Лучшие книги отечественных писателей: Лучшие книги на русском языке

Содержание

Страница не найдена — Knigausa Bookstore: Russian Books

All productАвтомобильный транспортАнглийский языкАппаратное обеспечениеАрхитектураАстрономияАудиокнигиАфоризмы. ЦитатыБизнес литератураБизнес. ПредпринимательствоБиографии. Мемуары. АфоризмыБиографии. Мемуары. ВоспоминанияБиология. Зоология. БотаникаБлокноты, книги для записей, тетрадиБоевые искусстваБух учет. Аудит. НалогиВетеринарная медицинаВоспитаниеВсемирная историяГигиена. СанитарияГосударственное, конституционное, административное право РоссииГуманитарные наукиДекоративно-прикладное искусствоДетективДетская и подростковая литератураДетская фантастика и фэнтезиДетские подарочные книгиДетские энциклопедииДетям и родителямДля детей и юношестваДля самых маленькихДомДом. Сад. Досуг. ЖивотныеДомашние животныеДосугДошкольное обучениеДраматургияЕда и напиткиЕстественнонаучные дисциплиныЕстественные наукиЕстествознаниеЖивопись и дизайнЖивотныеЗарубежная классическая прозаЗарубежная приключенческая литератураЗарубежная сентиментальная литератураЗарубежная современная прозаЗарубежная фантастикаЗарубежные триллерыЗарубежный детективЗарубежный исторический романЗдоровый образ жизниЗдоровьеЗдоровье, красота, спортИгрушкиИгрушки из дереваИностранные языкиИнтерьер и дизайнИнформатикаИнформационные технологииИскусство и искусствоведениеИскусство и культураИскусство разных стран и народовИскусствоведениеИсторическая литератураИсторияИсторияИстория военного делаИстория зарубежных странИстория культурыИстория РоссииКалендари, гороскопыКардиология. ГематологияКарты и путеводителиКино. Театр. ТелевидениеКнигиКниги для родителей и учителейКниги о едеКомиксы. ЮморКоммунальное хозяйствоКомнатные растенияКомпьютерная литература для профессионаловКомпьютерные сети. ИнтернетКраеведение. МосквоведениеКрасотаКритикаКулинария и консервированиеКулинарные книгиКультураКурортотерапияЛечение животныхЛитература для детейЛитература. ФилологияЛогопедияМаркетинг. Реклама. PRМаркетинг. СМИ. HRМатематикаМедицинаМистическая фантастикаМода и стильМузыкаМузыкаМХК. Изобразительное искусство. МузыкаНаборы для творчестваНапиткиНастольные игрыНауки и образованиеНауки о землеНаучно-популярная литератураНемецкий языкНетрадиционная медицинаО детяхОбучениеОбщая психологияОбществознание. ГраждановедениеОнкологияОрганизация досугаОхота. Рыбалка. Сбор грибов и ягодПедагогикаПодарочные книгиПодростковая литератураПолитэкономияПолитэкономияПопулярная психологияПопулярная экономическая литератураПопулярный Non-fictionПоэзияПриключенческая литератураПрограммированиеПрограммное обеспечениеПрозаПрочиеПсихологияПсихология. Религия. ЭзотерикаПублицистика. ЭссеистикаПутешествияРадиоэлектроника. СвязьРазвивающая и обучающая литератураРазвлечения. Кроссворды. Головоломки. РебусыРелигияРемонт. СтроительствоРоссийская сентиментальная литератураРоссийская фантастикаРоссийские триллерыРоссийский детективРусская классическая прозаРусская современная прозаРусский язык и литератураСадСентиментальная литератураСловариСловари и справочникиСМИ. Культурология. Книжное делоСобрания сочиненийСпортСтоматологияСтроительствоСувенирыТеория и история искусстваТеория и история музыкиТерапияТехническая и бизнес литератураТранспортТриллерыТуризмУниверсальные энциклопедии и справочникиУправление. МенеджментУходУчебная литератураФантастикаФантастический боевикФармакология. Фармакодинамика. ФармакокинетикаФизикаФизика. Химия.ФилософияФилософияФинансовое право. Налоговое правоФинансы. Банковское делоФольклор. Народное творчествоФотоальбомы. ФотовыставкиФотографияФотоискусство и фототехникаФранцузский языкФэнтезиХудожественная литератураХудожественно-документальная прозаЦветыШитье. Вышивание. Вязание. ПлетениеЭзотерикаЭкономическая литератураЭмбриология, анатомия и гистология человекаЭнциклопедииЭнциклопедии и атласы для детей старше 6-ти летЭтикаЭтикаЭтнография. ЭтнологияЮмор и сатираЮридическая литератураЯзыкознание

  • Книги
  • Театральная касса
  • Картина TV
  • Сувениры
  • Игрушки
  • Контакт

Мiр и пандемия. Топ-5 книг отечественных писателей на осень

«Мiр и война», Борис Акунин

Новый детективный роман от автора циклов об Эрасте Фандорине и истории российского государства.

Действие разворачивается на фоне грозных событий войны 1812 года. Происходит серия чудовищных убийств, за которые берется сыщица Полина Катина.

Роман называют «постмодернистским оммажем к великому роману Льва Толстого» и «наполеоновским детективом в исторических декорациях».

Цитата

«Деревенские всем мiром собрались на берегу разбухшей от двухнедельных дождей Саввы помолиться о вёдре. Стояли с непокрытыми головами, многие на коленях, у мужиков ко лбам прилипли волосы, у баб потемнели волглые платки, отец Мирокль то и дело стряхивал рукавом с бороды капли. И вот взывает он к пастве своим дишкантом: „Посли хлеб твой на лице воды!“, взманивает рукою на речку, все обращают туда взоры — а на темной, пузыристой глади колышется нечто пунцовое».

«Ополченский романс», Захар Прилепин

Новая книга популярного писателя — это попытка художественно переосмыслить войну на Донбассе, на которой он провел несколько лет.

В романе Прилепин раскрывает истории людей, которые оказались на передовой. Одни не захотели покидать свои дома, а другие, наоборот, сорвались с далеких насиженных мест.

Критики уже сравнили атмосферу «Ополченского романса» с бестселлером писателя «Обитель» — такое же спокойное повествование без излишнего нагнетания с послевкусием веры в человечество.

Цитата

«За мертвым Пистоном приехала мать. Она увезла хоронить сына в деревню, где он вырос, — недалеко, километров тридцать от их позиций. Лютик удивился: как же такой необычный, читавший книжки и слушавший диковатую музыку Пистон вырос в деревне.

Лютик думал, что Пистон — городской».

«Непобедимое солнце», Виктор Пелевин

Новый 700-страничный роман гения постмодернизма. Главным персонажем впервые стала женщина.

Москвичке Саше 30 лет, и она отправляется в путешествие, где встречает много интересных людей: римских принцепсов, американских анархистов, турецких филологов-суфийцев и других. Через них она прикоснется к тайне мира.

Читатели не без ехидства отмечают, что Пелевин значительно снизил градус иронии. И теряются в догадках: неужели писатель «приземлился»?

Цитата

«Эмодзи дают куда более убедительные, быстрые и лестные способы саморепрезентации, чем слова. Соблазняют использовать их для интимного самовыражения, хотя не выражают ничего индивидуального. Они предлагают человеку фальшивое отражение его эмоционального состояния, которое нравится ему больше, чем настоящее: фейк-отражение моложе, чище, ярче, гламурней — и потребитель с удовольствием делегирует эмодзи права своей микрофотографии».

«Сестра четырех», Евгений Водолазкин

Одна из первых художественных книг о коронавирусе от признанного российского классика.

Произведение написано в виде ироничной и немного абсурдной пьесы. В больничной палате оказываются запертыми заразившийся врач, депутат, писатель и развозчик пиццы. Именно здесь им предстоит узнать всю правду о себе.

В книге Водолазкин задается вопросом: может, карантин возник вовсе не из-за COVID-19? Возможно, «глобализация достигла той степени, когда все ждут повода, чтобы закрыть дверь»?

Цитата

«Вечер. Больничная палата.
РАДИО. Передаем вечерние новости. Сегодня опубликована статистика по жертвам коронавируса в США.
ПИСАТЕЛЬ. Давайте выключим, а? Я здесь уже четвертый день — и ничего другого пока не слышал.
ФУНГИ. Неужели четвертый день?
ПИСАТЕЛЬ. А может — шестой. В замкнутом пространстве время не чувствуется.

Фунги выключает радио. За стеной слышен стук топора».

«Сад», Марина Степнова

Новый роман от автора бестселлера «Женщины Лазаря».

Читатели окунутся в атмосферу XIX века, где только-только начинается Серебряный век и наступает прогрессивный мир.

В это романтичное время на свет появляется девочка Туся, названная в честь Наташи Ростовой, которая во главу угла ставит свою независимость, что в строгом обществе нравится далеко не всем.

Критики уже нарекли книгу «романом-воспитанием о времени, любви и силе воле».

Цитата

«Женщина не может себя потерять. Не может быть жалкой. Это хуже, чем умереть».

12 лучших книг о космосе

В День космонавтики «Афиша Daily» вспоминает старые и новые книги, посвященные космосу, его пионерам и певцам.

«Вернер фон Браун. Человек, который продал Луну» Денниса Пишкевича

Лев Данилкин: «Биография талантливого — но крайне неоднозначного в моральном отношении человека, который сначала делал „Фау-2“ для Гитлера, а затем переметнулся на сторону своих врагов — и помог им запустить человека на Луну. Биография неапологетическая: признавая заслуги своего клиента перед США, Пишкевич прямым текстом называет его так, как и следует: военным преступником, который в годы войны самолично отбирал в концлагерях узников для работы над своим ракетным проектом».

Издательство «Попурри», 2011, Минск, пер. с англ.

«Космос» Дмитрия Костюкова и Зины Суровой

Дарья Варденбург: «Смешная, удивительная и в конечном итоге очень трогательная книга про космонавтов, ракеты, Байконур и планеты. Из чего состоит космос, как устроены космические корабли — и что происходило и происходит с космонавтами, когда они тренируются на Земле и отправляются в полет. „Выйдя в открытый космос, Леонов оттолкнулся от шлюза, и его сильно закрутило, ведь тогда никто не знал, как правильно вести себя в невесомости, но страховочный трос его удержал. В космосе скафандр неожиданно сильно раздулся, и Леонов не мог вернуться на корабль: он просто не помещался в люк!“ Авторы — фотограф Дмитрий Костюков и художница Зина Сурова.

Вместе они писали текст и придумывали реплики персонажам — нарисованные космонавты, Сергей Королев и даже посадочные модули комментируют происходящее. Костюков фотографировал на Байконуре, Сурова оформляла книгу в технике коллажа — собирала вместе рисунки и фотографии, но не на компьютере, а вручную. Рукодельная — во всех смыслах — и теплая работа».

Издательство «Издательский домик Дорофеевой», 2012, Москва

«Космос» Карла Сагана

Лев Данилкин: «Американский астрофизик, автор статьи „Жизнь“ в Британской энциклопедии Карл Саган (1934–1996) был мечтателем похлеще Циолковского: всю свою жизнь он потратил на то, чтобы соблазнить человечество космосом, спровоцировать людей взяться за выполнение космических миссий. Главное детище Сагана — проект „Космос“ (телесериал и книга), в котором он описал 15 миллиардов лет космической эволюции, объяснил, как формируются галактики, при каких условиях может зародиться жизнь, как устроена Вселенная, почему она расширяется — и что станет с человечеством, если оно из соображений экономии начнет уклоняться от выполнения космических миссий (ничего хорошего).

Чуть-чуть меньше пафоса — и „Космос“, возможно, сохранил бы статус классической книги, — но имел бы в 2013 году чуть больше читателей».

Издательство «Амфора», 2015, Москва, пер. А.Сергеева

«Космос Эйнштейна» Митио Каку

Счастливый случай эквивалентности автора и персонажа: Каку — «Физика невозможного», «Будущее разума», «Параллельные миры» — рок-звезда американского научпопа, сочетающего глубину с занимательностью, а парадоксальность — с научными выкладками. «Космос Эйнштейна» разом биография одного гения и история физики XX века: и то и другое изложены так, что захочется вновь заглянуть в школьные конспекты — увы, явно не столь увлекательные.

Издательство «Альпина нон-фикшн», 2016, Москва, пер. Н.Лисовой

Купить «Литрес»

«Краткая история времени» Стивена Хокинга

Иван Сорокин: «За последние двадцать пять лет своеобразная фигура астрофизика Стивена Хокинга — гения в инвалидном кресле, разговаривающего при помощи синтезатора голоса, — стала олицетворением триумфа сознания над материей и несколько заслонила собой те работы, которые и сделали его своим человеком в мировой поп-культуре.

Тем не менее „Краткая история времени“ есть основополагающий научно-популярный труд. Автор при помощи комических иллюстраций, экскурсов в историю философии и фирменной английской иронии доступно разъясняет такие ключевые концепции современной космологии, как „Большой взрыв“, „рост энтропии“, „черная дыра“ и так далее. Для этого привлекаются анекдоты из жизни Бора, визуализация пространства как бублика, история о бабушке, считавшей, что мир стоит на бесконечном числе черепах, все подряд, кроме формул и уравнений; оно тут ровно одно — зато самое знаменитое».

Издательство «Амфора», 2017, Москва, пер. Н.Смородинской

«Марсианин» Энди Вейера

Лев Данилкин: «Один из лучших переводных — несмотря на „жанровое“ обременение — романов в этом году. Недалекое будущее. Очередная американская миссия на Марс терпит крушение; экипаж астронавтов в панике эвакуируется, оставляя одного из своих товарищей мертвым. На самом деле он жив; однако в ближайшие несколько лет вряд ли кто‑то об этом узнает. Несмотря на неизбежные в таком случае приключения в жанре „ты размахнешься по сосне, а трахнешь по ноге“, Робинзон оказывается рукастым и головастым — настолько, что скоро плоды его деятельности становятся очевидны уже не только ему; и уже через несколько глав роман, ранее выглядевший как дневник обреченного, переключается на вторую — далеко не самую высшую — передачу; и очень-очень хорошо „тянет“. Странно, что никому раньше не приходило в голову написать „Робинзона Крузо“ про Марс; зато ничего удивительного в том, что „Марсианина“ тут же, с колес, переформатировали в сценарий для Ридли Скотта».

Издательство «АСТ», 2015, Москва, пер. К.Егоровой

«Интерстеллар. Наука за кадром» Кипа Торна

Всемирная слава нагнала Торна с большим опозданием: научные идеи, положенные в основу нолановской картины, были предложены физиком еще за двадцать лет до выхода фильма. Зато сейчас перед первооткрывателем объекта Торна — Житков, профессором Калифорнийского технологического института и почетным доктором МГУ, открыты двери всех киностудий мира: глядишь, в скором будущем сайфай окончательно встанет на рельсы строгого знания.

Издательство «Манн, Иванов и Фербер», 2015, Москва, пер. С.Ломакина

Купить «Литрес»

«Путь к звездам. Из истории советской космонавтики» Анатолия Александрова

Лев Данилкин: «Автор „многие годы проработал в ракетной области“ и умудрился вместить в одну книгу сотни историй, имеющих отношение к советскому ракетному проекту на его ранней стадии — от подготовки запуска первого спутника до судьбы лунного проекта после смерти Королева. Книга ломится от любопытных фактов; единственный, пожалуй, очень странный момент — описание пресс-конференции 28 марта 1961 года, когда иностранные журналисты пытались узнать у вице-президента АН СССР Топчиева что‑нибудь о советской космической программе. Среди прочего автор транслирует якобы заданные иностранцами вопросы „Почему же исключены из списка кандидатов на космический полет летчики Карташов и Варламов?“ и „Что случилось 23 марта в Центре подготовки космонавтов с кандидатом Бондаренко?“. Разумеется, это могло бы заинтересовать американских корреспондентов — однако у американской прессы в марте 1961 никоим образом не могло быть ни этих сведений, ни тем более точных имен; еще очень-очень нескоро они узнают о том, что один из космонавтов первого отряда погиб в сурдокамере».

Издательство «Вече», 2011, Москва

«Разведка далеких планет» Владимира Сурдина

Самая известная книга главного отечественного астронома, принесшая автору премию «Просветитель» за 2012 год. Сурдин — не только блестящий ученый, но и прирожденный лектор, который умеет доступно и вместе с тем корректно, не спрямляя углов, объяснить самые сложные космические процессы — будь то история Солнечной системы, процесс образования звезд, эволюция галактик или проблемы освоения экзопланет. Интервью с выдающимся современником можно прочитать здесь.

Издательство «Физматлит», 2014, Москва

«Руководство астронавта по жизни на Земле. Чему научили меня 4000 часов на орбите» Криса Хэдфилда

Космонавты давно уже не поп-идолы, но подробности их тщательно организованного быта продолжают интересовать публику — а тут еще и проводник попался улыбчивый, доброжелательный и с гитарой наперевес. Полковник Хэдфилд намотал на орбите несколько тысяч часов, служил представителем НАСА в России, бывал на Байконуре и составил пересыпанный байками и упоительными деталями гид по тому, как устроена жизнь покорителя далеких миров на Земле и в космосе.

Издательство «Альпина нон-фикшн», 2015, Москва, пер. Д.Лазарева

Купить «Буквоед»

«Суперобъекты» Сергея Попова

Одно из немногих пока исследований самого модного направления современной астрофизики — нейтронных звезд, о которых даже ученые имеют довольно приблизительное представление. «Суперобъекты», написанные лектором «Постнауки» и колумнистом «Газеты.ру», — не попытка восполнить лакуну, но вполне компетентный — с привлечением результатов актуальных открытий — рассказ об особенностях строения и перспективах изучения этих сверхтяжелых объектов. Настроем для вдумчивого чтения можно зарядиться, перечитав разбор «Интерстеллара», который Попов сделал специально для «Афиши».

Издательство «Альпина нон-фикшн», 2016, Москва

«Юрий Гагарин. Колумб Вселенной» Валерия Хайрюзова

Лев Данилкин: «Солидная, сделанная на проверенных источниках, — действительно, без иронии, замечательная биография космонавта. Главное достоинство — фигура автора: он бывший летчик и поэтому может компетентно рассуждать о достоинствах Гагарина в качестве пилота (и не только Гагарина: к примеру, рассказывая о начальнике Гагарина генерале Н. Каманине, Хайрюзов приводит малоизвестную историю о том, как во время челюскинской эпопеи Каманин отобрал у своего подчиненного самолет — „чтобы устремиться навстречу славе“; „авиационное братство не простило Каманину поступка с Пивенштейном“). Очевидное достоинство книги — внятное описание контекста: идеологического, культурного, экономического. Помимо собственно биографии это еще и очерк истории ракетостроения и аэроклубов в СССР, системы профессионального образования».

Издательство «Вече», 2011, Москва

Топ-10 лучших российских книг-детективов в рейтинге Zuzako

*Обзор лучших по мнению редакции Zuzako.com. О критериях отбора. Данный материал носит субъективный характер, не является рекламой и не служит руководством к покупке. Перед покупкой необходима консультация со специалистом.

Литературные произведения в детективном жанре появились ещё в XVIII веке. Первопроходцами в нём были французские и английские авторы. Их герои прославились на несколько поколений: Эркюль Пуаро, Дюпен, Лекок, Шерлок Холмс – все они отлично знакомы поклонникам детективного жанра. Не менее успешными на этом поприще оказались и отечественные писатели. Сегодня на прилавках книжных магазинов можно найти множество детективов, написанных нашими соотечественниками. Причём многие из них обладают поистине увлекательным сюжетом и интригующей развязкой, предсказать которую практически невозможно. Именно такие произведения и стали участниками нашей подборки. Представляем вашему вниманию рейтинг лучших российских книг-детективов с захватывающим сюжетом.

Популярные российские авторы детективных книг

В России есть много талантливых авторов детективного жанра. А лучшее тому подтверждение – полки книжных магазинов, наполненные увлекательными детективами на любой вкус. Среди отечественных писателей особенно популярны:

  • Борис Акунин;
  • Юлия Шилова;
  • Татьяна Устинова;
  • Александра Маринина;
  • Дарья Донцова;
  • Аркадий Адамов;
  • Елена Михалкова;
  • Алексей Мальцев;
  • Игорь Лебедев;
  • Валерия Вербинина;
  • Елена Обухова;
  • Татьяна Гормаш-Роффе;
  • Анна и Сергей Литвиновы;
  • Марина Крамер.

В их «арсенале» вы найдёте самые разнообразные поджанры детективов: исторические, криминальные, психологические, мистические и многие другие.

Обзор топа самых интересных русских произведений детективного жанра

Детектив – один из лучших способов расслабиться и приятно провести время. Несмотря на всю свою запутанность и непредсказуемость, он совершенно не напрягает, поэтому читается легко и быстро, буквально на одном дыхании. А главное, среди детективов можно найти произведения на любой вкус: исторические, военные, психологические, иронические, приключенческие и даже женские. Не менее впечатляюще выглядит и список отечественных писателей детективного жанра. Среди них есть настоящие акулы пера, подтвердившие свою гениальность множеством искусных произведений. В доказательство тому предлагаем вашему вниманию топ-10 остросюжетных книг-детективов от российских авторов.

Известные классические произведения

Классический детектив – это всегда закрученный сюжет, выдержанная интрига и непредсказуемая развязка. Именно такие произведения и попали в наш список. Знакомьтесь: пятёрка самых интересных классических детективов, завоевавших огромную аудиторию поклонников.

1

Азазель

Борис Акунин

Именно этот детектив положил начало всему циклу, сразу покорив читателей своей замысловатостью и интригующим сюжетом.

Бессмертное чтиво от гениального автора. «Азазель» – один из самых известных романов Бориса Акунина из серии книг о сыщике Эрасте Фандорине. История разворачивается в XIX столетии, а написана она изысканным, слегка старомодным языком. Сюжет захватывает с первых страниц, делая процесс чтения практически незаметным.

Плюсы

  • Стиль написания
  • Захватывающий сюжет
  • Приятный герой
  • Исторические факты
  • Атмосфера

Минусы

  • Финал не скрыт от читателей

2

Турецкий гамбит

Борис Акунин

обзор

Рейтинг лучших современных книг о любви 18+ для любителей эротических романов

Увлекательное продолжение нашумевшего детектива. Как и первая книга, «Турецкий гамбит» получился очень интересным и интригующим. Продолжение истории об Эрасте Фандорине наполнено такой же приятной атмосферой, увлекательной сюжетной линией и неординарными героями. Описываемые события разворачиваются в период Русско-турецкой войны, поэтому в детективе очень много отсылок к боевым действиям и историческим фактам. Но сам рассказ от этого лишь выигрывает.

