Контейнирование в психологии: «Понимаю, что с тобой»: как работает контейнирование детских эмоций и зачем этому учиться?

Содержание

«Понимаю, что с тобой»: как работает контейнирование детских эмоций и зачем этому учиться?

«Понимаю, что с тобой»: как работает контейнирование детских эмоций и зачем этому учиться?

Ребенок пока не может справиться со своими эмоциями, и ему нужен тот, кто поможет пережить непонятные и пугающие состояния, примет их — родитель. Что такое «контейнирование» и чем оно полезно, рассказывает психолог Анна Скавитина.

Анна Скавитина, психолог, аналитик, член IAAP (International Association of Analytical Psychology), супервизор РОАП и Института Юнга (г. Цюрих), эксперт журнала «Psychologies»

Неожиданно для меня, но такой сложный психологический термин, как «контейнирование», всё чаще встречается не только в разговорах коллег, но и в обсуждениях родителей. Одна мама другой советует в чате: «Тебе просто нужно ребенка контейнировать, и будет легче», вторая отвечает «Да я вроде бы так и делаю». Возможно, новое иностранное слово отражает что-то важное, чему пока не нашлось адекватной замены в русском языке?

Что же это такое? Под «контейнированием» в психоаналитической психологии понимают способность к выдерживанию различных видов психических содержаний, таких как эмоции, напряжение, инстинктивные порывы и импульсы.

Своих содержаний и чужих.

Этот термин используют для описания отношений между ребенком и матерью, пациентом и психоаналитиком, личностью и обществом, то есть там, где один может удерживать, оберегать, включать, впускать в себя психические содержания другого. Там, где отношения не на равных, где есть «принимающий» и «отдающий». Известнейший психолог Карл Юнг говорил, что во многих отношениях есть Содержащий и Содержимое. В равных отношениях мы становимся друг для друга и содержащими и содержимым одновременно. Пример — символ свадебных колец: в той части, где они пересекаются, они друг друга и содержат, и одновременно являются содержанием друг для друга.

Понять и вернуть

Термин «контейнирование» появился в психоаналитической литературе благодаря британскому психоаналитику У. Биону (1897−1979), который предложил модель отношений, основываясь на идеях К. Г. Юнга — «контейнер-контейнируемое». В основе этой модели лежат представления о том, что младенец не в состоянии справиться со своими эмоциями, переживаниями, и ему нужен человек, который поможет пережить неконтролируемые, пугающие, непонятные состояния, поэтому он неосознанно отдаёт эти переживания в мир, ожидая, что кто-то примет их и сделает что-нибудь, а потом обьяснит, что же можно с этим поделать.

Обычно рядом со страдающим ребёнком находится мать или отец, которые становятся приёмниками, контейнерами, и пытаются разобраться, что же это такое они получили от малыша и что с этим можно сделать. После чего они возвращают это ребёнку — уже в понятной для него форме. Например, младенцу очень плохо, он кричит от возмущения и беспомощности. Его родитель догадывается, что у младенца, похоже, болит животик. Например, они догадывается потому, что младенец прижимает ножки к животу, а у родителей есть уже опыт, с этим связанный, или проснувшаяся интуиция. Мама или папа переваривают, «контейнируют» происходящее, и берут ребёнка на руки, прижимая его живот к своему тёплому животу, или делают легкий массаж животика, или еще какие-то действия, чтобы младенцу стало легче. И говорят ему и самим себе:

«Похоже, что у тебя разболелся животик, тебе больно и ты не знаешь, что с этим поделать. Сейчас я сделаю то-то и то-то, и тебе станет полегче». Младенец постепенно успокаивается, и понимает, что с помощью взрослых его непереносимое состояние может быть изменено — и станет полегче.

Это и называется «контейнирование»:
1. Младенец «отдаёт» родителю непереносимое.
2. Родитель принимает.
3. Родитель пытается понять и придумать способ помощи.
4. Родитель помогает.
5. Родитель формулирует происходящее словами (этот пункт не всегда осуществляется).
6. Ребенок успокаивается и понимает, что непереносимое состояние можно изменить.
7. Ребенок постепенно приобретает знания, как с этими состояниями справляться без помощи родителя.

Что происходит, если родители такой способностью не обладают или обладают недостаточно? А может быть, у них самих так много разных трудных непонятных состояний, с которыми они сами не справляются? Тогда родителям приходится довольно трудно, а ребёнку ещё труднее.

Взрослые люди с годами волей-неволей, с помощью жизненного опыта, находят хоть какие-то способы выживать в этом мире с самими собой и со своими состояниями. Они знают, кто и что может их привести в чувство: другие люди, звонок другу, психотерапевт, еда, спорт, алкоголь, сон, просто лежание на диване, слёзы.

А у ребёнка пока таких возможностей нет. Ну кроме слез, которые скорее изматывают, а не приносят облегчение. Со всеми своими трудностями он может справиться только с помощью близкого человека. И при его постоянном отсутствии или непонимании близкими его состояний, младенец, а позже ребёнок, а дальше — взрослый человек, так и остаётся в сложных, непонятных самому себе состояниях и страдает.

Если не получается?

Например, мама не понимает, почему малыш плачет, и сама реагирует на плач ребёнка интенсивной тревогой. Тогда она как будто не в состоянии забрать, принять переживания малыша, и между ними появляется эмоциональная дистанция. А малыш, наоборот, получает и чувствует дополнительную мамину тревогу, и вместо того, чтобы успокоиться от присутствия близкого человека, начинает переживать ещё сильнее — и, конечно, же, и ему самому, и маме не понятно — от чего. То есть суммируются его тревога + мамина тревога — и все в семье в полном ужасе.

«Понимающая мать способна переживать чувство ужаса, с которым ребенок пытается справиться…, но при этом сохранять уравновешенность» (Bion 1959, p. 103). Давайте будем честны, что не все такие устойчивые Родители нам достались в детстве, и возможно, мы сами не настолько устойчивые Родители. Что может помочь нам и ребёнку? В те моменты, когда вы как родители не выдерживаете происходящее с ребёнком, вам стоит позаботиться о том, чтобы рядом был кто-то более устойчивый, сумел поддержать, удержать, «контейнировать» ребёнка, а лучше и маму. Прекрасно, если такой человек есть среди близких людей и родственников, готов постоянно быть на подхвате, когда тревога или другие сложные состояния накрывают вас. А если таких людей нет, то именно это и делают профессиональные психологи, психотерапевты. Нужна ли ребёнку или родителям такая помощь постоянно? Это что же, недополучил в детстве, и теперь всю жизнь бегать «контейнироваться»? При постоянном принятии, объяснении, успокоении, контейнировании в человека должна встроиться функция самоконтейнирования, то есть появится навык справляться со своими состояниями самостоятельно и даже, возможно, помогать другим, в том числе своим детям.

Можно ли это развить за одну встречу со специалистом? А как вы думаете? Но привести себя в порядок на какое-то время в отдельной сложной ситуации можно и за одну встречу. То есть, если не получилось эту способность обрести в детстве с помощью родителей, можно ее развивать и доращивать с помощью специалистов по психическим содержаниям.

Читайте также:

Почему мальчикам сложнее справляться с негативными эмоциями?

«У нас будет новый папа»: как наладить отношения ребенка с отчимом

«Обращайтесь к цели»: как правильно работать с негативными эмоциями?

Фото: bogdanhoda, fizkes, Cherries/Shutterstock

Контейнирование — Путешествие в Мир Психологии


 

    Контейнирование — способность к выдерживанию различных видов психической энергии: эмоций, напряжения, инстинктивных импульсов.

 Контейнирование это внутренняя способность выдерживать сильные эмоции — свои и чужие. Способность становиться для себя и другого неким трансформатором, который принимает в себя нечто непереносимое и возвращает в измененном виде, годном для усвоения.

 Термин контейнирование был введен в психоаналитическую литературу британским психоаналитиком Уилфредом Бионом (1897–1979), предложившим модель «контейнер-контейнируемое».

   В основе этой модели лежат представления о том, что младенец проецирует свои неконтролируемые эмоции (контейнируемое) в хорошую мать (контейнер), чтобы благодаря механизму проективной идентификации получить их обратно в более приемлемой и легко переносимой для него форме.

    Мать вбирает в себя проецируемые на нее ребенком части его психики и, придав им осмысленное содержание, возвращает их ребенку.    Контейнируемое – это то, что проецируется, контейнер – объект, вмещающий в себя содержание контейнируемого.  В данной модели 
мать 
выступает в роли контейнера, который вбирает в себя неконтролируемые, чаще всего негативные, эмоции младенца — контейнируемое.

   Поскольку малыш не умеет сам распознавать свои чувства, он их направляет на мать, та их интерпретирует, перерабатывает в более легкую и приемлемую форму и возвращает ребенку.

   Например, когда ребенок хочет есть и надрывается истеричным плачем. У него отсутствие еды приравнивается к страху смерти, ведь он совершенно беспомощен и не может решить ситуацию самостоятельно. И вот тогда приходит мама, которая успокаивает его, забирая страх смерти, трансформируя его. Младенец отдал свои эмоции матери, она их переработала и вернула ему в удобной и понятной форме.

   В основе этих отношений лежит материнская способность к терпимости. Если она не справится с эмоциональным потоком ребенка, то это приведет в дальнейшем к негативному результату.

   Например, когда на детский крик мать реагирует с тревогой и непониманием чего он хочет. Такая реакция в итоге создает дистанцию между матерью и ребенком. Кроме того, не переработанная эмоциональная информация возвращается к малышу и создает у него негативный опыт.

   Надо принять эти переживания. Не игнорировать. Не подавлять. Принять, это значит быть рядом с ним во время переживания. Даже не физически, а психологически. Дать время, пространство для переживания. Это значит разрешить переживать. Но как? Ребёнок сам еще не может это сделать — его внутренний эмоциональный контейнер слишком мал и только-только формируется. Мама может «поместить детские переживания в себя», «переварить», преобразовать и вернуть ребенку в доступном виде.

   Таким образом, очень хорошо выдерживать “капризы”, истерики, агрессию, ярость и сильные рыдания ребенка, и свои тоже.

 Как происходит контейнирование?

      Контейнирование возможно, когда у нас есть место внутри себя для того, чтобы принять, выдержать переживания другого человека и «переварить» их. То есть забрать у него то, что он не может пережить в себе сам. В этот момент мы чувствуем эмпатию к человеку. Забирая, эти чувства, мы  озвучиваем и «перевариваем», то есть, как бы переживаем вместе и возвращаем другому человеку (например, ребёнку) в том виде, в каком он может с ними справиться.

   Вспомните ситуацию, когда вашему близкому человеку, мужу, подруге, нужно было просто высказаться о какой-то важной для них ситуации.

И только после этого они стали способны анализировать, делать выводы и вообще спокойно об этом говорить. Что вы при этом делали? Были рядом, слушали, что-то отвечали. То есть принимали и отдавали. Так же можно и нужно вести себя с ребёнком.

    Способность к контейнированию важна для родителя, это одна из его задач. У ребенка много неконтролируемых эмоций, переживаний, которые его затапливают. Он только знакомится со своими чувствами, ощущениями, эмоциями, часто не понимает, что с ним происходит.

   Контейнировать, озвучивать то, что с ним происходит, тем самым возвращая ребёнку его «непереносимые» переживания в доступной для него форме.

     Когда ребенок напуган, мать должна чувствовать страх, который он ощущает, и чтобы понять его, она должна поставить себя на его место. Но в то же самое время, она не должна чувствовать себя только лишь испуганным ребенком. Ей важно ощущать себя еще и отдельной личностью, взрослой матерью, которая наблюдает за тем, что происходит с некоторого расстояния, и способна думать и отвечать надлежащим образом.

   Каждый из нас  и в повседневной жизни может выступать как в роли контейнера, так и в роли контейнируемого. Это поддержка, защита, уверенность в способности пережить все эти сильные эмоции и чувства.

  Естественным образом такая техника применяется и на психологических консультациях, когда психолог выступает в роли контейнера. Клиент отдает свои эмоции и чувства, консультант их перерабатывает и возвращает в более легкой и удобной форме, оказывая при этом еще и поддержку, заботу.

Статья составлена и взята из свободного доступа сети интернет

О.Грузд Как лучше понять и услышать ребёнка

Техника «Контейнирование чувств»

Я вспомнила об этой технике — контейнирование чувств — написав статью про первый пункт из разряда «Чего ни в коем случае нельзя делать на рабочем месте», после чего я получила кучу вопросов в личку.

Напомню, что эта самая первая заповедь звучала так: никогда не демонстрируй своим коллегам, как ты на самом деле к ним относишься.

А вопросы касались того, как же управлять этими своими чувствами, которые могут быть очень сильными и при этом весьма негативными. Психологи ведь советуют чувства в себе не держать, не давить, а выражать. А я, вроде как, рекомендую ровно противоположное.

А если на работе куча токсичных коллег под боком, а работа нравится или деваться просто пока некуда, как же выдерживать эти чувства, запертые внутри себя? Не вредно ли это?

Вот и отвечу сразу на все эти вопросы

В последнее время, действительно, из каждого утюга нам советуют не держать в себе возникающие у нас по разным поводам чувства, а выражать их в мир. Потому что невыраженные чувства – это почва для психосоматики, и может «рвануть» рано или поздно.

С тем, что невыраженные вовне чувства могут быть причиной как психологических, так и соматических расстройств, я совершенно согласна. Я тоже считаю, что чувства нельзя в себе копить, подавлять и складировать.Контейнирование чувств

Но… превращаться в существо, без конца «изрыгающее» на окружающих все возникающие у него чувства без разбора, ребята, тоже далеко не комильфо. Так вокруг вас скоро никого рядом не останется! Не будет ни семьи, ни друзей, ни карьеры, уже поверьте моему опыту. Я таких людей в своей практике повидала, мама не горюй.

Поэтому в крайности мы бросаться не будем. Мы будем действовать мудро, зрело и осмысленно.

Я предлагаю вам для работы со своими чувствами, особенно негативными, конечно, так как в позитивными обычно проблем не возникает, следующую проверенную и эффективную технику. Я сама её активно использую уже много лет, и рекомендую своим клиентам, которые тоже на неё не нарадуются.

Техника называется «Контейнирование чувств»

Когда у вас возникает сильная негативная эмоция по отношению к человеку или ситуации, вы должны её заметить, идентифицировать, что это за чувство и к кому (чему) она относится, и задать себе следующие вопросы:

  • безопасно ли для меня и окружающих выразить это чувство тому, кто его вызвал, прямо здесь и сейчас?
  • к каким последствиям это приведёт, и нужны ли мне эти последствия?
  • продвинет ли это меня к моим целям в отношениях с этим человеком и по жизни в целом?

Если ваш анализ показал, что всё должно быть окей, и вы только выиграете от того, если сразу, не задумываясь, выразите своё «фе» окружающим, то действуйте. После, правда, не забудьте проанализировать итоги ваших действий и извлечь полезные уроки на будущее.Контейнирование чувств

А вот если у вас появляются мысли про то, что выражать свои чувства сейчас нежелательно или даже опасно, и вы не готовы встречаться с возможными неприятными последствиями этого действия, а чувство так рвётся наружу, то сделайте следующую простую вещь: мысленно извлеките это чувство из своего тела (где там оно у вас локализовано в этот момент) и положите в воображаемый контейнер.

