Библиография чарльз буковски: Книжная полка Чарльз Буковски

Книжная полка Чарльз Буковски

Издания

Чарльз Буковски№1

Почтамт

авторская книга, 2007 год

Описание:

Третий роман цикла «Генри Чинаски». Второй роман цикла в серии не издавался.
Художник не указан.
Озон – 520 р.
     
Чарльз Буковски№2

Голливуд

авторская книга, 2007 год

Описание:

Пятый роман цикла «Генри Чинаски». Второй роман цикла в серии не издавался.
Художник не указан.
Озон – 500 р.
Чарльз Буковски№3

Макулатура

авторская книга, 2008 год

Описание:

Роман, примыкающий к циклу «Генри Чинаски».
Художник не указан.
Озон – 650 р.
     
Чарльз Буковски№4

Музыка горячей воды

авторский сборник, 2011 год

Описание:

Авторский сборник рассказов.
Иллюстрация на обложке В. Коробейникова.
Озон – 250 р.
Чарльз Буковски№5

Женщины

авторская книга, 2009 год

Описание:

Внецикловый роман.
Озон – 300 р.
Лабиринт – 258 р.
     
Чарльз Буковски№6

Хлеб с ветчиной

авторская книга, 2012 год

Описание:

Внецикловый роман.
Озон – 173 р.
Лабиринт – 315 р.
Чарльз Буковски№7

Истории обыкновенного безумия

авторский сборник, 2011 год

Описание:

Авторский сборник рассказов.
Художник не указан.
     
Чарльз Буковски№8

Записки старого козла

авторский сборник, 2012 год

Описание:

Сборник газетных очерков.
Чарльз Буковски№9

Фактотум

авторская книга, 2012 год

Описание:

Внецикловый роман.
     
Чарльз Буковски№10

Юг без признаков севера

авторский сборник, 2005 год

Описание:

Сборник избранных произведений.
Иллюстрация на обложке — фрагмент картины Ф. Пёрлстайна.
Чарльз Буковски№11

Самая красивая женщина в городе

авторский сборник, 2005 год

Описание:

Сборник избранных произведений.
Иллюстрация на обложке Д. Смарта.
Озон – 245 р.
     
Чарльз Буковски№12

Интервью.

Солнце, вот он я

2010 год

Описание:

Документальное произведение.
Чарльз Буковски№13

Истории обыкновенного безумия

авторский сборник, 2007 год

Описание:

Иллюстрация на обложке А. Кунц.
     
Чарльз Буковски№14

Женщины

авторская книга, 2016 год

Описание:

Внецикловый роман.
Озон – 300 р.

Автор Буковски Чарльз — Страница 1


Чарльз Буковски был гением своей эпохи. Для него не было табу, он творил для публики, был мастером мгновенного афоризма и метафоры. Лиричный, вульгарный, безжалостно талантливый Чарльз Буковски выдавал свою низкую горькую правду. Он жил как хотел, много пил, не брезговал любовницами, работал где придется, отрицал общественные устои.


Творчество


Когда начинаешь читать книги Чарльза Буковски, то кажется, что автор хочет напрямую поглумиться над миром, его особенный, мрачный угол зрения создает реалистичную картину происходящих событий. В литературном мире писатель знаменит своими высказываниями и афоризмами. Цитаты Чарльза Буковски поражают своим цинизмом и скептицизмом к человеческим чувствам.


Его внутренний мир наполнен сплошными разочарованиями и хаосом, где отсутствует понимание искренности и взаимовыручки. Общество создало отрицательное впечатление, которое невозможно изменить. Писатель был представителем «грязного реализма», оставил после себя немалое творческое наследие, интересующие как молодежь, так и людей более старшего поколения.


Лучшие книги Чарльза Буковски онлайн:

 


Краткая биография Чарльза Буковски


Родился Чарльз Буковски в немецком городе Андернах в 1920 году, экономический кризис вынудил семью переехать в США. Денег постоянно не хватало и отцу приходилось много работать, чтоб сын мог учиться в школе. Помимо материальных проблем, детство запомнилось писателю жесткими методами воспитания. Отец любил выставлять напоказ свою злость, бить мать и маленького Чарльза за малейший промах, что после было описано им в своих рассказах.


Чтоб хоть как-то сбежать от реальности мальчик увлекся чтением и понемногу стал писать. В 1940 году отец, обнаружив рукописи, все выбросил. Этот инцидент заставил Буковски уйти из дома. Так начались его скитания по жизни, он много пил, работал на низкооплачиваемой работе, был отчислен из колледжа, постоянно переезжал с место на место.


Такой образ жизни привел писателя к больничной койке.

После больницы Чарльз Буковски пишет стихи. Поэзия отличалась своеобразным философским бродяжничеством, поиском себя.


Первые сборники Буковски, как правило, публиковались в независимых частных издательствах, где владельцы могли себе позволить не идти на поводу у критиков.


Более широкую популярность писатель получил как автор колонки «Записки старого козла», которая выходила в одной из газет Лос-Анджелеса. Общеамериканская известность пришла в 1987 году, после выхода на большие экраны фильма «Пьянь», по полуавтобиографическому сценарию Буковски.


Умер писатель в 1994 году.

Б-52 от американской литературы. О Чарльзе Буковски

Зеленая лампа.
Авторская рубрика Афанасия Мамедова 

 

«Гордыне место лишь у тех, кто создает новые формы, кто побеждает…»
Чарльз Буковски, «Из блокнота в винных пятнах»

 

Начиная читать эту книгу, вероятно, следует обратить внимание на дату рождения ее автора — 1920 год. Чарльз Буковски почти на двадцать лет младше Эрнеста Хемингуэя, на двадцать четыре года — Скотта Фицджеральда, на двадцать три — Уильяма Фолкнера, на двадцать девять — Генри Миллера, на восемнадцать — Джона Стейнбека, на десять — Пола Боулза…

То есть Буковски — уже другая эпоха, без «сухого закона» и Парижа, который для одних американцев — тропик Рака, а для других — праздник, который всегда с тобой. Тут либо шагаешь вослед классикам, как это делают, к примеру, те же Бернард Маламуд, Сол Беллоу или Курт Воннегут, либо обходишь их с фланга, а лучше — ударяешь в тыл. Что Буковски, собственного говоря, и делает, создавая новую литературу, так называемый «грязный реализм». По крайней мере, в Америке его считают «крестным отцом» этого направления в контркультуре, название которому в 80-е годы ХХ века дал Билл Буфорд, американский писатель и журналист. А «грязная» эта литература или «чистая» — это как посмотреть? В конце концов, дело не только в абсценной лексике и мусорной среде обитания ее героев, которые то и дело нарушают табу.

Чарльз Буковски.
Из блокнота в винных пятнах

215 ₽ 276

Блокнот в винных пятнах — отличный образ, точно передающий отношение Буковски к официозу. Именно на таких неприглядных страницах поэт-бунтарь, всю жизнь создававший себе репутацию «потерянного человека», «старого козла», фактотума, мог записать свои мысли о жизни, людях, литературе. Он намеренно снижает пафос: «Бессвязный очерк о поэтике и чертовой жизни, написанный за распитием шестерика», «Старый пьянчуга, которому больше не везло» — вот названия некоторых эссе, вошедших в эту книгу.

 

«В нарушении табу у Буковски есть некая свирепая (а также ироническая/юмористическая) намеренность. Он неистов и сексуально одержим в той же степени, в какой два его американских наставника — Уильям Сароян и Джон Фанте — не таковы, хотя агрессивную позу его следует понимать как крепкий панцирь, который он на себя надевает, чтобы защититься от вторжения», — читаем мы в предисловии, автор которого — в книге его имя не указано — буквально через несколько строк выводит родословную «непристойности» прозы Чарльза Буковски, она берет свое начало в классической традиции: «В «Сатириконе» Петрония, в «Золотом осле» Апулея, в мучительных, злых, лихорадочных стихах о любви/ненависти к Лесбии у Катулла или в «Декамероне» Боккаччо, с которого Буковски смоделировал свой роман «Женщины»».

Нам только кажется, что «грязный» реализм — явление ХХ века. А как же литература Возрождения, вообще ознаменовавшегося неслыханным падением нравов, которое не могло не отразиться в искусстве? Уже тогда предметом описания часто избирались не только героические деяния и высокие помыслы, но и самая обычная жизнь в ее низменных проявлениях.

Сам же Чарльз Буковски, как и его alter ego Генри Чинаски— герой пяти автобиографических романов Буковски, делил мир, причем не только литературный, на живых и мертвых, как другие — на «левых» и «правых», на Восток и Запад («Мертвых найти легко — они вокруг повсюду; трудно отыскать живых», Ч.Б.). Тут невольно начнешь решать с кем быть, от кого открещиваться. Но крестное знамение, совершенно точно, не для забулдыжных пальцев Буковски, он решал эту проблему «бомбежкой», и доставалось от него всем — и мертвым, и живым: «Не человечно терпеть мертвецов, от этого их мертвизна только увеличивается, а у них ее всегда порядком — и после того, как уйдут» (Ч. Б.).

«Записки старого козла», «Макулатура», «Женщины», «Фактотум», «Голливуд» — все это и еще много чего другого (Буковски был весьма плодовитым писателем) — безжалостное «ковровое бомбометание». И сам он — Б-52 от американской литературы.

Тут нужно пояснить, что «мертвые» по Буковски — это не только все учителя английского, практически все литературные журналы США, болтающие о мертвецах, но и практически все писатели, ну, может быть, кроме Эзры Паунда, Аллена Гинзберга («деградированного до буйствующего паяца» Ч.Б.), Эрнеста Хемингуэя и любимого им Достоевского. Живых мало, очень мало:

«Традиция сурова, голубчик, — если у тебя бодун, выпей зельцера. Хочешь написать стишок — перечитай Китса и Шелли, а хочешь выглядеть современным — перечитай Одена, Спендера, Элиота, Джефферза, Паунда и У. К. Уильмза, а также Э.Э. К. От всей этой игры смердит. В краях этих и пяти человек не наберется, кто сумеет четыре настоящие строки уложить. Играют в нее по-прежнему рохли, звездочеты, лесбиянки и преподы английского» («Из блокнота в винных пятнах» Ч. Б.).

Можно прославиться «Моби Диком», «Городом» и «Деревушкой», или «Островами в океане», или «Сексусом», «Нексусом» и «Плексусом», а можно «Почтамтом» — романом, написанным всего за двадцать ночей и открывшим миру писателя Чарльза Буковски —циничного, умного, сильного, ироничного и, самое главное, — честного.

Многие настоящие писатели стремились к такой предельной честности, и у каждого из них свой способ избавиться от лжи по ходу письма. Тут ведь главное не в бессонных ночах и не в выпитом у благорасположенных соседей вискаре. Один из самых проверенных и надежных способов — десантировать себя в собственное произведение, но не поднимая при этом свое alter ego выше письменного стола, «печатки», а лучше — плинтуса. Только так ты и поймешь, кто ты, и что нового ты можешь сказать читателю. «Чем туже и меньше становишься, тем меньше возможность ошибки и лжи» (Ч.Б.).

Так появляются «фальсифицированные автобиографии», скажем, Генри Миллера, Фердинанда Селина и Чарльза Буковски. И эти романы — их личный Байконур, их личная Масличная гора.

Возможно, претензии многих оппонентов Буковски связаны именно с тем, что он не желал менять свой «космодром», и сам не менялся: «старый козел», писал одно и то же. Но, если вдуматься, разве не «одно и то же» писали Борхес или Музиль с Кафкой? И разве за летом не наступает «одна и та же» осень? Или все-таки —каждый раз разная?

А вот с теми, кто считает, что Чарльза Буковски запоем читать невозможно, я, пожалуй, соглашусь. Он и вправду не из тех авторов, кого читаешь взахлеб: слишком уж много по-человечески нечистого всплывает в его текстах. От рафинированного и архетипического до очень личного, которое благодаря мастерству Буковски тоже оборачивается архетипическим, то есть — твоим. Возможно, кому-то это не понравится. К примеру, теще Буковски его проза активно не нравилась. Можем предположить, что не только теще. Думаю, что Мик Джаггер, да и вся группа «Роллинг Стоунз», тоже не испытал особого восторга после прочтения «Джаггернаута» — блестящего очерка, украшающего «Блокнот» и написанного Буковски после концерта «Роллинг Стоунз», на который он отправился с одной из своих девиц.

«Лос-Анджелес был журналистской «темой» Буковски, и репортаж привел его в «Форум» на концерт «Роллинг Стоунз». В «Джаггернауте» он помещает себя в центр подлинного события — и участником его, и наблюдателем: границы факта и вымысла размываются у него точно так же, как у Нормана Мейлера или Хантера С. Томпсона при их вылазках в «новую журналистику»».

Хотел бы в связи с этим отметить еще одну важную деталь, мимо которой прошли многие критики. Очерк останется непрочитанным до конца, если не знать, что автор его играет словами в названии: Джаггернаут (от санскритского «Джаганнатха», «владыка Вселенной», одно из имен Кришны) — термин в индуизме, обозначающий слепую непреклонную силу, когда кто-то неудержимо идет напролом, не обращая внимания на любые препятствия, как и сам Мик Джаггер.

«Блокнот в винных пятнах» в смысле открытий книга идеальная. Знакомство с Буковски — циником, скандалистом, алкоголиком и воплощением чуть ли не всех пороков — происходит тут, можно сказать, в исключительно гомеопатических дозах. Поэтому я бы вообще посоветовал тем, кто еще не знаком с его творчеством, вначале прочесть именно эту книгу. А дальше, как и положено взрослому человеку, решать самому — читать крупные вещи Буковски или отложить до лучших времен.

В «Блокноте» есть и эссеистика, и заметки на полях, и этюды, и стихи или попытка таковые написать, и даже так называемые «собачки» — заготовки для будущей прозы…

Открывается книга тремя отличными рассказами, один из которых — «Последствия многословного отказа» — мог бы украсить любую антологию короткого рассказа. Есть в нем даже что-то довлатовское: когда писатель-творец, фатально невезучий аутсайдер, сливается с выдуманным им художественным миром, населенным такими же маргиналами, как он сам, меняется по ходу сюжета, открывая нам душу тонкого, ранимого человека. А в финале мы, не задумываясь, становимся на его сторону.

Для людей с кое-каким читательским багажом Буковски — писатель настоящий, даже при том, что иногда его сильно «штормит», и желчь выливается из него галлонами. Блуждать в окрестностях его письма — одно удовольствие. Поблуждаешь-поблуждаешь, и вынесет тебя на такие яркие рассказы, как «Неопубликованное предисловие к «7 о стиле» Уильяма Уонтлинга» или «Другой». Или еще один, очень задевающий за живое — рассказ «Серебряный Христосик Санта-Фе».

Есть у этой книги и еще одно преимущество — уже для тех, кто начинал свое знакомство с писателем с его романов. Эта книга, в какой-то степени, позволяет нам заглянуть на его писательскую кухню. А еще сообщает нам об авторе много говорящие биографические подробности.

К примеру, мы узнаем, что Буковски не был человеком, поющим по утрам в клозете. По утрам, даже с большого «бодуна», он слушал Моцарта по радио, и писал прозу, заливая уши Бахом и Бетховеном: «Я люблю классику. Она есть, но ее нет. Она не поглощает собой работу, но присутствует в ней» (Ч.Б.). Что когда гнался за своим двойником (рассказ «Другой») — перешел на Густава Маллера. Частенько торчал на ипподромах: «Если я поеду на бега и меня там хорошенько тряхнет, я потом вернусь и смогу писать. Это стимул» (Ч.Б.). Профессиональным писателем решил стать в пятьдесят четыре года, из-за чего в первые годы страшно голодал, приходилось даже закладывать печатную машинку. Публиковался в самых разных журналах, от порнографических и альтернативных до элитарно-модернистских, таких как «Бласт», «Критерион», «Литтл Ревью», «Дайал», через которые в свое время прошли произведения Эзры Паунда, Т. С. Элиота и Джеймса Джойса.

Из «Блокнота» мы узнаем, что в детстве Буковски сносил от отца-американца жесточайшие побои, против которых не возражала и мать-немка, вывезенная отцом из Германии после войны. Что журналистику он изучал в городском колледже Лос-Анджелеса, себя определял как «поэта-изгоя» и поддерживал революционно настроенных студентов. Что однажды он даже был женат на миллионерше, с которой скоро развелся, но, в основном, сходился для совместного проживания с женщинами, у которых никогда не водилось больше двухсот баксов. Очаровательная шлюшка Молли из раннего рассказа «Последствия многословного отказа» или молоденькая таблеточница Нина из более поздней «Разминки» —яркие представительницы этого дивного дивизиона.

Узнаем мы много интересного и об американской литературе, причем такого, чего бы никогда не услышали от Норы Галь, Риты Райт-Ковалевой или Алексея Зверева — наших проводников-переводчиков в американский литературный истеблишмент. Например, что Томас Вулф был хорошим человеком, но писать не умел, а Теодор Драйзер был человеком интеллигентным, но писать не умел вообще. Фолкнер играл в детские игры, Стейнбек был чистым технарем, Хемингуэй — технарем только наполовину, а Шервуд Андерсон мог бы «всю эту проклятую шайку на письме переплюнуть» (Ч.Б.).

Для собирателей «крылатых выражений» эта книга вообще находка. Тут можно было бы набрать афоризмов не только литературного свойства, но и житейского. Правда, не все по ним смогут жить. Тем более — в России.

Книга заканчивается маленьким рассказом «Печальная подготовка», написанным за три года до смерти автора. В этом сборнике он смотрится как подведение итогов или, если быть точнее, — подведение «бабок». Забавно, что помогает писателю в этом его теща:

«Я спросил у жены:
 — Как твоей матери понравилась моя книжка?
Жена моя — хорошая актриса. Она подбавила голосу шипящего презрения:
 — Почему ему непременно нужно пользоваться таким языком?
Вероятнее всего, она имела в виду диалоги, но я уверен, что и фразы между ними ее тоже расстроили: жесткие, треснутые, шаткие, стигийские. Едва ли Шекспир.
Я преданно трудился в промозглых пещерах, чтобы так получалось. Я чувствовал себя оправданным от того, что она сочла их отвратительными. Если б она приняла мою работу, я б испугался — признак того, что я размяк, пошел по пути практикующих это ремесло.
У меня было долгое неебическое ученичество.
Мне хотелось выдержать капканы, сдохнуть у печатки с бутылкой вина под левой рукой и радио, играющим, скажем, Моцарта, под правой
». (Ч.Б.)

Чарльз Буковски умер в 1994 году. На его надгробной плите в качестве эпитафии выгравирована надпись «Не пытайтесь» (Don’t try), и изображен боксер в боевой стойке.

Никто и не пытается. И не потому, что надпись выглядит такой уж устрашающей, просто писателей, пишущих свои рассказы от руки печатными буквами — потому, что печатная машинка сдана в ломбард, а ты все равно хочешь писать честно, потому что по-другому не умеешь — больше не осталось. Он был последним из тех, у кого учился и кому не прощал, когда они начинали «за милю смердить мертвечиной». И после Чарльза Буковски никто толком не знает — где они, живые?

 

 

Нас окружают мертвые, что при власти, ибо для того, чтобы добиться этой власти, им необходимо умереть. Мертвых найти легко — они вокруг повсюду; трудно отыскать живых».

Большинство поэтов читает скверно. Они либо слишком тщеславны, либо слишком глупы».

Величайшие завистники вообще писать не могут».

Писательство, наконец, становится работой, особенно если пытаешься платить за квартиру и содержать ребенка».

Язык пишущего человека происходит из того, где он живет и как».

Я писатель, понимаете. Если мне нужно выпить, я предпочитаю у печатки».

Пару дней спустя меня вызывали в отдел кадров. Два-три дня я пропустил из-за пьянства. Там сидела красивая молодая сука.
 — Вы Чарльз Буковски?
 — Ну.
 — Вы сочинили тот рассказ в «Стори»?
 — Какая разница?
 — Мы повышаем вас до нарядчика книжной экспедиции».

У плохих писателей есть наклонность разговаривать о писательстве; хорошие же будут говорить о чем угодно, кроме этого. Ко мне приходило очень мало хороших писателей».

В оформлении использована фотография Чарльза Буковски. Источник: bukowski.net

Алфавит Чарльза Буковски

Вряд ли во времена «новой этики» карьера этого яркого писателя сложилась бы столь же успешно, но сегодня все прогрессивное человечество празднует столетие со дня рождения Чарльза Буковски — и «Горький» не исключение. В честь этой даты Артур Гранд подготовил для нас алфавит автора «Почтамта» и «Макулатуры», в который помимо обязательной выпивки и мизантропии попали анжамбеман и котики.

А — Анжамбеман

Один из любимых стихотворных приемов Буковски. Почти все его стихи написаны верлибром и в определенном смысле являются продолжением прозы — это короткие сюжетные зарисовки. Анжамбеман позволяет Буковски не только графически оформлять эти тексты как поэтические, но и сбивать ритм, делать его прерывистым, неровным. Для поэта, ненавидевшего все поэтическое, такой прием кажется наиболее органичным (и владел он им виртуозно).

я сижу здесь на втором этаже
сгорбившись в желтой
пижаме
все еще намереваясь
стать писателем.
такая чертова наглость,
в 71 год,
клетки моего мозга
изъедены
жизнью.
стопки книг
за моей спиной,
я глажу свои редеющие
волосы
и ищу
слово…

Б — «Блэк спэрроу пресс»

Если бы не это маленькое издательство, то мир мог бы и не узнать о Буковски. Основатель «Блэк спэрроу пресс» Джон Мартин в 1970 году сделал предложение никому не известному тогда писателю (на тот момент ему было 50 лет) — ежемесячные пожизненные сто долларов, если тот уйдет с работы и будет писать. Буковски немного подумал, выпил пива (ну еще бы), позвонил издателю и принял предложение. Через несколько недель он прислал в редакцию рукопись своего первого романа «Почтамт».

В — Выпивка

Невозможно представить себе вселенную Буковски без алкоголя. Он не только много и страстно пил, но и писал (особенно стихи) обычно изрядно поднабравшись, а редактировал тексты с похмелья. Вакх среди писателей и писатель среди вакхов. Свой самый долгий запой Буковски назвал «десятью годами отпуска без права переписки». При этом к тяжелому пьянству он относился негативно, определяя его как «подмену товарищества и замену самоубийства». Он очень любил пиво, а под конец жизни пристрастился к красному калифорнийскому вину «Пти Сира».

Г — Голливуд

Антипод всего голливудского, Буковски большую часть жизни провел в Лос-Анджелесе. Общеамериканскую известность ему принес фильм «Пьянь» с Микки Рурком и Фэй Данауэй, для которого он написал сценарий. В романе «Голливуд» писатель рассказывает о том, как работал над сценарием и общался с голливудскими боссами. В 1978 году Буковски вместе со своей женой Линдой Ли перебрался из Восточного Голливуда в рабочий квартал Сан Педро — у него появился комфортный дом, машина и даже бассейн. Вероятно, это можно назвать голливудским финалом, хотя самого писателя, скорее всего, стошнило бы от таких слов.

Д — Драки

Драки — неотъемлемая часть мифологии Буковски. В знаменитой сцене из фильма «Пьянь» Чинаски (alter ego писателя) устраивает мордобой с барменом и даже нокаутирует его. Одно из стихотворений Буковски начинается так: «я приходил специально / в бары и дрался / с кем-нибудь неподалеку…», а в другом строчка «ночи, когда ты дерешься, лучшие…» проходит рефреном через весь текст. В последнем случае слово «дерешься» равнозначно «воюешь»: как написал один из критиков «пока весь мир воевал с Гитлером, Буковски воевал с Америкой». Для гипертрофированного индивидуалиста Буковски жизнь, кажется, была не войной (это коллективное мероприятие), а ежедневной дракой.

Е — Еда

Проще всего было бы написать, что Буковски ел то, что разливается по бутылкам. Алкоголь был его топливом, а насчет еды он не слишком заморачивался. Любил сэндвичи и ветчину с горчицей. Ему важно было не поесть, но вовремя перекусить. «Еда полезна для нервов и состояния духа. Мужество происходит из живота, а все остальное — от отчаянья».

Ж — Женщины

Третий роман писателя так и называется — «Женщины». Стареющий Генри Чинаски рассказывает о своих бесчисленных сексуальных похождениях, а также о продолжительных романах, героини которых списаны с реальных женщин. Буковски был отчаянным вуманайзером, а единственной преградой между ним и женским полом являлся алкоголь. Писателя довольно часто обвиняли в сексизме (в эпоху новой этики так и просто съели бы заживо), но в его текстах, всегда откровенно грубых, есть место и нежности, и любви. Сам он, отвечая на вопросы поэта Неттлебека, говорил так: «Мне повезло, у меня было четыре периода долгих отношений с женщинами. Все они относились ко мне лучше, чем я заслуживал, и на ложе любви были очень хороши».

З — Зонтаг

Кажется, Буковски ни разу в жизни не пересекался с Сьюзен Зонтаг. Она была интеллектуалом того типа, который он терпеть не мог: активизм, высокомерие, элитарность. Кажется, из всех видных интеллектуалов того времени он мог общаться только с Алленом Гинзбергом, хотя и тот улепетывал от нетрезвого Буковски на поэтических вечеринках.

И — Ипподром

Достоевский просаживал деньги в казино, а Буковски — на ипподроме. Как любой азартный игрок, он видел в скачках возможность подзаработать, придумал метод, как удачно ставить деньги, но чаще проигрывал. Для Буковски ипподром был еще и источником писательского материала — он приходил туда, чтобы наблюдать за собой и окружающими людьми. В эссе «Прощай, Уотсон» он описывает ипподром практически как школу жизни: «Ипподром мгновенно мне сообщает, в чем я слаб, а в чем силен, сообщает мне, как я чувствую себя в этот день, сообщает мне, как сильно мы меняемся ВСЕ время и как мало мы об этом знаем».

К — Кошки

Буковски обожал кошек и с удовольствием писал о них в стихах и прозе. «Они жалуются, но никогда / не беспокоятся / они ходят с удивительным достоинством» или «Чем больше у тебя кошек, тем дольше живешь». В этом смысле он продолжил дело Томаса Элиота, которого высоко ценил. У Буковски был белый кот по имени Минкс. Если хочется милоты (Чинаски снова чувствует легкую тошноту), посмотрите на ютубе видео, где писатель курит сигару и сажает Минкса себе на колени.

Л — Лузер

Антигерой Генри Чинаски — один из главных литературных лузеров XX века. Вечное безденежье, ненавистная работа, тоскливые дешевые меблирашки, социопатия, скрещенная с похмельем, — это не просто буковски-фикшн, а большая часть жизни автора. Но лузерство, воспетое им, — особого рода, оно мятежное, в нем нет ни обреченности, ни упадничества. К безропотным лузерам Буковски относился столь же пренебрежительно, как и к каким-нибудь яппи — его стихотворение «Лузер» как раз о них.

М — Мизантропия

Буковски не любил людей, собрания, все социальное и коллективное ему было чуждо. Поэтические чтения и мастерские он и вовсе ненавидел, относился к ним исключительно как к возможности заработать. Буковски не хотел принадлежать ни к одной тусовке (особенно часто его пытались приписать к битникам). Сам он говорил: «Я не ненавижу людей. Но люди мне отвратительны, и я хочу держаться от них подальше».

Н — Нигилизм

Базаров по сравнению с Чинаски выглядит почти романтиком — он верил хотя бы в науку и труд. Никакие политические или общественные идеалы Буковски не казались убедительными. Он не был ни против, ни за, он был сам по себе. Во всем. Революционные протесты конца 1960-х он презирал почти так же, как и стадное чувство социального повиновения моральным, юридическим и любым иным установкам. В одном из интервью Буковски даже выказал некоторую симпатию к Гитлеру: «Если способен предать и истребить человечество — это крупно, но, если врешь человеку, с которым живешь, — это говно».

О — Откровенность

Именно американская литература первой в XX веке заговорила откровенно и раскрепощенно. Буковски не только продолжил эту традицию, но и довел ее до предела. Конечно, Генри Чинаски и Чарльз Буковски не один и тот же человек, но все им написанное происходит из собственного опыта, а не из воображения. Да и кто кроме него мог сказать о себе в интервью такое: «Знаете, я действительно скотина, когда напиваюсь. Тогда я ко всем прикапываюсь… Я дешевая пьянь. Влейте в меня несколько стаканов, и я всему свету жопу надеру. .. пусть не залупается».

П — Почтамт

Буковски устроился работать на почту потому, что «туда берут чуть ли не всех подряд» — в результате писатель проработал там около десяти лет и посвятил этому учреждению свой первый роман «Почтамт», благодаря которому прославился на всю страну. Уже на первых его страницах читателя ждало все то, за что автора этой забористой книжки со временем полюбил весь мир: «Кажется, на второй день рождественской шары за мной письма разносить увязалась эта здоровая тетка. Здоровая в том смысле, что у нее была здоровая задница, здоровые сиськи, и вся она в нужных местах была здоровенной. Вроде как не в себе, но я глаз не мог оторвать от ее тела, и мне было наплевать».

Р — Работа

Работу в социальном смысле Буковски всячески высмеивал, хотя и смог бросить ее только в возрасте пятидесяти лет. Ремесло писателя и поэта он, в общем, тоже особо не жаловал, хотя оставил после себя огромный корпус текстов — во многом благодаря тому, что в конце жизни перестал изводить себя алкоголем и даже перешел на здоровое питание. Вот знаменитая цитата из его романа «Фактотум»: «Скажите, как можно любить свою работу и вообще наслаждаться жизнью, если тебе каждый день надо просыпаться по будильнику в половине седьмого утра, одеваться, насильно впихивать в себя завтрак, срать, ссать, чистить зубы, причесываться, трястись в переполненном общественном транспорте — для того, чтобы не опоздать на работу, где ты будешь вкалывать целый день, делая немалые деньги, только не для себя, а для какого-то дяди, и при этом еще от тебя будут требовать, чтобы ты был благодарен, что тебе предоставили такую возможность?!»

С — Селин

Луи-Фердинанд Селин был одним из любимых писателей Буковски. Цинизм, мизантропия, лузерство — их многое объединяло. В своем последнем романе «Макулатура» Буковски вывел Селина в качестве одного из главных персонажей. Вообще все французское, обычно ассоциирующиеся со стилем или манерностью, претило американцу, но жестокая могучая проза Селина была ему очень близка. В «Записках старого козла» Буковски писал: «Первым делом читайте Селина. Величайший писатель за 2000 лет».

Т — Трансгрессия

Конечно, проза Буковски вряд ли может считаться наглядным примером трансгрессивного искусства, но работает она так, что каждый новый читатель испытывает от нее трансгрессивные ощущения. Буковски — мейнстрим или нет? Его популярность говорит, что да, но творчество и миф о нем не принадлежат мейнстриму. Буковски трансгрессивен сам по себе, его норма — оставаться вне любой нормы.

У — Уединенность

Термин «одиночество» больше подходит Буковски, чем «уединенность», но, во-первых, буква «о» уже занята, а, во-вторых, уединенность позитивна — американец чувствовал себя комфортно наедине с самим собой. «Извините, но я никогда не был одинок. Я нравлюсь себе. Я — лучшая форма развлечения, которая у меня есть». «Я» для Буковски — единственная возможная форма существования, нет никаких «мы», «нас» и уж тем более «я/мы».

Ф — Фаузер

Писателя Йорга Фаузера часто называют немецким Буковски — он адски много пил, бродяжничал и воевал с истеблишментом. Они были знакомы: Фаузер как-то приехал к американцу за интервью. И вел себя так (то есть никак не вел, а был самим собой), что прошиб даже Буковски, который после сказал: «Этот парень еще больший Буковски, чем я сам».

Х — Хэнк

Так его называли друзья. Хэнк, Чинаски, Буковски — выбирайте, что вам больше нравится.

Ц — Цензура

Для Буковски не существовало цензурных тем: цензурировать самого себя в его случае было просто бессмысленно. «Цензура — это инструмент тех, кто хочет скрыть подлинность от себя и других». Буковски не утаивал своего подлинного «я» ни в лучших, ни в худших его проявлениях.

Ч — Чайковский

Буковски обожал классическую музыку и часто писал, слушая ее. В его текстах множество отсылок к разным композиторам — Чайковский, Брамс, Бах, Бетховен, Вагнер, Малер, Брюкнер. Любимым композитором он называл Сибелиуса.

Ш — Шекспир

Шекспира он считал крайне переоцененным поэтом. Возможно, англичанин так раздражал Буковски в силу своей элитарности и всемирной славы. Американец не переваривал литературную университетскую тусовку, считавшую Шекспира ключевой фигурой в литературе. Быть может, и сам образ высокопарного барда был ему чужд. Вообще же из конвенциальных классиков Буковски признавал, кажется, только Франсуа Вийона, Ницше и Шопенгауэра.

Э — Этика

Буковски сам себе устанавливал этические предписания, а иная мораль его не слишком волновала. При этом он не был имморалистом. «Люди без моральных принципов часто думают, что они более свободные, но обычно они просто лишены способности чувствовать или любить».

Ю — Юмор

С юмором (как синонимом витальности) и самоиронией у Буковски все было в порядке. В ежедневную драку с жизнью он ввязывался, улыбаясь. В воспоминаниях друзей и знакомых Буковски фигурирует как очень остроумный собеседник.

Я — Я

«Я» было для Буковски основой творчества, существования, мышления. «Главным образом я говорю за себя, потому что думать или чувствовать за других не могу». Тем поразительней, как много людей в мире примерили его «я» на себя и полюбили. Чинаски-Буковски вместил в себя множество разбитых, одиноких, отчаявшихся людей, поэтому проза самого известного писателя-одиночки действует на многих как антидепрессант.

Чарльз Буковски — фото, биография, личная жизнь, причина смерти, книги

Биография

Чарльз Буковски – немецко-американский писатель, поэт, романист и мастер коротких рассказов, был одним из ярчайших представителей «грязного реализма», произведения которого оказали влияние на социальную, культурную и экономическую жизнь Соединенных Штатов в 80-х годах 20 века. Король андеграунда широко публиковался в печатных изданиях и выпустил более 60 книг, вызывавших неоднозначную реакцию критиков и читателей при жизни автора и порождавших жаркие споры после его смерти.

Детство и юность

Генрих Карл Буковски родился в Германии 16 августа 1920 года, Чарльзом его стали называть после того, как родители Катарина Фетт и Генрих Буковски переехали в Америку вскоре после появления сына. Сначала семья поселилась в Балтиморе, а затем перебралась в Лос-Анджелес, на родину предков по отцовской линии. Юный Чарльз говорил по-английски с сильным немецким акцентом, вызывая злые насмешки со стороны соседских детей.

Чарльз Буковски

Дома мальчик тоже не находил утешения и поддержки, так как отец издевался над ребенком морально и физически, избивая за малейший проступок. Мать, боявшаяся навлечь на себя гнев мужа, молча смотрела на страдания сына.

Позже, рассказывая о собственном детстве в документальном фильме «Буковски: Рожденный таким», Чарльз сделал выводы, что жестокое обращение помогло в понимании природы боли и подтолкнуло его к началу творческой биографии. Кроме того, депрессия, сменившаяся яростью, дала писателю голос и материал для будущих произведений.

Чарльз Буковски в детстве

Отдушину мальчик находил в чтении, которое стало любимым занятием на всю жизнь. Подросток посещал лос-анджелесскую среднюю школу, а свободное время отдавал местной библиотеке. Повзрослев, он поступил в городской колледж, где посещал курсы по литературе, журналистике и искусству.

В начале Второй мировой войны Чарльз бросил учебу и переехал в Нью-Йорк, а затем в Филадельфию, где из-за немецкого происхождения Буковски арестовали агенты ФБР. Будущего писателя обвинили в уклонении от воинской службы и 17 дней продержали в тюрьме. После этого Чарльз решил пойти в армию, но провалил тест по психологии и был признан непригодным для службы.

Чарльз Буковски в молодости

Мечты о писательской карьере зародились в голове Буковски еще в молодости, но первые шаги в литературе принесли 24-летнему автору разочарование. После провала нескольких дебютных рассказов Чарльз утратил веру в собственный талант и на десятилетие отошел от творчества, занявшись физической работой. В этот период Буковски постоянно пил и изнурял организм отсутствием полноценного питания.

В итоге в 1955 году молодой человек попал в госпиталь со смертельно опасной кровоточащей язвой желудка. Выйдя из больницы, Чарльз не оставил пагубной привычки, но снова взялся за перо. Он опубликовал ряд стихотворений в скромном поэтическом издании, а затем начал сотрудничать с «Nomad», напечатавшим одно из самых знаменитых эссе Буковски «Manifesto: A Call for Our Own Critics».

Книги

В начале 1960-х годов Буковски жил в Лос-Анджелесе и трудился на почте. В это время его работами заинтересовалось издание «Hearse Press», опубликовавшее несколько рассказов писателя. Затем стихи Чарльза появились в литературном журнале «The Outsider». Начиная с 1967 года Буковски вел собственную колонку в газете «Open City», заметки из которой стали основой сборника миниатюр под названием «Записки старого козла».

В 1969 году принял предложение о сотрудничестве от издательства «Black Sparrow Press» и уволился с работы, чтобы полностью посвятить себя творчеству. Менее чем через месяц он опубликовал свой первый роман под названием «Почта». Книга стала популярной в Европе и принесла автору всемирную известность, будучи переведенной на десятки языков.

Редакторы крупных компаний забрасывали Буковски предложениями, но писатель остался верен небольшим издательствам. Он опубликовал 3 сборника стихов и 2 книги произведений малого жанра. «Истории обыкновенного безумия» и «Самая красивая женщина в городе» содержали биографические рассказы, которые укрепили успех Чарльза и подготовили читателя к выходу второго романа под названием «Фактотум».

Чарльз Буковски за столом

Писатель окончательно сформировал фирменный стиль повествования, отличавшийся откровенными описаниями жизни персонажей и обилием просторечных, порой грубых слов и выражений. Эта манера была в равной мере характерной чертой и прозы, и поэзии и стала востребованной читателями, жаждущими «грязных подробностей».

По этой причине публика восторженно встретила сборник стихов «Me and Your Sometimes Love Poems» и последовавший за ним роман «Женщины». Благодаря этим произведениям Буковски стал хорошо продаваться и получил стимул писать дальше.

В конце 1970-х – начале 1980-х годов Чарльз выпустил сразу 5 книг поэзии и одну антологию «You Get So Alone at Times That it Just Makes Sense», а в 1982 году компания «Black Sparrow» напечатала самый «страшный» автобиографический роман писателя «Хлеб с ветчиной». В этой книге Буковски обратился к детству своего alter ego Генри Чинаски и описал издевательства отца и равнодушие матери, которые реально происходили в начале жизни автора.

Чарльз Буковски и его бюст

К теме пьянства и разврата Чарльз вернулся в книге «Музыка горячей воды», где привычные сюжеты были пронизаны необычайной нежностью и откровенностью, а затем сочинил еще несколько сборников стихов.

В 1989 году Буковски описал процесс рождения фильма «Пьянь» в романе «Голливуд», где прототипами главных героев стали известные актеры, режиссеры и сценаристы. Автор подробно и правдиво нарисовал картину закулисной жизни кинематографистов, раскрыв неприятные тайны быта и характера звезд.

Последним произведением писателя стал роман «Макулатура», опубликованный в 1994 году, после смерти Буковски. Эта книга-детектив отличалась от всех предыдущих работ Чарльза отсутствием отсылок к собственной биографии, но сохранила иронию и открытость, а также яркие и запоминающиеся характеры персонажей.

Личная жизнь

В молодости Буковски вел разгульную и беспорядочную жизнь. Неконтролируемое пьянство привело будущего писателя к браку с алкоголичкой по имени Джейн Куни Бейкер. Супруги прожили вместе недолго, но их отношения нельзя было назвать плохими, позже прозаик неоднократно рисовал образ первой жены на страницах своих произведений.

Чарльз Буковски и Барбара Фрай

В 1955 году Джейн исчезла с горизонта, и Чарльз официально связал жизнь с техасской поэтессой Барбарой Фрай, но их любовь была недолгой. После развода Барбара уехала в Индию, где вскоре умерла при загадочных обстоятельствах. Следующей подругой Чарльза стала Фрэнсис Смит, которая не стала женой писателя, но родила ему дочь Марию-Луизу.

В конце 1960-х годов Буковски менял женщин как перчатки. Несколько лет он встречался с поэтессой Линдой Кинг, бурная жизнь с которой отличалась постоянными ссорами, доходившими до драки. Параллельно с этим романом Чарльз вступал в связь с множеством других женщин, чем сильно задевал чувства подруги, которая в итоге покинула писателя и переехала в другой город, подальше от предателя и лгуна.

Чарльз Буковски и Линда Кинг

Именно с Линды Кинг Буковски начал роман «Женщины», раскрывавший интимные подробности собственной личной жизни. Другими героинями произведения стали работник студии звукозаписи Лиза Уильямс, страдавшая расстройством психики, некрасивая и замужняя Амбер О’Нил, мечтавшая отомстить любовнику за причиненное зло, «рыжая потаскуха» Памела Миллер Вуд, жившая по соседству, и поэтесса Джоанна Булл, разделявшая пагубные пристрастия писателя.

По непонятным причинам в романе не нашлось места для Линды Ли Бегли, владелицы ресторана правильного питания, ставшей последней, третьей женой Буковски. Чарльз познакомился с ней в 1976 году во время публичных чтений и почти 10 лет поддерживал добрачные отношения с будущей супругой.

Смерть

В 1988 году у Буковски обнаружили лейкемию, которая стала причиной смерти писателя 9 марта 1994 года. Поскольку Чарльз был убежденным атеистом, похоронный обряд провели буддийские монахи. Последние несколько дней мастер «грязного реализма» провел в постели в собственном доме неподалеку от Сан-Диего, окруженный заботами супруги Линды Ли Бегли.

Могила Чарльза Буковски

Церемония погребения прошла в Мемориальном парке Грин Хиллс в Ранчо Палос Вердес, штат Калифорния. На могильной плите Буковски изображен силуэт боксера и написано заглавие стихотворения «Не пытайся».

Цитаты

«Когда одолеешь определённое количество порядочной литературы, оказывается, что таковой больше не осталось. Приходится писать её самому»

«Я не рассчитываю, что каждый будет гением, но нипочём бы не догадался, что столько народу кинется в идиотизм с таким апломбом»

«Если у тебя получилось обмануть человека, это не значит, что он дурак, — это значит, что тебе доверяли больше, чем ты этого заслуживаешь»

«Людей можно любить, только если не очень хорошо их знаешь»

Библиография

  • 1969 – «Записки старого козла»
  • 1971 – «Почтамт»
  • 1973 – «Юг без признаков севера»
  • 1975 – «Фактотум»
  • 1978 – «Женщины»
  • 1982 – «Хлеб с ветчиной»
  • 1983 – «Истории обыкновенного безумия»
  • 1983 – «Самая красивая женщина в городе»
  • 1989 – «Голливуд»
  • 1994 – «Макулатура»

Библиография Чарльза Буковски — Wi-ki.ru c комментариями

Год издания Оригинальное название Примечание
1960 Flower, Fist and Bestial Wail
1962 Longshot Pomes for Broke Players
1962 Run with the Hunted
1963 It Catches My Heart in Its Hands
1965 Crucifix in a Deathhand
1965 Cold Dogs in the Courtyard
1966 The Genius of the Crowd
1967 2 Poems
1967 The Curtains are Waving and People Walk Through/The Afternoon/Here and in Berlin and in New York City and in Mexico
1968 The Terror Street and Agony Way
1969 The Days Run Away Like Wild Horses Over the Hills Первая крупная антология стихов, выпущенная Black Sparrow Press.
1969 Penguin Modern Poets 13 — Charles Bukowski/Phillip Lamantia/Harold Norse Первое издание Буковски за пределами США; первая работа поэта с крупным издательством (Penguin Books).
1970 If We Take Напечатана в качестве новогоднего подарка.
1970 Fire Station
1972 Me and Your Sometimes Love Poems Сборник стихов в соавторстве с любовницей и другом Буковски, поэтессой и скульптором Линдой Кинг (англ.)русск..
1972 Mockingbird Wish Me Luck
1974 Burning in Water, Drowning in Flame: Poems 1955—1973 Антология, включившая стихи из книг «It Catches My Heart in Its Hands», «Crucifix in a Deathhand», а так же некоторые новые работы.
1976 Tough Company Напечатана в качестве новогоднего подарка.
1976 Scarlet Выпущенная ограниченным тиражом книга, посвященная одной из подруг писателя — Памеле Миллер Вуд (англ. Pamela Miller Wood).
1977 Art Напечатана в качестве новогоднего подарка.
1977 Love is a Dog From Hell: Poems 1974—1977
1979 A Love Poem Напечатана в качестве новогоднего подарка.
1979 Play the Piano Drunk/Like a Percussion Instrument/Untill the Fingers Begin to Bleed a Bit Сборник стихотворений, изначально появившихся в журнале «Sparrow».
1981 Dangling in the Tournefortia
1982 The Last Generation Напечатана в качестве новогоднего подарка.
1983 Sparks
1984 War All the Time: Poems 1981—1984
1986 You Get So Alone at Times That it Just Makes Sense Одна из крупнейших антологий поэзии Буковски, выпущенных незадолго до смерти последнего.
1988 The Roominghouse Madrigals: Early Selected Poems 1946—1966 Сборник самых ранних стихотворений, составленный Джоном Мартином.
1991 In the Shadow of the Rose Выпущенная ограниченным тиражом книга, посвященная другу писателя — актеру Шону Пенну.
1992 Three by Bukowski
1992 The Last Night of the Earth Poems Последняя крупная книга стихов Буковски, выпущенная прижизненно.
1993 Those Marvelous Lunches Напечатана в качестве новогоднего подарка.
1995 Heat Wave Выпущенное ограниченным тиражом коллекционное издание, иллюстрированное художником Кеном Прайсом (англ.)русск..
1997 A New War Напечатана в качестве новогоднего подарка.
1997 Bone Palace Ballet: The Poems Крупная антология ранее не издававшегося материала, собранная Джоном Мартином.
1999 What Matters Most is How Well You Walk Through the Fire Ранее не публиковавшиеся произведения 1970-1990-х годов
2000 Open All Night
2001 The Night Torn Mad With Footsteps
2002 Sifting Through The Madness For The Word, The Line, The Way
2005 Slouching Toward Nirvana
2006 Come On In!
2007 The People Look Like Flowers At Last
2007 The Pleasures of the Damned Стихи, написанные в период с 1951 по 1993 гг.
2009 The Continual Condition: Poems

Ошибка «Страница не найдена», Audible.com

  • Опасный человек

  • Роман Элвиса Коула и Джо Пайка, книга 18
  • От: Роберт Крейс
  • Рассказал: Люк Дэниелс
  • Продолжительность: 7 часов 23 минуты
  • Несокращенный

Джо Пайк не ожидал, что в тот день спасет женщину.Он пошел в банк так же, как любой другой идет в банк, и вернулся к своему джипу. Поэтому, когда Изабель Роланд, одинокая молодая кассирша, которая помогла ему, выходит из банка по дороге на обед, Джо оказывается рядом, когда двое мужчин похищают ее. Джо преследует их, и двое мужчин арестованы. Но вместо того, чтобы положить конец драме, аресты — только начало неприятностей для Джо и Иззи.

  • 3 из 5 звезд
  • Лучше, чем две его последние книги, но разочаровывает

  • От Керенса Карли на 08.08.19

Чарльз Буковски — Биография — IMDb

Чарльз Буковски, американский поэт, рассказчик и романист, родился Генрихом Карлом Буковски-младшим.в Андернахе, Германия, в августе 1920 года. Он был сыном Генри Буковски, американского солдата, входившего в состав оккупационных войск после Первой мировой войны, и Катарины Фетт, немки. Его отец, его жена и молодой «Генри Чарльз» вернулись в Соединенные Штаты в 1922 году, поселившись в Лос-Анджелесе, штат Калифорния, где происходила большая часть творчества «Хэнка» Буковски. Вместе с Раймондом Чендлером Буковски — великий летописец Города Ангелов, а после Джона Стейнбека и Робинсона Джефферса, которые повлияли на поэзию Буковски, он, возможно, является самым важным и, безусловно, одним из самых влиятельных писателей, созданных Золотым государством.

Детство Буковски было омрачено жестоким отцом, который до подросткового возраста регулярно бил его острым лезвием, а затем Великой депрессией. Когда Буковски переживал подростковый период, у него развился ужасный случай вульгарных угрей, которые обезобразили его лицо и заставили почувствовать себя посторонним. Его отец часто был без работы во время депрессии, и он переносил свою боль и беспокойство на сына. Младший Буковски начал пить в молодом возрасте и стал довольно вялым отстающим учеником, чтобы восстать не только против своего отца, но и против общества в целом, общества, в котором его отец хотел, чтобы он стал продуктивным членом.Молодому Буковски было наплевать.

В школьные годы Буковски много читал и после окончания средней школы поступил в городской колледж Лос-Анджелеса, чтобы изучать журналистику и литературу с идеей стать писателем. Он ушел из дома после того, как его отец прочитал некоторые из его рассказов и пришел в ярость, уничтожив свою продукцию и выбросив все свое имущество на лужайку, лужайку, которую молодой Буковски должен был подстригать еженедельно и за которую его били, если трава не была идеально подстрижена. . Через год Буковски бросил Городской колледж и отправился бездельничать в Атланту, где жил в лачуге и питался шоколадными батончиками.Он продолжал возвращаться в дом своих родителей, когда его арестовали, и ему больше некуда было идти.

В городском колледже Буквоски ненадолго заигрывал с жалкой специализированной профашистской студенческой группой. Гордясь тем, что он немец, он не чувствовал склонности к войне против гитлеровской Германии. Когда Америка вступила во Вторую мировую войну, Буковски отказался от просьб своих друзей и отца присоединиться к службе. Он начал жить жизнью странствующего бродяги и бездельника, часто живя в тупике, пока проделывал бессмысленную серию работ в L.А. и других городах США. Он оказался в Нью-Йорке во время войны после того, как его рассказ «После длительного отказа от отказа» был принят журналом «Story». Он не любил Нью-Йорк и вскоре перебрался в более гостеприимные страны. Он был доволен тем, что ходил в публичные библиотеки и читал — он открыл для себя писателя из Лос-Анджелеса Джона Фанте, который сильно повлиял на его собственные работы и которого он будет защищать, когда станет знаменитым, — и бездельничал.

Рассказ, опубликованный в «Истории» в 1944 году, стал кульминационным моментом первой части его писательской карьеры.Он вернулся в Лос-Анджелес и стал бутыльщиком, когда ему было за двадцать, оставив пишущую машинку для Джона Берликорна и Джанет Куни Бейкер, алкоголички на десять лет старше его, которая стала его любовницей, то и дело, в течение следующего десятилетия. Они ночовали в нескольких комнатах с полозьями, пока не кончились деньги и выпивка, а Джейн не повредила газон. Она была измученной душой, которая могла сравниться с напитком Буковски за выпивку, и она была любовью его жизни. В середине 50-х они разошлись, пока снова не сойдутся вместе в начале нового десятилетия, прежде чем она спилась до смерти в 1962 году.

Буковски получил временную рождественскую работу на почте в 1952 году и проработал почтальоном в течение трех лет. В 1955 году он был госпитализирован в благотворительную палату с кровоточащей язвой, которая чуть не убила его. Ему сказали никогда больше не пить, но он упал с фургона с водой в тот день, когда выписался из больницы, и ни разу не пожалел об этом.

Оправившись от столкновения со смертью — он бы умер, если бы врач-идеалист не потребовал от медсестер, которые оставили Буковски умирать, чтобы они сделали ему массивное переливание крови — он снова начал писать: стихи.Буковски превратился в одного из самых оригинальных и влиятельных поэтов послевоенной эпохи, хотя он никогда не был антологизирован в Соединенных Штатах (хотя те, на кого он повлиял). Буквоски, который вел хронику своей скромной жизни, никогда не снискал критического уважения в Америке ни в журналах, ни в академических кругах.

Барбара Фрай, богатая женщина, издающая небольшой поэтический журнал «Арлекин», начала издавать Буковски. Она отправила ему письмо, в котором говорила, что боится, что никто не женится на ней из-за врожденного конформности, по сути оставив ее без шеи.Буковски, никогда не встречавший ее, написал в ответ, что женится на ней, и он это сделал. Брак продлился два года. В 1958 году он вернулся к работе в почтовом отделении, на этот раз клерком по сортировке почты, и на этой работе он проработал почти дюжину адских лет.

Его первый сборник стихов «Цветок, кулак и звериный вой» был издан в виде отдельного сборника в 1959 году тиражом 200 экземпляров. Влияние Джефферса очень сильно в ранних работах. Также можно обнаружить W.H. Оден, хотя Буковски никогда о нем не упоминал, и он был флегматиком, тогда как Оден был сух.Но там было то же чувство постороннего, критически смотрящего на его общество.

Поэзия Буковски, как и все его произведения, по сути своей автобиографична и основана на клинических деталях, а не на метафорах. Стихи подробно описывают отчаянную жизнь людей, находящихся на грани — самоубийства, безумия, психического расстройства, экономического краха, еще одного разрыва отношений, — спасительной благодатью которых была выносливость. Отношения между мужчиной и женщиной были чем-то необычным для Томаса Гоббса, и хотя жизнь Буковски определенно не была короткой, в поэзии и прозе можно найти много грубого.

Джон Эдгар Уэбб, бывший мошенник, который стал литератором в своем журнале «Посторонний», в начале 1960-х очаровал работы Буковски. Уэбб, опубликовавший работы Лоуренса Ферленгетти, Аллена Гинзберга, Генри Миллера и Уильяма Берроуза, опубликовал Буковски, затем посвятил выпуск своего журнала букву «Аутсайдер года» и, в конце концов, решил опубликовать свой собственный ручной пресс, сборник стихов Буковски.

Bukowski начал завоевывать себе репутацию в небольших журналах, которые разрослись с «революцией мимеографов» конца 1960-х годов, «журналы» микротиражом выпускались на мимеографах и машинах Gestetner.Буковски начал отходить от более традиционной поэзии самоанализа к более экспрессионистским «стихам» свободной формы и начал баловаться рассказом, формой, которой он стал мастером. Он также начал вести еженедельную колонку в подпольной газете Лос-Анджелеса «Открытый город» под названием «Записки грязного старика». Тексты его колонки были собраны в сборнике под тем же названием, опубликованном издательством Ферленгетти City Lights в 1969 году (City Lights также опубликует его первую книгу рассказов под названием «Эякуляции, выставки и общие рассказы об обычном безумии» в 1972 г.).

В колонке Буковски будет вводить идеи, виньетки и рассказы, многие из которых будут развиваться в короткие рассказы, которые помогли ему заработать репутацию. Буковски середины-конца 1960-х и 1970-х годов стал одним из величайших авторов коротких рассказов, созданных Америкой, и его репутация в Европе неуклонно росла. (Будучи литературным львом на Западном побережье, Бук никогда не пользовался особой признательностью в Нью-Йорке, который он отвергал, который, в конце концов, был арбитром культуры.Поскольку он не существовал в их кругу, он не существовал вообще, что привело к удивительному результату для европейцев: самый популярный американский писатель в Европе был малоизвестен американцами.) Помимо мастера китча Рода МакКуэна, Буковски, вероятно, был самым продаваемым поэтом Америки после Второй мировой войны. К концу 1970-х он был самым популярным американским писателем в Германии, а также имел огромную репутацию во Франции и других частях Европы.Тем не менее, он оставался практически неизвестным в Соединенных Штатах, за исключением ядра культа Буковски, которое верно покупало его книги.

Успех Буковски как писателя в 1970-х годах можно объяснить покровительством Джона Мартина, коллекционера книг и издателя книг, который предложил субсидировать Буковски в размере 100 долларов в месяц на всю жизнь. Буковски принял его предложение, бросил работу на почте в 1969 году и решил стать писателем, который зарабатывал себе на жизнь только печатной машинкой (и иногда читал стихи).Мартин основал свой Black Sparrow Press, чтобы печатать Буковски, и Буковски начал свой первый роман, продолжая писать стихи и рассказы. Первый роман «Почта» был опубликован «Черным воробьем» в 1971 году. Феномен Буковски стал набирать обороты.

Примерно в то время он

Чарльз Буковски Биография

Чарльз Буковски, родившийся в 1920 году, начал писать в молодом возрасте и впервые был опубликован в 1940-х годах.Затем Буковски бросил писать для мира работы и баров, а не публиковать, не писать, как гласит миф, почти на двадцать лет. Десять из тех лет были потрачены на то, чтобы скитаться от случайной работы в ночлежку с восточного побережья на запад. Остальные десять лет Буковски проработал в Почтовой службе США в Лос-Анджелесе, и на эту работу не требовалось никаких усилий, за исключением силы, чтобы появиться, и терпения, чтобы выполнять бессмысленные операции. В то время его жизнь граничила с безумием и смертью, двумя главными темами его творчества.Согласно его собственному мифу, Буковски вернулся к написанию в тот день, когда ушел из почтовой службы, но его библиография показывает, что действительно он издавался за несколько лет до этого.

Дата первой общепризнанной публикации Буковски относится к 1960-м годам, однако в ранней библиографии Сэнфорда Дорбина есть цитаты из начала 60-х годов, а The Roominghouse Madrigals печатает стихи конца 40-х годов.

Дело в том, что Буковски много публиковался в различных небольших литературных изданиях более тридцати лет.Эти публикации существуют в небольшом количестве, и их трудно, если вообще возможно, найти. К счастью, Джон Мартин из Black Sparrow Press сумел собрать эти стихи и рассказы в нескольких сборниках, пока не догнал свои современные произведения в 80-х годах.

Всего Буковски напечатано более сорока книг. После его смерти 9 марта 1994 года во все большем количестве книг Буковски рассматривается как критический источник и литературная легенда.

Хотя Буковски никогда по-настоящему не ассоциировался с Джеком Керуаком, Алленом Гинзбергом или другими крупными авторами битов, его неформальный стиль и нестандартный литературный подход привлекли его внимание читателей жанра битов.

Чарльз Буковски — WOOK

Charles Bukowski nasceu na Alemanha, em 1920, mas cresceu em Лос-анджелес, onde viveu durante cinquenta anos. Publicou o seu primeiro conto em 1944, quando tinha vinte e quatro anos, e começou эскревер поэзия ком тринта и синко анос. Morreu em 1994, aos setenta e três anos, pouco tempo depois de Completetar o seu último romance, Целлюлоза .Viu publicados mais de quarenta e cinco livros de prosa e поэзия, включая романсы, пост Офис (1971), Factotum (1975), Женщины (1978), Ветчина на ржи (1982), Hollywood (1989) и Pulp (1994). É гм dos autores americanos contemporâneos mais conhecidos нивель мундиаль е, возможно, o Поэта американо большая влиятельная е imitado de semper.

библиография

Альфагуара Португалия

Edição: 10-2020

0,00 €

Tradisom

Edição: 10-2020

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 07-2020

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 06-2020

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 06-2020

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 09-2019

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 07-2019

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 05-2019

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 11-2018

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 07-2019

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 10-2017

0,00 €

Антигона

Edição: 06-2017

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 03-2017

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 07-2019

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 11-2016

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 06-2016

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 10-2015

0,00 €

Антигона

Edição: 03-2015

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 09-2014

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 11-2018

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 09-2012

0,00 €

Альфагуара Португалия

Edição: 11-2018

0,00 €

Ulisseia

Edição: 10-2010

0,00 €

л PM

Edição: 01-2009

0,00 €

л PM

Edição: 01-2009

0,00 €

Frases de Charles Bukowski — Pensador

Por mínimo que seja o que um homem Possua, semper descobre que pode contentar-se ainda com menos.

Чарльз Буковски

O amor é uma espécie de preconceito. A gente ama o que Precisa, ama o que faz sentir bem, ama o que é удобный. Como pode dizer que ama uma pessoa quando ha dez mil outras no mundo que voiceê Amaria mais se conhecesse? Mas a gente nunca conhece.

Charles Bukowski

3,7 мил сравнения

Nunca me senti só. Gosto de estar comigo mesmo. Sou a melhor forma de entretenimento que Posso encontrar.

Чарльз Буковски

2.6 мил сравнения

Não, eu não odeio as pessoas. Só prefiro quando elas não estão por perto.

Charles Bukowski

2,3 млн. Сравнений

É este o problem com a bebida, pensei, enquanto me servia dum copo. Se acontece algo de mau, bebe-se para esquecer; se acontece algo de bom, bebe-se para Celebrar, e se nada acontece, bebe-se para que aconteça qualquer coisa.

Charles Bukowski

1.6 mil сравнений

Cheguei numa fase da minha vida que vejo que a única coisa que fiz até agora foi fugir, fugir de mim mesmo, do meu nada, e agora não tenho mais para onde ir, nem sei o que vou fazer, fui péssimo em tudo.

Чарльз Буковски

Se Você vai tentar, vá até o fim, caso contrário, nem comece.

Charles Bukowski

1,4 мил сравнений

Me sinto bem em não Participar de nada. Me Alegra não Estar apaixonado e não estar de bem com o mundo. Gosto de me sentir estranho a tudo …

Charles Bukowski

Não sei quanto às outras pessoas, mas quando me abaixo para colocar os sapatos de manhã, penso, Deus Todo-Poderoso, o que mais agora?

Чарльз Буковски

1.2 мил сравнения

De algum modo, sentia que estava ficando meio maluco. Mas semper me sentia assim. De qualquer forma, insanidade é relativa. Quem устанавливает норму?

Чарльз Буковски

1,3 миллиона сравнений

Existem Coisas piores que estar sozinho mas geralmente leva décadas para entender isso e quase semper quando vê entende é tarde demais. E não há nada pior que tarde demais.

Charles Bukowski

Gostava mais quando conguia imaginar grandeza nos outros, mesmo que nem semper houvesse.

Чарльз Буковски

Eu estava longe de ser uma pessoa interessante. Não Queria ser uma pessoa interessante, dava muito trabalho. Eu queria mesmo um espaço sossegado, e obscuro pra viver a minha solidão; Por outro lado, de porre, eu abria o berreiro, pirava, queria tudo, e não conguia nada.

Чарльз Буковски

Posso viver sem a grande maioria das pessoas. Elas não me completetam, me esvaziam.

Charles Bukowski

1,6 мил сравнения

Nunca espere demais, da sorte ou dos outros, no fim não há quem não decepcione voiceê.

Charles Bukowski

2,1 млн. Сравнений

Quanto mais o tempo passa, menos euigno pras pessoas e menos elasignam pra mim.

Чарльз Буковски

Beleza não vale nada e depois não dura. Você nem sabe a sorte que tem de ser feio. Assim quando alguém simpatiza contigo, já sabe que é por outra razão.

Чарльз Буковски

Ум интеллектуал é ум homem que diz uma coisa simples de uma maneira Difícil; Ум художник é ум homem que diz uma coisa diffícil de uma maneira simples.

Чарльз Буковски

Quando a gente acha que chegou no fundo do poço, semper descobre que pode ir ainda mais fundo. Que escrotidão.

Чарльз Буковски

СОВЕТОВ О ЖИЗНИ ОТ ЧАРЛЬЗА БУКОВСКИ

Чарльз Буковски, «грязный старик» в литературе, умер 24 года назад сегодня. Мы предлагаем вам около 24 причин вернуться к мастеру литературных катастроф.

Глядя на книжную полку в своем офисе, я насчитываю 20 наименований Чарльза Буковски, поровну разделенных между томами художественной литературы и томами поэзии.Часто, когда я теряю какие-то подлинные признаки жизни в космосе, я протягиваю руку и беру случайный том с этой полки, открываю книгу на случайной странице и начинаю читать. Это никогда не перестает убеждать меня в том, что реально или стоит того.

Буковски всегда был непростой задачей для тех, кто не желал принимать его полностью трансгрессивную личность. Он был грубым, грубым и человеконенавистником. Он не придерживался никакого «образа» пьяного люмпена, обитающего в ночлежках, тюремных камерах и пунктах неотложной помощи.Он жил в трущобах не ради эффекта. То, о чем он писал, он жил, и если бы его «образ жизни» (простое звучание этого слова вызвало бы его рвоту) не приходилось вам по вкусу, то и его писательство тоже не подходило бы.

Исаак Брок, похоже, обратился к этому аспекту Буковски в песне Modest Mouse «Bukowski».

С раннего возраста Буковски (и, вероятно, Исаак Брок, тоже) осознал истинность определения Томасом Гоббсом жизни для аутсайдеров общества: «одинокий, бедный, мерзкий, жестокий и короткий.Будучи единственным ребенком в семье холодных американцев немецкого происхождения, Буковски внутренне искал утешения. Примерно в то же время, когда он скрестил шпаги со своим жестоким отцом, у него развился серьезный случай прыщей, в результате чего его лицо превратилось в опухшее, рябое пятно, как у человека, который сунул лицо в гнездо шершней. Кратеры не утихали до тех пор, пока он не бросил школу, что сделало его объектом презрения и чудовищного присутствия в многообещающей Сьюзи Кримчизес в Лос-Анджелесе, где он родился, вырос и от которого никогда не сбивался.Он находил утешение в Бетховене, Бахе, выпивке и поэзии. Он был Чудовищем, всегда в поисках своей Красоты, где бы он ни находил. Пожалуй, мои любимые тома Чарльза Буковски — это его письма, которые редактирует, выбирает и индексирует Шеймус Куни и публикует в прочных изданиях в мягкой обложке Black Sparrow Press. Они обеспечивают часы развлечений, развлечения и жесткой мудрости, поскольку то раздражительный, пьяный, восторженный, сумасшедший и иногда больной писатель делится своими истинными мыслями с друзьями, бывшими любовниками, редакторами и совершенно незнакомыми людьми; Эти письма часто содержат грубые, но забавные карикатуры, нацарапанные на полях.Это непривычный, бесформенный Буковски, грубый, веселый, а иногда и мучительный.

И все же эти письма также дают отличные советы для писательской жизни. Особенно в более поздних письмах, когда пропал кислый привкус ранней неудачи и у него было время, место и тишина, чтобы созерцать чудо своего выживания в старости. К тому же он был более трезвым и несколько приятнее как человек, поскольку его собственная смертность смотрела ему в лицо каждое похмельное утро.

Дом. Это было ключом. Дом в Сан-Педро, в котором он жил со своей женой Линдой и несколькими кошками в последние несколько лет своей жизни, остановил его.

Bukowski в Германии — 1970-е

Вот несколько случайных мыслей Буковски в письменной форме:

«Я видел это снова и снова. Кто-то начинает писать стихи, они становятся известными и в конечном итоге учат других писать стихи. Они начинают с ругательства против общества, а затем заканчивают той же поездкой к власти ».

«Как я могу сказать кому-нибудь, как писать? Большую часть времени, когда я сажусь за эту машину, я не понимаю, что, черт возьми, выходит.”

«Итак, Келли, я не могу сказать, что лучше для тебя. Как вы говорите, «в мире дерьма». Когда все уходят, продают недорого, ведут себя глупо, осторожно и трусливо. Это неразрешимо. Единственное, что я придумал, было: «Спасай, что можешь». Смысл самого себя. Не отпускай все. Одна искра может вызвать лесной пожар. Я обманул себя вместе с этим… В некотором смысле это сработало. Спустя 5 десятилетий мне немного повезло ».

«Я никогда не понимал, как часто публикуемый поэт может дать этому человеку чувство элиты.Поэты — одни из низших пород вне их формы. И часто в нем тоже. Например, я больше трепещу перед водопроводчиком, чем перед поэтом … И в 9 случаях из 10 с ним лучше пить ».

«Некоторое время назад я пробовал Indiana Review . Получил старый стандарт брака. Вы знаете, многие университетские издания любят стихотворения определенного типа:

Я лущил урожай

вороненый

набухло у кромки солнца

муравьи небесные на моем

футов,

О, Тамберлен,

Tamberlaine! ‘

вернуться домой к

мне.”

Буковски в немецком баре в 70-е годы

«Человека и слова нельзя разделить. Сделайте что-нибудь еще, и ложь откроется. Это просто один из тех проклятых законов. И хороший.

«Конечно, есть и другие вещи поважнее письма. Но это все, что я знаю. И что за славное «знание», какой безумный великий способ встретить невозможное ».

«Когда вы приходите с завода с разорванными руками, телом и разумом, украденными у вас часами и днями, вы можете очень хорошо осознавать фальшивую строку, фальшивую мысль, литературную афериру.Было больно читать известных писателей моего времени. Я чувствовал, что они все это чушь, я чувствовал, что они мягкие и фальшивые, и, что еще хуже, они не могли смеяться сквозь пламя, и, что еще хуже, они никогда не чувствовали пламени ».

«Работа писателя — писать, а не баловать себя задницей на сцене, не надеяться, что его переспят с несколькими идиотскими фанатками, которые тоже думают, что они писатели».

«Даже написал на днях рассказ о той ночи, когда я увидел кого-то, стоящего в ванной, и этот парень был похож на меня.Взял оттуда. Какой-то журнал оттуда взял. Сказал мне, что это настоящий «листатель страниц». Будем надеяться. Когда вы пишете что-то, что действительно у вас на уме, это получается лучше всего. Надавите на что угодно, и оно развалится. Лучше подождать. Не пытайся ».

####

Во время съемок фильма Barfly , основанного на книге и сценарии Буковски, немецкий кинорежиссер Барбет Шредер имел здравый смысл также снять часы, на которых писатель, так сказать, распускает волосы.Вот как Буковски описал процесс съемок Шодера своему другу Джеральду Локлину в письме от 21 ноября 1986 года: «На самом деле, лучшее, что выйдет из этого фильма, — это The Bukowski Tapes . Мне было жалко Барбета, потому что он заплатил мне за то, чтобы я написал Barfly , написал это в 1979 году и чувствовал, что никогда от него не избавится, поэтому я напивался много дней, много часов, много ночей и разговаривал со своей камерой обо мне. . У него есть кассеты на четыре часа, которые он собирается выпустить на видео.Думаю, мне повезло, и я довольно безумно бормотал и приложил список сказок из винной бутылки для вашего развлечения.

Вот несколько отрывков из Ленты Буковски . Целых четыре часа стоит посмотреть [не все сразу, это было бы удушающе]. Следует добавить предупреждение для тех, кого напугали пьяные разглагольствования. Как и все пьяницы, Чарльз Буковски предлагает несколько удивительных откровений и идей, но не меньшее количество чуши, когда он все глубже погружается в свои чашки.

Некоторые избранные отрывки.

Путешествие по Филадельфии:

Один о его размышлениях о славе:

Одна из моих любимых живых записей в любом жанре — это съемка стихов, прочитанных Буковски в клубе на Редондо-Бич в 1980 году. Он был выпущен в виде альбома под названием Hostage и фильма под названием . Последняя соломинка .

Вот оно целиком:

Bukowski.net ЗДЕСЬ

Еще из ПКМ:

КАК ДЖЕК КЕРУАК СПАСИЛ ЗАПАДНУЮ ЦИВИЛИЗАЦИЮ
АЛЛЕН ГИНСБЕРГ ПОЕТ! И ТАК МНОГИЕ ДРУГИЕ ПОЭТЫ!
ГЕНЕРАЦИЯ BEAT БЫЛА НЕ ПРОСТО КЛУБОМ ДЛЯ МАЛЬЧИКОВ
КОГДА БИТНИК НАЧИНАЛ ХИППИ НАЧИНАЛ ПАНК
ДЕСЯТЬ ЛУЧШИХ КНИГ НАПИТКОВ
С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, АНН УОЛДМАН!

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.