Плюсы

  • Твёрдый переплёт
  • Стиль написания
  • Много интересных фактов из истории
  • Запоминающиеся герои
  • Уникальная атмосфера
  • Читается на одном дыхании

Минусы

  • Несколько растянутых эпизодов
  • Сам Фандорин отведён на второстепенный план

3

Злым ветром

Аркадий Адамов

топ лучших

Рейтинг лучших зарубежных книг-детективов для настоящих ценителей жанра

Классика детективного жанра. Виталий Лосев, сотрудник УГРО, расследует серию убийств и гостиничных краж в Москве. Ему удалось выяснить, что преступная группировка занимается хищениями в пугающих масштабах, начиная строительными материалами и заканчивая женскими вещами. Идя по следу, инспектору удаётся раскрыть череду преступлений и выйти на главаря банды.

Здесь уже читателя ждёт динамичный сюжет, наполненный драками, аналитикой, погонями, слежками и не только. Не менее интересны и персонажи: у каждого из них свой характер, собственные проблемы и переживания. В общем, читается детектив очень легко и быстро.

Плюсы

  • Динамичные события
  • Читается на одном дыхании
  • Интересные герои
  • Закрученный сюжет
  • Твёрдый переплёт
  • Приятный слог

Минусы

  • Советская идеология
  • Отсутствие реальных проблем

4

Левиафан

Борис Акунин

По отзывам, от этого детектива просто невозможно оторваться: с первых строк он приковывает внимание и заставляет погрузиться в атмосферу загадок и расследований.

Приключенческий детектив для приятного времяпровождения. Насыщенный, загадочный, интригующий – всё это как нельзя лучше описывает творение Бориса Акунина. Третья книга о гениальном сыщике Эрасте Фандорине превзошла самые смелые ожидания читателей, порадовав публику острым сюжетом, интересными героями и запутанным финалом.

Плюсы

  • Много юмора
  • Расслабляющая атмосфера
  • Знакомые герои
  • Хорошо написан
  • Сюжетная линия
  • Качество печати

Минусы

  • Герой слишком везучий
  • Финал довольно предсказуемый

5

Явка с повинной

Николай Леонов

обзор

От виртуоза детективного слова: рейтинг лучших книг Джеймса Хедли Чейза

Остросюжетный детектив «Явка с повинной» – один из самых популярных романов прошлого столетия. На ипподроме совершается убийство. После окончания заездов труп одного из наездников обнаруживается возле стойла лошади. Умер он вследствие удара в висок твёрдым острым предметом. А расследование по делу поручается лейтенанту Льву Гурову, для которого оно становится первым в карьере.

Плюсы

  • Легко читается
  • Качественная печать
  • Интересный замысел
  • Приятные герои

Минусы

  • Предсказуемый финал
  • Идеализм работы внутренних органов
  • Некоторые главы затянуты

Хорошая современная литература

Сейчас в России есть много хороших писателей, предпочитающих именно детективный жанр. А лучшее тому доказательство – огромное количество литературы в книжных магазинах. На полках можно встретить книги на любой вкус, начиная от сложных психологических триллеров и заканчивая простенькими бульварными детективами. Лучшие из них и стали участниками нашего обзора.

1

Олигарх с Большой Медведицы

Татьяна Устинова

Плюсы

  • Сюжет затягивает
  • Расслабляющая атмосфера
  • Две детективные линии
  • Характеры героев
  • Очень легко читается

Минусы

  • Мелкая недостоверность событий

2

Нет кузнечика в траве

Елена Михалкова

совет эксперта

Рейтинг 12 лучших книг для поднятия самооценки в 2020 году

Бестселлер от известной русской писательницы. Произведение Елены Михалковой – это не просто классический детектив, а оригинальное сочетание социальной драмы и приключений. Сам рассказ разделён на два эпизода: настоящая и прошлая жизнь главной героини, Ольги Белкиной. Семейная пара отправляется на отдых в жаркую Грецию, но однажды утром Оля внезапно исчезает в одной пижаме, без обуви. Супруг нанимает частных сыщиков, которые должны отыскать пропавшую жену.

Плюсы

  • Легко читать
  • Приятный стиль написания
  • Психология героев
  • Закрученный сюжет
  • Выдержана интрига

Минусы

  • Немного мрачно
  • Слишком надуманный финал

3

Дом безликих теней

Елена Обухова и Наталья Тимошенко

топ лучших

Чтение вызывает привыкание: рейтинг лучших книг бестселлеров в 2020 году, по мнению читателей

Лихо закрученный сюжет с элементами мистики. События детектива разворачиваются в миниатюрном городке, жители которого прекрасно знают друг друга. Войтех и его товарищи оказываются именно здесь неслучайно, ведь им предстоит выяснить, что конкретно пугает горожан: потусторонняя сущность, эксперимент спецслужб или просто плод чьей-то фантазии. Чтение детектива затягивает с первых страниц: сразу становится очевидно, что одно и то же не могло привидеться разным людям, которые абсолютно не верят в существование потусторонних сил.

Плюсы

  • Читается на одном дыхании
  • Интересная необычная задумка
  • Примечательные герои
  • Интрига, выдержанная до финала
  • Непредсказуемая развязка

Минусы

  • Местами слишком запутанный сюжет
  • Качество издания

4

Песня мёртвых птиц

Вячеслав Прах

В произведении много юмора и сарказма.

Фантастическая книга с уникальным сюжетом. События детектива разворачиваются на территории психиатрической лечебницы. Однажды покой, царящий в её коридорах, внезапно прерывается смертью молодого парня Эриха Бэль. По мнению правоохранительных органов, мужчина сам покончил с собой, но у его лечащего врача совсем другие мысли на этот счёт. Да и главврач выявляет множество нестыковок: другой почерк в предсмертной записке, запертое изнутри окно и другие детали не дают подтвердить суицид. Полиция отказывается вести расследование, и за него берётся сам главврач, который в процессе обнаруживает ещё ряд странностей.

Плюсы

  • Много юмора и сарказма
  • Интрига
  • Очень интересный замысел
  • Легко читается
  • Качественное издание
  • Неординарные события и герои

Минусы

  • Запутанная концовка
  • Остаётся чувство незавершенности

5

Тайна речного тумана

Алексей Мальцев

топ лучших

Перерождаемся, культивируем и завоёвываем миры: рейтинг лучших визуальных лайт-новелл в 2020 году

Эмоциональный триллер с неожиданным финалом. Встреча выпускников медакадемии на круизном лайнере сулит приятное времяпровождение с кучей незабываемых эмоций. Но идеальная картина рушится в одно мгновение: вместо радостных событий вспоминаются старые обиды, отвергнутые чувства и предательства, что приводит к жестокому убийству. Но очень скоро становится понятно, что пострадавший не имеет никакого отношения к любовным романам, а значит, мотивы преступления остаются в тайне. За их поиск берётся хирург Петр Фролов, обладающий безупречным чутьём и прозорливостью.

Плюсы

  • Интересный сюжет
  • Стиль написания
  • Притягательный главный герой
  • Уникальность

Минусы

  • Не самое лучшее качество издания
  • Много медицинских терминов
  • Поступки героев не всегда логичны

Какие новые детективы стоит прочитать, по мнению редакции Zuzako

Среди современных книг есть множество хороших детективов, читающихся на одном дыхании. А лучшим тому подтверждением послужит отобранная нами пятёрка новых произведений, успевших стать настоящими бестселлерами.

  1. Восемь бусин на тонкой ниточке. В коттедже зажиточной вдовы собралась очень неординарная публика. Каждый присутствующий жаждет заполучить состояние лишившейся рассудка старухи. Семь человек сольются в поединке за огромное наследство. Один из них выдаёт себя за другого, второй всеми силами пытается сбежать, но не может, а третий замышляет жестокое убийство. Очутившаяся в змеином логове Маша Успенская пытается вычислить главного злодея до того, как тот успеет нанести удар.
  2. Несвятое семейство. Казалось бы, корреспондент Полуянов привык к самым неистовым поворотам судьбы, но ссора с главным редактором, чреватая увольнением, просто сбивает его с ног. Подруга предлагает Диме передохнуть и отправиться в солнечную Италию на трендовую экоферму. И здесь она, непривыкшая к мужскому вниманию, оказывается объектом интереса настоящего мачо – актёра Романа Черепанова. Причём роман не ограничился курортом, а продолжился и в Москве, где статный красавец продолжил свои ухаживания. Именно здесь обольщённая девушка получила очень интересное и перспективное предложение: вложить средства в театральный туризм – бизнес, принадлежащий Роману. И Надежда уже была готова распрощаться с кругленькой суммой, как вдруг вышла статья, заставившая её внести номер актёра в чёрный список. А вскоре столица и вовсе содрогнулась от неожиданной кончины Черепанова.
  3. Моё жестокое счастье. Алёна вынуждена сбежать из дома, когда отчим начинает домогаться её. От отчаяния и безысходности девушка решает выйти замуж, но семейная жизнь не становится для неё спасением, а превращает её жизнь в ад. Изнеженный Вадим не работает и частенько запивает свои неудачи алкоголем, а свекровь отнимает все деньги и во всём обвиняет новоиспечённую невестку. Запуганная скандалами и побоями, Алёна круглосуточно пропадает в клинике. И в один из таких дней она знакомится с авторитетным бизнесменом – Григорием Грачевым, влюбляясь в него с первого взгляда. Правда, за женское счастье ей придётся заплатить с лихвой.
  4. Безупречная репутация. Книга Марины Александровой о приключениях Насти Каменской, которая к 34 эпизоду успела уволиться из органов и устроиться в частное агентство своего приятеля Стасова. Правда, расследовать здесь ей приходится совсем уж мелкие дела: супружеские измены, финансовые аферы и экономические махинации, что самой Насте кажется малоинтересным и скучным. И когда начинающий сотрудник проваливает запутанное дело, Каменская с огромным удовольствием кидается в омут настоящего расследования.
  5. Камея из Ватикана. Здесь Татьяна Устинова рассказывает о событиях, развернувшихся в период мировой пандемии. Погибая от массовых ограничений и замкнутого пространства собственной квартиры, Тоня вместе с сыном переехала в дом покойных родителей. Остальные дети остались в Москве, чтобы посещать занятия в дистанционном режиме. А вот в Дождёве, куда перебралась Тоня, интернета практически не было, что мешало Родиону самостоятельно заниматься. Но его это и не сильно беспокоило, ведь проводить целые дни на ручье, рисуя картины, куда интереснее, чем выполнять домашние задания. Жизнь семьи в загородном доме протекала очень умиротворенно и обыденно до тех пор, пока не погибла их соседка, ведущая аскетичный образ жизни. У местной полиции не было никаких причин подозревать убийство, но у Тони зародились кое-какие сомнения, подтолкнувшие её к запутанному расследованию.

И всё это – лишь малая часть современных детективов, написанных российскими авторами.

Поделитесь с друзьями в социальных сетях

Справочная статья, основанная на экспертном мнении автора.

Оцените публикацию Загрузка…

Юмористическое фэнтези: 10 лучших книг | GameHata

Предлагаем вашему вниманию 10 великолепных книг фэнтези, сюжет которых не только погружает в удивительные миры с запоминающимися персонажами, местами и событиями, но и содержит в себе множество смешных и забавных моментов.

Практические все произведения литературы, приведенные в списке, вы можете найти на сайте ЛитРес, предлагающем библиотеку из почти 1 000 000 электронных книг и аудиокниг (включая бесплатные книги), которые можно скачать во всех популярных форматах: FB2, EPUB, RTF, MOBI, PDF и прочие.

1. Клиффорд Саймак «Заповедник гоблинов»

Легкий и местами очень смешной роман от мэтра научной фантастики Клиффорда Саймака, написанный им еще в 1968. «Заповедник для гоблинов» получил множество престижных литературных премий и входит в золотой фонд так называемой гуманитарной фантастики. В центре сюжета – прибытие профессора одного земного университета на загадочную планету, населенную различными волшебными существами.

Скачать книгу

2. Роберт Шекли, Роджер Желязны цикл «История рыжего демона»

Книжная трилогия, созданная Робертом Шекли и Роджером Желязны, которую можно назвать эталоном юмористического фэнтези. «История рыжего демона» — насыщенная и непредсказуемая история, которая с самого своего начала настраивает читателя на несерьезный лад и готовит ко множеству незабываемых приключений.

Скачать книги Роберта Шекли Скачать книги Роджера Желязны

3. Терри Пратчетт цикл «Плоский мир»

Культовый цикл от всемирно известного мастера фэнтези, состоящий из более чем сорока книг! Именно Терри Пратчетта многие считают главным представителем ироничного фэнтези. Причем книги данного цикла очень различаются между собой в плане стилистики (от откровенного стеба и пародий до злой иронии, сарказма и высмеивания различных пороков современного общества), целевой аудитории (взрослый читатель, подростки, дети) и некоторых других особенностей.

Скачать книги

4. Роберт Асприн цикл «МИФы»

Еще один выдающийся писатель фантаст с отличным чувством юмора. Его знаменитый «МИФический цикл» входит в золотой фонд мирового фэнтези и описывает приключения Великого Скива и его товарищей, регулярно попадающих во всякие забавные переделки.

Скачать книги

5. Мартин Миллар цикл «Фракс»

Мартин Миллар – один из самых популярных современных писателей, скачать книги которого можно на любом крупном портале электронных книг (или читать онлайн). Именно он подарил миру сагу о приключениях Фракса, сочетающую классические элементы фэнтези детектива с легким юмором. Отличный выбор для тех, кто хочет расслабиться и посмеяться.

6. Кристофер Мур цикл «Хвойная Бухта»

«Хвойная Бухта» — цикл городского фэнтези про вампиров и прочую нечисть. Причем книги эти отличаются весьма специфическим юмором и рассчитаны исключительно на взрослых читателей.

7. Андрей Белянин циклы «Меч без имени», «Тайный сыск царя Гороха» и «Граничары»

Один из самых известных российских писателей, знакомый каждому любителю юмористического фэнтези. Его книги очень легкие, веселые, местами абсурдные, но при этом все равно невероятно интересные. Помимо всего прочего это еще и один из самых плодотворных отечественных писателей. По этой причине мы решили не ограничиваться каким-либо одним циклом или книгой, а включили сразу три лучших (по нашему мнению) его серии.

Скачать книги

8. Глен Кук «Приключения Гаррета»

Глен Кук большинству читателей известен как один из основателей темного фэнтези, представленного в его творчестве нетленным циклом «Черный отряд». Однако в списке выдающихся творений Кука значится и очень неплохой цикл фэнтезийных детективов о приключениях сыщика Гаррета, сочетающих классический нуар с искрометным юмором.

Скачать книги

9.

Михаил Успенский цикл «Там, где нас нет»

Михаил Успенский также относится к числу выдающихся отечественных писателей, работающих в жанре фэнтези. Его работы – это не только интригующие сюжеты и запоминающиеся персонажи, но также всевозможные отсылки к народному фольклору и некоторым современным явлениям, перемежающиеся смешными и трогательными эпизодами.

Скачать книги

10. Владимир Ильин «Шериф»

Владимир Ильин – успешный современный писатель, работающий в жанре гуманитарной фантастики. Одна из наиболее успешных его работ – книга «Шериф», которую можно отнести к довольно востребованному среди любителей фэнтези жанру ЛитРПГ, со свойственной ему легкостью и юмором. Причем во многих местах улавливается самоирония и стеб над ЛитRPG с его многочисленными штампами и клише.

Скачать книгу

Что читать в отпуске: советы российских писателей

Алексей Иванов

В летний отпуск я посоветую взять книгу Дэна Симмонса «Террор» (М. : Эксмо, 2015). Это история о том, как в середине XIX века на английские исследовательские корабли, затертые в Арктике льдами, напало неведомое чудовище. Во-первых, роман сделан отлично, и читатель узнает много нового об экспедиции сэра Джона Франклина. Во-вторых, это обстоятельное и подробное повествование, которое приятно читать не спеша, когда есть куча свободного времени. Ну, и в третьих, в летнюю жару для контраста хорош будет ледяной полярный душ.

В дорогу на ближайшее время я выбрал роман Джоша Бейзела «Дикая тварь» (М.: Corpus, 2017). Даже не знаю, почему. В магазине открыл книгу посередке, прочел немного — и понял, что со мной разговаривает настоящий писатель. К тому же этот роман — мировой бестселлер 2009 года, и его рекомендуют профессиональные западные критики, которые, в отличие от наших, не глотают по десять книг за неделю в свободное от основной работы время и дорожат своим авторитетом.

Михаил Гиголашвили

Я бы посоветовал две книги моих земляков, замечательных режиссеров Георгия Данелии («Чито-грито» М. : Эксмо, 2013) и Ираклия Квирикадзе («Мальчик, идущий за дикой уткой» М.: Редакция Елены Шубиной, 2016). Эти книги полны очарования, они легки в чтении, глубоки по содержанию. У меня они вызвали ностальгию по старым временам, по Тбилиси поры моей юности, по всем этим людям, словно вышедшим из картин Феллини. В книге Данелии — забавнейшие эпизоды съемок разных лет, в книге Квирикадзе — новеллы маркесовского типа, но в грузинской огласовке и аранжировке.

В дорогу я возьму перечитать роман Анатолия Королева «Быть Босхом» (М.: Гелеос, 2003). Он в свое время произвел на меня сильное впечатление. К тому же я недавно побывал в Нидерландах, в родном гнезде Иеронима Босха (голландцы зовут его Ерун Бос) — городке Хертогенбос, ходил по тем же местам, где витает душа Босха, по местам, которые так убедительно описаны в книге Королева.

Владислав Отрошенко

Драго Янчар «Этой ночью я ее видел» (М. : Центр книги Рудомино, 2013. Перевод со словенского Татьяны Жаровой).

© пресс-служба Центр книги Рудомино

С этой книгой у меня такая история. Мне ее посоветовал прочитать, а потом и подарил в Любляне словенский русист Борут Крашевиц. Обещал — зацепит. Не обманул. Драго Янчар, родившийся через три года после окончания Второй мировой войны, написал книгу как будто бы об этой самой войне. Но в действительности мы имеем дело с пронзительной, горькой, нежной, зловещей и очищающей историей, которая вращается вокруг трагической гибели главной героини — эксцентричной жены люблянского богача и аристократа Вероники Зарник. Янчар не размывает и не уничтожает такие понятия как «враг — друг», «предательство — верность», «победитель — побежденный», «виновный — невиновный». Нет, эти понятия меркнут сами собой в мощных лучах, которые озаряют мир, показанный Янчаром. Имя этим лучам — любовь, жизнь, смерть. История рассказывается пятью персонажами с разных ракурсов, с разных моральных, социальных, политических и этических позиций. Позволяя каждому из пяти голосов звучать свободно и своеобразно, Янчар не то чтобы переключает регистры — он меняет инструменты, не прерывая общую мелодию повествования, которая гипнотически затягивает тебя в жизнь героев. И делает он это так мастерски, что следить за его мастерством перестаешь. Он добивается той цели, которую, может быть, и не ставил — приходит ощущение, что слышишь потусторонние голоса. Они находятся по ту сторону добра, зла, самого мира и невозмутимо, как будто земная жизнь уже позади, дают показания небесам.

Марио Варгас Льоса «Скромный герой» (М:. Издательство «Иностранка», 2016. Перевод с испанского Кирилла Корконосенко).

© пресс-служба Издательство «Иностранка»

Льоса — матерый писателище. И не только потому, что в возрасте патриарха (ему перевалило за 80) не теряет свежести, точности и художественной силы пера подобно другому патриарху — русскому, писавшему украдкой и с молодым азартом «Хаджи-Мурата» на восьмом десятке. Но и потому что Льоса, несмотря на чехарду мод и веяний, терзающих мировую литературу, остается верен себе, своему искусству. А это дорогого стоит. В книге два параллельных сюжета. В одном «скромный герой» Фелисито Янаке вступает в войну с таинственными шантажистами, желающими взять дань с его небогатого бизнеса, в другом — «скромный герой» Исмаэль Каррера (у него бизнес покруче) бьется насмерть с оболтусами сыновьями, корыстно грезящими о его смерти. Эта параллельность, эта синхронность развития двух сюжетов завораживает, как движение пары, виртуозно танцующей танго. Но главное — не в этом. В новопереведенном романе Льосы (на испанском книга вышла в 2013 году) душа находит все то, чем с университетских времен радовала и продолжает радовать латиноамериканская литература — юмор, сарказм, любовь, колдовство, человечность, чувство и чувствование жизни.

А сам я текущим летом собираюсь прямо-таки запоем, чтобы успеть к сентябрю, когда соберемся с членами жюри премии «Ясная Поляна» для обмена мнениями, читать книги номинации «Современная русская проза». И, конечно, читать не только по долгу службы, но и по зову сердца. Очень хочется знать, каковы эти вещи: «Муравьиный царь» Сухбата Афлатуни, «Колокольников — Подколокольный» Ксении Драгунской, «Тайный год» Михаила Гиголашвили, «Железный пар» Павла Крусанова, «Песнь тунгуса» Олега Ермакова, «Иван Ауслендер» Германа Садулаева, «Патриот» Андрея Рубанова и вообще все 30 книг, которые вошли в премиальный лонг-лист.

Игорь Малышев

Мой выбор кому-то, наверное, покажется странным, но для себя в качестве отпускного чтения я выбрал сборник произведений «Серапионовых братьев» (литературное сообщество, объединявшее поэтов и прозаиков, творивших в 20-е годы в послереволюционной России), который называется «1921», по году предполагаемого издания книги. Она должна была выйти в финском издании со вступительным словом Максима Горького, но сначала гранки удивительным образом потерялись, а потом не менее удивительным образом нашлись в XXl веке, и в итоге, книга была издана в 2013 году издательством «Лимбус — Пресс». Под одной обложкой собраны Михаил Зощенко, Лев Лунц, Вячеслав Иванов и многие другие авторы. Некоторые произведения опубликованы впервые. Настоящий подарок ценителям литературы того периода. Рекомендую.

И вторую книгу, которую я мог бы посоветовать уже гораздо более широкому кругу читателей, — это «Жажда» Ю Несбё (СПб.: Азбука-Аттикус, 2017). Лет семь-восемь назад я открыл для себя жанр скандинавского детектива, и Несбё едва ли не лучший представитель этой когорты. У его книг всегда плотно закрученный сюжет, концовки малопредсказуемы, психологические портреты достоверны, ну и, конечно же, фирменный скандинавский налет нуара. Отличное пляжное чтиво.

Гузель Яхина

Книга для отпускного чтения нужна особенная: в меру серьезная, в меру смешная, в меру захватывающая. Да желательно еще и такая, которую легко будет читать небольшими порциями: в самолете, на пляже, в отеле. По-моему, отличный вариант для чтения на отдыхе — сборники «Москва: место встречи» и «В Питере жить». Оба вышли в «Редакции Елены Шубиной», причем последний — только появился на книжных полках. «Москва: место встречи» — это тридцать два эссе о городе, тридцать два разных взгляда, тридцать две личные истории: Дмитрия Быкова, Людмилы Улицкой, Татьяны Толстой, Юрия Арабова, Андрея Макаревича… В питерском сборнике — тексты Евгения Водолазкина, Бориса Гребенщикова, Михаила Шемякина, Александра Городницкого…

Себе я приготовила для предстоящего отпуска «Манарагу» Владимира Сорокина (М.: Corpus, 2017) — скачала на планшет. Антиутопия об отношениях человечества с литературой, «веселая и приключенческая книга» (по словам самого автора) — чем не отпускное чтение? Возможно, стоило все же заехать в книжный — купить бумажную версию и прочитать роман о конце бумажной книги, листая настоящие страницы.

Роман Сенчин

Говорят, что если уж читать летом, то легкие, светлые, летние книги. Поэтому сразу предупреждаю: мой выбор не совсем летний. Хотя… Хорошая литература хороша всегда. А три книги, о которых я хочу коротко рассказать, по моему мнению, из этого разряда.

Андрей Рубанов, «Патриот» (М.: Редакция Елены Шубиной, 2017).

© пресс-служба Редакция Елены Шубиной

Эта книга продолжает серию романов известного прозаика и сценариста о современной российской действительности, об относительно молодых мужчинах, которые стремятся построить бизнес, при этом, не побоюсь этой фразы, принести пользу стране. Но так как бизнес и криминал у нас до сих пор чуть ли не синонимы, то романы Рубанова отдают криминальщиной. С этим ничего не поделаешь — каково время, таковы и книги.

Герой «Патриота» Знаев — действительно патриот. Но запутавшийся, обессилевший, сознающий, что никакой пользы он не принесет, что он, наоборот, становится почти врагом для государства и общества. Выход Знаев видит в участии в войне на Донбассе (вспомним тургеневского Рудина), но вместо Донбасса убегает в Америку, где исчезает. То ли гибнет, то ли затаивается…

Андрей Тимофеев, «Навстречу» (М.: Редакционно-издательский дом «Российский писатель», 2016)

© пресс-служба Редакционно-издательский дом «Российский писатель»

Этот сборник повестей, рассказов и статей о литературе демонстрирует, что у нас появился новый талантливый и смелый автор. Андрей Тимофеев берется за очень сложные и тонкие темы, показывает типы нашей нынешней жизни, открывает нам интересные характеры. Это настоящая православная проза. Не та, которой сегодня переполнены полки книжных магазинов и церковные лавочки, а другая… В традиции Достоевского, Лескова, Чехова, Льва Толстого (пусть православная церковь и считает его отпавшим). Не буду расписывать достоинства прозы Тимофеева. Прочтите «Медь звенящую», «Свадьбу», «У моря», «В теплых лучах». Настоящее.

Алексей Шепелев, «Мир-село и его обитатели» (М.: Эксмо, 2017)

© пресс-служба эксмо

Невеселая книга. При этом яркая, остроумная, точная, честная… Говорят, деревенская проза кончилась. Нет, она есть, так как продолжает жить (кое-как) русская деревня. «Мир-село и его обитатели» — новая деревенская проза. Без идеализации, но и без очернения. Вроде бы и люди, и дома, и земля дышат на ладан, но так же было и сто пятьдесят лет назад, и дыхание не прерывается. Будем надеяться, что не прервется.

Сам я собираюсь читать летом книги из длинного списка премии «Большая книга». Какие-то уже прочитал, какие-то наметил в первую очередь. Из намеченных — «Город Брежнев» Шамиля Идиатуллина, «Железный пар» Павла Крусанова, «Посмотри на него» Анны Старобинец, «Песнь Тунгуса» Олега Ермакова.

Михаил Тарковский

Я бы посоветовал взять в отпуск книгу Виктора Петровича Астафьева «Последний поклон» (М.: Эксмо, 2006). Она поможет вернуть верное ощущение действительности и послужит нравственным эталоном, способным защитить русского человека от духовной интервенции. Светлого чтения! Также очень душеполезны сочинения архимандрита Рафаила Карелина. Еще советую обратить внимание на произведения молодого писателя из Сибири Андрея Антипина.

А в дорогу (будете смеяться) беру одну книгу «За рулем японского автомобиля» Сергея Корниенко ( М.: ИД Третий Рим, 2005). Остальное там читать некогда.

Сергей Шаргунов

Могу посоветовать первый из четырех «Неаполитанских романов» Элены Ферранте — «Моя гениальная подруга» (М.: Синдбад, 2016) о непростом взрослении двух одноклассниц. Мне кажется, эта милая житейская книга о женской судьбе хороша для неспешного летнего чтения. Но, чтобы не расслабляться, советую и драматичную книгу-поэму «Шахтерская дочь» молодой авангардной поэтессы из Донецка Анны Ревякиной — о неприкаянной девочке, оказавшейся наедине с войной. Поэму можно прочесть на сайте премии «Лицей».

Я же собираюсь этим летом многое перечитать. Например, «Тихий Дон» Шолохова.

Евгений Чижов

Поскольку среди отечественных авторов наметился явный тренд на производство толстых, от 600 страниц и больше, романов, поддержанный главными литпремиями, я хотел бы обратить внимание читателей на другой, менее заметный жанр — короткого рассказа — и рекомендовать на лето сборник, пожалуй, самого причудливого из известных мне сегодняшних писателей Дениса Осокина «Небесные жены луговых мари» (М.: Эксмо, 2013). Рассказы Осокина, которые он сам объединяет в книги, будто бы выходившие в разные годы в провинциальных издательствах, необычны: мистичны, лиричны, эротичны, этнографичны, в общем, удивительны и ни на что не похожи.

Другой сборник малой прозы — «Долгожители» Владимира Маканина (М.: Эксмо, 2017) — включает старые тексты мастера, но книга издана недавно. В нее вошли такие, на мой вкус, бесспорные шедевры, как «Ключарев и Алимушкин», «Антилидер», «Гражданин убегающий». Эта, на первый взгляд, жесткая реалистическая проза при погружении в нее оказывается блистательно парадоксальной и неожиданной.

Если же непременно хочется взять с собой в отпуск роман, я могу посоветовать «Навеки Элис» Лайзы Дженова (М.: Эксмо, 2013). Книга была выпущена в умилительной обложке с цветами и бабочками в серии «Уютное чтение». Между тем это одна из самых неуютных, тревожных и выбивающих из колеи книг, какие мне когда-либо приходилось читать. Но если вы все же решитесь ее прочесть, возможно, вы гораздо глубже, острее и счастливее почувствуете каждый, даже самый пасмурный и дождливый день предстоящего лета.

Что до меня, то я собираюсь взять с собой в отпуск несколько книг. Во-первых, написанную Алексеем Варламовым биографию Шукшина (М.: Молодая Гвардия, 2015) — лучшего русского рассказчика второй половины XX века и в целом, мне кажется, одной из ключевых фигур русской культуры. Его внешняя простота интригует меня не меньше, чем сложность иных корифеев, вроде Достоевского, с которым у Шукшина больше общего, чем может показаться на поверхностный взгляд.

Во-вторых, последний и единственный не прочитанный мной сборник рассказов Асара Эппеля «Латунная Луна» (М.: Астрель, 2010). Стиль Эппеля противоположен лапидарному стилю Шукшина, язык его рассказов густ, красочен, иногда избыточен, но одушевляющая их сила ностальгии действует на меня неодолимо.

Рассказы прочитываются быстро, поэтому про запас я еще возьму с собой давно дожидающиеся своей очереди «Дневники странной войны» Сартра (Спб.: Изд. Владимир Даль, 2002). Сартр, может быть, и не самый глубокий мыслитель XX века, но почти наверняка лучший писатель среди философов и лучший философ среди писателей. Я вообще люблю читать дневники, тем более мне интересны написанные в кризисное время, не предназначавшиеся для публикации дневники философа, в которых он с предельной честностью обращает свою мысль на самого себя. Изданные во Франции частично в 1983-м, а полностью в 1995 году, они стали сенсацией и вызвали новую волну интереса к Сартру.

Елена Катишонок

Куда бы вы ни собрались в отпуск, вам понадобится толковый путеводитель. Только не глянцевая брошюра с яркими снимками и заманчивыми рекламами, а «Путеводитель по оркестру и его задворкам» (М.: АСТ, 2015). Составил его писатель Владимир Зисман, сам изрядно пострадавший на музыкальном поприще. Эта книга отлично подойдет и тем читателям, чье детство было омрачено стуком метронома и хроматическими гаммами, и тем, кто путает мадригал с гамадрилом, а камерную музыку считает тюремной самодеятельностью. «Путеводитель по оркестру…» сделает ваш отпуск праздником. Это книга об оркестре, о музыке, друзьях и о себе. Она веселая без ерничанья; легкая, но не легковесная, умная, но без глубокомысленного мудрствования. Автор обладает редким даром рассказать о сложном так, что читателю гарантированы колики от смеха. Последняя фраза: «Автор настоятельно просит читателя не верить ни единому его слову» заставила меня вернуться к началу и перечитать, что я и сделала в отпуске с огромным удовольствием. Приятного отдыха!

Литературная премия «Ясная Поляна» — ежегодная общероссийская литературная премия, учрежденная в 2003 году Музеем-усадьбой Л.Н. Толстого «Ясная Поляна» и компанией Samsung Electronics. Присуждается писателям, чьи произведения несут гуманистические и нравственные идеалы русской классической литературы. В 2017 году премии исполнилось 15 лет, и в честь юбилейного сезона ее структура была изменена. В этом году жюри выбирает лучшие художественные произведения в двух категориях: «Современная русская проза» и «Иностранная литература», а также лауреата в новой номинации «Событие». Приз в номинации «Иностранная литература» будет вручаться в третий раз, лауреатами прошлых лет стали Рут Озеки и Орхан Памук. 

от классики до современности Все авторы и произведения

Русские писатели и поэты, чьи произведения считаются классикой, на сегодняшний день имеют мировую известность. Произведения этих авторов читают не только на их родине — России, но и во всем мире.

Великие русские писатели и поэты

Известный факт, который доказан историками и литературоведами: лучшие произведения русской классики были написаны в период Золотого и Серебряного веков.

Фамилии русских писателей и поэтов, которые вошли в число мировой классики, известны каждому. Их творчество навсегда осталось в мировой истории, как немаловажный элемент.

Творчество русских поэтов и писателей «Золотого века» является рассветом в русской литературе. Множество поэтов и прозаиков развивали новые направления, которые в последующем стали все чаще использоваться в будущем. Русские писатели и поэты, список которых можно назвать бесконечным, писали о природе и любви, о светлом и непоколебимом, о свободе и выборе. В литературе Золотого, как и позже Серебряного века, отражаются отношения не только писателей к историческим событиям, но и всего народа в целом.

И сегодня, глядя сквозь толщу веков на портреты русских писателей и поэтов, каждый прогрессивный читатель понимает, насколько яркими и пророческими были их произведения, написанные не один десяток лет назад.

Литература подразделяется на множество тематик, которые ложились в основу произведений. Говорили русские писатели и поэты о войне, о любви, о мире, открываясь полностью перед каждым читателем.

«Золотой век» в литературе

«Золотой век» в русской литературе начинается в девятнадцатом веке. Главным представителем этого периода в литературе, а конкретно — в поэзии, стал Александр Сергеевич Пушкин, благодаря которому свое особое очарование приобрела не только русская литература, но и вся русская культура в целом. Творчество Пушкина содержит в себе не только поэтические произведения, но прозаические повести.

Поэзия «Золотого века»: Василий Жуковский

Начало этому времени положил Василий Жуковский, который стал для Пушкина учителем. Жуковский открыл для русской литературы такое направление, как романтизм. Развивая это направление, Жуковский писал оды, получавшие широкую известность своими романтическими образами, метафорами и олицетворениями, легкость которых не было в направлениях, использовавших в русской литературе прошлых лет.

Михаил Лермонтов

Еще одним великим писателем и поэтом для «Золотого века» русской литературы стал Михаил Юрьевич Лермонтов. Его прозаическое произведение «Герой нашего времени» получило в свое время огромную известность, потому как описывало российское общество таким, каким оно было в тот период времени, о котором пишет Михаил Юрьевич. Но еще больше полюбились всем читателям стихотворения Лермонтова: грустные и печальные строки, мрачные и порой жуткие образы — все это удавалось поэту написать настолько чутко, что каждый читатель и по сей день способен прочувствовать то, что волновало Михаила Юрьевича.

Проза «Золотого века»

Русские писатели и поэты всегда отличались не только своей необыкновенной поэзией, но и прозой.

Лев Толстой

Одним из самых значительных писателей «Золотого века» стал Лев Николаевич Толстой. Его великий роман-эпопея «Война и мир» стал известен на весь мир и входит не только в списки русской классики, но и мировой. Описывая жизнь российского светского общества во времена Отечественной войны 1812-ого года, Толстой сумел показать все тонкости и черты поведения петербуржского общества, которое долгое время с начала войны будто не участвовало во всероссийской трагедии и борьбе.

Еще одним романом Толстого, который и сегодня читают и за рубежом, и на родине писателя, стало произведение «Анна Каренина». История о женщине, всем сердцем полюбившей мужчину и прошедшей ради любви небывалые трудности, а вскоре и потерпевшей предательство, полюбилась всему миру. Трогательная повесть о любви, которая порой способна сводить с ума. Печальный конец стал для романа уникальной особенностью — это было одно из первых произведений, в котором лирический герой не просто умирает, а преднамеренно прерывает свою жизнь.

Федор Достоевский

Кроме Льва Толстого, также значительным писателем стал Федор Михайлович Достоевский. Его книга «Преступление и наказание» — стало не просто «Библией» высоконравственного человека, обладающего совестью, но и своеобразным «учителем» для того, кому предстоит сделать сложный выбор, заранее предусмотрев все исходы событий. Лирический герой произведения не просто принял неверное решение, которое его погубило, он взял на себя множество мучений, которые не давали ему покоя ни днем, ни ночью.

В творчестве Достоевского также присутствует произведение «Униженные и оскорбленные», которое с точностью отражает всю сущность человеческой натуры. Несмотря на то, что прошло много времени с момента написания, те проблемы человечества, который описал Федор Михайлович, и на сегодняшний день являются актуальными. Главный герой, видя все ничтожество человеческой «душонки», начинает чувствовать отвращение к людям, ко всему, чем гордятся люди богатых слоев, имеющие огромное значение для общества.

Иван Тургенев

Еще одним великим писателем русской литературы стал Иван Тургенев. Писавший не только о любви, он затрагивал важнейшие проблемы окружающего мира. Его роман «Отцы и дети» четко описывают отношения между детьми и родителями, которые остаются точно такими же и сегодня. Недопонимание между старшим поколением и молодым является извечной проблемой семейных отношений.

Русские писатели и поэты: Серебряный век литературы

Серебряным веком в русской литературе принято считать начало двадцатого века. Именно поэты и писатели Серебряного века приобретают особую любовь со стороны читателей. Возможно, такое явление вызвано тем, что время жизни писателей более приближено к нашему времени, в то время как русские писатели и поэты «Золотого века» писали свои произведения, живя совсем по другим моральным и духовным принципам.

Поэзия Серебряного века

Яркими личностями, которые выделяют этот литературный период, стали, несомненно, поэты. Появилось множество направлений и течений поэзии, которые создались в результате разделения мнений по поводу действий российской власти.

Александр Блок

Мрачное и печальное творчество Александра Блока стало первым, которое появилось на данном этапе литературы. Все стихотворения Блока пронизаны тоской по чему-то необыкновенному, чему-то яркому и светлому. Самое известное стихотворение «Ночь. Улица. Фонарь. Аптека» отлично описывает мировоззрение Блока.

Сергей Есенин

Одной из самых ярких фигур Серебряного века стал Сергей Есенин. Стихотворения о природе, любви, быстротечности времени, своих «грехах» — все это можно найти в творчестве поэта. Сегодня нет ни одного человека, который не нашел бы стихотворение Есенина, способное понравиться и описать душевное состояние.

Владимир Маяковский

Если уж говорить о Есенине, то сразу хочется упомянуть Владимира Маяковского. Резкий, громкий, самоуверенный — именно таким был поэт. Слова, которые выходили из под пера Маяковского, и сегодня поражают своей силой — настолько эмоционально воспринимал все Владимир Владимирович. Кроме жесткости, в творчестве Маяковского, у которого в личной жизни не ладилось, существует и любовная лирика. История поэта и Лили Брик известна всему миру. Именно Брик открывала в нем все самое нежное и чувственное, а Маяковский взамен на это словно идеализировал и обожествлял ее в своей любовной лирике.

Марина Цветаева

Также на весь мир известна и личность Марины Цветаевой. Сама по себе поэтесса имела своеобразные черты характера, что сразу видно по ее стихотворениям. Воспринимая себя как божество, она даже в своей любовной лирике давала понять всем, что была она не из тех женщин, которые способны дать себя в обиду. Однако в своем стихотворении «Уж сколько их упало в эту бездну» она показала, насколько несчастлива была многие и многие годы.

Проза Серебряного века: Леонид Андреев

Большой вклад в художественную литературу сделал Леонид Андреев, который стал автором повести «Иуда Искариот». В своем произведении он немного иначе изложил библейскую историю предательства Иисуса, выставив Иуду не просто предателем, а человеком, страдающим от своей завистливости к людям, которые были всеми любимы. Одинокий и странный Иуда, находивший упоение в своих байках и россказнях, всегда получал только насмешки в лицо. Повесть рассказывает о том, насколько просто сломать дух человека и толкнуть его на любые подлости, если тот не имеет ни поддержки, ни близких людей.

Максим Горький

Для литературной прозы Серебряного века также важен вклад и Максима Горького. Писатель в каждом своем произведении скрывал определенную суть, поняв которую, читатель осознает всю глубину того, что волновало писателя. Одним из таких произведений стала небольшая повесть «Старуха Изергиль», которая делиться на три небольшие части. Три составляющие, три жизненные проблемы, три вида одиночества — все это тщательно завуалировал писатель. Гордый орел, брошенный в пучину одиночества; благородный Данко, отдавший свое сердце эгоистичным людям; старуха, искавшая всю свою жизнь счастья и любви, но так и не нашедшая, — все это можно встретить в пусть и небольшой, но крайне жизненной повести.

Еще одним важным произведением в творчестве Горького стала пьеса «На дне». Жизнь людей, которые находятся за гранью нищеты, — вот что стало основой пьесы. Описания, которые давал Максим Горький в своем произведении, показывают, насколько сильно даже совсем бедные люди, которым уже в принципе ничего не нужно, хотят просто быть счастливыми. Но счастье каждого из героев оказывается в разных вещах. Каждый из персонажей пьесы имеет свои ценности. Кроме того, Максим Горький писал о «трех правдах» жизни, которые можно применить в современной жизни. Ложь во благо; никакой жалости к человеку; правда, необходимая человеку, — три взгляда на жизнь, три мнения. Конфликт, который так и остается нерешенным, предоставляет каждому герою, как и каждому читателю, сделать свой выбор.

Мамочка, я скоро умру…
— К чему такие мысли… ведь ты молодой, сильный…
— А вот же Лермонтов погиб в 26 лет, Пушкин — в 37, Есенин — в 30…
— Но ведь ты же не Пушкин и не Есенин!
— Нет, но все же..

Мама Владимира Семеновича вспоминала, что такой разговор состоялся у нее с сыном. Для Высоцкого ранняя смерть была чем-то вроде проверки на «настоящесть» поэта. Впрочем, не могу быть уверенной в этом. Скажу о себе самой. С детства я «знала точно», что стану поэтом (конечно, великим) и умру рано. Не доживу до тридцати, в крайнем случае, — сорока. Разве может поэт прожить дольше?

В биографиях писателей я всегда обращала внимание на годы жизни. Считала, в каком возрасте человек умер. Пыталась понять, почему это произошло. Думаю, так поступают многие пишущие люди. Не надеюсь разобраться в причинах ранних смертей, но попытаюсь собрать материалы, собрать существующие теории и нафантазировать — ученый из меня получится едва ли — собственные.

Первым делом, я собрала сведения о том, как умирали русские писатели. Занесла в таблицу возраст на момент смерти и причину смерти. Старалась не анализировать, просто вбивать данные в нужные графы. Взглянула на результат — интересно. Прозаики 20 века, например, часто умирали от онкологии (лидер — рак легких). Но ведь и в мире вообще — по сведениям ВОЗ — среди онкологических заболеваний чаще всего встречается и становится причиной смерти рак легких. Так есть ли связь?

Не могу решить, нужно ли искать «писательские» заболевания, но чувствую, что некоторый смысл в этом поиске есть.

Русские прозаики 19 века

Имя Годы жизни Возраст на момент смерти Причина смерти

Герцен Александр Иванович

25 марта (6 апреля) 1812 — 9 (21) января 1870

57 лет

воспаление легких

Гоголь Николай Васильевич

20 марта (1 апреля) 1809 — 21 февраля (4 марта) 1852

42 года

острая сердечно-сосудистая недостаточность
(условно, т.к. единого мнения нет)

Лесков Николай Семенович

4 (16 февраля) 1831 — 21 февраля (5 марта) 1895

64 года

астма

Гончаров Иван Александрович

6 (18) июня 1812 — 15 (27) сентября 1891

79 лет

воспаление легких

Достоевский Федор Михайлович

30 октября (11 ноября) 1821 — 28 января (9 февраля) 1881

59 лет

разрыв легочной артерии
(прогрессирующее заболевание легких, горловые кровотечения)

Писемский Алексей Феофилактович

11 (23) марта 1821 — 21 января (2 февраля) 1881

59 лет

Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович

15 (27) января 1826 — 28 апреля (10 мая) 1889

63 года

простуда

Толстой Лев Николаевич

28 августа (9 сентября) 1828 — 7 (20) ноября 1910

82 года

воспаление легких

Тургенев Иван Сергеевич

28 октября (9 ноября) 1818 — 22 августа (3 сентября) 1883

64 года

злокачественная опухоль позвоночника

Одоевский Владимир Федорович

1 (13) августа 1804 — 27 февраля (11 марта) 1869

64 года

Мамин-Сибиряк Дмитрий Наркисович

25 октября (6 ноября) 1852 — 2 (15) ноября 1912

60 лет

плеврит

Чернышевский Николай Гаврилович

12 (24) июля 1828 — 17 (29) октября 1889

61 год

кровоизлияние в мозг

Средняя продолжительность жизни русских людей 19 века составляла около 34 лет. Но эти данные не дают представления о том, до скольких доживал среднестатистический взрослый, поскольку на статистику сильно повлияла высокая младенческая смертность.

Русские поэты 19 века

Имя Годы жизни Возраст на момент смерти Причина смерти

Баратынский Евгений Абрамович

19 февраля (2 марта) или 7 (19 марта) 1800 — 29 июня (11 июля) 1844

44 года

лихорадка

Кюхельбекер Вильгельм Карлович

10 (21) июня 1797 — 11 (23) августа 1846

49 лет

чахотка

Лермонтов Михаил Юрьевич

3 октября (15 октября) 1814 — 15 июля (27 июля) 1841

26 лет

дуэль (выстрел в грудь)

Пушкин Александр Сергеевич

26 мая (6 июня) 1799 — 29 января (10 февраля) 1837

37 лет

дуэль (ранение в живот)

Тютчев Федор Иванович

23 ноября (5 декабря) 1803 — 15 (27) июля 1873

69 лет

инсульт

Толстой Алексей Константинович

24 августа (5 сентября) 1817 — 28 сентября (10 октября) 1875

58 лет

передозировка (ввел ошибочно большую дозу морфия)

Фет Афанасий Афанасьевич

23 ноября (5 декабря) 1820 — 21 ноября (3 декабря) 1892

71 год

сердечный приступ (существует версия самоубийства)

Шевченко Тарас Григорьевич

25 февраля (9 марта) 1814 — 26 февраля (10 марта)1861

47 лет

водянка (скопление жидкости в брюшинной полости)

В России 19 века поэты умирали иначе, чем прозаики. Ко вторым смерть часто приходила от воспаления легких, а среди первых никто не умер от этой болезни. Да и раньше уходили поэты. Из прозаиков только Гоголь умер в 42, остальные — намного позже. А из лириков редко, кто доживал до 50 (долгожитель — Фет).

Русские прозаики 20 века

Имя Годы жизни Возраст на момент смерти Причина смерти

Абрамов Федор Александрович

29 февраля 1920 — 14 мая 1983

63 года

сердечная недостаточность (умер в послеоперационной палате)

Аверченко Аркадий Тимофеевич

18 (30) марта 1881 — 12 марта 1925

43 года

ослабление сердечной мышцы, расширение аорты и склероз почек

Айтматов Чингиз Торекулович

12 декабря 1928 — 10 июня 2008

79 лет

почечная недостаточность

Андреев Леонид Николаевич

9 (21) августа 1871 — 12 сентября 1919

48 лет

порок сердца

Бабель Исаак Эммануилович

30 июня (12 июля) 1894 — 27 января 1940

45 лет

расстрел

Булгаков Михаил Афанасьевич

3 мая (15 мая) 1891 — 10 марта 1940

48 лет

нефросклероз гипертонический

Бунин Иван

10 (22) октября 1870 — 8 ноября 1953

83 года

умер во сне

Кир Булычёв

18 октября 1934 — 5 сентября 2003

68 лет

онкология

Быков Василь Владимирович

19 июня 1924 — 22 июня 2003

79 лет

онкология

Воробьёв Константин Дмитриевич

24 сентября 1919 — 2 марта 1975)

55 лет

онкология (опухоль мозга)

Газданов Гайто

23 ноября (6 декабря) 1903 — 5 декабря 1971

67 лет

онкология (рак легких)

Гайдар Аркадий Петрович

9 (22) января 1904 — 26 октября 1941

37 лет

выстрел (убит в войну пулеметной очередью)

Максим Горький

16 (28) марта 1868 -18 июня 1936

68 лет

простуда (существует версия убийства — отравления)

Житков Борис Степанович

30 августа (11 сентября) 1882 — 19 октября 1938

56 лет

онкология (рак легких)

Куприн Александр Иванович

26 августа (7 сентября) 1870 — 25 августа 1938

67 лет

онкология (рак языка)

Набоков Владимир Владимирович

10 (22) апреля 1899 — 2 июля 1977

78 лет

бронхиальная инфекция

Некрасов Виктор Платонович

4 (17) июня 1911 — 3 сентября 1987

76 лет

онкология (рак легких)

Пильняк Борис Андреевич

29 сентября (11 октября) 1894 — 21 апреля 1938

43 года

расстрел

Андрей Платонов

1 сентября 1899 — 5 января 1951

51 год

туберкулез

Солженицын Александр Исаевич

11 декабря 1918 — 3 августа 2008

89 лет

острая сердечная недостаточность

Стругацкий Борис Натанович

15 апреля 1933 — 19 ноября 2012

79 лет

онкология (лимфома)

Стругацкий Аркадий Натанович

28 августа 1925 — 12 октября 1991

66 лет

онкология (рак печени)

Тендряков Владимир Федорович

5 декабря 1923 — 3 августа 1984

60 лет

инсульт

Фадеев Александр Александрович

11 (24) декабря 1901 — 13 мая 1956

54 года

самоубийство (выстрел)

Хармс Даниил Иванович

30 декабря 1905 — 2 февраля 1942

36 лет

истощение (во время блокады Ленинграда; избежал расстрела)

Шаламов Варлам Тихонович

5 июня (18 июня) 1907 — 17 января 1982

74 года

пневмония

Шмелев Иван Сергеевич

21 сентября (3 октября) 1873 — 24 июня 1950

76 лет

сердечный приступ

Шолохов Михаил Александрович

11 (24) мая 1905 — 21 февраля 1984

78 лет

онкология (рак гортани)

Шукшин Василий Макарович

25 июля 1929 — 2 октября 1974

45 лет

сердечная недостаточность

Существуют теории, согласно которым заболевания могут быть вызваны психологическими причинами (некоторые эзотерики считают, что любая болезнь вызвана духовными или душевными проблемами). Наукой эта тема пока недостаточно разработана, но в магазинах немало книг вроде «Все болезни от нервов». За неимением лучшего, прибегнем к популярной психологии.

Русские поэты 20 века

Имя Годы жизни Возраст на момент смерти Причина смерти

Анненский Иннокентий Федорович

20 августа (1 сентября) 1855 — 30 ноября (13 декабря) 1909

54 года

инфаркт

Ахматова Анна Андреевна

11 (23) июня 1889 — 5 марта 1966

76 лет
[Анна Ахматова несколько месяцев лежала в больнице после инфаркта. Выписавшись, отправилась в санаторий, где и скончалась.]

Андрей Белый

14 (26) октября 1880 — 8 января 1934

53 года

инсульт (после солнечного удара)

Багрицкий Эдуард Георгиевич

22 октября (3 ноября) 1895 — 16 февраля 1934

38 лет

бронхиальная астма

Бальмонт Константин Дмитриевич

3 (15) июня 1867 — 23 декабря 1942

75 лет

воспаление легких

Бродский Иосиф Александрович

24 мая 1940 — 28 января 1996

55 лет

инфаркт

Брюсов Валерий Яковлевич

1 (13) декабря 1873 — 9 октября 1924

50 лет

воспаление легких

Вознесенский Андрей Андреевич

12 мая 1933 — 1 июня 2010

77 лет

инсульт

Есенин Сергей Александрович

21 сентября (3 октября) 1895 — 28 декабря 1925

30 лет

самоубийство (повешение), существует версия об убийстве

Иванов Георгий Владимирович

29 октября (10 ноября) 1894 — 26 августа 1958

63 года

Гиппиус Зинаида Николаевна

8 (20) ноября 1869 — 9 сентября 1945

75 лет

Блок Александр Александрович

16 (28) ноября 1880 — 7 августа 1921

40 лет

воспаление сердечных клапанов

Гумилев Николай Степанович

3 (15) апреля 1886 — 26 августа 1921

35 лет

расстрел

Маяковский Владимир Владимирович

7 (19) июля 1893 — 14 апреля 1930

36 лет

самоубийство (выстрел)

Мандельштам Осип Эмильевич

3 (15) января 1891 — 27 декабря 1938

47 лет

тиф

Мережковский Дмитрий Сергеевич

2 августа 1865(или 14 августа 1866) — 9 декабря 1941

75 (76) лет

кровоизлияние в мозг

Пастернак Борис Леонидович

29 января (10 февраля) 1890 — 30 мая 1960

70 лет

онкология (рак легкого)

Слуцкий Борис Абрамович

7 мая 1919 — 23 февраля 1986

66 лет

Тарковский Арсений Александрович

12 (25) июня 1907 — 27 мая 1989

81 год

онкология

Цветаева Марина Ивановна

26 сентября (8 октября) 1892 — 31 августа 1941

48 лет

самоубийство (повешение)

Хлебников Велимир

28 октября (9 ноября) 1885 — 28 июня 1922

36 лет

гангрена

Рак связывают с чувством обиды, глубокой душевной раной, ощущением тщетности своих действий, собственной ненужности. Легкие символизируют свободу, готовность и способность принимать и отдавать. Двадцатый век в России век, многие писатели «задыхались», были вынуждены молчать или говорить не все, что считали нужным. Причиной рака называют и разочарование в жизни.

Болезни сердца вызываются переутомлением, длительным стрессом, верой в необходимость напряжения.

Простудой заболевают люди, в жизни которых одновременно происходит чересчур много событий. Пневмонией (воспалением легких) — отчаявшиеся.

Болезни горла — творческое бессилие, кризис. Кроме того, неспособность постоять за себя.

4.06.2019 в 13:23 · VeraSchegoleva · 22 250

Существует мнение, что классические уже не актуальны, ведь у нового поколения совершенно иные идеалы и жизненные ценности. Люди, которые так считают, глубоко заблуждаются.

Классика – это лучшее, что создано за всю историю . Она воспитывает вкус и нравственные понятия.

Эти книги способны перенести читателя в прошлое, познакомить его с историческими событиями. Даже если не брать во внимание все эти преимущества, стоит отметить, что читать классические произведения безумно интересно.

Каждый гражданин страны должен познакомиться с главными произведениями, созданными его соотечественниками. В России довольно много талантливых авторов.

В этой статье речь пойдет о самых известных русских писателях . Их произведения – литературное богатство нашей страны.

10. Антон Чехов

Известные произведения: «Палата №6», «Человек в футляре», «Дама с собачкой», «Дядя Ваня», «Хамелеон».

Свою творческую деятельность писатель начинал с юмористических рассказов. Это были настоящие шедевры. Он высмеивал людские пороки, заставляя читателей обратить внимание на свои недостатки.

В 90-е годы XIX века он отправляется на остров Сахалин, концепция его творчества меняется. Теперь его произведения о человеческой душе, о чувствах.

Чехов – талантливый драматург. Его пьесы критиковали, не всем они приходились по душе, но Антона Павловича этот факт не смущал, он продолжал заниматься любимым делом.

Самое важное в его пьесах – это внутренний мир героев. Творчество Чехова – это уникальное явление в русский литературе, за всю ее историю никто не создавал ничего подобного.

9. Владимир Набоков


Годы жизни: 22 апреля 1899 – 2 июля 1977.

Самые популярные произведения: «Лолита», «Защита Лужина», «Дар», «Машенька».

Произведения Набокова нельзя назвать традиционной классикой, их отличает неповторимый стиль. Его называют писателем-интеллектуалом, в его творчестве главная роль принадлежит воображению.

Писатель не придает значения реальным событиям, он хочет показать душевные переживания героев. Большинство его персонажей – непонятые гении, одинокие и страдающие.

Настоящим в литературе стал роман «Лолита». Изначально Набоков написал его на английском, но решил заняться переводом для русскоязычных читателей. Роман до сих пор считается эпатажным, даже несмотря на то, что современный человек не отличается пуританскими взглядами.

8. Федор Достоевский

«Преступление и наказание», «Братья Карамазовы», «Идиот».

Первые Достоевского имели грандиозный успех, но писатель был арестован за политические взгляды. Федор Михайлович увлекался утопическим социализмом. Назначили смертную казнь, но в последний момент заменили ее каторгой.

Этот период жизни оказал сильное влияние на психику писателя, от его социалистических идей не осталось и следа. Достоевский обрел веру и переосмыслил свое отношение к простому народу. Теперь героями его романов стали простые люди, которые попадали под влияние внешних обстоятельств.

Главное в его произведениях – психологическое состояние героев. Достоевскому удалось раскрыть природу самых разных человеческих эмоций: ярость, унижение, саморазрушение.

Произведения Достоевского известны во всем мире, но литературоведы до сих пор не могут прийти к единому мнению и найти ответы на многие вопросы относительно творчества этого писателя.

7. Александр Солженицын


Годы жизни: 11 декабря 1918 – 3 августа 2008.

«Архипелаг ГУЛАГ», «Один день из жизни Ивана Денисовича».

Солженицына сравнивают со Львом Толстым, даже считают его преемником. Он также любил правду и писал «солидные» произведения о жизни людей и о социальных явлениях, происходящих в обществе.

Писатель хотел обратить внимание читателей на проблемы тоталитаризма. Причем он описывал исторические события с разных ракурсов.

Читатель получает уникальную возможность понять, как относились к тому или иному историческому факту люди, которые находились по «разные стороны баррикад».

Отличительной особенностью его творчества называют документальность. Каждый его герой – это прототип реального человека. Солженицын не занимался литературным вымыслом, он просто описывал жизнь.

6. Иван Бунин


Годы жизни: 22 октября 1870 – 8 ноября 1953.

Наиболее известные произведения: «Жизнь Арсеньева», «Митина любовь», «Темные аллеи», «Солнечный удар».

Свой творческий путь Бунин начинал как поэт. Но, пожалуй, известным его сделала проза. Он любил писать о жизни , о буржуазии, о любви, о природе.

Иван Алексеевич понимал, что прежнюю жизнь уже не вернуть, он очень сожалел об этом. Бунин ненавидел большевиков. Когда началась революция, он вынужден был покинуть Россию.

Его произведения, написанные за границей, пропитаны тоской по Родине. Бунин стал первым писателем, который получил Нобелевскую премию в области литературы.

5. Иван Тургенев


Годы жизни: 9 ноября 1818 – 3 сентября 1883.

Самые знаменитые произведения: «Отцы и дети», «Записки охотника», «Накануне», «Ася», «Муму».

Творчество Ивана Сергеевича можно разделить на три периода. Первые его произведения наполнены романтикой. Он писал и стихи, и прозу.

Второй этап – «Записки охотника». Это сборник рассказов, в котором раскрыта тема крестьянства. «Записки» стали причиной, по которой Тургенева отправили в в родовое поместье. Властям сборник не пришелся по вкусу.

Третий период – самый зрелый. Писатель заинтересовался философскими темами. Он начал писать о любви, смерти, долге. В этот период создан роман «Отцы и дети», который полюбился не только российским, но и заграничным читателям.

4. Николай Гоголь


Годы жизни: 1809 – 4 марта 1852.

Самые известные произведения: «Мертвые души», «Вий», «Вечера на хуторе близ Диканьки», «Ревизор», «Тарас и Бульба».

Заинтересовался литературой еще в студенческие годы. Первый опыт не принес ему успеха, но он не сдался.

Сейчас сложно описать его творчество. Произведения Николая Васильевича многогранны, не похожи друг на друга.

Один из этапов – «Вечера на хуторе близ Диканьки». Это повести на тему украинского фольклора, имеют сходство со сказками, читатели их очень любят.

Еще один этап – пьесы, писатель высмеивает современную ему действительность. «Мертвые души» — сатирическое произведение о русской бюрократии и крепостном праве. Эта книга принесла Гоголю большую известность за рубежом.

3. Михаил Булгаков


Годы жизни: 15 мая 1891 – 10 марта 1940.

Самые известные произведения: «Мастер и Маргарита», «Собачье сердце», «Белая гвардия», «Роковые яйца».

Имя Булгакова неразрывно связано с романом «Мастери и Маргарита». Эта книга не принесла ему популярности при жизни, но сделала его знаменитым после смерти.

Это произведение вызывает у читателей в России и за границей. Здесь есть место сатире, присутствуют элементы фантастики и любовная линия.

Во всех своих произведениях Булгаков стремился показать истинное положение вещей, недостатки действующей системы власти, грязь и фальшь мещанства.

2. Лев Толстой


Годы жизни: 9 сентября 1828 – 20 ноября 1910.

Самые известные произведения: «Война и мир», «Анна Каренина», «Семейное счастье».

Русская литература у иностранцев ассоциируется с именем Льва Николаевича Толстого. Этого великого писателя знают во всем мире.

Романы «Война и мир», и «Анна Каренина» не нуждаются в представлении. В них Лев Николаевич описывает жизнь русского дворянства.

Конечно, его творчество очень многогранно. Это , дневники, статьи и письма. Его произведения до сих пор не потеряли актуальности, и вызывают острый интерес у читателя, потому что он затрагивает важные вопросы, которые будут волновать человечество во все времена.

1. Александр Пушкин


Годы жизни: 26 мая 1799 – 29 января 1837.

Самые произведения: «Евгений Онегин», «Дубровский», «Кавказский пленник», «Песнь о вещем Олеге».

Называют величайшим литератором всех времен и народов. Свое первое стихотворение он написал, когда ему исполнилось 15.

Жизнь Александра Сергеевича была очень коротка, но за это время он успел написать множество стихов и не только. В этом же списке есть пьесы, проза и драматургия и даже сказки для детей.

С уходом Рэя Брэдбери мировой писательский Олимп стал заметно более опустевшим. Давайте вспомним наиболее выдающихся писателей из числа наших современников — тех, кто до сих пор живет и творит на радость своим читателям. Если кто-то в список не попал, то дополняйте в комментариях!

1. Габриэль Хосе де ла Конкордиа «Габо» Гарсиа Маркес (р. 6 марта 1927, Аракатака, Колумбия) — знаменитый колумбийский писатель-прозаик, журналист, издатель и политический деятель; лауреат Нобелевской премии по литературе 1982 года. Представитель литературного направления «магического реализма». Мировую известность ему принёс роман «Сто лет одиночества» (Cien años de soledad, 1967).

2. Умберто Эко (р. 5 января 1932, Алессандрия, Италия) — итальянский учёный-философ, историк-медиевист, специалист по семиотике, литературный критик, писатель. Наиболее известные романы — «Имя розы» и «Маятник Фуко».

3. Отфрид Пройслер (р. 20 октября 1923) — немецкий детский писатель, по национальности — лужичанин (лужицкий серб). Наиболее известные произведения: «Маленькая Баба-Яга», «Маленькое привидение», «Маленький водяной» и «Крабат, или Легенды старой мельницы».


4. Борис Львович Васильев (род. 21.05.1924) — советский и российский писатель. Автор повести «А зори здесь тихие» (1969), романа «В списках не значился» (1974) и др.

5. Ион Друцэ (р. 03.09.1928) — молдавский и русский писатель и драматург.

6. Фазиль Абдулович Искандер (6.03.1929, Сухум, Абхазия, СССР) — выдающийся советский и российский прозаик и поэт абхазского происхождения.

7. Даниил Александрович Гранин (р. 1 января 1919, Вольск, Саратовская губерния, по другим сведениям — Волынь Курской области) — русский писатель и общественный деятель. Кавалер ордена Святого Андрея Первозванного, Герой Социалистического Труда (1989), Президент Общества друзей Российской национальной библиотеки; председатель правления Международного благотворительного фонда им. Д. С. Лихачёва.

8. Милан Кундера (р. 1 апреля 1929) — современный чешский писатель-прозаик, с 1975 года живет во Франции. Пишет как на чешском, так и на французском языках.

9. Томас Транстрёмер (р. 15 апреля 1931 в Стокгольме) — крупнейший шведский поэт XX века. Лауреат Нобелевской премии по литературе за 2011 год «за то, что его краткие, полупрозрачные образы дают нам обновлённый взгляд на реальность».

10. Макс Галло (р. 7 января 1932, Ницца) — французский писатель, историк и политик. Член Французской Академии

11. Хорхе Марио Педро Варгас Льоса (р. 28.03.1936) — перуано-испанский прозаик и драматург, публицист, политический деятель, лауреат Нобелевской премии по литературе 2010 года.

12. Терри Пратчетт (р. 28 апреля 1948) — популярный английский писатель. Наибольшей популярностью пользуется его цикл сатирического фэнтези про Плоский мир (англ. Discworld). Суммарный тираж его книг составляет около 50 миллионов экземпляров.

13. Юрий Васильевич Бондарев (р. 15.03.1924) — русский советский писатель. Автор романа «Горячий снег», повести «Батальоны просят огня» и др.

14. Стивен Эдвин Кинг (р. 21 сентября 1947, Портленд, Мэн, США) — американский писатель, работающий в разнообразных жанрах, включая ужасы, триллер, фантастика, фэнтези, мистика, драма.

15. Виктор Олегович Пелевин (род. 22 ноября 1962, Москва) — русский писатель. Наиболее известные произведения: «Жизнь насекомых», «Чапаев и Пустота», «Generation «П»»

16. Джоан Ролинг (р. 31 июля 1965, Йейт, графство Глостершир, Англия) — британская писательница, автор серии романов о Гарри Поттере, переведённых более чем на 65 языков и проданных (на 2008 год) в количестве более чем 400 миллионов копий.

Накануне Всемирного дня писателя «Левада-центр» задался вопросом, кто же в умах жителей России достоин войти в список наиболее выдающихся отечественных писателей . Опрос прошло 1600 жителей Российской Федерации старше 18 лет. Результаты можно назвать предсказуемыми: десятка лидеров отражает состав школьной программы по литературе.

Практически вплотную к ней примкнул правозащитник Солженицын (5%). Куприн, Бунин и Некрасов финишировали одновременно – каждый набрал по 4% голосов. А далее среди знакомых по учебникам имен стали появляться новые, например, Донцова и Акунин заняли место рядом с Грибоедовым и Островским (по 3%), а Устинова, Иванов, Маринина и Пелевин встали на одну ступень с Гончаровым, Пастернаком, Платоновым и Чернышевским (1%).

10. Лермонтов

Открывает топ-10 самых выдающихся писателей России поэт-мизантроп, полный презрения к бездушному свету, творец демонических персонажей и певец кавказской экзотики в виде горных рек и младых черкешенок. Однако даже стилистические погрешности вроде «львицы с косматой гривой на хребте» или «знакомого трупа» не помешали ему взойти на Парнас русской литературы и занять десятое место в рейтинге со счетом 6%.

9. Горький

В СССР считался родоначальником советской литературы и соцреализма, а идеологические противники отказывали Горькому в писательском таланте, интеллектуальном размахе и обвиняя в дешевом сентиментализме. Получил 7% голосов.

8. Тургенев

Мечтал о карьере философа и даже пробовал получить степень магистра, однако стать ученым ему не удалось. Зато он стал писателем. И писателем вполне успешным – его гонорары были одними из самых высоких в России. На эти деньги (и доходы от имения) Тургенев содержал всю семью своей возлюбленной Полины Виардо, включая ее детей и мужа. В опросе набрал 9%.

7. Булгаков

Этого писателя Россия открыла для себя заново всего двадцать пять лет назад, после перестройки. Булгаков одним из первых столкнулся с ужасами коммуналок и преградами на пути к московской прописке, что впоследствии получило свое отражение и в «Мастере и Маргарите». Его вклад в литературу оценило 11% россиян.

6. Шолохов

До сих пор неизвестно кто в точности написал «Тихий Дон» — неизвестный писатель из «белого» лагеря, или группа товарищей из НКВД, или сам Шолохов, получивший впоследствии за роман Нобелевскую премию. А пока он занимает в списке выдающихся писателей шестое место со счетом в 13%.

5. Гоголь

Любят его не за нравоучения, а за дверь в мир гротеска и фантасмагорий, причудливо сплетенных с реальной жизнью. Набрал одинаковое количество очков с Шолоховым.

4. Пушкин

В молодости любил пошалить (например, шокировать обитательниц Екатеринослава нарядом из полупрозрачных кисейных панталон без нижнего белья), гордился своей тонкой талией и пытался всеми силами избавиться от статуса «литератора». При этом уже при жизни считался гением, первым русским поэтом и создателем русского литературного языка. В умах нынешних читателей занимает четвертое место со счетом 15%.

3. Чехов

Автор юмористических рассказов и родоначальник в русской литературе трагикомедии в мире считается своего рода «визитной карточкой» русской драматургии. Россияне отводят ему почетное третье место, отдав за него 18% голосов.

2. Достоевский

Пять книг бывшего каторжника и завзятого игрока вошли в список «Сто лучших книг всех времен» по версии Норвежского института имени Нобеля. Достоевский как никто знает и описывает с предельной честностью темные и болезненные глубины человеческой души. В рейтинге занял второе место со счетом в 23%.

1. Лев Толстой

«Матерый человечище» заслужил славу гениального писателя и классика русской литературы еще при жизни. Его произведения многократно издавались и переиздавались в России и за рубежом и множество раз появлялись на киноэкране. Одна «Анна Каренина» была экранизирована 32 раза, «Воскресение» — 22 раза, «Война и мир» — 11 раз. Даже сама его жизнь послужила материалом для нескольких фильмов. Возможно, именно благодаря недавним громким экранизациям он и заслужил славу первого писателя России, получив 45% голосов.

4 Смеяться вслух Романы отечественной фантастики

Добро пожаловать в нашу забавную фантастическую серию. Мы выделяем различные факторы привлекательности или элементы юмористической фантастики, чтобы помочь нашим читателям найти следующее отличное чтение (и, надеюсь, посмеяться по пути). Книги, представленные в этом сообщении в блоге, относятся к жанру бытовой фантастики и юмористической или забавной фантастики.

Что такое отечественная художественная литература?

Жанр бытовой фантастики возник в девятнадцатом веке или в 1800-х годах. По данным Вашингтонского государственного университета, одним из первых отечественных художественных романов была «Сказка Новой Англии» Кэтрин Седжвик, опубликованная в 1822 году.В разгар популярности этого жанра в середине 1800-х его часто называли сентиментальной или женской фантастикой. Почему? Согласно Encyclopedia.com, этот «массив популярной повествовательной литературы был в основном написан женщинами, для женщин и о них».

За прошедшие годы, как и большинство вещей, жанр бытовой фантастики адаптировался к современности с тех пор, как он появился более 200 лет назад. В настоящее время Романист определяет бытовую фантастику как жанр, который фокусируется на семейных отношениях — «будь то функциональные или неблагополучные.» И я уверен, что термин «домашняя» применительно к этому конкретному жанру тоже когда-нибудь будет изменен. Ведь сейчас 2018 год, времена совсем немного изменились и продолжают меняться — надеюсь, для лучше

Если вы хотите узнать больше о популярных жанрах художественной литературы, ознакомьтесь с этим удобным руководством от Novelist:

NoveList Genres: руководство по поиску книг

Юмористические рассказы, представленные ниже, не просто забавны, они созданы для того, чтобы рассмешить читателя.Вам также могут понравиться аналогии для чтения, перечисленные под каждым основным заголовком, потому что они имеют схожие факторы привлекательности.

Бытовая фантастика / Юмористические рассказы

1. Пирог с кроликом от Энни Хартнетт

Поклонники «Куда ты пропала, Бернадетт» Марии Семпл и «Все, что я тебе не говорила» Селесты Нг будут в восторге от дебюта Энни Хартнетс, «Кроличьего торта», мрачного комического романа о молодой девушке по имени Элвис, пытающейся понять ее место в мире без матери.

Амазонка: 4,6* | Goodreads: 4*

Апелляция
  • Персонажи: Причудливые
  • Тема: Семейные тайны
  • Тон: Забавный, оптимистичный
Если вам понравился торт «
Кролик » от Энни Хартнетт, вам также может понравиться:
2. Будьте откровенны со мной, Джулия Клэйборн Джонсон

Нанятая, чтобы помочь знаменитой писательнице-затворнице, пытающейся вернуть себе утраченное состояние, завершив новую рукопись, Элис Уитли становится одержима идеей установить отцовство не по годам развитому маленькому сыну своего работодателя.

Амазонка: 4.4* | Goodreads: 3.89*

Обращение
  • Персонажи:
  • : quirky, 50042
  • Сюжетная линия: Диаграмма
  • Тема: Эксцентричные семьи
  • тон
  • тон
  • Стиль написания: Engaging
Если вам понравился роман
Будь откровенен со мной Джулии Клэйборн Джонсон, вам также может понравиться:
3.Семья и другие катастрофы Александры Боровиц

Борясь с ипохондрией и обсессивно-компульсивным расстройством, проистекающими из ее невротичной и склонной к драматизму семьи, Эмили воссоединяется со своими родителями, братьями и сестрами в течение недели перед свадьбой, событием, сформированным динамикой отношений, общим доверием и давно похороненными секретами. Также доступно в eAudio от hoopla.

Амазонка: 4.2* | Goodreads: 3,42*

Апелляция
  • Персонажи: Причудливые, ущербные
  • Субъект: Эксцентричные семьи
  • Стиль письма: Остроумный
Если вам понравилась книга Александры Боровиц «
Семейные и другие катастрофы », вам также может понравиться:
4.Признания в домашней неудаче от Бунми Ладитан

Оставив свою карьеру, чтобы стать домохозяйкой, Эшли Келлер пытается улучшить свои родительские навыки, присоединившись к учебному лагерю под названием «Лучшее материнство», организованному ее кумиром, главой империи блогов для идеальной мамы Pinterest. к уморительно неловким результатам. Также доступно в eAudio от hoopla.

Амазонка: 4,7* | Goodreads: 3,68*

Апелляция
  • Тема: Материнство
  • Тон: Забавный
  • Стиль письма: Вовлекающий
Если вам понравилась книга Бунми Ладитан «
Признание в семейной неудаче », вам также могут понравиться:

Вам также может понравиться …

Как найти хорошую книгу для чтения
Содержит советы о том, как найти книги, которые вам действительно понравятся.

Умница с сарказмом
Книги для любителей умного, абсурдного и саркастичного юмора.

10 занимательных романов, которые вызовут у вас улыбку
Романы с легким юмором и симпатичными персонажами.

10 по-настоящему забавных забавных художественных книг, которые вам обязательно понравятся
Множество забавных художественных книг — надеемся, они заставят вас смеяться в голос!


Ищете следующую замечательную книгу?

Позвольте нам помочь вам!

Расскажите нам, что вам понравилось читать, смотреть или слушать, и наши библиотекари дадут вам персональные рекомендации.

Никаких алгоритмов, файлов cookie или интеллектуального анализа данных — только настоящие эксперты в вашем сообществе, которые делятся с вами своей любовью к отличным книгам, музыке и фильмам. Мы называем это «Дай 3, получи 3».

Начните сегодня по номеру

toledolibrary.org/Give3Get!

Лучшие книги 2021 года по версии наших приглашенных авторов | Книги

Kazuo Ishiguro

Klara Klara и Sun (Faber)

Kazuo Ishiguro Composite: Guardian / AP / PR Изображения

Красивый, ужасный мир Mariana Conriquez, как пробил в «Опасности курения в постели » (Гранта) с его встревоженными подростками, призраками, разлагающимися упырями, грустными и злыми бездомными современной Аргентины — это самое захватывающее открытие, которое я сделал в художественной литературе за последнее время.Книга Джонатана Калверта и Джорджа Арбетнота « неудач государства » (Mudlark) ужасает с другой стороны и представляет собой блестяще представленное обвинение в неуклюжей попытке Великобритании ответить на вызов Covid. Прочтите вместе с более личным романом Джереми Фаррара « Spike: The Virus v The People » (профиль) и убедительным романом Майкла Льюиса « The Premonition » (Аллен Лейн), мы увидим тревожную общую черту, возникающую в нашей и других странах: нежелание расставлять приоритеты. жизни людей над идеями и укоренившимися структурами.

Бернардин Эваристо

Автор Манифест: Никогда не сдавайся (Хэмиш Гамильтон)

Бернардин Эваристо Композит: Guardian/PR Images

британской и мировой истории, культуры и идентичности за пределами зачастую искаженного, нечестного и нагнетаемого мифотворчества, которое долгое время преобладало. История — это интерпретация прошлого, и эти три книги, каждая из которых убедительна и предлагает новые взгляды, ведут диалог друг с другом. Страна Империи : Как империализм сформировал современную Британию (Пингвин) Сатнам Сангера, Новая эра Империи : Как расизм и колониализм по-прежнему правят миром (Аллен Лейн) Кехинде Эндрюс и Зеленая неприятная земля : Creative Responses to Rural England’s Colonial Connection s (Peepal Tree Press) Коринн Фаулер.

Дэймон Галгут Фотография: Суки Дханда

Деймон Галгут

Автор Обещание (Chatto & Windus)

Я редко читал книги, когда они впервые появлялись, особенно меня впечатляли два тома этот год. Burntcoat (Faber) Сары Холл находится в авангарде нового жанра фантастики о пандемии/изоляции: связи между изоляцией и созиданием обнажаются в тревожной антиутопии не-совсем-сейчас. Маленькие вещи, подобные этим (Faber) Клэр Киган, с другой стороны, обращает свой взор назад, в Ирландию в 1985 году; его баланс кристального языка и моральной серьезности делает его глубоко трогательным.

Wole Soyinka

Автор Chronicles From the Land of the Happyiest People on Earth (Bloomsbury)

Wole Soyinka Composite: Guardian/Invision/AP/PR Images (Bloomsbury) найден брошенным на дереве, усыновлен и выращен как семейная тайна.Амос Тутуола, Габриэль Гарсиа Маркес, Д. О. Фагунва, Шахрнуш Парсипур и другие представители древесного антропоморфизма, возможно, являются аутсайдерами в курсе. Теперь к ним присоединилась Элиф Шафак в Остров пропавших деревьев (Викинг) с ее интегративной литературной чувствительностью, и жанр снова встал на ноги, то нежный, то дикий в греко-турецко-кипрской исторической обстановке. Строгие вопросы о нации и идентичности, учитывая мои непрекращающиеся заботы, сделали его поистине терапевтическим литературным приемом пищи.

Кольм TOIBíN

автор маг (Viking) (Viking) (Viking)

Colum Composite: Guardian / Pr Изображения

Я наслаждался Hugo Hamilton страниц (Четвертое поместье), рассказывается с Verve и изобретательностью настоящая книга, роман Джозефа Рота, который был спасен от нацистского костра, а затем отправлен в плутовское путешествие через Атлантику и обратно в Германию. Мне также понравилась книга социального историка Патрика Джойса «, идущая в дом моего отца » (оборотная сторона), навязчивое размышление об Ирландии и Англии, войне и миграции, Дерри и Манчестере.Я восхищался оригинальностью его наблюдений и его тоном меланхолии, спокойной мудрости. Я люблю « Избранных стихотворений » Джона Маколиффа (Галерея) за то, как обыденные вещи передаются, а ритм обрабатывается так ловко и искусно.

Rachel kushner Фотографии: Барри Дж Холмс

Rachel Kushner

Автор Жесткая толпа: эссе 2000-2020 гг. (Jonathan Cape)

Мое поколение очень отмечено Цикл Денниса Купера Георгиев: в 1990-х эти книги читали все; Я был в восторге от них.Деннис много лет отдыхал от романов, чтобы сосредоточиться на театре и кино. Он вернулся с « I Wished » (Soho Press), классическим произведением Денниса Купера: запутанным, забавным, дестабилизирующим и совершенно непредвиденным. Вольфганг Хильбиг, по-видимому, один из самых известных немецких писателей, но для меня он был новичком. Признаюсь, я попался на рекламу на обороте The Interim (Two Lines Press): великий Ласло Краснахоркаи называет его «художником огромного роста». Как только я начал читать, я был вынужден согласиться.Этот роман, переведенный Изабель Фарго Коул, комичен, ужасен и глубок.

Элиф Шафак

Автор Остров пропавших деревьев (Викинг)

Элиф Композит: Guardian/PR Images

путешествие. Сетхи написал эту книгу после того, как стал жертвой ужасного расистского нападения в поезде из Ливерпуля в Ньюкасл. Гениальность автора в том, как она берет брошенный ей нарратив о ненависти и дискриминации и переворачивает его с ног на голову, «возвращаясь туда, откуда она» — в пейзажи севера.Благодаря долгим прогулкам на природе, когда она находит истинное чувство принадлежности, связи, обновления и надежды, мы, ее читатели, тоже. Я нашел его не только глубоко трогательным, но и тихо преобразующим. Другим чтением, которое осталось со мной в этом году, была потрясающая книга Керри ни Дочартай Thin Places (Canongate). Родившийся в Дерри, в разгар Смуты, голос автора пронзительно честен, трогательно проникновенен. В нем столько души, знаний и сострадания, что меня пробрали мурашки.

Sarah Hall

Author of Burntcoat (Faber)

Sarah Composite: Guardian/REX/Shutterstock/PR Images

Sea State by Fourhabitley Estate полностью удивляет меняОтчасти мемуары, отчасти исследование культуры нефтяных вышек, отчасти критика гендерной и классовой динамики, это невероятно убедительно, часто мрачно, как продукт, для которого пробурили. Лэсли проникает в эту мужскую оффшорную индустрию с ее опасностями, прибылью и товариществом. Она также исследует женское одиночество и желание, приспособление мира, созданного мужчинами, и места, где женщины держат власть. Переизданный в этом году с восторженными отзывами таких авторов, как Марлон Джеймс, Патрисия Локвуд и Макс Портер, « Mrs Caliban (Faber)» Рэйчел Ингаллс — это произведение истинного воодушевления и воображения.Вместе со своей домохозяйкой из пригорода и проверенной лабораторией любовницей-рептилией Ингаллс ловко, остроумно и довольно невероятно освобождает читателей от ужасных условностей в состояние, в котором странность и инаковость прекрасны и правильны.

Мэг Мейсон

Автор Печаль и блаженство (Вайденфельд и Николсон)

Мэг Композит: Guardian/Grant Sparkes-Carroll/PR Images

Выход новой книги может вызывать своеобразную тревогу, потому что что, если она вам не понравится так, как другие? Мне не нужно было беспокоиться о втором месте Рэйчел Куск (Faber).Это потрясающе, во всех смыслах. Сборка (Хэмиш Гамильтон) Наташи Браун поразила меня тем, насколько умным, грустным, красивым и скромным он был. Действительно идеальный роман. И я обожаю новый сборник эссе Энн Пэтчетт, Эти драгоценные дни (Блумсбери), который я прочитал в ноябре и закончу год, слушая ее чтение в аудиоформате. Поскольку это Энн Пэтчетт, одного раза недостаточно.

Caleb Azumah Nelson Фотография: Suki Dhanda

Caleb Azumah Nelson

Автор Открытая вода (Viking) (Viking)

В этом году я любил трансцендентного королевства (Viking) Yaa Gyasi, история семья из четырех человек, которые едут из Ганы в Алабаму, чтобы начать новую жизнь.По ходу романа история семьи начинает разворачиваться, освещая истории, которые оставались невысказанными на протяжении поколений. Это блестящий роман, в котором нет ни слова лишнего. Мне также очень понравился « Dark Neighborhood » Ванессы Онвуэмези, сборник рассказов с незабываемым жгучим голосом. Они занимают галлюцинаторный пейзаж, часто сворачивающий в сюрреалистический, и каждый из них пульсирует электрической энергией.

Lauren Groff

Автор Matrix (Heinemann)

Lauren Composite: Guardian/Invision/AP/PR Images

Я был безрассудно влюблен в Patricia Lockwood’shi Priestdaddy , но ее первый роман Никто об этом не говорит (Блумсбери) , заставил меня пошатнуться.Все в этой книге, от ее структуры и прозы до того, как она поражает читателя врасплох во второй половине, является свидетельством злого гения Локвуда. Все знают, что ваша мать — ведьма (Четвертая власть) Ривки Гальхен немного ускользнул от внимания, но это мудрое размышление о том виде истерического поиска козла отпущения, который мы так часто видим в эпоху Интернета, хотя и основанный на исторический факт: мать астронома Иоганна Кеплера когда-то была обвинена в колдовстве. Я очень любил эту книгу, когда читал ее этим летом, и думал о ней почти каждый день этой странной осенью.В последнее время я глубоко задумался об анагогической литературе, и очень немногие из ныне живущих писателей пишут так пронзительно к Богу, как Каве Акбар. Настоящая вера, как пишет Акбар в Pilgrim Bell (Chatto & Windus), «сначала проходит сквозь тело/ как стрела»; каждое из стихотворений в этом сборнике находит свою цель.

Chibundu Onuzo

2

Sankofa Sankofa Sankofa (Virago)

Chibundu Composite: Guardian / Rex / ShutterStock / PR Изображения

Моя любимая книга для науки, опубликованная в 2021 году, была utegha uwagba , нам нужно поговорить о деньгах (Четвертая власть).Это мемуары, которые показывают, как деньги повлияли на каждый этап жизни Увагбы, от взросления в муниципальном поместье до получения стипендии в частной школе и переговоров о ее зарплате, когда она начала работать. Увагба уделяет особое внимание классу и расе. Мой любимый роман, опубликованный в 2021 году, — « Богоматерь Нила (Daunt)» Схоластика Мукасонги. Действие происходит в 1980-х годах в руандийской школе-интернате для девочек. Это следует за всеми девичьими интригами, кто самый популярный, кто самый красивый, но это не Мэлори Тауэрс .На заднем плане маячит грядущий геноцид. И игривое, и зловещее, это отличное чтение.

Olivia Laing

Автор Everyone: A Book About Freedom (Picador)

Olivia Composite: Guardian/PR Images

Любой, у кого есть мать, должен читать My ), романист бескомпромиссного блеска. Он минирует ту же узкую и опасную территорию, что и Берил Бейнбридж и Айви Комптон-Бернетт: неблагополучная семейная ячейка.Райли фокусируется на неудачных отношениях между матерью и дочерью, анатомированных посредством удивительно точного диалога, наряду с угловатыми, острыми как бритва предложениями, которые очерчивают весь эмоциональный пейзаж. Ой и вау. Подобное чудо чревовещания есть и в романе Адама Марса-Джонса « Озеро Батлава, » (Фицкарральдо), рассказе о войне и солдатах, доставленных безнадежным, странно милым Барри, который строится в ослепительном последнем абзаце.

Sunjeev Sahota Фотография: Gary Calton 2 Sunjeev Sahota

China China Room (Harvill Secker) (Harvill Secker)

Barbara Ehrenreich — это резкий диагностик обществ, а в было известно: собранные сочинения (грант ) она ясно видит, каким образом американский рабочий класс был политически брошен и культурно демонизирован.Большая часть анализа применима к нашей собственной стране. Что касается романа, я не мог бы более настоятельно рекомендовать Гвендолин Райли My Phantoms (Granta): кремневый, бодрящий, изысканный.

Энтони Дэрр

Автор Облако Кукушка Land (Четвертое поместье)

Anthony Composite: Guardian / Pr Изображения

в Рассвет все: новая история человечество ( Аллен Лейн), Дэвид Грэбер и Дэвид Венгроу предлагают захватывающую серию идей о том, как «традиционное повествование о человеческой истории не только неверно, но и совершенно излишне скучно».Они повторно вводят человечность в наших далеких предков, предполагая, что наша преобладающая версия о человеческой истории — что до изобретения сельского хозяйства в человеческих обществах не происходило много инноваций — совершенно неверна. Я мог бы вечно жить на первых сотнях страниц « Пиранези » (Блумсбери) Сюзанны Кларк. Это мечта о романе. Zorrie (Riverrun; опубликовано в начале следующего года) Лэрда Ханта — это нежный, блестящий роман, столь же прекрасный, как « Gilead » Мэрилин Робинсон или « Train Dreams » Дениса Джонсона.

Фердинанд Маунт

Автор Поцелуй себя на прощание: множество жизней тети Мунки более холодные части Северной Америки. Вы не можете продвинуться дальше на север, чем Онтарио ледяных, убедительных историй Мэри Лоусон о бедствиях и искуплении. Город под названием Утешение (Chatto) заставляет вас затаить дыхание от беспокойства, затем облегчения и, наконец, даже радости.Я чувствовал такое же полное взаимодействие с Мисс Остин (Стрела) Гилла Хорнби. Она воссоздает в мельчайших подробностях историю сестры Джейн Остин, Кассандры, и ее борьбы за защиту Джейн не на жизнь, а на смерть. Это также незабываемый рассказ о забытой жизни.

Kehinde Andrews

Автор The New Age of Empire (Allen Lane)

Kehinde Composite: Guardian/PR Images

David Harewood’s документальный фильм в размышлении о своем опыте в системе психического здоровья.Его книга «Возможно, мне здесь не место » («Синяя птица») — одно из самых убедительных свидетельств о влиянии расизма, которые я когда-либо читал. В том же духе книга Гилейн Кинуани Living While Black (Ebury) выдвинула на первый план серьезную проблему расизма в психологических профессиях, которая характерна для многих из наших опытов в Великобритании, печальный опыт, который мы имеем вместе с нашими американскими кузенами. Я с нетерпением ждал возможности узнать больше об одной из самых важных активисток движения за гражданские права в США Фанни Лу Хамер, и книга Кейши Блейн «, пока я не свободен, » (маяк) не разочаровала.

Ruth Ozeki Фотография: David Hartley / Rex Shutterstock

Ruth Ozeki

Автор Книга формы и пустоты (Canongate)

двойной слепой (Harvill Secker) Edward St Aubyn природа, наука, хищный капитализм, психоанализ и человеческая глупость, и это одновременно трогательно и так смешно, что мне приходилось останавливаться каждые несколько страниц, чтобы вытереть слезы с глаз. Никто не нормален (WW Norton) Роя Ричарда Гринкера — это сострадательная, хорошо проработанная хроника исторической стигматизации психических заболеваний.Поскольку «нормальный» — это социальный конструкт, почему мы не можем его изменить? Мне нравится, как Кэти Китамура может направлять разум, и в Intimacies (Vintage) это разум неназванного переводчика, живущего в Гааге и переводящего для бывшего президента, которого судят за военные преступления. Автор The Mermaid of Black Conch (Vintage)

Monique Composite: Guardian/Rathbones Folio Prize/PA/PR Images

Still Life (Fourth Estate) Сары Уинман получает мой голос не только за его мастерство и размах (Тоскана, лондонский Ист-Энд, война и после войны, старые веселые дамы, молодые люди) и всеобъемлющая тема силы любви, если бы не его говорящий попугай как персонаж, Клод.Клод получает одни из лучших реплик. Кроме того, Fortune (Peepal Tree Press) , Аманды Смит, еще один исторический роман, тайная история любви, действие которой происходит в первые годы бурения нефтяных скважин на Тринидаде в 1920-х годах. Мне также понравилась книга Джеймса Ребэнкса « English Pastoral : An Inheritanc e (Penguin)», вышедшая в этом году в мягкой обложке. Его семья обрабатывала одну и ту же землю в течение 600 лет. Мы так много потеряли, но Ребанкс дает нам решения и развенчивает мифы; острая и грустная книга, которая нам нужна во время чрезвычайной климатической ситуации.

Элизабет Дэй

Автор Сорока (Четвертая власть)

Элизабет Композит: Guardian/PR Images Мэйсона за то, что он веселый, трогательный и совершенно человечный, и Дэймона Галгута «Обещание » (Chatto). Ярлык «шедевр» в наши дни используется слишком широко, но я думаю, что книга Галгута этого заслуживает.В документальной литературе мне понравилась книга Отеги Увагба «. Нам нужно поговорить о деньгах (Четвертая власть)», которая заставила меня переосмыслить свои отношения с финансами и сделала это остроумно, интеллигентно и удивительно трогательно.

John Boyne

Автор The Echo Chamber (Doubleday)

John Composite: Guardian/PR Images

Долгожданный второй роман Кевина Пауэра, 7 .В современной художественной литературе не хватает юмора, но Пауэр привнес смех и пафос в этот рассказ о молодом дублинце, воспитанном в привилегиях, который ввязывается в сомнительную сделку с землей на Балканах. В документальной литературе меня впечатлила книга Хелен Джойс « Trans: When Ideology Meets Reality » (Oneworld), научное, сострадательное и смелое исследование предмета, вызвавшего бесполезную гражданскую войну в ЛГБТК-сообществе. В отличие от аргументов ее онлайн-коллег, аргументы Джойс хорошо проработаны, обоснованы и лишены токсичности, которая омрачает так много разговоров по этой теме.

Courttia Newland Photograph: Sophia Evans

Courttia Newland

Автор Река по имени Время (Canongate)

Keeping the House Хозяйка искусно нарисованных персонажей, которые всего в нескольких строчках становятся настоящими людьми, Цин рассказывает истории рабочего класса, городской жизни, пропитанной правдой, эмоциями и уязвимостью. Она принадлежит к новому поколению писателей, которые видят великолепие этих улиц и описывают его с великим величием.Джо Хамья Three Rooms (Vintage) написан в классическом стиле, который не менее проницателен из-за своей формальности. С первого абзаца меня зацепило. Напряжение пронизывает каждую сцену, и Хамья так хорошо изображает Лондон. В этой книге и ее авторе есть тихая, грубая сила.

Кэти Рентценбринк

Автор Все еще живы (Феникс)

Кэти Композит: Guardian/PR Images

) Рут Озеки долгое время давал мне очень своеобразные сны, как бы не желая отпускать меня на другие дела.Мне понравился строгий стиль Empireland (Penguin) от Sathnam Sanghera, наглядное исследование «ядовитого коктейля ностальгии и амнезии», который до сих пор оказывает огромное влияние на нашу жизнь. Эрудированные и обнадеживающие «», «Четыре тысячи недель » (винтаж) Оливера Беркмана убедили меня принять тот факт, что мое время на Земле ограничено, поэтому я не должен растрачивать его на переутомление и переутомление.

SA Cosby

Автор Razorblade Слезы (заголовок)

SA Composite: Guardian / Pr Изображения

Ее зовут Knight (Thomas & Mercer) Yasmin Angoe — ослепительный, приостановка международных интриг и мести с главной героиней, столь же смертоносной, сколь и красивой.Внушающая страх убийца, Нена Найт вскоре обнаруживает, что ее последняя миссия является самой опасной, поскольку она подвергает риску ее жизнь и ее сердце. Arsenic and Adobo от Mia Manansala — это причудливая, уютная детективная история, полная юмора и сердечности, с умной героиней, которая так же талантлива на кухне, как и на месте убийства. Фантастический дебют. Язычники (Маленький, Коричневый) Эйса Аткинса — это чистый, неразрезанный южный нуар США с современным уклоном в социальных сетях. Немногие писатели знают измученную душу юга лучше, чем Аткинс, и здесь он на высоте.

Финтан О’Тул Фотография: Суки Дханда

Финтан О’Тул

Автор книги Мы не знаем себя: личная история Ирландии с 1958 года (Голова Зевса) 9000 S Beautiful World, Where Are You (Faber) навсегда остался со мной. При всем своем остроумии и стиле он имеет глубокую серьезность в отношении мира. У Руни есть старомодное убеждение, что роман может быть местом, в котором вопрос о том, как мы должны жить, постоянно актуален.« Обещание » Дэймона Галгута (Chatto) преследует ту же моральную цель, будучи одновременно смешным, злым и абсурдным. У Пола Малдуна был замечательный год. Его беседы с Полом Маккартни для The Lyrics (Allen Lane) вызывают бесконечно увлекательные размышления о взаимосвязи между жизнью и творчеством. А его новая коллекция Howdie-Skelp (Faber) ослепительна, трогательна, глубока и игрива.

Джеки Кей

Автор Бесси Смит (Фабер)

Джеки Композит: Guardian/Alamy/PR Images

Это вернуло меня ко всем адресам, где я жила: лесбийский сквот в Воксхолле, дом Джона ле Карре в Хэмпстеде! Блестяще написанный, переплетающий семь разных персонажей в разное время, точное повествование Бартлетта привлекло меня. Я рад, что он у нас есть. Он является пионером-летописцем странных жизней. Книга Яна Дахига « новых и избранных стихотворений » (Пикадор) — это обязательный к прочтению сборник лучших его работ. Всегда чарующий, Духиг — лучший поэтический летописец как обычных, так и странных жизней.Его эклектичная и искрометная работа опирается на фольклор и мифы, чтобы рассказать истории, которые мы никогда не услышим. Духига интересует все. Он заставляет своего читателя сесть и подвести итоги. Меня вдохновила красота и сила сказочного коллектива 4 Brown Girls Who Write — их поэзия напоминает мне о силе и волнении коллективного голоса. Красиво оформленное Rough Trade Books, каждый из четырех поэтов выпускает отдельную брошюру, которая становится частью невероятного целого.Идеальный пресс-чулок. Я был тронут катарсическими мемуарами Мишель Заунер о потере своей матери, Crying in H Mart (Picador). О еде, музыке, горе и любви Заунер пишет откровенно, смело.

Chris Power

Автор A Lonely Man (Faber)

Chris Composite: Guardian/PR Images

В двух романах, ошеломивших меня в этом году, фигурируют персонажи, чьи личности переполнены силой. Рассказчик Гвендолин Райли « Мои фантомы » (Гранта) считает своих родителей, одного мертвым, другого больным, которые выглядят одновременно злобными и жалкими.Райли — чрезвычайно талантливый писатель, чьи предложения режут, как ножи, и она не вздрагивает, когда лезвие встречается с костью. Точно так же бесстрашно, в Second Place (Faber) Рэйчел Куск отказывается от характерного стиля своей трилогии Outline в пользу нового голоса. Когда М. приглашает Л., художника, которым она восхищается, в свой отдаленный прибрежный дом, начинается психический бой. Это глубокая и забавная книга, о которой недостаточно упоминали.

Меган Нолан Фотография: Линда Нилинд

Меган Нолан

Автор Акты отчаяния (Джонатан Кейп)

После последних нескольких лет, когда даже самые последние несколько лет, когда даже как если бы мы знали, о чем говорим, меня привлекли отчеты и устные рассказы о кризисе СПИДа. Let the Record Show (Farrar) Сары Шульман глубоко трогает, как и большинство других, но также выполняет важную работу по восстановлению места женщин и цветных людей в истории Act Up. Paul (Granta) Дейзи Лафарж — это завораживающий роман о поездке молодой женщины во Францию ​​и последующем запутывании с мужчиной, чьи гротескные секреты начинают всплывать на поверхность. Он движется в темпе, который Лафарж придумала сама. Это завидно, хладнокровно, интеллигентно, без иронии или ехидства, и просто еще одно изложение многочисленных даров Лафарж, вытекающих из ее поэтического сборника Жизнь без воздуха .

Джошуа Феррис

Автор Призыв к Чарли Барнсу (Викинг)

Джошуа Композит: Guardian/ Peter Aaron/PR Images
(Викинг) Эссе Джо Энн Берд в Festival Days (Little, Brown) — одни из ее лучших. Роман Даны Спиотты « Wayward » (Вираго) острей, как бритва, во многих вещах, прежде всего в неразрешимых разрушительных действиях времени.Затем было три новых для меня писателя, чьи книги одновременно воодушевляли и просвещали: Анжелика Лалонд « Славные измученные существа » (Астория), « Fight Night » Мириам Тэйвз (Блумсбери) и « Мечта женщины » Кейси Плетт (Arsenal Pulp Press). ).

Lisa Taddeo

2

Автор Animal (Bloomsbury) (Bloomsbury)

Lisa Composite: Guardian / Pr Изображения

MAGPIE (Четвертое поместье) Елизаветой День — это тот редкий роман, который движется и насмешён триллер, но также обволакивает и утешает, как Миддлмарч .Я не хотел, чтобы она заканчивалась, я хотел читать ее в модных барах вечно. Что касается Право на секс (Блумсбери) Амии Шринивасан , , я не могу сказать достаточно об этой книге. Как важно. Как блестяще. Как приятно видеть, что ум работает, как у Шринивисана, обращаясь с профанами и учеными с одинаково ясной, непоколебимой бриллиантовой прозой.

Sathnam Sanghera

Автор Empireland (Viking)

Sathnam Composite: Guardian/AFP/Getty Images/PR Images ) Джошуа Ферриса, забавное изложение американской мечты человеком, который, должно быть, является самым забавным писателем, который у нас есть.Я также очень ценю книгу Уильяма Далримпла « Анарх года» (Блумсбери), вышедшую в мягкой обложке в этом году, которая отлично объясняет Ост-Индскую компанию, ответственную больше всего за участие Британии в делах субконтинента. И Imperial Nostalgia (Manchester University Press) Питера Митчелла, который объясняет, как иллюзии Раджа продолжают формировать нашу национальную психологию сегодня.

Джоан Бэйкуэлл

Автор Тиканье двух часов: История движения (Вираго)

Джоан Композит: Guardian/PR Images 90 Семейная история любви Сьюзи Бойт Loved and Missed
(Маленький, Коричневый), сжимает сердце: проявляет нежность к каждому, заставляет заботиться обо всех… нежный шедевр. «Обещание » (Чатто) Деймона Галгута — замечательная история четырех поколений одной южноафриканской семьи и самой страны. Как и в его более ранних книгах, которые мне тоже понравились, она раскрывает его как мастера человеческой сложности. Неудивительно, что он получил Букеровскую премию. Материнское воскресенье (Scribner) Грэма Свифта не было опубликовано в этом году, насколько я знаю, но я взял его в секонд-хэнде на станции Didcot Parkway. Сейчас он выпущен как фильм. Прочитав ее, я обнаружил настоящее сокровище: ни одного лишнего слова, ни одной ложной мысли.Может ли фильм быть таким же хорошим?

Что стоит за ярлыком «Домашняя фантастика»? ‹ Литературный центр

Маргерит Дюрас, с которой я снова познакомился благодаря блестящей книге Деборы Леви « вещей, которые я не хочу знать », писала, что женщины часто создают дом в поисках утопии. Леви отмечает, что утопия часто определяется потребностями других: «Мы попробовали отказаться от собственных желаний и обнаружили, что у нас есть для этого талант. И мы вкладываем много энергии нашей жизни в создание дома для наших детей и наших мужчин.

Сила этого наблюдения чуть не заставила книгу Леви выпасть из моих рук. Я был виновен в этом (бесконечном) поиске домашней утопии; тем не менее, это описание не полностью подвело меня. Мне нравится пытаться выяснить, где моя любимая лампа выглядит лучше всего или какие тарелки использовать на ужин сегодня вечером, но когда я не ищу утопию у себя дома, я преподаю, читаю, занимаюсь исследованиями и пишу (а также оплачиваю счета и хожу в кафе). доктор и множество совершенно неутопических занятий.) За эти годы мое стремление было омрачено не одной бытовой антиутопией. И все же надежда живет.

Я всего лишь на одно поколение старше эры «домашних ангелов», моя мать и ее сестра выросли в Испании при режиме Франко. Они и женщины из их когорты должны были отправиться в тренировочный лагерь, чтобы стать «angeles del hogar» (буквально, ангелами дома). Чтобы все сверкало? Проверить. Улыбаться и никогда не жаловаться? Проверить. Сможете сшить мужскую рубашку с нуля без швейной машинки? Проверить.

Но мое образование было в другой стране, в другой эпохе и было настолько другим, насколько это возможно. Я училась в колледже Сары Лоуренс, где моим преподавателям было все равно, умею ли я пришивать пуговицы и есть ли комки пыли в моей комнате в общежитии. Все, что они хотели знать, это то, что я думаю о комедиях Шекспира, или о Сервантесе, или о Королеве фей . Пока мы писали еженедельные газеты, мне потребовалось некоторое время, чтобы избавиться от школьной склонности к организации и повторению. Мои первые задания возвращались с комментариями, сводившимися к следующему: «Все хорошо, но что вы думаете?» Меня медленно приучали думать и говорить то, что я думал.Это не произошло в одночасье. Я знаю, что успехи в области прав женщин извиваются, как танец la Macarena , и что мы часто делаем один шаг вперед и два шага назад.

То, что я подвергаю сомнению, — это жанр, который так явно гендерен, с такими устаревшими коннотациями.

В то же время для меня важно иметь дом, и я люблю готовить. Живя в Нью-Йорке в 90-х, я могу идентифицировать себя с описанием Норы Эфрон одержимости шеф-поваром, которая доминировала на наших кухнях в течение многих лет:

.

…мы все начали готовить дико невротично и соревновательно.Мы ждали аплодисментов, мы постоянно выступали, мы отчаянно хотели быть всем для всех. Было ли это грандиозной кульминацией внутренней контрреволюции после Второй мировой войны, началом патологического напряжения феминистских перегибов? Никто не знал. Мы были слишком заняты нарезкой и нарезкой. Я вышла замуж и попала в череду совершенно безумных кулинарных эпизодов. Я приготовила бразильское национальное блюдо. Я завернула вещи в фило. Я фаршировала виноградными листьями. Были суфле.

Мальчик, а суфле было.Я влюбился в это. Я даже сделал целую рождественскую обложку журнала Gourmet .

Однако я никогда не видела себя домашним ангелом или богиней в стиле Нигеллы Лоусон. Возможно, именно поэтому я был так сбит с толку, когда недавно увидел, что мой первый роман, Madrid Again (Arcade), был классифицирован World Cat (крупнейшая библиотечная поисковая система на планете) как «Домашняя фантастика». Это не просто тег; это мой жанр, моя категория (за World Cat).

Словосочетание «бытовая фантастика» вызывает у меня в памяти овальные тряпичные коврики, ловящие угольки, и чугунную сковороду, полную оладьев, и женщин в ситцевых платьях, накрывающих стол.По сути, это Домик в прериях . Почему мой роман о странствующих двуязычных матери и дочери, у которых нет постоянного дома и которые бешено мчатся через Атлантику зигзагом, а долгое и сложное наследие гражданской войны в Испании затмевает каждый их шаг, относится к такой категории?

Если нам вообще нужны жанры, возможно, мы можем придумать какие-то новые.

Небольшое исследование показывает, что мое чутье на этикетку не за горами. Возвращаясь к 19 веку, я узнаю, что «бытовая фантастика» часто является синонимом «женской фантастики» и «сентиментальной фантастики».«Есть ряд авторов, от Гарриет Бичер-Стоу до Джейн Остин, и традиционные темы, включая борьбу с классом, религией и браком. Это увлекательный жанр, и некоторые утверждают, что он сыграл важную роль в привлечении жизни женщин к литературному и социальному дискурсу.

Два века спустя я спрашиваю, что я делаю в этой категории?

Пока я размышляю об этом, статья The New York Times показывает, как «взглянуть» на полки с доктором Энтони Фаучи, Джеффом Безосом и, да, несколькими женщинами.Мои мысли сосредоточены только на одном: 23 из 25 книг, представленных этими знаменитостями и перечисленных в New York Times , были написаны мужчинами, а две — женщинами.

Немало слышно о том, что литературный рынок — это рынок женщин и что женщины составляют самую большую аудиторию. Я попался на этот повествовательный крючок, леску и грузило. Теперь мне интересно, кто будут мои читатели, и я беспокоюсь, что, если они будут выбирать жанры, моя книга их сильно разочарует.

Если нам вообще нужны жанры, возможно, нам стоит придумать какие-то новые.Двуязычная фантастика. Дети третьей культуры. Международная фантастика. Блокада фантастика. То, что я подвергаю сомнению, — это жанр, который так явно гендерен, с такими устаревшими коннотациями.

Судя по тому, что я вижу в Instagram, в наши дни мужчины делают одни из лучших выпечки. Молодой парень, которого я недавно встретил, сказал мне, что Мари Кондо изменила его жизнь, не говоря уже о ящике для носков. Я услышал голос готовящегося домашнего ангела. Некоторым из этих парней может понравиться чтение моего романа. Пока не узнаю, буду перечитывать The Bell Jar (жанр World Cat: автобиографическая фантастика).

А сейчас мне нужно проверить свой морковный пирог.

_________________________________________

Madrid Again от Соледад Фокс Мауры доступен через Arcade Publishing.

Отечественная фантастика | Encyclopedia.com


«Домашняя фантастика» — это термин, используемый для описания популярной повествовательной литературы, написанной женщинами, для женщин и о них, которая процветала в середине девятнадцатого века. Эта литература, также названная критиком Ниной Бейм, которая была одним из первых ученых, подробно изучивших этот жанр, «женской беллетристикой», посвящена повседневной домашней жизни молодых белых девушек, в основном из среднего класса, по мере их взросления. в женственность.Сюжеты бытовой литературы преподносят поучительные жизненные уроки, которые представители господствующей культуры считали полезными для подготовки читательниц девятнадцатого века к их жизни во взрослой жизни. Жизненные уроки, переданные в этой беллетристике, отражают протестантские христианские ценности того времени и обычно связаны с тем, что Барбара Велтер назвала «культом истинной женственности», культурным идеалом женственности девятнадцатого века, который отстаивал четыре добродетели: чистоту, благочестие, домашнее хозяйство и подчинение.

СОЦИАЛЬНАЯ И КУЛЬТУРНАЯ ИСТОРИЯ

Историки часто характеризовали Соединенные Штаты девятнадцатого века, используя парадигму «отдельных сфер», представление о том, что гендерные различия между мужчинами и женщинами отводили им разные социальные, экономические и культурные роли.Хотя культурная и социальная история сложнее, чем позволяет такая парадигма, а жизнь мужчин и женщин, вероятно, протекала более плавно, эта концепция полезна для понимания бытовой фантастики. С 1820-х по 1860-е годы советы и подарочные книги, детские учебники, пособия по домашнему хозяйству, периодические издания и художественная литература, в том числе бытовая, укрепляли идеологию отдельных сфер, которая считала, что надлежащее место женщины — дома, стремясь к духовному. , эмоциональные, физические и моральные потребности мужа и детей.Как утверждала Нэнси Котт, образ «леди» служил образцом женственности для своего времени. Идеал Истинной Женщины сохранялся в народном воображении, и женщин-писателей и персонажей девятнадцатого века часто судили по их приверженности этим ценностям.

В действительности, конечно, идеал отдельных сфер был недоступен тем, чьи экономические обстоятельства препятствовали его осуществлению. Многие женщины работали на фабриках, в качестве прислуги или рабыни и, конечно же, не могли соответствовать идеалу Истинной Женщины, который циркулировал в печати, не больше, чем жизнь сегодняшних женщин похожа на жизнь «космодевочек» на обложках журналов.Таким образом, хотя культурная икона Истинной женщины наполнила масс-медиа середины девятнадцатого века универсальным и достижимым христианским императивом, она игнорировала реалии классового статуса. Многие женщины, в том числе цветные, не имели доступа к ресурсам, которые позволили бы им следовать этому идеалу. Например, порабощенные женщины не могли контролировать то, как их хозяева использовали свои тела, которые также были товаром и не были защищены святостью дома. Лишенные собственного дома и владения собственным телом, порабощенные женщины не могли обучать и воспитывать своих детей, заботиться о своих мужьях (брак между рабами был запрещен во многих штатах) или исповедовать христианство.Покорность, одна из четырех главных добродетелей Истинной Женщины, согласно Уэлтеру, означала нечто совершенно иное в контексте, например, рабства. Действительно, домашнее хозяйство укрепляло связь между чернокожими женщинами и их физическими телами, хотя для белых женщин оно функционировало противоположным образом. Как отмечает Джиллиан Браун, сделав работу по дому трансцендентной — отделив белых домработниц от продуктов и процессов их труда и сделав их тела невидимыми, — домашняя идеология лишила белых женщин их телесности, ограничив их движения и возможности в мире.

Тем не менее концепции отдельных сфер и Истинной Женственности имели важные социально-экономические и культурные функции в контексте эпохи. Некоторые аспекты жизни женщин девятнадцатого века могли особенно подходить для их стремления к благочестию. Женщины в основном отвечали за уход за больными и подготовку тел умерших; в очень молодом возрасте женщины того времени потеряли бы друзей и семью из-за смерти при родах или из-за неизлечимых болезней, таких как чахотка (туберкулез).Христианство, как заметили некоторые критики, представляет собой высшую демократию: лишенные власти на земле доставляются в справедливую и даже триумфальную загробную жизнь. Другой социально-экономической функцией Истинной Женственности и понятия отдельных сфер, как отмечает Нэнси Котт, является рост торгового капитализма, который превратил семью из самодостаточной единицы в единицу, зависящую от более крупной рыночной экономики, которая все больше требовала от мужчин работы вне дома. дома. Разделение культуры на отдельные сферы, по крайней мере в народном и историческом воображении, могло возникнуть в результате занятости мужчин вне дома и потребности в том, чтобы моральные и духовные ценности нации процветали в безопасности.Опора на рынок могла привести к воображаемому расколу между рабочим местом и домом, потому что рабочее место функционировало в соответствии с произвольными правилами капитализма, тогда как дом мог действовать в соответствии с христианским мировоззрением.

Некоторые критики утверждали, что «Настоящая женственность» давала много преимуществ женщинам, имевшим привилегию использовать ее в качестве стратегии. Котт и другие отмечают, что домашнее хозяйство дало женщинам призвание с внутренней ценностью за пределами меняющегося рынка. То есть христианское благочестие, моральные качества, забота о детях и их воспитание стали значимой профессией, которая объединила многих белых женщин из среднего класса общими ценностями и дала им то, что многие историки называют «влиянием» на своих мужей и сыновей.В своем «Трактате о домашнем хозяйстве » (1841) Кэтрин Бичер (1800–1878) утверждала, что женщины выполняют «величайшую работу, которая когда-либо была возложена на человека» (стр. 14). Идеология отдельной сферы привела не только к заточению женщин дома, но и к растущей солидарности женщин вне дома в их работе с церквями и реформаторскими организациями. Женщины организовались по таким причинам, как воздержание, самосовершенствование и отмена проституции и рабства. Можно даже утверждать, что эта организация белых женщин из среднего класса с общими проблемами и ценностями заложила основу для Сенека-Фоллсской конвенции 1848 года для обсуждения положения и прав женщин, проблем, изложенных в Декларации Элизабет Кэди Стэнтон (1815–1902). чувств.Однако можно также утверждать, что внутренняя идеология представляла собой другую форму империализма в ее сосредоточении на ценностях и жизнях одних женщин за счет других.

ИСТОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ

Типичный сюжет домашнего романа сравним со знакомой историей о Золушке, согласно Нине Бейм, которая утверждает, что эти нарративы повествуют об испытаниях главного героя и возможном триумфе. После потери матери, а часто и обоих родителей, главная героиня, молодая девушка или девушка-подросток, отправляется в путешествие самопознания, обычно в рамках ограниченной домашней сферы.Оказавшись одинокой, бессильной, лишенной родительской любви и руководства, героиня сталкивается с жестокими, эгоистичными или аморальными противниками, пытаясь сохранить христианские ценности, привитые ее матерью, Истинной Женщиной. Через испытание за испытанием главный герой постепенно обретает качества Истинной Женственности и признает их центральную роль в ее выживании и успехе. История обычно заканчивается, когда она достаточно овладела искусством Истинной Женственности. Часто этот момент совпадает с обретением любви к доброму, финансово состоятельному и нравственно порядочному мужчине, чья поддержка обеспечивает героине собственный дом.Критики расходятся во мнениях относительно того, в какой степени этот типичный финал подрывает идею самодостаточности, находчивости и важности женского образования, которую, несомненно, передают эти романы.

Натаниэль Хоторн (1804–1864) классно высказался о «чёртовой толпе пишущих женщин», имея в виду женщин-писателей домашней фантастики, чья приверженность популярным вкусам обеспечила их коммерческий успех. Эти писательницы, в том числе Сьюзен Уорнер (1819–1885), Фанни Ферн (псевдоним Сары Партон; 1811–1872), Гарриет Бичер-Стоу (1811–1896), Мария Сюзанна Камминс (1827–1866), Э.Д. Э. Н. Саутворт (1819–1899) и Элизабет Стюарт Фелпс (1844–1911), широко известные деятели жанра, относились к так называемой женской сфере — дому — серьезно и даже реалистично. Однако к концу девятнадцатого века многие литературные критики, в том числе Генри Джеймс (1843–1916) и Уильям Дин Хауэллс (1837–1920), согласились с оценкой Хоторна и считали домашнюю фантастику «романтической». Затем этот жанр потерял популярность — и печать — и остался в целом незамеченным или был отвергнут литературными критиками как «сентиментальный».Эта тенденция сохранилась и в двадцатом веке, поскольку в основе литературы как академической дисциплины подчеркивалась эстетическая сложность и литературный формализм, а не исторический и культурный подходы. Герберт Росс Браун признал огромное влияние этого жанра в Сентиментальный роман в Америке, 1789–1860 (1959), хотя его характеристика этих романов как нереалистичный эскапизм подтвердила распространенное мнение. Наконец, в 1970-х и 1980-х годах феминистские критики в академии возродили отечественную художественную литературу в рамках расширения литературного канона и проекта по восстановлению «потерянных» произведений, написанных женщинами.

В исследовании 1977 года, посвященном расколу между элитарной и популярной литературной культурой, Энн Дуглас вызвала новый интерес к отечественной художественной литературе. Дуглас объявил этот жанр виновным в «униженной религиозности» и «сентиментальной торговле христианской верой» (стр. 6) и возложил на его практиков ответственность за последующую девальвацию так называемых женских ценностей на протяжении девятнадцатого и двадцатого веков. Однако Дуглас был первым, кто так подробно рассмотрел отечественную фантастику. В ее исследовании утверждалось, что этот жанр исторически и жизненно важен для понимания викторианской культуры и погружения современных читателей в современную массовую культуру.В следующем году Нина Бейм ответила на обвинение Дугласа в «сентиментальных» ценностях девятнадцатого века, выпустив «Женскую художественную литературу», обзор жанра и нескольких его ключевых авторов. В то время как Дуглас отвергал ценности, передаваемые этими произведениями, включая пассивность, христианство и самопожертвование, Бейм считал героинь домашней фантастики умными, находчивыми и смелыми. Вместо того чтобы очернять дом и связанные с ним ценности, Бейм настаивал на том, чтобы писатели отечественной фантастики рассматривали дом как важнейшую альтернативу американскому капитализму и индустриализации.Бейм обсуждает героиню бытовой литературы в противопоставлении двум другим женским типам: пассивной женщине и «полностью современной» женщине. Первая характеризуется ее некомпетентностью, страхом и неразвитостью эмоциональных и интеллектуальных возможностей; последний требователен, эгоистичен и влюблен в роскошь, деньги и власть. Хотя героини отечественной фантастики не безупречны, утверждает Бейм, они обладают силой, мужеством и остроумием, чтобы справляться с невзгодами практически и находчиво.Бейм рассматривает домашнее хозяйство и сопутствующие ему ценности христианства и любви как систему поддержки женских сил, желаний и самореализации. Ее книга сместила понимание учеными американского литературного канона с его акцента на том, что сама Бейм назвала в более ранней статье «мелодрамами о осаждаемой мужественности», и проложила путь для поколения феминистских критиков, включая Джудит Феттерли, Шэрон Харрис и Аннет Колодны, чей возобновившийся интерес к этому жанру продолжает влиять на то, как мы читаем американскую литературу.

В 1984 году Мэри Келли опубликовала книгу Private Woman, Public Stage, , в которой рассматриваются двенадцать женщин-авторов бытовой фантастики девятнадцатого века, которых Келли называет «литературными прислугой»: Кэролайн Ховард Гилман, Мария Камминс, Кэролайн Ли Хентц, Мэри Джейн Хоумс, Мария. Макинтош, Сара Партон (Фанни Ферн), Кэтрин Мария Седжвик, ЭДЕН Саутворт, Гарриет Бичер-Стоу, Мэри Вирджиния Терхьюн, Сьюзен Уорнер и Августа Эванс Уилсон. Опираясь на личные документы этих авторов, десять из которых выбрали публичную, нетрадиционную и интеллектуальную жизнь из-за экономической необходимости, Келли утверждает, что все они обнаружили, что письмо расходится с домашними идеалами.Сравнивая личные истории этих женщин-романисток с написанными ими романами, Келли менее оптимистична, чем Бейм, в отношении роли, которую сыграла домашняя жизнь. Келли утверждает, что эти авторы скомпрометировали свою работу в борьбе за примирение социальных ожиданий женщин и женщин-писателей со своим собственным чувством цели, чтобы они могли зарабатывать себе на жизнь. Она утверждает, что женщины были гражданами второго сорта даже дома, но рынок требовал от них участия в домашнем хозяйстве. Таким образом, писатели бытовой фантастики смогли распространить свою роль женщин на общественную сферу именно потому, что считалось, что они выполняют надлежащую женскую работу.В некотором смысле, предполагает Келли, они расширили сферу женского влияния, разговаривая с миром за пределами дома. В 1990 году Сьюзен Коултрэп-МакКуин расширила аргументацию Келли, изучив «джентльменов-издателей» домашней художественной литературы, редакторов, которые взяли на себя опеку над этими женщинами и их работами и чье верное покровительство помогло им добиться финансового успеха.

Джейн Томпкинс, однако, придерживается более радикального взгляда на отечественную художественную литературу в своей новаторской книге « Сенсационные замыслы: культурная работа американской художественной литературы, 1790–1860 » (1985).Развивая аргументы Дугласа и Бейма о центральной роли популярной художественной литературы в культуре, Томпкинс отвлекает внимание от эстетических соображений («Но хорош ли он?») и вместо этого сосредотачивается на «дизайне», который популярные романы имели для своей аудитории. Эта риторическая и критическая стратегия, основанная на откликах читателей девятнадцатого века и понимании исторического контекста создания романов, позволила по-новому обсудить этот жанр. Томпкинс убедительно утверждает, что эта художественная литература торгует стереотипами и сентиментальностью с целью побудить аудиторию к действию.В убедительных главах о романе Стоу «Хижина дяди Тома » (1852 г.) и Уорнера «Широкий, широкий мир » (1851 г.) Томпкинс продвигает понятие «сентиментального сила», концепция, которая повлияла на следующие десятилетия критики американской отечественной литературы. Основная идея Томпкинс состоит в том, что отечественная художественная литература является феминистской и политической; ее главная цель, как она утверждает, состоит в том, чтобы произвести революцию в мире с женской точки зрения. В отечественной художественной литературе дом — это не спасение и не убежище, а модель того, как должен быть устроен подлинно демократический мир — с женщинами у руля.В прочтении Томпкинса христианские и женские ценности подчинения, связанные с культурным идеалом Истинной Женственности, становятся стратегиями достижения благочестия и высшей власти.

Важный аргумент Томпкинса не учитывает врожденные предубеждения Истинной Женственности. Можно спросить, с какой точки зрения женщины следует реорганизовать мир. Как однажды спросил чернокожий аболиционист Соджорнер Трут (ок. 1797–1883): «А разве I не женщина?» Революционные цели домашнего романа могут представлять собой замену одной формы империализма другой.Сборник эссе под редакцией Ширли Сэмюэлс, «Культура чувств: раса, пол и сентиментальность в Америке девятнадцатого века», (1992), следует за Томпкинсом в рассмотрении сентиментализма как культурного феномена. Тем не менее, том Сэмюэлса продвигает то, как сентиментализм, который часто использовался в домашней фантастике, зависел от представления и распространения не просто идеалов, но и конкретных тел, отмеченных полом, расой и классом. Если, как утверждает Томпкинс, эта художественная литература пытается подтолкнуть аудиторию к чувству и через чувство к действию, то в сборнике Сэмюэлса исследуется, как эти важные различия в телах могут влиять на чувства и действия.Очерки в этом сборнике рассматривают политику и эстетику сближения сентиментализма и расы в конкретном историческом контексте, который предыдущие критики не сделали основной категорией анализа.

ПРАКТИКИ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ФУНКЦИИ

Кэтрин Мария Седжвик (1789–1867), возможно, положила начало жанру домашнего романа, написав «Новоанглийская сказка » (1822 г.), в которой основное внимание уделяется женским персонажам в домашней обстановке и преподносится моральный урок. . Как и в большинстве романов этого жанра, осиротевшая героиня полагается на свои внутренние ресурсы, включая благочестие, трудолюбие и интеллект, чтобы подняться над своим положением и даже обеспечить себя школьной учительницей.Однако история заканчивается женитьбой на богатом вдовце, который покупает дом детства героини, который она потеряла ранее в романе из-за смерти и банкротства своих родителей. В то время как роман следует истории Золушки из грязи в князи через богатого мужа, он также подчеркивает роль образования, независимости и морали для успеха женщин. Седжвик последовал за этим первым романом со многими другими, в том числе Redwood (1824 г.), Clarence (1830 г.) и The Linwoods (1835 г.).Ее самый важный роман, , Хоуп Лесли, (1827 г.), представляет собой исторический роман, в котором рассматриваются роли женщин в раннем пуританском Массачусетсе. Хотя это и не чисто бытовая фантастика, в романе основное внимание уделяется трем сильным и одиноким женским персонажам, каждая из которых представляет собой один из аспектов Истинной Женственности.

Опубликованная в 1851 году книга Сьюзан Уорнер «Широкий, широкий мир», первая американская книга, проданная тиражом более миллиона экземпляров, олицетворяет собой жанр отечественной фантастики. Современные обзоры хвалили его описание характера, его благотворную цель и религиозное чувство, а также отказ от сенсаций.Повествование следует за Эллен Монтгомери, привилегированным и любимым ребенком до болезни и смерти ее матери, когда она узнает о ценностях тяжелого труда, смирения и христианского самопожертвования от рук своей жестокой и иронично названной тети Фортуны, которая живет на действующей ферме. Подружившись с доброй соседкой, ангельской Элис Хамфрис, Истинной Женщиной, очень похожей на мать Эллен, Эллен находит духовное и эмоциональное утешение и руководство. В доме Хамфри брат Алисы Джон, священник, по сути обучает Эллен роли своей жены, прописывая курсы чтения по философии, языку и Библии и подчеркивая важность благочестия, чистоты и подчинения.Возможно, самой большой проблемой для Эллен является приобретение искусства самодисциплины, что становится еще более трудным из-за эмоционально мучительного характера ее испытаний, когда она находится под присмотром тиранических и требовательных опекунов. Критическая реакция на преобладание слез в романе варьировалась от разочарования до феминистского признания. Нина Бейм утверждает, что роман позволяет выразить горе, связанное с бессилием, в то время как Джейн Томпкинс считает, что только благодаря овладению эмоциями героиня может объединиться с истинной властью, Богом.Также проблематичной в этом романе является роль, которую сильно маскулинизированный Джон Хамфрис играет в образовании и выживании Эллен. То есть героиня проявляет не те качества, которые восхваляет Байм, находчивость и ум, а то, что Томпкинс описывает как полное «угасание ее личности» (с. 600) через повиновение мужской и божественной власти.

Книга Марии Сюзанны Камминс «Фонарщик » (1854 г.) пользовалась огромной популярностью: только за первый месяц публикации было продано сорок тысяч экземпляров.Герти из Cummins менее зависима и пассивна, чем Эллен, хотя ей, безусловно, нужно научиться самодисциплине. В сказке, действие которой происходит в городском Бостоне, осиротевшая героиня заботится о стареющем мистере Флинте до самой его смерти, когда ее забирает добрая, богатая и ненаблюдательная Эмили Грэм, которая организует ее образование. В романе изображен широкий круг персонажей из рабочего и среднего класса, которые добиваются успеха благодаря своим заслугам, в том числе сама героиня, которая становится учителем. Откровенная, энергичная, страстная и импульсивная Герти, в отличие от Эллен Уорнера, выходит замуж за мужчину, который ей равен в конце романа.Хотя сочувствующие персонажи Камминса, несомненно, являются христианами, история подчеркивает ценности домашнего хозяйства и трудолюбия, основанные на жизненном и образовательном опыте, как наиболее важные. Точно так же Фанни Ферн Рут Холл (1854), тонко завуалированная автобиография автора (Сара Партон), подчеркивает трудолюбие и находчивость героини как писательницы, изо всех сил пытающейся поддержать и сохранить опеку над своими детьми, несмотря на ее жестокие и скупые родственники. Хотя христианство является данностью, в этих романах образование и разумное использование своего ума рассматриваются как наиболее важные факторы выживания женщин в мужском мире.

Публикуется в газете против рабства National Era в 1851 и 1852 годах, Хижина дяди Тома Гарриет Бичер-Стоу; или «Жизнь среди скромных » была опубликована в двух томах в 1852 году и стала самым продаваемым романом века. В этом повествовании прослеживаются истории двух рабов, Тома и Элизы, которые вынуждены все глубже погружаться в рабство. Хотя в романе используется другой сюжет, чем в типичной бытовой фантастике, Стоу обычно считается самым важным вкладчиком в этот жанр, и ее работа в основном охватывает ценности христианства, основанного на матери, и истинной женственности. Хижина дяди Тома , , написанная в ответ на Закон о беглых рабах 1850 года, который разрешал захватить беглых рабов из нерабовладельческих государств и возвращать их хозяевам, рассматривает рабство как моральную проблему, которую благомыслящие христиане обязаны решить через чувство и действие. В трактовке Тома, пассивного, любящего чернокожего христианина, и Элизы, молодой матери-рабыни, отчаянно пытающейся спасти своего ребенка и сохранить свою семью, роман демонстрирует серьезную угрозу рабства ценностям материнства, христианства, демократии и дома. .Стоу достигает своих целей с помощью частых сентиментальных обращений, в которых читателям как мужского, так и женского пола предлагается задуматься над вопросом: «Как бы вы себя чувствовали?» и в то же время она развертывает сентиментальные сюжетные структуры, показывающие пороки рабства, в том числе разрушение семей и осквернение нравов как рабов, так и рабовладельцев.

Джейн Томпкинс утверждает, что герои-близнецы романа, белый ребенок Ева и черный раб Том, воплощают в себе сентиментальную убежденность в том, что смерть — это окончательная победа.Проведя параллель со страданиями и распятием Христа, страдания и смерть невинных Евы и Тома напомнили читателям девятнадцатого века о силе христианства изменить мир. Роман Стоу, утверждает Томпкинс, основан на силе религиозного и эмоционального обращения, чтобы изменить ход истории, поместив женщин и их ценности в центр социально-политического мира, представленного пацифистским квакерским домом Рэйчел Холлидей. Последующие критики подвергли сомнению видение Стоу, которое, представляя черные тела как товар, кажется, оставляет нетронутыми расовые структуры власти.

В 1859 году появились две книги отечественной художественной литературы, которые, кажется, критикуют внутреннюю идеологию и ее возможности для реформ: чрезвычайно популярная книга Э. Д. Е. Н. Саутворта «Скрытая рука»; или, Capitola the Madcap, , издаваемый серийно в New York Ledger, и практически неизвестном Our Nig Харриет Э. Уилсон; или «Зарисовки из жизни свободного чернокожего в двухэтажном Белом доме на севере», показывающие, что тени рабства падают даже там. Роман Саутворта часто считают пародией на бытовую литературу, поскольку его героиня, кажется, высмеивает Истинную Женственность, преувеличивая чистоту, благочестие, покорность и домашнюю жизнь в качестве стратегии поимки окружавших ее злодеев.Как и большинство героинь отечественной фантастики, Капитола осиротела, но одевается газетчиком, чтобы зарабатывать себе на жизнь на улицах Нью-Йорка, где девушкам не разрешают (или не советуют) работать. Спасенный сварливым «дядей» и выросший в своем южном особняке, Капитола, которая не понимает, что она наследница, сталкивается с серией злодеев, решивших заполучить ее деньги. Утомленная домашней жизнью и неустрашимая бандами грабителей, индейцев и потенциальных насильников, Капитола переодевается, злится, выдает себя за другого и даже сражается на дуэли в своей решимости спасти свою репутацию, создать справедливый мир и иметь приключения.Хотя остроумная и находчивая «Кэп» Саутворта, кажется, бросает вызов предыдущим моделям домашнего героизма, она в конце концов выходит замуж и остепеняется, а текст усиливает бессилие женщин, занимающих центральное место во всей домашней фантастике. «Скрытая рука» , , хотя и комический, описывает отрезвляющий набор опасностей, с которыми сталкивались женщины: арест, тюремное заключение, помещение в лечебное учреждение, соблазнение, изнасилование, принудительный брак, подчинение несправедливым законам, разрушенная репутация, бедность, изоляция, подверженность капризам белых. мужской авторитет и даже рабство.Как и во многих других примерах этого жанра, в романе часто игнорируются расовая и классовая политика, которые обеспечивают героизм и успех Капитолия.

Художественная автобиография Гарриет Э. Уилсон Наш ниг представляет собой важный взгляд на отечественную художественную литературу. Написанный, чтобы заработать деньги для больного и бедного автора, роман прослеживает историю Фрадо, ребенка смешанной расы, брошенного ее белой матерью после смерти ее отца. Проданная в рабство по договору, Фрадо неоднократно и жестоко подвергается физическому и эмоциональному насилию со стороны своей белой любовницы, миссис Фрэнсис.Беллмонт и дочь ее хозяйки. Хотя мистер Беллмонт и его сыновья вызывают сочувствие, они также неэффективны, как и большинство мужчин в бытовой фантастике. Как и другие героини, Фрадо проявляет трудолюбие, стремится получить образование и посвящает себя своей Библии. Однако ее непоколебимая набожность и стремление к самосовершенствованию не идут ни в какое сравнение с физическими и экономическими трудностями, с которыми она сталкивается в результате непрерывного рабства. В отличие от других отечественных романов, « Наш черномазый» заканчивается не свадьбой, а тем, что покинутая, а затем овдовевшая и нищая Фрадо изо всех сил пытается прокормить своего ребенка и избежать работного дома.История Уилсона представляет собой важную критику отечественной художественной литературы, подчеркивая расовое и классовое неравенство, присущее жанру и его критикам, но игнорируемое им. Изображая героиню, которая обладает всеми качествами Истинной Женщины, но не может победить в своих испытаниях, Уилсон характеризует домашнюю жизнь как идеал белого и среднего класса, невозможный для свободных черных женщин.

Отечественная художественная литература продолжала процветать на протяжении 1860-х годов благодаря публикации романа Августы Эванс Уилсон « St.Элмо (1866), Элизабет Стюарт Фелпс Приоткрытые ворота (1868) и Луиза Мэй Олкотт Маленькие женщины (1868–1869). Однако авторы все чаще экспериментировали с разного рода героинями, которых иногда называли «новой женщиной». Описанная Фрэнсис Б. Коган как «американская девушка», эта героиня, как и Джо Марч Олкотт (или даже Капитолий Саутворта), умна, физически здорова, самодостаточна и гораздо меньше заинтересована в самопожертвовании. Коган находит появление этой героини в женщинах на Орегонской тропе, школьных учителях и даже во многих самостоятельных, плодовитых женщинах-писательницах, создавших домашнюю фантастику.Однако к 1870-м годам отечественная художественная литература как родовая форма, казалось, исчерпала себя. Считавшиеся романтическими и нереалистичными критиками, такими как Генри Джеймс и Уильям Дин Хауэллс, домашние романы были заменены так называемой реалистической и местной цветной фантастикой. Сюжеты отечественной литературы о Золушке были недостаточны для объяснения все более сложного общества и его быстро растущего и разнообразного населения читателей.

См. также Женское авторство; Врата приоткрыты; Скрытая рука; Маленькие женщины; Наш Ниг; Рут Холл; Сентиментализм; Хижина дяди Тома; Широкий, широкий мир

БИБЛИОГРАФИЯ

Основные работы

Бичер, Кэтрин. Трактат о домашнем хозяйстве. 1841. Под редакцией Кэтрин Киш Скляр. Нью-Йорк: Шокен, 1977.

Камминс, Мария С. Фонарщик. 1854. Под редакцией Нины Байм. Нью-Брансуик, Нью-Джерси: Издательство Университета Рутгерса, 1988.

Ферн, Фанни. Рут Холл и другие сочинения. 1854. Под редакцией Джойс В. Уоррен. Нью-Брансуик, Нью-Джерси: Rutgers University Press, 1986.

Седжвик, Кэтрин Мария. Сказка Новой Англии. 1822. Под редакцией Сьюзан К.Харрис. Нью-Йорк: Пингвин, 2003.

Саутворт, EDEN The Hidden Hand; или Капитола Сумасшедший. 1859. Под редакцией Джоанн Добсон. Нью-Брансуик, Нью-Джерси: Rutgers University Press, 1988. Впервые опубликовано серийно в New York Ledger.

Уорнер, Сьюзан. Широкий, широкий мир. 1851. Нью-Йорк: Feminist Press at CUNY, 1987.

Wilson, Harriet E. Our Nig; или «Зарисовки из жизни свободных чернокожих в двухэтажном Белом доме на севере», показывающие, что тени рабства падают даже там. 1859. Под редакцией П. Габриэль Форман и Реджинальда Х. Питтса. Нью-Йорк: Penguin, 2005.

Secondary Works

Бауэр, Дейл М. и Филип Гулд, ред. Кембридж Спутник американских женских произведений девятнадцатого века. Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета, 2001.

Бейм, Нина. «Мелодрамы беспорядочной мужественности: как теории американской художественной литературы исключают авторов-женщин». American Quarterly 33, вып. 2 (1981): 123–139.

Байм Нина. Женская художественная литература: Путеводитель по романам женщин Америки и о них, 1820–1870 гг. Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета, 1978.

Браун, Джиллиан. Домашний индивидуализм: представление о себе в Америке девятнадцатого века. Беркли: University of California Press, 1990.

Браун, Герберт Росс. Сентиментальный роман в Америке, 1789–1860 гг. Нью-Йорк: Театрализованное представление, 1959.

Коган, Фрэнсис Б. Всеамериканская девушка: идеал настоящей Женственность в Америке середины девятнадцатого века. Афины: University of Georgia Press, 1989.

Котт, Нэнси Ф. Узы женственности: «Женская сфера» в Новой Англии, 1780–1835 гг. Нью-Хейвен, Коннектикут: Издательство Йельского университета, 1977.

Коултрэп-Маккуин, Сьюзан. Ведение литературного бизнеса: Американские писательницы в девятнадцатом веке. Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины, 1990.

Дуглас, Энн. Феминизация американской культуры. Нью-Йорк: Якорь, 1977.

Феттерли, Джудит. «Комментарий: американские писательницы девятнадцатого века и политика восстановления». История американской литературы 6, вып. 3 (1994): 600–611.

Феттерли, Джудит, изд. Положения: читатель от американских женщин девятнадцатого века. Блумингтон: издательство Университета Индианы, 1985.

Феттерли, Джудит и Джоан Шульц. «Диалог MELUS : статус женщин-авторов в американских литературных антологиях». MELUS 9, №.3 (1982): 3–17.

Харрис, Шэрон М. «Действия самосоздания ранних американских женщин». Ресурсы для изучения американской литературы 19, вып. 2 (1993): 223–245.

Харрис, Шэрон М. «Новая эра в женской истории»: американские писательницы девятнадцатого века». Американская литература: журнал истории литературы, критики и библиографии 74, вып. 3 (2002): 603–618.

Келли, Мэри. Частная женщина, публичная сцена: литература Домашняя жизнь в Америке девятнадцатого века. 1984. Чапел-Хилл: University of North Carolina Press, 2002.

Колодный, Аннет. «Танцы на минном поле: некоторые наблюдения теории, практики и политики феминистской литературной критики». Феминистские исследования 6 (1980): 1–25.

Колодный Аннет. «Карта для перечитывания: или пол и интерпретация литературных текстов». Новая история литературы: журнал теории и интерпретации 11, вып. 3 (1980): 451–467.

Логан, Лиза.« Хижина дяди Тома и традиционная домашняя идеология девятнадцатого века». В книге «Подходы к обучению Хижине дяди Тома Стоу», , под редакцией Элизабет Аммонс и Сьюзан Беласко, стр. 46–56. Нью-Йорк: Ассоциация современного языка, 2000.

Райан, Мэри П. Империя Матери: американские сочинения о домашнем хозяйстве, 1830–1860 гг. Нью-Йорк: Harrington Park Press, 1985.

Сэмюэлс, Ширли, изд. . Культура чувств: раса, пол и сентиментальность в Америке девятнадцатого века. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета, 1992.

Томпкинс, Джейн . Сенсационные замыслы: культурная работа американской художественной литературы, 1790–1860 гг . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета, 1985.

Велтер, Барбара. «Культ истинной женственности: 1820–1860». American Quarterly 18 (1966): 151–174.

Вуд, Энн Дуглас. «« Писающие женщины »и Фанни Ферн: почему женщины писали». American Quarterly 23, вып. 1 (1971): 3–24.

Лиза М.Логан

5 лучших книг о домашнем насилии

Этот контент содержит партнерские ссылки. Когда вы покупаете по этим ссылкам, мы можем получать партнерскую комиссию.

Насилие в семье — это отвратительное преступление, которое затрагивает не только жертву, но и наше общество в целом. Оно может включать в себя сексуальное, психологическое, финансовое и/или физическое насилие, которое не только негативно влияет на нынешнее поколение, но и на грядущие поколения. Независимо от культурного, этнического и социально-экономического происхождения, его охват распространился на века и часовые пояса.Однако, учитывая глобальность этого явления, осведомленность и инструменты, необходимые для противодействия ему, не совсем на высоте. Вот список из пяти книг о домашнем насилии, которые помогут каждому лучше понять и определить последствия и механизмы домашнего насилия.

За закрытыми дверями от B A Paris

Джек и Грейс — идеальная пара, к большой зависти людей, которые их знают. Она очаровательна и стильна. Он богат и довольно красив. Он работает адвокатом, который преследует насильников.Это еще больше делает его похожим на мужа мечты, которого все хотят. Только после медового месяца в Таиланде Грейс понимает, что вышла замуж за социопата, который будет терроризировать ее всю оставшуюся жизнь, если она не выберется из этого беспорядка достаточно быстро. Теперь она беспокоится не только о себе, но и о своей сестре Милли, которую Джек может пытать ради садистского удовольствия.

Когда я ударю тебя: или Портрет писательницы в образе молодой жены Мины Кандасами

Мощный голос Кандасами покорил литературный мир в 2014 году своей дебютной работой «Цыганская богиня».В «Когда я ударил тебя » она создает повествование от первого лица о молодой женщине, подвергшейся насилию, вышедшей замуж за марксистского революционера, чтобы подробно обсудить, как мужчина преследует женщину. Он медленно лишает ее автономии, подвергает газлайтингу при каждом удобном случае и изолирует от всех, кто о ней заботится. Эта прекрасная книга, уязвимая перед капризами своего лицемерного мужа и миром, который обращается со своими женщинами как с грузом, вселяет в вас надежду, несмотря ни на что.

В доме мечты: мемуары Кармен Мария Мачадо

В этих мемуарах очень подробно рассматривается жестокое обращение в лесбийских отношениях.Несмотря на угрозы своей бывшей девушки, Мачадо наконец набирается смелости, чтобы вести хронику своего опыта жестокого обращения, пострадавшего от рук ее бывшего любовника, выпускника Гарварда. Она познакомилась со своим обидчиком, когда училась в писательской мастерской Айовы. Она и не подозревала, что человек, от которого у нее перехватило дыхание, очень скоро заманит ее в ловушку жестокости, за которой следуют отрицание и сладострастие, заставив усомниться в собственном восприятии реальности.

В самый темный угол Элизабет Хейнс

Эта книга представляет собой интенсивное исследование домашнего насилия и того, как жертвам приходится бороться с его последствиями спустя годы после того, как насилие технически закончилось.Роман получает свою структуру в виде дневниковых записей, а временные рамки переключаются между прошлым и настоящим. Ли сбивает Кэтрин с ног, и, учитывая его внешность и харизму, это неудивительно. Но под внешним видом его обаяния скрывается темная сторона, в которую никто не хочет верить. Его агрессия и желание контролировать каждую часть жизни Кэтрин поистине мучительны. Даже годы спустя, когда ее тело исцелилось, ее все еще преследует чудовище, которое когда-то спустилось на нее, и одного телефонного звонка достаточно, чтобы сбить ее с пути.

Информационный бюллетень Book Deals

Подпишитесь на нашу рассылку Book Deals и получите скидку до 80% на книги, которые вы действительно хотите прочитать.

Спасибо за регистрацию! Следите за своим почтовым ящиком.

Регистрируясь, вы соглашаетесь с нашими условиями использования

Женщина не мужчина от Etaf Rum

Дебютный роман «

» Рома предлагает нам историю палестинской женщины, вышедшей замуж за мужчину в Америке с надеждой на лучшее завтра.Когда Исра вышла замуж за Адама, она мечтала наконец получить любовь, которой всегда была лишена. У нее не было ни малейшего представления о будущем, в котором она подвергнется как физическому, так и эмоциональному насилию со стороны Адама. Все становится еще хуже после того, как она родила трех дочерей, поскольку семья Адама всегда предпочитала мальчика девочке. Ее дочь Дейя сейчас пытается выяснить, кем была ее мать, какую любовь она несла к себе и своим сестрам и как она на самом деле умерла.

13 книг для молодежи о домашнем насилии

Домашнее насилие, к сожалению, является реальностью для огромных слоев населения как в стране, так и во всем мире. Жертвы домашнего насилия часто застревают в своих обстоятельствах, не в силах вырваться за рамки повседневной жизни. Никто не должен жить в страхе, особенно от того, кто должен заботиться о вас.

Эти книги для подростков проливают свет на эту сложную тему с нюансами и тщательностью.Далекие от единой инструкции, эти книги и цели авторов ясны: дать голос тем, кто слишком долго молчал, и помочь всем нам бороться за лучший мир.

Для получения дополнительной информации и ресурсов в США посетите веб-сайт Национальной коалиции по борьбе с бытовым насилием, ведущего национального органа по борьбе с бытовым насилием.

 

Книги для 13 лет, посвященные домашнему насилию

ЧТО ВАМ НУЖНО ПРОЧИТАТЬ

 

1.Мы можем быть героями Кайри Макколи

Бек и Вивиан никогда не могли терпеть друг друга, но они всегда старались изо всех сил для своей общей подруги Кэсси. После того, как город слишком быстро уходит от убийства Кэсси, Бек и Вивиан наконец находят общий язык: месть.

Они увековечивают память Кэсси, тайно рисуя ее фрески по всему городу, чтобы показать миру, что Кэсси не будет забыта. Но Бек и Вивиан хранят секреты, как и третий пассажир, едущий с ними в автобусе «Фольксваген» Бека, — призрак Кэсси.

Когда их фрески привлекают внимание подкастера, освещающего дело Кэсси, они становятся катализатором дебатов, которые Bell Firearms больше не может игнорировать. Когда правоохранительные органы приближаются к ним, Бек и Вивиан спешат дать Кэсси конец, в котором она нуждается, вершив правосудие над теми, кто несет ответственность за ее смерть.

 

2. Выращено Тиффани Д. Джексон

Когда легендарная R&B-исполнительница Кори Филдс замечает Enchanted Jones на прослушивании, ее мечты стать знаменитой певицей рушатся.Пока Enchanted не проснется с окровавленными руками и нулевыми воспоминаниями о предыдущей ночи.

Кто убил Кори Филдс?

До того, как появилось мертвое тело, сны Зачарованных превратились в кошмар. Потому что за обаянием и звездной силой Кори скрывалась контролирующая темная сторона. Теперь он мертв, полиция у дверей, и все признаки указывают на Enchanted.

 

3. Страна грез, Сара Дессен

Любовь может быть очень опасной вещью.

После ухода сестры Кейтлин почувствовала себя потерянной.

Потом она встретила Роджерсона.

Когда она с ним, ничто не кажется реальным.

Но что происходит, когда быть с Роджерсоном становится большей проблемой, чем быть без него?

 

4. Sweethearts от Сары Зарр

В детстве Дженнифер Харрис и Кэмерон Квик были изгоями общества. Они также были единственным другом друг друга. Поэтому, когда Кэмерон исчезает без предупреждения, Дженнифер думает, что потеряла единственного человека, который когда-либо сможет ее понять.Сейчас в старшей школе Дженнифер преобразилась. Известная как Дженна, она популярна, счастлива и встречается, все, чем Дженнифер не могла быть, но она до сих пор не может избавиться от воспоминаний о своей давно потерянной подруге.

Когда Кэмерон внезапно появляется снова, они оба сталкиваются с воспоминаниями об их общем прошлом и совершенно разными жизненными путями.

От номинированного на Национальную книжную премию автора книги История девушки, возлюбленной — это история о силе памяти, узах дружбы и тихой стойкости наших детских сердец.

 

5. Оставайтесь с Деб Калетти

Отношения Клары с Кристианом с самого начала были напряженными, как ничего подобного она никогда раньше не испытывала. Но то, что начинается как преданность, быстро превращается в одержимость, и почти слишком поздно, когда Клара понимает, как далеко зашел Кристиан, и что он готов сделать, чтобы заставить ее остаться.

Теперь Клара покинула город и Кристиана. Дома никто не знает, где она, но она все еще пытается избавиться от страха.Она знает, что Кристиан так просто ее не отпустит, и что как бы далеко она ни бежала, этого может оказаться недостаточно…

 

6. Сейчас все, Эми Джайлз

Теперь все                                                                                                                           .

Внешне Макколи выглядят идеально. Но все не так, как кажется, и эта семья скрывает темную тайну.

Хэдли Макколи сделает все, чтобы уберечь свою сестру от их отца. Но когда запретные отношения Хэдли с Чарли Симмонсом углубляются, домашнее насилие обостряется, достигая кульминации во взрывоопасной аварии, которая изменит всех.

Когда Хэдли пытается покончить с собой в больнице после аварии, ее друзья, врачи, семья и следователь хотят знать, почему. Только Хэдли знает, что на самом деле произошло в тот день, и она молчит.

 

7. «Мальчики-вороны» Мэгги Стифватер

Каждый год Блю Сарджент стоит рядом со своей ясновидящей матерью, когда мимо проходят те, кто скоро умрет. Сама Блю никогда их не видит — до тех пор, пока в этом году из темноты не появляется мальчик и не заговаривает с ней напрямую.

Его зовут Гэнси, и вскоре Блю узнает, что он богатый ученик местной частной школы Эглионби. Блю придерживается политики держаться подальше от мальчиков из Эглионби. Известные как Raven Boys, они могут принести только неприятности.

Но Блу ​​тянет к Гэнси, но она не может этого объяснить. У него есть все — семейные деньги, красивая внешность, преданные друзья, — но он хочет гораздо большего. Он находится в поисках, в котором участвовали трое других Мальчиков-Воронов: Адам, стипендиат, которого возмущают все окружающие его привилегии; Ронан, свирепая душа, которая колеблется от гнева до отчаяния; и Ной, молчаливый наблюдатель за четверкой, который многое замечает, но очень мало говорит.

Сколько она себя помнит, Блю предупреждали, что она заставит свою настоящую любовь умереть.Она никогда не думала, что это будет проблемой. Но теперь, когда ее жизнь связана со странным и зловещим миром Мальчиков Воронов, она больше не так уверена.

 

8. The Grimrose Girls Лауры Пол

После загадочной смерти их лучшей подруги Элла, Юки и Рори стали предметом разговоров в их элитной школе Grimrose Académie. Полиция сочла это самоубийством, но троица полна решимости выяснить, что же произошло на самом деле.

Когда к ним в качестве новой соседки по комнате приезжает Нани Эсез, начинается череда событий, о которых они даже не догадывались.По мере того, как девушки повторяют последние шаги своей подруги, они раскрывают темные тайны о себе и своей судьбе, обнаруживая, что все они обречены повторять жестокие и ужасные концовки своих историй, пока они не смогут разорвать порочный круг.

В этой современной интерпретации классических сказок героини переосмысливаются как подруги, посещающие одну школу. Расследуя убийство своего лучшего друга, они обнаруживают связь со своими древними сказочными проклятиями и пытаются выковать собственную судьбу, пока не стало слишком поздно.

 

9. «Возьми меня с собой, когда пойдешь», Дэвид Левитан и Дженнифер Нивен

Эзра Ахерн  однажды просыпается и обнаруживает, что его старшая сестра Би пропала. Ни записки, ни знака, ничего, кроме адреса электронной почты, спрятанного где-то, только он мог его найти. Эзра никогда не ожидал, что останется с жестоким отчимом и пренебрежительной матерью — как ему жить без Беа?

Беа Ахерн  уже знала, что ей нужно уехать как можно дальше от дома.Но сообщение в ее почтовом ящике все меняет, и она оказывается одна в новом городе — без Эз, без реального плана — преследуя кого-то, кто, возможно, даже не хочет, чтобы его нашли.

В то время как в доме Эзры рушатся дела, Беа сталкивается с секретами их прошлого, которые навсегда изменят их представление о своей семье. Вместе и порознь, сломленные жестоким обращением, но связанные любовью, эти брат и сестра должны научиться доверять себе, прежде чем они смогут вернуться друг к другу.

 

10.Дыхание под водой Алекс Флинн

Умный, популярный, красивый и богатый, шестнадцатилетний Ник Андреас почти идеален — по крайней мере, снаружи. Чего никто не знает, даже его лучший друг, так это ужас и гнев, с которыми Ник сталкивается каждый раз, когда остается наедине со своим отцом.

Затем он и Кейтлин влюбляются друг в друга, и Ник думает, что его проблемы позади. Кейтлин — единственный человек, которому он может довериться, единственный человек, который его понимает. Но когда гнев и ревность Ника овладевают им, все начинает выходить из-под контроля, и Ник понимает, что он больше сын своего отца, чем он хочет быть.

Теперь Ник должен противостоять своим внутренним демонам, чтобы история насилия не повторилась.

 

11. Если бы эти крылья могли летать, Кайри Макколи

Десятки тысяч ворон, вторгшихся в Оберн, штат Пенсильвания, стали проблемой для всех жителей города, кроме семнадцатилетней Лейтон Барнс. Для Лейтон это не чужой дом, который необъяснимым образом восстанавливается каждый раз, когда ее отец выходит из себя и ломает вещи.

У Лейтон нет времени на ворон — это ее выпускной год, и поступление в колледж ее мечты наконец-то не за горами.Но схватиться за этот спасательный круг означает бросить своих сестер, выбор, к которому она не готова. Гнев ее отца нарастает, а в городе царит хаос из-за ворон, и Лейтон дает себе шанс на счастье с Лиамом, ее очаровательным одноклассником, хотя влюбиться кажется революционным поступком.

Баланс между школой, свиданиями и выживанием под тенью шестидесяти тысяч пернатых крыльев начинает казаться почти комфортным, но Лейтон знает, что это хрупкое равновесие может длиться лишь до тех пор, пока не рухнет.

 

12. Опасное искусство слияния, Анджело Сурмелис

Семнадцатилетний Эван Панос не знает, какое место он занимает. Его строгая мать-иммигрантка-гречанка отказывается видеть в нем что-либо, кроме разочарования. Его тихий отец-трудоголик твердо верит в то, что нужно избегать любых конфликтов. А его лучший друг, Генри, за лето каким-то образом стал невероятно привлекательным.

Усталый, одинокий, напуганный — Эван обнаруживает, что его единственный выход — рисовать в заброшенном монастыре, который чувствует себя таким же одиноким, как и он сам.И да, он целовался с одним парнем летом. Но именно Генри сейчас оказывается неотразимым. Генри, который внезапно кажется заинтересованным в том, чтобы быть больше, чем друзьями. И именно Генри заставляет его поверить, что он заслуживает большего, чем резкие слова матери и ужасающие оскорбления.

Но по мере того, как отношения с Генри накаляются, а насилие со стороны его матери обостряется, Эван должен решить, как найти свой голос в мире, где он так долго выживал, храня молчание.

Это мощный и откровенный роман о взрослении, основанный на собственном детстве автора, о мальчике, который учится вступать в свой свет.

 

13. Оставаться толстой для Сары Бирнс, Крис Кратчер

Этот роман-бестселлер рассказывает о любви, верности и дружбе перед лицом невзгод. «Великолепный сюжет, необычные персонажи и потрясающее повествование делают этот роман незабываемым». — Publishers Weekly

Сара Бернс и Эрик Кэлхун дружат уже много лет. Когда они были детьми, его вес и ее шрамы сделали их обоих изгоями. Теперь Сара Бирнс — самый умный и сильный человек, которого когда-либо знал Эрик, — сидит в больнице и молчит.Эрик должен раскрыть страшную тайну, которую она скрывает, прежде чем темный поток поглотит их обоих. Понравится поклонникам Марике Нейкамп, Эндрю Смита и Джона Кори Уэйли.

«В очередной раз Крис Кратчер погружает своих читателей в сложные жизненные вопросы в убедительной истории, наполненной человеческим состраданием. . . с присущим ему интеллектом, юмором и сочувствием». — ALAN Review

«Посмотри, что ты заставил меня сделать» Джесс Хилл

«Потрясающая книга: здравомыслящая и дотошная, всегда стремящаяся к истине» — Хелен Гарнер

‘Один австралиец в неделю умирает в результате домашнего насилия.Если бы это был терроризм, у нас на каждом углу стояла бы вооруженная охрана». — Джимми Барнс,

.

‘Противостояние своей честности, эта книга побуждает вас продолжать читать, как бы неудобно вам ни было столкнуться с глубокой необработанностью человеческих историй. Такая хорошо написанная книга и так хорошо проработанная. See What You Made Me Do проливает новый свет на эту сложную проблему, которая затрагивает многих из нас». — Рози Бэтти

‘Если  See What You Made Me Do  является призывом к действию, то он не похож ни на один из написанных в Австралии своей доступностью, глубиной исследования и способностью, в отличие от правительственных или академических отчетов, фиксировать внутреннее состояние. ощущение домашнего ужаса.— Алесия Симмондс, Sydney Review of Books

‘Иногда вы начинаете читать книгу, и все остальное, что вам нужно сделать или о чем подумать, мгновенно отступает. « See What You Made Me Do » — одна из таких книг Джесс Хилл… Назвать ее смелой — значит не сказать ничего». — Elke Power, Readings Monthly

‘В нынешних условиях трудно делать прогнозы, но я уверен, что Посмотри, что ты заставил меня сделать   станет исчерпывающим текстом о домашнем насилии на какое-то время.— Сара Доуз, Inside Story

«Общие истории о принуждении и контроле, о том, как Хилл выявляет интимное и личное, чтобы представить картину того, что происходит в нашей стране сегодня, должны быть обязательным чтением для политиков любого уровня», — Дженна Прайс, Сидней. Утренний вестник

«Эта книга представляет собой новый способ мышления и действия в отношении домашнего насилия в Австралии и является примером исключительного исследования и силы повествования в документальной литературе.’ — Подкаст Garret

«О домашнем насилии трудно писать, трудно читать, трудно думать — все в нашей культуре делает молчание самым простым вариантом. Нарушение тишины требует мастерства и мужества, а у Джесс Хилл есть и то, и другое.

Post A Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.