Контейнер обяазтельно должен быть с плотно прилегающей крышечкой – завинчивающейся или притирающейся, знаете, такая, с железными скобочками по краям, которые защёлкиваются. Главное, чтобы ваше чувство оттуда не выскочило до срока. А остальные характеристики контейнера могут быть любыми – запускайте свою фантазию по полной.

Контейнирование чувств помогает нам общаться с миром более осмысленно и взвешенно

Себе я говорю при этом следующее: «Я отследила это чувство, я понимаю, что это за эмоция, почему и к кому она возникла. Сейчас не лучшее время с ним разбираться и выражать его, потому что это может мне навредить, а я себе не враг. Положу-ка я его до поры до времени в этот контейнер, а потом с ним разберусь».

Можете наклеить воображаемую наклеечку на баночку, подписать её, как бабушки наши подписывали баночки с вареньем (что, где и когда возникло) и отправляйте на воображаемую полочку в шкафчике.

Это простое мысленное действие решает сразу несколько важных задач:

1. Обращает моё внимание на возникшее чувство и помогает мне его идентифицировать и признать у себя.
2. Извлекает это чувство из моего тела, не оставляя его там «накапливаться».
3. Защищает меня от необдуманного выражения этого чувства окружающим, которое может привести к негативным для меня (и них) последствиям.

Что делать дальшеКонтейнирование чувств

Вариантов, как поступить с этим контейнером и как именно «разобраться» с этим чувством, существует множество. Давайте я самые употребимые озвучу.

1. Собрать сумочку контейнеров и отнести их на сессию к своему терапевту «разбираться». Или на группу, если вы ходите на терапевтические (или обучающие) группы, и там это уместно.

2. Разобраться с ними самому. Взять контейнер, открыть крышечку и поразмышлять. Причём, не просто вернуться мысленно к моменту возникновения чувства, к той неприятной или конфликтной ситуации, а заглянуть даже немного «за» неё.

  • На что конкретно я так бурно отреагировала?
  • Были ли у меня какие-то предварительные ожидания от этого человека, которые он не оправдал?
  • Насколько реалистичны и обоснованы были эти ожидания? Почему я этого от них ждала?
  • Возможно ли, что моя реакция была больше связана с моими внутренними ожиданиями и установками, нежели с реальным поведением человека в тот момент?
  • В чём были интересы и потребности того человека в тот момент? Почему он (она) так поступили, сказали? Считаю ли я их интересы обоснованными и реалистичными?

В этом случае вы будете как будто беседовать со своим «внутренним терапевтом»

Как правило, 80% проблем с чувствами разрешается самостоятельно на этом этапе рефлексии. Конечно, он не всем доступен. Это для людей с уровнем осознанности выше среднего и с достаточным опытом самоанализа. А также с предварительным опытом психотерапии.

3. Принести контейнер (-ы) на встречу с другом/подругой и обсудить их за рюмочкой борща. Этот способ работает с друзьями, отношения с которыми для вас являются поддерживающими и терапевтичными. Иногда срабатывает с «первым встречным», но это всегда риск.

Тут уж вся ответственность на вас, к кому вы несёте свои контейнеры. Гарантированная безопасность в этом деле существует только с квалифицированным, опытным и этичным психологом.

4. «Разбор» чувства можно устроить через любые арт-практики. Нарисовать, слепить, выложить из пуговиц или вышить крестиком это чувство. Решение, что с этим всем делать, и облегчение придёт в процессе.

У меня, например, была клиентка, которая эти чувства потом доставала из контейнеров и каждому присваивала маленькую фигурку из Киндер-сюрприза. У неё после троих детей осталась целая огромная коробка этих фигурок, которую ей почему-то всегда было жалко выбрасывать. Вот и пригодились! Она увлечённо играла с этим фигурками, и на наших сессиях, и сама дома. Во время этих игр она выражала это своё чувство в окружающий мир, анализировала ситуацию и находила самое лучшее решение, что с ним делать.Контейнирование чувств

Потом фигурка символично выбрасывалась

А, надо сказать, клиентка эта жила в очень токсичной среде, из которой пока не могла вырваться по определённым причинам. И эта практика помогала ей не сойти с ума, не покончить жизнь самоубийством и не причинить вреда близким. Потому как она уже была близка к этому на каком-то этапе.

Опять же, включайте свою фантазию и делайте потом с этими баночками всё, что вашей душе угодно. Можете их открывать, закрывать, переставлять местами в шкафу, бить, мыть и наполнять заново. Что угодно, лишь бы это решало задачу переработки ваших непростых чувств в безопасном режиме.

Кстати, довольно часто бывает, что люди, поставив контейнер на хранение в шкафчик, потом о нём забывают. У меня такое частенько случается. Помню, что понаставила там баночек-скляночек, а что в них было, уже и не припомню. Приходится так, не вскрывая, их потом выбрасывать, чтобы освободить место для новых.

Тут два варианта может быть: либо это были чувства, пусть даже и бурные в момент возникновения, но малозначительные для вас по прошествии времени, либо у вас склероз . И эта практика поможет вам это наглядно понять. А вот, если бы отреагировали «на месте», могли бы и огрести последствий.

Дело в том, что, когда вы захвачены чувствами, ваши когнитивные способности ограничены.

И вы можете наделать ошибок, которые потом будет трудно исправить. Поэтому всегда лучше контейнировать чувства и принимать решения с их использованием уже потом, позже, когда накал чувства исчезнет и вы будете способны думать.

Хороша в холодном виде не только месть, но и любые другие действия на основе негативных переживаний. Поверьте, тогда от них будет больше толку.

Негативные чувства очень важны для нашей адаптации в мире. Они показывают, что со мной что-то не в порядке, что мне дискомфортно. И их обязательно нужно использовать в принятии жизненных решений. Но использовать с умом, а не спонтанно. А в момент их переживания ум обычно отключается.

В общем, хорошая это техника. Берите и пользуйтесь на здоровье!

А будут вопросы, задавайте.

Всем отличной недели и лёгкого понедельника!

Post Views: 1 378

Действующие факторы групповой аналитической терапии

Комментарий: Данная статья — глава из подготовленной автором книги о групповом анализе, предоставлена Киевским психоаналитическим обществом, с любезного разрешения автора. Первоначально данная работа опубликована в Психоаналитическом журнале (№ 2. 2001) Харьковского областного психоаналитического общества.
Перевод: Абашника В.
Редакция: Романова И.Ю.

Введение

В данной работе я хотела бы исследовать вопрос о действующих факторах группового аналитического процесса. Коль скоро под групповым анализом подразумевается специфическая сфера применения психоанализа и его теоретические понятия изначально привязаны к психоаналитическим процессам, мы должны начать разговор с теоретических моделей индивидуального анализа, его базисных допущений и процессов. Затем мы попытаемся выяснить их значение для понимания групповых процессов и действующих факторов групповой аналитической терапии.

Построение самостоятельной, всеохватывающей теории группового анализа возможно только на основе проверенных исходных положений. Однако сегодня эти исходные положения в значительной мере существуют независимо друг от друга и происходят из различных психоаналитических школ. Возможно поэтому до сих пор и не была разработана ни одна всеохватывающая модель групповых процессов. Это положение дел побуждает меня представить в данной работе различные теоретические модели, а затем попытаться соединить их в единую интегрированную позицию.

Действующие факторы классического индивидуального психоанализа

Психоаналитическая психотерапия предполагает возможность диагностики индивидуальных психических отклонений и воздействия на них с помощью ее специфической теории и методов. При этом в отдельно взятой ситуации речь идет о трех основополагающих концепциях лечения в историческом и содержательном отношении:

  1. Концепция изменения посредством осознания вытесненного и выявления сопротивлений.
  2. Концепция изменения посредством анализа переноса и контрпереноса, а также посредством инсайта.
  3. Концепция изменения посредством новых интернализаций и посредством корригирующего эмоционального опыта.

 

Эти три концепции основаны друг на друге в историческом и содержательном отношениях. При этом они представляют собою развитие психоаналитического исследования и теории, которое в возрастающей степени учитывает влияние и условия первичной социализации, а в данном контексте, в особенности, влияние самых ранних объектных отношений.

1. Концепция изменений посредством осознания вытесненного и выявления сопротивлений

Началом развития психоанализа как терапевтического метода было открытие вытесненных воспоминаний о травматических событиях. С помощью их повторного воспоминания и связанной с этим абреакции (катарсиса) «ущемленных аффектов» [Фрейд, 1893]. Фрейд и Брейер нашли средство для устранения невротических симптомов. При этом травматический действующий фактор (агенс) рассматривался как реальное и забытое событие детства, касающееся сексуальной жизни, а симптомы — как прямые последствия сексуального соблазнения в детстве (теория соблазнения). Эта точка зрения после упразднения теории соблазнения была заменена идеей о постоянно сохраняющихся детских сексуальных фантазиях, направленных на образы родителей (Эдипов комплекс). Гипноз и внушение, которые должны были поддерживать процесс воспоминания во времена теории соблазнения, были в дальнейшем заменены техникой «свободных ассоциаций», вплоть до нашего времени остающейся «основным правилом психоанализа» [Фрейд, 1912]. Существование сексуальных и аффективных желаний, направленных на лечащее лицо, в рамках теории соблазнения рассматривалось как мешающее катарсису. Позже в своем отчете об анализе Доры (1905) и об открытии переноса Фрейд признает, что речь в этом случае идет лишь о детской сексуальной фантазии, которую «необходимо распознать и передать больному» [Фрейд, 1905], и которую необходимо «вспомнить, повторить и переработать» [Фрейд, 1905]. Против выявления этих неосознанных фантазий, против осознания первоначально вытесненного и направлено сопротивление [Фрейд, 1885]. Усиление Я посредством анализа сопротивлений описывается как лечебный фактор, который вызван влиянием психоанализа [Фрейд, 1938]. Эта работа должна проводиться постепенно, в атмосфере нейтральности и абстиненции [Фрейд, 1919], для чего и формулируются соответствующие технические правила.

От осознания вытесненного и выявления сопротивлений, то есть от исследования детских сексуальных устремлений и Эдипового комплекса, теоретическое внимания в дальнейшем переносится на психологию Я и самости (селф), а тем самым и на значение объектных отношений. Такое развитие событий приводит к смещению акцентов в психоаналитической технике, а также к открытию новых действующих факторов психоаналитической терапии.

2. Концепция изменения посредством анализа переноса и контрпереноса, и посредством инсайта

Развитие психоаналитической психологии Я привело к существенному расширению психоаналитических способов мышления и теоретизирования, которые, в сою очередь, оказали значительное влияние на понимание действующих факторов терапии. Нюнберг в 1930 году опубликовал чрезвычайно важную работу о «Синтетической функции Я». Способность Я ассимилировать чужое, выступать посредником в разрешении противоречий и объединять противоположное заключает в себе основополагающий лечебный фактор, поскольку таким образом Я в состоянии ассимилировать и интегрировать травматические переживания. Этот аспект был последовательно разработан Хартманном (1937). Согласно Хартманну способности к адаптации, дифференциации и синтезу является врожденной для человеческого индивидуума. Тем не менее, их развитие зависит от наличия достаточно хорошо подготовленной и способствующей этому окружающей среды [Эриксон, 1950; Шпитц, 1965; Винникот, 1974]. Эта новая точка зрения усилила интерес к мыслительному и чувствительному миру аналитика в психоаналитическом процессе. Фрейд обозначил данную структуру как контрперенос и считал ее препятствием, которое всяким аналитиком должно преодолеваться. Впоследствии работа Паулы Хайманн о контрпереносе стала поворотным пунктом в понимании позиции аналитика и оценке отношений врач-пациент. «Нашим основополагающим допущением является то, что бессознательное врача понимает бессознательное его пациента», — писала она. Восприятие, понимание и терапевтическое применение контрпереноса с этого момента выступает действующим фактором особой степени при лечении пациентов с ранними нарушениями или травмами. Новое понимание контрпереноса учитывает знание того, что индивидуальное развитие привязано к значащим структурам отношений, которые пациент пытается оживить в переносе в аналитическом процессе. Представление об инсайте пациента, исходящем из толкования переноса, об оживлении прошлых психических событий и взаимосвязей стало рассматриваться как предварительное условие любого изменения личности. Инсайт можно описать как интегрирующую функцию Я, которая сравнима с синтетической функцией [Крис, 1956; Томэ и Кэхеле, 1985]. В дальнейшем на первый план все более и более выходит новый аспект — идентификация пациента с аналитиком, интернализация новых объектов и «корригирующий эмоциональный опыт».

3. Концепция изменения посредством новых интернализаций: анализ межличностных отношений и корригирующий эмоциональный опыт

Концепция изменения посредством новых интернализаций присоединилась к двум предыдущим в 40-е годы, когда в качестве новой точки опоры выработался усиленный интерес к значению объектных отношений и их влиянию на развитие личности. Чем больше в этой связи психоанализ обращался к непосредственному наблюдению за детьми и их развитием, и усиливал параллельно этому исследование и лечение так называемых доэдиповых нарушений, дефектов Я и нарциссических нарушений личности, тем в большей мере получала признание теория «корригирующего эмоционального опыта» [Александер, 1950]. Наряду с действующими факторами осознания вытесненного, анализа переноса и контрпереноса, сопротивления и инсайта, теперь в центре научного интереса находятся анализ межличностных отношений и понятие изменений личности посредством новых интернализаций и корригирующего эмоционального опыта.

Уже в 1932 году Балинт выдвинул новую концепцию лечения, значение которой было определено в полном объеме только после исследований доэдипового развития Я и нарциссических нарушений. Анализ должен устранить влияние ошибок воспитания таким образом, чтобы пациент, может быть впервые в своей жизни, стал способным к добродушному доверительному отношению, то есть потерял бы страх в отношении полной отдачи. Он обозначает понятием «новое начало» те изменения в поведении, которые предвещают излечение [Балинт М., 1932]. В противовес инсайту как результату корректного (правильного) толкования, создание правильного объектного отношения ведет к новому самоощущению в отношениях. Позже, клинические наблюдения за грудными младенцами и работа с пациентами, имевшими так называемые нарушения Я, позволили Винникоту в 1956 году прийти к точке зрения, согласно которой крайняя несостоятельность окружающей среды в обеспечении существования грудных детей приводит к образованию так называемой фальшивой самости. В своей работе «Анализ терапевтических факторов при психоаналитическом лечении», которая появилась в 1950 году, Александер впервые ввел термин «корригирующего эмоционального опыта». Он писал: «Базовым принципом лечения является помещение пациента в эмоциональные ситуации, с которыми он не мог справиться в прошлом, с целью исправления травматического влияния предыдущих переживаний». Кохут, который предпринял попытку создания новой теории нарциссизма и расширил психологию самости [Кохут, 1977], позднее описывал завершение процесса развития, незавершенного в детстве, в концепции преобразующей интернализации опыта в процессе интроекции и идентификации [Кохут, 1984].

Я хотела бы уточнить значение некоторых названных понятий. Под «интернализацией» мы подразумеваем процесс самоизменения посредством восприятия и запечатления другого — или, как мы говорим, посредством перцепции объекта. Существенным для терапевтической взаимосвязи является ее качество структуро-формирущего процесса.  «Идентификациями являются прямые структурные изменения Я, и они относятся к ядру Я», — говорит Мейснер (1971). Работа Винникота об «Использовании объекта и идентификации» (1971) посвящена этой же теме. Он описывает, как свойства объектов преобразуются во внутренние регуляторы посредством идентификации. Для пациентов с ранним травматическим опытом в их истории развития мы допускаем недостаток таких подходящих, достаточно хороших объектов идентификации. Часто первичные объекты отношений, то есть родители либо другие опекающие лица, не могли выполнять эту функцию защиты от раздражения, а также, как правило, отсутствовала любая другая коммуникация помимо такой несостоятельности.

Вынужденная идентификация приводит зависимого ребенка с подобной судьбой к ненадежным, жестоким, плохим внутренним регуляторам и к т.н. «плохим» внутренним объектам. Эти внутренние объекты также принимают участие в том, что Б. Зойстер (1996) описывает как мягкую травматизацию в начале группового процесса.  «Неуверенность и страхи, которые возникают в первоначальной ситуации группового сеттинга, приводят к спонтанной регрессии участников группы». Они образуются из бессознательных и осознанных переживаний и фантазий, и группируются вокруг плохих и хороших внутренних объектов.

По мере того, как я излагаю взаимосвязь между групповым сеттингом, травмой, бессознательной фантазией, внутренними объектами и спонтанной регрессией, я приближаюсь к специфическим групповым процессам. Аналитическая группа в переносе переживается как первичная группа — семья; наряду с потребностью в уверенности и принятия она актуализирует на бессознательном уровне травматический опыт и страхи, а также процессы защиты от них, которые мы называем сопротивлением. Теперь, в процессе их переноса на участников группы или инсценировки (это — основа концепции Фоулкса), либо в направленности на руководителя группы (основа концепции Биона) может начинаться их проработка в групповом аналитическом процессе. Таким образом, в обеих концепциях групповой аналитический сеттинг сознательно применяется в качестве технического средства для катализации данных регрессивных процессов, на основе чего затем должна развиваться последовательная прогрессия, в смысле корригирующего эмоционального опыта. При этом подобный процесс должен содействовать образованию новых хороших идентификаций.

Это приводит нас к понятию повторения, которое следует назвать еще одним важным фактором группового процесса наряду с регрессией. Как правило, так называемые ранние травмы не являются доступными для сознания пациента или легко опознаваемыми, они не поддаются прямой коммуникации. Однако непрямая коммуникация происходит в конкретных групповых взаимосвязях и в конкретной интеракции. Здесь мы вплотную приближаемся к пониманию эффективности групповой психотерапии. Групповая ситуация в целом принуждает к повторению травматических событий и в это время отдельные участники повторно переживают и/или повторяют в настоящем времени в переносе первоначальные травматические отношения со значимыми лицами. Например, в переносе повторяется роль карающего отца, холодной матери или требовательных родителей — и это нормальные явления переноса. С другой стороны, возможно, что участники, повторяя опыт, попытаются поместить других в соответствующие сцены или будут предлагать им разыгрывать четко определенные, важные для себя роли. Это может быть роль наказанного, покинутого ребенка, или ребенка, к которому предъявлялись чрезмерные требования, — эта роль может предписываться другому, который окажется в позиции травмированного ребенка.

В подобном случае речь идет о проективной идентификации, т.е. об особом случае явления переноса и контрпереноса. Интенсивное чувство напряженности и необычное эмоциональное давление являются индикаторами данного процесса. При этом речь идет об инсценировке ранних травматических переживаний, которые берут начало из до-речевой и до-символической фазы развития, то есть из того периода, когда опыт не мог быть выражен в понятиях. Такие переживания остаются недоступными и непонятными как некие инородные тела; позднее они обретают для себя место в повторных инсценировках. «Травма остается инородным телом в рамках психического события» [Мюллер-Поцци, 1985].

Навязчивое повторение, которое Фрейд подчинил влечению к смерти, Гительсон относит к естественным тенденциям развития или влечениям развития, и, тем самым, к естественным тенденциям самолечения человека. При этом в текущем групповом процессе различные участники группы частично берут на себя роли, важные в биографическом отношении для каждого отдельного индивида. В группе готовность взять на себя роль (посредством передачи и приема бессознательных сигналов, по Дж. Сандлеру) является более высокой, чем в индивидуальной терапевтической ситуации, и, как правило, протекает спонтанно и без рефлексии через проективные, интроективные и зрелые идентификации. Рефлексия и обработка этих процессов может привести к инсайту и корректировке старых, а также к интернализации новых образцов отношений, как это описывает М. Пайнс (1989). Бессознательный материал, проявляющийся в повторном оживлении, является центральным для группового анализа. Если перефразировать рекомендацию Фрейда о воспоминании, повторении и проработке, то в отношении группы можно выработать новое определение — «повторение, коммуникация, проработка».

Таким образом, благодаря упомянутым теоретическим нововведениям была создана основа для терапевтического сеттинга со многими участниками. В силу того, что отныне психоаналитический диалог стал пониматься как круговой процесс бессознательного и сознательного, внутрипсихических и межперсональных явлений, в групповой ситуации, наряду с различными уровнями терапевтического процесса, были открыты возможности расширения и увеличения психологического опыта. Вышеназванные лечебные факторы «корригирующего эмоционального опыта» и «новых интернализаций» могут быть доступны для пациентов в защищающих рамках терапевтической группы.

Концепции и действующие факторы психоаналитической групповой терапии

Психоанализ группы является психоанализом, исходит из психоаналитических концепций и осознает себя как особая сфера их приложения. При этом межличностные процессы в группе получают различную оценку в рамках классических концепций. Несмотря на то, что в каждой из них идет речь о межличностных процессах и регрессии как следствиях групповой ситуации, в оценке этих процессов существуют значительные различия. В то время, как в концепциях Биона, Эцриля, Аргеландера и ряда других групповые события понимаются и интерпретируются преимущественно в контексте переноса на ведущего группы, а переносы участников группы друг на друга понимаются как сопротивление против раскрытия ведущим предосудительных желаний группы, Фоулкс, Пайнс, Бер и некоторые другие авторы ставят акцент на процессах интеракции внутри группы, на поощрении коммуникации и на проявлениях взаимного переноса между участниками. В этом случае формирование переноса на ведущего группы может рассматриваться в качестве сопротивления обработке чувств, вызванных групповыми процессами.

В соответствии с различными оценками спонтанных мыслей участников различаются и представления о роли и функции группового аналитика. Бион и его последователи не рассматривают ведущего как члена группы, с самого начала и до завершения работы группы он остается в своей роли аналитика и является центральным объектом переноса в группе. Бион постоянно говорит о группе как целом, как единстве, и рассматривает ее по аналогии с индивидуумом в классической психоаналитической ситуации. В противоположность этому, Фоулкс и его последователи видят в группе сеть отношений, а в групповом аналитике — члена группы с особой функцией. Не в последнюю очередь его задача заключается в том, чтобы постепенно позволять группе заменять его в его функции и компетенции. Благодаря Фоулксу мы имеем концепцию ситуации с несколькими персонами и с ее особыми закономерностями, благодаря Биону (в особенности, благодаря его поздним работам, которые он, к сожалению, разрабатывал вне связи с групповыми процессами) — гениальное теоретическое описание тонких процессов и ситуаций, развивающихся в психоаналитическом сеттинге. Бион, в частности, разработал такие концепции, как «контейнирование», обычная и патологическая проективная идентификация, которые превосходно подходят для понимания групповых микропроцессов.

Точное психоаналитическое исследование групповой психотерапиипроводилось в 40-е годы, прежде всего, Бионом и Фоулксом. Как Бион, так и Фоулкс обобщали опыт работы с группами, будучи по образованию военными врачами. Тем не менее, исходя из этого опыта, они сформулировали две очень различные теории, которые сегодня считаются классическими психоаналитическими концепциями групповых процессов.

Группа как сетевая система: Фоулкс и его последователи

Ниже теперь я хотела бы представить групповую концепцию Фоулкса, а также действующие факторы, которые были им описаны. Концепция Фоулкса основывается на допущении основополагающей социальности человека. Фоулкс говорит: «Каждый человек в принципе и непосредственно определен миром, в котором он живет, а также его группой и сообществом, к которому он принадлежит». В основание своей теории группы Фоулкс помещает идею о возникновении неврозов, понимаемых в качестве последствий нарушения в семейной структуре. Такая точка зрения кажется близкой концепциям Балинта и Винникота. Фоулкс пишет: «Психические нарушения уходят корнями в нарушения коммуникации индивидуума с другими, в его отчуждение от общества. Они являются осадками интернализованных конфликтов с родителями в раннем детстве и косвенно — с общественными табу. Такие нарушения, ведущие к психической болезни и расстройству межчеловеческих связей, в первую очередь касаются отношений к ближайшим лицам и в них втянута вся сетевая система интеракций».

Поскольку эти нарушения нельзя ни выявить, ни сообщить и невозможно устранить в повседневных отношениях, они перерастают в симптомы. Фоулкс обозначает это как «эгоцентрическую природу симптомов». Именно поэтому групповая ситуация предоставляет новую и непосредственную возможность восстановления нарушенной коммуникации и, тем самым, возможность повернуть вспять отчуждение индивидуума от самого себя и от общества.

Основной идеей Фоулкса в отношении психической динамики в терапевтической группе, в отличие от Биона, было то, что участники формируют переносы не только на ведущего группы, но и друг на друга, и что как в отношении друг друга, так и в отношении терапевта они развивают свои специфические способы поведения. Так, в групповой ситуации возникает особая сетевая система сознательных и бессознательных отношений, в которых принимают участие все, в том числе и ведущий группы. Фоулкс расширяет терапевтическую функцию ведущего на всю группу и, соответственно, подчеркивает значение интерпретаций членов группы. Он понимает групповой анализ как «психоанализ посредством группы». С его точки зрения, группа развивает специфическую для нее культуру толкования, а сообщения членов группы понимаются как ассоциации, реакции и ответы на предшествовавшее групповое событие. Подобные интеракции, происходящие в группе, Фоулкс относит к важнейшим терапевтическим факторам. При этом огромную роль играет идентификация членов группы между собой.

Сегодня мы находим много общего в теориях Кохута и Фоулкса, хотя работы Кохута были созданы много позднее и не были в распоряжении у Фоулкса. Для обоих авторов речь идет об эмпатии, о терапевтической атмосфере и об отношении между самостью (селф) и селф-объектом и/или между индивидуумом и группой. Группа как целое может использоваться каждым в отдельности как селф-объект. При этом поведение ведущего группы является важнейшей предпосылкой того, что группа сможет действовать и использоваться участниками в терапевтическом отношении для роста и развитии самости.

С помощью понятия «матрица» Фоулкс обозначил совокупность основных психических структур и структур коммуникации участников группы, — как индивидуальных структур, коренящихся в инфантильном развитии, так и всех имеющихся форм интеракциональных связей. В дальнейшем Фоулкс попытался описать процессы, происходящие в этой коммуникативной сети, которые он определил как специфические действующие факторы группового процесса, способствующие углублению и обогащению коммуникации. Он так обозначил эти факторы как социализациюфеномен зеркалафеномен конденсатораобменгрупповой форумгрупповую поддержку.

Понятие «социализация» обозначает устранение изоляции в переживании себя в одинаковой ситуации с другими участниками группы. Многие пациенты начинают лечение с чувством, что только они имеют пугающие и требующие защиты проблемы, мысли, импульсы и фантазии. Из-за трудностей в общении они в большинстве случаев не имеют никакой возможности откровенно и искренне проверить это предположение. Когда участники группы разделяют свои самые сокровенные заботы с другими, это соответствует опыту принадлежности к социальным отношениям — они все больше чувствуют себя в контакте с миром. Это также соответствует корригирующему эмоциональному опыту.

Почти все без исключения пациенты кроме своих симптомов имеют серьезные проблемы с самооценкой и со способностью устанавливать настоящий контакт с другими людьми. С помощью понятия «феномен зеркала» Фоулкс обозначает возможность для отдельного участника видеть свои страхи, конфликты, желания и симптомы в других членах группы как в зеркале, то есть, распознать себя в других. Зеркальное переживание является мощным средством освобождения от страха, посредством идентификации с другими членами группы и проекции своих переживаний оно сталкивает каждого участника с теми аспектами его социального, психического и телесного образа себя, которых он раньше боялся и избегал. Поэтому для Фоулкса опыт зеркала является эффективным терапевтическим фактором, особенно важным для освобождения от чувств страха, стыда и вины. Полезным также является то, что распознание отвергаемого пациентом в других и обработка этого на примере многих участников группы, являются эффективными даже тогда, когда пациент в основном только слушает.

В соответствии с определением сетевой системы (матрицы), чувства, мысли и ассоциации, выраженные участниками, в свою очередь также вызывают ассоциации, чувства и мысли у других. Спонтанные мысли, сообщаемые участниками, активизируют и дополняют бессознательный материал в группе. Процесс, усиливающие совместную работу участников группы через актуализацию бессознательного материала в каждом отдельном пациенте, Фоулкс назвал «феноменом конденсатора».

С точки зрения Фоулкса, еще одним действующим фактором является «процесс обмена» — объяснения и информирование, происходящие в группе и позволяющие вести оживленную беседу. Они часто приводят к изменениям эмоциональной ситуации в группе. Таким образом, структуры Я и Сверх-Я могут быть модифицированы посредством толерантности и согласия, в процессе того, как участники узнают, что другие разделяют или смягчают их чувства вины.

Через такую коммуникацию в группе осуществляется социальный процесс понимания. При этом понимание собственной личности идет рука об руку с пониманием других и пониманием себя другими. Этим достигается значительное расширение и дифференциация внутрипсихических и социальных функций. Фоулкс видит решающий фактор усиления Я в этой «прогрессивной коммуникации», означающей, что в соответствии с возросшим доверием в группе могут сообщаться все более сокровенные, вызывающие стыд и все более интимные содержания.

Чем сильнее переживается единение, то есть «сплоченность группы», тем сильнее становится ее способность переносить индивидуальные различия и межличностные конфликты без страха распада. Эта уверенность устанавливается благодаря групповому аналитическому процессу, развитию отношений и опыту возрастающего доверия. По этой причине групповой анализ является особенно подходящим лечением для пациентов с так называемыми ранними травматическими нарушениями (дефекты Я, нарциссические расстройства), которые зачасьую страдают от особо сильных страхов разлуки и потери.

Концепция «группы как целого» Биона (Тэвистокская модель) и базисные установки

Бионовская модель группы как целого в своих теоретических основаниях продолжает традицию Фрейда и Мелани Кляйн. В теории Биона вновь приобретает актуальность работа Фрейда 1921 года о психологии масс, в которой он описывает склонность индивидуумов в группе к регрессии, их тенденцию к либидинозному соединению и созданию общего идеала Я посредством выбора руководителя. Подобно Фрейду, Бион констатирует пониженную критическую способность мышления и спонтанную регрессию в группах. При этом он постоянно говорит о группе как целом, как единстве, и лечит ее подобно индивидуальному пациенту в классической психоаналитической ситуации. Все интерпретации Бион рекомендует нацеливать на всю группу, концентрируясь на тревоге, соответствующей доминирующей в данный момент базисной установке.

Бион описывает следующие динамические и повсеместно встречающиеся в группах базисные установки: 1) зависимость; 2) борьба-бегство; 3) образование пар. Наряду с этими основополагающими установками, Бион описывает существующий на уровне группы феномен валентности, то есть способность отдельного участника спонтанно присоединяться на бессознательном уровне к какой-либо общей фантазии. В соответствии с представлением этой модели, в начале каждого заседания группы в процессе зондирования развивается общая бессознательная фантазия. Беседа затрагивает различные темы, но продолжена будет лишь та, которая может подходить к бессознательным фантазиям многих участников. Согласно Биону, валентность обозначает «спонтанную бессознательную функцию стадных качеств человеческой личности».

Исходя из общих положений своей концепции группы, Бион уделяет мало внимания внутрипсихическим процессам, вместо этого группа рассматривается как если бы она была одним индивидуумом. «При лечении одного пациента невроз проявляется как проблема отдельного лица. При лечении группы он должен быть выявлен как проблема группы». В основание понимания групповых процессов Бион поместил психоаналитическую теорию Мелани Кляйн, которая в то время еще не была существенно расширена психологией объектных отношений и теорией интеракции.

Сам ведущий группы выступает в роли адвоката реальности. Бион уделял особое внимание доэдиповым процессам в группе; однако он четко показал, что эти процессы следует рассматривать не только как регрессивные феномены, но и в качестве сопротивления. Интерпретации группового терапевта должны учитывать оба аспекта и быть нацелены на то, чтобы сделать группу работоспособной, то есть установить контакт между бессознательными базисными установками и сознательными рабочими целями.

Теоретические подходы Фоулкса и Биона к описанию процессов в терапевтических группах были во многом доработаны и сопоставлены их последователями. Можно заметить полное сходство в понимании интеракции между группой и отдельным участником у Фоулкса и между аналитиком и анализируемым у Биона. Более поздние воззрения Биона на ранние формы коммуникации между матерью и грудным младенцем, обретающие новую актуальность в отношениях между аналитиком и анализируемым в ситуации индивидуальной терапии, могут быть также полезными и для понимания процессов взаимодействия в группе.

В 1956 году Бион занимался изучением механизмов проективной идентификации. Данная концепция, впервые предложенная М. Кляйн для описания того, как младенец в параноидно-шизоидной позиции обходится с собственными агрессивными импульсами, была расширена Бионом до теории нормальной и патологической интеракции и теории развития. Его теория мышления также опирается на предположения о генезисе и функции проективной идентификации [Бион, 1962]. Бион исходит из того, что у новорожденного существует врожденная диспозиция к познанию и восприятию хорошего опыта, «хорошей груди», так сказать, знание априори. Если в реальности нет никакой «хорошей груди», то реальный опыт сталкивается с врожденным ожиданием. Если хорошего опыта в целом достаточно, то ребенок, исходя из случайного отклонения между ожиданием и опытом, развивает «мысль», а впоследствии «мышление» вообще, как модус подавления. С другой стороны, развитие мыслительного аппарата может нарушаться, если реальный опыт в большой степени является негативным. «Хорошая грудь», которой нет в распоряжении у ребенка, становится плохим внутренним объектом. Ребенок развивает механизмы проективной идентификации для того, чтобы избавиться от плохого интроекта.

В дальнейшем Бионом была предложена модель «контейнирования», объясняющая материнскую функцию поглощения и нейтрализации неприятных, болезненных и пугающих переживаний ребенка. «Если младенец испытывает невыносимый страх, то он пытается справиться с ним с помощью проекции на мать. Реакция матери заключается в том, чтобы распознать этот страх и сделать все, что необходимо для смягчения страдания ребенка. Младенец переживает это так, как будто он спроецировал нечто невыносимое на свой объект, который все же оказался в состоянии сохранить это в себе и справиться с ним. Затем ребенок ре-интроецирует уже не свой первоначальный страх, а тот страх, который был модифицирован после контейнирования его матерью. Одновременно он интроецирует объект, который в состоянии сохранять страхи в себе и справляться с ними. Такое «контейнирование» страха внешним понимающим объектом является основой психической стабильности» [Сегал, 1986].

Данная функция контейнирования, которая, согласно Биону, в определенных случаях действует в терапевтической ситуации индивидуального анализа, может быть также соотнесена с тезисом Фоулкса о снижающей тревогу функции группы. Некоторые другие теоретические высказывания Биона также можно перенести на групповую ситуацию. «Мать, чувствуя любовь к своему ребенку и его отцу, в состоянии мечтательной отрешенности понимает, в чем нуждается ребенок». Бион называет это альфа-функцией матери (группы), посредством которой сырые смысловые данные ребенка, так называемые бета-элементы преобразуются в альфа-элементы — «материал для фантазий и размышлений». Аналогично этому групповой процесс можно было бы понимать как процесс последовательных проективных идентификаций отдельных участников группы, которые могут поглощаться и преобразовываться всей группой и, таким образом, ре-интернализовываться.

Сазерленд, долгие годы представлявший модель Биона в Англии, сожалеет, что Бион никогда не дискутировал с концепцией Фоулкса. Он констатирует: «Я не думаю, что Бион знал много о ней, поскольку он перестал интересоваться группами до того, как Фоулкс опубликовал свои работы. Фоулкс был убежден, что все групповые интеракции можно с пользой применять для терапии, и я думаю, что Бион воспринял бы эту позицию, если бы он больше работал в групповой терапии» [Сазерленд, 1985].

Сам Бион занимался с группами только до 1952 года и критически высказывался о терапевтической ценности своего метода. Тем не менее его основополагающие теоретические гипотезы и техника постоянно оказывали влияние на психоаналитическую работу с группами и концептуальное развитие психоаналитической групповой терапии. Гринберг, Лангер и Родриге в Аргентине представили одну из всеохватывающих концепций психоаналитической терапии (1957), которая базируется на исходных положениях Биона, на психоанализе М. Клайн и в сильно модифицированном виде развивает бионовское видение группы как целого. По Гринбергу, важнейшим лечебным механизмом, развивающимся в группе, является идентификация в ее проективной и интроективной формах. «Выражаясь психоаналитически, мы сказали бы, что каждая личность создает себя из следующих одна за другой идентификаций, в которых сконцентрирована история ее многообразных объектных отношений. То, что действительно для индивидуума, действительно и для группы: во всех прогрессивных и регрессивных фазах осуществляется процесс идентификации». Задачей ведущего группы, как и в индивидуальном анализе, является интерпретация. «Лечебное действие исходит от терапевта, который, благодаря своей дистанцированности от происходящего в группе, в состоянии видеть подлинные конфликты, скрывающиеся за кажущимися, и делать их доступными для группы посредством интерпретаций».

В то время, как в Англии преимущественно развивается и используется исходная модель групповой терапии Фоулкса, в Германии применяется, модифицируется и развивается в первую очередь Тэвистокская модель, а также, под влиянием Аргеландера (1963), общая модель группы как целого. Ольмайер (1975) занимается дальнейшим развитием Тэвистокской модели, при этом особый акцент он делает на групповом аспекте инфантильных неврозов. Занднер (1982) прилагает особые усилия для научного обоснования группового анализа; он представляет модель психического развития индивида в аналитических группах, которое эквивалентно повторной первичной социализации. Фингер-Трешер (1977) исследует групповые процессы на основе новых концепций нарциссизма, опираясь при этом, в особенности, на теорию Кохута.

Межличностные формы взаимодействия как общая основа специфических действующих факторов групповой терапии

Наряду с тем, что новые поколения групповых аналитиков развивали и теоретически углубляли классические представления Фоулкса и Биона, возник целый ряд новых творческих подходов к описанию различных аспектов групповых процессов. В групповой аналитической литературе в начале 60-х годов нашли отзвук новые теории нарциссизма и проявилось особое внимание к ранним нарушениям развития. Для психоаналитических концепций группы особенно полезными оказались понятия «функции холдинга» Д. В. Винникота, «функции контейнирования» В. Биона, а также «селф-психология» Х. Кохута.

В соответствии с этим вновь увеличилось внимание к поведению группового психоаналитика. Херст определяет свою задачу как «функцию совместного холдинга», которая способствует тому, что группа может действовать терапевтически и использоваться индивидом для роста и развития самости. Наконец, в последние годы проективная идентификация перестала рассматриваться исключительно как способ защиты и была признана средой для психических изменений (Огден). В этой связи особое значение приобретает групповая «функция контейнирования», зависящая от расширяющихся возможностей и готовности к принятию ролей в группе.

Несмотря на то, что аналитические концепции внутренних объектов — холдинга, бессознательных фантазий, процессов интроекции, проекции и проективной идентификации — происходят из аналитических наблюдений в ситуации индивидуальной терапии, они с не меньшей точностью описывают психодинамические структуры межличностных процессов в групповой ситуации. Группа может переживаться каждым участником как внутрипсихическая система. Внутренние репрезентации переносятся на других участников и группа, тем самым, наполняется собственными внутренними объектами. Таким образом последние становятся непосредственно явными, очевидными и снова реальными. Специфическую модификацию при этом претерпевает реакция переноса — фантазия переноса становится реальным процессом интеракции в данной групповой ситуации.

Действующие факторы группового анализа находятся в непосредственной взаимосвязи с полиперсональной ситуацией, которая способствует возникновению специфических внутрипсихических и межличностных процессов. Групповой сеттинг как таковой вначале способствует возникновению тревоги у каждого отдельного участника, поскольку он находится в ситуации на первых порах неясной, с неизвестными правилами. Это приводит к регрессивным процессам, сопровождающихся чувством неуверенности, возбуждения и неспособности ориентироваться. Группу можно рассматривать как переходный объект, иллюзорное пространство, в смысле Винникота, в котором одновременно имеют место регрессия и прогресс. Все интеракции и повторные инсценировки в этих переходных рамках находятся между сферой внутреннего и внешнего. Резонанс собственного переживания в переживаниях других членов группы заступает место ответа первичных объектов.

Фингер-Трешер различает горизонтальный и вертикальный уровни групповой ситуации. На горизонтальном уровне проявляется отличие внутрипсихических процессов членов группы от межличностных. На вертикальном уровне выделяются отношения между группой и аналитиком. Значение группы как переходных рамок непосредственно привязано к отношениям между группой и ее ведущим. В этих рамках: (1) могут устанавливаться смысловые взаимосвязи, которые были до сих пор бессознательными или отсутствовали вообще; (2) могут перепроверяться и корректироваться образцы интеракций; (3) могут раскрываться и интернализоваться новые формы объектных отношений. Групповой аналитик является первичным объектом группы, выполняющим функцию гаранта существования и самосохранения группы. Он образует смысл, которого не было до существования групповой аналитической ситуации, раскрывая при этом сообщения каждого участника в его индивидуальном значении и в отношении общего группового процесса. Его интерпретации в классическом смысле находятся на вертикальном уровне группового процесса. Одновременно с этим он способствует раскрытию бессознательных образцов интеракций на горизонтальном уровне. Таким образом, действию группового аналитического сеттинга, ускоряющего регрессию, противостоит прогресс, осмысление и символизация.

В заключение можно сказать, что действующие факторы группового анализа характеризуются циркулярным процессом внутрипсихической и межличностной динамики на горизонтальном и вертикальном уровнях. На горизонтальном уровне действуют — первоначальная травматизация посредством аналитического группового сеттинга; вызванная ею регрессия; последующая реанимация ранних инфантильных способов переживания, форм защиты и образцов интеракций; специфические групповые интроективные и проективные идентификации, а также реакции переноса и принятия ролей; общие бессознательные фантазии; спонтанные отказы от ролей; проверка реальности; интернализация новых объектов и зрелых идентификаций; а также корригирующий эмоциональный опыт

Вертикальный уровень определяется реальной функцией группового аналитика как гаранта существования групповой аналитической ситуации, ее концептуальных и технических рамок, а также ее функции поддержки; ее функции объекта переноса и селф-объекта для каждого отдельного участника и для группы в целом. Также аналитик выступает как хранитель рамок потенциального переходного пространства, бессознательной динамики переноса и контрпереноса, которая обнаруживает себя, с одной стороны, в общих фантазиях группы, а с другой — в реакциях контрпереноса ведущего группы и, как следствие, в идентификациях группы с аналитиком.

Быть живым – значит быть чувствующим. «Контейнируй это» //Психологическая газета

Рене Декарт с его «Я мыслю – следовательно, я существую» задал всему человечеству критерий существования. Академичный Зигмунд Фрейд много позже уточнил, что кроме осознанного мыслительного процесса есть бессознательное, в котором содержатся стремления и инстинкты. А Фридрих Перлз, проживший яркую и наполненную событиями жизнь, рассказал своим современникам о том, что ориентиром для жизненных решений и выбора пути вполне могут (и должны) быть простые человеческие переживания.

Чувства имеют значение. Быть живым – значит быть чувствующим. Думать о жизни – значит существовать, сводить своё бытие к позиции отстранённого наблюдателя. Чувства расцвечивают наше существование, делают его полноценным и глубоким, принося с собой опыт, на котором мы можем строить качественно другие отношения с собой и с миром. Они указывают нам на верный выбор, служа своеобразными фонарями на нашем тёмном и довольно запутанном жизненном пути.

И именно с чувствами у современного среднестатистического невротика совсем беда. Большая часть их сдерживается и в контакт не попадает: мы не любим, не радуемся, не плачем при других, не выражаем своих зависти или досады на то, что у нас что-то не получилось. Мы держим лицо – безэмоциональное, мёртвое, которое кажется нам спокойным и полным достоинства. Мы ведём себя прилично, чтобы другие ничего о нас не подумали. Внутри мы тоже замираем, делим переживания на «плохие» и «хорошие», первые подавляем, вторыми гордимся. На этом месте сломано немало терапевтических копий, процессы описаны, выходы понятны.

А вот другая часть чувств, напротив, переживается интенсивно, экстремально, не очень соответствуя реальности и разрушая и своего носителя, и его окружение. Мы стыдимся так, что начинаем избегать мест и объектов, с которыми это переживание связано. Мы попадаем в ярость и начинаем внезапно и необоснованно воевать с теми, с кем раньше были тихими и покладистыми. Мы испытываем генерализованную, расползающуюся тревогу, от которой не можем спать и с которой не можем жить.

Для непроявленных чувств нужны навыки «слышать себя» и «проявлять себя». А вот для разного рода генерализованных эмоций нужен навык, который называется «контейнирование».

Генерализованное чувство – это переживание, которое не имеет границ. Вместо того, чтобы быть удержано и прожито в контексте и к объекту, которые вызвали это переживание, оно расползается на другие стороны жизни и на других людей, вызывая устойчивую и сильную реакцию, которую сложно остановить. Такие чувства мешают нам быть адекватными, лишают возможности свободного выбора и попросту истощают, поскольку требуют много энергии и принимают характер аффекта.

В детстве наши чувства контейнируют наши родители. Это взрослая задача: научить ребёнка справляться со своими переживаниями таким образом, чтобы не подавлять их, но и не превращать в аффект. Родитель впервые учит нас навыкам самоутешения, самоподдержки и нахождения границ. Вырастая, будем использовать их по отношению к себе уже стереотипно — или так же стереотипно будем мучиться их отсутствием.

Это происходит примерно таким образом: представьте себе, что вы ребёнок, который вернулся из детского сада расстроенный потому, что другой ребенок не принял вашу дружбу и предпочёл вашему обществу кого-то ещё. В такой ситуации вы испытываете генерализованные чувства – обиду, гнев, грусть, подозрения, что с вами что-то не так, желание мести. Вы не знаете, как называется то, что с вами происходит, и уж точно не знаете, что со всем этим делать.

В русской традиции родитель, конечно, говорит что-то вроде «Сам виноват, злиться нехорошо, на обиженных воду возят». Но так как мы пытаемся рассмотреть здоровый вариант, давайте попробуем представить себе здоровое родительское послание в такой ситуации. Оно будет примерно таким:

«Я вижу, что ты расстроен. Расскажи мне, что случилось, и я постараюсь тебе помочь, у меня есть для этого время. Да, то, что с тобой случилось, очень неприятно. Я понимаю твою злость и обиду, я бы точно так же чувствовал себя на твоём месте. Но ты можешь быть уверен, что с тобой всё в порядке: возможно, ты и сделал что-то не то, но у других людей есть свои чувства и интересы, которые не имеют к тебе никакого отношения. Возможно, твой друг даже не заметил, что сделал тебе больно, и ты сможешь завтра ему об этом рассказать. К сожалению, не все ведут себя так, как мы того хотим, и я уверен, что и ты сам не всегда делаешь то, чего хотят от тебя. А ещё я думаю, что за сегодняшний день произошло ещё много разных событий, которые могли бы поднять тебе настроение, ты хочешь мне от них рассказать?».

Таким или похожим образом взрослый как бы помещает переживание ребёнка в себя, как в контейнер, и возвращает его обратно с границами, опорой на реальность и поддержкой. Так чувство перестаёт быть генерализованным и становится переживаемым.  Теперь ребёнок может как-то обойтись со своей злостью, обидой и печалью без того, чтобы их подавлять и без того, чтобы начать чувствовать себя в принципе отверженным или по умолчанию злым. Выносимые чувства принесут ему новый опыт, который научит его лучше общаться с людьми, миром и самим собой.

Так как с большинством из нас так никогда не разговаривают, мы должны научиться этому самостоятельно. У процесса контейнирования есть три главных составляющих:

  • понимание того, что происходит;
  • нахождение границ переживания;
  • самоподдержка.

Чаще других трудности контейнирования мы испытываем по отношению к стыду, гневу и тревоге.

Генерализованный стыд – это трудновыносимое или невыносимое переживание того, что со мной что-то не так. Такой стыд не даёт возможности измениться или извиниться, поскольку силён настолько, что его можно только избегать. Мы все попадали в такие ситуации: мы избегаем людей, с которыми связаны наши постыдные переживания, мест, в которых мы вели себя не так, как хотели бы, деятельности, в которой проявились так, что не вызвали у окружающих идеальной поддержки. Один мужчина мне рассказывал о том, что никогда больше не заходил в магазин, в котором ему стало плохо и он должен был обратиться за помощью. Другой – что никогда не показывает свои тексты другим людям, поскольку однажды получил критику. Третий – что избегает отношений, поскольку не уверен в своих сексуальных умениях после одной запоминающейся ночи.

Недавно я была на караоке-вечеринке. Там были люди, поющие профессионально, были и те, кто пел в своё удовольствие, даже если это было некрасиво и неправильно. Там была девушка, которая где-то в середине вечера спела одну-единственную песню – нежную колыбельную на польском языке, красивую и проникновенную, но не очень подходящую к настроению вечера, в котором царил громкий рок. Она не получила громких оваций и ушла вскоре после своего выступления, ни на кого не глядя и не поддавшись уговорам компании, с которой она начала вечер.

Это как раз и называется генерализованным, несконтейнированным стыдом. Скорее всего, это чудесная девушка с мягким голосом не умеет справляться с ним самостоятельно и потому нуждается в большом количестве внешней поддержки, которая как бы задаст ей границы. Допустим, она спела бы плохо, но выбрала бы более подходящую песню – тогда по лицам других она бы ощутила, что несмотря на плохое исполнение, она всё равно признана и любима. А тут получилось наоборот.

В такой ситуации, обладая навыками контейнирования стыда, она могла бы сказать себе следующее:

«Похоже, что я выбрала не ту песню. Я знаю, что я хорошо пою, и я вижу, что в баре есть два человека, которым тоже это нравится, но остальные скучают и разговаривают. Что ж, каждый может ошибиться, возможно, я слишком многого требую от этой публики или от себя. Я хочу уйти, но это от обиды, которая не очень адекватна. Я могу остаться и попеть ещё, меня не выгоняют, мои друзья рады, что я здесь. Или я могу просто остаться и слушать других – мне необязательно петь лучше всех или вообще выходить на сцену, чтобы чувствовать себя принятой».

Другое сложное для контейнирования чувство – это гнев. Генерализованный гнев – это ярость, которая проявляется на малозначительные стимулы и остаётся ещё долго после того, как сама ситуация будет закончена.

Так девушка, злясь на своего отца, который никогда в жизни не давал ей опоры и поддержки, злится на всех, кто так же не предлагает ей идеальной опоры – на друзей, у которых могут быть свои дела, на терапевта, который заболел и отменил встречу, на мужа, который недостаточно поддерживает её в её начинаниях и на Бога, который не слышит её и не заботится о ней так, как она того заслуживает. Этот гнев проявляется в обидах и претензиях к близким, а также в том, что при любой оплошности другого она разрывает контакт и долго и трудно его потом восстанавливает.

Например, полтора года назад после конфликта с бабушкой, в котором та сказала: «Можешь вообще не приходить, если тебе это тебе так не нравится», она и не приходит. И не звонит. И не пишет. На бабушкины звонки не отвечает. Если та пишет ей смс – отвечает формально, в стиле «И что?» или «Не знаю». На контакт не идёт. В целом, это довольно типичная для неё реакция, просто бабушка, в отличие от всех остальных её знакомых и бывших друзей, попавших в опалу, не сдаётся.

Человек, у которого есть генерализованный гнев, может резко и грубо разрывать отношения и в целом иметь очень узкий социальный круг. Гнев заставляет его разрушать там, где можно растить и развивать. Развитые навыки самостоятельного контейнирования могли бы превратиться в такой диалог с собой:

«То, что произошло между мной и бабушкой, не заслуживает молчания на полтора года. Она не идеальна и наговорила мне грубостей, как и я ей. Но она всё это время проявляет ко мне интерес и желание общаться, так что, возможно, мои выводы о том, что она меня не любит, были преждевременными и  основывались лишь на том, что меня в тот момент разозлило. Даже если мне до сих пор обидно – я могу сказать ей об этом и дать ей возможность объясниться или извиниться. Кроме моего гнева, у меня есть и тепло к ней, и благодарность. Возможно, мне стоит больше слушать эти чувства и выйти с ней на контакт. Даже после полутора лет молчания она меня примет».

И, наконец, тревога. Расползающаяся тревога – серьёзный минус к качеству жизни. В приступе тревоги человек не ест, не спит, не может работать, не может полноценно переключаться на другие дела и состояния. Любимые фильмы ему не в радость, на новых книгах не получается сосредоточиться. Генерализованная тревога, в отличие от стыда или гнева, приходит не короткими волнами в ответ на стимулы, а может занимать часы, дни и недели после того, как стимулирование произошло.

Например, молодой мужчина, который мучается приступами тревоги после того, как от него ушла жена. Конечно, у него есть основания для горя, боли и грусти. С ним случилась катастрофа, потеря опоры, после которой ему ещё долго нужно будет восстанавливаться и учиться жить дальше.

Но здоровому процессу горевания может мешать генерализованная тревога: навязчивые мысли о том, где она и с кем она, почему так произошло, что он мог сделать раньше и что он ещё может сделать сейчас. У него растёт напряжение, пропадает сон и аппетит. Он начинает бояться смерти, рака, громких звуков, боится садиться за руль, всерьёз опасается за своё психическое состояние после того, как у него появляется непрекращающийся шум в ушах, с которыми доктора ничего не могут сделать. Работать он может лишь настолько, чтобы не потерять своё место. С друзьями не встречается. Оставшись один, он может только ходить из комнаты в комнату, из угла в угол, гоняя внутри одни и те же мысли, плача, злясь или пребывая в тяжёлой подавленности.

Это очень сложное состояние. Контейнирование в этом случае должно быть не разовым, а многодневным, настойчивым, с большим количеством самоподдержки. Текст – примерно такой:

«Я сейчас имею право на то, чтобы быть несчастным. Со мной произошло очень страшное, очень стрессовое событие, и мне ещё долго предстоит иметь дело с его последствиями. Я не должен быть весёлым, работоспособным, общительным. Но я должен о себе позаботиться, поскольку её уход не отменяет необходимости жить дальше, которая, возможно, позже превратиться в желание жить дальше и делать что-то новое. Она не любит меня, да, но это не значит, что я недостоин любви. Я сделал много плохого, но и много хорошего. Я обычный человек, и причина её ухода – не только во мне, но и в ней самой. Я чувствую сейчас много всего, в основном – боль, гнев и страх, но я могу чувствовать и благодарность, и тепло, и искреннее пожелание счастья. И у меня есть не только эта история: есть мои друзья, которые волнуются за меня сейчас и готовы быть рядом, есть мои родители, которым я нужен. Я всё так же люблю спорт. Мне всё так же нравится мясо на углях. Пожалуй, сегодня мне стоит сходить с друзьями в какой-нибудь бар с хорошей кухней, даже если мне этого совсем не хочется. Мне будет легче. А завтра я попробую понять, что мне делать завтра. Мне не обязательно сейчас решать, как мне прожить всю следующую жизнь. Мне нужно просто  продержаться один день, а потом следующий, и так далее».

Никто не должен разрушаться только потому, что он живой, а значит, чувствующий. Чувства делают нас лучше. А мы должны сделать их выносимее.

Источник

как это работает Курсы и тренинги по психологии

Что делать взрослому, когда его собственный «контейнер» переполнен?

  • Осознать свою эмоцию (назвать ее: «я сейчас злюсь, обижаюсь, боюсь» и т.п.). В идеале проговорить вслух, можно перед зеркалом. Важно не забывать при этом, что – вы человек и имеете право чувствовать, то что чувствуете. Не винитесь за это.
  • Понять причины, мысли, убеждения, которые к этому привели, изменить их.
  • Дать этой эмоции выйти (проработать ее).
  • Научиться выдерживать эмоции других людей (кричит муж, отчитывает начальник, нагрубили в банке или в супермаркете, в общественном транспорте).

Чтобы не стать «контейнером» для всех окружающих, не накричать, не расплакаться, не испугаться в ответ, а отреагировать и действовать спокойно, в любой напрягающей ситуации используйте следующие способы.

Техника 1. Дышите глубоко.

Вдох служит для поддержания тонуса, выдох – для сброса напряжения и расслабления. Закройте глаза, сосредоточьтесь на дыхании.

Сделайте глубокий вдох на 3–4 счета, максимально надувая живот и наполняя грудную клетку кислородом (мысленно собирая на вдохе негативные эмоции с тела в один комок), на несколько секунд задержите дыхание.

Далее – еще более глубокий выдох на 6–8, при этом живот втягивается, грудная клетка опускается (мысленно сбрасывая все негативные эмоции из тела через стопы в землю). Дышите, пока не почувствуете спокойствия и удовлетворения внутри вас.

Техника 2. Возьмите чистый лист бумаги и карандаши, фломастеры, ручку (в идеале, если это будет простой карандаш).

Сядьте в тихое, уединенное место. Возьмите карандаш в кулак. Осознайте свою эмоцию. И начните черкать карандашом по всему листу, сбрасывая накопившееся. Продолжайте рисовать, пока не почувствуете удовлетворения и облегчения. Далее можно порвать или скомкать лист и выбросить в мусорную корзину.

Техника 3. Ха-выдох.

Встаньте, закройте глаза, поставьте ноги на ширине плеч. Начните глубоко дышать, представляя, что вся ваша эмоция (будь то злость, обида, страх и другие) «подтягивается» и собирается в центре груди.

Еще вдох – соберите эмоцию в один большой комок. На следующем вдохе поднимите руки вверх, наберите полную грудь воздуха и резко, с шумом выдохните, выкрикнув: «Ха!», согнувшись пополам. При этом сбросьте эмоцию из тела. Далее несколько спокойных и глубоких вдохов и выдохов. Попейте воды и улыбнитесь.

Клиническая психология — Simple English Wikipedia, бесплатная энциклопедия

Клиническая психология — это исследование по психологии психических расстройств. Речь идет об обучении, понимании, диагностике, лечении или предотвращении этих типов заболеваний. Клинические психологи исследуют психическое функционирование человека и используют психотерапию для лечения расстройства. Психотерапия использует разговоры вместо медицинских или физических процедур.
Первая психологическая клиника, открытая в 1896 году в Пенсильванском университете Лайтнером Уитмером.В первой половине 20 века клиническая психология в основном занимается психологической оценкой, а не лечением. После Второй мировой войны число подготовленных клинических психологов резко увеличилось. Есть две основные образовательные модели — докторантура. модель ученый-практик, которая рассматривает исследования, и Psy.D. модель практикующий ученый, которая рассматривает лечение. Клинические психологи теперь считаются экспертами в области психотерапии.

Клинические психологи обычно проходят подготовку в одной из четырех основных академических областей — психодинамике, гуманистике, поведенческой терапии / когнитивно-поведенческой и системной или семейной терапии.

Психодинамика [изменить | изменить источник]

Идеи Зигмунда Фрейда привели к развитию психодинамической психотерапии. Его цель — помочь пациенту или клиенту понять значение бессознательных желаний и конфликтов, которые стали причиной их проблем.

Гуманистический [изменить | изменить источник]

Гуманистическая психология была разработана в 1950-х годах как реакция на бихевиоризм (убеждение, что обусловленность является основной причиной человеческого поведения) и психоанализ (убеждение, что бессознательное является основной причиной человеческого поведения).Основные принципы гуманистической психологии:

  1. Настоящее человека важнее его прошлого или будущего
  2. Чтобы быть психически здоровым, люди должны нести ответственность за свои действия
  3. Каждый человек достоин человеческого достоинства
  4. Самосовершенствование и самопонимание — залог счастья

Когнитивная психология: определение и примеры

(Последнее обновление: 11 июля 2018 г.)

Когнитивная психология — это область психологии, которая фокусируется на внутренних психических процессах.К таким процессам относятся мышление, принятие решений, решение проблем, речь, внимание и память. Эта область часто считается частью более широкой области когнитивной науки. Эта ветвь психологии также связана с несколькими другими дисциплинами, включая нейробиологию, философию и лингвистику.

Основное внимание когнитивной психологии уделяется тому, как люди приобретают, обрабатывают и хранят информацию. Когнитивные психологи заинтересованы в изучении того, что происходит в сознании людей.

Что такое когнитивная психология? Определение

Хотя когнитивная психология сегодня является популярной отраслью психологии, на самом деле это относительно молодая область изучения. До 1950-х годов бихевиоризм был доминирующей школой психологии. Между 1950 и 1970 годами начался сдвиг в сторону поведенческой психологии, направленной на такие темы, как внимание, память и решение проблем. Этот период, который часто называют когнитивной революцией, породил обширные исследования по таким предметам, как модели обработки, методы когнитивных исследований и первое использование термина «когнитивная психология».”

Термин «когнитивная психология» впервые был использован в 1967 году американским психологом Ульриком Нейссером в его книге Когнитивная психология . Согласно Нейссеру, познание включает в себя «все процессы, с помощью которых сенсорный ввод преобразуется, уменьшается, обрабатывается, сохраняется, восстанавливается и используется». Нейссер также предположил, что при таком широком и всеобъемлющем определении познание участвует во всем и во всем, что делают люди.

По сути, все психологические события — это когнитивные события.Сегодня Американская психологическая ассоциация определяет когнитивную психологию как «изучение высших психических процессов, таких как внимание, использование языка, память, восприятие, решение проблем и мышление».

Причины когнитивной революции

Некоторые факторы, способствовавшие развитию когнитивной психологии, включают:

  • Неудовлетворенность бихевиористским подходом, который в основном сосредоточен на изучении внешних влияний на поведение. Что поведенческая перспектива не учитывала, так это внутренние процессы, влияющие на человеческое поведение.Когнитивный подход возник, чтобы заполнить эту пустоту.
  • Увеличение использования компьютеров. Ученые начали сравнивать то, как работает человеческий разум, с тем, как компьютер хранит информацию на жестком диске. В результате модель обработки информации стала популярной.

Благодаря этим влияниям когнитивная психология становится все более важной отраслью психологии. Бихевиоризм утратил свою доминирующую позицию, и психологи стали более пристально смотреть на память, обучение, язык и другие внутренние процессы.

Как психологи изучают познание?

Когнитивные психологи полагаются на строгие научные методы исследования человеческого разума. Во многих случаях это включает использование экспериментов, чтобы определить, приводят ли изменения в независимой переменной к изменениям в зависимой переменной.

Например, эксперимент с памятью может включать случайным образом назначенных участников, которые проходят серию тестов памяти, чтобы определить, привело ли определенное изменение условий к изменениям в способностях памяти.Используя строгие эмпирические методы, психологи могут точно определить, что это независимая переменная, вызывающая изменения, а не какой-либо другой фактор.

Важные темы и теории когнитивной психологии:

Как упоминалось ранее, любое психическое событие считается когнитивным. Есть ряд более крупных тем, которые интересовали когнитивных психологов на протяжении последних нескольких десятилетий.

Сюда входят:

Обработка информации

Как вы понимаете, изучение того, что происходит в мыслях человека, — не всегда самое простое занятие.В самом начале истории психологии Вильгельм Вундт попытался использовать процесс, известный как интроспекция, для изучения того, что происходит в сознании человека. Это включало обучение людей сосредотачиваться на своем внутреннем состоянии и записывать, что они чувствовали, думали или переживали. Как вы можете себе представить, этот подход был чрезвычайно субъективным, поэтому в качестве инструмента когнитивных исследований он просуществовал недолго.

Для изучения человеческого разума когнитивные психологи разработали различные модели, показывающие, как работает мышление.Одним из самых популярных из них является метод обработки информации .

При таком подходе разум во многом похож на компьютер. Мысли и воспоминания разбиты на более мелкие единицы знания. Когда информация поступает в разум через органы чувств, мозг манипулирует ею, а затем определяет, что делать с информацией. Некоторая информация вызывает немедленную реакцию. Остальные единицы информации передаются в долговременную память для использования в будущем.

Единиц знаний

Когнитивные психологи часто разделяют единицы знания на три различных типа: концепции, прототипы и схемы.

  • Концепция — это в основном более крупная категория знаний. В вашем уме существует обширная категория для этих концепций, в которой похожие элементы сгруппированы вместе. У вас есть концепции конкретных вещей, таких как собака или кошка, а также концепции абстрактных идей, таких как красота, гравитация и любовь.
  • Прототип относится к наиболее узнаваемым образцам определенной концепции. Например, что приходит в голову, когда вы думаете о стуле. Если сразу приходит в голову большое удобное кресло, это ваш прототип концепции стула. Если вам в голову приходит скамейка, офисный стул или барный стул, то это будет ваш прототип для этой концепции.
  • Схема — это ментальная структура, которую вы используете для осмысления окружающего мира. По сути, концепции — это строительные блоки, которые используются для построения схем, которые являются ментальными моделями того, что вы ожидаете от окружающего мира.У вас есть схемы для самых разных объектов, идей, людей и ситуаций.

Итак, что происходит, когда вы сталкиваетесь с информацией, которая не вписывается в одну из ваших существующих схем? В некоторых случаях вы можете даже столкнуться с вещами в мире, которые ставят под сомнение или полностью опровергают ваши идеи.

Когда это произойдет, вы можете усвоить или приспособить информацию. Усвоение информации предполагает расширение вашей текущей схемы или даже создание новой.Чтобы приспособиться к информации, необходимо полностью изменить ваши прежние идеи. Этот процесс позволяет вам узнавать новое и разрабатывать новые и более сложные схемы для окружающего вас мира.

Внимание

Внимание — еще одна важная тема, изучаемая в области когнитивной психологии. Внимание — это состояние сосредоточенного осознания некоторого аспекта окружающей среды. Эта способность концентрировать внимание позволяет вам получать знания о соответствующих стимулах в мире вокруг вас, в то же время отфильтровывая то, что не особенно важно.

В любой момент времени вы получаете огромное количество информации от своих визуальных, слуховых, обонятельных, осязательных и вкусовых ощущений. Поскольку человеческий мозг имеет ограниченные возможности для обработки всей этой информации, внимание ограничено и избирательно. Процессы внимания позволяют вам сосредоточиться на вещах, которые имеют отношение к вашему выживанию, при этом отсеивая посторонние детали.

Память

Как люди формируют, вспоминают и сохраняют воспоминания — еще одно важное направление в изучении когнитивной психологии.Два основных типа памяти, на которые обычно обращают внимание исследователи, известны как кратковременная память и долговременная память. Краткосрочные воспоминания — это все, о чем вы активно думаете и о чем осознаете в любой момент. Этот тип памяти ограничен и очень краток. По оценкам, вы, вероятно, сможете удерживать в краткосрочной памяти от 5 до 9 элементов примерно на 20–30 секунд.

Если эта информация активно репетируется и обрабатывается, она может быть перенесена в так называемую долговременную память.Этот тип памяти, как следует из названия, намного долговечнее. Хотя эти долговременные воспоминания по-прежнему подвержены забвению, информация, хранящаяся в вашей долговременной памяти, может храниться от нескольких дней до десятилетий.

Когнитивные психологи интересуются различными процессами, которые влияют на формирование, хранение и последующее извлечение воспоминаний. Они также смотрят на вещи, которые могут помешать формированию и хранению воспоминаний, а также на различные факторы, которые могут привести к ошибкам памяти или даже ложным воспоминаниям.

Человеческий интеллект

Человеческий интеллект также является одной из основных тем, представляющих интерес в когнитивной психологии, но также является одной из самых горячих, а иногда и спорных. Мало того, что было много вопросов о том, как измеряется интеллект (или даже можно ли его измерить), но эксперты также расходятся во мнениях относительно того, как именно определять интеллект. Один опрос психологов показал, что эксперты дали более 70 различных определений того, что составляет интеллект.Хотя точные определения различаются, многие согласны с тем, что две важные темы включают как способность учиться, так и способность адаптироваться на основе опыта.

Исследователи обнаружили, что более умные люди, как правило, лучше справляются с задачами, требующими рабочей памяти, решения проблем, избирательного внимания, формирования концепции и принятия решений. Изучая интеллект, когнитивные психологи часто сосредотачиваются на понимании психических процессов, лежащих в основе этих критических способностей.

Причины изучать когнитивную психологию

Поскольку когнитивная психология затрагивает многие другие дисциплины, эту отрасль психологии часто изучают люди в разных областях. Даже если вы не изучаете психологию, может быть полезно изучить некоторые основы когнитивной психологии.

Ниже приведены лишь некоторые из тех, кому может быть полезно изучение когнитивной психологии.

  • Студенты, интересующиеся поведенческой нейробиологией, лингвистикой, производственно-организационной психологией, искусственным интеллектом и другими смежными областями.
  • Учителя, разработчики учебных программ, разработчики учебных программ и другие преподаватели могут счесть полезным узнать больше о том, как люди обрабатывают, изучают и запоминают информацию.
  • Инженеры, ученые, художники, архитекторы и дизайнеры могут извлечь выгоду из понимания внутренних психических состояний и процессов.

Ключевые моменты, которые следует помнить о когнитивной психологии:

  • Когнитивная психология возникла в 1960–70-е годы и стала одной из основных сил в области психологии.
  • Когнитивные психологи интересуются психическими процессами, включая то, как люди воспринимают, хранят и используют информацию.
  • Когнитивная психология часто полагается на модель обработки информации, которая уподобляет человеческий разум компьютеру.
  • Выводы из области когнитивной психологии применимы во многих областях, включая наше понимание обучения, памяти, нравственного развития, внимания, принятия решений, решения проблем, восприятия и терапевтических подходов, включая когнитивно-поведенческую терапию и терапию рационального эмоционального поведения.

Список литературы

Легг, С., & Хаттер, М. (2007). Сборник определений интеллекта. Границы в области искусственного интеллекта и приложений, 157, 17-24.

Миллер Г. А. (1956). Магическое число семь, плюс-минус два: некоторые ограничения нашей способности обрабатывать информацию. Психологический обзор, 63 (2), 81–97.

Neisser, U. (1967). Когнитивная психология. Издательская компания Мередит.

Изображение: Джулия Фриман-Вулперт / freeimages.com

Первоначально опубликовано 3 сентября 2016 г. Обновлено 15 сентября 2017 г.

Гуманистическая психология: определение и история

(Последнее обновление: 15 мая 2018 г.)

Гуманистическая психология , также известная как гуманизм или гуманистическая перспектива, — это движение, которое подчеркивает врожденную доброту людей. Вместо того, чтобы сосредотачиваться на том, что не так с людьми, гуманистическая психология использует более целостный подход, рассматривая человека в целом и подчеркивая стремление к самоактуализации.

Краткая история гуманистической психологии

Гуманистическая психология возникла в середине двадцатого века как прямая реакция на психоанализ и бихевиоризм. Основатели гуманистического подхода считали, что психоаналитическая точка зрения Зигмунда Фрейда слишком негативна и сосредоточена только на патологии. С другой стороны, бихевиоризм Б.Ф. Скиннера был слишком механистичным и сводил человеческую природу к простым условным реакциям.

Психолог по имени Карл Роджерс был заинтересован в понимании всего того, что помогает людям расти, меняться, улучшаться и процветать.Он считал, что психология — это гораздо больше, чем просто исправление проблемного поведения или психических заболеваний. Речь шла также о том, чтобы помочь людям прожить лучшую жизнь, на которую они способны, и достичь как можно большего счастья.

Роджерс считал, что все люди обладают так называемой тенденцией к актуализации, или врожденной потребностью стремиться стать как можно лучше. Именно эта концепция актуализирующей тенденции вдохновила психолога Абрахама Маслоу на создание иерархии человеческих потребностей.Маслоу предположил, что более элементарные потребности находятся в самом низу этой иерархии. По мере того, как эти потребности удовлетворяются, он предположил, что более сложные потребности приобретают большее значение, включая потребность в самоактуализации. Он описал это как необходимость реализовать весь свой потенциал и стать тем, кем вы можете быть.

Пять основных принципов гуманистической психологии

Согласно одной ранней статье, написанной двумя выдающимися психологами, существует пять ключевых принципов гуманистической психологии:

  1. Люди — это больше, чем просто сумма их частей.
  2. Чтобы понять людей, вы должны смотреть на них как в их человеческом контексте, так и в их месте во вселенной.
  3. Люди обладают сознанием, что означает, что они осознают, а также осознают это осознание.
  4. Люди обладают свободой воли и способны делать свой собственный выбор, но с этим выбором приходит большая ответственность.
  5. Люди сознательно ищут вещи и стремятся оставить свой след в мире, ставя цели, проявляя творческий потенциал и ища смысл.

Развитие гуманистической психологии

Карл Роджерс не только верил, что люди в основном хорошие и всегда стремятся к росту, он также чувствовал, что эти основные принципы также играют важную роль в психотерапии. Он разработал подход к лечению, известный как клиентоцентрированная терапия, в которой подчеркивается важность безусловного положительного отношения. Он считал, что безоговорочная поддержка клиентов может способствовать процессу лечения.

В конце 1950-х годов Абрахам Маслоу и другие мыслители-гуманисты начали формализовать растущий гуманистический подход.Когда они начали развивать профессиональную организацию, они обозначили некоторые из основных тем, представляющих интерес, включая самоактиализацию, творчество, индивидуальность и самореализацию.

Несколько важных событий в истории гуманистической психологии:

  • В 1961 году Американская ассоциация гуманистической психологии.
  • Публикация Маслоу К психологии бытия в 1962 году часто считается официальным введением того, что Маслоу называл «третьей силой» в психологии (психоанализ и бихевиоризм являются первой и второй силой).
  • В 1971 году гуманистическая психология получила отдельное подразделение Американской психологической ассоциации.

Поддержка и критика гуманистической психологии

С самого начала гуманистическая психология получила похвалу за то, что она помогает передать власть контролировать собственное психическое здоровье в руки человека. Гуманистический подход считает, что люди могут внести большой вклад в собственное психическое состояние.

Хотя гуманисты верят в личный контроль и автономию, они также признают важную роль, которую влияние окружающей среды может играть в влиянии на психическое здоровье и благополучие.Наше окружение и опыт также помогают формировать наше поведение и взгляд на мир.

Гуманистическая психология также сыграла роль в снятии некоторой стигмы, связанной с психическими заболеваниями. В то время как раньше считалось, что терапия предназначена только для людей, страдающих тяжелыми психическими заболеваниями, гуманистические подходы помогли людям понять, что психотерапия также может быть полезным инструментом для тех, кто хочет исследовать свой разум и поведение и улучшить свою жизнь.

Гуманистическая психология также подвергалась некоторой критике.Поскольку многие из его концепций настолько субъективны, иногда бывает трудно эмпирически проверить его утверждения. Такие понятия, как самоактуализация, пиковые переживания и личная самореализация, трудно измерить, и их следует оценивать, в основном, на основе субъективных оценок.

Влияние гуманистической психологии

Гуманистическая психология часто описывается как отдельная отрасль психологии, но она также представляет собой точку зрения или способ мышления о человеческом поведении.Гуманистический подход помог открыть новые взгляды на человеческую мотивацию и поведение. Он также представил новые подходы к лечению и методы психотерапии, чтобы справиться с психическими заболеваниями и способствовать психологическому благополучию.

Гуманистическая психология продолжает оказывать мощное влияние и сегодня, и ее эффекты можно увидеть как в других областях психологии, так и в областях образования, философии и даже политики. Сравнительно недавнее развитие таких областей, как позитивная психология и трансперсональная психология, во многом обязано влиянию гуманистической психологии.

Сегодня гуманистическая психология остается жизненно важной частью области, которая продолжает вносить значительный вклад в наше понимание человеческого разума и поведения.

Хотите узнать больше? Пройдите наш тест на самоактуализацию, чтобы узнать больше о том, насколько вы на самом деле реализованы.

Артикул:

Маслоу, А.Х. (1968). К психологии бытия. Принстон, Нью-Джерси: Ван Ностранд.

Роджерс, C.R. (1951).Клиент-центрированная терапия. Бостон: Хоутон-Миффлин.

Schneider, K.J., Pierson, J.F., & Bugental, J.F.T. (2015). Справочник по гуманистической психологии: теория, исследования и практика. Лос-Анджелес: Публикации SAGE.

Понимание психологии импринтинга | Betterhelp

Автор: Jon Jaehnig

Обновлено 18 сентября 2020 г.

Медицинское заключение: Келли Л.Бернс, Массачусетс, LPC, ATR-P

Что обо мне говорит мой отпечаток?

Спросите сертифицированного эксперта по психологии прямо сейчас.

Источник: pexels.com

У вас есть «типаж»? Вы хотите быть среди людей, которые напоминают вам ваших родителей? Или вам кажется, что Mac сбивает вас с толку, потому что вы начали с ПК? Хотя поначалу может показаться, что эти предпочтения и импульсы не имеют ничего общего, все они имеют одну отличительную и важную общую черту: импринтинг.

Определение психологии импринтинга

В психологии импринтинг определяется как «замечательное явление… [в котором] новорожденное существо привязывается к тому типу животных, с которым оно встречается при рождении». Отпечаток может сильно повлиять на воспитание детей как у людей, так и у других животных. Хотя это может сразу вызвать изображения утят, бегущих за человеком, которого они впервые увидели при вылуплении, это явление может распространяться на многие другие области жизни.

Импринтинг не обязательно хороший или плохой, и все мы в той или иной степени его испытываем; однако на некоторых людей импринтинг оказывает более сильное влияние.Опять же, это не обязательно плохо, но может повлиять на то, как вы думаете, чувствуете и ведете себя. В результате понимание импринтинга и того, как он влияет на вас, может помочь вам вести счастливую и здоровую жизнь, а также поможет разобраться в некоторых нездоровых образах поведения или областях, в которых вы чувствуете себя «застрявшим».

Импринтинг для обучения

Импринтинг важен для воспитания детей, поскольку он побуждает их следовать за своими родителями. Это называется «сыновней печатью». Например, в дикой природе животные учатся охотиться, наблюдая за охотой своих родителей.У людей младенцы учатся говорить, имитируя речь родителей. Многие птицы «поют», подражая окружающим. Все это, в свою очередь, позволяет животным соприкоснуться со своими инстинктами как внутренней формой обучения, устанавливая и укрепляя нормы и ожидания, установленные для них представителями их вида и окружающей средой, в которой они выросли.

Отпечаток также часто используется в качестве защитной меры в дикой природе. Сиамангские гиббоны поют, призывая к осторожности, когда рядом хищники — это форма импринтинга, полученная от других гиббонов вокруг них.Однако для многих животных можно имитировать не только звук, но и зрение и обоняние, особенно при стрессе, когда защита обычно наиболее необходима.

Истинные родители не нужны для импринтинга. Когда птицы осиротели, они могут научиться летать, запечатлеваясь на легком малом самолете, который может направлять их по необходимым схемам миграции. Конечно, самолет не является их родителем и даже не живым существом, но имеет место та же естественная тенденция следовать. Иногда животные могут даже прийти к выводу, что они принадлежат к другому виду — например, кошка может оставить отпечаток на собаке, если ее мать умерла, или утка может оставить отпечаток на человеке, который их «вырастил».

Было обнаружено, что интерсексуалы во многом определяют свою гендерную идентичность через импринтинг. Поэтому интерсекс-люди часто выбирают пол тех, на кого они отпечатывают отпечаток — будь то друг, член семьи или даже знаменитость. Это говорит о том, что импринтинг может быть мощным явлением и может сильно влиять на общее развитие и психическое состояние человека.

Критические периоды

Неотъемлемой характеристикой импринтинга является то, что он происходит в определенный момент чьей-либо жизни, обычно начиная с момента его рождения.Этот период варьируется между видами, от одного дня или около того после рождения до почти первых нескольких лет их жизни. Как только кто-то выйдет из этого срока, он больше не сможет запечатлеть.

Источник: pexels.com

Конечно, обучение все еще может происходить, но оно не будет иметь такой же легкости и чувства «инстинкта», как импринтинг. Например, люди могут изучать разные языки по мере взросления, но ни один из них не дается так легко, как те, которые они выучили в период своего наиболее формирования.Импринтинг также считается необратимым или незабываемым, в отличие от вещей, которые узнаются позже. Критические периоды у людей могут возникать в разные моменты жизни из-за разного усвоенного поведения. Хотя языковой импринтинг наступает в возрасте до пяти лет, критический период для определенных социальных навыков приходится примерно на возраст полового созревания.

Синдром утки

Детеныши уток и гусей «отпечатываются» на первом движущемся животном или предмете, который они видят, обычно в критический период первых 36 часов их жизни, в основном следуя за ними до конца их подросткового возраста.Итак, утенок может оставить отпечаток на своей матери или на одном из своих братьев или сестер, поэтому утки ходят строем, поскольку все они ведут друг друга. При определенных обстоятельствах пары обуви человека, которые присутствовали во время рождения утенка, могут быть даже запечатлены, и тогда утенок будет пытаться следовать за ботинками. Запечатленный объект становится источником большого комфорта — по сути, запечатленный человек или предмет становится тем, чему утенок доверяет достаточно, чтобы следовать.

Учитывая это, психологи придумали термин «синдром утки», чтобы описать, когда люди накладывают отпечаток на неодушевленные предметы и считают их лучшими в своем роде, независимо от того, есть ли что-нибудь лучшее, потому что это было первое, с чем они столкнулись. Это часто применяется к компьютерным системам, особенно к Mac и ПК; Какая бы операционная система ни была изучена первой, скорее всего, пользователь сочтет ее лучшей и с большей вероятностью вернется к ней в будущем.

Что обо мне говорит мой отпечаток?

Спросите сертифицированного эксперта по психологии прямо сейчас.

Источник: pixabay.com

Отпечаток в мозгу

Похоже, что импринтинг имеет химический компонент. Используя различные нейробиологические методы для изучения того, как мозг индуцирует импринтинг или реагирует на него, ученые смогли обнаружить, что в этом участвуют промежуточные и медиальные части вентрального гиперстриатума (IMHV), происходящие с обеих сторон мозга. Исследователи считают, что именно здесь хранится информация о импринтинге.

У птиц и рептилий есть часть мозга, называемая спинным желудочковым гребнем, или DVR, где они могут хранить эту информацию. Теория была проверена путем удаления этих частей мозга у цыплят, и было обнаружено, что в результате они больше не могут оставлять отпечаток.

Сексуальные отпечатки

Когда многие думают об импринтинге, на ум приходит сексуальный импринтинг. Для некоторых этот термин стал особенно популярным после сериала Twilight или телешоу My Strange Addiction .Однако в психологии сексуальный импринтинг — это отдельный процесс.

Когда воспитывается животное, человек или нечеловек, они склонны считать определенные атрибуты тех, кто их воспитал, важными, делая эти же атрибуты привлекательными качествами партнера. Чтобы проверить эту теорию, был поставлен эксперимент, в котором клювы зебровых зябликов красили цветным лаком для ногтей. При спаривании их потомство будет искать тех, у кого клюв аналогичного оттенка.

Это может иногда приводить к тому, что некоторых животных, кроме человека, привлекают люди или другие животные, если они выращивают их вместо своего вида.Например, гигантская панда в лондонском зоопарке была выращена смотрителями зоопарка и представлялась им сексуально, но когда ее привели к спариванию с самцом, она отказалась.

У людей эта форма сексуального импринтинга может привести к появлению «типа». Часто людям нужны качества родителей. Например, исследования показали, что когда дочери имеют отцы особенно постарше, они с большей вероятностью будут искать мужчину постарше. Когда сыновья происходят от родителей разных рас, они с большей вероятностью будут искать партнера той же расы, что и их мать.Однако иногда люди будут активно искать тех, кто выглядит и ведет себя совсем не так, как их родитель, непреднамеренно создавая типаж сам по себе; а именно, люди, которые отличаются от тех, с кем они выросли. Сексуальный импринтинг также может происходить с неодушевленными предметами, если он возникает на решающей стадии. Один из самых распространенных случаев — это фетиш на высоких каблуках.

Обратный сексуальный импринтинг

Хотя мы можем подсознательно стремиться к определенным чертам наших ближайших членов семьи в потенциальном партнере, чтобы защитить их от инбридинга, люди, выросшие вместе, обычно не испытывают сексуального влечения друг к другу.Это часто называют эффектом Вестермарка; однако, если бы братья и сестры были разлучены в это критическое время и встретились позже в жизни, они могли бы найти друг друга особенно привлекательными.

Зигмунд Фрейд не согласился с эффектом Вестермарка, полагая, что члены семьи естественным образом испытывают сексуальное влечение друг к другу, поэтому общество должно наложить табу, чтобы избежать инбридинга. Однако Стивен Пинкер предполагает, что Фрейд ошибочно проецировал свою уникальную личную психологическую предрасположенность на общество в целом, вместо того, чтобы рассматривать психологическое понимание с большой точки зрения.

Обращение за помощью

Отпечаток обычно не опасен или вреден, хотя иногда может быть неудобным. Если вы считаете, что импринтинг стоит за качеством, которое вам в себе не нравится, поговорите с терапевтом или консультантом, чтобы лучше понять и разработать стратегии, способствующие позитивным изменениям. Удобные и доступные профессиональные терапевты и консультанты доступны онлайн через BetterHelp. Интернет-терапия может показаться странной людям, которые привыкли к более традиционной личной терапии, но клиенты сообщают об очень положительном опыте.Обратите внимание на следующие отзывы консультантов BetterHelp.

Отзывы консультанта

«За один сеанс Дуглас помог мне осознать и найти способ сломать шаблон, который у меня был в последние несколько недель и, вероятно, на всю жизнь. Это поможет мне улучшить мои отношения, и моя жизнь станет более полноценной. Я рад, что мне удалось поговорить с Дугласом, я чувствую, что он великий профессионал ».

«Ли Блуин всегда рядом со мной, и я действительно уверен в его способности помочь мне понять мои проблемы.Он уже дал мне полезные советы и способы научиться справляться с проблемами в моей жизни. Я считаю, что Ли действительно слушает и хочет помочь. Я нахожу это очень полезным каждый раз, когда мы говорим о чем-то, с чем я борюсь, и я с нетерпением жду продолжения работы с ним ».

Заключение

Импринтинг — не очень известная психологическая концепция, поэтому одного его открытия может быть достаточно, чтобы изменить ваше мировоззрение. В противном случае доступны дополнительные инструменты, позволяющие узнать о своем собственном поведении и о том, как сделать его более здоровым.Отпечаток нечего стыдиться; напротив, это ассоциативный опыт обучения, который все люди и животные испытывают в какой-то момент своей жизни. Если вы чувствуете, что импринтинг лежит в основе боли, разочарования или ухудшения психического здоровья, не стесняйтесь обращаться за помощью сегодня.

Часто задаваемые вопросы (FAQ):

Что такое импринтинг у животных?

Отпечаток у животных — это разновидность теории привязанности, основанная на чувстве, влекомом к характеристикам или виду первого существа или предмета, увиденного во время или вскоре после рождения.Хотя это чаще всего ассоциируется с утятами, у большинства животных есть какой-то механизм импринтинга. Импринтинг — это не просто источник материнских или отцовских инстинктов, он является неотъемлемой частью общего здорового функционирования животного и экосистемы. Импринтинг не просто побуждает животных сблизиться со своими родителями; на самом деле это помогает им признать своих родителей источником знаний, что ведет к тому, что они учатся жить — как охотиться, как передвигаться, как оставаться в безопасности и даже как искать себе пару — все это важно для продолжение вида.

Может ли импринтинг происходить у человека?

Хотя импринтинг чаще всего ассоциируется с животными — и, в частности, с утятами, — импринтинг также встречается у людей. Человеческие младенцы оставляют отпечаток на своих родителях или связывают с ними связи в ранние годы своего детства, учатся доверять своим родителям и определять черты своих родителей как черты, которые они должны воплощать в себе по мере роста и поиска в других в зрелом возрасте. Однако не только детство является примером импринтинга у людей; люди накладывают отпечаток на широкий спектр вещей и людей на протяжении всей своей жизни, включая определенные типы оборудования, определенных людей и определенные модели поведения.

Imprinting была определена как причина предпочтений для определенных брендов: если кто-то впервые научился использовать компьютер на компьютере с Windows, например, он, вероятно, продолжит хотеть использовать этот компьютер во взрослой жизни. Импринтинг также был определен как причина определенных романтических и сексуальных предпочтений; люди тянутся к потенциальной романтической стороне

Подходы в психологии — Мир психолога

Психологи используют разные подходы или точки зрения, пытаясь понять человеческое поведение.Например, психологи, использующие биологический подход, предполагают, что различия в поведении можно понять с точки зрения генов, структуры мозга и гормонов, которые могут предрасполагать человека к определенным состояниям здоровья.

Поведенческие психологи подчеркивают роль окружающей среды в поведении человека и считают, что мы учимся новому поведению в результате обусловливания. Они утверждают, что стили воспитания, обучение и жизненный опыт помогают формировать нас как личности. Когнитивный и психодинамический подходы смотрят внутрь, сосредотачиваясь на мыслях и других когнитивных процессах, которые заставляют человека вести себя так, как он.

Различные подходы в психологии предлагают противоположные объяснения многих вопросов. Например, используя биологический подход для понимания причин шизофрении, можно сослаться на исследования близнецов, которые указали на генетический компонент заболевания. Однако поведенческий подход подчеркивает корреляцию между шизофренией и воспитанием в городе, а не в сельской местности (Lewis et al, 1992).

Конечно, и генетические факторы, и факторы окружающей среды часто влияют на одну и ту же проблему, и поэтому каждое из объяснений, даваемых различными подходами, может помочь нам улучшить наше понимание психологии.

Ниже мы суммируем и оцениваем пять ключевых подходов:

Физиологический подход (биологический)

Физиологический подход предполагает, что биологические факторы влияют на наше поведение и психическое благополучие причинно-следственным образом, точно так же, как воздействие болезни может привести к болезни. Биологические факторы включают гены, унаследованные от родителей человека, которые, по мнению психологов, могут влиять на их предрасположенность к определенным условиям.

Биологический подход также фокусируется на физических процессах, происходящих в центральной нервной системе (ЦНС), которая включает головной и спинной мозг. Нейробиологи обнаружили, что разные области мозга выполняют определенные функции, поддерживая влияние структуры мозга на поведение людей. Например, височная доля помогает в обработке языка , в то время как лобная доля играет роль в нашем опыте эмоций .

По мере того, как технический прогресс улучшил способность ученых исследовать процессы, происходящие в головном мозге, они смогли определить роль, которую играют определенные области мозга.Миндалевидное тело помогает нам хранить воспоминания и испытывать эмоции. Магуайр и др. (2000) обнаружили, что гиппокамп, который выполняет важные функции памяти, был больше в мозгу лондонских таксистов, которым для выполнения своей работы требуется хранить огромное количество уличной информации.

Это исследование демонстрирует, как мозг может реагировать на меняющиеся условия, такие как потребность в запоминании информации, с помощью биологических корректировок, известных как нейропластичность.

Биологический подход также пытается понять человека как совокупность химических реакций.Например, исследования показывают, что уровни нейротрансмиттеров в мозгу, таких как серотонин, играют роль в депрессии.

Гормоны, циркулирующие в кровотоке и других органах, также могут влиять на наше поведение. Кортизол высвобождается во время стресса, чтобы подготовиться к ответной реакции на угрозу. Другие гормоны помогают регулировать биологические ритмы, такие как менструальный цикл у женщин. Мелатонин помогает нам поддерживать регулярный цикл сна и бодрствования, что приводит к чувству усталости поздно вечером.

По сравнению с другими подходами, биологические подходы, такие как физиологический подход, наиболее близки к установленным научным методам изучения человеческого разума. Подход основан на наблюдении людей и других животных в экспериментах. Достоверность результатов, полученных в результате экспериментов, может быть проверена другими психологами благодаря их воспроизводимости.

Методы визуализации головного мозга, такие как магнитно-резонансная томография , (МРТ), функциональная МРТ, (фМРТ) и компьютерная томография , (КТ), играют все более важную роль в исследовании процессов, происходящих в головном мозге.

Сильные стороны физиологического подхода заключаются в его опоре на эмпирических данных, из экспериментов и его опровержимость. В отличие от психодинамических теорий Фрейда, гипотезы можно доказать или опровергнуть.

Биологический подход привел к важным достижениям в производстве лекарственных препаратов для лечения таких расстройств, как депрессия. Однако остаются вопросы относительно успеха и этичности других физиологических процедур, таких как лоботомия, при которой разрываются связи между участками мозга, и электросудорожная терапия (ЭСТ).

Критики рассматривают физиологический подход как редукционистский, поскольку он игнорирует сложности и непредсказуемость людей, их личностей и их поведения. Этот подход также в некоторой степени игнорирует влияние окружающей среды, такое как усвоенное поведение.

Узнайте больше о биологических подходах здесь

Эволюционный подход

Эволюционный подход также учитывает биологический состав человека, чтобы понять его поведение.Но там, где физиологические объяснения ссылаются на активность внутри человека и его мозга, эволюционный подход предполагает, что разум был настроен в соответствии с окружающей средой на протяжении многих миллионов лет.

Общая теория эволюции была предложена Чарльзом Дарвином в его книге « О происхождении видов» в 1859 году. Отчасти идеи Дарвина стали результатом поездки на Галапагосские острова. Сравнивая анатомию птиц на островах, он обнаружил, что форма их клювов варьировалась в зависимости от окружающей среды острова, на котором они жили.Он пришел к выводу, что птицы, которые в конечном итоге будут известны как зяблики Дарвина, менялись от поколения к поколению в зависимости от среды их обитания.

Форма клювов птиц адаптирована, чтобы они могли более эффективно добывать доступную для них пищу.

Эта адаптация является результатом естественного отбора, в результате которого оптимально адаптированные особи могут кормить больше и имеют повышенные шансы на размножение, чтобы произвести подобное потомство. Точно так же черты, которые желательны у партнера, с большей вероятностью будут переданы следующим поколениям в результате полового отбора.

Эволюционные психологи считают, что принципы эволюции можно использовать для понимания человеческого поведения. Многие считают, что стресс является результатом адаптации человека к выживанию хищников. В рамках реакции «бей или беги» на угрозу тело принимает состояние бдительности, готовясь отразить агрессию или убежать от него. Однако сегодня стресс больше не является значительным преимуществом выживания, как для наших более ранних предков.

Как и физиологический подход, эволюционная психология предоставляет убедительные доказательства, объясняющие, почему мы ведем себя именно так.Однако этот подход подвергался критике за редукционизм и за неспособность учесть индивидуальные различия между разными людьми.

Узнайте больше об эволюционном подходе здесь

Поведенческий подход

Поведенческий подход предполагает, что каждый человек рождается tabula rasa , или чистым листом. Бихевиористы считают, что наше внешнее поведение не зависит от генов и биологических процессов, а определяется внешней средой.Человек учится на своем жизненном опыте и в результате формируется так, чтобы вести себя определенным образом. Бихевиористы смотрят на поведение человека, а не на внутренние процессы ума.

Радикальный бихевиорист Джон Б. Уотсон (1878–1958) изложил принципы поведенческого подхода в статье 1913 года, озаглавленной « Психология как бихевиористские взгляды на это », которую позже назвали «бихевиористским манифестом». Он подчеркивал «объективный» характер подхода, считал, что научные методы могут быть применены к человеческому поведению и что поведение человека можно наблюдать, измерять и количественно оценивать с помощью экспериментов (Watson, 1913).

Бихевиористы сосредотачиваются на обусловливании — как классических, так и оперантных формах — как форме обучения. Обусловленность включает использование стимула , чтобы вызвать желаемую реакцию — особый тип поведения — у человека или животного. Дрессировщики животных, например, предлагают собакам угощение (стимул , ), чтобы вознаградить за хорошее поведение (условный ответ).

Первым исследователем классической обусловленности был физиолог Иван Павлов (1849-1936).В лабораторных экспериментах с собаками исследователь открывал дверь, чтобы кормить животных.

Инстинктивно у собак выделялась слюна при виде еды.

Однако Павлов заметил, что у собак выделялась слюна, когда дверь открывалась, даже когда не давали еды. Собаки начали связывать открытие двери с получением еды. Со временем дверь — безусловный раздражитель — превратилась в условный раздражитель, вызывая у собак условный ответ слюноотделения.

В 1905 году Эдвард Торндайк определил альтернативную форму кондиционирования кошек, которую он описал как закон действия . Б. Ф. Скиннер также наблюдал такое поведение у голубей, называя его оперантным обусловливанием. В эксперименте, в котором голубей периодически кормили с помощью механизма в «ящике Скиннера», он заметил, что птицы научились воспроизводить определенные типы поведения, такие как поворот против часовой стрелки, перед тем, как получить корм. Пища была положительным подкреплением их поведения (Скиннер, 1948).

Во время оперантного обусловливания человек учится принимать определенное поведение в результате подкреплений, или наказаний. Положительное подкрепление подразумевает желаемое вознаграждение, например, еду. Уменьшение нежелательного стимула — это отрицательное подкрепление.

Наказания также могут способствовать оперантной обусловленности. Назначение нежелательного события, такого как сигнал тревоги, является положительным наказанием, в то время как отрицательное наказание предполагает лишение кого-либо того, чего он желает.

Хотя обусловленность играет важную роль в обучении, Скиннер отметил, что реакции на стимулы не будут продолжаться бесконечно. Если субъект дает условный ответ, но не получает стимулы в течение определенного периода времени, это условное поведение исчезает путем исчезновения.

Поведенческий подход использует те же научные принципы, что и биологические подходы. Доказательства собираются путем наблюдения за поведением, в том числе в экспериментах с участием людей и животных.

Однако степень, в которой наблюдение нечеловеческого поведения может быть применено к людям, сомнительна. Поведенческий подход также является редукционистским в своем акценте на поведении, не принимая во внимание внутренние действия, которые труднее наблюдать, такие как мысли и эмоции.

Более того, он не объясняет индивидуальных различий в поведении, которые могут наблюдаться среди людей, которые сталкивались с подобной средой.

Поведенческие исследования находят множество практических приложений в ситуациях, когда происходит обучение.Его открытия продвинули вперед развитие обучения и привели к изобретению Томасом Штампфлом в 1967 году наводнения (также называемого терапевтическим воздействием ) как средства, заставляющего фобиков принимать стимулы, которых они в противном случае боялись бы.

Узнайте больше о поведенческом подходе здесь

Когнитивный подход

Когнитивный подход рассматривает человеческое поведение иначе, чем бихевиористы. Вместо простого наблюдения за поведением, он смотрит на внутренние когнитивные процессы, которые заставляют человека действовать определенным образом.

Когнитивный подход был описан Ульриком Нейссером в его работе 1967 года Когнитивная психология и сосредоточен на таких вопросах, как кодирование, консолидация и извлечение воспоминаний, эмоций, восприятия, решения проблем и языка.

Ученые-когнитивисты часто используют метафору мозга, функционирующего аналогично компьютеру . Подобно тому, как компьютерный процессор извлекает данные с диска или из Интернета, мозг получает входные сигналы: визуальный сигнал от глаз, звук от ушей, ощущения через нервы и т. Д.

Затем мозг обрабатывает эти входные данные и отвечает определенным выходным сигналом, например мыслью или сигналом для движения определенной мышцы. Эту компьютерную аналогию мозга можно увидеть во многих когнитивных объяснениях человеческого разума.

Когнитивные психологи рассматривают то, каким образом существующие знания о людях, местах, объектах и ​​событиях, известные как схемы, влияют на то, как мы воспринимаем и думаем о встречах в нашей повседневной жизни.

Схемы развиваются на основе предварительных знаний и позволяют нам предвидеть и понимать мир вокруг нас.В известном эксперименте, известном как «Война призраков » , психолог Фредерик Бартлетт раскрыл реконструктивную природу памяти с использованием в ней схем для припоминания прошлых событий (Bartlett, 1932).

Хотя когнитивные процессы сложно измерить, когнитивный подход использует научные методы, включая эксперименты, которые направлены на выявление наших внутренних мыслей посредством наших действий.

В одном из таких экспериментов Лофтус и Палмер (1974) представили участникам видео, показывающее автокатастрофу, и задавали вопросы об инциденте, побуждая респондентов к конкретному ответу.

Результаты продемонстрировали динамическую природу воспоминаний и как до

Psychology Glossary. Определения психологии простым английским языком.

Докторантура по психологии

Доктор философии (PhD) — дедушка всех ученых степеней — высшей и самой престижной степени во всем мире. Кандидат психологических наук предлагается в различных специализированных областях обучения с широким диапазоном областей их специализации и карьерных целей.Области психического здоровья включают докторскую степень по клинической или консультационной психологии. Прикладные докторские степени включают в себя промышленную / организационную, человеческую инженерию, спортивную деятельность и судебную экспертизу. Психология исследований. Кандидатские диссертации предлагаются практически во всех областях, таких как социальная психология, психология развития, когнитивная психология и экспериментальная психология. Уровень эмпирических исследований, необходимых во время программы, варьируется в зависимости от области исследования. Тем не менее, во всех случаях вам необходимо будет представить диссертацию, содержащую оригинальные исследования.Имея докторскую степень в области психологии, вам открыты все карьерные возможности в области психологии.

Узнайте больше о докторской степени по психологии. Степень

Докторантура психологии (PsyD.) — это относительно новое предложение, ориентированное на тех, кто больше интересуется практикой психологии и будет уделять меньше внимания исследованиям и больше сосредоточиться на прикладных темах. Степень родилась как альтернатива традиционной докторантуре и очень привлекательна для тех, чьи карьерные интересы ограничиваются прикладной практикой профессии.Степень PsyD позволит вам работать и практиковаться практически во всех областях психического здоровья, и существует как минимум одна новая программа PsyD, специализирующаяся на промышленной и организационной психологии.

Подробнее о программе PsyD Degree

Степень доктора образования (EdD) — это докторская степень, присуждаемая отделом образования. Учитывая этот факт, многие программы ориентированы на образование и смежные области.Однако есть программы, такие как EdD по психологической консультации, которые будут очень похожи на программы PhD. Программы EdD, как правило, больше ориентированы на практиков, но все же обеспечивают прочную основу для исследований и теории, особенно в прикладных исследованиях. С EdD вы по-прежнему можете иметь право на получение лицензии психолога, если ваша программа аккредитована APA. В некотором смысле эту степень можно рассматривать как своего рода смесь психологии психологии и PhD по педагогической психологии.

Узнать больше о докторской степени

Типичные предпосылки и критерии приема в аспирантуру по психологии.

Хотя программы магистратуры по психологии сильно различаются по направленности, обычно минимальные критерии для подачи заявки аналогичны. Желательно получить степень бакалавра психологии, но не всегда. Однако обычно требуется несколько основных курсов психологии. Обязательные курсы обычно включают курсы по методам исследования и статистике, а также некоторые факультативные курсы высшего уровня.

Для большинства программ требуется минимальный балл GRE (Graduate Record Exam), хотя есть и такие, которые не могут.Для большинства программ также потребуется «личное заявление». Это документ, в котором рассказывается, почему вы заинтересованы в программе, почему вы ей подходите, исходя из вашего опыта, и что вы хотите получить от программы с точки зрения карьеры. Это, конечно, будут минимальные критерии приема. Большинство программ будут положительно оценивать расширенный опыт в психологии, такой как исследования или работа в психологически связанной среде, особенно в областях, тесно связанных с программой, на которую вы подаете заявление.Для более конкурентоспособных программ эти дополнительные области опыта, по сути, потребуются для фактического поступления вместе с хорошей успеваемостью.

Для получения дополнительной информации о том, как стать хорошим кандидатом для поступления в аспирантуру, прочтите наш раздел «Как поступить в аспирантуру».

В дополнение к прекрасной информации, представленной на этом сайте, еще одним хорошим ресурсом является публикация APA (Американской психологической ассоциации) «Graduate Study in Psychology», которую вы можете купить в лучших книжных магазинах или найти в своей местной библиотеке.

С чего все началось: история ученых степеней в области психологии и академической номенклатуры

Ученые степени высшего образования впервые присуждались в европейских университетах в средние века и ограничивались докторскими степенями. Докторская степень была единственной присуждаемой степенью, и она предназначалась для ученых, заинтересованных в дальнейшем изучении знаний в этой области. Со временем высказывались опасения по поводу отсутствия практического применения знаний по сравнению с ориентацией доктора философии «знание ради знания».

Как прямой результат этой выраженной потребности в практиках, Мичиганский университет предложил первую степень магистра гуманитарных наук в Соединенных Штатах в 1850 году. Степень магистра была предметом разногласий в академических кругах, поскольку некоторые считали, что они должны быть не чем иным, как шаг к высшей награде — PhD.

В образовании в современном обществе произошел еще более резкий сдвиг от чисто теоретического к прагматическому, и в результате многих программ на получение степени магистра теперь достаточно для немедленного начала профессиональной работы, а не для того, чтобы быть просто ступенькой на пути к докторантуре.

Возможно, в результате этого сдвига количество присуждаемых степеней магистра почти удвоилось за последние 25 лет двадцатого века. В некоторых областях степень магистра абсолютно необходима для входа в профессию; степени бакалавра недостаточно. Психология — одна из таких областей.

Прежде чем перейти к требованиям для получения степени магистра, давайте кратко рассмотрим «алфавитный суп», который теперь описывает большинство современных степеней, как магистра, так и бакалавриата.

Буквы, используемые для дифференциации ученых степеней, указывают как на уровень знаний, так и на общую область обучения. «B» в степени бакалавра указывает на базовый уровень знаний, в то время как «M» обозначает дополнительный опыт, полученный в результате дополнительных 1-2 лет или учебы, временного диапазона, необходимого для получения степени магистра. «A» или «S» обозначают опыт в области гуманитарных или естественных / эмпирических наук.

«D» в PhD или более новых EdD и PsyD указывает на высочайший уровень знаний, доступных в академических кругах — доктор.

Буквы «EdD» отличают эту академическую степень от других хорошо известных присваиваемых степеней, таких как степень бакалавра / бакалавра, степень магистра / магистра и традиционный доктор философии или более новый PsyD. На уровне доктора «P» обозначает философию, а « E «означает образование». Возможно, вы уже знаете, что можете получить докторскую степень в такой области, как консультативная психология, в качестве доктора философии или ученого.

Хотя легко понять значение букв «A» или «S» в обозначениях MA или MS, что указывает на опыт в области гуманитарных наук (т.д., магистр «искусств») или естественных / эмпирических наук (т.е. магистр «естественных наук») — а как насчет этой надоедливой буквы «П» в докторской степени? Буква «P» означает философию, что на первый взгляд не имеет смысла. Почему доктора наук в области молекулярной медицины

Биология обозначается так же, как доктора социологии или психологии? А почему философия? В конце концов, когда вы учитесь на психолога, вам не интересно становиться философом, не так ли?

Возвращение к временам древних греков помогает нам понять эту странную ситуацию, поскольку греки рассматривали философию как совокупность знаний, стремящихся объяснить основные принципы и причинные отношения вселенной.Таким образом, в то время любая академическая дисциплина рассматривалась как разновидность философии.

Итак, когда в средние века европейские университеты начали присуждать ученые степени, они использовали термин «доктор философии». К тому времени области теологии, права и медицины считались независимыми сущностями, но все остальное все еще считалось частью философии. Интересно отметить, что первое признанное применение клинической психологии, приписываемое Лайтнеру Уитмеру в 1896 году, имело место в образовательном контексте: неправильное написание как свидетельство неспособности к обучению.Теперь ты знаешь!

.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *