Верхом на ракете: Верхом на ракете читать онлайн

Содержание

Майк Маллейн. Верхом на ракете. Возмутительные истории астронавта шаттла: russos — LiveJournal

Прекрасный подарок всем любителям космонавтики подготовило издательство «Альпина Нон-фикшн», Игорь Лиссов (buchwurm) и Леон Розенблюм — русский перевод прекрасной книги Майка Маллейна «Верхом на ракете. Возмутительные истории астронавта шаттла»

Купить книгу можно здесь.

Но эта книга, сами полеты Майка и Лунная программа США стали возможны благодаря полёту Юрия Гагарина.

На корабле «Восток» 12 апреля 1961 года лётчик-космонавт СССР Юрий Алексеевич Гагарин совершил первый в мире полёт в космическое пространство. Старт корабля состоялся с космодрома Байконур в 9 часов 7 минут московского времени. Корабль выполнил один оборот вокруг Земли и совершил посадку в 10 часов 55 минут в районе деревни Смеловка Саратовской области.


.::кликабельно::.
2000×951, 0.5 Mb

Наши первые космонавты:

Восток-2
6 августа 1961 — 7 августа 1961


Восток-3
11 августа 1962 — 15 августа 1962


Восток-4
12 августа 1962 — 15 августа 1962


Восток-5
12 июня 1963 — 19 июня 1963


Восток-6
16 июня 1963 — 19 июня 1963

Все космические достижения, все наши победы не могли быть, если не технический и административный гений Сергея Павловича Королева.

Советский учёный, конструктор и организатор производства ракетно-космической техники и ракетного оружия СССР, основоположник практической космонавтики. Крупнейшая фигура XX века в области космического ракетостроения и кораблестроения.

Но он не один, двигал СССР к успеху в космосе. Это работа тысяч человек по всей стране. Это и работа так называемого Совета главных конструкторов — неформальный совет по развитию ракетной отрасли СССР под руководством Сергея Королёва, объединял главных конструкторов основных предприятий, участвовавших в ракетно-космической программе 1940-х — 1950-х годов.

В него входили:
Владимир Бармин — директор ГСКБ «Спецмаш», главный конструктор стартовых комплексов;

Валентин Глушко — главный конструктор ОКБ-456, разработка ЖРД;
Сергей Королев — главный конструктор ОКБ-1, разработка ракет-носителей, спутников, баллистических ракет и других изделий этого направления;
Николай Пилюгин — заместитель главного конструктора НИИ-885 М. С. Рязанского по автономным системам управления, с февраля 1947 года главный конструктор;
Михаил Рязанский — главный конструктор НИИ-885 по аппаратуре радиосвязи для ракет;
Виктор Кузнецов — главный конструктор НИИ судостроительной промышленности гироскопических командных приборов.

Эта команда иногда называется «великолепная шестёрка»

«С. П. Королёв является создателем советской ракетно-космической техники, обеспечившей стратегический паритет и сделавшей СССР передовой ракетно-космической державой. Является ключевой фигурой в освоении человеком космоса. Благодаря его идеям был осуществлён запуск первого искусственного спутника Земли и первого космонавта Юрия Гагарина.»

Сухие строки из Википедии не способны передать весь тот вклад, всю его волю к победе и успеху в космосе. Спасибо вам, Сергей Павлович.

С фотографией связана одна легенда. Насколько я могу судить, это кадр из кинохроники, где Королев ведет переговоры с Гагариным. Но из-за дурацкой секретности и вообще, на самом пуске 12 апреля такой съемки не было. И уже потом, для хроники, эти кадры досняли дома у Королева. Серая стена — это стена в спальне, единственный нейтральный фон в доме, который понравился оператору.

За прорыв в космос надо говорить спасибо еще тысячам инженерам и рабочим, которые конструировали, придумывали, испытывали и творили на благо программы — как у нас, так и в НАСА.

PS. Королев показывает военным генералам пуск одной из первых ракет. Ее технические характеристики еще более чем скромные, но тем не менее, она летает и даже попадает в цель. Генерал в какой-то момент узнает, что в ракету заправляют 2 тонны спирта в качестве топлива. Он делает круглые глаза и говорит Сергею Павловичу, что если дать этот спирт его дивизии, то она любой город сходу возьмет…

По иронии судьбы сегодня юбилей первого испытательного космического полёта многоразового транспортного космического корабля «Колумбия» по программе «Спейс шаттл». 12 апреля 1981 года стартовала миссия STS-1 в составе экипажа Джон Янга и Роберта Криппена.

Но дорога в космос не была простой. Давайте вспомним тех, кто своими жизнями ее проложил.

Валентин Васильевич Бондаренко
23 марта 1961 года, за 19 дней до полета Гагарина погиб Валентин Бондаренко, член первого отряда космонавтов СССР.

Согласно расписанию тренировок, Валентин Бондаренко заканчивал десятисуточное пребывание в сурдобарокамере в московском Институте медико-биологических проблем — как и других космонавтов, его испытывали одиночеством и тишиной. В конце испытания он совершил простую и непоправимую ошибку. После окончания медицинских тестов он снял с себя датчики, которые были закреплены на его теле, протер места, где были датчики, смоченной в спирте ватой и неосторожно выбросил этот кусочек ваты. Вата попала на спираль раскалённой электроплитки и мгновенно вспыхнула. В атмосфере чистого кислорода огонь быстро распространился на всю камеру. На Бондаренко загорелся шерстяной тренировочный костюм. Из-за большого перепада давления было невозможно быстро открыть сурдобарокамеру. Когда камеру открыли, Бондаренко был ещё жив.Он сказал «Не вините никого, я сам виноват».Его доставили в Боткинскую больницу, где врачи боролись за его жизнь, но безуспешно.

Астронавты В. Гриссом, Э. Уайт и Р. Чаффи.
Во время подготовки к первому пилотируемому полёту по программе «Аполлон», планировавшемуся на 21 февраля 1967 года, на борту корабля случился сильный пожар и весь экипаж погиб. Пожар произошёл 27 января 1967 во время наземных испытаний на стартовом комплексе № 34 космического Центра им. Кеннеди. В огне погибли астронавты В. Гриссом, Э. Уайт и Р. Чаффи.

Космонавт Владимир Михайлович Комаров
«Союз-1» — первый советский пилотируемый космический корабль серии «Союз», запущенный на орбиту 23 апреля 1967 года. На борту «Союза-1» находился единственный космонавт, Герой Советского Союза инженер-полковник Владимир Михайлович Комаров, который погиб во время приземления аппарата. Дублёром Комарова в этом полёте был Юрий Алексеевич Гагарин.

Неполадки начались сразу после выхода корабля «Союз-1» на орбиту: не раскрылась одна из двух панелей солнечных батарей, корабль стал испытывать дефицит электроэнергии. Вследствие этой неисправности полёт был досрочно прекращён, и корабль (вполне успешно) сошёл с орбиты на посадку. Однако, уже после вхождения в плотные слои атмосферы, на заключительном участке приземления произошёл отказ парашютной системы, который привёл к катастрофе и гибели космонавта. Этот был первый случай гибели экипажа космического корабля в полете.

Обломки спускаемого аппарата.

Космонавты Георгий Добровольский, Владислав Волков и Виктор Пацаев
«Союз-11» — пилотируемый космический корабль, запущенный 6 июня 1971 года и доставивший первый экипаж на орбитальную станцию «Салют-1» . Космонавты погибли при возвращении из-за разгерметизации спускаемого аппарата 29 июня.

Анализ записей автономного регистратора бортовых измерений «Мир» показал, что с момента разделения отсеков на высоте более 150 км давление в СА стало резко снижаться, и в течение 115 секунд упало до 50 мм рт. ст. Темп снижения давления соответствовал отверстию вентиляционного клапана. Комиссия пришла к однозначному выводу: при разделении отсеков преждевременно и несанкционированно открылся вентиляционный клапан. В результате СА разгерметизировался, и это привело к гибели космонавтов.

Астронавты Ричард Скоби, Майкл Смит, Эллисон Онидзука, Джудит Резник, Роналд МакНейр, Криста МакОлифф, Грегори Джарвис.
Катастрофа шаттла «Челленджер» произошла 28 января 1986 года, когда космический корабль в самом начале миссии STS-51L взорвался на 73-й секунде полёта, что привело к гибели всех семерых членов экипажа. Шаттл разрушился в 11:39 EST над Атлантическим океаном близ побережья центральной части полуострова Флорида, США.

Разрушение летательного аппарата было вызвано повреждением уплотнительного кольца правого твердотопливного ускорителя при старте. Повреждение кольца стало причиной разрыва швов ускорителя, вслед за чем горячие газы высокого давления прорвались из твердотопливного двигателя

Книга недели: «Верхом на ракете. Возмутительные истории астронавта шаттла»

Наверняка, каждый из нас хотя бы раз в жизни мечтал о полете в космос. Но много ли из нас тех, кто знает, что сколько испытаний нужно пройти потенциальному космонавту, чтобы попасть в число счастливчиков-покорителей Вселенной? Сегодня в рубрике «Книга недели» расскажем об откровенных, возмутительных и местами даже неприличных воспоминаниях американского астронавта программы многоразовых полетов Space Shuttle Майка Маллейна.

Книга: «Верхом на ракете. Возмутительные истории астронавта шаттла»

Автор: Майк Маллейн (Mike Mullane)

Вышла: 2017 год

Издательство: Альпина нон-фикшн

Язык оригинала: английский

Оригинальное название: Riding Rockets. The Outrageous Tales of a Space Shuttle Astronaut

Об авторе

Ричард Майкл Маллейн — астронавт американского космического агентства NASA, полковник, обладатель 14-ти наград за заслуги перед страной. В 1978 году был зачислен в отряд астронавтов во время 8-го набора. Прошел курс Общекосмической подготовки (ОКП) и затем был принят в Отдел астронавтов в качестве специалиста полета. За свою карьеру совершил три полета общей продолжительностью более 14-ти суток. Ушел из отряда астронавтов в 1990-м году. Сейчас выступает как оратор и занимается литературной деятельностью. «Верхом на ракете. Возмутительные истории астронавта шаттла» — первая книга в его библиографии, написанная в 2006-м году.

О книге

Я все еще не мог поверить, что все происходящее — не розыгрыш. Когда сотрудник начал перечислять нас, я ожидал, что, дойдя до моего имени, он остановится, посовещается с Крафтом и скажет: «Леди и джентльмены, в список вкралась ошибка. Пожалуйста, вычеркните Майкла Маллейна, он попал сюда случайно. Он не владеет обратным счетом семерками».

Полет в космос… Об этом, наверное, мечтает каждый мальчишка. Но стать астронавтом — это не просто надеть скафандр: за вожделенными минутами славы человека, побывавшего в космосе, стоит сложнейший отбор, долгие годы подготовки и лишение обычных житейских радостей. В своих воспоминаниях Майкл Маллейн рассказывает, как ему, полковнику ВВС США, стороннику консерватизима, пришлось поменять свое отношение практически ко всему и привыкнуть работать с людьми абсолютно разных профессий, религий и убеждений — молодыми учеными и опытными военными, амбициозными мамами и ярыми феминистками, католиками и евреями. Его достаточно откровенные (а порой и очень трагичные) истории сопровождают большое количество шуток и забавных ситуаций. Поэтому эту книгу выбирать для чтения в метро не стоит — если вы, конечно, не преследуете цель привлечь внимание всего вагона к вашему заливистому смеху. А смеяться вы будете много — книга и правда смешная. А еще она грустная, захватывающая и местами вызывающе неприличная.

Пример разворота

Американская программа многоразовых полетов Space Shuttle оказалась одной из самых опасных среди всех миссий в истории космонавтики: за 30 лет было совершено 135 полетов на пяти построенных кораблях, два из которых унесли 14 жизней. Почему это произошло? Где закралась ошибка, погубившая столько астронавтов? Майкл Маллейн очень подробно описывает технические характеристики шаттла, плюсы и минусы американского корабля. По отношению к своему «начальству» — NASA — астронавт крайне честен и говорит правду, что называется, «в лоб» критикуя недостатки работы космического агентства.

Отдельного упоминания заслуживают дополнительные примечания от переводчика — обозревателя журнала «Новости космонавтики» Игоря Лисова, — а также внушительного размера глоссарий. Поскольку рассказы Маллейна изобилуют профессиональными терминами и словами-реалиями американской культуры (которые часто могут быть непонятны русскому обывателю), читателю будет полезно периодически заглядывать в эти два раздела в конце книги.

Верхом на ракете: три книги о подлинной жизни астронавтов — Культура

Космические аппараты присылают на Землю фотографии звезд и бескрайних просторов, ученые продолжают искать жизнь вне нашей планеты, а инженеры придумывают, как освоить орбитальное пространство под бытовые нужды человечества. Если вы верите, что вскоре мы начнем колонизировать другие планеты, лихо летать в туристические трипы на Марс, то неплохо бы узнать, как на самом деле устроен космический быт астронавтов.

Крис Хэдфилд. «Руководство астронавта по жизни на Земле»

Издательство: Альпина Паблишер, 2015 год

Пожалуй, самая живая и дерзкая на сегодняшний день книга о том, как устроен быт тех, кто мечтал и смог стать космонавтом. За плечами автора, астронавта Криса Хэдфилда, 25 запусков шаттлов в качестве оператора связи, 4 тысячи часов на орбите, командование экипажем на МКС, бешеная медийность и десятки миллионов просмотров записанного в невесомости кавера на песню Дэвида Боуи «Space Oddity».

© Издательство Альпина Паблишер

И да, этот человек рассказывает о своем пути астронавта так зажигательно и неприкрыто, что оторваться невозможно: «Представьте, что вы сидите в своей гостиной и увлеченно читаете книгу и вдруг, случайно подняв глаза, обнаруживаете себя лицом к лицу с тигром. Никаких предупреждений, ни звука, ни запаха — просто откуда ни возьмись появляется этот дикий зверь. Вид, который открылся передо мной, имел что-то такое же нереальное и фантастическое, и у меня никак не получалось соотнести его с тем, как мгновение назад я скучно возился с замком своего троса. Конечно, я выглядывал из иллюминатора шаттла, чтобы увидеть мир, но только теперь понял, что в действительности я его не видел. Держась за корпус корабля, который движется вокруг Земли со скоростью 28 000 км / ч, я мог теперь по-настоящему увидеть изумительную красоту нашей планеты, бесконечное количество текстур и красок. А по другую сторону от меня — бадья черного бархата, до краев наполненная звездами. Бескрайнее и подавляющее зрительное погружение. Я мог бы наслаждаться им вечно, но тут Скотт выбрался из шлюзового люка и поплыл по направлению ко мне. Мы приступили к работе».

Кип Торн. «Интерстеллар. Наука за кадром»

Издательство: Манн, Иванов и Фербер, 2015 год

Пока вы дышали через раз и плакали, смотря в кинотеатре «Интерстеллар», Кип Торн, американский физик-теоретик и сопродюсер фильма, возможно, тоже всплакнул – от осознания того, какую гигантскую работу проделал, работая с режиссером фильма Кристофером Ноланом. И как будет плохо, если об этом никто не узнает. 

© Издательство Манн, Иванов и Фербер

В книге он шаг за шагом рассказывает о своем опыте работы над фильмом в качестве научного консультанта. Самая сладкая часть, конечно, научная – с диаграммами, картами, описанием физических законов и теми выводами, которые современные ученые сделали о черных дырах, кротовых норах, гравитационных аномалиях и других удивительных явлениях: «Эйнштейн бился над загадками гравитации с 1907 года. Наконец в 1912 году его посетило гениальное озарение. Он понял, что массивные тела вроде Земли или черных дыр могут искривлять время и это искривление является причиной гравитации. Он выразил эту идею в виде «эйнштейновского закона искривления времени» (как я его называю) — точной математической формулы, суть которой можно описать фразой: все стремится существовать там, где оно медленнее всего стареет, и гравитационное притяжение направлено именно туда. Чем больше замедление времени, тем сильнее гравитационное притяжение. На Земле замедление времени составляет лишь несколько микросекунд в день, поэтому силы гравитации здесь умеренные. На поверхности нейтронной звезды, где замедление времени составляет несколько часов в день, гравитация сильна чрезвычайно. А у поверхности черной дыры, где время почти не движется, гравитация настолько огромна, что даже свет не может ее преодолеть».

Майкл Маллейн. «Верхом на ракете»

Издательство: Альпина нон-фикшн, 2015 год

Автор книги — настоящий американский военный, и если вы готовы к бесконечным скабрезным шуткам и отсутствию восхищенного отношения к русским, – ее стоит прочитать. Хотя бы для того, чтобы узнать о том, как готовят астронавтов, о первых годах эксплуатации шаттлов: «Если у программы Space Shuttle и был золотой век, то это период с 1984 года до «Челленджера». За эти два года состоялось в общей сложности 15 успешных полетов, из них 10 в последние 12 месяцев».

© Издательство Альпина нон-фикшн

Упоминание о трагедии на «Челленджере» есть практически во всех книгах, которые написаны астронавтами. И эта страница космической истории – редкий фрагмент, который написан Майклом Маллейном без иронии: «Единственным моим утешением была мысль о том, что их гибель была милосердно быстрой — мгновенная смерть, на которую все мы надеемся, когда придет наш час. В мгновение ока они ощутили максимальный напор скорости, увидели, как чернеет небо, предвкушая красоту космоса, а потом… небытие. Я был в этом совершенно уверен. Как может кто-нибудь пережить взрыв внешнего бака? Кабина находилась от него всего в паре метров, а в баке оставалось еще более миллиона фунтов горючего, когда он сдетонировал. Этот взрыв должен был разрушить кабину и все, что в ней находилось. Чем больше я думал об этом, тем крепче была уверенность: они умерли мгновенно. Позже мне предстояло узнать, как сильно я ошибался».

Анастасия Тмур

Верхом на ракете. Возмутительные истории астронавта шаттлаМайк Маллейн, 2006

1 февраля 1978 года первые астронавты эры шаттлов, числом 35, стояли на сцене зала в корпусе № 2 Космического центра имени Джонсона, готовые предстать перед всем миром. Я был одним из них.

Объявление для прессы было сделано двумя неделями раньше[21]. В это время я был откомандирован со своей базы во Флориде на авиабазу Маунтин-Хоум в штате Айдахо, чтобы испытать новый самолет EF-111. Как и каждый из 208 человек, которые прошли процедуру отбора астронавтов, в течение нескольких месяцев я прислушивался к телефону. Не то чтобы я ожидал, что меня выберут, отнюдь нет. Я полагал удачей уже то, что меня пригласили на собеседование. Изучив в деталях мою кандидатуру, комиссия NASA должна была понять, что представляет собой Майк Маллейн: парень выше среднего уровня, но не выдающийся; чуть больше 1200 баллов по тесту SAT[22]; 181-е место среди выпускников Вест-Пойнта; не способен к обратному счету семерками. Как, спрашивается, я мог обдурить организацию, которая доставила человека на Луну? Но, подобно участнику лотереи, который в глубине души знает, что ничего не получит, я собирался все-таки проверить номера.

Утром в понедельник 16 января 1978 года выигрышные номера объявили, и я проиграл. Я в этом не сомневался. Одеваясь на работу, я включил телевизор — меня там не было. Зато Салли Райд и еще пять женщин были. NASA объявило состав новой группы астронавтов, в которую впервые вошли женщины. Сообщалось, как охотники за сенсациями сражаются за место перед их домами. Улицы заполнили передвижные телестанции с броскими номерами телефонов для звонков в студию. Вокруг бродили заинтересованные соседи. А эти улыбающиеся, сияющие, веселые женщины отвечали на вопросы, которые выкрикивали корреспонденты: «Что вы испытываете, сознавая, что вы одна из первых женщин-астронавтов? Когда вы захотели стать астронавтом? Вы плакали, когда услышали эту новость? Будет ли вам страшно лететь на шаттле?»

Я прошел в комнату, отдернул занавеску и убедился, что у меня под окном не запаркована эскадрилья телевизионных фургонов. Нет. Ни одного. Не кипели в нетерпении репортеры, не бродили перепуганные соседи. Ничего не было. Переживать отказ мне предстояло в одиночестве. Я попытался рассуждать рационально:

Мне никто ничего не обещал.

Но я сделал все от меня зависящее.

Может быть, меня выберут в следующий раз.

Не попробуешь — не узнаешь.

Я искал успокоение в этих банальностях и в еще нескольких сотнях других, но не находил. Победители были на телеэкране, проигравшие смотрели на них. Я подумал, не позвонить ли жене Донне во Флориду, чтобы поделиться плохими новостями, но решил, что с этим можно повременить. Мне вообще не хотелось говорить об этом.

Я отправился в свой офис на авиабазе Маунтин-Хоум и узнал, что Донна пыталась дозвониться до меня и оставила записку: «Мистер Эбби из NASA звонил сегодня утром и хочет, чтобы ты связался с ним». Джордж Эбби был начальником Директората операций летных экипажей, подразделения Центра Джонсона, частью которого являлся Отдел астронавтов[23]. Он возглавлял комиссию, которая заслушивала кандидатов в астронавты. Я был уверен, что Эбби звонил, чтобы «поблагодарить за приложенные усилия».

Я набрал номер и попал на секретаршу Эбби. Последовала небольшая пауза (еще одно подтверждение, что мою кандидатуру отклонили), он подошел к телефону: «Майк, вы все еще заинтересованы в том, чтобы перейти в Центр Джонсона в качестве астронавта?»

Несколько следующих мгновений доказали мне, что человек может жить с остановившимся сердцем. За прошедший час я сконструировал вполне логичный сценарий отказа. Появление женщин на TV доказывало, что NASA уведомило счастливых победителей. (На самом деле женщин оповестили первыми, чтобы эту великую новость как следует осветили телерепортеры.) Теперь же агентство из вежливости обзванивало остальных. Однако первый вопрос Джорджа не был похож на прелюдию к отказу.

Во рту пересохло настолько, что слюны не хватило бы даже на одну почтовую марку, но я все-таки умудрился прохрипеть в ответ: «Да, сэр, меня определенно интересует работа в Центре Джонсона».

Интересует?! Какого черта, что я несу? Интересовать меня могла работа Хью Хефнера[24], но за то, чтобы стать астронавтом, я готов был убить.

Эбби продолжил: «Отлично, тогда в июле мы ждем вашего прибытия[25] в качестве нового кандидата в астронавты».

Больше из этого разговора я ничего не помню. Я ослеп, оглох и онемел от радости. NASA отобрало Майка Маллейна в астронавты!

Я немедленно позвонил Донне. «Я же говорила! Я же тебе говорила, Майк! Разве я не говорила всегда, что все сложится к лучшему? Я говорила тебе!» Она действительно это говорила, раз за разом, и никогда не теряла веры. Я так хотел быть рядом с ней, чтобы разделить радость, но это было невозможно. До возвращения домой оставалась еще пара дней.

Я позвонил маме и папе, и они были потрясены не меньше меня. Мы смеялись вместе с отцом, вспоминая, как запускали мои самодельные ракеты. Я почувствовал, что мама — очень прагматичная женщина — уже ощущает опасность, которую принесет эта новая работа. Я не сомневался, что в ближайшие пару лет ее четки придут в негодность от усердных молитв.

Я связался со своим командиром во Флориде. Поздравив меня, он сказал, что Эбби звонил также Брюстеру Шоу и Дику Кови, летчикам-испытателям нашей эскадрильи: они тоже прошли отбор. Другим пилотам отказали, и мне было больно за них. Но недолго: моя необузданная, опьяняющая радость прорвалась снова.

Этим вечером я закупил пива на весь наш отдел на базе Маунтин-Хоум и пригласил ребят отпраздновать. В этот момент я был рад, что нахожусь вдали от родной эскадрильи. Большинство летчиков EF-111 были из Тактического авиационного командования ВВС, и никто из них не подавал рапорт об участии в космической программе. Наш праздник ничто не омрачало. Дома, в эскадрилье летных испытаний авиабазы Эглин, служили главным образом летчики-испытатели и инженеры-испытатели, и рапорт подал едва ли не каждый из них. Разочарование неудачников было бы столь же острым, как и моя радость, бьющая фонтаном. Шоу и Кови пришлось сдерживать свое торжество в присутствии людей, похоронивших надежду.

Когда я немного пришел в себя, то поехал в гостиницу. База находилась далеко в пустыне, и на дороге никого не было. Я гудел клаксоном и орал, как девчонка-тинейджер на рок-концерте. Я опустил стекло и кричал в лицо ледяному ветру. Я сделал крюк вглубь пустыни, выскочил из машины и вопил еще и еще и не мог успокоиться. Я боксировал воздух. Я прыгал и скакал, и швырял песок, и громко хохотал. Наконец я запрыгнул на теплый капот, лег на спину и смотрел, как звезды плывут над моей головой, как бесчисленное множество раз в детстве. Когда в небе сверкнул какой-то спутник, мое сердце екнуло. Даст бог, через несколько лет я полечу на ракете. Я будут внутри спутника… внутри шаттла.

Теперь, две недели спустя, я стоял на сцене вместе с остальными 34 астронавтами моего набора. Хотя мы должны были прибыть к месту службы лишь в июле, NASA собрало нас вместе, чтобы официально представить миру.

Набор астронавтов 1978 года (с указанием мест рождения)

Пилоты

Дэниел Бранденстайн, лейтенант-коммандер[26] ВМС, Уотертаун, Висконсин, 34 года

Роберт («Хут») Гибсон, лейтенант ВМС, Куперстаун, Нью-Йорк, 31 год

Фредерик Грегори, майор ВВС, Вашингтон, 37 лет

Дэвид Григгс, гражданский, Портленд, Орегон, 38 лет

Ричард Кови, майор ВВС, Файеттвилл, Арканзас, 31 год

Майкл Коутс, лейтенант-коммандер ВМС, Сакраменто, Калифорния, 32 года

Джон («Джей-Оу») Крейтон, лейтенант-коммандер ВМС, Орандж, Техас, 34 года

Джон Макбрайд, лейтенант-коммандер ВМС, Чарлстон, Западная Вирджиния, 34 года

Стивен Нейгел, капитан ВВС, Кантон, Иллинойс, 31 год

Фрэнсис («Дик») Скоби, майор ВВС, Кле-Элум, Вашингтон, 38 лет

Дональд Уильямс, лейтенант-коммандер ВМС, Лафайетт, Индиана, 35 лет

Дэвид Уокер, лейтенант-коммандер ВМС, Коламбус, Джорджия, 33 года

Фредерик Хаук, коммандер ВМС, Лонг-Бич, Калифорния, 36 лет

Брюстер Шоу, капитан ВВС, Касс-Сити, Мичиган, 32 года

Лорен Шривер, капитан ВВС, Джефферсон, Айова, 33 года

Военные специалисты полета

Гийон («Гай») Блуфорд, майор ВВС, Филадельфия, Пенсильвания, 35 лет

Джеймс Бучли, капитан Корпуса морской пехоты, Нью-Рокфорд, Северная Дакота, 32 года

Дейл Гарднер, лейтенант ВМС, Фэрмонт, Миннесота, 29 лет

Майкл Маллейн, капитан ВВС, Уичито-Фолс, Техас, 32 года

Эллисон Онизука, капитан ВВС, Кеалакекуа, Гавайи, 31 год

Роберт Стюарт, майор Армии США, Вашингтон, 35 лет

Джон Фабиан, майор ВВС, Гускрик, Техас, 38 лет

Гражданские специалисты полета

Джеймс («Окс») ван Хофтен, Фресно, Калифорния, 33 года

Шеннон Люсид, Шанхай, Китай, 35 лет

Рональд Макнейр, Лейк-Сити, Южная Каролина, 27 лет

Джордж («Пинки») Нельсон, Чарлз-Сити, Айова, 27 лет

Салли Райд, Лос-Анджелес, Калифорния, 26 лет

Джудит Резник, Акрон, Огайо, 28 лет

Кэтрин Салливан, Патерсон, Нью-Джерси, 26 лет

Маргарет Рей Седдон, Мёрфрисборо, Теннесси, 30 лет

Норман Тагард, Марианна, Флорида, 34 года

Анна Фишер, Нью-Йорк, 28 лет

Терри Харт, Питтсбург, Пенсильвания, 31 год

Стивен Хаули, Оттава, Канзас, 26 лет

Джеффри Хоффман, Бруклин, Нью-Йорк, 33 года

На самом деле я стоял в одном ряду с 34 остальными кандидатами в астронавты. Наша группа, которая в конечном счете войдет в историю под названием «35 новичков», или TFNG (Thirty Five New Guys), стала первой, члены которой имели перед должностью «астронавт» приставку «кандидат». До того как к нам приклеилось обозначение TFNG, мы были известны как асканы — Ascans. (Одна из следующих групп взяла себе название Ashos, что означало Astronaut Hopefuls — надеющиеся и подающие надежды стать астронавтами.) К моменту нашего прихода NASA на горьком опыте узнало, что само по себе звание астронавта воспринимается как знак отличия. В одном из наборов эпохи «Аполлона» разочарованный ученый покинул программу, не слетав в космос, и написал книгу, весьма критичную по отношению к агентству[27]. Поскольку его должность официально именовалась «астронавт», издатель на вполне законном основании сопроводил имя автора на обложке впечатляющим титулом. Теперь же NASA решило подстраховаться. В течение двух лет членам нашей группы предстояло быть кандидатами на испытательном сроке. Если бы кто-то из нас решил уйти и опубликовать какую-нибудь чернуху, NASA могло заявить, что это всего лишь кандидат, а не настоящий астронавт. Лично я воспринимал это как семантическое упражнение. В моем сознании невозможно было стать астронавтом, если ты не взлетел на ракете, что бы там ни говорилось в пресс-релизе космического агентства или в приказе по личному составу.

Нас приветствовал директор Центра Джонсона д-р Крис Крафт. В юности я видел его фотографии в статьях Life о программе «Аполлон». Теперь он поздравлял меня со вступлением в семью NASA. Ущипни меня, сказал я своему ангелу-хранителю.

Представитель пресс-службы NASA начал зачитывать наши имена, и аудитория из сотрудников агентства аплодировала. Среди нас было 15 пилотов-астронавтов, а я входил в число 20 будущих специалистов полета (MissionSpecialist, MS)[28]. Нам, «эмэсам», не светило сидеть за штурвалом шаттла и за ручкой управления тягой. На самом деле большинство из нас даже не были пилотами. Наши будущие обязанности включали управление роботизированной «рукой» — манипулятором, выполнение экспериментов и выходы в открытый космос. Как и подсказывало название, нам предстояло специализироваться на орбитальных операциях и выполнении полетного задания.

По мере того как перекличка приблизилась к списку «эмэсов», мое сердце сделало попытку притвориться, что не имеет ко мне никакого отношения, и вырваться из моей груди. Я все еще не мог поверить, что все происходящее — не розыгрыш. Когда сотрудник начал перечислять нас, я ожидал, что, дойдя до моего имени, он остановится, посовещается с Крафтом и скажет: «Леди и джентльмены, в список вкралась ошибка. Пожалуйста, вычеркните Майкла Маллейна, он попал сюда случайно. Он не владеет обратным счетом семерками». После этого два дюжих охранника возьмут меня под локти и выведут за ворота.

Однако представитель прочел мое имя без колебаний. Он не споткнулся на нем и не стал совещаться с Крафтом. Он прочел его так, будто мне надлежало быть в списке. Теперь все действительно официально, подумал я. Придется в это поверить. Итак, я свежеиспеченный астронавт… кандидат.

На сцене Америка была представлена во всем ее разнообразии. Среди нас была мать троих детей (Шеннон Люсид), два астронавта иудейской веры (Джефф Хоффман и Джуди Резник) и один буддист (Эл Онизука). Были католики и протестанты, атеисты и фундаменталисты. Вполне возможно, что среди нас были и геи. В группу входили трое афроамериканцев, один человек азиатского происхождения и шесть женщин. Все камеры фокусировались на этой радужной коалиции, и в особенности на женщинах. Я мог бы показать прессе голую задницу — и этого бы никто не заметил. Белые мужчины из числа TFNG были невидимками.

Еще одно первенство этого набора состояло в его политической разнородности. Военные летчики, оплот предыдущих групп, почти всегда отличались консерватизмом. Хорошо образованные и самодостаточные, они мыслят критически и презирают либеральные идеи в духе «все мы жертвы системы». Однако присутствие на сцене большого числа гражданских астронавтов положило конец господству правых. Вероятно, среди них были и те, кто протестовал против войны во Вьетнаме, и те, кто считал, что лик Теда Кеннеди должен красоваться на горе Рашмор[29], и те, кто участвовал в маршах за права геев, за аборты, за гражданские права и права животных. Впервые в истории звание астронавта было присвоено защитникам лесов, рыбоедам, сочувствующим дельфинам, вегетарианцам и подписчикам The New York Times.

Гражданских отличала своя специфика — аура юношеской наивности. Хотя разница в среднем возрасте между военными и гражданскими астронавтами была не слишком велика (примерно пять лет), разница в жизненном опыте оказалась колоссальной. Некоторые из гражданских были «постдоками» — этот термин я впервые услышал в день нашей инаугурации. Они в самом буквальном смысле были вечными студентами, продолжая свои занятия в университетах даже после получения докторской степени. Среди нас были мужчины и женщины, которые всего несколько недель назад вели наблюдения за звездами в высокогорных обсерваториях и больше всего боялись получить за научную статью оценку «пять с минусом». Целые световые годы отделяли их жизни от судеб военных членов группы. Мы были ветеранами вьетнамской войны. Одного пилота-вертолетчика, выполнявшего задание по ракетному обстрелу противника с малой высоты, покромсало в клочья и бросило на лобовое стекло «вертушки», так что все оно было залито его кровью. Наш Дэн Бранденстайн был обладателем уникального сувенира северовьетнамских времен — это был кофейный столик, изготовленный из поврежденного огнем вражеской ПВО лобового стекла его штурмовика A-6 Intruder. Мы были летчиками-испытателями и инженерами-испытателями. И наши ошибки были не из тех, что на полях отмечает карандашом профессор, — малейший промах означал мгновенную смерть. Морской летчик Рик Хаук и пилот ВВС Брюстер Шоу едва не погибли, катапультируясь из потерпевших аварию боевых реактивных машин. У меня тоже был опыт катапультирования из такого самолета.

Но не только с войной и смертью не были знакомы постдоки: в отличие от военных, гражданские не знали и жизни — по крайней мере, ее изнанки. Однажды на промежуточной посадке на Филиппинах по пути во Вьетнам я заселился в гостиницу и получил вместе с пивом San Miguel потрепанную папку с фотографиями имеющихся в наличии проституток. Это входило в обслуживание номеров: заказывайте прямо сейчас! Недаром говорят, что невинность — первая жертва войны. Во вьетнамском баре рядом с тобой тут же оказывалась женщина, поглаживающая твой пах в надежде продать себя. В массажном кабинете «Хэппи-энд» у каждого из нас был любимый номер (свободные девушки для простоты опознания носили таблички с номерами на шее), и я знал многих летчиков во Вьетнаме, у которых в календаре кружочком был отмечен день прекращения отношений с проститутками. Это означало завязать с ними и выждать инкубационный период заболеваний, передающихся половым путем (или успеть вылечиться), прежде чем отбыть домой. Один из морских летчиков нашей группы рассказывал, как однажды сидел в грязном баре в Юго-Восточной Азии, а в это время голый морпех трахал на соседнем столе проститутку. Рискну предположить, что наши постдоки вряд ли имели такой опыт в студенческом клубе в Беркли. В их манерах чувствовались мягкость и невинность, наводящие на мысль, что они вели монастырскую жизнь. Мне с трудом удавалось, работая с ними, не воспринимать их как детей. Возможно, некоторые из них все еще оставались девственниками. Стив Хаули, Джордж Нельсон и Анна Фишер выглядели совсем юными. Их просто не пустили бы в бар без предъявления удостоверения личности. Джефф Хоффман являл собой идеальный пример университетского преподавателя. Он прибыл в NASA при бороде и складном велосипеде, который разрешалось провозить в бостонском метро. У него даже не было машины. Он ездил на работу на велосипеде и приносил с собой судочек с обедом. Не хватало только замшевых налокотников на пиджаке и трубки во рту, чтобы завершить образ «профессора».

Я испытывал легкую враждебность к гражданским кандидатам, и знаю, что многие военные астронавты разделяли мои чувства. В нашем понимании постдоки не заплатили необходимую цену за то, чтобы стоять на этой сцене, в отличие от нас. Для нас это было дело всей жизни. Если бы кто-нибудь сказал нам, что шансы попасть в астронавты возрастут, если пожертвовать левым яичком, мы схватили бы ржавую бритву и принялись резать. В глазах гражданских я не видел такого энтузиазма. Напротив, я представлял себе, что всего несколько месяцев назад Салли Райд и остальные постдоки, рассекая по студенческому клубу в майках с надписью «Спасите китов», случайно увидели на доске объявление об отборе астронавтов и шутки ради подали заявления. И вот теперь они оказались здесь. Это не было правильно.

Пока фотографы продолжали слепить вспышками женщин и представителей меньшинств, я посматривал на Джуди Резник и Рей Седдон. Трудно было из них двоих отдать кому-то предпочтение и титул «первой красотки в космосе». Джуди была красавицей с волосами цвета воронова крыла, а Рей — сногсшибательной блондинкой из Теннесси. Глядя на них, ни один мужчина из нашей группы не задумывался о темах их докторских работ.

Верхом на ракете. Возмутительные истории астронавта шаттлаМайк Маллейн, 2006

Глава 2

Приключения

Я родился через неделю после окончания Второй мировой войны, 10 сентября 1945 года, в городе Уичито-Фолс в Техасе. Первое, что сказал мой дед, увидев меня: «Как он похож на обезьянку». У меня была копна лохматых черных волос и совсем как у шимпанзе оттопыренные уши, по размеру подходящие взрослому человеку. Все мое раннее детство мама пыталась бороться с этим дефектом. Перед сном она приматывала мне клейкой лентой две картонки по бокам головы, надеясь, что уши прирастут обратно. Но это был дохлый номер. Где-то среди ночи природа одерживала верх над скотчем, и мои уши вновь торчали, как воздушные тормоза реактивного самолета.

Как я и сказал «психу № 1», я был вторым ребенком в католической семье, а в конечном итоге нас стало шесть — пять мальчиков и одна девочка. Когда я родился, отец служил бортинженером на бомбардировщиках B-17 на Тихом океане, поэтому придумывать мне имя пришлось матери. Она выбрала имя Ричард. Покинув утробу всего несколько часов назад, я уже был пожизненно отягощен ушами, как у барашка, и погонялом Дик[9]. Неудивительно, что, когда отец вернулся, он начал называть меня вторым именем — Майк. Подозреваю, что он думал примерно так: «О господи, пусть ребенку будет хоть немного легче».

Хотя война закончилась, отец продолжал служить. Мои первые воспоминания связаны с воскресными визитами на стоянку авиабазы, где я сидел в кабинах C-124, C-97, C-47 и других военно-транспортных самолетов, а отец разрешал мне браться за рычаги управления и «рулить» запаркованными монстрами. Он также брал меня с собой в штаб базы, куда слетались экипажи со всех концов мира. Летчики дарили мне серебряные «крылышки» прямо с мундира, ярко окрашенные ленты медалей и странные монеты из дальних стран. В моих глазах все они были настоящими героями — куда там Голливуду!

Отец был ирландцем из Нью-Йорка, он родился и вырос на Манхэттене. У него всегда была про запас масса удивительных, красочных, преувеличенных, а то и просто придуманных историй. Несомненно, его благоговейное отношение к полетам стало для меня источником вдохновения. Каждый вылет он представлял как великое приключение, и в особенности это касалось его летного опыта на Тихоокеанском театре Второй мировой войны.

Он рассказывал об атаках Чарли по прозвищу Стиральная Машина — японского пилота, который не давал американцам отдохнуть, пролетая ночью над их филиппинской базой на древнем биплане и сбрасывая жестяные банки из-под пива. Свист воздуха над отверстием банки напоминал звук падающей бомбы, и всем приходилось выпрыгивать из коек и прятаться в укрытии.

«Мы называли его»Стиральная Машина Чарли», мальчики, потому что двигатель у этого чертова япошки (японцы у моего отца всегда были чертовы) барахлил невообразимо. Я уверен, что он специально настраивал его неправильно, чтобы тот выдавал перебои и хлопки и мешал нам спать. Звук от него был, как от умирающей стиральной машины». После этого отец делал глуповатое лицо Реда Скелтона[10], сжимал губы и издавал череду неприличных звуков, чтобы продемонстрировать эту надоедливую машину. Мы с братьями смеялись без остановки и просили, чтобы он «изобразил Стиральную Машину Чарли» еще раз.

Под раскаты грома мы отправлялись в другой полет: «Однажды из-за нашего чертова штурмана (как и японцы, штурманы всегда были чертовы) мы заблудились в грозу. Молния ударила в наш самолет. Я чувствовал, как она ползет по моему телу. Волосы на моей голове вспыхнули, и поэтому у меня сегодня их нет. Пломбы в зубах раскалились, и, коснувшись их языком, я обжег его».

Бывало еще, что он кружил по комнате, расставив руки в стороны и рассказывая, как альбатросы садились на крылья бомбардировщика B-17, чтобы «прокатиться» во время разбега. Затем птицы расправляли собственные гигантские крылья и взлетали, используя давление набегающего потока воздуха.

Подозреваю, что мой отец, летавший уже в конце войны, никогда не видел ни одного японского боевого самолета, но из его рассказов узнать об этом было нельзя. Он повествовал, как его сбили над островом и он опустился на парашюте в джунгли. С товарищами по экипажу они присоединились к туземцам, борцам за свободу, и пробились к побережью, где их приняла на борт американская подводная лодка. Я знаю теперь, что ничего подобного не было, но его красочные байки заронили семя в мою душу. Я хотел пережить такие же приключения сам. Я хотел летать.

Раз в год или два отца переводили на новую авиабазу, и мы, как племя бедуинов, собирали пожитки и отправлялись к новым горизонтам, а почтовый ящик Хью Маллейна обретал новое место в Канзасе, Джорджии, Флориде, Техасе, Миссисипи или на Гавайях. Я предвкушал каждый переезд и не мог дождаться, когда наш автофургон двинется в путь навстречу новым приключениям. Укутанные в одеяло на заднем сиденье машины, как куклы в корзине, мы с братьями засыпали под ритмичное шуршание шин по дорожному покрытию. Наши сердца трепетали, предвкушая неизвестность. Иногда я просыпался среди ночи и вдыхал незнакомые ароматы или смотрел на вспышки далеких молний. Днем мы останавливались у обветшавших вывесок фруктовых лавок и покупали целые корзины холодной как лед черешни. Мы заезжали на заправки с вывеской «Последний бензин на 100 миль вперед». Я смотрел, как отец заполнял водой парусиновый мешок и подвешивал над капотом нашего разукрашенного подобно голове индейца «понтиака». От мысли, что на дороге ничего не будет еще 100 миль, у меня кружилась голова. Лишь позже я узнал, что заправки располагались на расстоянии 20 миль друг от друга и на каждой из них красовалась такая надпись. Впрочем, в моем возрасте было все равно — что 20 миль, что 100. Я наклонялся вперед и смотрел через плечо отца на горизонт столь чистый, что он казался нарисованным тонкой-тонкой кистью. Я видел, как бетон дороги сияет перед нами миражом, как крутятся пылевые дьяволы[11], как иссиня-черные, готовые вот-вот пролиться грозовые тучи движутся на ходулях молний. И нескончаемо пели свою песню колеса, увозя меня в пустоту.

Другим источником приключений были семейные путешествия в дикие уголки Запада. Отчего мой отец-ньюйоркец так любил выезды на природу, осталось для меня тайной. Наверное, дело было именно в том, что он так долго прожил в асфальтовых джунглях. Еще больше одержима природой была мама. Она точно родилась с опозданием на 100 лет. Могу с легкостью вообразить, как она отправляется с караваном фургонов из Индепенденса[12] в штате Миссури на запад, в Орегон. Уже будучи 75-летней вдовой, она проехала вместе с подругой такого же возраста на машине из Альбукерке до Аляски, и меня удивило лишь то, что она не пошла туда пешком. Ей чаще приходилось ставить палатку и складывать из камней очаг, чем большинству женщин — мечтать о переустройстве кухни. Счастьем для нее было стоять над дымным лагерным костром, печь блины и поджаривать бекон, приплясывая, чтобы прогнать утренний холод.

Готовясь к таким поездкам, мы складывали на крыше нашей машины снаряжение: пару холодильников, газовую горелку, фонари, палатки, удочки, алюминиевые кресла и мешки с древесным углем. Топоры, лопаты, термосы, приспособления для готовки и спальные мешки закреплялись там же и укрывались брезентом. Мы перевозили с собой целый айсберг из вещей. Внутренний объем машины, куда помещался весь выводок детей и две собаки, забивался в неменьшей степени. Оклахомцы из «Гроздьев гнева», если бы им довелось это увидеть, прониклись бы к нам сочувствием.

И вот мы выезжали на дороги американского Запада. Когда я говорю «дороги», я вовсе не имею в виду федеральные автомагистрали. Мои родители бежали от них, как от разбавленного бензина. Какое же может быть приключение, если ехать по большому шоссе? Это для слюнтяев! Вместо этого они выбирали самые глухие проселки, прокладывая путь через сонные городишки и посыпанные щебенкой перевалы. Знак «Осторожно, плохая дорога» обозначал одновременно «Впереди врата рая». Отец выбирал именно такой курс, подобно древнему греку, внимавшему пению сирен. Помню, однажды подобная табличка висела на цепи, протянутой между двух деревянных столбов. Отец принял это как вызов и отправил армию из своих мальчишек раскачивать один из столбов, пока его не удалось выдернуть из земли. Мы переехали цепь и поставили столб на место. Теперь впереди была не просто плохая дорога — это была наша дорога.

Родители выбирали для «понтиака» пути, по которым не рискнул бы проехать современный джип-внедорожник. Упавшее дерево или камень на дороге? Не проблема! Как китайские кули, мальчики семьи Маллейн пилили, рубили, применяли рычаг или просто грубую физическую силу, чтобы убрать с дороги любое препятствие.

Нельзя сказать, что в этих экскурсиях мы никогда не попадали в сложное положение. Однажды далеко в горах в южной части Нью-Мексико у нас выкипел радиатор. По слою пыли кругом было видно, что никто не проезжал здесь уже много дней, а то и недель, а может быть, и никогда. Это было задолго до сотовых телефонов, так что нельзя было позвонить и вызвать эвакуатор. Нам грозила голодная смерть экспедиции Доннера[13].

Отец, специалист по ремонту самолетов, всегда возил с собой большой набор инструментов. Увы, всякий раз, когда у нас что-то ломалось, оказывалось, что нет как раз того, что нам необходимо. Очевидно, на нашем автомобиле не было мотора C-124.

В этом случае, однако, нам не помог бы никакой инструмент. Нужна была вода, а ее вокруг не было совсем. Однако моего папу ни в коей мере нельзя было упрекнуть в отсутствии изобретательности. Он приказал нам перетрясти всю машину и найти всю влагу, какая есть. На заполнение радиатора пошли пара банок кока-колы и пива. Был пущен в дело жбан с вишневым сидром, который мой старший брат купил в придорожном ларьке. На автохимию переработали и несколько апельсинов.

Тут папа увидел, как мой младший брат отходит в сторону.

— Ты куда?

— Мне надо пописать.

Вскоре мы все стояли на решетке, всматриваясь в радиатор. «Цельтесь точнее, ребята. У вас на мушке чертов японский Зеро[14]. Ни одной очереди мимо!»

Этого оказалось достаточно. Источая запах переполненного биотуалета, наш фургон, шипя, вкатился на заправку, и механик с перекошенной физиономией спросил, не умер ли у нас кто-нибудь под капотом.

В другой раз нашему спуску с перевала угрожал перегрев тормозных колодок. Явно вспомнив предыдущий успех с радиатором, папа послал каждого из ребят пописать на колеса, чтобы охладить их. Никто не умел использовать мочу столь изобретательно, как мой отец.

Это были чудесные времена, многое определившие в моей жизни. Я был сыном своих родителей. Я хотел знать, что там… за следующей горой, за поворотом, за ближайшим каньоном. Не было такого национального парка, памятника, змеиной фермы, метеоритного кратера, вулкана или магазина камней, где бы мы не побывали. Задние боковые стекла машины были залеплены красочными наклейками, напоминающими о наших путешествиях: стикерами из сувенирной лавки у гейзера «Старый служака» в Йеллоустоне, видами Гранд-Титона и Гранд-Каньона, Национального ледникового парка, каньона де Шей в Аризоне, пустыни Уайт-Сэндз, Долины смерти, Долины монументов, Глен-Каньона и бесчисленного множества других достопримечательностей с дорог Запада. В июле мы играли в снежки на горных перевалах Инджиниэр, Индепенденс и Имоджин. Мы кувыркались в песчаных дюнах и ловили рыбу в горных речках, мы покоряли окутанные облаками вершины лишь для того, чтобы увидеть, что находится за ними. Мы набирали сокровища в виде полевого шпата и пирита, кварца и окаменевшей древесины. Альбомы моей мамы полны фотографий семьи под въездными знаками разных штатов — Аризоны, Колорадо, Юты, Вайоминга, Монтаны, Невады, Калифорнии. В этих и многих других штатах мне случалось, лежа в спальном мешке, вдыхать ароматы приключений — древесного дыма и брезента палатки — и смотреть, как звезды сияют над нашей лесной колыбелью. И мне снилось самое великое приключение на свете — полет.

Верхом на ракете

Есть большие мотоциклы, есть мощные, а есть Triumph Rocket III. Появление этого левиафана никак нельзя было предсказать. Англичане, прежде отличавшиеся верностью традициям и некоторой сдержанностью, абсолютно неожиданно задвинули подальше нормы морали вместе со здравым смыслом и выпустили в серийное производство пожирающего пространство монстра с 2,3-литровым мотором.

История модели

Первый Triumph Rocket III вышел в продажу в 2004 году как своеобразный ответ на сильный пожар, уничтоживший почти все производственные площади главного завода Triumph несколькими годами ранее. С одной стороны, Rocket – это брутальный пауэр-круизер, выполненный с чистого листа. С другой стороны, невооружённым взглядом заметно несколько характерных триумфовских «фишек». Во-первых, две круглые фары головного света. Подобная оптика долгое время с успехом использовалась на Speed Triple и Street Triple. Во-вторых, двигатель. Triumph давно использует трёхцилиндровые двигатели. В случае с Rocket III пришлось повозиться с компоновкой. Махину с рабочим объёмом 2294 см3 (DOHC, 12 клапанов, шесть свечей зажигания) поперёк рамы не поставишь, мотоцикл получится слишком широким. Инженеры приняли единственное верное решение – развернуть мотор так, чтобы все выпускные окна оказались на правой стороне по ходу движения мотоцикла. Внутри силового агрегата, который размерами больше напоминает автомобильный, коленвал и коробка передач лежат рядом вдоль мотоцикла, а цепь ГРМ расположена за большой крышкой в непосредственной близости от радиатора системы охлаждения. Система смазки с сухим картером, маслобак вынесен на левую сторону двигателя. Внизу в картере находится двухсекционный маслонасос. Одна секция качает на охлаждение и смазку, вторая прокачивает систему. Заборников два – спереди и сзади. Оба интегрированы в поддон. Система питания инжекторная, с двумя рядами дроссельных заслонок диаметром 52 мм, воздух подаётся из двух разнесённых эйрбоксов. Рама трубчатая, дуплексная со съёмной нижней секцией в районе силового агрегата и несъёмным задним подрамником. Крутящий момент на заднее колесо передаётся карданным валом, укрытым внутри маятника.


Большой и брутальный двигатель – превалирующая деталь экстерьера мотоцикла. Всё крутится вокруг трёх цилиндров, двух круглых фар и 240-го заднего «тапка». Образ вышел очень запоминающимся! Мотоциклы, предназначающиеся для рынка США, отличаются увеличенным количеством хромированных деталей.

Изначально модификации было две – Roadster как базовый вариант и Classic как расширенный. Rocket III Classic отличается от Rocket III Roadster формой руля и платформами вместо подножек. Моторы на тот момент окрашивались только в серебристый цвет. В качестве элементов подвески в обоих случаях использована мощная телескопическая вилка перевёрнутого типа с диаметром перьев 43 мм и парой крупных амортизаторов, соединяющих раму и маятник. Тормозная система состоит из двух дисков 320 мм с четырёхпоршневыми суппортами Nissin на переднем колесе и одного диска 316 мм с двухпоршневым суппортом Brembo.


В 2005 году произошла первая заводская модернизация – изменился поддон двигателя. До 2005 года сливные пробки в поддоне располагались горизонтально, после – вертикально. С 2006 года моторы у Triumph Rocket III начали окрашивать в чёрный цвет. Клапанная крышка при этом осталась хромированной.


В последующие годы английский производитель занялся работой над ошибками. У ранних «Рокетов» (до 2007 года, посмотреть можно по VIN) существовал ряд известных болячек. На этот счёт в Triumph выпустили большой всеобъемлющий кит. Крупная коробка весом 9 кг сразу стала предметом вожделения для владельцев выпущенных до 2007 года Rocket III, так как позволяла повысить надёжность мотоцикла и улучшить работу некоторых узлов. Список деталей, входящих в кит, внушительный. В частности – новые, более мощные пружины сцепления, доработанная в плане кулачков зацепления вторая передача, модернизированный натяжитель и успокоитель цепи ГРМ (прежняя конструкция не была надёжной и способствовала неравномерному растяжению цепи ГРМ), высоковольтные провода, правильные подшипники главной передачи (которые с завода устанавливались не той стороной), а также целая россыпь шайб, прокладок и О-рингов. Суммарная стоимость деталей кита – около $ 2000. Однако розничная цена долгое время составляла $ 300. Кит массово покупали и устанавливали все владельцы «Рокетов», подлежащих модернизации. Потому что это было выгодно. Одни только высоковольтные провода, входящие в его состав, тянули на € 200. В 2015 году кит резко подорожал до $ 1500. Борьба с «детскими болезнями» по двигателю окончательно завершилась в 2007 году. С этого момента все проблемы устраняются на заводе, «начинка» устаканилась и не меняется по настоящее время.


В 2008 г. появляется спецверсия Touring. Её отличает приборная панель и блок управления двигателем. Механизм взаимодействия между ними больше стал напоминать CAN-шину. Также другая размерность колёсных дисков (под резину 150/80–16 и 180/70–16), форма руля, ограниченная за счёт прошивки до 106 л. с. пиковая мощность двигателя (так инженеры подняли эластичность и тягу на средних оборотах), выпускная система на две трубы, АБС в списке опций, более «чопперный» вылет вилки, плоские платформы вместо круглых подножек (водительские регулируются), съёмное ветровое стекло, более комфортное сиденье, уменьшенный до 22,3 л топливный бак, съёмные жёсткие боковые кофры, телескопическая вилка 43 мм вместо «перевёртыша», а также одна большая фара головного света вместо двух. По факту за счёт уменьшенной мощности Rocket III Touring – чуть более ресурсный аппарат в сравнении с обычным Rocket III.


В 2010 году появился самый прогрессивный «Рокет» из ныне выпускающихся – Triumph Rocket III Roadster второго поколения. Из усовершенствований – АБС в штатной комплектации, более острый наклон рулевой колонки, новое сиденье (выше на 10 мм и ближе к рулю), чёрная передняя вилка, «прокаченный» прошивкой до рекордной ТТХ двигатель (148 л. с. при 5750 об/мин и 221 Нм при 2750 об/мин), выхлоп 3-в-2.

 

Технические особенности

Рядную 12-клапанную «тройку» Triumph Rocket III, выпущенную позднее 2007 года, можно считать неубиваемым силовым агрегатом. О надёжности более старых моторов имеет смысл рассуждать только после установки исправленных деталей из кита.


Пробеги больше 100000 км без серьёзного ремонта не редкость. При этом от замены до замены уровень масла абсолютно не изменяется. Проблемы с ЦПГ крайне маловероятны. Чтобы сокрушить гильзы, покрытые керамикой, или монструозные поршни, надо очень постараться. Например, забыть налить масло. Задиры на вкладышах, в основном, на коренных, встречаются только на очень больших пробегах. Система охлаждения играючи справляется с любыми пробками. Склонностей к закипанию не замечено. Расход топлива по трассе – 6–6,5 л на 100 км пути при крейсерской скорости 120–140 км/ч. В городе – 8–9 л на 100 км на штатной прошивке блока управления и 12 л при нештатной.


С 2015 года Triumph резко решил обделить поддержкой обладателей двигателей серебристого цвета. Многие детали для него перестали выпускаться. Определённые трудности возникают в основном в случае заказа с Англии деталей, которые окрашены в цвет двигателя. Например, внешняя помпа, термостат, крышки картера главной передачи. Новые серебристые детали теперь не найти днём с огнём. Только чёрные!


Выход из строя коробки передач у Rocket III в большинстве случаев связан с человеческим фактором. Если подтыкать передачи на значительно открытом дросселе, моментный мотор может разломать шестерни. Но, как бы ни размолотило шестерни, с картером никогда ничего не происходит. Осколки просто ссыпаются в поддон и там лежат. Валы не гнутся. Бывает, что откручивается болт, фиксирующий кулису привода копирного вала. Болт падает в картер, кулиса перестаёт держаться за вал, коробка по понятным причинам залипает на той передаче, которая была включена (лечится только через полный разбор КПП со снятием/установкой ДВС). Иногда лопается пружина фиксатора копирного вала. Коробка работать не перестаёт, но передачи включаются крайне нечётко (лечится без снятия/установки ДВС, требуется снятие/установка передней крышки двигателя). Почти всегда при проблемах с КПП мотоцикл сохраняет возможность передвигаться своим ходом. Тяговитый мотор способен стронуть огромный мотоцикл с места даже на четвёртой и пятой передачах. Известны случаи, когда Rocket III с одной лишь пятой передачей как ни в чём не бывало преодолевал до 1500 км. Любой ремонт КПП у «Рокетов» связан с почти полной разборкой мотоцикла и снятием/установкой ДВС. До 2014 года на первой, второй и третьей передачах ограничена мощность на 7 % при помощи второго ряда дроссельных заслонок. Ограничение убирается программным путём.


Владельцы «Рокетов» на сцепление обычно не жалуются. Оно крайне надёжное. С установленными пружинами нового образца и правильной настройкой механического привода убить его нереально. В пакете девять металлических и 10 фрикционных дисков.

Со стартером проблем обычно не бывает, но случаются неприятности с замком зажигания на ранних «Рокетах» (до 2010 года включительно). Там силовой «плюс» на стартер забран через замок зажигания. Со временем замок от большой нагрузки начинает плавиться. В один прекрасный момент он и вовсе перестаёт работать. Проблема устраняется путём разгрузки замка зажигания. Устанавливается дополнительное реле, которое забирает сигнал на запуск с кнопки стартера, силовой кабель протягивается напрямую с аккумулятора. Замок зажигания менять не обязательно. Подобная обходная схема работает годами.


Система смазки надёжная. В редких случаях клапан в маслобаке может потерять герметичность, отчего масло полностью стекает в поддон. Также бывали случаи утечки масла через форсунку, которая охлаждает сцепление. Результат тот же – масло стекает в поддон. Холодный запуск двигателя при такой неисправности достаточно проблематичен при околонулевых забортных температурах. Стартеру просто не хватит усилия прокрутить коленвал и шестерни коробки, полностью залитые маслом. Лечится это путём замены того, что отказало. Снятие/установка ДВС не требуется.

Ощутимо слабое место в электрике – датчик положения дроссельной заслонки (TPS сенсор). Первый признак его кончины – исчезновение или завышение холостых оборотов. Лечится калибровкой. Если неисправность возникает снова, то заменой. В жару датчики отказывают чаще. С такой поломкой продолжить движение, в принципе, можно, но только после определённых манипуляций. В конкретно взятом исполнении датчик положения дросселя просто считывает положение заслонки, а шаговый моторчик в свою очередь задаёт положение холостого хода по шагам. При кончине датчика нужно сдёрнуть фишку с моторчика холостого хода и гайкой на штоке самостоятельно накрутить необходимые обороты. Check на приборной панели, конечно, загорится, но холостой ход восстановится. Данные манипуляции работают только на мотоциклах до 2010 г.


Если мотоцикл эксплуатируется нечасто, могут возникнуть проблемы с приводом заднего редуктора. Возможно возникновение коррозии на шлицах соединения кардан – редуктор из-за высохшей смазки. Как следствие – износ соединения, что грозит заменой моста и кардана. Лечится своевременной смазкой узла.

У ранних (до 2007 г.) Triumph Rocket III из-за ошибки при сборке опорный подшипник главной передачи был запрессован не той стороной. Отсюда трудности со смазкой. Специально предусмотренный масляный канал остаётся не у дел. Так получается, что на его пути по ошибке оказывается сальник. Ресурс подшипника – лотерея. От мгновенного выхода из строя его спасает наличие масляного тумана в картере.


Тормозная система очень посредственна. При всех стараниях инженеров какой-то особенной эффективностью не отличается. Диски, конечно, крупные, но суппорты никуда не годятся. Аналогичные механизмы обычно используются на среднеразмерных дорожниках. Замена суппортов на более производительные особого эффекта не даёт. Физику не обманешь! Чем сильнее суппорты вгрызаются в диски, тем раньше сдаются покрышки. Экстренное торможение обычно выливается либо в визг резины, либо в треск антиблокировочной системы.

Ходовая система «Рокетов» в большей степени рассчитана на спокойное движение по относительно ровному асфальту. Тюнинг в виде пружин с прогрессивной навивкой для передней вилки и более густого масла может потребоваться лишь в случаях, когда мотоцикл используется не как круизер, а как большой спортбайк. Задние амортизаторы у ранних Triumph Rocket III весьма жёсткие, владельцы часто заменяют их на аналогичные детали от более свежих мотоциклов или тюнинг.


На первых порах с диагностическим оборудованием для Triumph Rocket 3 были большие проблемы. Железо и софт приходилось заказывать из Англии под VIN-номер конкретного мотоцикла. Некоторое время спустя немецкий технарь-энтузиаст Том Гамбург умудрился сделать халявную диагностику для «Триумфов» без привязки к чему-либо. Он выложил свои наработки американцам, они сразу наклепали всевозможных прошивок и вывалили их в общий доступ. При наличии кабеля (подходит от обычной ВАЗовской диагностики) с чипом FTDI диагностическое устройство для Rocket III собирается элементарно.

В контексте сервисного обслуживания Triumph Rocket III не так сложен, как это может показаться. Все узлы крупные и находятся в относительно неплохом доступе. При наличии перед глазами сервисного мануала со всеми регламентными операциями по ТО справится даже начинающий механик. Для более глубокого вмешательства нужен опыт и специнструмент.


Охлаждающая жидкость меняется элементарно, равно как и масляный фильтр. С маслом приходится повозиться. Сливных пробок три штуки, в поддоне они расположены весьма неочевидно. Заливается масло не менее хитро. Необходимо наполнить маслобак (четыре литра), завести мотоцикл, прогнать систему. Затем заглушить и долить по уровню. Топливный фильтр расположен внутри топливного бака. Доставать его следует крайне аккуратно. Есть риск загнуть поплавок, что может стать причиной некорректной работы указателя уровня топлива. Воздушный фильтр расположен сразу под сиденьем, заменить его проще простого.

Снятие двигателя только на первый взгляд может показаться невыполнимым занятием. На самом деле данную процедуру можно провернуть одному. Снимается не мотор с рамы, а рама с мотора.


Краш-тесты

Triumph Rocket III поистине несокрушимый аппарат, если не рассматривать лёгкие косметические повреждения, которые вследствие аварий получает абсолютно любой мотоцикл. Важно сразу после покупки доустановить оригинальные защитные дуги из списка аксессуаров. Они практически полностью исключают повреждения двигателя. Без них радиатор, подножки и моторные крышки становятся расходным материалом. Часто при падениях и авариях средней тяжести гнётся руль и мнётся выхлоп, но мотоцикл всё равно сохраняет способность передвигаться своим ходом.


Rocket III почти всегда уезжает сам с места ДТП. Даже если кувыркался вокруг собственной оси. Очень крепкий мотоцикл! Про такие говорят: «на мотоцикле ни царапины, асфальт в лоскуты». Согнуть или повредить раму не удавалось ещё никому. Колёсные диски выдерживают даже запрыгивание хорошим ходом на высокий бордюрный камень. Умелая езда на заднем колесе (а Rocket III это может!), вопреки расхожему мнению, ничем не вредит. На приземлениях мотор об асфальт не бьётся, сальники из вилки не вылетают.

Геометрия может уйти лишь в случае сильного фронтального удара. Есть риск загнуть вилку, но гораздо чаще деформируются траверсы.


 

Заключение

Если не брать в расчёт детские болезни ранних модификаций, Triumph Rocket III вполне можно поместить на достойное место в рейтинге крепких мотоциклов для крепких мужчин. Крупные размеры и специфический, местами буйный нрав – своего рода сдерживающий фактор. Благодаря ему в семью рокетоводов попадают только самые достойные. Тщедушные хипстеры – сразу мимо!


Как бы то ни было, число поклонников Rocket III растёт. Российское сообщество обитает по адресу: www.rocket3.ru. Тусовка небольшая, но дружная и интересная. Форум наполнен большим количеством технической информации. В мировых масштабах Triumph Rocket 3 сверхпопулярным не станет никогда. Не тот случай – налоги, кризис, высокие цены на топливо. Россия – это отдельный разговор. Большая мощная техника у нас в почёте. Сообщество рокетоводов с годами будет только увеличиваться.

За помощь в подготовке материала благодарим специалиста по ремонту Triumph Rocket III Артёма Полякова, тел. (926) 389-86-94.

Операция «Ясное зрение» > 23 Августа 2016 16:15 Михаил Пимус

Управляйте ракетой на космическую станцию ​​и на Луну!

Управляйте ракетой на космическую станцию ​​и на Луну! — Roblox

Пожалуйста, включите Javascript, чтобы использовать все функции на этом сайте.

Управляйте ракетой на космическую станцию ​​и на Луну!

 Отправьте одного из своих друзей в путешествие на космическую станцию, вращающуюся высоко над ней, а оттуда на Луну! Вы можете быть диспетчером миссии или космонавтом. Главное - управление полетами, без тебя в космос никто не попадет! Ракеты можно запускать с верхнего этажа здания, рядом с которым вы появляетесь, нажимайте кнопки, которые видны в окнах! Попробуйте выбрать 60-секундный вариант запуска, а затем мчитесь к стартовой площадке перед взлетом, если хотите прокатиться на ней самостоятельно! Астронавт: пройдите по монорельсовой дороге к стартовой площадке, а затем поднимитесь на лифте наверх и сядьте на борт ракеты.Как только вы окажетесь на борту ракеты, контроллер миссии начнет обратный отсчет. Тогда вы отправитесь на орбиту, а затем на Луну !! 
  • 39

  • 71,081

  • 6.0M +

  • 5/1/2010

  • 1/21/2020

  • 20

  • 8
  • Играйте в эту игру с друзьями и другими приглашенными вами людьми.
    Просмотрите все свои частные серверы на вкладке Серверы.

    На данный момент запущенных игр нет.

    Запуск Roblox …

    Подключение к игрокам …

    Отметьте Запомните мой выбор и нажмите ОК в диалоговом окне выше, чтобы быстрее присоединяться к играм в будущем!

    • 1

      Нажмите Сохранить файл , когда появится окно загрузки

    • 2

      Перейдите в раздел «Загрузки» и дважды щелкните RobloxPlayer.exe

    • 3

      Нажмите Выполнить

    • 9000

      4

      После установки нажмите Играть , чтобы присоединиться к действию!

    • 5

      Нажмите Ok при появлении предупреждения

    Программа установки Roblox должна загрузиться в ближайшее время.Если этого не произошло, начните загрузку сейчас. .

    полететь на ракете на Луну! SSA Space! НЕЗАБЛОКИРОВАНО

    Лети на ракете на Луну! SSA Space! UNCOPYLOCKED — Roblox

    Пожалуйста, включите Javascript, чтобы использовать все функции на этом сайте.

    Лети на ракете на Луну! SSA Space! UNCOPYLOCKED

     Admin: http: //www.roblox.com/Ride-a-rocket-admin-item? Id = 81343688 ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ http: //www.roblox.com/My/Groups.aspx?gid=243767 ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ Присоединяйтесь к OL для дополнительных развлечений !!!!! ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ ВСЕ НОВЫЕ ОБНОВЛЕНИЯ! ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ MEGA VIP: http: // www.roblox.com/MEGA-Mega-VIP-for-Ride-a-rocket-item?id=80927278 ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ VIP ИСПРАВЛЕНО! (Извини, что долго ломался) ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ НОВАЯ РАКЕТА! ~ ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ ▅▅▅ NBC: http: //www.roblox.com/NBC-Ride-A-Rocket-To-The-Moon-SSA-Space-NBC-place? Id = 80669553 ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ ИСПРАВЛЕННЫЙ ШАТТЛ! >: D ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ ЧТО Я ТОЛЬКО УВИДЕЛ ЗЛЫХ ПТИЦ! ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ VIP Fixed ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ Группа фанатов: http: // www. roblox.com/My/Groups.aspx?gid=589360 ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ Отправляйся на ракете на Луну! ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ Да, я люблю делать Ракетные игры>: D ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ ▅▅▅▅▅▅▅ Тебе это нравится ??? >: O ▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅▅ 

    На данный момент запущенных игр нет.

    Запуск Roblox …

    Подключение к игрокам …

    Отметьте Запомните мой выбор и нажмите OK в диалоговом окне выше, чтобы быстрее присоединяться к играм в будущем!

    • 1

      Нажмите Сохранить файл при появлении окна загрузки

    • 2

      Перейдите в раздел «Загрузки» и дважды щелкните RobloxPlayer.exe

    • 3

      Нажмите Выполнить

    • 4

      После установки нажмите Играть , чтобы присоединиться к действию!

    • 5

      Щелкните Ok при появлении предупреждения

    Программа установки Roblox должна загрузиться в ближайшее время.Если этого не произошло, начните загрузку сейчас. .

    Управляйте ракетой на Луну и лунную станцию!

    Управляйте ракетой на Луну и лунную станцию! — Roblox

    Пожалуйста, включите Javascript, чтобы использовать все функции на этом сайте.

    Поездка на ракете на Луну и лунную станцию!

     Чтобы попасть на Луну, вы должны сначала тренироваться. Учебные ракеты - это маленькие ракеты, они не доставят вас на Луну. Настоящая ракета показана на миниатюре этой игры. Загрузите свою команду или напарника в ракету, затем наденьте шлемы.Играя в игру, вы испытаете приключения и сцены из научной фантастики. 
    • 0

    • 9486

    • 607,1K +

    • 7/8/2012

    • 19.03.2013

    • 14

    • На данный момент запущенных игр нет.

      Запуск Roblox …

      Подключение к игрокам …

      Отметьте Запомните мой выбор и нажмите ОК в диалоговом окне выше, чтобы быстрее присоединяться к играм в будущем!

      • 1

        Нажмите Сохранить файл , когда появится окно загрузки

      • 2

        Перейдите в раздел «Загрузки» и дважды щелкните RobloxPlayer.exe

      • 3

        Нажмите Выполнить

      • 4

        После установки нажмите Играть , чтобы присоединиться к действию!

      • 5

        Щелкните Ok при появлении предупреждения

      Программа установки Roblox должна загрузиться в ближайшее время. Если этого не произошло, начните загрузку сейчас. .

      Управляйте ракетой на МКС или ЛУНУ!

      Управляйте ракетой на МКС или ЛУНУ! — Roblox

      Пожалуйста, включите Javascript, чтобы использовать все функции на этом сайте.

      Управляйте ракетой на МКС или ЛУНУ!

       Разработка остановлена ​​из-за десятков украденных копий, в разработке есть продолжение, но нет сроков его завершения.
      
      Это третья «Поездка на ракете» в серии, которая знакомит с совершенно новой средой как на Луне, так и на Земле.
      
      Сатурн V был добавлен вместе с космическим шаттлом, который может быть запущен из центра управления полетами или вручную из самих ракет, если центр управления полетом пуст.Это попытка точно смоделировать полет этих двух ракет, Сатурн V даже выпустит лунный модуль и повернется, чтобы состыковаться с ним - вам нужно перейти из служебного модуля в лунный посадочный модуль, чтобы продолжить!
      
      Вы можете выйти в открытый космос на МКС (международная космическая станция) и использовать реалистичный ракетный рюкзак (MMU) в невесомости, чтобы перемещаться в космосе!
      И если у вас есть значок «Посадка космического шаттла», вы сможете вручную посадить космический шаттл с полным аэродинамическим моделированием.
      • 0

      • 18,967

      • 707,2 К +

      • 8.06.2010

      • 7/11/2015

      • 30

      • 29

      На данный момент запущенных игр нет.

      Запуск Roblox …

      Подключение к игрокам …

      Отметьте Запомните мой выбор и нажмите ОК в диалоговом окне выше, чтобы быстрее присоединяться к играм в будущем!

      • 1

        Нажмите Сохранить файл , когда появится окно загрузки

      • 2

        Перейдите в раздел «Загрузки» и дважды щелкните RobloxPlayer.exe

      • 3

        Нажмите Выполнить

      • 4

        После установки нажмите Играть , чтобы присоединиться к действию!

      • 5

        Щелкните Ok при появлении предупреждения

      Программа установки Roblox должна загрузиться в ближайшее время. Если этого не произошло, начните загрузку сейчас. .

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *