать вылазки наверх. Смогут ли выжить оставшиеся люди или погибнут в новой войне?

Произведение было опубликовано в 2005 году издательством АСТ. Книга входит в серию «Метро». На нашем сайте можно скачать книгу «Метро. Трилогия под одной обложкой» в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt или читать онлайн. Рейтинг книги составляет 3.87 из 5. Здесь так же можно перед прочтением обратиться к отзывам читателей, уже знакомых с книгой, и узнать их мнение. В интернет-магазине нашего партнера вы можете купить и прочитать книгу в бумажном варианте.

Дмитрий Глуховский — Метро 2035 » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Дмитрий Глуховский

Метро 2035

Автор благодарит Ларису Смирнову и Илью Яцкевича за помощь в создании этой книги

© Д. А. Глуховский, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

* * *

Дмитрий Глуховский, 2015

Фото Ильи Яцкевича


Глава 1

Тут Москва

– Нельзя, Артем.

– Открывай. Открывай, говорю.

– Начстанции сказал… Сказал, не выпускать никого.

– Ты за идиота меня, что ли? Кого – никого? Кого это – «никого»?

– У меня – приказ! С целью защиты станции… От облучения… Не открывать. Приказ у меня. Понимаешь?!

– Тебе Сухой приказ дал? Тебе мой отчим такой приказ дал? Открывай давай.

– Мне же по шапке из-за тебя, Артем…

– Ну я сам тогда, если ты не можешь.

– Алло… Сансеич… Да, на пост… Тут Артем… Ваш. А что я с ним сделаю-то? Да. Ждем.

– Настучал, а? Молодец, Никицка. Настучал. Отвали! Я открою все равно. Все равно пойду!

Но выскочили из караулки еще двое, втиснулись между Артемом и дверью, стали мягко толкать его, жалея. Артем – заранее усталый, под глазами круги, еще после вчерашнего подъема не оклемавшийся – с часовыми управиться не мог, хоть драться никто с ним и не собирался. Стали сползаться любопытные: чумазые мальчишки с волосами прозрачными, как стекло, одутловатые хозяйки с руками синими и стальными от бесконечной стирки в ледяной воде, усталые и готовые на что угодно бездумно пялиться фермеры из правого туннеля. Шептались. Смотрели на Артема, но и как бы нет; на лицах было у них – черт разберет что.

– И все ходит и ходит. Что ходить-то?

– Ага. И дверь каждый раз нараспашку. А оттуда сифонит, между прочим, сверху-то! Окаянный…

– Слушай, нельзя же… Нельзя так про него. Он все-таки… Всех нас. Спас же. Детей твоих вот.

– Спас, ага. А теперь что? Он для этого спасал их, что ль то? И сам рентген хавает, и нас всех тут… За компанию.

– За хер ему туда, главное? Было бы хоть что! Для чего!

Но вот среди всех этих лиц появилось одно: главное. Усы заброшены, волосы – жидкие уже и все седые – мостом перекинуты через плешь. Но лицо вычерчено одними прямыми линиями; никаких скруглений. И остальное в нем – жесткое, резиновое, не прожевать, словно взяли человека и провялили заживо. Голос вялили тоже.

– Разойтись всем. Слышали?

– Вон Сухой. Сухой пришел. Пускай забирает своего.

– Дядь Саш…

– Опять ты, Артем? Мы говорили же с тобой…

– Открой, дядь Саш.

– Разошлись, кому сказано! Нечего глазеть тут! А ты – пойдем.

Артем вместо этого сел на пол, на отполированный холодный гранит. Прислонился к стене спиной.

– Хватит, – одними губами, беззвучно, обозначил Сухой. – Люди и так шепчутся.

– Мне надо. Я должен.

– Там ничего нет! Ничего! Нечего там искать!

– Я же говорил тебе, дядя Саш.

– Никита! Ты-то что зеваешь? Давай, проводи граждан!

– Есть, Сансеич. Так, кому тут приглашения отдельные? Шевели, шевели… – затараторил Никицка, сгребая толпу.

– Ерунду ты говорил. Послушай… – Сухой выпустил надувавший его воздух, обмяк, сморщился, опустился рядом с Артемом. – Ты же гробишь себя. Думаешь, этот костюм от фона тебя спасет? Да он как решето! От платья ситцевого толку больше!

– И что?

– Сталкеры столько не поднимаются, сколько ты… Ты дозу-то пробовал считать? Ну ты жить хочешь или сдохнуть?

– Я уверен, что слышал это.

– А я уверен, что тебе причудилось. Некому там сигналы слать. Некому, Артем! Сколько я тебе говорить должен? Никого не осталось. Ничего, кроме Москвы. Кроме нас тут.

– Не верю.

– Да мне, думаешь, дело есть, во что ты там веришь, а во что нет?! А вот если у тебя волосы выпадут, до этого есть! Если кровью ссать будешь, до этого – есть! Ты хочешь, чтобы хрен у тебя отсох?!

Артем пожал плечами. Помолчал, взвешивая. Сухой ждал.

– Я слышал это. Тогда, на башне. У Ульмана в рации.

– А кроме тебя, никто не слышал. За все время, сколько ни слушали. Пустой эфир. И что?

– И я пошел наверх, вот что. Вот и все.

Артем поднялся на ноги, распрямил спину.

– Я внуков хочу, – сказал ему снизу Сухой.

– Чтобы они тут жили? В подземелье?

– В метро, – поправил его Сухой.

– В метро, – согласился Артем.

– И нормально они тут проживут. Хотя бы родятся. А так…

– Скажи им, чтобы открыли, дядь Саш.

Сухой смотрел в пол. В черный блестящий гранит. Что-то там, видно, было.

– Ты слышал, что люди говорят? Что крыша у тебя поехала. Тогда, на башне.

Артем скривил улыбку.

Набрал воздуха.

– Чтобы внуки, знаешь что надо было, дядя Саш? Надо было детей своих рожать. Ими бы и командовал. И внуки бы на тебя тогда были похожи, а не хер знает на кого.

Сухой зажмурился. Протикала секунда.

– Никита, открой ему. Пускай валит. Пускай околеет. Насрать.

Никицка послушался молча. Артем удовлетворенно кивнул.

– Скоро вернусь, – сказал он Сухому уже из буфера.

Тот по стенке поднялся, обернул к Артему сутулую спину и зашаркал прочь, полируя гранит.

Грохнула дверь буфера, запираясь. Зажглась ярко-белая лампочка под потолком, двадцать пять лет гарантии, слабым зимним солнцем отразилась в грязном кафеле, которым в буфере все было обложено, кроме одной железной стены. Пластиковый стул рваный – отдышаться или ботинки зашнуровать, на крючке – поникший костюм химзащиты, в полу – сток, и шланг резиновый торчал – для дезактивации. В углу еще ранец стоял армейский. И трубка синяя висела на стене, как от телефона-автомата.

Артем влез в костюм – просторный, как чужой. Достал из сумки противогаз. Растянул резину, напялил ее, поморгал, привыкая смотреть через круглые туманные окошки. Снял трубку.

– Готов.

Заскрежетало надрывно, и железная стена – не стена, а гермоворота – поползла вверх. Снаружи дохнуло стылым и сырым. Артем поежился зябко. Взвалил на плечи ранец – тяжелый, будто человека себе на закорки посадил.

Вверх уводили истертые и скользкие ступени бесконечного эскалатора. Станция метро ВДНХ – шестьдесят метров под землей. Как раз достаточная глубина, чтобы авиабомбы не колыхали. Конечно, если бы ядерная боеголовка ударила в Москву, был бы тут котлован, залитый стеклом. Но боеголовки все были перехвачены противоракетами высоко над городом; на землю дождем шли только их обломки – лучащиеся, но взорваться не умеющие. Поэтому Москва стояла почти целая, и даже похожая на себя прежнюю – как мумия похожа на живого царя. Руки на месте, ноги на месте; улыбка…

Метро 2035 — Дмитрий Глуховский

Trzecia wojna światowa starła ludzkość z powierzchni Ziemi. Planeta opustoszała. Całe miasta obróciły się w proch i pył. Przestał istnieć transport, zamarła komunikacja. Radio milczy na wszystkich częstotliwościach. W Moskwie przeżyli tylko ci, którzy przy wtórze syren alarmowych zdążyli dobiec do bram metra. Tam, na głębokości dziesiątek metrów, na stacjach i w tunelach, ludzie próbują przeczekać koniec cywilizacji. W miejsce utraconego ogromnego świata stworzyli swój własny ułomny światek.Czepiaj się ycia i ani myślą się poddać. Pewnie marzą o powrocie na powierzchnię — kiedyś, kiedy obniży się poziom radiacji. I nie tracą nadziei na odnalezienie innych ocalałych … Książka «Metro 2035» stanowi ukoronowanie kultowego cyklu «Metro», który podbił Rosję и cały świat. czekały aż dziesięć lat, jest kontynuacją i zakończeniem Historii Artema. Na uwagę zasługuje fakt, że ostatnia część trylogii, choć stanowi jej zamknięcie, jest odzóługuje fakt.Dzięki temu czytelnicy mog także od niej rozpocząć niezwykłą przygodę w stworzonym przez Glukhovsky’ego uniwersum. «Zwyczajny i znajomy świat Metra postawiłem na głowie, tak więc tych, którzy czytali» Metro 2033 «czeka mnóstwo odkryć i niespodzianek. A tym, którzy swój kontakt z »Metrem« zaczynają od tej właśnie książki, oddaję sensacyjną, emocjonalną, mocną powieść — myślę, że nie pozwoli im się nudzić ». — Дмитрий Глуховский ródło opisu: https://www.empik.com/ ródło okładki: https: //www.empik.com /

ISBN 9788366071322
tytuł oryginału Метро 2035
данные wydania 17 padziernika 2018
język Польский
категория фантастика, фэнтези, научная фантастика

Lebenslauf, Bücher und Rezensionen bei LovelyBooks

Начать
  • Krimi und Thriller
  • Fantasy
  • Roman
  • Liebesroman
  • Jugendbuch
  • Historischer Roman
  • Sachbuch
  • Kinderbuch
  • Научная фантастика
  • Классикер
  • Комикс
  • Юмор
  • Биография
  • Erotische Literatur
  • Autoren bei LovelyBookszurück
    • Autoren bei LovelyBooks
    • Aktivste Autoren
    • Meistgelesene Autoren
    • Meistgelesene Selfpublisher
    • Aktivste Selfpublisher 9007 0
    Сообществоzurück
    • Сообщество
    • Aktive Leser
    • Neu angemeldete Leser
    Лучшие моменты LovelyBookszurück
    • Основные моменты LovelyBooks
    • LovelyLounge
    • Crime Club
    • House of Fantasy
    • Literatursalon
    • Amazon Publishing
    • Книжные светильники — Besondere Verlage im Rampenlicht
    • Bücher
      • In Buchkategorien stöbern
      • Krimi und Thriller
      • Fantasy
      • Roman
      • Liebesroman
      • Jugendbuch
      • Historischer Roman
      • Sachbuchine
      • Leserunden & Buchverlosungen
      Alle Leserunden & BuchverlosungenNeuerscheinungen & Bestsellerzurück
      • Neuerscheinungen & Bestseller
      • LovelyBooks Top 20 Charts
      • Bücher Neuerscheinungen
      • Neu und Bea chtenswert
      • Бестселлер Bücher
      • Der Leserpreis: Die besten Bücher 2020
      • Gute Hörbücher
      • E-Books entdecken
      • In Buchlisten stöbern
    • AutorenAutoren bei LovelyBookszurück
      • AutoBooks
      • AutoBooks
      • Meistgelesene Selfpublisher
      • Aktivste Selfpublisher
      • Leserunden & Buchverlosungen
      Alle Leserunden & Buchverlosungen
    • Сообщество Ce que j’ai ressenti: Au son de la musique, moins de peur
      Le vritable amour brise toute ta vie sans se soucier des Circonstances.
      L’ambiance et la Terreur, tant pos dans le premier tome, l’auteur se penche maintenant sur les humains qui se retrouvent Cocks dans cet enfer. Une vision plus intime des ressentis des personnages, ce qui manquait un poil dans le premier tome, mais il n’en reste pas moins que j’ai prfr l’intensit de Metro 2033Le Metro n’est plus le personnage Principal, on a moins cet effet oppresseur, il rgne presque une flamme d’espoir dans les yeux de suresPar contre, il reste toujours cette ouverture des rflexions qui fait que ce n’est plus seulement une saga passionnante, mais plus encore, une trilogie inspirante
      Mais la mort a ses propres motivations et elle n’aime pas ceux qui jouent avec elle.
      Ici, nous avons un trio невероятный, qui se retrouvent ensemble et partage les pripties des dangers souterrains. Cene sont pas des hros, juste des mes en peine qui subissent leurs derniers jours Survivre ensemble, pour ne pas perdre la tte, et leurs dernires valeurs. Un homme g, une jeune fille et un presque damn qui essayent de sauver la dernire poigne d’humanitEntre idalisme et navet, ce trio avance avec leurs protection sommaires vers l’ultime catastrophe
      Ce n’est qu’un contra, aprs tout.Mais comment Survivrions-nous sans contes?
      Si on s’attache Artyom dans le prcdent tome, ici, on le retrouve que partiellement, au dtour d’une page ou d’un virage tnbreux. Il laisse sa place de meneur, pour qu’on puisse s’attacher Homre et ses histoires, Sacha et sa douceur, Hunter et son mystreCe tome 2 de la trilogie des Metro, est diffrent dans sa manire d’aborder cette catastrophe. Avec ce trio, il ressort une envie de transition posthume, un lan de bien agir, le plaisir d’tre unis pour une causeIl contraste tellement du tome 1, que maintenant, je suis impatiente de lire Metro 2035, pour comprendre o Дмитрия Глуховского, veut emmener son lecteur
      Il n’y a rien de plus prcieux que la vie humaine.
      Aprs le frisson Intensive de Metro 2033, Metro 2034 est une suite qui exprimente la diffrence entre peur et terreur avec un doux son de flte qui enchante Com par magie, les milliers d’mes qui restent au fin fond des tunnels. La conqute de la surface est presque un dernier espoir, mais la Cit d’Emeraude, une terre d’Eldorado qu’on espre bien fouler, aprs cette ужасная баллада де sant avec combinaisons encombrantes et masques dfaillants dans les vapeurs toxiques et la noirceur des rames moscovites
      La peur et la terreur sont deux choses bien distinctes.La peur vous donne un coup de fouet, vous declare agir, faire preuve d’imagination. La terreur, elle, paralyze les members, arrte les penses, prive les hommes de leurs ressources.
      Ma note Plaisir de Lecture 7/10
      Lecture Commune faite avec Belette 2911, приглашаем прохожих из австралийских сыновей! 😉

      Залог: https: //fairystelphique.word ..

      Метро 2035 — Дмитрий Глуховский

      Havale / EFT ile yapılacak ödemeler için aşağıdaki hesapları kullanabilirsiniz.

      Açıklama alanına sipariş numarasını , firma alanına Kitapyurdu Yayıncılık yazmayı lütfen unutmayınız.

      7 gün içinde ödemesi yapılmayan siparişler otomatik olarak iptal edilmektedir.

      BANKA HESAP NUMARALARIMIZ:

      İŞ BANKASI (Cağaloğlu Şb. Kodu: 1095)
      IBAN (TL): TR 3400 0640 0000 1109 5072 9474 (Hesap No: 729474)
      IBAN ($): TR 8300 0640 0000 2109 5328 8611 (Hesap No: 3288611)
      IBAN (€): TR 9300 0640 0000 2109 5328 8625 (Hesap No: 3288625)
      АКБАНК (Sirkeci Şb.Код: 080)
      IBAN (TL): TR 6500 0460 0080 8880 0004 6768 (Hesap No: 46768)
      GARANTİ BANKASI (emberlitaş b. Kodu: 044)
      IBAN (TL): TR 76 0006 2000 0440 0006 2932 69 (Hesap No: 6293269)
      ZİRAAT BANKASI (Bahçekapı İstanbul Girişimci b.)
      IBAN (TL): TR 6000 0100 0383 5886 0157 5002
      PTT Posta eki Hesap № (TL): 5121821
      İŞBANK Frankfurt (Avrupa’dan yapılacak ödemeler için)
      IBAN (€): DE 7450 2306 0000 4763 1009
      BLZ: ​​ 50230600 BIC: ISBKDEFXXXX Hesap: 004763100-9

      Метро 2035 / Метро Бд.3 (eBook, ePUB) от Дмитрия Глуховского

      Von den 200 Überlebenden seiner Metrostation WDNCh ist Artjom der einzige, der nach wie vor nicht aufgegeben hat, daran zu glauben, dass es irgendwo auf der Welt noch andere lebende Menschen geben muss. Täglich zieht er los und gibt sich auf eines der Hochhäuser, natürlich zu Fuß, denn die Fahrstühle funktionieren nicht mehr, und sendet seine Radiosignale aus. Seine Bemühungen werden Allerdings nicht gerne gesehen. Im Gegenteil, Suchoj, sein Stiefvater versucht ihn von seinen Ausflügen abzuhalten, ohne Erfolg.Auch seine große Liebe Anja hat sich von ihm abgewandt und zeigt ihren Hass ihm gegenüber, sie glaubt sogar, dass er trotz Dekontaminierung restliche Strahlen auf sie all samt der Tiere und Pflanzen übertragen kann. So ist Artjom auch alles andere als erfreut, als plötzlich Homer,… mehrVon den 200 Überlebenden seiner Metrostation WDNCh ist Artjom der einzige, der nach wie vor nicht aufgebeen hat, daran zu gerebenelt, aufgeben hat, daran zu gerebenelt, aufgeben шляпа, daran zu gerebenelt, aufgeben hat . Täglich zieht er los und gibt sich auf eines der Hochhäuser, natürlich zu Fuß, denn die Fahrstühle funktionieren nicht mehr, und sendet seine Radiosignale aus.Seine Bemühungen werden Allerdings nicht gerne gesehen. Im Gegenteil, Suchoj, sein Stiefvater versucht ihn von seinen Ausflügen abzuhalten, ohne Erfolg. Auch seine große Liebe Anja hat sich von ihm abgewandt und zeigt ihren Hass ihm gegenüber, sie glaubt sogar, dass er trotz Dekontaminierung restliche Strahlen auf sie all samt der Tiere und Pflanzen übertragen kann. Так IST Artjom Auch аллес Andere ALS erfreut, ALS plötzlich Homer, фон дер Sewastopolkaja станции, в дер WDNCh auftaucht унд МЧХ eröffnet, Дасс эр Эйн Geschichtsbuch für умереть Nachfahren Schreiben möchte унд Artjom МЧХ dafür невода Geschichte erzählen Soll.Da dies auf Empfehlung von Melnik, Anjas Vaters geschieht, ist Artjom aufgebracht über Homers Ansinnen. Artjom zieht es hinaus, zu viele Konflikte häufen sich in der Metrostation, er möchte erforschen, ob ein Leben an der Oberfläche nicht doch wieder möglich sein könnte, nach all den Jahren, so beginer sich erneiseut auf ein.

      Mit dem dritten und leider letzten Band seiner Reihe ist dem Autoren Дмитрий Глуховский ернеут в эпизодах Meisterwerk gelungen.

    Post A Comment

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *